Второй шанс для Лили Эванс (гет)

Обсуждение газетной статьи с описанием очередного жестокого убийства — теперь уже не оставалось сомнений, что оно совершено Пожирателями смерти, — заняло около часа. Однако потом свойственная юности беспечность взяла верх, и друзья вновь вернулись к увлекательному занятию артефакторикой. Несмотря на то, что заклинание карты удавалось только Сириусу, чем он, разумеется, неимоверно гордился, Мушкетеры никак не могли заставить себя прекратить составлять планы различных помещений в доме, наблюдая за движущимися на них фигурками. Поскольку летом темнело довольно поздно, они не заметили, как наступил вечер.

— Мерлин, скоро ужин, а мы ровным счетом ничего не сделали! — спохватился Люпин, взглянув на висевшие на стене маггловские часы.

— Жаль, что не существует заклинания, способного заставить домашнюю работу сделать себя самой, — Лили с тоской покосилась на внушительную гору учебников, сдвинутую на край стола.

— И это говорит без пяти минут староста факультета! — с притворным негодованием в голосе сказал Джеймс.

— А почему ты думаешь, что именно меня назначат старостой? — искренне удивилась Лили. — На нашем факультете много достойных девочек.

— Джеймс прав, — произнес Северус, напрочь забывший, что летом перед началом пятого курса в Хогвартсе назначают новых старост. — Уверен, выбор МакГонагалл падет именно на тебя. Ты идеально подходишь на эту должность: отлично учишься и примерно себя ведешь.

— Ты меня совсем захвалил, — покраснела Лили. — Интересно, а кого из мальчиков назначат мне в пару?

— Только не меня, — рассмеялся Джеймс, — для старосты я слишком часто попадаю на отработки к старине Филчу.

— И не меня, — покачал головой Сириус. — Шалость удалась! — Он пристукнул палочкой по свиткам, и чертежи комнат исчезли. — Может быть, тебя, Северус?

— С чего бы это? — скептически поджал губы Снейп. — Оценками я — увы! — не блещу. И на отработки нарываюсь с завидной регулярностью. А вот Ремус — другое дело. И учится хорошо, и с поведением проблем не имеет. Так что если бы меня спросили, я предложил бы именно твою кандидатуру.

На самом деле Северус, конечно же, отлично знал, кто в 1975 году получил вожделенный значок старосты факультета. Мерлин свидетель, в ожидании конверта из Хогвартса он и сам изредка мечтал, что из него выпадет золотой значок. Почему ему хотелось непременно стать старостой? Трудно сказать. Возможно, он хотел таким образом возвыситься среди сокурсников-слизеринцев, кое-кто из которых до сих пор смотрел свысока на бедного полукровку в чиненых мантиях. Возможно, утереть нос Мародерам, а также поостудить их пыл и прекратить становившиеся уже чуть ли не ежедневными нападения из-за угла. Пусть только попробуют поднять руку на старосту! За такое десятком баллов не отделаешься! Разумеется, Снейп не боялся этих гриффиндурков. Просто ему хотелось хотя бы немного расслабиться в стенах родной школы. Он любил Хогвартс и считал его своим домом. Однако необходимость сохранять постоянную бдительность порой доводила до белого каления. Но самое главное, Северус наивно полагал, что этот глупый значок старосты будет иметь реальный вес в глазах Лили. Ему хотелось непременно обладать чем-то недоступным Поттеру, который смел оказывать Лили знаки внимания. Выяснив, что, кроме пергамента с довольно высокими отметками, в конверте из Хогвартса больше ничего не было, Северус почувствовал укол разочарования. Его чаяния в очередной раз не сбылись, и он возвращался в Альма-матер самым обычным студентом.

— Неужели ты думаешь, что МакГонагалл действительно назначит оборотня на должность старосты? — грустно усмехнулся Люпин, прервав поток невеселых мыслей Северуса. — Во-первых, каждое полнолуние я вынужден, так сказать, покидать свой пост и отправляться в Визжащую хижину, а значит, не смогу справляться с обязанностями старосты в полной мере. А во-вторых, несмотря на потрясающее зелье твоей прабабушки, я все еще являюсь самым опасным существом в Хогвартсе.

— Мне не нравится, что ты называешь себя «существом», — нахмурилась Лили, — ты наш друг, а еще ты очень хороший человек, с которым случилась очень плохая вещь. Те, кто не в курсе твоей «пушистой проблемы», даже не догадываются о ее существовании, настолько обычно и естественно ты ведешь себя все дни, кроме полнолуния. А на это время тебе помогает зелье миссис Принц. Так что не смей считать себя чудовищем! — возмущенно добавила она.

— Видела бы ты меня до изобретения зелья, — вздохнул Люпин. — Уверен, понаблюдай ты издали за моей трансформацией — ты бы точно так не говорила. Но все равно — спасибо! В любом случае до прибытия писем из Хогвартса еще больше месяца, так что пока не будем гадать, кого назначат старостами. Давайте лучше подумаем, что делать с домашней работой. Через полчаса мой отец аппарирует с Лили в Коукворт, а мы еще и не приступали.

— Думаю, сегодня уже поздно начинать, — сказал Северус, отлично представлявший, сколько эссе им предстоит написать, — предлагаю продолжить завтра, а через пару дней встретимся у меня и завершим работу. Мама и Реджинальд наверняка не будут против. Но все равно лучше предупредить их заранее.

* * *

После ужина, когда они собрались в комнате Ремуса, Северус с заговорщицким видом сказал:

— Я хотел бы кое-кого с вами познакомить, — с этими словами он вытащил из рюкзака портрет, — это мой прадед — мистер Септимус Принц. В свое время он был одним из самых известных зельеваров Британии.

— Добрый вечер, молодые люди! — царственно кивнул Септимус.

— Добрый вечер, сэр, — поздоровались мальчишки, нисколько не смутившись при виде говорящего портрета.

— Мой правнук предложил провести у вас небольшой мастер-класс по зельям, — продолжил Септимус.

— Это просто отлично, сэр! — уставшие Джеймс и Сириус снова взбодрились.

— А почему ты дождался ухода Лили? — тихо поинтересовался Ремус.

Северус покраснел до корней волос.

— Это ужасно глупо, но я хочу представить ее Септимусу отдельно… Ведь она не просто моя подруга, а гораздо больше.

— Мда… и как ты будешь оправдываться перед ней, что по твоей вине она пропустила возможность побеседовать со знаменитым зельеваром?

— Что-нибудь придумаю, — отозвался Северус, понимая, что влип в историю, и не очень хорошо представляя, как выпутаться из нее.

— Северус, ты пригласил меня позаниматься с вами, а сам отвлекаешься, — заметил Септимус. — Итак, молодые люди, поскольку лаборатории у вас не имеется, я расскажу вам историю изобретения Феликс Фелицис. Надеюсь, вы в курсе, что это такое…

На следующий день ребята с самого утра засели за работу, решив хотя бы какое-то время посвятить выполнению полученных на лето заданий.

* * *

— Как прошли ваши занятия? — поинтересовалась Эйлин за вечерним чаем, к которому Северус как раз успел вернуться.

— Не слишком продуктивно, — честно признался Северус, не упомянув о мастер-классе, который провел для них Септимус, — очень много задали. Вы не возражаете, если мы с ребятами встретимся завтра у нас и продолжим работу? Это не будет неудобно, Реджинальд?

— Нет, конечно! — отозвался Бакстер. — Завтра я планировал задержаться в Мунго, так что вы мне нисколько не помешаете. Главное, чтобы Эйприл не приставала к вам и не отвлекала от занятий.

— Дадим ей полчасика пообщаться с мальчиками и Лили, а потом мы пойдем гулять, — сказала Эйлин, — так что назначь вашу встречу сразу после завтрака. Так у вас будет больше времени.

— Вот и отлично! — Реджинальд обогнул стол, поцеловал жену и дочь, похлопал Северуса по плечу и направился к камину.

— Постарайся сегодня вернуться пораньше, — напутствовала его Эйлин.

— Надеюсь, что получится, — Реджинальд зачерпнул из стоявшего на каминной полке горшка горсть летучего пороха, — с началом каникул у нас заметно прибавилось работы, впрочем, как всегда.

Он бросил летучий порох в камин, скомандовал: «Больница Святого Мунго!» — и исчез в вихре зеленого пламени.

— Друзья молодого хозяина Северуса предпочитают что-нибудь особенное на обед? — вклинилась в беседу домовуха Кейти, обожавшая готовить и, как подозревал Северус, слегка завидовавшая Присси, чьи кулинарные шедевры неизменно были выше всех похвал.

— Готовь все, что пожелаешь, — смутился Северус. Он давно привык к тому, что Присси называла его «молодым хозяином», но впервые слышал это от эльфийки Бакстеров. — Мои друзья любят абсолютно все.

— И даже к чаю ничего особенного не попросите? — Кэйти насупилась, а в ее голосе зазвучала обида.

Северус на мгновение задумался, а затем его осенило: он вспомнил, как показывал Лили воспоминания о свадьбе Малфоев, и как та сожалела, что не может попробовать крошечные пирожные, которые подавали гостям на десерт.

— А знаешь, было бы здорово, если бы ты испекла эклеры с заварным кремом! — сказал он, но тут же осадил себя. — Это ведь не очень сложно?

— Совсем не сложно! — обрадовалась эльфийка. — Кейти приготовит все, что пожелает молодой хозяин Северус.

Собрав грязные тарелки, она аппарировала с ними на кухню и, судя по звону посуды, тут же принялась за работу.

— Порой с ней непросто, — усмехнулась Эйлин, — она очень ранимая, и я частенько выбираю слова, чтобы ее не обидеть. Но зато она чудесно ладит с Эйприл, а некоторые блюда удаются ей даже лучше, чем Присси, — добавила она шепотом, чтобы Кэйти, не дай Мерлин, не могла этого услышать. — Чем ты собираешься заняться сегодня? — спросила она у Северуса.

— Пойду навещу прабабушку, — отозвался он. На самом деле помимо нового зелья, которое они с Элеонорой договорились сварить сегодня, Северусу было необходимо вернуть портрет Септимуса на место. А заодно обсудить с прадедом возможность того, что пятым крестражем Темного Лорда стал медальон Салазара Слизерина.

* * *

Миссис Принц встретила правнука в необычайно приподнятом настроении. Северус и не помнил, когда в последний раз видел улыбку на ее лице, усталом от тревог и забот, в число которых, несомненно, входили заказы от Темного Лорда.

— Я хотела кое-что показать тебе, Северус, — с трудом сдерживая волнение, произнесла она и положила перед Снейпом свиток пергамента.

Дойдя примерно до середины длинного перечня ингредиентов, Северус поднял удивленный взгляд на Элеонору.

— Мне не кажется? Это действительно лекарство от драконьей оспы?

— Нет, не кажется! — с гордостью отозвалась та. — Я работаю над этим составом уже пару лет и вот, кажется, нашла именно то, что искала.

— Но ведь это — настоящий прорыв в колдомедицине! — все еще не веря собственным глазам, покачал головой Снейп. — Представляете, скольких людей удастся спасти благодаря вашему зелью!

— Это будет настоящим прорывом, если мне удастся довести его до ума. Надеюсь, ты мне в этом поможешь. Я думала начать работу над основой уже сегодня.

— Без проблем, — с горячностью кивнул Снейп, — я только сбегаю к себе и верну на место портрет Септимуса, а заодно спрошу, какое впечатление произвели на него мои друзья.

— Значит, я пока могу смело попросить Присси принести мне чаю, — понимающе улыбнулась Элеонора, — вам с Септимусом меньше часа точно не хватит. И о чем вы только болтаете, хотела бы я знать? Конечно, кроме обсуждения твоих приятелей.

«Вряд ли вам понравятся темы наших бесед!» — с горечью подумал Снейп, быстро поднимаясь по лестнице в свою комнату.

* * *

— Как самочувствие? Не болит голова после нашей вчерашней экспедиции? — поинтересовался Септимус, убедившись, что Северус запер дверь и наложил на нее заглушающее, чтобы никто из обитателей дома, особенно изнывавшие от безделья и скуки Декстер и Марша, не смогли подслушать их разговор.

— Не беспокойтесь! — произнес Северус, усаживаясь в кресло напротив портрета. — Я в полном порядке и спокойно могу кое-что вам показать.

— Этот Волдеморт — просто настоящее чудовище, — поежился Септимус, закончив сеанс легилименции. — С таким хладнокровием мучить, а затем убить собственного отца и бабку с дедом — для этого нужно вовсе не иметь сердца. И как виртуозно он подделал воспоминания Морфина Мракса! Несомненно, в Аврорате с восторгом ухватились за его признание! Опустившийся пьяница, магглоненавистник, да к тому же имевший причины для мести Риддлу. Чем не идеальный подозреваемый?!

— Тем более в «Пророке» было написано, что Морфин недавно освободился из Азкабана, где отбывал наказание за нападение на все того же Тома Риддла.

— Вот именно! — кивнул Септимус. — Жаль, конечно, что большая часть беседы с Морфином велась на парселтанге, но, даже несмотря на это, ты узнал неимоверно много информации.

— Кажется, я узнал даже больше, чем мы с вами рассчитывали, — лукаво усмехнулся Снейп, гадая, обратил ли прадед внимание на жалобы Мракса по поводу пропажи второй семейной реликвии.

— Ты имеешь в виду вопли Морфина по поводу украденного медальона? — ответил на его мысленный вопрос Септимус. — Да, признаться, это и в самом деле весьма важная зацепка. Уверен, Волдеморт тоже заинтересовался артефактом, принадлежавшим самому Салазару Слизерину. Значит, мы уже совершенно точно знаем, что представляют собой четыре крестража из пяти, — он начал разгибать пальцы: — Итак: дневник, кольцо Марволо Мракса, медальон (полагаю, что ты прав в отношении него) и диадема Кандиды Когтевран. В нашем с тобой реестре осталось еще немало реликвий, как основателей Хогвартса, так и старинных волшебных родов, однако мы уже знаем, что Волдеморт не наложит лапу на меч. И что-то мне подсказывает, что Темный Лорд скорее польстится на чашу или блюдо Пенелопы Пуффендуй, чем на кольчугу Годрика Гриффиндора. Судя по всему, он предпочитает превращать в крестражи небольшие по размеру предметы, которые легко прятать.

— Вы предлагаете мне снова обратиться к архивам «Ежедневного пророка» и поискать в них, происходили ли после сорок третьего года странные убийства, совпадающие с кражей древних артефактов? — хмыкнул Снейп, обреченно представив, какую гору газет ему придется перелопатить на сей раз и сколько часов урвать у и без того короткого ночного отдыха.

— Я бы с удовольствием сделал это вместо тебя, но — увы — вряд ли смогу тебе помочь, — грустно усмехнулся Септимус. — В любом случае подумай об альтернативном варианте. Уверен, тебе и так будет чем заняться в этом учебном году. Надеюсь, за всеми своими заботами ты не забыл, что на пятом курсе сдают СОВ?