Ресторан «Золотой грифон» по праву считался самым фешенебельным заведением магического квартала Лондона. Его фасад, выдержанный в строгом викторианском стиле, органично вписывался в архитектуру старого города, однако за тяжёлыми дубовыми дверями начиналось царство роскоши и безупречной репутации для магов высокого статуса. Здесь предпочитали назначать встречи представители «священных двадцати восьми» и главы особенно состоятельных магических домов — это место не предназначалось для случайных посетителей.

Сегодня в одной из приватных кабинок, отгороженной от общего зала обитыми дорогой кожей стенами и чарами тишины, Джейсон Блэк встречался с регентом рода Лонгботтом — леди Августой. Инициатором встречи была именно она, что само по себе говорило о многом.

Причина была более чем серьезной. Получив на руки официальные документы об опеке над несовершеннолетним Корвином Лестрейнджем, Джейсон без промедления подал иск против Фрэнка и Алисы Лонгботтом — по обвинению в похищении и нанесении тяжкого вреда здоровью ребёнка. Причём сделал это не в Британии, а в швейцарском Берне, минуя инстанцию Визенгамота. Суд Международный конфедерации магов принял иск, сославшись на очевидную пристрастность британской судебной системы.

Теперь леди Августа была вынуждена сидеть напротив главы одного из самых тёмных и влиятельных родов магической Британии, и не где-нибудь, а в дорогом ресторане, где даже стакан воды стоил баснословных денег. Она бы с куда большим удовольствием оказалась сейчас где угодно, только не здесь. Однако положение, в котором оказался род Лонгботтом, было откровенно скверным. И, что особенно неприятно, сложилось оно по её собственной вине, а также вине её сына Френсиса Лонгботтома.

Признавать это Августа не желала. Но иск проклятого Блэка вытащил на свет грязное бельё, которое семья последнее десятилетие предпочитала прятать подальше от посторонних глаз.

— Мистер Блэк, — начала она, гневно раздувая ноздри, — зачем вам нужен этот иск? Мой сын и невестка не в состоянии отвечать за свои поступки! Это признаёт даже суд МКМ.

Джейсон в этот момент сидел на мягком диване, обитом кожей келпи, положив руки на массивный дубовый стол, укрытый белоснежной скатертью. Перед ним стояла тарелка с идеально прожаренным говяжьим стейком, источающим тонкий аромат специй. В последние дни дел у Блэка было столько, что даже на еду катастрофически не хватало времени, и мужчина без зазрения совести совмещал деловую встречу с полноценным обедом — тем более когда собеседник не вызывал ни малейшего уважения.

Он ел неторопливо, с явным удовольствием, запивая мясо тягучим испанским вином. Леди Лонгботтом, напротив, ограничилась стаканом воды, и это, по мнению Джейсона, было исключительно её личной проблемой.

Выдержав приличествующую паузу и аккуратно отложив приборы, он наконец поднял взгляд на собеседницу и заговорил.

— Видите ли, мэм, — произнёс Джейсон спокойно, с оскорбительно ленивой интонацией, — нравится вам это или нет, но факт похищения ребёнка был доказан ещё Рудольфусом Лестрейнджем. Визенгамот просто отказался принять материалы к рассмотрению. Однако вред Корвину был нанесён, и ваша невестка собственноручно запечатала магию малолетнему ребёнку. А то, что сейчас они страдают от жесткого отката, — это, скорее, прямое доказательство их вины, а не смягчающее обстоятельство.

От этих слов Августа побагровела, словно перезрелый помидор. Шляпа с чучелом грифа мелко задрожала, выдавая плохо сдерживаемую ярость. На фоне матово-чёрной обивки дивана её возмущение выглядело немного комично.

— Да как вы смеете! — наконец выдохнула она. — Род Лонгботтом входит в «священные двадцать восемь»!

Ни тон, ни пафос, ни попытка надавить статусом не произвели на собеседника ни малейшего впечатления. Джейсон всё так же невозмутимо продолжал прерванную трапезу, словно обсуждение касалось погоды за окном, а не чести древнего рода.

— И это, по-вашему, даёт вам право нарушать закон и бесчинствовать? — равнодушно уточнил Блэк, бросив на пожилую даму короткий, холодный взгляд.

На самом деле у Джейсона был ещё один, куда более прагматичный мотив для судебного преследования семейства Лонгботтом. Положительное решение по этому делу открывало широкие возможности для пересмотра приговоров многим Пожирателям смерти — или, как минимум, для проведения куда более тщательных и беспристрастных расследований.

По этому вопросу уже была достигнута предварительная договорённость с исполняющей обязанности министра — Амелией Боунс. Кроме того, вездесущий Люциус Малфой, ныне занимавший кресло представителя Британии в Международной конфедерации магов, оказывал делу всестороннее и весьма деятельное содействие. Его влияние, связи и умение лавировать между интересами разных сторон в этот раз работали на редкость слаженно.

Как ни странно, у Джейсона появилась ещё одна союзница — та, на чью помощь он совершенно не рассчитывал. Леди Нарцисса Малфой взяла на себя подготовку к прибытию своего племянника Корвина. После женитьбы главы рода она возобновила общение со своей кровной семьёй и, что особенно примечательно, совершенно перестала бояться Джейсона, которого ещё недавно предпочитала обходить стороной.

Пы.Сы. Внимание! В главе обнаружены хищная красота и хищное удовлетворение

Работали они слаженно, без слов. В четыре руки, аккуратно и без суеты, супруги подняли чашу и поместили её внутрь контейнера.

Когда Гермиона попыталась возмутиться, невеста дядюшки спокойно и без тени раздражения объяснила ей, что такое статус в человеческом обществе.

А переведите-ка мне эту "госпожу" на английский... Как это - miss Lin?!

Во-первых, почему "даже"

Ой. Внезапно соглашусь с автором (но только в этом!).
Мой внутренний искусствовед давно возмущён тем, как риддл именно что варварски испортил древние реликвии. Не дал их изучить, забил своей магией то что там раньше было наколдовано.

Наверное, потому что некоторые считают Толкина эталоном непротиворечивости сюжета...

Тяжелее всего было смириться с отсутствием людей, которые действительно тебя понимают. Ещё тяжелее — признать, что таких людей в её жизни нет и, возможно, никогда не существовало.

омикрон - тот самый

Эти "некоторые" с нами в одном чятике?

омикрон - тот самый

Эти "некоторые" с нами в одном чятике?

Новые условия жизни мистеру Блэку откровенно нравились. Он был полностью легализован, за ним больше не охотился прежний работодатель с целью тихого устранения, а самое главное — теперь у него имелось высокое положение в обществе. Это позволяло решать большинство проблем через адвокатов в судебных и международных инстанциях, не прибегая к прямому силовому воздействию.

Разумеется, время от времени доставать свои старые «инструменты» из условного чулана всё же приходилось. Но делал он это куда реже, чем в прошлой жизни. И всё же в этом было своё особое удовольствие — в тишине, без спешки, разбирать, чистить и смазывать личный Barrett M82, напоминая себе, кем он был и каким путём пришёл к нынешнему положению.

Задумавшись, Блэк не заметил, как закончил свой ланч, и лишь тогда перевёл взгляд на собеседницу. Леди Августа сидела напротив, напряжённая и откровенно недовольная, с застывшей маской высокомерного раздражения на лице.

— Мэм, — спокойно начал он, — я согласился вас выслушать исключительно из уважения к приятельским отношениям моего ученика и вашего внука. Только по этой причине я готов сделать вам одно-единственное предложение. Вы готовы его выслушать?

Августа свирепо посмотрела на Блэка и плотно поджала губы, словно сдерживая поток возмущённых слов, но всё же кивнула.

— В таком случае, — продолжил он ровным, деловым тоном, — я предлагаю вам официально признать вину рода Лонгботтом и выплатить виру ингредиентами из ваших теплиц. Соглашайтесь, мэм. Предложение более чем щедрое. Ваши сейфы почти пусты, а лучшего варианта вам никто не предложит. В противном случае придётся выплачивать виру золотом — и уже по решению международного суда.

Леди Лонгботтом поморщилась так, словно ей поднесли стакан концентрированного лимонного сока. Предложение действительно было щедрым — и унизительным. И оно полностью перечёркивало её давние планы на внука. Невилла придётся отдать в ученики к Помоне Спраут, а не отправить по стопам отца в Аврорат, как она мечтала. Проклятый Блэк прекрасно знал, на какие точки давить.

— Я согласна, — нехотя, хриплым голосом выдавила Августа. — Род Лонгботтом выплатит виру ингредиентами.

«Может быть, это хотя бы немного ослабит откат Френка за содеянное», — мелькнула у неё тоскливая мысль.

— Вот и замечательно, мэм, — удовлетворённо сказал Джейсон. — Тогда давайте зафиксируем наше соглашение договором.

Он достал из внутреннего отделения папку с заранее подготовленными магическими контрактами, составленными заранее юристами. Увидев их, леди Августа скривилась вновь, но спорить было уже бессмысленно. Уговор дороже денег — оставалось лишь подписать бумаги и с педантичной точностью выполнить каждый пункт договора.

Мистер Блэк выходил из ресторана «Золотой грифон» в приподнятом настроении. Он успел поесть и заключил контракт, снимающий с него часть забот. Теперь можно было перераспределить усилия на другие направления. Или просто хорошо провести время с Сюэ.

Приятное течение мыслей внезапно прервалось: серая сипуха стремительно спикировала и опустилась прямо перед ним. Джейсон, быстро проверив корреспонденцию на вредоносные воздействия, отвязал письмо от лапки совы. Пробежавшись глазами по строкам, он заметно изменился в лице и без промедления аппарировал прочь.

Хитрая китаянка довольно быстро поняла главную проблему мисс Блэк. Социопатия — настоящий бич европейцев.

Вообще-то не совсем... Еще в английском есть:
Mrs (сокращение от Mistress) — замужняя женщина.
Ms — нейтральное обращение к женщине, которое используется, если её семейное положение неизвестно или она сознательно подчёркивает своё равноправие с мужчиной.
Madam — уважительное обращение к женщине.
Также в некоторых случаях может использоваться слово domina — «госпожа».

... Ну и опять-таки, в мире, где все знают, что можно что угодно увеличить занехуй, такое увеличение станет скорее всего ядрёным поводом для насмешек.

Mistress

— Только оденься прилично, как я тебя учила! — крикнула ей вслед Сюэ.

Гермиона пребывала в приподнятом настроении. Совсем скоро она сдаст экзамены и отправится учиться в Америку — мысль об этом наполняла её радостным предвкушением. Мама с папой уже дали согласие, а мистер Блэк, как оказалось, был совсем не таким высокомерным снобом, какими являлись многие британские маги. К тому же сегодня в кабинете министерской чиновницы Гермиона впервые заслужила одобрение госпожи Блэк. Сдержанное, почти незаметное, но от этого не менее ценное — и потому особенно лестное.

Вместе с Сюэ они спустились на лифтах в атриум Министерства. Пространство под высоким куполом гудело приглушённым эхом голосов, отражавшихся от полированного камня стен и пола. У большого транспортного камина, обрамлённого массивной резьбой, царила привычная суета. Какой-то клерк отвлек миссис Блэк вопросом, и в этот момент Гермиона мельком заметила, как зелёное пламя в камине едва заметно дрогнуло, будто потревоженное сквозняком. Она нахмурилась, но тут же отмахнулась от странного ощущения неправильности — показалось, не более.

Дамы бросили дымолетный порошок и чётко произнесли адрес «Блэк-хаус». Однако вместо ожидаемой строгой роскоши старинного особняка Блэков камин вынес их совсем в другое место. Осознать это Гермиона не успела: в грудь врезался невидимый удар заклинания, вспыхнуло ослепляющее ощущение боли — и мир погрузился во тьму.

Когда сознание вернулось, первым, что она почувствовала, была холодная жёсткость камня под ладонями. Гермиона лежала в тесной камере без окон; лишь под самым потолком виднелось узкое зарешечённое окошко, пропускавшее тусклый дневной свет. Рядом, на грубой каменной скамье, сидела миссис Блэк и задумчиво гладила её по волосам, словно стараясь успокоить.

— Где мы? — спросила Гермиона, с трудом приподнимаясь и садясь. Голова кружилась, тело наливалось свинцовой слабостью.

— В темнице, — спокойно ответила Сюэ. — Здесь наложены рунные цепочки, блокирующие магию у большинства магов.

Гермиона непроизвольно сосредоточилась, пытаясь нащупать свой магический резерв, и с неприятным холодком осознала — он пуст.

— У большинства? — переспросила она, подняв взгляд.

Миссис Блэк не ответила. Лишь её глаза на мгновение хищно блеснули, а уголки губ тронула тонкая, опасная улыбка. Гермиона поняла: рунные цепочки этих казематов, скорее всего, не были рассчитаны на некромантов. Мысль насторожила. Кому понадобилось похищать некроманта? И главное — зачем?

Мистер Блэк такому положению дел точно не обрадуется. Гермиона живо представила его реакцию и невольно поёжилась. Джейсон, когда дело касалось семьи, не понимал шуток совершенно. Мирным и мягким человеком его тоже назвать было нельзя. Сколько времени они уже здесь? Судя по ощущениям, прошло достаточно много времени.

— Мне это надоело. Я устала и хочу есть, — заявила Сюэ наиграно-капризным тоном.

В тот же миг по камере разлился могильный холод. Руки китаянки засветились бледно-зелёным светом, холодным и потусторонним. Она щёлкнула пальцами — просто и немного небрежно, — и из всех щелей полезли крупные крысы. Гермиона пригляделась и с содроганием поняла: животные были мертвы. Их движения были резкими, неестественными, словно ими управляла чужая воля.

Орда мелких грызунов без труда отворила решётчатую дверь камеры, и волшебницы вышли в узкий коридор. Здесь не было ни одного живого существа — только камень, сырость и запах застоявшейся тьмы.

Крысы-зомби побежали вверх по лестнице в конце прохода. Раздался неприятный скрежет когтей по камню, затем наверху что-то глухо рухнуло.

Сюэ, не торопясь, очистила магией одежду, поправила причёску и изящной походкой направилась вслед за своими слугами, будто прогуливалась по своему особняку, а не по тюремным казематам.

— Ну что ты так медленно, Гермиона? — бросила она, даже не оборачиваясь.

Девушка поспешно засеменила за тётушкой. Нет, опасалась эту ведьму она совсем не зря. И тем сильнее радовало, что Сюэ на её стороне — потому что трудно было представить, как иначе могла бы повернуться её жизнь.

Она не успела дойти до лестницы, как сверху прогремел самый обыкновенный взрыв. Гулко, тяжело, с характерным раскатистым эхом — и стены подземелья ощутимо дрогнули, осыпав каменную пыль. Миссис Блэк замерла, поставив ногу, обутую в изящную туфельку на тонкой шпильке, прямо на край ступени. Она слегка склонила голову, прислушиваясь, словно ловя знакомые интонации в этом хаосе разрушений.

Лицо её озарила искренне счастливая улыбка.

Сюэ достала из сумочки небольшое зеркальце, лёгкими, невесомыми заклинаниями поправила макияж и придала лицу чуть растерянное, почти испуганное выражение. Гермиона уже открыла рот, собираясь что-то сказать, но китаянка лишь закатила глаза и негромко произнесла:

— Смотри и учись. В будущем пригодится.

Она небрежно махнула рукой, и орда крыс в тот же миг осела на каменный пол, превратившись в безжизненные тушки. После этого Сюэ, аккуратно перешагивая через мёртвых грызунов, прошла к двери, выломанной зомби, и легко вошла внутрь. На её губах играла радостная девичья улыбка.

В любом случае, она не госпожа для Гермионы.

Лицо её озарила искренне счастливая улыбка.

Сюэ достала из сумочки небольшое зеркальце, лёгкими, невесомыми заклинаниями поправила макияж и придала лицу чуть растерянное, почти испуганное выражение. Гермиона уже открыла рот, собираясь что-то сказать, но китаянка лишь закатила глаза и негромко произнесла:

— Смотри и учись. В будущем пригодится.

Она небрежно махнула рукой, и орда крыс в тот же миг осела на каменный пол, превратившись в безжизненные тушки. После этого Сюэ, аккуратно перешагивая через мёртвых грызунов, прошла к двери, выломанной зомби, и легко вошла внутрь. На её губах играла радостная девичья улыбка.