Radiance - Сияние истины (джен)

Впервые я встретила Денали, когда мне было пять дней. Я училась ходить в белом доме Ирины и Лорана, где жила, пока гостила у них. Кармен в парке учила меня охотиться на кроликов. Элизар осмотрел меня и объявил, что я "особенная". У Дэвида была мозаика, а когда он убедил бабушку, что я не порежусь, научил меня саму вырезать себе мозаики из картона. Я стащила краски из набора Кейт для этого, и она в шутку гонялась за мной по всему двору, когда обнаружила пропажу. Тане нравилось прятать мелкие вещи, как, например, мои детали от мозаики, рядом с центральным домом и потом посылать меня на поиски.

Это там мои волосы выросли достаточно длинными для заплетения в косу, и Розали впервые заколола их. Там я сказала свои первые слова, и дедушка ответил на них. Там я прочла свою первую книгу, когда Эммет передал мне ее, чтобы я дочитала свою сказку на ночь самостоятельно. Там я впервые отпраздновала свой "день рождения", когда прошел месяц моей жизни, тогда бабушка зажгла свечи, чтобы отметить эту дату.

Это то место, где я жила дольше всего. Четыре дня в месте моего рождения в Норвегии, четыре месяца тут, полтора месяца в Орегоне, месяц в Мичигане, а остальные пять лет — в постоянном движении.

Когда показались три знакомых здания, я ощутила, словно шла домой.

Но это было не так.

Я была частью группы, решила я. Путешествовала с пятью еле знакомыми людьми, что компенсировало комфорт любого места, куда мы могли бы прийти.

Но это также означало, что у меня не было дома, если не считать мамины руки, переносившие меня с места на место. Несколько месяцев за раз были существенным отрезком моей жизни, но все еще не слишком большим, и у Денали мы всегда были гостями. Даже несмотря на то, что ковен Аляски жил достаточно уединенно, чтобы мой аномальный рост можно было спрятать от посторонних и поэтому для меня имело смысл вырасти именно там, они все равно не были нам семьей.

К концу четвертого месяца Розали и Таня начали ругаться, а Элизар и дедушка иногда начинали перебрасываться тихими серьезными аргументами у меня за спиной, что длилось часами, если их вежливо не прервать. Кейт начала слишком часто “случайно” прижиматься к Эмметту, когда ее способность была включена. Кармен начала намекать, что, возможно, я устала от здешних видов и что стагнация вредна для развивающегося разума, так что вскоре мы собрались и закончили то, что эмпатически ощущалось как долгое нахождение в гостях.

Позже у меня появилась причина, чтобы радоваться, что это место не было для меня домом.

* * *

Дэвид стоял снаружи перед домами, встречая нас; я распознала его издали, несмотря на неожиданность его появления в том месте. Я вывернулась из хватки папы, когда увидела Дэвида, и подбежала обняться. Он выглядел слегка ошеломленным, но улыбнулся.

— Элспет, полагаю, — сказал он, взъерошив мне волосы.

— М-м-мгу, — сказала я, улыбаясь.

— Рад видеть тебя, рыжик. Ты все растешь, едва я только отворачиваюсь, — шутливо обвинил он меня. — Привет всем, — крикнул он мне через голову, начиная указывать на незнакомые ему лица, чтобы подтвердить их личности. — Джаспера и Эдварда я узнал. Питер? Шарлотта? Приятно познакомиться. О, Элис, Кейт хочет поговорить с тобой о чем-то наедине. Она сказала передать тебе, что будет на дереве, похожем на аиста.

— Наедине? — тревожно спросила Элис, облокотившись на Джаспера, который обнял ее, явно не желая отпускать.

— Так она сказала. И что вот поэтому она так далеко, — добавил Дэвид, кивая в направлении папы. — Не знаю, о чем это она.

— Где остальные? — спросил папа.

— Кармен и Элизар на охоте, хотели остаться и встретиться с вами, но услышали проходящих медведей и не удержались, просто не повезло. Таня... в городе, присматривает за своей фирмой, — сказал Дэвид, глянув на меня.

— Мне пять с половиной, я в курсе, что такое суккуб, — сказала я, пытаясь казаться взрослой.

— Вот как? Хорошо. Таня тогда вышла на свою охоту, — ответил Дэвид. — Так что я тут представляю комитет по встрече. Элис, ты пойдешь поговорить с Кейт или нет? Вроде бы она считала это важным.

— Ну... — Элис бросила извиняющийся взгляд на Джаспера, и он наклонился поцеловать ее в макушку. — Она понимает, что я, вероятно, в будущем снова окажусь в радиусе пяти миль от Эдварда, верно?

— Думаю, да. Если нужно мое мнение, то она хочет извиниться или нечто в этом духе — возможно, у нее были предположения о том, что делали Вольтури? — подумал вслух Дэвид, пожав плечами. — И хочет извиниться, но не хочет, чтобы при этом кто-то был? Хотя это просто догадки.

— Тогда ладно, — вздохнула Элис, крутанулась в руках Джаспера, получив весьма пылкое прощание, прежде чем скрыться среди деревьев и домов. Джаспер напрягся, с явным усилием оставаясь на месте, но Питер хлопнул его по плечу, что явно помогло.

Папа издал недовольное ворчание. Я подумала, что, наверное, он раздражен тем, что Элис ушла, не сказав ему места встречи с мамой. Папа посмотрел мне в глаза, кивнул и пнул совершенно невиновный в этом куст.

— Нормально держишься, рыжик? — спросил меня Дэвид, переводя взгляд с отца на меня. — Я слышал, как Таня говорила с твоим дедушкой. Звучало так, словно у вас была та еще неделька, да?

Я решительно кивнула и еще раз обняла его. Он хихикнул и обнял меня в ответ.

— Надо бы звать тебя "обнимашкой", а не "рыжиком". Ты и мелкой была такой уютной? Полагаю, Розали таскала тебя всюду, куда ты хотела пойти, а ты всегда держала руки вокруг ее шеи, когда не "говорила" с ней. Эй, а ты все еще делаешь эту штуку?.. — Он коснулся своего лица, и я положила руку ему на щеку.

Эту штуку?

— Ага, эту, — рассмеялся он. — Ого. Знаю, я нечто вроде кузена, так что по мне это не ударило так сильно, как по твоим бабушке, дедушке, дяде и тете, когда ты исчезла, но я все же скучал по тебе. Я когда-либо говорил, что ты напоминаешь мне мою племянницу?

— Я бы приехала, но...

— Ага, знаю, — отмахнулся Дэвид от моей попытки извиниться. — Все в порядке. Хорошо, что ты была с мамой.

Я застенчиво улыбнулась ему.

— Дэвид, не знаешь, как долго Кейт хочет говорить наедине с Элис? — спросил Джаспер.

— Расслабься, дерево в шести милях отсюда, Элис, вероятно, еще даже не добралась туда, — дружелюбно ответил Дэвид. — Не думаю, что это надолго. Эх, — добавил он вполголоса, пихнув меня в бок локтем. — Эти вампиры со своими половинками, да?

— Точно, — ответила я. Хотя это идеально относилось к Джасперу, но все же он был с Элис только пару часов после нескольких лет разлуки и веры в то, что она мертва, пока на самом деле ее пытали и использовали. Вероятно, имеет смысл, что он сейчас несколько прилипчив. Наверное, позже мама будет вести себя примерно так же.

— Полагаю, мне придется передвигаться с повязкой на глазах, чтобы избежать риска, если я когда-либо соберусь путешествовать, — драматично сказал Дэвид, изображая, как завязывает себе глаза. Потом рассмеялся и повел меня в центральный дом, предположив, что мне стоило бы сменить одежду и что мне, вероятно, подойдут вещи Кэйт. — Теперь ты такая высокая, вымахала как сорняк. Она не будет возражать. Ставлю на то, что после разговора с Элис они первым же делом пойдут по магазинам за шмотками, в качестве первого шага по восстановлению их дружбы, — сказал он.

Я по памяти нашла комнату Кейт и убила немало времени, просматривая гардероб и напевая про себя. Я ощущала себя значительно более расслабленной, нежели последние несколько дней; даже в самолетах, когда не нужно было делать ничего срочного, я была стиснута и напряжена. И было скучно.

Дэвид отличался от того, каким я его помнила, хотя тогда он был новорожденным. Поэтому он был напряжен и выдавал инстинктивные реакции на любой раздражитель. Но даже тогда ему было нормально находиться рядом со мной, поскольку я не была едой или угрозой, так что инстинкты молчали и он мог проявлять свою настоящую личность.

Спустя пятнадцать минут после того, как я нашла себе у Кейт блузку и пару джинс, я услышала, как папа выкрикивает мое имя.

* * *

Я пробежала в ближайшую комнату с окном, выходящим на фронтальную сторону дома, — студию Кейт, находившуюся напротив ее спальни без кровати, — и попыталась понять, что происходит. Я открыла окно, чтобы лучше слышать папу, а то не расслышала ничего, кроме своего имени и невнятного шума.

— ...предатели! — рычал папа, угрожающе пригнувшись напротив Дэвида, который держал руки перед собой, медленно отступая. Папа поднял голову, чтобы посмотреть на меня:

— Элспет, спускайся, нам нужно уходить как можно скорее.

Питер и Шарлотта, похоже, держали Джаспера, который вырывался изо всех сил; я слышала, как Шарлотта шепчет ему:

— Ты не победишь, не сможешь, отступи...

Я выпрыгнула в окно и посмотрела на Дэвида, который стоял, в изумлении открыв рот.

— Я не знал, — сказал он. — Я не знал...

Папа схватил меня за талию и уже сделал пару шагов для бега, прежде чем Аллирия внезапно появилась перед ним.

— Подожди. Деметрий с ними?

Папа остановился.

— Нет, — сказал он. — Ты сможешь убить их достаточно быстро? И убраться без них с Элис?

— Убить кого? — воскликнула я. Одновременно Джаспер закричал:

— Только через мой труп кто-либо рискнет Элис...

— А ты еще кто? — воскликнул Дэвид, отпрыгнув от Аллирии.

— Аллирия полувампир, которая может делать себя незначительной, — просветила я его. — Папа, кого она должна убить?

— Волков, — сказал папа. — Десять волков с их укротителем Сантьяго и нашими предателями. Они движутся сюда довольно быстро, так что, если не сработает, то нам надо уходить.

— Она не сможет коснуться Кейт, — завопил Дэвид. — Кейт всегда под напряжением...

— Элизар тоже сможет тебя увидеть, — уведомила я Аллирию. — Он ощущает силы, не знаю, сможешь ли ты спрятаться со всем этим... — я забыла, с кем говорила. — Вообще, — закончила я, просто чтобы завершить предложение.

— Чего мы тут еще стоим? — прошептал папа, разворачиваясь со мной в охапке. — Да, Дэвид, ты можешь уходить, ты идиот, но не предавал нас целенаправленно. Джаспер! Они не убьют Элис! Она слишком ценна, в отличие от тебя, ты хочешь пойти и убиться, оставив ее? Она сумеет узнать, жив ли ты! Приди в себя, и мы сможем снова вытащить ее!

Джаспер немного успокоился, Питер с Шарлоттой отпустили его, и он присоединился к нам.

Мы метнулись в гараж Денали, и Дэвид вырвал дверь, чтобы не ждать, пока она откроется. Он схватил со стены ключи от универсала. Меня швырнули на заднее сиденье, Джаспер сел рядом; Шарлотта и Питер забрались в кузов, Дэвид сел за руль, а папа рядом с ним.

— Розали модифицировала его для меня тогда, — прошептал Дэвид, заводя двигатель, и я получила шанс узнать в первый раз, почему мама говорила, что вампиры водят как маньяки.

— Куда мы поедем? — спросила я. — На встречу с мамой?..

— Нельзя, мы не знаем точно, где она, а без Элис не сможем найти, — с сожалением ответил папа. — Мы двинемся в аэропорт, перехватим Карлайла и остальных до того, как они попадут в ловушку.

— Они будут этого ждать, идиот!

— Смотри, Эдвард, я понимаю, что мы не были хорошими друзьями даже до того, как тебе вырезали все привязанности, но все же для такого нет необходимости, — сказал Дэвид, выруливая на шоссе. “Ага”, — подумала я, и папа в раздражении оглянулся на меня. — Думаю, мы сможем добраться до аэропорта вовремя, чтобы встретить их на посадке...

— А что если их самолет опоздает, — сказал папа, — и мы потратим полчаса, позволяя им поймать нас? Мы должны искать Беллу. Единственный путь защитить ее сейчас, это доставить ее поближе к Элспет, чтобы Элис не смогла отследить ее своей силой. — Едва он сказал это, Джаспер отодвинулся от меня, насколько позволяла машина, — Деметрий, вероятно, все еще занят другими одаренными. Как только мы найдем Беллу, мы сможем подумать о тех, кого они не хотят убить на месте.

— Я могу позвонить в аэропорт и попросить их передать Калленам сообщение, — предложила Шарлотта, и все замолчали в восхищении ее здравым смыслом, или, по крайней мере, так это выглядело для меня.

— Давай, — ответил папа. Дэвид продиктовал номер, одновременно повернувшись в сторону папы.

— Как, как мне найти Беллу... — прошептал он.

— Элспет, милая, какой у тебя радиус способности? — спросила Шарлотта, не звоня еще в аэропорт. — Ты можешь разговаривать с ней на расстоянии?..

— Нет, — с сожалением ответила я. — Моя сила работает максимально при касании, некоторые вещи я могу делать при помощи речи и языка тела, но это не сработает, если меня не видят или не слышат.

— Алистер, — сказал отчаянно папа.

— Не сработает, — ответил Джаспер. — Даже если бы у него был телефон и ты знал номер, он бы не ответил, и у него нет возможности указать тебе направление от Англии, к тому же Белла все равно защищена от него.

Папа расстроенно зарычал.

— Возможно, нам нужно повернуть обратно; по крайней мере мы могли бы отвлечь волков, чтобы они разделились, а не всей стаей собрались вокруг Беллы.

— Десять волков, — сказал Питер. — Десять, Эдвард. Плюс Сантьяго и, вероятно, четверо Денали, включая Кейт.

Шарлотта, похоже, закончила составлять сообщение для дедушки и остальных и позвонила в аэропорт.

— Я не понимаю, почему они так поступили, — прошептал Дэвид. — Просто... не понимаю.

— Верно, прямо непостижимо, — сказал папа. — Вольтури сожгли Сашу перед ними, потом убили Ирину, при этом не услышав и писка со стороны Кейт или Тани; Элизар работал в страже много лет и ушел мирно; кто мог предположить, что они не захотят участвовать или хотя бы просто будут молчать о революции всего лишь потому, что наш любимый правящий класс хранил фрагменты одаренных в подвале, чтобы Эдди могла копировать их?

— А разве Кейт не должна была волноваться, и Элизар?.. — спросила я.

— Элизар попросту не нужен, если у них есть Аделаида, — выплюнул папа. — И если они правда решат вернуть его, есть множество возможностей для Челси. Электричество Кейт работает при прикосновении. И даже в разорванном виде она сможет поддерживать достаточный ток, чтобы ее нельзя было скопировать, к тому же Аделаида все равно не сможет пользоваться такой способностью против других одаренных. Их обоих для Вольтури удобнее держать в качестве союзников, пусть даже частичных, нежели как узников.

— Куда мы едем? — спросила я снова, когда папа сказал Дэвиду повернуть.

— Туда, где, как я полагаю, сейчас будет Белла, — ответил папа. — Я давал ей указания, как добраться к Денали, годы назад. Она может использовать тот путь полностью или частично, вместо того, чтобы искать новый.

Шарлотта закончила со служащей аэропорта, согласившейся передать сообщение: "Не идите к Денали, там волки, которых наши законопослушные друзья не хотят пристрелить; бегите и позвоните вместо этого Шарлотте", когда самолет приземлится. Я подумала, что это хороший способ предупредить их, не дав людям понять, о чем сообщение на самом деле. Я надеялась, что дедушка не сделает ничего, вроде поездки к Денали, чтобы урезонить старых друзей. Это было в его духе.

— Эдвард, — сказал Джаспер, — ты не думал, что если принесешь Элспет к Белле для защиты от Элис, то одновременно сделаешь ее уязвимой для Деметрия?

Папины руки сжались.

— Она уже на пути к Денали, — выдохнул он. — Нам нужно найти ее первыми — по крайней мере, сейчас Деметрий занят...

— Прямо сейчас они все равно не смогут использовать Элис, — довольно разумно заметил Джаспер, хотя в его голосе явно слышалось усилие. — Она не станет им помогать; им придется сначала дотащить ее до Эдди, а та, вероятно, как и Деметрий, сейчас помогает вернуть одаренных в том порядке, в каком это удобней делать.Так что же, ты считаешь, что волки будут ждать у Денали для поимки Беллы, и будут ждать нас в аэропорту, если мы решим ехать туда, и они будут сопровождать мою жену туда, где находится Эдди, так сильно ли нужна Белле Элспет прямо сейчас? Будь я Сантьяго, я бы не так уж сильно доверял Денали. Я бы держал своих ручных волков в одном месте, для безопасности, как и новых союзников, чтобы убедиться, что они играют на моей стороне.

— И что нам, по-твоему, делать? — прорычал папа.

— Элспет, — сказал Джаспер, — ты говорила, что волк запечатлелся на тебя?

— Да... — сказала я, не уверенная, что с этим можно сделать.

— Джаспер, — сказал папа, — Белла бы никогда не хотела...

— Беллы тут нет, Эдвард. Ладно, Элспет, — сказал он, наклонившись вперед, чтобы видеть меня, шесть красных глаз посмотрели на меня. — Штука вот в чем. Я не эксперт по волкам, но я понял, что запечатление важно для них, когда впервые услышал об этом. Не только тот волк, что запечатлен на тебя, не сможет навредить тебе. Никто из них не сможет, или, по крайней мере, они замешкаются.

— Это неверно, Брейди напал на Маурин... — я потянулась, показывая Джасперу воспоминание о том, как Коди рассказал мне об этом.

Джаспер посмотрел его и продолжил:

— Думаю, мальчик просто преувеличил, чтобы произвести большее впечатление, или что-либо не понял в поведении Брейди. Он мог просто пытаться вырубить Маурин или напугать ее. Поскольку, если бы Брейди навредил ей, он и волк Маурин сражались бы до смерти. У Вольтури твой волк. Они, вероятно, хотят использовать его, что подразумевает, что ты нужна им, чтобы сдерживать его, и я уверен, что все их волки сейчас знают, как ты выглядишь.

— ...Так... твой план...

— Мы отменим сообщение нашим. Вернемся к Денали. Ты пойдешь с нами и встанешь на пути у волков, — сказал Джаспер. — Двигайся так быстро, чтобы они не могли вырубить тебя, не навредив, и они не смогут тебя остановить. Поскольку нас пятеро, то мы сможем хотя бы сдерживать пятерых других вампиров, пока к нам не придут подкрепления, и это если они все будут сражаться с нами — некоторые могут остаться в стороне, особенно Кармен и Элизар, возможно, Таня. Мы спасем Элис, которая, в свою очередь, поможет найти Беллу, без всех этих “пан или пропал” угадываний, — договорил он, глядя на папу. Тот вздрогнул.

— Это не включает меня, — появляясь, пораженно сказала Аллирия. — Ты веришь, что справишься с... как там полное имя электрической одаренной?

— Кейтрин, — ответила я, и папа закатил глаза.

— Ох, — сказал Джаспер. — Ты существуешь. Это поможет. Да, если позаботишься о Кэйт, мы, вероятно, справимся с ней — она не слишком хороший боец, если не считать ее способности, и против нескольких противников, которые могут приводить друг друга в сознание, пока она отвлечена на других, она проиграет. Элизар вообще едва может сражаться.

— Отлично, — сказал Эдвард, толкнув Дэвида, который при первой же возможности нарушил правила, развернувшись прямо на шоссе обратно к Денали. — Шарлотта, звони в аэропорт.

— Измени сообщение, а не отменяй, — добавил Джаспер. — Они должны прийти готовыми к битве, а не ожидая приветственную вечеринку.

Шарлотта послушно набрала номер и сказала передать следующее сообщение: "Осторожней в Денали, там волки и ваши законопослушные друзья не стреляют в них, а Шарлотта будет слишком занята, чтобы ответить по телефону". Служащая аэропорта казалась явно сбитой с толку, но обещала передать информацию бледным людям, описанным Шарлоттой.

— А имеет значение, если они не в стае Джейкоба? — спросила я. — Они, вероятно, не в ней...

— Не должно, — ответил Джаспер.

— Ты правда считаешь, что наш маленький рыжик сможет помешать десяти волкам в достаточной мере, чтобы остальные из нас остались на ногах и не были ранены? — скептично спросил Дэвид.

— При помощи Аллирии — да, — ответил Джаспер. — Если не случилось ничего экстраординарного в последние пять лет, Дэвид, то у меня все еще больше боевого опыта среди всех присутствующих.

Мне показалось, что я услышала, как Дэвид прошептал нечто о том, что зато он единственный взрослый в машине, у кого работает мозг целиком, но никто не ответил на это.

Он привез нас обратно к Денали, и мы все надеялись, что Джаспер был прав.

Он ошибался.

* * *

И вот в чем Джаспер ошибался...

Он думал, что сможет сражаться, если Элис будет в заложниках.

Он не смог.

Пара волков держала ее, и всякий раз, когда он пытался сражаться, челюсти или когти усиливали нажим. Элис не кричала, но это не имело значения, потому что повреждения сопровождались металлическим скрежетом. И он каждый раз поворачивался в ту сторону посмотреть, что было сломано или повреждено, и пытался добраться до нее — и это отвлекало его достаточно, чтобы кто-то, обычно Кейт, успевал нанести ему удар.

Он думал, что Элизар не сможет сражаться.

Элизар смог.

Элизар не был воином, но он был вампиром, а Аллирия — нет, и никто не думал останавливать его, пока он активно не атаковал никого важного. Против Аллирии сыграла ее собственная сила, сделав ее неважной, и я бы сочла это ироничным, если смогла в тот момент видеть происходящее.

Он думал, что волки не смогут навредить мне.

Они не могли...

Но Сантьяго могла. Она поняла, что происходит с ее волками (план работал всего полминуты, все они отпрыгивали назад, когда я выбегала перед ними), так что она сломала мне ноги и бросила самому маленькому из волков с белым брюхом, чтобы он прижал меня к земле. И остальным волкам после этого ничего не мешало сражаться. Хотя вряд ли дальше это можно было назвать сражением.

У меня не было хорошего обзора, и я мало что слышала, поскольку волчья челюсть размером с тарелку легла мне на ухо и прижала мою голову к земле, мои ноги болели, я едва могла понимать происходящее, я раньше ничего себе никогда не ломала, не принимала всерьез угрозу Саида, а они просто продолжали болеть. Это не было похоже на почти сразу исцелившуюся ранку со вспышкой боли, когда я прикусила себе язык; не было внезапной взрыва боли с потерей сознания, как было, когда я пыталась прогрызть поймавшую меня сеть и кто-то ударил меня по голове. Это было больно и продолжало болеть, и даже если бы я лежала лицом к битве, то ничего бы не увидела из-за слез, текущих из моих глаз.

“Мама, передумай и поверни обратно, здесь небезопасно, — думала я, желая, чтобы моя способность работала на расстоянии. — Мама, спаси меня. Мама, беги, спасай свою жизнь. Мама, мне больно, мне нужна помощь.

Мама, я все еще не хочу становиться взрослой”.