Второй шанс для Лили Эванс (гет)

В лавке его уже поджидали.

— Месье Леру! Очень рад познакомиться! — навстречу Северусу из-за прилавка, опираясь на палку, вышел сухонький старичок в скроенном по моде прошлого века сюртуке и подал гостю узкую слегка подрагивавшую руку. Несмотря на кажущуюся немощь, рукопожатие у мистера Бэрка вышло гораздо более сильным, чем можно было ожидать, и Северус моментально осознал, что тот умышленно притворялся старой развалиной. Очевидно, хитрый лавочник пользовался этим приемом для того, чтобы разжалобить клиентов и сбить цену на предлагаемый ему товар.

— Взаимно, дорогой мистер Бэрк, — расплылся в улыбке «Леру». — Мне рекомендовали вас как настоящего знатока артефакторики.

— Хотите кофе или сразу приступим к делу? — поинтересовался оставшийся стоять за прилавком Горбин.

— С удовольствием выпью чашечку кофе, — кивнул «Леру».

— Одну минутку, я только закрою лавку, чтобы нам не мешали, как вы и просили.

Горбин взмахнул палочкой, и створки жалюзи затворились сами собой, а дверной замок отчетливо щелкнул. Еще один взмах палочки — и перед Северусом появился кофейный столик и три удобных кресла.

— Присаживайтесь, — любезно пригласил его Бэрк.

Северус опустился в кресло напротив старика. Горбин ловко отлевитировал на стол дымящийся кофейник и разлил по чашкам ароматный напиток. Дождавшись, когда тот усядется в свободное кресло, Северус посмотрел прямо на него и произнес про себя Связывающее заклинание, а вслед за этим: «Силенцио».

Увидев, что случилось с его компаньоном, Бэрк вскочил, позабыв о своей палке, но Северус оказался проворнее. Минуту спустя связанные и лишенные возможности позвать на помощь Горбин и Бэрк неловко сидели в креслах, с ужасом глядя на Северуса, очевидно предполагая, что под маской выгодного клиента к ним явился вор.

— Господа, — отбросив за ненадобностью фальшивый акцент, сказал Северус, — уверяю вас, после моего ухода все артефакты в вашей лавке останутся в целости и сохранности. Так же, как и вы сами. Мне нужно от вас кое-что иное. Я хочу получить сведения о медальоне Салазара Слизерина. Кто из вас обладает информацией об этом артефакте?

Оба лавочника как по команде закивали.

— Начну с вас, мистер Бэрк, — улыбнулся Северус, глядя прямо в глаза насмерть перепуганного старика. — Не бойтесь. Это не больно. Легилименс!

* * *

Полчаса спустя, запирая лавку всеми возможными заклинаниями, Горбин пожаловался своему пожилому компаньону:

— Что-то у меня голова просто раскалывается, дорогой Бэрк! Должно быть, к грозе. И вроде бы день сегодня был вполне обычный.

— Я бы сказал, скучный денек! — вторил ему Бэрк, в руках которого не наблюдалось никакой палки, служившей, как правильно предположил Северус, исключительно в целях психологического давления на покупателей: у тех, кто приходил продать ценный артефакт, не хватало совести торговаться с немощным продавцом, и они частенько отдавали поистине ценные вещи за более низкую цену. — А дело точно идет к грозе. У самого в ушах звенит, а в затылке ломит. Надо будет дома выпить зелье от головной боли и немедленно лечь в постель.

Обливиэйт Северуса сработал на славу. Оба лавочника напрочь забыли о странном посетителе, выдававшим себя за другого, и несколько лет спустя, когда им довелось столкнуться с подлинным Леру, они были убеждены, что видят его впервые.

* * *

В то же самое время, как оба почтенных лавочника гадали о причинах своей внезапной мигрени, Северус перешагнул каминную решетку Принц-хауса, прибыв туда из «Дырявого котла». В коттедже Бакстеров его сегодня не ждали. Северус заранее предупредил мать, что переночует у Элеоноры с тем, чтобы утром помочь ей в лаборатории.

— Мастер Северус будет ужинать? — поинтересовалась Присси, завидев его.

— Спасибо, Присси, меня до отвала накормили у моей подруги, — ответил Северус, намереваясь подняться к себе в комнату.

— Если мастер Северус женится на магглорожденной, это может быть очень опасно для него, — печально покачала головой эльфийка.

— Что ты сказала? — замер на первой ступеньке Северус.

— Хозяйка недавно велела Присси испечь торт для миссис Друэллы Блэк в подарок на именины. Присси отнесла торт в поместье миссис Друэллы и услышала, как миссис Лестрейндж говорила за столом, что скоро с магглорожденными волшебниками будет покончено. А заодно и с теми, кто с ними якшается. Присси видела подругу мастера Северуса. Она красивая и добрая, но мастеру Северусу нельзя продолжать дружить с ней. Это очень-очень опасно.

Огромные глаза Присси наполнились слезами, и она промокнула их полотенцем, повязанным в виде тоги.

— Присси, — Северус подошел к плачущей эльфийке и погладил ее по голове. — Обещаю тебе, что ни со мной, ни с Лили не случится ничего плохого.

«Все плохое с нами уже произошло в той жизни. И повторять своих ошибок я не собираюсь!» — подумал Снейп.

— Мастер Северус очень хороший, но он еще даже не совершеннолетний. Что он может сделать?

— Не волнуйся за меня. И поменьше слушай болтовню миссис Лестрейндж. Она слегка не в своем уме. Только не передавай этого никому, ладно?

Присси шмыгнула носом и согласно закивала.

— А теперь иди отдыхать. Я правда не голоден.

* * *

— Ну что? — при виде ворвавшегося в комнату правнука Септимус приподнялся в кресле. — Получилось?

— Еще как получилось! — с ликованием, слегка омраченным короткой беседой с Присси, отозвался Северус. — Приготовьтесь услышать захватывающую историю.

Он тщательно запер дверь, наложил на нее заглушающие чары и уселся на стул напротив портрета.

— Вот, смотрите!

Снейп уселся поудобнее и широко распахнул глаза, приглашая Септимуса совершить путешествие в его сознание.

* * *

Карактак Бэрк последний раз взмахнул волшебной палочкой, и на пышной рождественской ели в углу магазина загорелись свечи, отражаясь в красных и золотых шарах. Карактак пригладил уже начинавшую редеть шевелюру и подумал о том, что приготовит в этом году на Рождество миссис Бэрк. Помимо традиционного рождественского гуся под клюквенным соусом и пудинга с заварным кремом, при одном воспоминании о котором у Бэрка заурчало в животе, жена всегда старалась радовать его чем-то новым. Конечно, было бы чудесно, если бы за праздничным столом с ними сидели еще и дети, а может, даже уже и внуки — хотя Карактаку едва перевалило за пятьдесят, они с Милисентой были женаты уже без малого тридцать два года, за такой срок можно и внучат дождаться. Но детей Мерлин им не дал. Поэтому вся нерастраченная любовь жены досталась одному Карактаку. И он щедро платил ей тем же. А поскольку дела в магазинчике шли весьма недурно, порой раскошеливался на дорогие подарки. Вот и сейчас в кармане лежало красиво упакованное ожерелье, купленное им у лучшего ювелира в Косом переулке.

— Гоблинская работа! Зачаровано от сглаза! — трещал продавец, заворачивая весьма недешевое украшение.

Дуралей! Словно Бэрк был обыкновенным магглом, а не мастером-артефактором, видевшим зачарованные вещицы насквозь. Разумеется, никакими особенными свойствами ожерелье не обладало. Но Милисенте это и не требовалось. На такой случай Карактак подарил ей на свадьбу амулет — золотой медальон, наказав не расставаться с ним ни днем, ни ночью. А сегодняшняя покупка — просто самое обыкновенное украшение. Правда — и в этом ушлый продавец не солгал, — действительно гоблинской работы. И оно будет отлично смотреться на белой изящной шее его Милли.

Карактак прикрыл глаза и представил, как сам наденет ожерелье на шею Милисенты, а потом запечатлеет на ее губах поцелуй…

В дверь тихонько постучали.

— Закрыто! — крикнул Бэрк, с сожалением отвлекаясь от мыслей о том, что последует за поцелуем. — Приходите завтра.

Стук повторился.

— Пожалуйста, мистер, откройте! — послышался с улицы умоляющий женский голос.

«Наверняка какая-нибудь нищенка!» — с досадой подумал Бэрк. День выдался непростой. Он совершил две удачные сделки и теперь хотел только одного: поскорей попасть домой. К своей несравненной Милли.

— Мистер, умоляю! — женщина за дверью явно плакала. — Впустите меня. Вы не пожалеете! Я хочу продать вам медальон самого Салазара Слизерина!