Второй шанс для Лили Эванс (гет)

Только переместившись домой по каминной сети в сопровождении матери, прабабушки и Лили, с нетерпением ожидавшей выписки, Северус понял, насколько прав был Боддинг, запретивший ему возвращаться в Хогвартс в течение ближайшей недели. Одно дело — лежать на больничной койке, совершая короткие прогулки только до туалета и обратно, опираясь о стену, и совсем другое — разгуливать по длиннющим коридорам Хогвартса или подниматься и спускаться по многочисленным лестницам. К подобным подвигам Северус, как оказалось, был еще совершенно не готов. Преодолев всего один лестничный пролет, чтобы добраться до собственной спальни, Снейп почувствовал, что ему буквально нечем дышать. Хорошо, что он не стал геройствовать и позволил Эйлин проводить его, иначе все это вполне могло окончиться банальным обмороком.

— Целитель Боддинг предупреждал, что в первые дни после выписки у тебя еще будут случаться подобные приступы, — сказала Эйлин, усаживая сына в кресло. — Вот, выпей это — сразу станет лучше.

Укрепляющее подействовало практически мгновенно. Противная слабость, от которой тело, казалось, превращалось в желе, постепенно отступила, а вместе с ней пропали тошнота и головокружение.

— Эйприл очень хотела с тобой повидаться, но сейчас, наверное, не время.

— Почему? — искренне удивился Северус. — Я и сам жутко по ней соскучился.

— Тогда скажу Лили, чтобы привела ее. И, пожалуйста, не вставай без надобности! Чуть что — зови меня или Кейти.

Эйлин заботливо поправила подушки под спиной у Северуса.

— Не волнуйся, мам, я в самом деле в полном порядке, — смутился тот. — В противном случае Боддинг ни за что меня бы не выписал.

— Конечно, ты в порядке, — Эйлин на секунду отвернулась, очевидно, чтобы вытереть слезы. — Извини, дорогой. Не хотела тебя расстраивать, просто я так мечтала, чтобы вы с Реджинальдом вернулись домой вместе…

Хотя Бакстер стремительно шел на поправку, ему предстояло провести в больнице не меньше двух-трех недель, а значит, в ближайшее время от Эйлин требовалось разрываться между мужем и сыном.

— Зато ты сможешь уделить ему максимум внимания после того, как я уеду в Хогвартс, — Северус успокаивающе погладил мать по руке, — да, в принципе, за мной уже и сейчас не надо приглядывать. Обещаю не делать никаких глупостей.

— Тебе никто и не позволит! — раздался знакомый голос. Только сейчас Северус обратил внимание на портрет прадеда, установленный на письменном столе. — Уж я-то за этим прослежу.

— Элеонора подумала, что тебе понадобится собеседник, — улыбнулась Эйлин и вышла из комнаты, чтобы позвать Лили, возившуюся с Эйприл.

— Она права, как всегда! — просиял Северус, всецело одобрявший подобное решение своей мудрой прабабушки.

— Поскольку, как я понимаю, к тебе сейчас пожалуют две молодые леди, я, пожалуй, пока удалюсь на свой второй портрет, — произнес Септимус, поднимаясь с кресла, но тут в комнату вихрем влетела Эйприл.

— Это твоя сестра? — застыл как громом пораженный Септимус.

— Да! — Снейп только сейчас понял, что Септимус никогда не видел свою правнучку. — Эйпи, поздоровайся с дедушкой Септимусом.

— Здравствуй! — девочка с нескрываемым любопытством разглядывала магический портрет. — А почему ты на картинке, как в моих книжках?

Северус и Лили замерли в ожидании ответа. От неожиданности Снейп даже забыл представить Лили прадеду.

— Потому что… — Септимус замялся, не представляя, как можно объяснить столь сложный вопрос маленькому ребенку. — Я живу в далекой-далекой стране, — наконец нашелся он, — а поскольку я скучаю по своей семье, то попросил знакомого художника нарисовать волшебный портрет, с помощью которого мы с тобой сейчас и разговариваем.

Эйприл задумчиво наморщила лобик, обдумывая только что услышанную информацию. За всю ее короткую жизнь еще никто не «уезжал так далеко», чтобы появляться только на портретах.

— Но ты же сумеешь приехать обратно, правда? — поинтересовалась она.

— Нет, детка, — покачал головой Септимус, — эта страна так далеко, что вряд ли я сумею когда-нибудь приехать. Но зато я смогу беседовать с тобой с портрета. Обычно он висит в Принц-хаусе, но ты ведь будешь меня навещать?

— Буду, — решительно тряхнула кудряшками Эйприл. — А ты пришлешь мне подарок из своей далекой страны? — последовал новый каверзный вопрос.

— Я непременно это сделаю! — моментально нашелся Септимус, тогда как Северус и Лили с трудом удержались от смеха, поражаясь смекалке и прагматичности маленькой Эйприл. — Чего бы тебе хотелось?

— Я подумаю! — Эйприл отвлеклась от портрета, взобралась на колени к Северусу и обвила его шею руками. — Мама сказала, что ты болел.

— Да, прости, что не сумел отпраздновать с тобой Рождество.

— Папа тоже болеет, — вздохнула Эйприл. — Мы праздновали у бабушки Элеоноры, но там было очень скучно. Декстер все время гонял Спотти, а потом тот разозлился и поцарапал Декстера. А мама купила мне в подарок книжку, которая у меня уже есть, — доложила она. — Вы заболели, потому что не носили на улице шапку?

— Что-то вроде того, — усмехнулся Северус. — Мама очень расстроилась из-за нашей с Реджинальдом болезни. Когда мне разрешат выходить из дома, мы с тобой пойдем в Косой переулок и купим тебе новую книжку с красивыми картинками.

— А Лили тоже пойдет?

— Обязательно! — улыбнулся Северус. — Кстати, Септимус, я ведь не познакомил вас со своей невестой!

— Мы с мисс Эванс уже имели удовольствие познакомиться, — проворчал Септимус.

— Когда? — удивился Северус. Он не помнил, чтобы Лили бывала в его комнате в коттедже Принцев.

— После твоего неудачного превращения, — напомнил Септимус. — Ты тогда был… слегка не в форме, — он совершенно явно не желал обсуждать эту тему при Эйприл.

— Да-да, — торопливо подтвердила Лили, — мы с мистером Принцем уже познакомились.

— Вы с Лили поженитесь? — заинтересовалась Эйприл, уже знакомая по сказкам со словом «невеста».

— Поженимся, но не сейчас, — Лили поцеловала ее в макушку. — Ты обязательно будешь нести корзинку с лепестками роз и разбрасывать их.

— И папа купит мне мантию с блестками! — мечтательно произнесла Эйприл.

— Твоя сестра — настоящая кокетка! — покачал головой Септимус, уже совершенно забывший, что пару минут назад собирался уходить.

— Еще какая! — подтвердил Северус

* * *

Около десяти вечера Эйприл после долгих уговоров увели спать. Полчаса спустя Лили, вежливо попрощавшись с Септимусом и осторожно поцеловав Северуса в щеку отправилась домой в сопровождении Элеоноры. Северус рассчитывал на то, что ему удастся побеседовать с прадедом с глазу на глаз, но тут в спальне появилась Кейти с подносом.

— Мастер Северус должен выпить все зелья, — строгим тоном объявила она.

— Спасибо, Кейти. Поставь все здесь. Я обязательно выпью их перед сном, — нетерпеливо произнес Северус.

— Кейти получила от хозяйки приказ проследить, чтобы мастер Северус выпил все зелья, — не сдавалась эльфийка. — Кейти не уйдет, пока все фиалы не будут пусты.

— Скажи честно, ты сговорилась с Боддингом? — Северус закатил глаза к потолку, однако послушно осушил первый флакон.

— Кейти не знакома ни с каким Боддингом, — эльфийка подвинула поближе к Северусу еще два фиала. — Кейти волнуется за здоровье мастера Северуса. И получила распоряжение не уходить, пока тот не примет все зелья.

— Не беспокойся, Кейти, я тоже не собираюсь валяться в постели до пасхальных каникул. У нас как-никак в этом году СОВ.

С этими словами Северус разделался с содержимым второго, а затем и третьего фиалов.

— Все, ты довольна?

Вместо ответа Кейти шмыгнула носом.

— Мастер Северус, скажите, а хозяин Реджинальд вернется домой?

— Ну конечно! — за собственными заботами Северус совершенно забыл, что Кейти, должно быть, с ума сходила из-за тяжелого состояния Бакстера. Судя по ее возрасту, она наверняка нянчила Реджинальда с пеленок. — Он уже идет на поправку, и скоро его тоже выпишут.

— Спасибо! — Кейти смахнула слезы маленькой ручкой. — Кейти боялась приставать с расспросами к хозяйке. Она и без того расстроена. Но Кейти очень-очень волнуется.

— Все будет хорошо, — заверил ее Северус. Ему стало искренне жаль эльфийку, преданно служившую семье Бакстер, но не решавшуюся открыто поговорить о своих страхах и волнениях.

— Мастер Северус — очень добрый! — улыбнулась та сквозь слезы.

«Мир перевернулся с ног на голову! — подумал Северус. — В прежней жизни ни одному нормальному человеку, включая Дамблдора, предпочитавшего закрывать глаза на чужие недостатки, не приходило на ум назвать меня добрым!»

— Хвала Мерлину, неужели нас оставили вдвоем! — воскликнул Септимус, едва Кейти с негромким хлопком исчезла из спальни. — Я хоть и не твой домовой эльф, но тоже очень волновался. А уж про твою прабабушку и говорить нечего. Она была сама не своя, пока ты не пошел на поправку.

— В этот раз мне даже не за что просить прощения, — ухмыльнулся Северус. — В больницу я попал без малейшей связи с анимагией.

— Да уж, трудно обвинить тебя в нападении Пожирателей смерти, — согласно кивнул Септимус. — Могу только порадоваться, что эта ужасная история закончилась для тебя и для Реджинальда именно так.

— Для меня, если честно, она не совсем закончена, — помрачнел Северус. — Не знаю, рассказала ли вам Элеонора, но я применил одно заклинание собственного изобретения.

— Разумеется, не вполне светлое, — хмыкнул Септимус.

— Совсем не светлое, — подтвердил Северус. — Настолько, что им заинтересовался Аврорат. Правда, Эйлин удалось убедить аврора, нагрянувшего ко мне в палату, что это она когда-то рассказала мне об этом проклятии, а я просто запомнил и использовал в момент крайней опасности. Однако, Дамблдора это, похоже, не убедило. А это значит, — Северус тяжело вздохнул, — что мне стоит приготовиться к непростой встрече с моим бывшим боссом.