Второй шанс для Лили Эванс (гет)

— Мне кажется, или вас что-то беспокоит в связи с этим снадобьем?

— Более чем беспокоит. Если я хоть что-нибудь понимаю в магии, без этого зелья детей не будет не только у четы Малфоев, — что, конечно, прискорбно, однако волнует меня постольку поскольку, — но и у тебя.

Северус вздрогнул, точно ему залепили пощечину.

— Но почему? — резко выдохнул он.

Нет, Северуса никак нельзя было назвать чадолюбивым. В той, прошлой, жизни дети любых возрастов вызывали у него стойкое неприятие. Однако в этой все кардинальным образом изменилось. Начать с того, что у него появилась младшая сестра. И если поначалу Эйприл не вызывала у Снейпа ничего, кроме ужаса и досады, что это крикливое существо, чего доброго, вытеснит его из сердца матери, то постепенно он всей душой прикипел к малышке и уже не представлял своего существования без нее. В один из своих приездов на каникулы Северус осознал, что у его искренней привязанности к Эйприл был весьма любопытный побочный эффект: теперь перспектива когда-либо обзавестись собственными детьми уже не казалась ему чем-то из ряда вон выходящим. Тем более что Лили, вне всякого сомнения, не представляла себе иного развития событий. А вот Септимус, судя по его словам, отлично представлял.

— Почему? — Северус повторил свой вопрос и вперил взгляд в лицо прадеда, словно пытался прочитать ответ еще до того, как он прозвучит. — Ведь я никогда лично не присутствовал при создании крестражей. Нельзя же сравнить то, что в октябре пережил Люциус, и мои видения, когда я находился в непосредственной близости от крестража!

— Это правда, но твое подсознание далеко не просто так показывает тебе, как они создавались. Крестражи представляют собой темные артефакты, неразрывно связанные со смертью. Волшебник, одержимый манией бессмертия, выкупает возможность жить вечно с помощью убийства другого человека.

— Но ведь я...

— За твою новую жизнь, насколько я понимаю, была уплачена двойная цена. Ты ведь сам рассказывал мне, что профессор Снейп истек кровью в Визжащей хижине, а параллельно с этим в иной реальности Тобиас Снейп спьяну убил своего десятилетнего сына Северуса. Одному Мерлину известно, почему Смерть не забрала вас обоих, а вместо этого вернула тебя в собственное тело, отбросив на двадцать восемь лет назад, сохранив при этом все твои знания и способности и наделив даром чувствовать крестражи. Неужели ты думаешь, что она ничего не захочет взамен? Смерть — дама весьма алчная и никогда ничего не делает просто так. Я почти не сомневаюсь, что неспособность зачать ребенка распространяется не только на твоего друга Люциуса, но и на тебя.

Северус до боли закусил губу. Разумеется, это была всего лишь гипотеза, но отчего-то ему казалось, что Септимус не ошибался. В Хогвартсе призраки и портреты называли Северуса Избранником Госпожи, но что служило платой за эту избранность? А Лили? Что скажет она, если... когда узнает об этой цене?

— Не вижу причин впадать в отчаяние, — слова Септимуса с трудом пробились сквозь плотную завесу невеселых мыслей. — Как я уже тебе говорил, у меня масса свободного времени и огромное желание помочь тебе, а заодно уж и твоему горе-Пожирателю Малфою. Дай мне прочесть свои наработки и иди собираться в Хогвартс. Тебе еще предстоит ментальная дуэль с Дамблдором. Так что советую заранее выпить Укрепляющее, а еще лучше — захвати с собой запас этого зелья и предупреди мисс Эванс, чтобы не отвлекала тебя.

* * *

Утром в воскресенье Северус от волнения не сумел проглотить ни кусочка.

— Не волнуйся, Кейти, я поем в Хогвартсе, — извиняющимся тоном сказал он эльфийке, отодвигая от себя тарелку с нетронутыми оладьями.

— Хогвартские эльфы не умеют стряпать! — сокрушенно покачала головой та, убирая со стола. — Это сплошь бездельники, которых за нерадивость и нерасторопность выгнали их хозяева, а директор Дамблдор подобрал и по доброте душевной предложил им работу.

Северус не стал возражать, чтобы еще сильнее не рассердить домовуху. Он мельком бросил взгляд на старомодные часы над каминной полкой. Без двадцати десять. Через пять минут должна была прибыть Лили — камин в доме Эвансов подключили к транспортной сети по личной просьбе профессора МакГонагалл, — а Северус еще не принял зелье, необходимое для предстоящего разговора с Дамблдором. В том, что он будет не из легких, Северус ни на минуту не сомневался. Взлететь по лестнице как раньше не получилось, но — хвала Мерлину! — он уже не тащился словно старая развалина. Целитель Боддинг, навестивший его вчера, обещал, что последствия проклятия окончательно исчезнут в течение ближайшего месяца, хотя Укрепляющее придется пить довольно продолжительное время.

— И никакого энергозатратного колдовства! — напомнил Боддинг перед уходом.

На практике это значило — принимать Укрепляющее после каждого занятия кружка ЗОТИ, поскольку Северус не умел беречь себя и выкладывался по полной. Снейп пересчитал стоявшие перед ним фиалы: пятнадцать штук. Точнее, четырнадцать. Он ловко вытащил пробку и опустошил один из фиалов, спрятав второй в карман мантии. На первое время хватит, а там он непременно сварит себе еще.

Снизу донесся шум.

— Как добралась, дорогая? — послышался голос матери.

— Хорошо, — ответила Лили. — Очень волновалась, что попаду не туда, я ведь еще не привыкла путешествовать каминной сетью одна, но все обошлось.

Северус быстро сложил оставшиеся фиалы в специальный сундучок, который отправил в дорожный саквояж — больше похожий на сундук чемодан на зимние каникулы он в последние годы оставлял в Хогвартсе. К чему тащить с собой такую громадину, если имеется удобная сумка? Левитируя саквояж перед собой, спустился по лестнице.

— Привет! — тепло улыбнулась ему Лили. — Я соскучилась.

— Я тоже! — отозвался Северус, запечатлев на мягких теплых губах Лили поцелуй.

— Ну да... два дня — это ведь очень много! — прокомментировал их приветствие якобы поглощенный чтением газеты Реджинальд. После выписки из Мунго его магия еще не пришла в норму, поэтому он пока не мог ходить на работу, что не лучшим образом отражалось на его настроении.

— Не ворчи, дорогой! — Эйлин присела на подлокотник кресла и поцеловала мужа в макушку. — Для влюбленных два дня — это целая вечность.

— И для бездельников, как я, тоже, — с горечью отозвался мистер Бакстер. — В «Пророке» постоянно пишут о новых нападениях. В больнице не хватает рук, а я тут прохлаждаюсь!

В голове Северуса внезапно возникла мысль, как хотя бы немного поднять моральный дух Реджинальда. Он поставил саквояж на пол и подошел к креслу, чтобы пожать отчиму руку на прощанье.

— Ты обязательно поправишься... папа, — сказал он, глядя прямо в глаза Бакстеру.

Уловка сработала. Морщинка между бровей на лице Реджинальда разгладилась. Маска горечи сменилась улыбкой.

— Конечно поправлюсь, сынок! — тепло отозвался он. — Разве я могу подвести тебя, маму и Эйприл.

Часы тихонько принялись отзванивать десять часов.

— Сев, — Лили тронула Снейпа за рукав, — нам пора.

— Хорошего семестра, — Эйлин по очереди обняла обоих. — Постарайтесь находить время для отдыха. И не забывай принимать зелья, — напутствовала она Северуса.

— Давай ты первый, — шепнула Лили.

Северус зачерпнул из стоявшей на каминной полке склянки немного летучего пороха.

— Хогвартс. Кабинет директора Дамблдора! — предельно четко произнес он и исчез в клубах зеленого пламени.

* * *

Северус никогда не любил путешествовать по каминной сети. Несмотря на все неудобства физического порядка, которые приносила аппарация, нестись через дымоходы, мелькавшие перед глазами с бешеной скоростью, было еще противнее. Тем более что ничего хорошего по прибытии его не ждало. Очутившись в знакомом до мельчайших подробностей кабинете, где в прошлой жизни он провел столько часов, выслушивая пространные речи Дамблдора, Северус постарался как можно быстрее освободить место следовавшей за ним Лили и успел подхватить ее, чтобы она не упала. Снейп окинул цепким взглядом комнату, освещенную тусклым зимним солнцем, и моментально понял: они с Септимусом не ошиблись в своих расчетах — Дамблдор решил сходу брать быка за рога. Правда, со стороны это могло показаться обычным чаепитием. На столешнице Северус заметил чайный сервиз, пузатый чайник, испускающий клубы пара, и две хрустальные вазочки — в одной вяло шевелились имбирные тритоны, в другой неподвижно лежали лимонные дольки — любимое маггловское лакомство директора. Однако, несмотря на кажущуюся пасторальную картину, гостеприимство Дамблдора явно было обманчивым. И красноречивее всего об этом свидетельствовали скованные напряжением лица четырех подростков, сидевших напротив директорского стола. Хотя им предоставили удобные кресла, Сириус, Джеймс, Ремус и Питер не спешили расположиться в них поудобнее, а наоборот, сидели на самом краешке, точно надеялись в любой момент сорваться с места и улизнуть. Северус практически с уверенностью мог сказать, что до их прибытия под видом задушевной беседы здесь происходил настоящий допрос.

— Северус, Лили! — Дамблдор приветствовал новых «гостей» ослепительной улыбкой. — Присоединяйтесь к нам.

Возле стола тут же возникло еще два кресла.

— Угощайтесь!

Чайник тут же подскочил и принялся разливать чай, а вазочки с тритонами и лимонными дольками подвинулись поближе.

— Спасибо, — вежливо ответил Северус, — но мы с Лили только что позавтракали у меня дома.

— Ах да, вас же можно поздравить! — улыбка Дамблдора стала еще шире. — Помолвка в столь юном возрасте... Надеюсь, вы понимаете, что, даже несмотря на это, от вас требуется неукоснительно соблюдать правила приличия.

Лили залилась краской, а Северусу захотелось запустить в старого интригана чайником.

— Во-первых, мы с Лили отлично знакомы с правилами поведения студентов Хогвартса, так же как и многие другие помолвленные пары, которых, как я уверен, немало в школе, — холодно произнес он, — а во-вторых, сэр, мне кажется, мы могли бы обсудить этот деликатный вопрос с глазу на глаз.

— Да, конечно! — притворно смутился Дамблдор. — Прости меня, мой мальчик, это было бестактно с моей стороны. Мисс Эванс, — он послал Лили полный раскаяния взгляд, — прошу меня извинить! Разумеется, мы с вами побеседуем об этом отдельно. А теперь я хотел бы поговорить на более серьезную тему.

«Ну вот, начинается!» — мрачно подумал Северус, убедившись, что ментальный блок стоит крепко и не пропустит вторжение извне, даже если директору придет в голову атаковать его прямо сейчас, на глазах у остальных.

— Я уже несколько месяцев пристально слежу за деятельностью вашего кружка по ЗОТИ, — начал Дамблдор вполне будничным тоном. При этих словах Сириус, Джеймс, Ремус и Питер обеспокоенно заерзали, а Лили опустила глаза. — Вы зря так беспокоитесь, — продолжил директор, — я не вижу ничего предосудительного в том, чтобы в наше неспокойное время вы научились кое-каким приемам, способным защитить вас в момент нападения. Идея привлечь к занятиям представителей факультета Слизерин не кажется мне такой разумной, но, видимо, в этом наши мнения расходятся. Разумеется, мне не слишком приятно знать, что вы настолько не доверяете взрослым, что не посчитали нужным получить официальное разрешение у деканов всех четырех факультетов, но я бы смирился и с этим, не заставь вы, Северус, своих друзей принести Клятву о неразглашении. Я побеседовал со всеми, кто ходит на ваши занятия, но все они ничего не смогли рассказать из-за Обета, который вы заставили их дать.

— Северус не заставлял нас! — возмутился Сириус, казалось до этого потерявший голос. — Мы сами принесли Клятву о неразглашении.

— Зачем? — искренне удивился Дамблдор. — Вы собирались заниматься запрещенными или темными заклинаниями?

— Нет, — встрял в разговор Питер, — мы боялись, что проговоримся остальным студентам и они тоже захотят заниматься у Северуса, а ведь это невозможно. Кружок и так отнимает у него время.

— Довольно здраво, — кивнул Дамблдор, а Северус в очередной раз мысленно похвалил себя за то, что настоял на снятии бойкота с Петтигрю. Обладая совершенно нетипичной для гриффиндорцев хитростью и изворотливостью, Питер уже неоднократно приносил им пользу.

«Надо будет спросить Питера на досуге, не пыталась ли Шляпа отправить его на Слизерин», — отметил Снейп про себя.

— Итак, несмотря на ваше самоуправство, я не собираюсь наказывать вас за него. Вы уже не дети. В следующем году всем вам исполнится семнадцать лет, что по нашим магическим законам делает вас совершеннолетними. Можете продолжать ваши занятия. Я не стану препятствовать этому при условии, что вы сейчас дадите мне слово: никакой Темной магии на этих занятиях не будет! Я не потерплю подобного в моей школе. Кроме того, если я сочту вас достаточно хорошо подготовленными, то сумею найти достойное применение вашим талантам. Вы ведь знаете, какое сложное сейчас положение в стране. Волдеморт обьявил войну всем, кто не согласен с его фанатичными идеями, основанными на чистоте крови. Перед самым Рождеством ваш друг серьезно пострадал от рук Пожирателей смерти, — Дамблдор пристально посмотрел на Северуса, и тот подобрался, предполагая, что именно сейчас прозвучит вопрос об использовании им Сектумсемпры. Однако директор лишь отпил из своей чашки и продолжил: — Поскольку Министерство предпочитает закрывать глаза на бесчинства Волдеморта и его Пожирателей, я создал организацию, которая будет бороться со злом и защищать от него волшебников и магглов.

— Сэр! — глаза Сириуса азартно заблестели. — А мы можем...

«Нет, замолчи! Не произноси этого!» — мысленно обратился к нему Снейп, понимая, что, если ничего не предпринять, его друзья снова окажутся в Ордене Феникса.

— ...вступить в эту организацию? Мы все хотим сражаться против Темного Лорда!