Следующая цель (джен)

К тому моменту, когда Кричер вернулся, Анжелина с Алисией уже закончили свои страстные игры и покинули дом Джорджа, а я извёлся от тревоги, не в силах ни на чём сосредоточиться, чтобы отвлечься от волнения за Рея.

— Хозяин должен пойти с Кричером.

Я вскочил с дивана, словно подо мной сработала пружина.

— Что с ним?! — воскликнул я, всматриваясь в лицо домовика в попытке прочитать правду.

— Пусть хозяин наденет свою мантию, и Кричер перенесёт хозяина, — невозмутимо предложил он, и не думая отвечать на поставленный вопрос прямо.

Мантия-невидимка была извлечена из кармана со скоростью звука. Раз эльф говорит надеть её, значит, тому есть причина — доверие Кричер давно заслужил, да и спорить я не собирался, надеясь поскорее узнать, что с Реймондом. Едва капюшон скрыл моё лицо, эльф бесшумно переместил меня в полумрак незнакомой комнаты.

В первую секунду, обнаружив на разорённой постели совершенно голого Мальсибера, я смутился и захотел ретироваться, но уже в следующее мгновение глаза зацепили его недовольное выражение лица, кляп во рту и привязанные к изголовью кровати запястья.

— Рей? — опасаясь шуметь, тихо позвал я, снимая капюшон мантии.

Моё неожиданное появление, кажется, немного успокоило Реймонда, но он тут же отчаянно замотал головой, кивая на дверь спальни. Не нужно читать мысли, чтобы догадаться: мы здесь не одни.

Сделав знак Кричеру вернуться домой, я снова накинул капюшон и отступил к стене, приготовившись ждать появления пленителя моего друга. Волнение улеглось тотчас же, как я увидел Мальсибера. Пусть он был связан, зато цел. Да и потом, будь дело серьёзным, он не стал бы молчать и просить меня о том же. А раз Реймонд не спешит сбегать, он уверен, что я смогу справиться с неизвестным злоумышленником. Непонятно только, зачем его раздели, но, быть может, всё дело в его репутации «кровожадного Пожирателя смерти»?

Чуть ослабив путы на его руках, но не избавившись от них полностью на случай, если Реймонд захочет продолжить играть пленного, я от нечего делать я принялся осматривать комнату. Светлые обои, тёмные шторы, пейзажи на стенах, в общем, ничего особенного, самая что ни на есть обыкновенная спальня: кровать, шкаф-купе, комод… А на нём палочка Рея. Забрав палочку, я вернулся на прежнее место, старательно отворачиваясь, чтобы не смотреть на друга. Ситуация, конечно, та ещё. Даже в общей спальне мне не доводилось сталкиваться с голыми парнями, а в душ мы всегда ходили по очереди. Не то чтобы я увидел что-то новое, просто это было как-то… неправильно, что ли. Хотя, должен признать, Мальсиберу было чем похвастать: даже без скидки на возраст он выглядел весьма и весьма неплохо, всяко лучше меня или Драко.

Интересно, что тут произошло? Рей не удовлетворил подружку, и та решила его наказать и связала?

— Ну что, ты передумал?

Этот голос я слышал нечасто, но всё-таки узнал без труда: Кристина Миллер, моя бывшая однокурсница.

— Экспеллиармус! Инкарцеро! Силенцио! — быстро произнёс я и скинул мантию-невидимку. — Что за сексуальное насилие, Кристина? Вот уж не ожидал от тебя.

Вместо того чтобы испугаться, ну или облить меня потоком презрения и ненависти, Миллер радостно вскрикнула и широко улыбнулась. Причём улыбка затронула не только губы, но и глаза — она была по-настоящему рада меня видеть.

М-да, многообещающее начало. Вот если бы это она лежала связанной, тогда реакция была бы понятна, но так?.. Освободив Реймонда, я вручил ему палочку и выразительно изогнул бровь — ох и нравилась мне эта малфоевская привычка.

— Она тебя искала, — одеваясь, буркнул Мальсибер. — Требовала отвести её к моему «новому хозяину». Так что сам с ней разбирайся… — он сделал паузу и язвительно добавил: — Мой новый Лорд.

— Фините. Ничего не хочешь объяснить?

— Конечно хочу! — тут же воскликнула Миллер. — Я как увидела этого, — небрежный кивок в сторону Реймонда, — сразу поняла, что это мой шанс.

— Шанс на что?

— Тебя найти, конечно!

— И зачем ты меня искала? Лавры охотника за головами не дают покоя?

— Не говори глупостей! Ты же… или нет? — радость от лицезрения моей скромной персоны исчезла, словно по мановению волшебной палочки, и Кристина подозрительно уставилась на меня. — Ты занял место нового Тёмного Лорда? Ты защитишь чистокровных магов? Поможешь нам?..

Вот уж чего я не ожидал услышать, так это подобного. Переглянувшись с Реем, я понял, что он пребывает в не меньшем замешательстве, а потому спросил прямо:

— От кого тебе нужна защита, и с чего ты взяла, что я собираюсь кого бы то ни было защищать?

— Но…

Она запнулась и замолчала, сверля меня подозрительным взглядом. Пауза затягивалась. Кажется, Миллер только сейчас обнаружила в своих планах огромный изъян.

— Тебе же нужны верные люди? Я готова принести Непреложный обет, получить Метку, чем угодно доказать преданность…

— Зачем?

— Я… они… — на её глаза навернулись слёзы.

— Вот в ком он совершенно точно не нуждается, так это в плаксах, — буркнул Мальсибер, за что я одарил его благодарным взглядом: что делать в таких ситуациях, я не знал, а демонстрировать растерянность не хотелось.

— Моя семья очень богата, — справившись со слабостью, глухо заговорила Миллер. — После того, как вы с Лордом исчезли, на чистокровных магов началась охота почище чем на оборотней с вампирами, вместе взятых. Нас истребляли. Мои родители погибли через неделю после победы Дамблдора, но гоблины отказались открыть сейфы убийцам, и люди директора пришли за мной. Я вынуждена скрываться, чтобы не стать следующей. Но моя сестра… Она в этом году пошла в Хогвартс…

— И попала в Слизерин, — закончил мысль я, начиная понимать, что заставило тихую и незаметную девушку отбросить нерешительность и встать на тропу войны.

— Да. В конце октября от неё пришло первое и единственное письмо. И оно было заляпано кровью. Её кровью. О содержимом сам можешь догадаться.

— Мне и догадываться не нужно, — качнул я головой, — я был в школе и видел, что там происходит.

— Помоги нам! — вскричала Миллер, заламывая руки и глядя на меня со слезами на глазах. — Я сделаю всё что угодно…

— Чем помочь? — изумился я. — Выкрасть твою сестру из Хогвартса? Воскресить родителей? Помочь с переездом? Ты понимаешь, что я вне закона?

— Тёмному Лорду это не мешало держать в страхе всю Англию! — крикнула она.

— И где он сейчас? — резко перебил я.

Кристина замолчала, опустив голову, а я обернулся к Мальсиберу, безмолвно спрашивая, что делать.

— А что ты можешь реально сделать? — небрежно поинтересовался он, перехватывая инициативу. — Заманивать в спальню бывших однокурсников? Так это может сработать один раз, и потом, они-то тебя знают… Зачем ты нам? Даже если мы согласимся тебе помочь, где гарантия, что получив желаемое, ты не предашь?

— Может, вы — Пожиратели — и предатели, а я…

Гневную филиппику прервал смех Рея.

— Ты же хотела Метку? — отсмеявшись, издевательски спросил он. — Значит, себя ты тоже считаешь потенциальной предательницей?

— Я не… Я не это имела в виду.

— Так что же ты имела в виду? Говори! Думаешь, нам больше нечем заняться, чем выслушивать лепет обиженной маленькой девочки?

— Я хочу спасти сестру, — взяв себя в руки, твёрдо заявила Кристина, стирая слёзы и выпячивая подбородок. — Цена значения не имеет. У меня есть деньги, артефакты… Если сейчас я бесполезна, расплачусь позже, когда придумаете, чем я могу отблагодарить.

На Рея она не смотрела, говоря это, глядя мне в глаза так, словно кроме нас с ней в комнате больше никого не было.

— А вот это уже интересно, — прищурившись, протянул Реймонд. — Готова стать моей постельной игрушкой?

— Рей! — возмущённо воскликнул я, но Миллер одновременно произнесла:

— Да!

— Расслабься, я не собираюсь её насиловать, — отмахнулся от меня Мальсибер, изучающе рассматривая решительное лицо Кристины. — Но ответ говорит о многом.

Я, конечно, понимал, что слова Рея именно проверка, а не озвучивание намерений, но всё равно злился. И, что самое удивительное, злился не на него, а на Кристину.

— Я не в силах ей помочь, о чём тебе прекрасно известно, — резче, чем хотел, сказал я. — Зачем давать пустую надежду?

— Пожалуйста! — на глазах Кристины вновь выступили слёзы.

— Давай-ка разберёмся. Ты хочешь, чтобы твоя сестра вернулась домой живой, а за это ты готова сделать всё, что взбредёт в наши больные головы. Так?

— Да!

— Прекрасно, кое-что прояснилось. Тогда так. Ты приносишь обет, что никто не узнает о нашем милом свидании, и мы не станем стирать тебе память. Что же до твоей сестры… Если удастся — я подчёркиваю, если! — выкрасть ребёнка из школы, тогда, и только тогда, ты принесёшь клятву верности. Устраивает?

— Да! Спасибо! Га… Ой! У тебя же наверняка новое имя?

— Рад, что ты осознаёшь, что я — не он. Да, у меня теперь всё новое: друзья, враги, имя.

Кристина робко улыбнулась:

— Я понимаю. Я готова принести обет… На тумбочке колдография моей сестры…

Закрепив Непреложный обет, я развязал Миллер и забрал снимок. Чуть подумав, я вырвал лист из своего «пейджерного» блокнота и протянул ей:

— На случай экстренной необходимости связаться. Просто напиши своё имя, и я узнаю, что ты хочешь меня видеть.

— Встреча будет у мемориала Виктории, со стороны Грин-парка, — быстро вставил Реймонд.

Я согласно кивнул: Рей прав, в квартире элементарно устроить засаду, а вот в парке у нас будет свобода манёвра. Возражений со стороны Кристины не последовало — она была рада любому месту, лишь бы встреча состоялась.

* * *

Я собирался аппарировать домой, но когда Мальсибер взял меня за локоть, понял, что перемещаться мы будем в иное место, поэтому позволил ему задавать направление и ничуть не удивился, оказавшись на природе.

— Где мы?

— В сквере. Спасибо, что выручил. Как ты понял, что мне нужна помощь?

— Хм… Честно? — потерев шрам, я признался: — Не знаю. Как-то неспокойно было, хотя ни одной причины для волнения не находилось, вот и решил послать Кричера. Боялся, ты нас обоих удавишь, что помешали тебе развлекаться, а оно вон как вышло.

— Угу… — он недовольно скривился. — Девчонка неплохая актриса, по крайней мере страсть она изобразила вполне достоверно.

— Ты просто не ожидал, что можешь столкнуться с ведьмой на маггловской территории, — утешил я.

— И в этом моя ошибка, — досадливо поморщился он. — Я действительно непозволительно расслабился, покинув привычный мир. По одному больше не ходим даже у магглов. Эта была мирно настроена, если забыть о кляпе и верёвках, а в следующий раз…

— Рей!

— Не спорь, опасность вполне реальна.

Он сурово смотрел на меня, но я не спешил соглашаться на новые ограничения:

— Бомба в одну воронку дважды не падает… Э-э-э… Это поговорка такая…

— Смысл я понял, — отмахнулся Реймонд, не дав мне возможности объяснить. — Вот только рисковать нам нельзя. Сегодня мне повезло, ты решил проверить, где я, но за те два часа, что эта ведьма меня расспрашивала, опытный дознаватель сто раз успел бы узнать всё, что пожелает, и убить меня особо изощрённым способом.

— Значит, нужно придумать способ подавать сигнал бедствия так, чтобы никто его не заметил…

— Что? — устало вздохнул он, когда я замолчал.

— Есть идея.

И Реймонд засмеялся. Он хохотал, выплёскивая напряжение; задыхаясь, со слезами на глазах, он ржал и не мог остановиться. Пару минут я просто ждал, пока он успокоится, ещё пару — сомневался, стоит ли вмешиваться, а потом влепил ему пощёчину.

Смех оборвался.

— Спасибо. Извини.

— Чего уж тут, — пожал я плечами, — бывает.

— Бастер, давай не будем никому рассказывать о том, в каком виде ты меня нашёл, ладно?

— Не героическом? — хихикнул я.

— Сев будет припоминать и сто лет спустя. И внукам рассказывать.

— Твоим или его?

— И твоим тоже, мой новый Лорд.

— Прекрати, — мгновенно утратив весёлость, попросил я. — Не понимаю, как она могла поверить, что я стал Тёмным Лордом? Когда мы вместе учились, не замечал за ней особой наивности.

— А что тут удивительного? — пожал плечами Мальсибер. — Ты сильный волшебник. Столько лет был символом борьбы… Люди просто привыкли, что ты — лидер. Дамблдор, кажется, сам себя перемудрил. Не его имя, а твоё стало символом. Ну а поскольку место во главе Света занято… Сам понимаешь, кого как не тебя определить во главу противоположных сил.

— Рей, ну бред же! — всплеснув руками, я принялся вышагивать по заснеженной поляне, не обращая внимания ни на холод, ни на то, что моя неподходящая для зимы обувь постепенно пропитывается ледяной влажностью. — Это мы с тобой знаем, как со мной поступил Дамблдор. А теперь поставь себя на место Кристины. Твой однокурсник, который был символом Света и ненавидел Пожирателей смерти, пропадает, а ты тут же причисляешь его к противоположному лагерю. Где логика? Для всех я просто исчез. Не в Азкабан попал, не с Пожирателями смерти подружился, а пропал, исчезнув с места схватки. Тут хоронить меня надо, а не во враги Света записывать. Посмотри на ситуацию непредвзято: вчера я бился с вами не на жизнь, а на смерть под стенами Хогвартса, а сегодня пошёл освобождать из Азкабана. И ладно ещё я, мало ли, может, с ума сошёл от многочисленных потрясений, но ведь общественность почему-то уверена, что вы добровольно приняли мою власть!

— Так ведь приняли же? — усмехнулся Мальсибер с невинным видом.

— Власть? — хмыкнул я. — Вот уж не предполагал, что вы мои верные слуги.

— Бастер, — терпеливо возразил он, — Лорд ведь тоже не сразу друзей превратил в слуг.

— Ну, знаешь ли! — возмутился я с обидой.

— Тихо-тихо, ты же знаешь, я не хотел тебя обидеть. Ты пойми, мы привыкли следовать за тем, кто принимает решения. Не потому, что у нас нет своей головы на плечах, а потому что… Даже не знаю, как тебе объяснить.

— Можешь не напрягаться, — успокаиваясь, я махнул рукой. — На примере Драко я прекрасно понял, как это работает. Вы шли за родителями. Даже если не разделяли идеологию Тома, всё равно шли, потому что иначе вашим родным не поздоровилось бы.

— Да, в какой-то мере так и было, — он кивнул и задумчиво прикусил губу, — но это же не всё. Понимаю, со стороны это может выглядеть… обычной преемственностью, но это лишь одна грань. В чём-то ты, несомненно, прав. Мы действительно просто не знали иного. Мой отец был Пожирателем, как и отцы Эдриана, и Драко… Но Лорд вовсе не был монстром, как его выставлял Дамблдор. Конечно, душой компании его тоже не назовёшь…

— Особенно с учётом нехватки большей части этой самой души, — язвительно произнёс я.

— И это тоже. Он удерживал нас не силой и страхом, мы верили в него. Были, конечно, моменты, когда хотелось всё бросить и уйти, но это именно моменты, а не реальное желание предать.

— А рейды?

— Знаешь, вообще-то, всё было не так, как представлялось в прессе. Лорд никогда не нападал без причины. А уж на магглов тем более — нам не было до них никакого дела. Если акция устрашения происходила в маггловском районе, значит, магглы были родственниками неугодного волшебника. А ещё мы никогда не убивали детей. Пойми, я не пытаюсь оправдать себя, Лорда или кого-то из Пожирателей смерти, мне приходилось и пытать, и убивать, и я не стану колебаться, если это нужно будет сделать снова. Но мы не психи, как то животное, чьё место занял ваш Томас. Мы не получали от этого удовольствия… Хотя это не вся правда. Когда Руди убил Грюма, мы радовались как дети, получившие на Рождество собственного единорога. Но это частности. А в общем — насилие было не целью, а средством, — он замолчал, выжидающе глядя на меня, но мне нечего было сказать. И он продолжил: — Какая-то светленькая девчонка прожила в камере Малфой-мэнора почти полгода, прежде чем ты её освободил…

— Луна Лавгуд, — сразу понял я.

Рей кивнул.

— Думаешь, её кто-нибудь тронул хоть пальцем? Нет. Она была заложницей, но над ней никто не издевался, не морил голодом… Историю пишут победители, Бастер. К примеру, взять тех же Лестрейнджей. Четырёх человек посадили пожизненно за пыточное проклятие. А Грюму за то же самое дали очередную грамоту. Разве это справедливо? Лорд ненавидел лицемерие, так что мы быстро привыкали к честности. Чего нельзя сказать о Дамблдоре и его сторонниках. Помнишь статью в «Пророке» после нашего побега? Про зверства, что мы с Ноттом творили? В восьмидесятых Дамблдор действовал по этой же схеме — запугивал людей придуманными им самим страшилками. Я лично несколько раз был назван виновником гибели людей, о которых слыхом не слыхивал. И Лорд наказывал меня, не веря, что я ни при чём. Но потом таких случаев становилось всё больше; иногда моё алиби обеспечивал сам Тёмный Лорд… Он не верил, что эти смерти — дело рук старика, но иного объяснения просто не существовало.

— Я тоже не верю, — вставил я.

— Сам Дамблдор, может, и не замарал рук, — спокойно кивнул Реймонд, — но убивали по его приказу. Тот же Грюм, помнишь его? Мы с Барти у него учились накладывать пыточное.

— В каком смысле?! — изумился я.

— Попались ему как-то в самом начале «карьеры», и, прежде чем арестовать… Нас тогда Белла с Рудольфусом вытащили, Грюм еле ноги унёс, но нам от этого было не легче. Пару недель точно пришлось проваляться в кровати, чувствуя, как всё тело дёргается… Я к чему всё это рассказываю? Лорд вовсе не был так ужасен, как его представил старик. Альбус сделал из него пугало не только для детишек, но для всех английских магов. Думаешь, кто придумал этот эвфемизм: Тот-Кого-Нельзя-Называть!

Не могу сказать, что эта речь не произвела на меня впечатления, о некоторых моментах я и сам успел догадаться, но менять убеждения я не собирался.

— Рей, я не буду новым Лордом. Я хочу отомстить, разрушить утопические планы Дамблдора, но власть мне не нужна.

— Так и Лорд хотел того же, — улыбнулся он. — Отомстить за несчастливое детство и помешать старику уничтожить древние знания, низведя магию до уровня балаганных фокусов. Можно не рваться к власти ради власти, но чтобы добиться желаемого — власть необходима. Ты вспомни, разве, захватив Министерство магии, Лорд занял кресло министра? Нет. Он посадил в кресло марионетку, хотя изначально планировалось иное, но захват власти не означал победу — как и оказалось, так что Лорд не стал рисковать своими людьми… Он добивался власти, это так, но не для себя. Он хотел перемен… Ладно, я не давлю, подумай обо всём. Вернёмся к этому разговору позже.

Я кивнул, потому что сейчас ответить мне было нечего, и мы наконец-то аппарировали домой.

В гостиной я рассеянно поздоровался с Малфоем и прошёл в свою комнату, предоставив Рею возможность рассказывать о том, как весело у нас прошёл вечер. Слишком много я узнал за один день, хотелось просто посидеть в тишине и не думать ни о чём.

* * *

Что-то было не так. В голове было абсолютно пусто, поэтому единственная мысль заслонила собой весь горизонт. «Опасность!» — набатом стучал пульс. Я напрягся и, когда что-то прикоснулось к моему плечу, среагировал мгновенно. Раз — и враг переброшен через бедро, два — и колено упирается ему в грудь, три — и волшебная палочка нацелена в горло.

— Бастер, мать твою! — приглушённо простонал Реймонд.

Хлопнув ресницами, я слез с Рея и сел рядом.

— Э-э-э… — глубокомысленно выдал я, осматриваясь и не замечая никаких врагов.

Мальсибер сел, потирая одной рукой грудь, а другой шею:

— Что тебе снилось?

— Ничего… вроде. А чего ты подкрадываешься?! — буркнул я, чувствуя себя идиотом.

— Вообще-то ты пропустил тренировку! Десять утра уже, а тебя нет. Вот я и решил проверить, как ты.

— Прости, — смущённо улыбнулся я. — А где все?

— Драко отрабатывает заклинание, Северус где-то в Лютном в твоей мантии, пытается добыть какой-то жутко редкий ингредиент, а Эдриан встречается с гоблинами на нейтральной территории. Один ты дрыхнешь.

— У меня сегодня выходной.

— Ты расстроен из-за вчерашнего разговора? — проницательно заметил Реймонд.

— Угу, — кивнул я, не поднимая глаз. Умом понимал, что всё это глупость и не стоит того, чтобы расстраиваться, но поделать с собой ничего не мог: настроение было на уровне плинтуса. — Ты рассказал остальным?

— Да, конечно… Хотя о кое-каких моментах я скромно умолчал, — улыбнулся Рей. — Кроме Северуса, все остальные согласны, что можно попытаться выкрасть девочку.

— А что насчёт меня?

— В каком смысле? — удивился он.

— Ну-у-у… — промычал я, не в силах произнести вопрос, считают ли остальные меня новым Тёмным Лордом.

— Бастер, то, о чём мы говорили после того, как опасность миновала, касается только нас с тобой, — уже привычно Рей смог угадать, что меня тревожит. — Уверяю тебя, я не пересказываю личные беседы даже друзьям. К тому же… поверь, парни думают так же.

— Что я Тёмный Лорд?! — взвился я. — Что со дня на день начну их пытать?!

Мальсибер толкнул меня обратно на кровать, и я заткнулся. Спрашивается, чего я вообще на него взъелся? Он же ясно сказал, что кем бы я ни был, он всё равно будет хорошо ко мне относиться, так какая разница, кем он меня считает?

— Знаешь, видимо, нам придётся обсудить это с парнями, потому что твоё возмущение ненормально. Это не оскорбление, вообще-то, это честь.

— Рей, заткнись, а?

— Я вернусь к Драко, — вставая, сообщил он. — А ты, будь так любезен, приведи себя в порядок.

Я молча кивнул и поплёлся в ванную.

Горячая вода смыла раздражение, но плохое настроение никуда не делось. Ну не хотел я становиться новым Тёмным Лордом! И потом, Рей сказал, что место Светлого Лорда занято, потому меня и пророчат в тёмные, но я-то знаю, что вакансий нет. Неужто придётся искать Тома?..

— Хозяин будет завтракать или обедать?

— Завтракать… Кричер, а ты тоже думаешь, что я буду Тёмным Лордом?

Домовик замер с занесённой над столом рукой, таращась на меня. По сморщенному, как печёное яблоко, лицу разлилось искреннее удивление. Я был удивлён не меньше эльфа: задавать подобные вопросы слуге было по меньшей мере странно.

— Кричеру нравится хозяин Бастер, — осторожно подбирая слова, неуверенно произнёс домовик после паузы, — но если хозяин станет Тёмным Лордом, Кричер будет счастлив.

— Кто бы сомневался, — горько усмехнулся я.

— Хозяин не должен расстраиваться. Хозяин просто не понимает…

— Чего?! — рявкнул я, всем корпусом поворачиваясь к нему.

Эльф прижал уши, но упрямо продолжил:

— Что представляет собой настоящий Тёмный Лорд.

Мало того, что я неблагодарный, так как не ценю оказываемой мне чести, оказывается, я ещё и настолько тупой, что не понимаю… Желание заорать стало нестерпимым. Кричер почувствовал это и ретировался раньше, чем я открыл рот.

Шумно выдохнув, я приступил к завтраку.

Гнев клокотал внутри, требуя жертвы. Я не хотел срываться на друзей и потому принялся сосредоточенно пережёвывать блинчики, надеясь, что смогу успокоиться. А затем меня осенило: завтра ведь уже Рождество! А из-за вчерашней эскапады Рея я так и не распечатал колдографии Анжелины и Алисии!

Нельзя оставлять людей без подарков!..