Второй шанс для Лили Эванс (гет)

— Ваш друг — оборотень Ремус Люпин — был вчера объявлен опасным существом и приговорен к поцелую дементора. Приговор уже привели в исполнение.

— Северус, завтракать!

Стук в дверь оборвал кошмар именно в том месте, где Блэк, чьи руки и ноги уже обвили выползшие, точно змеи, прямо из кресла цепи, только что узнал о казни Люпина.

Северус медленно открыл глаза. Сквозь неплотно задернутые шторы в комнату лился неяркий утренний свет. За окном шумел дождь. Весна в этом году не торопилась вступать в свои права.

Снейп поежился. Несмотря на теплое одеяло, его слегка познабливало, как при начинающейся простуде. Впрочем, подобное состояние наверняка было вызвано тревожными снами. Отголоском этих снов в ушах все еще звенел надсадный крик Сириуса:

— Я убил его, убил Ремуса!

Очевидно, даже во сне Блэк ничуть не сожалел о том, что его «шутка» привела к смерти еще одного человека. Северуса Снейпа. Собственно, это неудивительно! В то время между ним и Мародерами царила такая лютая ненависть, что ни один из них не пожалел бы о смерти противника. За исключением, как ни странно, Люпина. Юный оборотень парадоксальным образом был самым человечным из всей четверки. Однако страх потерять дружбу остальных лишал его возможности демонстрировать человеческие качества. Когда Поттер, Блэк и примкнувший к ним Петтигрю нападали на Снейпа, Люпин просто оставался в стороне. Смотрел, возможно, осуждал, но никогда не останавливал дружков. Даже став старостой, хотя это входило в его прямые обязанности…

«Это все случилось в другой реальности. С нами, но другими. Ты должен прекратить ворошить прошлое и жить настоящим, — приказал себе Снейп. — Из прошлого можно извлекать уроки. И ты сделал это. Твои злейшие враги стали твоими друзьями. Тебе удалось сохранить любовь Лили, с которой в иной реальности вы как раз к этому времени расстались окончательно. С помощью прошлого ты постоянно пополняешь запас знаний, способный помочь тебе расправиться с Риддлом. Но перестань копаться в нем, выискивая старые обиды. Иначе ты рискуешь превратиться в того мизантропа — Снейпа, что прожил одинокую, никому не нужную жизнь и умер, сожалея об ошибках юности…»

— Северус, сынок, вставай! — снова донеслось из-за двери. — Кэйти приготовила на завтрак твои любимые оладьи с ежевичным джемом и булочки.

Дверь чуть приоткрылась, и в комнату проник ни с чем не сравнимый аромат свежей выпечки и оладьев.

— Сейчас приду, мам!

Снейп призвал из шкафа одежду — хорошо, что в доме, где проживали два взрослых мага, невозможно отследить колдовство несовершеннолетнего волшебника! Пять минут спустя Северус уже сидел за столом, отчаянно пытаясь подавить зевоту. Лишние расспросы о том, почему он так ужасающе не выспался, были ему сейчас совсем ни к чему.

* * *

После завтрака Эйприл снова попыталась узурпировать старшего брата, но Северусу требовалось побеседовать с Септимусом. И как можно скорее.

— Оставляю тебе Спотти, — сказал он обиженно надувшей губки сестре, — развлеки его, а то в школе у меня почти не хватает на него времени.

— Опять уходишь на целый день? — теперь обиженной выглядела еще и Эйлин. Северус отлично понимал, что мать хочет подольше пообщаться с ним, но дело не терпело отлагательства. Пасхальные каникулы длились меньше недели, а ему было совершенно необходимо вернуться в Хогвартс с готовой формулой Зелья от тьмы. Вокруг Люциуса явно сгущались тучи, и тянуть с этим и дальше не позволяли обстоятельства.

— Мам, прости, — покаянным тоном произнес Северус, — в школе у меня возникла идея одного очень интересного зелья. Я должен обсудить ее с Элеонорой.

— Я понимаю, с ней тебе интереснее, чем с нами, — вздохнула Эйлин. — Постарайся вернуться к ужину.

— Я обязательно вернусь за час до ужина и поиграю с Эйприл, — пообещал Северус, ехидно подумав про себя, что в иной реальности тоже не мог распоряжаться собственным временем так, как ему хотелось. Только причиной этого были не мать и сестра, которых он искренне любил, а два сильных волшебника, использовавших ум и талант Северуса каждый в своих целях.

— Ты не забыл, что на Бакстер-хаус наложено заклятие Фиделиуса? — напомнила ему Эйлин. — Когда соберешься домой, предупреди меня, и я встречу тебя у калитки. Это, конечно, не слишком удобно, но зато теперь в случае опасности у нас есть убежище. Не понимаю, почему Элеонора не защитит таким же образом Принц-хаус. Декстер с Маршей ужасно возмущались и требовали от Элеоноры последовать нашему примеру, но она была непреклонна.

«Ну еще бы!» — мысленно усмехнулся Северус.

— Признаться, я и сама не понимаю причин подобного упрямства. После того, что случилось с тобой и Реджи в Косом переулке, вся община Мередит-виллиджа переполошилась. Мы не единственные, кто поставил на дом Фиделиус. Мать Реджинальда тоже попросила его защитить свой дом, и соседи в конце улицы последовали ее примеру. Все-таки приятно, когда в собственном доме тебе не угрожает опасность. Правда, Реджи говорит, что Фиделиус защищает лучше всего, только если ты вообще не выходишь из дома. После случившегося я боялась отпускать его в Лондон. Я и сейчас боюсь, если честно. Но ничего не поделаешь. Реджи никогда не откажется от своей работы. Очевидно, Фиделиус подходит только тем, кто, как мать Реджи, почти не выходит из дома.

«Поттерам не очень-то помогло безвылазное сидение дома, — пришло на ум Северусу. — Впрочем, — он с трудом отогнал от себя видение мертвого Джеймса, — если, находясь в смертельной опасности, не держать в руках палочки...»

— Мам, а ты в курсе, что тебе вовсе не обязательно встречать меня каждый раз и проводить через Фиделиус? В Хогвартсе я читал про это заклятие. Достаточно будет тебе написать адрес Бакстер-хауса на пергаменте и дать мне прочитать написанное. И все. Дом станет видимым для меня.

— Мерлин! — хлопнула себя по лбу Эйлин. — Бабушка говорила мне о такой возможности, но я, растяпа, совершенно о ней забыла. Хорошо, что ты у меня такой умный!

Эйлин притянула Северуса к себе и, слегка привстав на цыпочки, поцеловала в лоб.

— Высокий, — засмеялась она. — Я люблю тебя, Северус.

— Я тоже люблю тебя, мама, — улыбнулся в ответ Снейп, машинально отметив про себя, что эти простые слова теперь давались ему легко и естественно.

* * *

Миновав мокрый после ночного дождя сад, Северус вышел на тихую и пустынную улицу с тянувшимися вдоль нее разномастными коттеджами. Волшебники всегда отличались оригинальностью. Если маггловские поселения с их похожими точно братья-близнецы домиками выглядели до тошноты однообразно, то в магических кварталах глаз то и дело цеплялся за странные архитектурные сооружения, готические башенки вместо каминных труб и причудливые флюгеры в виде диковинных животных. А уж о том, чтобы превращать лужайку перед домом в нечто скучное и благопристойное и речи не было. Чего только не росло в садах волшебников! От вполне безобидных Абиссинских смоковниц и трепетливых кустов, до дьявольских силков, которые однажды чуть не задушили пожилого владельца дома.

Еще пару минут спустя Северус прошел мимо места, где располагался коттедж мистера и миссис Бакстер, родителей Реджинальда. Впрочем, о том, что за живой изгородью в глубине сада стоял уютный коттедж в старомодном викторианском стиле, теперь невозможно было догадаться. Чары Фиделиуса надежно скрыли дом Бакстеров-старших от посторонних глаз. И не только его. Еще через два дома вновь обнаружилось «пустое» пространство. И немудрено! Люди боялись нападений и пытались всеми средствами защитить себя и своих близких.

Северус вновь вспомнил безжизненное тело Джеймса, распростертое у подножия лестницы, ведущей на второй этаж. Жалкая попытка преградить путь Волдеморту. Северус помнил ужасающую злость на почившего врага, тот даже не удосужился взять в руки палочку. Она одиноко валялась на диване. Северус не был наивным идиотом и понимал, что вряд ли Джеймс сумел бы одолеть Риддла в схватке, но он мог бы его хотя бы задержать! И тем самым дать Лили время сбежать… Но Джеймс не сделал и этого… Стоп! Снейп остановился посреди улицы. «Ты снова копаешься в прошлом и щедро сыплешь соль на собственные раны! Хотя принял решение не делать этого. Или хотя бы постараться. Вот и старайся!»

Он сердито тряхнул головой и продолжил свой путь в Принц-хаус.

* * *

С Септимусом Снейпу удалось поговорить лишь после обеда.

Отчитавшись перед Элеонорой о том, не ухудшилось ли его самочувствие после полученного проклятия, как идет учеба и все ли в порядке в отношениях с Лили, Северус вызвался помочь ей в саду, где она выращивала лекарственные травы, многие из которых затем использовала в зельях.

— Честно говоря, я боялась, что не успею высадить рассаду, — посетовала Элеонора. — В этом году просто наказание, а не весна! Дождь идет третью неделю не переставая!

Зато хоть сейчас солнечно. Наверное, ты привез с собой хорошую погоду.

Пока они возились на грядках, воспользовавшись неожиданно проглянувшим сквозь тучи солнцем, Северус рассказал миссис Принц о неприятной истории, произошедшей с Лили по вине Кричера.

— Иногда я просто не понимаю Вальбургу! — покачала головой Элеонора, дослушав его до конца. — Кровь есть кровь, и кичиться тут нечем. И уж тем более доводить это до такого абсурда, что даже домовики становятся агрессивными и нападают на волшебников. Бедная девочка! Представляю, каково ей пришлось! Хорошо, что удалось полностью расколдовать ее. Вот и верь после этого в родовую защиту. Хотя… ее ведь проклял эльф, а не человек.

— Значит, если бы Лили попыталась проклясть сама Вальбурга, последствия были бы гораздо менее тяжелыми?

— Именно так! — кивнула Элеонора, призвав откуда-то из глубины сада целый мешок удобрений. — Зажми нос, этот драконий навоз просто ужасно пахнет. У эльфов своя совершенно уникальная магия. Абсолютно непохожая на человеческую. Думаю, мы сильно их недооцениваем, — прибавила она. — Если бы я владела беспалочковой магией, как наша Присси, наверное, была бы куда более могущественной волшебницей, чем мистер Риддл, — в последние слова Элеонора вложила столько презрения и ненависти, что Северус невольно поразился мужеству своей прабабушки. В то время, как прочие волшебники уже боялись открыто произносить имя Волдеморта, — так запугал он обывателей своим террором, — Элеонора открыто выказывала к нему свое отношение.

— Не волнуйся, — сказала она, поймав обеспокоенный взгляд Северуса, — при всех прочих я именую мистера Риддла «Тот, которого нельзя называть». Когда живешь под одной крышей с Декстером и Маршей невольно учишься осторожности.