Второй шанс для Лили Эванс (гет)

Неделю спустя пятикурсники наконец сдали последний экзамен — Защиту от Темных искусств. Нет нужды говорить, что все, кто посещал дополнительные занятия в Выручай-комнате, справились с ним на отлично. Чего никак нельзя было сказать об остальных студентах. Да это и немудрено: на уроках Стэрди заставлял студентов бесконечно конспектировать учебник, почти совсем не уделяя времени практическим занятиям. Именно неумение применить на практике защитные заклинания и подвело большинство пятикурсников, многие из которых покидали экзаменационный зал в слезах.

Очевидно, что столь массовое фиаско не укрылось от Дамблдора, и Стэрди указали на дверь, а значит, в следующем учебном году по уже сложившейся традиции, им предстояло учиться у нового преподавателя. Глядя на то, с каким удрученным видом сидел за преподавательским столом Бродерик Стэрди — пожалуй, самый слабый из всех профессоров ЗОТИ, какие были у них за эти годы, Северус не удержался от ядовитого замечания:

— Стэрди, похоже, уже получил от Дамблдора письмо об увольнении.

— Бедняжка! — притворно вздохнула Лили, не слишком жаловавшая грубоватого и недалекого профессора.

— Кто, Стэрди, поскольку его уволили, или Дамблдор, поскольку теперь будет вынужден искать нового преподавателя? — поддел ее Снейп.

— А может, мы, поскольку на следующий год нам дадут такого же никчемного профессора, а впереди у нас подготовка к ЖАБА? — поддержал тему Джеймс.

— Если честно, нас мне жаль больше всего, — грустно улыбнулась Лили. — Точнее, не нас, а других студентов, которые не ходят на наш кружок.

— Ну уж не знаю, хотел бы я, чтобы все слизеринцы научились защите? — покачал головой Сириус. — Скорее всего — нет. Тем более, что большая их часть поддерживает Сами Знаете Кого. Я не возражал против принятия в кружок Рега только потому, что он — мой брат. А поскольку Барти — его лучший друг, то пришлось согласиться взять и его. Что же касается остальных, пусть их и дальше учат всякие недоумки типа Стэрди. Меня это вполне устраивает.

* * *

Остаток дня они провели на своем излюбленном месте у озера. Сперва все вместе устроили пикник. Затем парочки разбрелись, кто куда, чтобы хоть немного побыть наедине. Северус и Лили, взявшись за руки, дошли почти до самой окраины Запретного леса. Там, вдалеке от любопытных глаз, можно было наконец-то нацеловаться вволю за все эти два месяца, когда ни о чем, кроме экзаменов и думать не хотелось.

— Сев, — Лили с трудом перевела дух после поцелуев, — мне кажется, я хочу большего.

— Я тоже! — ответ вырвался сам собой, однако в то же самое мгновение Северус осознал, что именно они обсуждают. — Лилс, думаю с этим стоит подождать.

— Почему? Ведь мы помолвлены!

— Именно поэтому. Мы с тобой уже точно никуда друг от друга не денемся. А если ты вдруг… ну… — Северус жутко смутился. Еще никогда и ни с кем он не говорил на столь откровенную тему. — Забеременеешь.

Северус отлично помнил предположения, сделанные на его счет Септимусом, однако вовсе не собирался проверять на практике их истинность. В конце концов, несмотря на то, что мистер Принц являлся исключительно умным и проницательным волшебником, он тоже мог ошибаться. Глубоко в душе Северусу хотелось думать именно так. Он чувствовал себя самым обыкновенным молодым волшебником, и ему претила мысль, что на него наложила свой отпечаток смерть. Разумеется, эта связь здорово помогала Северусу в поисках крестражей, но он без колебаний расстался бы с этим даром, если бы мог стать таким, как все. Когда основа Зелья против тьмы свернулась в первый, а затем и во второй раз, Северус с ужасом подумал: а вдруг Лили, узнав, что у них никогда не будет детей, расторгнет помолвку? Для самого Северуса подобная перспектива не являлась чем-то ужасающим. Нет, он ни на миг не сомневался, что отец из него выйдет куда лучше, чем учитель. Тем более, что его невыносимо тяжелый характер разительно изменился за годы пребывания в теле подростка. Однако он вполне мог обойтись без радостей отцовства. Иное дело Лили. Для нее бездетность наверняка станет трагедией. Именно поэтому Северус и планировал после свадьбы начать тайком от жены принимать зелье. Навредить ему оно ведь точно не могло. Но прежде требовалось покончить с Волдемортом. Северус отлично знал: ни ему, ни его семье, да и никому в волшебном мире не будет покоя, пока Риддл не упокоится в могиле. А значит, как это ни прискорбно, такие радости жизни, как секс с любимой девушкой, откладывался на неопределенное время. Решение далось ему нелегко, но другого выхода Северус попросту не видел, да и закреплять их помолвку, когда он мог умереть от руки Риддла, было с его точки зрения неправильно. А кроме того… Северус вряд ли признался бы в этом кому-либо, кроме самого себя, он полагал, что подобные взрослые отношения недопустимы между подростками, каковыми они еще являлись. Ему хотелось, чтобы они с Лили, по крайней мере, достигли совершеннолетия, прежде чем окунутся в мир взрослых отношений и обязанностей.

— Не обижайся. Ты знаешь, что я очень тебя люблю, но мне кажется с этим стоит подождать хотя бы до нашего семнадцатилетия, — сказал Северус, в душе опасаясь нарваться на бурю.

— Сразу видно, кто из нас двоих более взрослый, — вздохнула Лили, — и ответственный.

— Я тебя разочаровал? — спросил он, осторожно взяв ее за подбородок и глядя прямо в глаза.

— Скорее — наоборот. Мне не нравится, когда мальчишки ведут себя так, как будто им все позволено.

— Значит, можно сказать, я прошел твою проверку? — улыбнулся Северус, испытывая невероятное облегчение оттого, что Лили не только не обиделась, но и разделяет его точку зрения.

— Я согласна побыть старомодной до следующего лета, нам обоим к тому времени исполнится по семнадцать лет. Насколько я в курсе, именно этот возраст считается у волшебников совершеннолетием, — хитро прищурилась Лили. — Дальше этого времени моя старомодность не распространяется.

— Вообще-то у магглов совершеннолетие наступает в восемнадцать. Кроме того, до следующего лета я вряд ли успею покончить с Волдемортом, — моментально помрачнел Снейп.

— Ты все еще собираешься действовать в одиночку? — Лили испуганно прижалась к нему. — Я тоже хочу помочь тебе!

— Лилс, мы с тобой уже это обсуждали. Ты очень поможешь мне, если никуда не станешь встревать. В противном случае мне придется защищать еще и тебя. И тогда мои шансы выжить существенно уменьшатся, — Северусу показалось, что он говорил слишком резко. Он взглянул на Лили. Так и есть! В ее глазах блестели слезы.

— Прости! — Снейп губами собрал со щеки соленую влагу. — И, пожалуйста, сделай так, как я прошу. Это неимоверно важно!

— Я боюсь, что он убьет тебя, — прошептала Лили.

— Послушай, Лилс, не хочу хвастать, но в той, прежней, жизни я считался очень сильным волшебником. Можно сказать, что после Риддла в магической Британии не было никого, кроме меня, кто бы обладал такими обширными познаниями в темной магии и умением применять их на практике. И все это станет полностью доступным мне после магического совершеннолетия.

— Но ведь Риддл — практически бессмертный! — всхлипнула Лили. — Ты же сам показывал мне…

— Сейчас его в самом деле невозможно убить, но я работаю над этим. Поверь мне. Мы с Септимусом многое выяснили о его крестражах. Не сомневайся, я найду их все до единого и уничтожу. А потом, надеюсь, та же участь постигнет и Риддла. Но, чтобы довести дело до конца, я должен быть уверен, что ты в безопасности. Поэтому, какие бы заманчивые предложения не делал тебе Дамблдор — не соглашайся! Он подставит вас под удар. Ты же помнишь, что стало с первым составом Ордена Феникса? Почти все они погибли.

— Но я не понимаю… Ведь Дамблдор — светлый волшебник и, в отличие от Волдеморта, ценит человеческую жизнь… — еле слышно произнесла Лили.

— Ценит… — горько усмехнулся Северус, — но если на одну чашу весов будут поставлены жизни людей, а на другую — победа над Риддлом, я почти не сомневаюсь в том, какой выбор сделает Дамблдор. Можно сказать, что он ведет гениальную шахматную игру, только вместо фигур у него — живые люди. И они зачастую гибнут во имя того, чтобы выиграть всю партию. К сожалению, в своей прежней жизни я столкнулся именно с таким подходом. При этом Альбуса никак нельзя назвать жестоким. Он выступал в роли генерала, посылающего своих солдат на смерть и искренне сожалевшего об их гибели, однако не останавливающего битву. Такими солдатами в его глазах были мы с Гарри. Тогда я не понимал этого, но сейчас, оглядываясь назад, не сомневаюсь в том, что Альбус любил твоего сына — Гарри — и ценил и уважал меня. Тем не менее, все шесть лет, пока Гарри учился в Хогвартсе, Дамблдор готовил его только к одному: финальной битве с Риддлом. Причем исход этой битвы не мог предугадать никто. Иными словами, Дамблдор предполагал, что твой сын вполне может умереть. И он без колебаний послал на смерть семнадцатилетнего мальчишку, поскольку верил, что только Гарри сумеет покончить с Риддлом. Со мной было иначе. От меня всего лишь требовалось стать в глазах всех убийцей и мерзавцем. Только так я мог занять место Дамблдора и защитить студентов и преподавателей от Пожирателей смерти. Всеобщая ненависть стала моим щитом. За ним никто, даже сам Риддл, не заподозрил меня в двойной игре. Таким образом я успешно довел до конца миссию, доверенную мне Дамблдором: рассказать твоему сыну правду о том, что он должен пожертвовать собой. А теперь делай выводы самостоятельно: могу ли я доверить такому человеку твою жизнь или жизни наших друзей. Ведь он уже подвел меня когда-то. Второй раз я не собираюсь попасться в ту же ловушку.

Северус замолчал, дав Лили несколько минут собраться с мыслями и пропустить услышанное через себя. А заодно и успокоиться, поскольку Лили все еще смаргивала слезы.

— Прости, родная, что расстроил тебя, — наконец тихо сказал Северус. — Сегодняшний день мало подходит для подобного тяжелого разговора.

— А мне наоборот жаль, что мы не говорили на эту тему раньше, — глухим голосом произнесла Лили. — А еще мне жаль, что ты не можешь быть так же откровенен с Джеймсом, Сириусом и Ремусом. Потому что теперь я на пушечный выстрел не подойду к Дамблдору и его Ордену, а вот их, боюсь, он все-таки сумеет уговорить присоединиться к нему.

— Постараюсь убедить их не делать этого, — улыбнулся Северус, прижимая ее к себе. — Не представляешь, как я счастлив, что ты понимаешь меня. И еще больше оттого, что Дамблдор не сумеет завлечь тебя в свой авантюрный проект. Однажды ты уже была членом Ордена Феникса. Ничем хорошим это для тебя не кончилось.

— Значит, через год я разочарую профессора Дамблдора, дав ему категорически отрицательный ответ, — улыбнулась в ответ Лили. Она поцеловала Северуса, а затем взяла его за руку.

— Нам нужно возвращаться к остальным. Как я выгляжу? Видно, что я плакала?

— Выглядишь, как всегда, потрясающе, — Северус взмахнул палочкой, — теперь ничего не видно. Пойдем. Только… поцелуй меня еще раз.