Второй шанс для Лили Эванс (гет)

— «Тот, кто повернул свою судьбу вспять, раскрыл тайну Темного Лорда. Тот, кому благоволит сама Госпожа, лишит Темного Лорда всей его силы. Близится день решающей битвы, в которой сойдутся в схватке жизнь и смерть».

Повисла напряженная тишина. Снейп и его прадед пытались осмыслить пророчество, точь в точь подходившее к Северусу, и те последствия, которые оно могло повлечь за собой. Наконец Септимус спросил:

— Как я понимаю, это дословный текст пророчества, которое произнесла эта девушка… как ее…

— Сибилла Трелони, — в один голос сказали Северус и Регулус.

— Да, — кивнул Блэк. — Я запомнил слово в слово. Это было нетрудно. Я никогда в жизни еще не слышал ничего подобного.

— И вы говорите, что в тот момент в «Дырявом котле» почти никого не было?

— Несколько человек, не считая бармена Тома и нас с Барти и Питером.

— А как они отреагировали на то, что произошло? — продолжал расспрашивать крайне обеспокоенный Септимус.

— Сперва очень испугались, поскольку голос у Трелони был прямо-таки потусторонний. Но затем, как мне показалось, расслабились и вновь принялись за еду.

— А ваши спутники? Они пытались понять, кто подходит под пророчество?

— Да, но не пришли ни к каким определенным выводам. Слова Трелони слишком туманны, чтобы указывать на конкретного человека. И это, признаться, меня радует. Потому что мне почему-то кажется, что она говорила о Северусе.

— Ну… какой из меня избранник Госпожи! — усмехнулся Снейп, успокоенный тем, что из всех, кто мог услышать так не вовремя произнесенное пророчество, поблизости оказался Регулус, на которого в любом случае можно было положиться.

— Ты умеешь намного больше, чем должен волшебник твоего возраста, — пожал плечами Регулус.

— Ты, между прочим, тоже! — парировал Северус.

— И ты знаешь о крестражах Темного Лорда.

— Так же, как и ты! — вновь улыбнулся Северус.

— В общем, я думаю, что тебе стоит быть осторожнее, — лицо Регулуса посерьезнело. — Конечно, более туманное пророчество представить сложно, но…

— Я непременно буду осторожен, — заверил его Снейп. — И ты в самом деле прав: ничего конкретного Трелони не сказала.

Северус едва удержался от того, чтобы не добавить: «В этот раз». Определенно, правнучка знаменитой прорицательницы Кассандры Трелони играла в его судьбе роковую роль. В той жизни именно произнесенное ею пророчество заставило Риддла открыть охоту на Поттеров, что в конечном итоге стоило жизни Лили. И по иронии судьбы содержание того пророчества Риддл узнал именно от Снейпа. Если бы только Дамблдор стер ему тогда память! Он ничего не рассказал бы своему хозяину, чем, наверняка, заслужил бы Круцио, зато Лили была бы жива! Впрочем, сейчас у Риддла, скорее всего, не имелось шпиона в стане светлых сил, а его немногочисленные оставшиеся сторонники, за исключением помешанной на своем Лорде Беллатрисы и ее подкаблучника-мужа, мечтали избавиться от позорного клейма. А все благодаря игре, начатой почти год назад Северусом и Регулусом. И, хотя находившийся на грани безумия Риддл был сейчас как никогда опасен и непредсказуем, Северус не чувствовал, что ему стоит залечь на дно лишь из-за произнесенного Трелони пророчества, но и забывать об осторожности тоже не следовало. Как же вовремя они с Лили выбрались на свидание в маггловский Лондон! Теперь о подобной роскоши придется забыть.

— Мордред с ним, с пророчеством, — спокойно сказал Северус. — Пока о нем не знает Риддл, тот, о ком в нем говорится, может чувствовать себя в относительной безопасности. У нас с тобой есть сейчас дела поважнее.

* * *

Полчаса спустя бледный до синевы и обливающийся слезами вперемешку с холодным потом Регулус постепенно приходил в себя после испытаний действия Изумрудного зелья и антидота.

— Ужас какой, — просипел он, с трудом переводя дух. — Бедный Кричер! Не представляю, как он вынес этот кошмар!

— Не забывай, что тебе тоже придется пройти через все это, пока мы не сумеем достать из чаши подлинный медальон. Может, откажешься? — с тревогой спросил Северус, прикидывая, сумеет ли он активировать артефакт Принцев, если придется самому пить треклятое зелье.

— Постарайся напоить меня им как можно быстрее, чтобы не растягивать «удовольствие», — вместо ответа сказал Регулус.

«С таким упрямством тебе бы в Гриффиндор», — подавил тяжелый вздох Снейп.

— Договорились, — произнес он вслух. — Давай ты немного отдохнешь и приступим к испытанию моего медальона.

— Хорошо бы нам активировать его в каком-нибудь защищенном чарами помещении, — задумчиво отозвался Регулус. — Лучше Блэк-хауса не найти. Отец заколдовал его таким образом, что он вовсе не виден магглам, да и сквибам тоже, хотя находится в маггловской части Лондона. Уж не знаю, зачем отец так сделал, но, по-моему, он явно перестарался. Наш дом отсутствует на всех картах: как маггловских, так и магических. Его невозможно увидеть, а то, что происходит в нем, невозможно услышать. Его невозможно также обонять или осязать, обнаружить при помощи приборов и даже заклинаний.

— Да, такое место нам безусловно подходит для испытаний, — согласился Северус, в свое время услышавший немало шуток по поводу паранойи Ориона Блэка, защитившего свое жилище так, словно на него собирался идти войной весь магический мир.

— Отлично, — кивнул Регулус, — значит, переместимся домой по каминной сети, а обратно нас перенесет твой артефакт.

* * *

Испытания прошли как нельзя более удачно. Перед тем, как тайно проникнуть к себе же домой, Регулус вызвал Кричера и попросил его ненадолго отвлечь Ориона и Вальбургу. Кричер сперва пришел в ужас, что придется потревожить по пустякам хозяина и хозяйку, но после недолгих уговоров согласился. Предоставленных им четверти часа хватило Северусу и Регулусу на то, чтобы переместиться каминной сетью в Блэк-хаус, а затем, активировав медальон Принцев, вернуться прямиком в гостиную коттеджа Принцев.

— Думаю, нам лучше отправиться в пещеру послезавтра, — сказал Регулус. Голос его при этом был настолько твердым, как будто речь шла об увеселительной прогулке, а не о чрезвычайно опасном предприятии. — Родители собираются в гости на целый день и не заметят моего отсутствия. А потом Кричер вернет меня домой. Может, они вообще ничего не узнают. Хотя… нет, я хотел бы, чтобы узнали. Пусть понимают, чем чревато их слепое поклонение Волдеморту, — невесело усмехнулся Регулус.

— Рег, ты не представляешь, насколько важным является то, что мы с тобой собираемся сделать! — не сумел сдержать восклицания Северус. — Если наше предприятие удастся — а я не вижу причин, которые могли бы нам помешать — у Риддла останется всего один крестраж. Правда, добыть его будет очень и очень непросто.

Северус осекся на полуслове. Он вдруг совершенно ясно внутренним взором увидел гостиную Блэк-хауса, связанных магическими путами Регулуса, Ориона и Вальбургу и склонившегося над ними Риддла:

— Откуда вы узнали, что именно хранится в сейфе Беллатрисы Лестрейндж? — вкрадчивым голосом спрашивал он поочередно то у отца, то у матери, то у сына. — Кто рассказал вам о крестражах? Круцио!

— Так где же находится последний крестраж Волдеморта? — Регулус даже приподнялся из кресла, так ему не терпелось узнать эту поистине страшную тайну.

— Прости, но я не могу тебе сказать. Боюсь подставить тебя под удар,— покачал головой Северус. — Риддл теперь не делает различий между своими и чужими. Если ему понадобится информация, он запытает тебя до смерти.

— Разве я не доказал, что достоин доверия? — в тоне Регулуса сквозило разочарование.

— Пойми, это не от недоверия, а лишь потому, что Волдеморт, как я понимаю, в любой момент способен нагрянуть к вам без приглашения. Представь себе, как он отреагирует, если случайно наткнется на Кричера? Живого и более-менее здорового. Ведь, по мнению Риддла, тот должен был умереть в пещере с инферналами. А увидев Кричера, Риддлу наверняка станет интересно, не сболтнул ли эльф лишнего, и, если сболтнул, что именно вы поняли из его рассказа.

— Но ведь с того дня, как он «одалживал» у нас Кричера, прошло уже больше двух недель, а Волдеморт до сих пор не проявлял к нашей семье ни малейшего интереса, — запротестовал Регулус. — А впрочем, если ты боишься, что он явится к нам… Ладно, давай договоримся, что, когда мы выберемся из той пещеры вместе с нашим трофеем, ты расскажешь мне, где спрятан последний крестраж. Как знать, может, я сумею помочь тебе заполучить и его.

* * *

— Странный Блэк, — задумчиво произнес Септимус, когда, проводив гостя до гостиной, откуда тот направился домой по каминной сети, Северус вернулся в комнату.

— Чем же он странен? — поинтересовался Снейп, предполагая, что знает ответ на этот вопрос.

— Тем, что ведет себя как истинный гриффиндорец, — отозвался мистер Принц. — Смел, благороден, судя по тому, что я видел, великодушен с эльфами, а это вообще не типично для семейства Блэк. Тебе очень повезло с напарником, дорогой правнук.

— Лишь бы только все не случилось, как в моей прошлой жизни, — мрачно произнес Снейп. — Регулус, судя по всему, тогда тоже повел себя отважно и… погиб.

— В этот раз с ним будешь ты. С некоторых пор это придает мне уверенности в том, что все пройдет хорошо. Хотя я отлично понимаю, что и твои силы и умения имеют свои пределы. Тебя что-то угнетает? — поинтересовался он.

— То, что я скрываю от Регулуса самое главное.

— Ты имеешь в виду свою истинную сущность?

Вместо ответа Северус кивнул.

— Это могло бы многое упростить, но я почему-то не готов поделиться этим секретом именно с Регулусом.

— Вероятно, тебе тяжело сделать это, потому что в твоей прошлой жизни Регулус, скорее всего, погиб, — высказал предположение Септимус.

— Лили тоже погибла, тем не менее ей я рассказал правду, хотя, признаться, очень боялся, что она отвергнет меня после увиденного в Омуте памяти.

— Значит, прими это как должное, — пожал плечами Септимус. — Все люди разные. Возможно, Лили приняла тебя таким, какой ты был и каким ты стал, благодаря своей любви к тебе. Не забывай, что именно ради нее ты вернулся из-за Грани, уверен, она это оценила. У Регулуса нет подобного преимущества. Как знать, сумел бы он справиться с этим знанием. В любом случае не терзайся еще и по этому поводу. В ближайшее время тебе предстоит нечто гораздо более серьезное и страшное. Сосредоточься на добыче крестража и на том, чтобы юный Блэк не повторил свою судьбу. Судя по всему, он отличный друг и очень достойный юноша. Мне не хотелось бы, чтобы с ним случилось несчастье.