Radiance - Сияние истины (джен)

Сразу после слов Мэгги все головы повернулись на звук зевка и сразу за ним — легкий топот маленьких ног.

Джанна взлетела по ступенькам, Мэгги последовала за ней.

— Молли, милая, — заворковала Джанна. — Хочешь сегодня завтрак в постель?

Я могла понять их нежелание приводить ребенка на кухню, где, помимо всех остальных, сидела Адди, и тут же задумалась, сколько вампиров выпили бы маленького двухлетнего ребенка, даже если бы у него не было родителей-вампиров для защиты.

— Мам-ма, нет, — сказал высокий, несомненно детский голос.

— ...Мама? — спрашиваю я снова, хотя и уверена. Это именно цветочный-мамин-запах. Я помню это наверняка. Она наконец вернулась! Щеночек несчастлив.

— Глупый щенок, — говорю я, но он всё равно не понимает, что не надо бояться маму, так что я завязываю поводок вокруг дерева, чтобы он остался там, пока я встречусь с мамой. Да, вот она, среди деревьев! У нее почти нет волос. Это глупо. Но она все еще моя мама, она берет меня на руки, когда я подбегаю к ней. Мне лучше показать ей, что она пропустила...

— Будет весело, — убеждала Мэгги. — Мы можем принести тебе поднос с яйцами, тостом, апельсиновым соком и ябл...

— Я съела все яблочное пюре, — прошептала я на выдохе.

— ...И банан, — быстро поправила себя Мэгги.

— Я хочу спуститься, мамочка, — сказала Молли.

Я услышала резкий шепот Джанны, тихий для меня, но и не предназначающийся мне:

— Аделаида, если ты хотя бы косо взглянешь на нее... — угрожающие интонации исчезли из ее голоса, и он снова стал добрым: — Хорошо, дорогая. У нас... гостят друзья. Они внизу на кухне.

Все трое спустились по ступенькам, Джанна обнимала Молли.

...Дом... в руках мамы, мчащейся с места на место...

Молли была хорошенькой, в синей пижаме с овечками и тапочках-зайцах. Она сильно походила на ту Джанну, что я помнила человеком, — такие же зеленые глаза, но с более светлыми волосами и кожей. Она прижималась к плечу Джанны, с невинным любопытством глядя на посетителей ее дома.

— Пфивет, дфузья, — прошепелявила она.

— Привет, Молли, — сказала я. — Я Элспет.

— Элфпет, — попыталась выговорить Молли. Взгляд материнского обожания на лице Джанны был...

...Мама так рада вернуться! Она уютная...

…Милым. Мэгги выглядела...

...Мама собирается забрать меня с собой. Она так по мне скучала...

...Готовой с яростью броситься на защиту. Адди мирно улыбалась, невинно сложив руки, но ни одна из матерей не расслаблялась.

— Дядьларио! — пропищала Молли, заметив своего дядю. Джейк тихо захихикал над этим словом.

— Это Джейкоб, а это... Аделаида, — сказала Мэгги натянуто, указывая на них Молли.

— Джейкоб и Адалада, — повторила Молли.

— Можешь звать меня Адди, — разрешила Адди, и Молли повторила это куда уверенней; Джанна немного нахмурилась.

— Тост с сахаром! — сказала Молли, указывая на Иларио, когда мы закончили представляться. Он мягко погладил ее руку, достал кусок хлеба из буфета, чтобы сделать тост. В это время разговор возобновился на скорости и высоте, недоступной для Молли; я держала Джейка за руку и безмолвно переводила, поняв, что его слух лишь слегка превосходит человеческий, пока он находится в двуногой форме.

— Мы не поддерживаем постоянный контакт с Шивон и Лиамом, — объяснила Мэгги, очищая для Молли банан. — Особенно с появлением Молли. Они... мы, конечно, не думаем, что они могут навредить ей, но нельзя слишком перестраховаться, не тогда, когда на кону жизнь Молли, и даже при этом мне приходится уходить из дома, если ей надо перевязать царапину, просто потому что я раньше пробовала кровь.

— То есть вы не в курсе, где они? — нахмурившись, спросила Адди.

— Мы почти всегда знаем примерное их местонахождение, как и они — наше, и у них есть телефоны, но обычно они держат их выключенными. Мы видимся дважды в год и связываемся, если считаем, что на острове есть другие вампиры. Поскольку, — на этих словах она указала на Адди, подгадав время, когда Молли отвернулась, — это их территория. Вообще-то, есть один парень, живущий на острове Мэн, который иногда пробирается сюда для охоты, но они его никогда не ловили. Однако мы трое единственные вампиры, которым Шивон и Лиам технически разрешают здесь находиться.

— ...То есть вы и правда единственные вампиры Ирландии? — осведомляюсь я. — Это немалая территория. Нет ковена? Нет претендентов на свою долю? — Я много путешествовал по Европе и везде находил тех, кого должен теперь называть своим видом, видел вражду и территориальные споры, создание и разрушение союзов, больших и малых. Вольтури были изысканны и цивилизованны даже в насилии. Но жизнь Шивон большую часть времени выглядела.. подлинно мирной. Границы ее владений были ясны, в отличие, например, от ситуации, когда два ковена, разделенные рекой, грызлись за добычу друг друга.

— Теперь нет, — говорит Шивон. — Если не ошибаюсь. Раньше было еще несколько, но никогда в таком количестве, как у тебя на родине. Я сумела разделить их и либо уничтожить, либо прогнать, в зависимости от их упрямства. Временами бывают... гости... которые приходят сюда на охоту, и я не преследую их через воду, если они приходят и уходят быстро. Не такие гости, как ты, — проясняет она. — Никогда не встречала подобных тебе, ограничивающих себя животными. Из всего, что...

Это было не мое воспоминание, а Карлайла, снова; становилось легче различать, мои ли это воспоминания или нет, вместо того, чтобы словно во сне считать себя тем, чьи воспоминания всплывали в голове, как это было сразу после удара...

— Весьма впечатляет, что Шивон удается держать вампиров подальше от своей территории, — отметила Адди. — Сколько там всего — тридцать или сорок вампиров в Англии, Шотландии и Уэльсе? Понятно, что иногда они охотятся и в других местах, однако все равно это куда более населенные территории.

— Да, тридцать-сорок, — сказала Мэгги. — Хотя я думаю, что в Англии сопоставимое количество по сравнению, не знаю, с Бельгией. На самом деле, не уверена, есть ли вампиры в Бельгии. По крайней мере, один должен быть.

— Милая, — сказала Джанна.

— Точно, — сказала Мэгги. — Ирландия. Только мы и те двое. На самом деле, это одна из причин, по которым я считаю, что Шивон может быть одаренной, хотя она сама так не думает, так что это должна быть почти незаметная сила, не создающая жужжание в голове, как моя или другая подобная. И она определенно хороша в составлении планов, для которых необязательна сила, чтобы они работали.

Молли вгрызлась в сахарный тост.

— Мамочка, ф… споешь? — попросила она, с усилием поправившись, и Мэгги начала вполголоса напевать нечто красивое на гэльском — а спустя мгновение дезориентации я поняла, что вполне могу бегло понимать смысл. Похоже, мне не пришлось явно обрабатывать воспоминания обучения этому языку, чтобы их использовать; я решила, что эти знания, похоже, хранятся как-то по-другому.

— То есть все, что вам известно, — что они около Омы, — прошептала я, стараясь подобно вампирам быть неслышимой для Молли. — И нет способа точно узнать. Как нам найти их?

— Можете попробовать им позвонить, — сказала Джанна. — Хотя никаких гарантий, что дозвонитесь. Мы можем попытаться отследить по запаху, если будем рядом. Кто-то из нас останется дома, чтобы присмотреть за Молли.

— Вероятно, это должна быть ты, — сказал Иларио Джанне. Мэгги, не прерывая пения, еле заметно кивнула.

Джанна склонила голову, прижавшись щекой к волосам Молли.

— Я хочу остаться, но...

— ...Мы собираемся позволить бабушке Эсме, дедушке Карлайлу, тете Розали и дяде Эмметту взять тебя в гости к друзьям на Аляске, — говорит мама. Я не знаю, что это за “ляска”. Может, у них там хорошая еда? А нам обязательно идти на эту “ляску”, чтобы получить лучшую еду? — Но мы с папой не можем пойти, и мы будем скучать. — Я не знаю, почему маме и папе нельзя на “ляску”. Но они будут скучать по мне, так что все в порядке. Так и должно быть, потому что я важна...

— Из нас троих ты слабее остальных в сражении и, скорее всего, сможешь отговориться от наказания Вольтури, если до этого дойдет, — мрачно сказал Иларио. — Мы поменяемся, как скажет Шивон, если у нее будет план получше, но пока что в этом больше всего смысла.

Джанна кивнула и поймала тост, оброненный Молли.

— Иларио, попробуешь дозвониться до Шивон и Лиама? — спросила она.

— …Карлайл, как ты познакомился с Шивон и Лиамом? — спрашиваю я, пока мы плывем через Атлантику. Эсме впереди, тщетно пытается поиграть со стаей дельфинов, которые явно не хотят иметь ничего общего с вампирами.

— После моего ухода из Вольтерры я решил отправиться в Новый Мир, — говорит он. — Остановился ненадолго у себя на родине, где я впервые встретил Алистера, и — в основном, чтобы избавиться от меня, поскольку я слишком загостился у него, — он рассказал мне о Шивон. Мне потребовалось не слишком много времени, чтобы найти ее, и она поверила мне, когда я описал свое стремление отправиться в Америку, так что она не возражала против моего присутствия на ее территории. Мы оставались на связи, даже лучше, чем с Алистером, разумеется, по большей части из-за стремления последнего к одиночеству. Лиама я встретил в тысяча восемьсот двадцать третьем...

Иларио переложил поджаренное яйцо на тарелку и поставил перед Молли, после чего взял телефон. Шивон не ответила, а вот когда он попробовал набрать Лиама, то получил ответ.

— Иларио? — проговорил Лиам раскатистым басом. — Что случилось?

— Сложности, — сказал Иларио. — Серьезные. Нам с Мэгги надо увидеться с вами и познакомить с некоторыми... людьми, — он сделал еле заметную паузу, возможно, пытаясь сообразить как назвать Джейка, Адди и меня одним словом, при том, что мы все были разных видов. — Это определенным образом относится к деятельности Калленов, хотя я не знаю, насколько вы об этом осведомлены.

— Весьма смутно. Мы слышали о них, но когда Шивон узнала точную причину поведения Вольтури, мы решили не идти.

— Ну... — сказал Иларио. — Нам надо встретиться и поговорить.

— Рядом с нами сейчас нет никаких ориентиров, — сказал Лиам. — Можем добраться до Вексфорда...

— Нет, мы сами вас найдем, — прервал его Иларио. — Джанна останется дома с Молли. Просто скажите, куда идти.

— Можем встретить вас на полпути к Дублину, если хотите, — предложил Лиам, Иларио согласился, уточнил пару деталей и повесил трубку.

* * *

У Мэгги, Джанны и Иларио — у каждого была своя машина, но у Джанны была маленькая, а машина Иларио осталась у магазина. Мы загрузились в фургончик Мэгги, Иларио устроился на пассажирском сиденье, я, Джейк и Адди — сзади, и отбыли после длительного прощания Мэгги и “Дядьларио” с Молли и Джанной. Мэгги пыталась (с переменным успехом) оторваться от Джанны, на что было почти что неприлично смотреть. К моменту отправления был уже полдень, однако все окна были закрыты, чтобы вампиры не сверкали.

Я думала о Молли и ее семье, а также о себе и своих родных.

...Чик, чик...

Я была в ужасе. Я бы хотела, чтобы она не трогала мои привязанности. Я бы очень хотела не быть равнодушной к... было даже трудно вспомнить, кого бы я хотела так отчаянно любить. Наконец я сумела составить список: моя мама; папа; дедушки и бабушки, по крайней мере те, с кем я встречалась; дяди и тети — хотя, возможно, кроме Джаспера; кузины Денали — впрочем, если подумать, то и прежней мне, до встречи с Челси, не смогли бы понравиться Кэйт, Таня, Элизар и Кармен после сделанного ими; возможно, мои человеческие друзья; возможно, более отдаленно, друзья семьи, наподобие ирландских вампиров или амазонских.

Я могла вспомнить, как любила... некоторых из перечисленных. У меня были ясные воспоминания о подобном в отношении моей мамы, Карлайла, Эсме, Розали и Эмметта, всех пятерых Денали.

Я могла вспомнить предположения, что должна любить остальных, что это естественно и уместно, было бы странно, будь все наоборот. Но думать об этом после Челси, когда и на самом деле не было бы странно, если бы я не любила отца, которого едва знала, тетю, встреченную всего пару раз, отдаленных друзей друзей, которых никогда не видела...

Прежде всего, я не была уверена, что я вообще смогу не быть равнодушной к этим людям.

Но то, чего никогда не существовало, Челси не могла разрушить.

Возможно, однажды я смогу встретиться с родителями мамы и объяснить им, кто я, и у меня все будет так, как если бы Челси никогда не трогала мои привязанности. Я никогда не встречалась с этими дедушкой и бабушкой. Возможно, что Челси нечего было резать между мной и ними. Я не знала, потому что в последний раз Адди касалась Аро еще до того, как стая Джейка была захвачена, то есть до того, как Челси вообще начала работать со мной; у меня не было никаких воспоминаний позднее двадцать шестого мая, кроме воспоминаний самой Адди.

Но это не работало в отношении тех, кого я знала и любила. Их я определенно потеряла. И не знала, что с этим делать.

Я оперлась на руку Джейка и приложила ладонь к лицу, пытаясь "медитировать".

* * *

Хорошие новости: Сила наконец выдала нечто, кроме приказов, и ее было легко воспринимать.

Плохие новости: она кричала.

— Что? — спросила я. — Что такое?

— Я не знаю, что я знаю! — завопила она. — Мы знаем все это! Но у нас нет способа понять, когда важно нечто одно, а не что-либо другое! Как мы можем говорить в таком случае правду?

Я была сбита с толку ее сильной реакцией, поскольку не замечала никаких странностей в работе своей силы — я использовала ее как обычно с "возвращения" сегодня утром.

— Так почему ты не беспокоишь меня? — спросила я.

— Должна высказать лучшее предположение, но хочу более подходящую догадку, — проныла она. — Мы так много знаем и могли бы говорить правду еще честнее, но не можем справиться, там слишком много...

— Ну, похоже, что я вытаскиваю воспоминания, которые как-либо относятся к тому, о чем я веду разговор, — сказала я. — Так что не так все плохо.

— Не думаю, что это так работает, — сказала Сила. — Там по меньшей мере миллион лет воспоминаний! Неисчисляемое количество воспоминаний! Почему бы нам получать в основном воспоминания тех людей, которых мы знаем? Тут дело не только в близкой теме.

— В основном мы говорим о людях, которых знаем, — указала я. — И большая часть воспоминаний довольно давние. Люди, которых Аро выпил три года назад, вряд ли будут знать нечто важное, пока мы не говорим непосредственно о них, верно?

— Но пока мы не рассортируем все, я не знаю, не упускаем ли мы чего-либо, — простонала она. — Предполагается, что я буду думать о правильных вещах. Но сейчас я не знаю, когда мне тебя беспокоить.

— Ты уже беспокоила меня постоянно, — сказала я. — А если теперь ты сбита с толку настолько, что прекратила это делать, то это, наверное, хорошо, я думаю.

— Но... — закричала Сила.

Я убрала руку.

* * *

— Ты обычно медитируешь дольше, — отметил Джейк.

— Моя сила расстроена, — сказала я. — Она волнуется, что я не смогу говорить правду полностью, если не обработаю все воспоминания, типа я пропущу нечто, что Клариус сказал в восемьдесят девятом году до нашей эры, и это будет считаться ложью при помощи недоговаривания, поскольку технически я в курсе всего, что знал Клариус, когда Аро убил его.

— Аро правда выпил такого человека или ты просто придумала его как пример? — спросила Мэгги.

— Правда выпил, — ответила я. — У него была жена, четверо детей и одна внучка, он был гончаром, и я правда не могу придумать, что такого я могу сказать, на что могут повлиять знания Клариуса, кроме темы про него самого. Ну или, возможно, древнеримского гончарного дела.

— Возможно, это просто не должно быть работой твоей силы, понимать, что есть истина целиком? — предположил Джейк, а потом сделал озадаченный вид, словно размышляя, имели ли его слова вообще какой-то смысл. Но это подало мне идею. Есть две меня — возможно, мне нужно три?

Вставал вопрос о том, как это сделать, однако в мгновенном озарении я приложила к лицу обе руки одновременно.

И теперь нас было трое.

На мгновение я была сбита с толку, пытаясь разобраться, кто есть кто, однако в этот раз получилось быстрее, чем когда я впервые встретилась с Силой. Третья я была тут не просто так, ее ролью было разбираться с моим огромным массивом памяти. Я назвала ее, не слишком мудрствуя, Памятью.

— Привет, — сказала я ей.

— Привет, — ответила она, но не вслух, а толкнув ко мне одно из миллионов воспоминаний о том, как кто-то сказал это слово. В этом не было недостатка; вероятно, она могла говорить таким способом следующие несколько лет, прежде чем начнет повторяться, если только не придется использовать специфичный жаргон. Использованное ею слово она выбрала из памяти моего отца, это был один из тех раз, когда моя мама здоровалась с ним, еще до обращения. Ее голос тогда звучал иначе.

Я не могла придумать, что еще ей сказать. Если бы у меня были умные идеи насчет управления или хранения дополнительных знаний, то она была бы подходящим собеседником, однако таковых у меня не было. Вместо этого я посмотрела на Силу.

— Так лучше? — с надеждой спросила я.

— ...Да, — неохотно ответила она. — Хотя и не полностью хорошо.

— Если у меня будут идеи о том, как разбираться с воспоминаниями лучше, теперь для этого есть Память, — сказала я. — У меня есть какие-то еще мысли, кроме ее воплощения в первую очередь?

— Нет, — признала Сила. — У меня нет.

Я вернула руки на колени. Джейк озадаченно посмотрел на меня.

— Поговорила с собой в стерео? — схохмил он.

— Говорила с собой и другой собой, — сказала я. — Сейчас там три версии меня. Я сделала новую себя для помощи с воспоминаниями.

Джейк засмеялся. Адди выглядела заинтересованной.

— Интересно, можешь ли ты иметь произвольное число субличностей, — задумалась она вслух, коснувшись пальцем моего уха, чтобы получить новое развитие моей силы.

— Не знаю. У меня не так много рук, — начала я, однако Адди прервала меня.

— Не перестаю тебе повторять, — сказала она, — ты не должна думать, что твоя сила по природе базируется на прикосновении. У тебя теперь для всего есть возможность работы на расстоянии, так почему и не для этого тоже?

— Потому что я нахожусь в центре самой себя? — предположила я. — Не понимаю, как возможность работать на расстоянии можно применить для разговора с самой собой.

Адди задумчиво кивнула.

— Тогда попробуй сделать нечто непривычное и...

— Или что? — уперлась я. Я действительно пожелала, что лучше было мне побыстрее развивать свою силу, когда попала под воздействие способностей Алека, однако создание новых суб-агентов не казалось труднее по мере их добавления, так что если я попаду в ситуацию, когда мне понадобится использовать еще и ногу, чтобы создать Элспет номер четыре, я, вероятно, смогу сделать это быстро. А власть или "рычаг воздействия" Адди на меня исчезли. Она может атаковать меня напрямую, полагаю, однако Джейк, Мэгги и Иларио здесь и будут на моей стороне, если она так поступит, и я знала, что не нужна ей мертвой или слишком враждебно настроенной для работы с ней. Судя по ее лицу, когда я огрызнулась в ответ на ее слова, она обдумала то же самое и пришла к тем же выводам.

— Элспет? — тихо сказал Джейк. — Я чего-то не знаю?

— Должна заметить, будет плохой идеей перекидываться в машине, — с нажимом сказала я.

— Элспет, — повторил он, сжимая мою руку своей. — О чем ты?

— Не перекидывайся, — сказала я, выбрала начальную и конечную точки (оставшиеся за пределами удара Адди) и показала ему.

Голова Джейка откинулась на секунду, но потом он быстро моргнул и выпрямился обратно.

— Думаю, я получил "это", чем бы оно ни было, однако у меня нет дополнительной личности для обработки. Можно короткую версию? Что именно могло заставить меня здесь перекинуться?

— Помнишь, как я говорила, что некоторые желания Адди мне трудно выполнять? — безэмоционально спросила я.

— Элспет, — предупреждающе вмешалась Адди. — Думаешь, сейчас подходящее время?

— Я так думаю, — перебил Джейк, нахмурившись на нее. — Я и сам могу разобраться, если надо, но звучит так, что мне следует это знать, даже если мне не понравится.

— Помнишь, — сказала я, поскольку это было наиболее точным выражением для вложенной памяти, — когда я встретилась с... Джейн?

Глаза Джейка закрылись, потом быстро открылись, и он зарычал.

— Не перекидывайся в машине, — напомнила я твердо.

Он еле-еле сумел остаться в человеческой форме.

— Какого черта, Адди! Ты послала Элспет на пытки только потому, что она сказала, что ей скучно?

— Я правда не подумала в тот раз, — холодно ответила Адди, отведя взгляд.

— Стоп, — сказала Мэгги. — Что?

— Я бы показала тебе, но не хочу, чтобы ты потеряла управление, — сказала я.

— Иларио может перехватить руль на пару секунд, — сказала Мэгги, и он наклонился, чтобы вести машину. — А теперь — что?

Я передала ей информацию; Мэгги издала невнятный звук и на мгновение замерла, прежде чем вернуться к управлению машиной, после чего я передала воспоминания и Иларио.

— Господи! — воскликнула Мэгги. — Знаешь, я убила немало людей, но никогда не заставляла пятилетнего ребенка провоцировать кого-то пытать ее, чтобы у меня появилась возможность развлечься с ее силой. Титул самого злого существа в машине вручается Адди.

— Я так понимаю, никто не обращает внимания на немного смягчающее обстоятельство, что я вызвалась быть подопытной ради того результата, что Элспет получила после этого опыта, — раздраженно сказала Адди.

— Тебе не пять лет, — сказал Иларио. — ...Собственно, почему ты вообще все еще с ними?

— А ты думаешь, что Элспет с ее волком добрались бы так далеко без меня? — спросила Адди. — Думаешь, вы можете позволить себе играться с числами, учитывая то, что вы задумали, только потому что я необычно привязана к своему исследованию? У меня все еще сила Элспет, но даже если и нет, Мэгги, ты узнала бы, если бы я солгала — спроси насчет чего угодно в моих текущих привязанностях или намерениях и получишь ответы, которые я считаю удовлетворительными. Мэгги, как ты говоришь, ты убила немало людей. И так вышло, что ты прекратила. Должны ли мы все равно выкинуть тебя на этом основании из группы? Не делайте вид, словно у меня в заднем кармане целая коллекция пятилетних, которых я планирую послать на пытки к Джейн.

Джейк зарычал на этих словах и прикрыл меня в защитном жесте. Адди закатила глаза.

Никто больше не проронил ни слова в течение следующих двадцати минут, пока наконец Мэгги не прошептала:

— Почти на месте.