Второй шанс для Лили Эванс (гет)

— Мой Лорд, — промямлил Питер, стараясь как можно реже смотреть на лицо Волдеморта, вызывавшее у него безотчетный ужас. — У меня есть сведения, что существует человек, который представляет для вас угрозу, — единым духом выпалил он.

— Угрозу? — презрительно усмехнулся Волдеморт. — В самом деле?

— Да, мой Лорд! — китайским болванчиком закивал Питер, испугавшись, что к его словам отнесутся несерьезно. — Я совершенно случайно услышал пророчество. Настоящее. Вот его точный текст. Я все запомнил. Слово в слово, — зачастил он. — Тот, кто повернул свою судьбу вспять, раскрыл тайну Темного Лорда. Тот, кому благоволит сама Госпожа, лишит Темного Лорда всей его силы. Близится день решающей битвы, в которой сойдутся в схватке жизнь и смерть.

— Тот, кому благоволит сама Госпожа, лишит Темного Лорда всей его силы… — медленно повторил Волдеморт. — И кто же изрек это пророчество?

— Я слышал только голос, — Питер заранее решил, если не произойдет ничего экстраординарного, не выдавать Лорду девчонку Трелони. Она была совершенно не при чем, а Волдеморт мог запросто похитить ее, чтобы попытаться добыть более точную информацию о пророчестве. — Этот человек был в другой комнате. Я не видел его лица. Я даже не знаю, мужчина это или женщина: голос звучал очень странно. Словно вообще не принадлежал человеку.

Волдеморт внимательно посмотрел на Питера. Какое счастье, что на Петтигрю был скрывающий лицо капюшон, иначе он бы попросту умер от страха под этим пристальным взглядом, проникающим в самую душу.

— Текст весьма любопытный, — задумчиво произнес Волдеморт, — но очень расплывчатый. И однако вы утверждаете, что знаете того, о ком в нем говорится?

— Смею предположить, что да, мой Лорд. Знаю.

— И о ком же?

— О Северусе Снейпе.

Повисла пауза. Волдеморт, очевидно, пытался осмыслить услышанное.

— О Северусе Снейпе? — переспросил он. — С чего вы взяли?

— Я несколько лет учился с ним в Хогвартсе и видел, как он владеет магией. Он — очень талантливый волшебник. Гораздо более сильный, чем все его сверстники, — поспешно сказал Питер.

Волдеморт молчал.

— Он умеет вызывать говорящего Патронуса! — чуть не в отчаянии воскликнул Петтигрю. — Вы знаете многих не достигших совершеннолетия волшебников, которые обладают подобной способностью? Поверьте, мой Лорд! Я уверен, что в пророчестве говорилось о Северусе Снейпе.

Волдеморт молчал, сверля Питера насмешливым взглядом, словно видел его насквозь.

— Я не знаю, кто вы, — наконец сказал он, — и какую цель преследуете, явившись сюда. Однако отчего-то мне кажется, что этот мальчишка Снейп чем-то крепко насолил конкретно вам и вы решили, что будет неплохо расправиться с ним моими руками.

— Вы мне не верите? — дрожащим голосом спросил Питер.

— Скажем так, я приму вашу информацию к сведению, хотя и сомневаюсь, что вы правы насчет Снейпа. Жаль, что вы не видели того, кто изрек пророчество.

«Мордред! Зачем я скрыл от него, что это была Сибилла Трелони! — с горечью подумал Питер. — Теперь он точно не поверит мне! А вдруг еще не поздно сказать правду? Нет, в этом случае мне точно не поздоровится».

— Можете идти, — Волдеморт махнул рукой в направлении двери, недвусмысленно показывая визитеру, что их беседа окончена.

— А вы… не дадите мне что-нибудь в награду за информацию о пророчестве? — невольно вырвалось у Питера. Он тут же горько пожалел, что проявил подобную несдержанность. Лицо Волдеморта буквально перекосилось от гнева.

— Прийти сюда с совершенно бредовыми байками да еще и требовать награду за эти сомнительные сведения? Никто из моих сторонников не осмелился бы сделать такое. И знаете почему? — он вскочил с кресла и подошел вплотную к сжавшемуся от страха Петтигрю. — Потому что они прекрасно знают, как я поступаю с теми, кто попусту тратит мое время!

— Мой Лорд, — пискнул Питер, прижав ладони к сердцу, — я могу оказаться очень полезным вам! Я умею превращаться в крысу и могу стать идеальным шпионом.

— О, вы анимаг? — настроение Волдеморта внезапно изменилось. Теперь он выглядел заинтересованным. — Весьма полезный дар. Надеюсь, незарегистрированный.

— Нет, мой Лорд! — слабо улыбнулся Питер. — Незарегистрированный.

— Хорошо! — кивнул Волдеморт. — Возьмете у Лестрейнджа зачарованную монету. Если мне понадобятся ваши услуги, он вызовет вас.

* * *

— Что за глупый человечишка! — раздраженно произнес Волдеморт, спустившись в гостиную. — Ты дал ему монету?

— Да, и, помимо прочего, снабдил ее следящими чарами, — поклонился Лестрейндж. — Надеюсь, я поступил правильно, мой Лорд?

— Ты сделал именно то, что должен был сделать. Этот жалкий предатель решил поиграть со мной в кошки-мышки! Жаль, что ты не подумал про это, когда отправлял к нему сову с ответом.

Лестрейндж опасливо втянул голову в плечи. В последние месяцы настроение его повелителя резко менялось. Он мог моментально выйти из себя по любому поводу, так что следовало всегда проявлять бдительность и стараться угождать ему. Это порядком изматывало и устраивало далеко не всех. Однако после случая с Эйвери мало у кого из носивших Метку хватало духа открыто роптать или выйти из игры. Исключение составляли таинственным образом исчезнувший Долохов и покончивший с собой Малфой. Впрочем, Волдеморт и сам весьма успешно прореживал уже не столь тесные ряды сторонников, чем вгонял их в настоящую панику. В результате маленькая, но грозная армия сильных темных волшебников довольно быстро превратилась в группу полностью деморализованных людей, связанных кабальной Меткой. С таким войском не стоило и мечтать о захвате власти в магической Британии, однако Волдеморт не позволял никому заикнуться о том, чтобы уйти в тень хотя бы на время. Лестрейндж, будучи человеком не глупым, хотя и пассивным, отлично понимал, что происходит. Но решил ничего не предпринимать, рассчитывая на то, что их с женой и братом безоговорочная преданность Волдеморту в конце концов себя окупит.

— Пошли нашему таинственному гостю сообщение, — спокойно произнес Темный Лорд. У Лестрейнджа отлегло от сердца: его не накажут за промах с совой. — Как только он прочтет наше послание — мы узнаем, где его найти. Выясни, кто он и где живет, но так, чтобы наш новый друг ничего не почувствовал. Как знать, может, в ближайшее время я захочу нанести ему визит.

* * *

Сказать, что Питер вернулся домой расстроенным и разочарованным, это не сказать ничего. Темный Лорд не только не заинтересовался пророчеством, но и интуитивно раскусил намерения Петтигрю, руководствующегося личными мотивами, причинить вред Северусу Снейпу. Решившись на предательство, Питер рассчитывал на награду, а его выставили вон, хорошо еще, что не убили. Похоже, Волдеморт вообще не слишком-то поверил в пророчество, особенно когда выяснилось, что Питер «не знает», кто его произнес. Единственное, что, кажется, по-настоящему заинтриговало Темного Лорда, так это признание Питера о его способности к анимагии. Так что, возможно, еще не все потеряно и ему удастся втереться в доверие к самому могущественному темному волшебнику современности. И все же, отправляясь на встречу с Волдемортом, Питер надеялся на совершенно иное. Ему казалось, что Темный Лорд не просто выслушает его, а поверит в то, что в пророчестве говорилось о Снейпе. А если даже и не поверит безоговорочно, то пожелает проверить, так ли это. И в любом случае предпочтет убрать Снейпа с дороги. Ну что стоит такому сильному волшебнику убить одного-единственного мальчишку?

«Надо было сразу сказать, что пророчество произнесла девчонка Трелони, — думал Петтигрю, лежа на кровати в своей комнате. — А еще лучше сообщить ему, что Барти и Рег тоже слышали ее слова. Конечно, им бы совершенно точно не поздоровилось, но зато Волдеморт убедился бы, что я не соврал ему. А раз пророчество — правда, то и мои предостережения могли показаться ему заслуживающими доверия. А что теперь? Неизвестно, призовет ли он меня еще раз… И получается, что я зря так рисковал. Мерлин, какое же ужасное у него лицо! Словно и не человеческое вовсе…» — Питер передернулся от страха. В следующий миг он почувствовал, как монета, которую ему дал Лестрейндж, жжет его через ткань рубашки. Выхватив галлеон из кармана, Петтигрю с ликованием прочел появившуюся на ребре монеты надпись:

— Вы заинтересовали нашего Повелителя. Ждите. Я свяжусь с вами.

* * *

— Его зовут Питер Петтигрю, мой Лорд, — Лестрейндж подобострастно поклонился и приступил к докладу: — Окончил пятый курс Хогвартса. Полукровка. Учится на факультете Гриффиндор вместе с Северусом Снейпом. Весьма посредственный студент. Насчет анимагии самого Петтигрю мне ничего разузнать не удалось, но вот его мать — в самом деле зарегистрированный анимаг. Мой источник в отделе Магии видел ее имя в реестре. Она умеет превращаться в крысу. Так что, возможно, мальчишка Петтигрю не солгал вам. Подобные способности иногда передаются по наследству. Насколько я успел убедиться, он очень любит свою мать…

— Гриффиндорец! — презрительная усмешка тронула губы Волдеморта. — Значит, слухи об их повальном благородстве сильно преувеличены. Теперь понятно, почему он якобы «не способен к аппарации». Наш доносчик — шестнадцатилетний юнец, не достигший магической зрелости, однако уже вполне способный на предательство. Ты хорошо поработал, Родольфус.

Лестрейндж поклонился еще ниже.

— Пока не знаю, чем может быть мне полезен этот Петтигрю, однако имеет смысл на досуге проверить, анимаг ли он в самом деле. Тогда и решу — воспользоваться ли мне его услугами в качестве шпиона или убить. Нет, каков наглец! — Волдеморт в раздражении стукнул кулаком по ручке кресла. — Представь себе, он вознамерился использовать меня в качестве наемного убийцы, чтобы навредить Снейпу. Правда, пока не знаю точно, для чего ему это.

— Возможно, всему виной романтические чувства к одной и той же особе, — предположил Лестрейндж, сам того не ведая, попав точно в цель.

— Пфф… К этой грязнокровке? Невесте Снейпа? — презрительно фыркнул Волдеморт.

— Я слышал, девчонка хороша собой, — пожал плечами Лестрейндж.

— Если ты прав, то этот наглец Петтигрю собрался расчистить путь к своей пассии моими руками. Свет не видывал подобного наглеца! — возмущенно воскликнул Волдеморт.

— Неслыханная наглость! — поддакнул Лестрейндж.

— Но вместе с тем и отчаянная отвага. Он ведь понимал, что я моментально пойму, почему он так стремится оболгать Снейпа, и в этом случае ему несдобровать. И что такого они все нашли в этой маггловской девчонке?

— Чего не сделаешь ради любви, — притворно вздохнул Лестрейндж, абсолютно чуждый какой-либо романтики.

— Возможно, — согласился с ним Волдеморт. — И тем не менее, если наш герой-любовник не обладает способностями к анимагии, его авантюра не пройдет ему даром.

— Вы не верите в пророчества, мой Лорд? — вкрадчиво поинтересовался Лестрейндж.

— Верю. Но только когда сведения о них мне доставляют проверенные люди, а не сопливые студенты Хогвартса, которые предают своих друзей не потому, что хотят услужить мне, а ради собственной мелочной выгоды. Именно поэтому я не сомневаюсь, что пророчество, даже если оно и было произнесено, не имеет ни малейшего отношения к Северусу Снейпу.