Radiance - Сияние истины (джен)

Веки Шивон дрогнули, и она начала падать, но Лиам подхватил ее и нежно положил на пол.

— Тебе на обработку информации потребовался день? — спросил Лиам у меня.

— Почти, включая сон ночью, — сказала я, — но не уверена, ускорил ли сон дело или замедлил. Но я пришла в себя сразу после пробуждения.

Лиам нахмурился и убрал волосы Шивон с лица. Она начала шептать слова на различных языках, иногда имитируя голоса тех, кто говорил эти слова, достаточно похоже, чтобы я могла узнать, про какие воспоминания идет речь. Джейк, чье расписание сна было гибче моего, уже уснул. Я большую часть полета провела, прслушиваясь к бормотанию Шивон, просто потому что так было легче игнорировать Кэт и Иларио, прятавшихся за грудой чемоданов: так они проявляли тактичность.

Выбранный Иларио самолет по пути на Аляску делал промежуточную посадку в Чикаго. В тот момент я спала, но ничего страшного не произошло, поскольку багажа, следующего дальше в Фэрбенкс, было достаточно, чтобы мы оставались незамеченными. В какой-то момент во второй половине полета Шивон приподнялась и осмотрелась.

— Все еще в самолете, — прошептала она. — Сколько времени?

Лиам ответил, она медленно кивнула. Ее глаза ненадолго закатились; я нахмурилась, а Лиам сказал:

— Ты тоже так делала, когда не закрывала глаза, проглядывая воспоминания.

— Аллирия, — прошептала Шивон. — Элспет, почему ты не рассказала мне про... о, ты, вероятно, не могла...

— Что? — сказала я. — Я послала тебе все. И перед этим рассказала все самое важное.

— Именно об этом я и говорю, — сказала Шивон.

— О чем ты вообще? — спросила я.

Шивон поджала губы и закрыла глаза.

— Элспет, как много детей у Джохэма? — медленно и осторожно спросила она.

— Трое, — сказала я.

— И их зовут, от старшего к младшему?..

— Ноэми, Нагуэль и Изеуль. А разве ты не знаешь уже...

— Ноэми — старший ребенок в семье? — спросила Шивон.

Этот вопрос вогнал меня в ступор. Когда ответ не появился в сознании сразу, я мысленно попробовала возможные ответы — но "нет" и "да" звучали одинаково неправильно. "Своего рода" ощущалось правильнее, но все равно не так.

— Я...

— Не напрягайся, — мягко сказала Шивон. — Джейкоб проснулся? — Я покачала головой, поскольку Джейкоб спал, необычно мало храпя, на мешке с одеждой в другом конце отсека, и Шивон сказала: — Кэт, Иларио, минутку внимания...

— Секунду! — крикнула Кэт. Спустя пару мгновений они появились на вершине заслона из багажа. — Что?

— Элспет будет вести себя очень странно, просто не обращайте внимания на нее, — сказала Шивон. — Есть полувампир по имени Аллирия, которая...

Я начала отключаться, теребя нитку на рукаве, пока Шивон говорила множество вещей, которые не имели значения. Я немного подумала над своей краткой выжимкой, хотя она и так была уже почти готова. Иларио продолжал странно на меня смотреть.

— На волка влияет? — спросила Кэт, когда Шивон закончила.

— Нужно спросить у него, поскольку имеющиеся у меня воспоминания могут и не содержать информацию о том, находилась ли она ранее рядом с ним достаточное время — за период до двадцать шестого мая у меня есть только воспоминания Аделаиды и Элспет, которые могут быть неточны. Но Джейкоб должен скоро проснуться, — сказала Шивон. — Ковен из Денали определенно встречал ее. Каллены и их другие союзники — возможно, да — в зависимости от того, находится ли она там до сих пор. Судя по воспоминаниям Элспет, когда Сантьяго и стая волков захватывали ее, Элизар хотя бы частично сопротивляется способностям Аллирии, так что он сможет ответить нам на прямой вопрос о ней, однако у него может и не быть достаточного сопротивляемости, чтобы вспомнить ее просто так, без повода, если она уже ушла. А у нее нет причин оставаться, зато есть причина уйти. Удирая от Деметрия, она обычно садится на самолет — как и куда получится. В крайнем случае, мы можем спросить в Денали, приходил ли туда за ней Деметрий.

— За кем? — спросила я, сбитая с толку.

— За Аллирией, — сказала Шивон, подняв бровь.

— Неважно, — невпопад сказала я. — То есть... ты не знаешь?

Было столько дел, Шивон должна была составлять свои волшебные планы, а она тратила время...

— Лиам, — сказала Шивон, повернувшись к своей паре и игнорируя мой вопрос, — мне нужна бумага. Посмотри, нет ли в багаже. Аллирия явно не в самолете, иначе бы я заметила ее или не смогла бы вести этот разговор. Однако мы можем встретить ее в любой момент после приземления, и в этом случае я хочу иметь при себе записку, чтобы твердо быть уверенной, что следую тому, что придумала.

— Что происходит? Ты в порядке, Шивон? — спросила я. — Я не останавливалась посмотреть, как Вольтури оправляются после удара памяти, так что не знаю, реагируют ли все по-разному или что...

— Она в порядке, Элспет, — спокойно сказал Лиам, начиная обыскивать сумки. Кэт похлопала меня по голове и захихикала, после чего схватила Иларио за руку и снова куда-то исчезла с ним. Я моргнула, но решила, что, если Лиам не волнуется, значит, с Шивон все нормально. Когда он нашел туалетные принадлежности, я позаимствовала оттуда расческу, положив обратно, когда сумела распутать с ее помощью волосы. Мне это правда было нужно. Шивон продолжала шептать себе под нос, иногда отвлекаясь на Лиама, но ничего важного не говорила.

Кэт позвонила Карлайлу, когда мы приземлились. Он не ждал, что она будет покупать билет — у нее сейчас как раз не было легальной личности, что стало еще одним аргументом в пользу того, чтобы звонила она, а не Иларио, — и сказал, что вместе с Эсме ждет ее на парковке. В Фэрбанксе было темно и очень многолюдно, так что мы легко покинули самолет и направились к моим дедушке с бабушкой. Шивон кратко поговорила с Джейкобом о чем-то, что казалось им важным, но я была занята другими вещами.

Я опасалась встречи с Карлайлом и Эсме. Я понимала, что могу позволить им обнять меня, если они захотят, однако кроме этого совсем не понимала, как себя вести. Должна ли я до сих пор звать их бабушкой и дедушкой? Их приемные дети обычно звали их по именам. Они могут воспринять это нормально, если я буду поступать так же, но раньше я так не делала — ни когда была маленькой, ни когда звонила Карлайлу из Нэшвилля.

У меня были воспоминания Карлайла вплоть до того дня, когда он с Эсме и моим отцом приехал забрать мою маму из Вольтерры. Я перебрала их, пытаясь использовать для воссоздания отнятого Челси, однако это не слишком помогло.

Это дало мне множество материала для восхищения и доверия к Карлайлу. Он был сильной целеустремленной личностью и в самопожертвовании превосходил любого, о ком я только слышала. Он не только самостоятельно пришел к непоколебимому вегетарианству, еще будучи новорожденным вампиром, но и оставил свою половинку, пока она была человеком, просто потому что решил, что ей так будет лучше. Карлайл не был единственным вегетарианцем в мире, однако он был единственным, кто способен отказаться от своей пары ради ее счастья. На практике, правда, это не слишком хорошо сработало... так получилось, что Эсме вышла замуж за того, кто оказался жестоким человеком. Она сбежала от мужа, узнав, что беременна и не желая растить ребенка в такой обстановке, однако ребенок умер от легочной инфекции почти сразу после рождения, и тогда в отчаянии Эсме прыгнула со скалы. С некоторым изумлением я отметила, что мой отец при рассказе об этом моей маме опустил почти все это, выставив так, словно Эсме упала случайно, не упоминая ни попытку суицида, ни причины к этому. Он не хотел испортить мамино мнение об Эсме и подозревал, что практически удавшаяся попытка суицида оскорбит взгляды той, кто так увлечена идеей вечной жизни. Я задумалась, что бы моя мама подумала про это. Но независимо от того, было бы ли для Эсме лучше, если бы Карлайл забрал ее в шестнадцать, его намерения и самоконтроль до сих пор были несравненны.

И знание всего этого никак не помогало восстановить его образ таким, каким я привыкла его ощущать. Он должен был оставаться особенным для меня, его единственной внучки, особенным в том смысле, на который не влияли его моральные качества или что-либо еще, что могли мне рассказать воспоминания. Он должен был оставаться особенным для меня, потому что был отцом моего отца, потому что играл роль в моем появлении в этом мире, потому что он растил меня, когда я была маленькой.

Однако это знание никак не возвращало отрезанные Челси чувства обратно. Я не знала, вернутся ли они когда-либо, и просмотр воспоминаний Челси (и немного — Маркуса) не давал простора для оптимизма. Восстановление было возможно, когда она отрезала раз, два, полдюжины... однако чаще всего нити прекращали возвращаться, когда они разрушались снова и снова на постоянной основе в течение долгого времени, как это происходило в деревне.

Все новые чувства, которые я буду ощущать к Карлайлу, будут именно такими — новыми.

Вшестером — с Кэт и Иларио впереди — мы подошли к парковке, и я увидела дедушку с бабушкой. Они повернулись к нам, и я заметила, как их глаза расширяются.

— Ты... должно быть, Кэт... — медленно сказал Карлайл. — Но... Иларио? Шивон и Лиам? И...

Он неверяще уставился на меня.

— Это я, — мягко подтвердила я, зная, что он бы узнал мой голос даже по телефону, если бы услышал.

Карлайл дважды моргнул. Позади него в смятении вскрикнула Эсме. Я заметила, что у них обоих черные глаза — от голода.

— Вижу, тут есть что обсудить, — наконец отошел от шока дедушка, бросив краткий взгляд на молчащего Джейкоба, и снова выжидающе посмотрел на меня. Шивон кивнула мне.

Я толкнула к ним законченное резюме, почему мы тут, о причинах уловки с Кэт, предательстве Денали и что я надеюсь вернуть их обратно, а также все остальное, что им, вероятно, нужно было знать.

— С Элспет под рукой, — сказала Шивон, — нам надо будет обсудить куда меньше, однако еще есть пара вопросов. А если точнее, то нам нужно, чтобы ваши кузины выслушали нас, не имея возможности связаться с Вольтеррой. О, и еще у меня есть вопрос, который Элспет не смогла включить в свое резюме. Вы знаете о существовании полувампира по имени Аллирия?

— Вроде бы слышал... — начал Карлайл.

— Хорошо, значит, ее тут нет, — сказала Шивон, и я зевнула, пока она продолжала болтать о какой-то чепухе. Я начала немного беспокоиться о качестве ее планов, если ее так волнуют разные не относящиеся к делу вещи. Через несколько предложений мое внимание снова вернулось к разговору. — ...Могла бы оставить четверть-вампирам некий аварийный способ связи. Поскольку нам нужна вся возможная помощь, я собираюсь попробовать связаться с ними, как только мы поговорим с вашими кузенами, особенно с Элизаром. В зависимости от момента, может, мы заодно найдем и Беллу, но гарантий никаких.

— Они лгали нам, — слабо сказала Эсме, — они сказали, что наши дети и внучка никогда не приходили, они сказали... они солгали...

— Вы можете, — жестко спросила Шивон, — простить их, с учетом их искреннего раскаяния? Если надо, я могу связаться с Мэгги по телефону, чтобы она подтвердила их слова, если это поможет...

— Разумеется, можем, — сразу сказала Эсме, — разумеется. Они семья.

Карлайл согласно и твердо кивнул, хотя и выглядел обеспокоенным.

— Хорошо, — сказала Шивон, — поскольку это, вероятно, важно, по крайней мере, для Кэйт. Я почти ничего не знаю о том, как вы расселили своих гостей в Денали. Какой лучший способ собрать сестер, Кармен и Элизара, всех сразу, в одном месте, не выдав, что прибыло куда больше народу, чем просто одна Кэт?

— Мы охотимся вместе, — сказал Карлайл. — Часто не все вместе, однако и такое бывает. Мы можем привести Кэт в Денали, а остальные где-то еще подождут. О, Кэйт нашла пару... — Шивон выглядела слегка самодовольной при этих словах, вероятно, поскольку учла эту возможность, — и он пытается изменить свои привычки в еде, так что он, скорее всего, присоединится к нам.

— Кто он? — спросила Шивон.

— Гаррет, — ответил Карлайл, — знаешь, кто...

— Да, — сказала Шивон; я тоже вспомнила из того, что Адди слышала про собрание в Денали. Гаррет был одним из американских бродяг, который был шапочно знаком с Калленами и согласился присоединиться к анклаву. — Ладно. Кэт, ты идешь с мистером и миссис Каллен и действуешь так, словно появилась тут одна...

— А не буду слишком сильно пахнуть им? — спросила Кэт, показав на Джейка. — Проведя целую вечность с ним в одном помещении?

Эсме принюхалась.

— Остановимся где-то, чтобы ты приняла душ, а потом купим тебе новую одежду, — сказала она.

Кэт окинула взглядом свою одежду — тщательно расшитую и украшенную — и вздохнула.

— Ладно, но я не буду эту выбрасывать, сложу где-нибудь. Я потратила немало времени на вышивку на этой блузке, — сказала она, посмотрев на бабушку с дедушкой. — Это же не займет много времени, так? — Ее рука сжала руку Иларио на этих словах. — Собрать всю эту охотничью партию и отправиться, я имею в виду?

Карлайл глянул на их сцепленные руки и ответил:

— Завтра после обеда мы пойдем на охоту. Надеюсь, так подойдет.

— Я переживу, — вздохнула Кэт, мечтательно глядя на Иларио. — Наверное.

Он наклонился и поцеловал ее. Шивон кашлянула и спросила Карлайла, в каком направлении есть подходящее место, где можно переждать, получила ответ; затем мы еще полминуты неловко подождали, пока Кэт будет готова уйти с Карлайлом и Эсме. В это время я сделала пару шагов и обменялась объятиями с бабушкой и дедушкой, в основном потому, что не думала, что мне понравится выражение лица Эсме, если я этого не сделаю. Эсме взъерошила мне волосы. Я вспомнила, что она привыкла заплетать в них ленты, когда я была маленькой.

Кэт с видимым усилием оторвала себя от Иларио, прошептав что-то о том, что не хочет слишком задерживаться, чтобы никто ничего не заподозрил, сопоставив время прибытия самолета со временем в дороге, и ушла с Карлайлом и Эсме к их машине. Иларио посмотрел им вслед.

— Самое позднее — завтра после обеда, — повторила Шивон, оценивающе глядя на Иларио. — Давай, сейчас нам надо идти, чтобы быть готовыми, когда они пойдут на охоту, а это может произойти и раньше, чем запланировано.

Мы пошли пешком, а отойдя немного от аэропорта — перешли на легкий бег (для меня и вампиров) и обычный бег (для Джейка). Скорость не была так уж важна, чтобы кому-то пришлось нести моего волка. Он по-прежнему не хотел перекидываться без экстренной необходимости, чтобы не выдать нашего местоположения, если он все еще был телепатически связан со стаей, хотя в виде волка мог бы бежать наравне с вампирами даже со мной на спине.

— В следующий раз при поездке не говори мне, куда мы отправляемся, — прошептал он.

— Не поможет; у тебя все равно есть информация, которую мы не хотим им выдавать, — тут же прокомментировал Лиам.

Джейк нахмурился.

— Я... не знаю, как долго смогу не перекидываться, не давая выхода сущности оборотня.

— У всех волков по-разному, — вмешалась я. — Но можно продержаться не меньше нескольких недель. Пока ты в норме.

Джейк кивнул, хотя все равно выглядел напряженным.

— Откуда ты знаешь? — спросил он спустя секунду.

— От моего папы, Карлайла и Розали — у меня есть их воспоминания о тех временах, когда они впервые поселились рядом с Квилетами. Они встречались с твоим предком, Эфраимом Блеком, он тогда был альфой, и другими волками, жившими в те времена, и узнали о вас многое, — сказала я. — По крайней мере, так они считали — в их знаниях были неточности. Например, они думали, что девушки не могут быть волками, однако это, скорее всего, лишь потому, что девушки с волчьими генами просто не встречались с вампирами.

— Хм, — сказал Джейк, — мне всегда казалось странным, что в легендах никогда не говорилось о девушках-оборотнях, хотя сейчас таких полно.

Я задумалась.

— Те, что существуют сейчас, все пробудились при помощи прикосновения, — сказала я. — Похоже, что так быстрее и надежнее. Просто находиться рядом с вампиром, видимо, не всегда достаточно... мой отец считал, что даже в семьях с волчьим геном пробуждаются прежде всего те, кто не слишком стабилен эмоционально. Это ведь тоже могло не давать девушкам пробуждаться, если они были менее склонны злиться и при этом еще и не приближались к вампирам?

— Насколько я слышал, в этом есть эволюционный смысл, — вставил Иларио, — что женщинам труднее пробудиться.

— И это тоже, — сказала я. — Поскольку пробудившиеся девушки не могут иметь детей. Но похоже, что прикосновение вампира к неактивному волку приводит к автоматической активации, так что...

Мы минуту бежали молча, после чего Джейк спросил:

— Почему старая стая избавилась от своих волков?

— Я не знаю о том поколении волков, что было до вашего, — сказала я. — Моя семья ушла с ваших земель раньше. Из того, что они слышали, волки обычно уходили, чтобы состариться со своими запечатленными, если у них таковые были, умирали в битвах с вампирами или просто уставали и больше не хотели оставаться волками. Почему?

— Подумаю об этом, если когда-нибудь решу сам уйти, — сказал Джейк.

— А ты решишь? — спросила я. — Если ты перестанешь перекидываться, ты состаришься и умрешь как человек, знаешь ли.

— Знаю, — сказал он. — Полагаю, что вряд ли решусь на такое, — он сделал паузу. — Ну, разве что если что-то случится с тобой. Но мы постараемся, чтобы ничего подобного не произошло.

— Если что-то... — мне не нравилась идея, что Джейк решит медленно убить себя из-за меня. Как и идея, что со мной произойдет нечто смертельное, однако то, что он тоже умрет, делало все только хуже. — Ты не должен так поступать, даже если что-то случится.

— Я не знаю, — сказал Джейк. — У тебя есть воспоминания о том, что происходит с волками, потерявшими своих запечатленных?

— Нет.

— Хм, — сказал Джейк.

Шивон сказала:

— Стоит упомянуть, что было бы верхом глупости осознанно вовлекать Элспет непосредственно в любую битву, где сражаются полноценные вампиры и перекинувшиеся оборотни, и любой, кто сочтет ее настоящей угрозой, достойной уничтожения, скорее всего окажется тем, по кому она еще не била памятью, так что она сможет вывести его из строя на достаточное для побега время. Весьма вероятно, она та, у кого больше всего шансов пережить все это.

— Хорошо, — мягко сказал Джейк.

Спустя некоторое время молчание нарушил Иларио:

— Как вы думаете, они правда будут ждать до завтра, чтобы?..

* * *

Мои бабушка с дедушкой, дядя с тетей и четыре кузины, а также новый сводный кузен прибыли на горный пик, указанный Карлайлом, в полдень. Кэт с ними не было, что явно поколебало уверенность Иларио, однако мы с Шивон говорили ему, что ее можно не ждать — ей не было смысла присоединяться к охоте, даже если бы она планировала изменить свою диету ради него (чего он все равно пока не просил от нее за те немногие разговоры, которыми они провели на данный момент). Она не была голодна, и ее глаза доказывали это; к тому же годы знакомства с вегетарианкой Мэгги не заставили ее передумать, так что внезапное изменение перед тем, как она расскажет ребятам из Денали, что Иларио стал ее парой, выглядело бы странно и могло привести к отправке сообщения Вольтури.

Они заметили нас в то же мгновение, что и мы их, разумеется, и было бы недооценкой сказать, что деналийцы были ошеломлены. Эммет и Розали явно тоже были изумлены, однако проявили меньше тревоги и больше радости. Я не могла слышать их с такого расстояния, хотя, думаю, вампиры могли, но видела произведенный эффект, в особенности, что деналийцев пришлось уговаривать подойти. Карлайл успокаивающе подталкивал Таню, Кармен с Элизаром вцепились друг в друга, а Кэйт, несмотря на поддержку Эсме, боязливо держалась позади.

— ...В порядке, все в порядке, — наконец услышала я Эсме, когда они подошли ближе. — Мы понимаем, Кэйт, но так не может продолжаться...

— Кэйти, — сказал незнакомый мне мужчина, я решила, что это Гаррет, — я не понимаю.

У него были рыжеватые волосы, собранные в хвост, и темно-золотые глаза, которыми он сейчас взволнованно глядел на свою пару. Таня, стоя рядом с ними, казалось, сжалась, стараясь не привлекать к себе внимание.

— Я не осмелилась сказать тебе, — прошептала одаренная Гаррету, — не осмелилась. Ты всегда говорил о революции, это у тебя в крови, у тебя даже осталась униформа с тех времен, когда ты сражался за нее, как я могла ожидать, что ты поймешь происходящее? Я уже была замешана во всей этой истории, когда ты пришел, я побоялась сказать, а потом... Дэвид брат для меня, Гаррет...

— Могу ли я сейчас заявить, — сказал Эммет, — что не имею ни малейшего представления, что происходит?

— Элспет! — крикнул Карлайл. — Если не возражаешь...

Я попробовала, но Эммет и Розали не отреагировали.

— Не думаю, что у меня хватает дальности для такого пока что, — крикнула я в ответ.

— Элспет, это правда ты? — воскликнула Розали, ускоряясь. — О, честное слово, как же ты выросла...

Все окружающие были по крайней мере на фут выше меня, так что я не ощущала себя такой уж большой, но все равно я значительно выросла с тех пор, как Розали в последний раз видела меня, так что, может быть, это звучало не так уж и глупо с ее стороны.

— Это я, — подтвердила я.

Розали сорвалась на бег, подбежала и обхватила меня руками, подняла и закружила, а потом поставила обратно, широко улыбаясь.

— Как... — начала она, и я послала ей сжатую версию событий, включив Эммета в список адресатов, когда он подошел на подходящее расстояние. Розали моргнула; Эммет издал какой-то непонятный звук, не похожий на осмысленное слово.

Эммет подошел и заключил меня в знакомое медвежье объятие, после чего чего повернулся к съежившейся Тане, приближающейся Кэйт (за которой тащился ее сбитый с толку друг) и смущенным Элизару и Кармен.

Вампиры начали разговор, ведя одновременно столько обсуждений, сколько я не могла сразу отследить. Из того, что я уловила, все удивительно много говорили о неважных вещах. Розали большую часть разговора провела, положив руку мне на макушку, а Таня в какой-то момент робко коснулась моей щеки. Иногда Шивон просила меня рассказать что-либо, чтобы это звучало убедительней, и я послушно передавала различные факты и мнения. Джейкоб поддерживал меня все это время, морща нос и с особенным подозрением поглядывая на Гаррета и Кэйт.

Прошло полчаса, прежде чем все успокоились и закончили с объяснениями, уверениями, злостью, выражением раскаяния, объятиями и вопросами Иларио о том, как там Кэт.

— Ну, — наконец сказал Эммет, — не знаю как остальные, но я бы перекусил.

— Я не голоден, — сказал Иларио. — Мы пойдем в дом и...

— Элспет, — внезапно сказала Шивон, — тебе и Джейкобу надо остаться тут.

На мгновение я была сбита с толку, однако потом поняла.

— Элис, — прошептала я, — она может смотреть; дом нельзя прятать из виду, пока не будет безопасно позволить Вольтури узнать о настоящем положении дел.

— Верно, — сказала Шивон. — Я, Лиам, Иларио и Кэт имеем право быть там. И обычный взгляд не даст ей возможности прочесть по губам, так что пока не будет видно ничего подозрительного, мы можем спокойно говорить, но тебе с Джейкобом придется держаться оттуда подальше.

Я посмотрела на Джейкоба, который явно расслабился, что ему не придется вламываться в один из трех домов, битком набитых вампирами, и перевела взгляд обратно на Шивон.

— Ладно, — сказала я.

— Мы можем принести спальные мешки и все остальное, — сказала Эсме, похлопав меня по плечу. — Вы же справитесь тут, верно? Здесь не слишком холодно или...

— Мы не можем простудиться, — напомнила я ей. — С нами все будет в порядке. Джейк, скорее всего, может принести еды, хотя я лучше поохочусь.

— Мы принесем вам достаточно еды, — пообещала Эсме. Она снова обняла меня, так же как и Карлайл, Розали, Эммет, Таня, Элизар, Кармен и даже (искренне) Кэйт, и после этого мы с Джейком на некоторое время остались на горе одни.

Эсме вернулась незадолго до сумерек, принеся спальные мешки, еду и прочие вещи для обустройства лагеря. Она помогла нам устроиться, любезно поблагодарила Джейкоба за то, что он присматривает за мной, еще раз обняла меня и неохотно ушла. Вскоре после этого я заснула, прошептав про себя, что все эти перемещения по часовым поясам должны на мне сказаться.

Как только я проснулась, заметила, что мы не одни.