Следующая цель (джен)

Достав шкатулку с образцами волос магглов и бутыль с оборотным зельем, я быстро разлил его по двум стаканам, добавил в зелье волосы и протянул один Драко.

— Может, связаться с Реем? — Малфой взял стакан, но сразу пить не стал.

— Он занят, — отрицательно покачал я головой. — Сами справимся. Пей!

Не чокаясь, мы залпом проглотили свои порции и под тревожное мигание чайника превратились в других людей.

— Дай руку, — хватая Малфоя за рукав, попросил я и тут же аппарировал — мне это сделать, как показали недавние опыты, было намного проще. Драко не успел даже кивнуть.

Переместились мы в грязный переулок неподалёку от «Боргин и Бэрк». В нос ударил запах чего-то кислого…

Давненько я тут не бывал…

На первый взгляд, всё было спокойно. Мигающий чайник в моих руках привлекал к нам внимание немногочисленных прохожих, но с этим я ничего не мог поделать — без него найти Северуса не представлялось возможным.

Людей на улице было немного, большинство уличных торговцев предпочли исчезнуть и переждать неспокойные времена в другом месте, а некоторых уже успели арестовать и бросить в Азкабан; многие лавки оказались закрыты, часть и вовсе стояла с заколоченными окнами и дверями, словно владельцы не надеялись вернуться в ближайшие годы и не удовлетворились обычными запирающими заклинаниями. Шагая вглубь квартала, я почти физически ощущал, как вокруг сгущается напряжение. Перехватив чайник левой рукой, я сжал в рукаве мантии волшебную палочку, заметив, что Малфой так же вцепился в своё оружие.

— Далеко? — тихо спросил он, когда мигание чайника стало реже.

— Нет, — тоже приглушённо ответил я, — ярдов двести.

Пройдя половину дистанции, мы услышали какой-то шум и не сговариваясь ускорились.

Вдруг прямо из-за угла, куда мы собирались повернуть и откуда шли звуки драки и приглушённых ругательств, вылетел мужчина. Мы резко остановились. Врезавшись в стену, он рухнул подле неё и больше не подавал признаков жизни.

Я опустил чайник на землю в тени ближайшего дома, освобождая руки, мы с Драко переглянулись и наконец решились, выворачивая из-за угла.

Назвать дракой происходившее было бы неправильно, скорее это было избиение. Шестеро авроров заклинаниями сбивали в кучу группу грязных людей в лохмотьях, а те слабо огрызались Ступефаями и руганью. Лютный переулок считался прибежищем тёмных магов, на деле же местное население представляло собой жалкое зрелище: изгои и попрошайки, не способные оказать сопротивление. Может, где-то в окружающих нас домах и жили настоящие малефики, вот только до них Министерство вряд ли сможет добраться, всё, на что способны авроры — это притеснять слабых…

Северуса первым заметил Малфой. Дёргая меня за рукав, он указал на привалившегося к стене мужчину, явно из последних сил сохраняющего вертикальное положение. Я присмотрелся и хотя не узнал Северуса под обороткой, зато узнал его волшебную палочку. Между нами и Снейпом были тридцать ярдов и шестеро авроров. Пока мы с Драко размышляли, как помочь другу, нас заметили и, не тратя времени на слова, атаковали.

Нам повезло, что авроры не стали присматриваться к нашему подозрительно чистому внешнему виду и приняли нас за местных, в противном случае вряд ли мы смогли бы справиться…

Впрочем, я зря недооценивал уроки с Мальсибером. Мы с Драко вовсе не были лёгкими мишенями. Против нас, как и против группы местных жителей минуту назад, авроры использовали лишь оглушители и обезоруживающие заклинания, которые мы без труда парировали и атаковали в ответ.

Отбивая атаки, мы старались добраться до Северуса, чьи волосы уже начали темнеть — явный признак окончания действия оборотного зелья, — упустив из виду толпу оборванцев, зато те явно приободрились, получив нашу поддержку, и уже через десять минут авроры были вынуждены отступать. Итоги столкновения нас не интересовали, поэтому, едва убедившись, что ранения Снейпа не смертельны, мы с Драко подхватили его под руки с обеих сторон и поспешили выбраться из-под антиаппарационного купола, установленного аврорами. Через двадцать минут мы уже были дома.

Пока Эдриан и Реймонд не вернулись, мы подлатали Снейпа и уложили в кровать, оставив все вопросы на потом: хотя его жизни ничто не угрожало, Северус потратил слишком много сил в стычке, да и некоторые раны были очень болезненны. Он даже почти не бурчал, лишь шипел сквозь зубы, когда зелья попадали на раны, а это лучше всего иллюстрировало его плачевное состояние. Мучать друга из любопытства мы не стали, зная, что ему и так предстоит ответить на вопросы Реймонда, и сосредоточились на шахматах. Признаться откровенно, я предпочёл бы промолчать о дневном приключении, но видел: Драко не терпелось похвастать, что мой приёмник не только отлично работает, но уже успел спасти Северуса. Наша жизнь была довольно монотонной, скучал не только Малфой, мне тоже хотелось разнообразия, а тут какое-никакое приключение… В общем, просить Драко молчать о нашей «прогулке» я не стал и настроился на худшее.

Рычание Мальсибера, которое в моменты злости заменяло ему членораздельную речь, произвело впечатление даже на Нотта.

— Рей, не горячись, — попытался вмешаться Эдриан. — Парни же не просто так пошли прогуляться, нарушив твой запрет, Северусу же действительно нужна была помощь.

— Если бы мы не подоспели, Северус уже был бы в Азкабане, — обиженно протянул Малфой. — Авроры не стали бы церемониться, они за тем и пришли в Лютный — всех арестовать.

— Снейпу я также не рекомендовал покидать дом! — рявкнул Мальсибер, даже не повысив голоса.

— У нас ингредиентов не было… — встал на защиту друга и наставника Драко.

— Всего этого можно было элементарно избежать, просто прислушавшись к моим словам и оставшись дома.

— Да мы не собирались никуда ходить! Но чайник взбесился, и…

— Драко.

— Что? — обиженно спросил тот, замолчав.

— Это не обращение, а предупреждение, — почти спокойно произнёс Рей и, одарив нас напоследок недобрым взглядом, отвернулся. — Кричер, дай что-нибудь перекусить.

— Почему ему можно выходить, а мы…

— Успокойся, — хлопнул я Малфоя по плечу, — Рей прав. Эдриан перемещается по каминам из одного безопасного места в другое, а мы в Лютный сунулись.

— Но…

— Мы — это не только я и ты, но и Снейп. Рей волнуется за нас.

— Вот и я за него поволнуюсь, — угрожающе буркнул Драко. — Шах.

Переведя взгляд на доску, я выругался и сосредоточился на игре.

* * *

С утра разбор полётов ждал Снейпа, который просто отмахнулся от гнева Мальсибера, невозмутимо пожав плечами:

— Я в порядке, не стоит так переживать.

— Ну знаешь! Тебе скучно дома? Это твои проблемы! Но из-за твоей безалаберности пострадать могли и Драко с Бастером. Я давно тебе твержу о необходимости сократить твои визиты в Лютный, в конце концов, Кричер прекрасно справится с львиной долей твоих дел. Не велика сложность купить ингредиенты по списку или продать готовое зелье по указанной тобой цене. Но тебе непременно нужно всем продемонстрировать, что ты выше правил! Гриффиндорец мордредов, — рявкнул напоследок Рей и швырнул в Снейпа «Пророком». — На, полюбуйся!

Шумно выдохнув, он рухнул на ближайший стул и отвернулся, давая время ознакомиться с последними новостями.

— Его узнали?! — первым долистал до нужной страницы Малфой и взволнованно обвёл нас взглядом. — Мы старались закрыть Северусу лицо…

— И вам это не удалось, — припечатал Рей. — Я не понимаю, почему мне приходится вас уговаривать соблюдать осторожность? Кто-то соскучился по дементорам? — Снейп досадливо дёрнул щекой, но смолчал. — Детский сад какой-то! В общем, так. Как показали вчерашние события, оборотное зелье не панацея. Сев, тебе необходимо изменить внешность.

— И что, позволь поинтересоваться, ты предлагаешь? — ехидно протянул Северус.

Мы с Драко переглянулись — этот тон нам обоим был отлично известен: так Снейп начинал говорить, когда был в ярости.

— Для начала стрижку, — невозмутимо ответил Реймонд, вызвав у Северуса ответный рык. — Переживёшь, — отмахнулся он.

— Я не собираюсь…

— Реймонд прав, — подал голос Эдриан. — Это малая цена за безопасность.

Гневные восклицания Снейпа мы все пропустили мимо ушей.

Хоть я и считал Северуса другом, мнение о его внешности изменилось мало. Теперь я, конечно, знал, что сальность волос — не признак нечистоплотности, а последствия многолетней работы с парующими котлами, однако выглядеть лучше от понимания ситуации его волосы не стали. И почему Снейп так яро защищает свои патлы, я не понимал.

Не менее часа друзья ссорились; отступать Северус не собирался, и тогда Рей сделал вид, что оставляет поле боя за оппонентом… и, подойдя сзади, резким движением взмахнул палочкой — на пол посыпались неровно обрезанные чёрные волосы.

Крики, летающие столовые приборы и заклинания — мы с Драко спрятались под столом, а Нотт поспешил укрыться за щитом. Стихло всё нескоро. Но всё же и не затянулось слишком надолго — уже через десять минут мы с Драко осмелились вернуться на стулья, правда, по примеру Нотта спрятались за щитами.

Наблюдать за «сражением» было весьма любопытно. Мальсибер был действительно зол, Снейп тоже кипел от ярости, однако ни одного по-настоящему разрушительного заклинания так и не сорвалось с их палочек. Они не поддавались друг другу и не щадили, заклинания летали весьма опасные и максимально неприятные, но — ни одного такого, что могло бы необратимо навредить. Не прошло и минуты, как я понял, что целью Реймонда было наказать Снейпа — причинить боль, унизить, но точно не покалечить.

Они оба контролировали и силу своих заклинаний, сражаясь хоть и яростно, но холодно, и траектории отражения, но всё же умудрились сорвать со стены карниз, который с грохотом обрушился на пол. Появление бурчащего и не стесняющегося в выражениях Кричера поставило точку в «детских развлечениях глупых магов».

Тяжело дышащий Северус взмахом палочки привёл свой внешний вид в относительный порядок и, сообщив, что не разговаривает с нами, аппарировал в маггловскую часть Лондона — в парикмахерскую.

Только после этого мы вернулись к завтраку.

— Истеричка, — буркнул Мальсибер, слизывая кровь из поцарапанной брошенным ножом руки и оседлал стул, уставившись на нас с Драко. — Вы двое — чтобы ни шагу из Блэк-хауса!

Спорить сейчас, когда он пребывал не в лучшем расположении духа, было чревато, но и соглашаться не хотелось.

— Рей, но мы же не можем вечно сидеть взаперти!

Одарив Малфоя недовольным взглядом, Реймонд хотел что-то сказать, но, видимо, передумал.

— Нам нужна информация, — спокойно произнёс Нотт, — но рисковать ради неё жизнью не стоит. На данном этапе у нас есть способы заполучить сведения из различных источников, и…

— Новый штаб Ордена в Хогвартсе, — сказал я и опустил голову.

Некоторое время в гостиной стояла тишина. Я практически чувствовал, как тяжёлый взгляд Рея буравит мне макушку.

— Как ты узнал?

— От Уизли, — по-прежнему рассматривая кружевную скатерть, пожал я плечами, давая понять, что не нарушал запрет покидать дом. Технически я сказал правду: информация о расположении штаба была получена от Уизли, а то, что мне пришлось аппарировать с ними в Хогсмид, чтобы узнать об этом — мелочи, не стоящие упоминания.

— Хорошо, — медленно протянул Мальсибер, прожигая меня взглядом. — Бастер, я не стану допытываться, как именно ты получил данные, но…

— Я буду осторожен, — поспешно произнёс я, робко подняв глаза.

— Прекрасно, — процедил он и встал, сжав губы в тонкую полоску.

После ухода Реймонда в гостиной ещё некоторое время сохранялась тишина.

— Будь ещё осторожнее, — наконец прервал молчание Эдриан и, хлопнув меня по плечу, ушёл.

— Тебя благословили на безумства, — печально вздохнул Драко. — Не переусердствуй.

— Малфой!

— Ты большой мальчик, — отмахнулся тот и, ободряюще улыбнувшись, тоже ушёл.

Я снова оказался предоставлен сам себе. Заказав у Кричера мороженое, я пересел на диван и принялся колдовать над полосками кожи, стремясь создать сигнальные артефакты со всеми желанными свойствами. Я так увлёкся, что не заметил, как пролетело несколько часов. Бой часов напугал; потянувшись, я допил холодный кофе и встал, решив размять ноги.

На первом этаже было тихо. Артур уже давно перестал рыдать, проводя время, как китайский болванчик; он не говорил, ел, только когда дети заставляли, и даже, кажется, самостоятельно не посещал уборную. Уж не знаю, о чём думали Уизли, вручая ему каждое утро очередную бутылку дешёвого огневиски, но тишину их отец не нарушал. Джинни старалась как можно меньше времени проводить в одном помещении с членами семьи. Она подолгу пропадала на улице, а как-то раз я даже видел, как она разговаривала с каким-то магглом на площади перед домом. А вот Рон с Джорджем — их расписания я пока не выучил. Иногда они с утра до вечера играли в подрывного дурака или шахматы, иногда пропадали на целый день. Связаны ли их отлучки с делами Ордена — тоже было не ясно, о магии в любом её проявлении братья старались не говорить в присутствии Джинни — такая своеобразная тактичность удивляла.

Глядя на Рона через монитор, я снова задумался, как проникнуть в Хогвартс. Внешние щиты наверняка можно обойти, другой вопрос, сколько это потребует сил и времени. Миф о неприступности Хогвартса успешно разрушил ещё Драко на шестом курсе (это если не вспоминать о Квиррелле, Хвосте, Сириусе и Барти Крауче-младшем), а потом подтвердили Тёмный Лорд и Рудольфус Лестрейндж: теперь все знали, что, хотя замок неплохо защищён, при желании попасть внутрь можно даже без армии за спиной. Разумеется, я был не настолько глуп, чтобы не понять, что после происшествия с Джинни защиту усилили, но вот принимать на веру догадки не желал, напротив, хотелось поэкспериментировать.

Снова взглянув на Рона, я невольно вспомнил наши приключения и хмыкнул: тайные ходы, которыми пронизан замок, оставляли простор для воображения — как ни старайся, все их охватить невозможно уже хотя бы потому, что многие неизвестны Дамблдору. Найденные Мародёрами тайные ходы были далеко не единственными, Северус тоже обнаружил несколько, да и я сам регулярно сокращал путь в библиотеку через никому не известный проход за портретом сэра Морроу, кем бы тот ни был при жизни. Вообще, всё новое — это хорошо забытое старое. Как бы старательно ни изучался замок и профессорами, и учениками, а досконально его не знал никто. Столь древнее сооружение множество раз перестраивалось, и актуальной карты просто-напросто не существовало. Никто не спешил заявлять во всеуслышание о новых найденных проходах, напротив, старательно скрывали их от других, чтобы самим воспользоваться в соответствующей ситуации, и получалось, что об одних ходах знали, к примеру, гриффиндорцы, о других — равенкловцы, а о третьих только слизеринцы… Выпускники не всегда делились знаниями, те, кто был в курсе, забывали про уже ненужную информацию, и тайный ход становился «никому не известным». Ну и ещё один нюанс. Поколения спустя, когда наложенные скрытными учениками чары спадали, кто-то находил «совершенно новый» тайный проход, и ситуация повторялась.

Иными словами, шансы найти новый путь были велики. Нужно было лишь проверить, а для этого необходимо было… Я широко улыбнулся, сгрёб все браслеты в коробку с заготовками и призвал пергамент и перо. Пришедшая в голову идея на первый взгляд показалась мне гениальной.