Следующая цель (джен)

— Мистер Поттер, я рада вас видеть в любое время, особенно с учётом того, насколько ценные сведения вы предоставили мне на прошлых встречах, и готова помочь, но я совершенно не понимаю, чего именно вы от меня ожидаете, — гневно вскричала Рита, устав ходить вокруг да около.

Рассказать ей всё я пока не мог — только паники нам не хватало, — но, не открыв тайну подмены Дамблдора, рассчитывать на ответы не приходилось.

— Я и сам не знаю точно, что хочу услышать, — понурившись, искренне признался я.

— Может, расскажешь, в чём дело? — мягко предложили Скитер.

Я отрицательно покачал головой:

— Рано.

Внутренний голос настойчиво советовал не отмалчиваться, ведь помощь Риты в дискредитации Альбуса будет нам очень даже кстати, без неё создать нужную волну в СМИ не удастся, но прямо сейчас раскрывать карты было рано.

— В ваших бумагах мы обнаружили упоминание о некоем Артуре Веннике. Он видел Дамблдора в интересующий нас период времени…

— Раз я даже не представляю, кто это такой — полезными сведениями он совершенно точно не обладает, — перебила Скитер со вздохом. — Гарри, я понимаю, что ты действуешь не один. Посоветуйся со своими, но расскажи мне всё. Если хочешь, я не буду публиковать сразу же эту информацию, но…

— Я подумаю, — расстроенно произнёс я и поднялся с кресла. — Извините, что зря потратил ваше время.

Вернувшись домой, я выбросил неудачную встречу из головы: стратегию нужно было тщательно продумать, так что с оповещением общественности мы не торопились, а отсутствие свидетелей… если честно, я не верил, что удастся так просто заполучить необходимую информацию. Зато над возможностью сблизиться с Лавандой можно было подумать более предметно. Браун, конечно, далека от моего идеала девушки, ну так я и не жениться на ней планирую, а в других качествах она было совсем не плоха: не только как секретарь Гриндевальда, то есть знающий много полезного человек, но и в качестве девушки, на которой я могу потренировать скромные навыки обольщения и приобрести столь необходимый опыт общения. Самое главное — Лаванда была не против сходить со мной на свидание, а значит, половина дела сделана, всё, что мне нужно, так это пригласить её. В прошлый раз я узнал очень полезную информацию, одна карта Коцита чего стоила, и это при том, что я понятия не имел, какие вопросы нужно задавать. На многое я, конечно, не рассчитывал, не бывает бывших Тёмных Лордов, и Геллерт Гриндевальд уж точно не относился к беспечным людям, но ужин в обществе красивой девушки — не та цена, что может напугать.

Призвав пергамент, я принялся грызть кончик пера, пытаясь сформулировать послание.

* * *

В общем и целом, всё было на удивление хорошо.

Никаких новых проблем не появлялось, а старые постепенно разрешались.

Чем больше времени проходило с последнего нападения, тем меньше внимания уделялось поискам Селены, они отошли на второй план: Аврорат безуспешно пытался выйти на след Бруствера. Свидетельства его пребывания в разных концах страны поступали регулярно, но их достоверность была сомнительна, пока сообщение не пришло от одного из квиддичистов, видевшего Кингсли в Восточной Европе. Полученные воспоминания тщательно исследовали и в конце концов все согласились, что высокий чернокожий мужчина, фигурирующий в них, бывший и.о. министра. За голову Бруствера назначили награду, не уступающую той, что Фадж определил для Сириуса, так что бесконечно прятаться он бы не смог.

Так и вышло.

О планировании операции по захвату мы ничего не знали, а вот о итогах поведал Эдриан. Бывший и.о. министра прятался в горах в Болгарии и сдаваться без боя не собирался. Бойцом Бруствер был неплохим, пытаясь прорваться через окружение, он сумел ранить нескольких бойцов… Взбешённые видом крови, авроры команды захвата не оставили Кингсли шанса выжить.

Вот и ещё одно лицо на снимке со дня победы перечёркнуто.

Меня это происшествие ничуть не взволновало. Благодаря расположению Гойла, поклявшегося не распространяться о моих покупках, мне удалось в кратчайшие сроки приобрести все ингредиенты из списка, и, таким образом, что бы ни случилось с Реймондом, я был готов всё исправить. Нерешённым оставался вопрос с телом, но мне казалось, что после недавних трагедий, разыгравшихся на улицах Лондона, с этим не должно было возникнуть проблем: обездушенных дементорами тел было в избытке и в Мунго, и в маггловских больницах. С мантией-невидимкой выкрасть бывшего человека, а ныне кусок мяса — не сложно. Хотелось ещё обзавестись хроноворотом, на случай, если несчастье случится с Драко или Эдрианом… Но это была недостижимая мечта.

Восстановление мэнора перешло на ту стадию, когда от Драко требовалось лишь регулярное проведение ритуалов в соответствие с лунным циклом, так что вся деятельность перешла в Мальсибер-холл. Поместье Реймонда было жутко запущенным, но, несмотря на это, пребывало в гораздо лучшем состоянии, чем тот же Малфой-мэнор. Единственным, чего не хватало обоим домам моих друзей — эльфов.

Кричера единогласно решили не трогать, он был слишком стар, но обращаться в Отдел регулирования магических популяций и контроля над ними, а именно в Бюро распределения домовых эльфов, никому не хотелось. Помимо того, что в Министерство попадали старые и больные эльфы, высока была вероятность того, что под видом слуги в дом попадёт шпион. А в Лютном после очередной облавы с домовиками было туго. Я хотел предложить приобщить к уборке Винки, в конце концов, должна же от неё быть польза, но решил, что сейчас Стефану больше нужна защита, да и за «Дамблдором» стоит присмотреть, и промолчал.

Однако уже на следующее утро после разговора Кричер потащил меня в проулок, неподалёку от Гриммо, где и представил четырёх молодых домовиков.

— Они хорошие эльфы, — мрачно сообщил Кричер, бывший в курсе наших затруднений и предпринявший собственные шаги, — но их хозяева погибли от рук поганых грязнокровок.

Рей с Драко поровну поделили новичков, и проблема исчезла.

Регулуса больше не приходилось силком выгонять из дома, он с удовольствием проводил время в Мальсибер-холле и даже согласился расширить список знакомств: кроме Гойла на второй встрече «старых приятелей» должны были присутствовать Маркус Флинт и Эдриан Пьюси.

— Бастер, может, и ты с нами? — не рассчитывая на согласие, предложил Малфой перед тем, как начать собираться.

— Ну… А я точно не помешаю?

Не знаю, кто из нас удивился сильнее: я или Драко. Однако, когда в семь вечера Малфой притащил смущённо отнекивающегося Регулуса к камину, я уже ждал их.

На фоне Рега я производил впечатление уверенного в себе человека, хотя волновался не меньше. Для Регулуса парни были незнакомцами, для меня же — бывшими врагами. Поймав себя на этой мысли, я закатил глаза и обозвал себя идиотом. Ну какие они враги? Флинт нам помог, когда в том была нужда, даже невесту свою задействовал, а потом и вовсе на свадьбу пригласил. Гойл тоже не предпринял против меня ничего, когда мы столкнулись в Лютном, напротив, сразу же помог. То, что в школе мы были на разных факультетах — вот и вся разница между нами. Стоило это понять, и сразу же всё встало на свои места и вечер прошёл прекрасно. Все мои опасения оказались беспочвенны, факультетская вражда осталась в прошлом, а бывшие слизеринцы, как выяснилось в ходе вечера, были интересными собеседниками и «своими парнями». Хотя непонятно, чему тут удивляться, если последние пару лет я провёл исключительно в слизеринском обществе, и провёл с удовольствием.

Последний спокойный день мне понравился.

* * *

Утро началось с вопля. Подскочив на пол-ярда, я скатился с кровати и направил на источник звука волшебную палочку, и только тогда понял, что это всего лишь патронус. Спросонья я мало что понял, даже не смог опознать, вид какого существа приняли чары, но голос Риты было трудно спутать с каким-то другим.

Ещё не ожидая никакой пакости, я спустился в столовую, позавтракал и аппарировал в Мальсибер-холл, где должен был находиться Рей. Всё, что я успел до того, как Рита предприняла вторую попытку со мной связаться — это поздороваться.

«Ты же спаситель магического мира? Вот и спасай!»

— Я чего-то не знаю? — глядя в никуда, спокойно поинтересовался Реймонд.

Рассказав о том, какое у меня было пробуждение, я спросил, не догадывается ли Рей, по какому поводу паника, и, получив отрицательный ответ, аппарировал к квартире Скитер.

— Слава Мерлину! Ты пришёл! — закричала Рита, втаскивая меня внутрь и захлопывая за моей спиной дверь.

— Что случилось? — опешил я.

— Оборотень! Тот самый, что всех убивал! Он подстерёг меня!

— Рита! — рявкнул я, одновременно отцепляя её судорожно стиснутые на моём предплечье пальцы. — Возьмите себя в руки и расскажите нормально!

Плещущаяся в её глазах паника стала отступать. Сделав несколько глубоких вдохов, она извинилась и пригласила меня в гостиную, где разлила по стаканам явно не тыквенный сок и залпом выпила свою порцию. После этого её лицо наконец-то приобрело осмысленное выражение.

— Ты не представляешь, как я испугалась!

— Да уж представляю, — хмыкнул я. — Так что случилось?

— Эль Гордо. Оборотень. Подстерёг меня у телефонной будки сегодня с утра. Я же понятия не имела, как он выглядит, вот и не обратила внимания на мужчину, подпиравшего стену. А он схватил меня и… — она запнулась и потянулась к тому стакану, что налила мне. Выпив, она сцепила руки в замок, чтобы дрожание пальцев не было так заметно, и договорила: — Нападения возобновятся после отмечания годовщины победы. Мы обязаны найти эту девочку — Селену.

— М-да.

— Гарри, ты сможешь что-нибудь сделать?

— Что, например? — изумился я. — Аврорат нужно предупредить, да и людям не помешает заблаговременно узнать о грозящей опасности… — подумав, как это скажется на репутации нашего министра, я досадливо поморщился. — Не предпринимайте ничего пока. Я свяжусь с вами в ближайшее время и тогда и решим, что делать. Договорились?

— Да.

Повинуясь порыву, я дотянулся до её руки и сжал ей пальцы.

— Рита… Не бойтесь, я не позволю вас обидеть.

— Спасибо, — кривовато улыбнулась она, а на её лицо стали возвращаться краски.

Вернувшись домой, я тут же принялся терзать пейджерный блокнот, созывая общее собрание. Спустя десять минут все были в сборе, и я рассказал об утренней встрече Риты.

— Я предупрежу Дариуса и пошлю сведения в Аврорат, — нахмурился Эдриан. — Но мы мало что можем сделать.

— Неужели всё начнётся снова? — риторически поинтересовался Драко, хмуро переводя взгляд с меня на Нотта и обратно.

— Если нападения всё же начнутся, под шумок избавимся от Робардса. А девчонку пора объявлять мёртвой.

— Думаешь, это остановит Эль Гордо?

— Думаю, шансов быть обнаруженной живой у неё нет.

* * *

Успокоить Риту мне было нечем, но она и сама сумела взять себя в руки. Вышедшая на следующий день статья была выдержана в нейтральных выражениях, и, хотя опасения не замалчивались, говорить о панике пока было рано.

Однако у моих встреч с мисс Скитер были и негативные последствия. Несмотря на то, что я старательно недоговаривал и скрывал свой истинный интерес, Рита была умной женщиной и хваткой журналисткой, и сложить два и два для неё не составило особого труда. Слово там, вопрос тут, гримаса где-то ещё — и слухи о Дамблдоре, которой «не совсем Дамблдор», стали расползаться.

Первый звоночек прозвенел, когда на встрече слизеринцев Люциан Боул задал прямой вопрос: правда ли, что нынешний директор не Дамблдор. Драко удалось замять тему, но стало очевидно, что о сохранении информации в тайне можно забыть.

А потом на Гриммо прилетел филин.

После перенастройки защитных чар доступ в дом сов и патронусов был восстановлен, но кроме ритиного серебристого насекомого границы дома никто не нарушал, и потому влетевшая птица едва не напоролась на три Авады.

— Мордредово отродье! — пробурчал под нос Эдриан, пряча палочку.

— Ты чей? — рассматривая холёную птицу, риторически поинтересовался Драко, пока Рей проверял послание на проклятия и пространственные чары.

— Всё чисто, — резюмировал Мальсибер, отвязывая от лапы конверт. — Бастер, это тебе.

На конверте не было имени отправителя, а почерк я не узнал. Достав послание, первым делом я посмотрел вниз пергамента:

— Виктор Крам, — растерянно протянул я, вопросительно обводя взглядом собравшихся. — У кого-то есть общие дела с Крамом?

Ответом стали молчаливые качания головами.

Не вчитываясь, я пробежал глазами по строчкам и передал письмо Нотту.

— Он в курсе насчёт Гриндевальда и хочет присоединиться к охоте на врага семьи, — коротко отчитался я о содержании.

— Откуда он узнал о Гриндевальде и с какой стати решил, будто ты охотишься на него?

— Вот и мне интересно…

— Читать надо было внимательнее, — усмехнулся Эдриан. — У мисс Скитер слишком длинный язык. Она обсуждала ситуацию с подругой — матерью Виктора. А тот, узнав, что кровный враг появился на сцене, поспешил заявить о своём желании принять участие в военных действиях. Рита ему и сообщила, что Гриндевальдом интересовался ты.

— И что ему ответить?

— Ничего. А вот самого Крама послушать лишним не будет.

* * *

Встречу назначили через Риту, которой я не постеснялся высказать недовольство, и тем же вечером Виктор аппарировал в указанное мной место.

Ловушки я не опасался, помнил, насколько сильно Крам ненавидел Гриндевальда, однако это не помешало мне тщательно подготовиться к разговору. В маггловское кафе я прибыл заранее. Прячась под мантией-невидимкой, наложил разнообразные чары на выбранный столик, а потом вошёл в кафе заново и заказал себе чай и пирожные.

Виктор явился точно в срок. Обменявшись приветствиями, мы оба замолчали, разглядывая друг друга. Уж не знаю, что высмотрел он, а я особых перемен не обнаружил. Когда пауза чересчур затянулась, Крам откашлялся и почти без акцента поведал историю своей семьи: о убитых родственниках, разорённом поместье, клятве отомстить…

— Мы переехали в Англию в прошлом году, когда у вас закончилась война. О тебе ходили самые противоречивые слухи, но связываться с Уизли, чтобы разобраться, я не стал — мне они никогда не нравились. Потом я был занят… А недавно к маме пришла мисс Рита, они давно дружат, и стало ясно, что Гриндевальд снова строит козни… Я хочу убить его!

Если бы не чары, официантка наверняка бы уже не единожды вызвала полицию, уж слишком угрожающе выглядел Крам, когда говорил о своём кровнике. Однако меня его рассказ не слишком тронул. Единственное, что царапнуло, это его уклончивое «был занят». Никак не прокомментировав упоминание бывших друзей, я пожал плечами и ответил:

— Чем ты можешь помочь?

Я едва не рассмеялся, такое забавное выражение появилось на его лице.

— Как — чем?

— А вот так. Ты обладаешь какой-то эксклюзивной информацией? Знаешь, где враг прячется? Умеешь что-то такое, чего не могут остальные маги? Не обижайся, Виктор, но ты просто квиддичный игрок.

— Как и ты, — сжав зубы, нахмурился он.

— Нет. Давно уже нет. После битвы за Хогвартс на мою долю выпало немало, так что навыками я разжился в самых разных областях магии, да и опыт приобрёл… Я буду иметь тебя в виду, но твоя помощь вряд ли пригодится.

— Гарри…

— И кстати, я больше не Гарри, — равнодушно улыбнулся я и аппарировал, предоставляя ему оплачивать счёт. Ну а что? Сам же желал встретиться.

И чего все с ума по нему сходили? Ну да, ловец он превосходный, но больше у Крама, кажется, нет ни одного достоинства. Палочкой махать может с тем или иным успехом каждый совершеннолетний маг; внешность у него уж точно не привлекательная; богатств у семьи нет ещё со времён Гриндевальда… Зато гонора у звезды мирового квиддича немеряно. Гермиона ошибалась, считая, что слава совершенно не испортила Виктора, видела бы она, какое изумление проступило на его лице, когда он понял, что я вовсе не в восторге от его предложения вступить в наши ряды. Не знаю, какой он боец, во время Турнира Трёх Волшебников его успехи меня не впечатлили, но после Реймонда очень сомневаюсь, что кто-то сможет меня поразить своими боевыми навыками.

Крам неплохой парень, но тратить на него время у меня нет ни сил, ни желания.