Следующая цель (джен)

Полученная во французской библиотеке информация требовала подтверждения, поэтому большую часть свободного времени мы проводили в книгохранилище. Гриндевальды — древний английский род, однако после принятия Статута о Секретности главная ветвь перебралась в Европу, а на острове остались лишь несколько человек, последним потомком которых была Батильда Бэгшот. Но британское происхождение оказалось очень кстати, потому что Блэки собирали сведения в основном о жителях своей страны, и у нас оставался шанс найти что-то полезное прямо дома.

К сожалению, Финеас Найджелус сообщить что-то стоящее не смог. Он пересказал всё, что слышал в директорском кабинете о Гриндевальде, но прямота и простодушие никогда не относились к дамблдоровским качествам, так что, кроме отрывочных данных, которые пока не с чем было связать, мы не узнали ничего полезного. Но хоть Северусу привет передали…

Нарисованное в одной из магических книг семейное древо Гриндевальдов показывало, что Геллерт — последний представитель рода. От его имени отходила бледная линия, но обрывалась, не образовав нового имени.

— Бастард, не введённый в род, — пояснил Эдриан, к которому я обратился за разъяснением. — Дамблдор вроде говорил о трёх детях?

— Может, не дожили, — равнодушно пожал я плечами, — в конце концов, век минул.

Библиотечные бдения быстро приелись, я даже поймал себя на мысли, что скучаю по лесным прогулкам, но времени на ерунду не находилось.

Восстановление Малфой-мэнора продвигалось медленно. Помимо обстановки, растоптанной захватчиками, в поместье оказались разрушены практически все чары. Не только защитные, восстановить которые было бы не так уж сложно, но и вообще все: от гоблинских, поддерживавших старинный особняк в достойной виде, до погодных, оберегавших оранжереи леди Малфой. Пока Драко ограничивался нашими силами, но не за горами был день, когда придётся обращаться за помощью к гоблинам, а это требовало денег…

— Я ничего не смыслю в финансах, всем занимался отец, — признался он за ужином. Эдриан только открыл рот, чтобы предложить помощь, но Драко покачал головой: — Нужно расставить приоритеты. Пока я восстановлю всё что смогу сам, потом разберусь с твоей помощью в финансовых вопросах, а вот уже после этого займусь реконструкцией мэнора. Хвататься за всё сразу — я не потяну. И… Думаю, нужно закончить с Гриндевальдом и остальными проблемами, а то как бы не вышло, что война снова начнётся.

— Вход в подземелья мы расчистим на этой неделе, — сообщил Рей. — Так что сможешь добраться до камня рода: в первую очередь нужно восстановить защиту. А всё остальное — подождёт.

— Я тоже так думаю, — кивнул Драко. — А потом примемся и за ваши дома.

Мы удивлённо посмотрели на него, и Малфой пожал плечами:

— Не дело это, что Эдриан и Рей не имеют доступа к родовой магии.

— А он прав, — с энтузиазмом закивал я. — Эдриан теперь законопослушный член общества и имеет полное право вернуть семейный дом под свой контроль. Никто не должен возражать.

— Да аврорские чары давным-давно выветрились, — отмахнулся Нотт. — Никому не интересна эта груда камней. Как и сказал Драко: разберёмся с проблемами, тогда и займёмся этим.

— Рей, а твой дом?

— Под Фиделиусом, — усмехнулся Мальсибер. — Министерские ищейки его так и не смогли обнаружить. Правда, я был там в последний раз ещё до Азкабана…

— Ну, значит, установим защиту над Малфой-мэнором, и зови в гости, — улыбнулся Регулус.

— Ладно, — равнодушно согласился Мальсибер, но судя по тому, как его взгляд словно обратился внутрь, задумался.

Интересно, почему мы только сейчас вспомнили об этом? Ладно я, безродный сирота, но ведь все остальные жили в непосредственной близости от источника родственной магии с самого рождения, неужели они не скучали по этому ощущению?

* * *

Наш главный домосед — Регулус, — едва ли не руками и ногами отбивался от запланированной Малфоем встречи «старых приятелей». Но Блэк был в меньшинстве, и пришлось ему уступить и таки отправиться знакомиться с Гойлом. Вернулся он под впечатлением, но, кажется, преследующий его всё это время страх разоблачения был побеждён. По словам Драко, Регулус довольно быстро перестал изображать безмолвную статую и влился в беседу, а то, что он периодически отвечал невпопад, даже без дополнительных пояснений списали на Азкабан и пару сложных последних лет.

Как и обещал Рей, вход в подземелья Малфой-мэнора вскоре был расчищен от обвалившихся камней лестницы, и Драко смог впервые за два года прикоснуться к родовой силе. Установка защиты забрала все его силы, так что пока он отлёживался, мы решили наведаться в Мальсибер-холл.

Рей аппарировал нас с Регом в чистое поле. Так и держа нас за руки, он сделал несколько шагов вперёд, и перед нами предстала картина запустения.

— М-да, — прокомментировал увиденное хозяин.

Заросший бурьяном сад, где трава была нам по пояс, поваленные непогодой деревья, заросший плющом дом, где не осталось ни единого целого окна… Но при этом ни намёка на гнетущую атмосферу, что так отчётливо ощущалась в Малфой-мэноре.

По лицу Реймонда расползалась сумасшедшая улыбка. Мы с Регом переглянулись и тоже заулыбались.

Налюбовавшись видом одичавшего поместья снаружи, Рей наконец-то двинулся вперёд. Внутри дом сохранился не лучше: сгнившие листья и пробивающаяся сквозь паркет трава могли бы расстроить, но лишь развеселили хозяина. С его лица не сходила широкая улыбка — Рей был счастлив.

Пока хозяин пребывал в эйфории от соприкосновения с родной магией, а я наблюдал за ним, Регулус деловито обследовал дом.

— На втором этаже та же картина: грязь, трава, гнездо каких-то зверюшек в кровати, но никаких следов разрушений. И все чары целы, насколько я могу понять. Иными словами, никто не пытался нагадить специально, но, поскольку защита не была активирована, для времени доступ был открыт. Как и для природы.

— Здорово! — снова улыбнулся Рей — и как у него ещё скулы не свело? — Теперь не надо искать, куда привести девушку, — сообщил он в пространство и двинулся к лестнице в подземелье, очевидно, желая навестить камень рода.

Очистив от грязи и листвы подоконник, я уселся и, устремив взгляд в бескрайнее синее небо, задумался. Пожалуй, впервые я осознал, что будущее — реально. Что можно строить не планы-однодневки, а расписывать будущее на много лет вперёд. «Через год» перестало быть абстрактным выражением, синонимом «никогда», а обрело смысл. Почти два года мы были сосредоточены на проблемах страны; мы не думали о себе, о своём завтрашнем дне, а только старались сохранить саму возможность наступления будущего.

А теперь всё изменилось. Враг приобрёл материальность, перестал быть абстракцией, и впервые появилась реальная надежда, что всё кончится благополучно.

Только сейчас, увидев потустороннюю улыбку моего лучшего друга, я смог поверить, что всё действительно может быть хорошо. Что Эдриан снова женится и заведёт детей, которым, как он всегда и мечтал, сможет передать не долги, а наследие. Что Драко восстановит мэнор и сможет продолжить род. Что даже разгильдяй Реймонд всерьёз рассматривает возможность привести в Мальсибер-холл девушку — не первую встречную, а свою девушку!

Перед окном прошёл Регулус, рассматривающий, в каком состоянии находится внешняя защита дома, и направление мысли немного изменилось.

Я — глава Древнейшего и Благороднейшего рода Блэк, а это накладывает определённые обязанности. Регулуса нужно вытаскивать из его раковины. Я очень благодарен Драко за настойчивость в этом вопросе, но знакомство с Гойлом — это лишь первый шаг. Регулус младший член моего рода, и я должен позаботиться о том, чтобы найти ему подходящую партию…

— Я уже и забыл, насколько это волшебное ощущение! — прервал мои размышления голос Реймонда. — Я — дома!

Открыто улыбнувшись в ответ, я понял, что нужно разобраться с Гриндевальдом поскорее, и тогда моей следующей целью станет возвращение друзей домой.

* * *

— Мистер Поттер, я рада вас видеть в любое время, особенно с учётом того, насколько ценные сведения вы предоставили мне на прошлых встречах, и готова помочь, но я совершенно не понимаю, чего именно вы от меня ожидаете, — гневно вскричала Рита, устав ходить вокруг да около.

Рассказать ей всё я пока не мог — только паники нам не хватало, — но, не открыв тайну подмены Дамблдора, рассчитывать на ответы не приходилось.

— Я и сам не знаю точно, что хочу услышать, — понурившись, искренне признался я.

— Может, расскажешь, в чём дело? — мягко предложили Скитер.

Я отрицательно покачал головой:

— Рано.

Внутренний голос настойчиво советовал не отмалчиваться, ведь помощь Риты в дискредитации Альбуса будет нам очень даже кстати, без неё создать нужную волну в СМИ не удастся, но прямо сейчас раскрывать карты было рано.

— В ваших бумагах мы обнаружили упоминание о некоем Артуре Веннике. Он видел Дамблдора в интересующий нас период времени…

— Раз я даже не представляю, кто это такой — полезными сведениями он совершенно точно не обладает, — перебила Скитер со вздохом. — Гарри, я понимаю, что ты действуешь не один. Посоветуйся со своими, но расскажи мне всё. Если хочешь, я не буду публиковать сразу же эту информацию, но…

— Я подумаю, — расстроенно произнёс я и поднялся с кресла. — Извините, что зря потратил ваше время.

Вернувшись домой, я выбросил неудачную встречу из головы: стратегию нужно было тщательно продумать, так что с оповещением общественности мы не торопились, а отсутствие свидетелей… если честно, я не верил, что удастся так просто заполучить необходимую информацию. Зато над возможностью сблизиться с Лавандой можно было подумать более предметно. Браун, конечно, далека от моего идеала девушки, ну так я и не жениться на ней планирую, а в других качествах она было совсем не плоха: не только как секретарь Гриндевальда, то есть знающий много полезного человек, но и в качестве девушки, на которой я могу потренировать скромные навыки обольщения и приобрести столь необходимый опыт общения. Самое главное — Лаванда была не против сходить со мной на свидание, а значит, половина дела сделана, всё, что мне нужно, так это пригласить её. В прошлый раз я узнал очень полезную информацию, одна карта Коцита чего стоила, и это при том, что я понятия не имел, какие вопросы нужно задавать. На многое я, конечно, не рассчитывал, не бывает бывших Тёмных Лордов, и Геллерт Гриндевальд уж точно не относился к беспечным людям, но ужин в обществе красивой девушки — не та цена, что может напугать.

Призвав пергамент, я принялся грызть кончик пера, пытаясь сформулировать послание.

* * *

В общем и целом, всё было на удивление хорошо.

Никаких новых проблем не появлялось, а старые постепенно разрешались.

Чем больше времени проходило с последнего нападения, тем меньше внимания уделялось поискам Селены, они отошли на второй план: Аврорат безуспешно пытался выйти на след Бруствера. Свидетельства его пребывания в разных концах страны поступали регулярно, но их достоверность была сомнительна, пока сообщение не пришло от одного из квиддичистов, видевшего Кингсли в Восточной Европе. Полученные воспоминания тщательно исследовали и в конце концов все согласились, что высокий чернокожий мужчина, фигурирующий в них, бывший и.о. министра. За голову Бруствера назначили награду, не уступающую той, что Фадж определил для Сириуса, так что бесконечно прятаться он бы не смог.

Так и вышло.

О планировании операции по захвату мы ничего не знали, а вот о итогах поведал Эдриан. Бывший и.о. министра прятался в горах в Болгарии и сдаваться без боя не собирался. Бойцом Бруствер был неплохим, пытаясь прорваться через окружение, он сумел ранить нескольких бойцов… Взбешённые видом крови, авроры команды захвата не оставили Кингсли шанса выжить.

Вот и ещё одно лицо на снимке со дня победы перечёркнуто.

Меня это происшествие ничуть не взволновало. Благодаря расположению Гойла, поклявшегося не распространяться о моих покупках, мне удалось в кратчайшие сроки приобрести все ингредиенты из списка, и, таким образом, что бы ни случилось с Реймондом, я был готов всё исправить. Нерешённым оставался вопрос с телом, но мне казалось, что после недавних трагедий, разыгравшихся на улицах Лондона, с этим не должно было возникнуть проблем: обездушенных дементорами тел было в избытке и в Мунго, и в маггловских больницах. С мантией-невидимкой выкрасть бывшего человека, а ныне кусок мяса — не сложно. Хотелось ещё обзавестись хроноворотом, на случай, если несчастье случится с Драко или Эдрианом… Но это была недостижимая мечта.

Восстановление мэнора перешло на ту стадию, когда от Драко требовалось лишь регулярное проведение ритуалов в соответствие с лунным циклом, так что вся деятельность перешла в Мальсибер-холл. Поместье Реймонда было жутко запущенным, но, несмотря на это, пребывало в гораздо лучшем состоянии, чем тот же Малфой-мэнор. Единственным, чего не хватало обоим домам моих друзей — эльфов.

Кричера единогласно решили не трогать, он был слишком стар, но обращаться в Отдел регулирования магических популяций и контроля над ними, а именно в Бюро распределения домовых эльфов, никому не хотелось. Помимо того, что в Министерство попадали старые и больные эльфы, высока была вероятность того, что под видом слуги в дом попадёт шпион. А в Лютном после очередной облавы с домовиками было туго. Я хотел предложить приобщить к уборке Винки, в конце концов, должна же от неё быть польза, но решил, что сейчас Стефану больше нужна защита, да и за «Дамблдором» стоит присмотреть, и промолчал.

Однако уже на следующее утро после разговора Кричер потащил меня в проулок, неподалёку от Гриммо, где и представил четырёх молодых домовиков.

— Они хорошие эльфы, — мрачно сообщил Кричер, бывший в курсе наших затруднений и предпринявший собственные шаги, — но их хозяева погибли от рук поганых грязнокровок.

Рей с Драко поровну поделили новичков, и проблема исчезла.

Регулуса больше не приходилось силком выгонять из дома, он с удовольствием проводил время в Мальсибер-холле и даже согласился расширить список знакомств: кроме Гойла на второй встрече «старых приятелей» должны были присутствовать Маркус Флинт и Эдриан Пьюси.

— Бастер, может, и ты с нами? — не рассчитывая на согласие, предложил Малфой перед тем, как начать собираться.

Не то чтобы я всерьёз думал о возможности стать своим для бывших слизеринцев, опять же не искал новых людей для общения, но в этот момент идея не показалась бредовой, и я уточнил:

— Ну… А я точно не помешаю?

Не знаю, кто из нас удивился сильнее: я или Драко. Однако, когда в семь вечера Малфой притащил смущённо отнекивающегося Регулуса к камину, я уже ждал их.

На фоне Рега я производил впечатление уверенного в себе человека, хотя волновался не меньше. Для Регулуса парни были незнакомцами, для меня же — бывшими врагами. Поймав себя на этой мысли, я закатил глаза и обозвал себя идиотом. Ну какие они враги? Флинт нам помог, когда в том была нужда, даже невесту свою задействовал, а потом и вовсе на свадьбу пригласил. Гойл тоже не предпринял против меня ничего, когда мы столкнулись в Лютном, напротив, сразу же помог. То, что в школе мы были на разных факультетах — вот и вся разница между нами. Стоило это понять, и сразу же всё встало на свои места и вечер прошёл прекрасно. Все мои опасения оказались беспочвенны, факультетская вражда осталась в прошлом, а бывшие слизеринцы, как выяснилось в ходе вечера, были интересными собеседниками и «своими парнями». Хотя непонятно, чему тут удивляться, если последние пару лет я провёл исключительно в слизеринском обществе, и провёл с удовольствием.

Последний спокойный день мне понравился.