Закон противоположностей, или психология счастья (джен)

…Через пару дней они уже сидят, обсуждая дальнейшие свои планы — вернее, сидит Снейп, Мальсибер полулежит в постели, он ещё слишком слаб и совсем нездоров, но в прекрасном настроении и как может старается вывести приятеля из себя.

— Есть два варианта, — говорит Снейп, раскладывая на кровати карту. — Можешь выбрать.

— Почему я должен всё решать? — немедленно возмущается тот, разглядывая нанесённые на карту линии — синюю и зелёную.

— Могу я, — невозмутимо говорит Снейп, — в самом деле, идея учесть твоё мнение не слишком удачна.

— Да потому что потом если вдруг что — виноват буду я, и ты первый мне всю жизнь будешь напоминать — а я не хочу!

— Если вдруг что — никакого «потом» для тебя не будет, — замечает Снейп.

— А я буду к тебе во сне приходить. И смотреть укоризненно. Если вдруг что.

— Будешь там самым молчаливым, — усмехается Северус. — Итак, можно просто полететь — самолётом — а можно добираться на перекладных. Первое быстрее — но сложнее и требует какой-никакой, а магии, второе — дольше, но можно обойтись. Решай.

— А нельзя просто купить здесь какие-нибудь документы — и полететь?

— Можно. Но это или займёт много времени — потому что я, например, понятия не имею, что представляет из себя здешний маггловский криминальный мир, и на то, чтобы это узнать, уйдут, пожалуй, недели. Да и денег у нас не так много.

— Деньги будут, — отмахивается Мальсибер. — Париж — огромный город… слушай, — он вдруг оживляется, — а нельзя просто оборотным зельем обойтись?

— Подробнее?

— Ну очень просто! Найдём магглов, которые летят самолётом в Штаты, и под их видом полетим…

— А их убьём? — уточняет Снейп.

— Зачем сразу «убьём»? — удивляется Мальсибер. — То есть можно, конечно — но это же потом куда-то тела прятать… и вообще неприятно. Трансфигуриуем во что-нибудь мелкое — и с собой возьмём. А потом память подчистим — они и не поймут ничего. И все будут счастливы: они попадут, куда и хотели... мы тоже… что?! — спрашивает он в ответ на то, как его товарищ на него смотрит.

— Ты меня опять по-хорошему изумил, — говорит Снейп. — Жаль только, что это происходит так редко... Отличный план, — кивает он. — Сварить оборотное я не успею, придётся покупать. А это дорого.

— Вообще не проблема… а у тебя его не осталось? И где, кстати, ты тогда так быстро раздобыл порцию?

— В борделе.

— Где?! — совершенно обалдевает Мальсибер.

— В борделе, — почти что смеётся Снейп.

— Почему? — подумав, формулирует всё же вопрос Ойген.

— Ну а где ещё в незнакомом городе можно быстро и гарантированно достать качественное оборотное зелье? Только в хорошем борделе. А вот его уже найти проще простого.

— Какие у тебя… неожиданные познания обнаруживаются, — удивлённо говорит Мальсибер. — Мне бы даже в голову не пришло!

— Это потому, что ты в бордели не за тем ходишь, — Снейп снова почти смеётся.

— Это я хожу туда не за тем?! То есть, по-твоему, в бордели ходят за оборотным зельем?!

— Кому чего не хватает — тот за тем и ходит, — веселится Снейп. — Ну, решили. Раз тебя в городе знают — сиди дома, я сам всё сделаю.

— И деньги сам раздобудешь? — язвит Ойген.

— Ты полагаешь, из меня выйдет худший карманник, чем из тебя? — вскидывает Снейп бровь. — Не говоря уж об искателе. Справлюсь. А ты сиди.

— И чем мне тут заниматься в одиночестве? — капризно спрашивает Мальсибер.

— Я тебя ещё и развлекать должен?

— Должен, конечно! Я свихнуть тут просто так валяться целыми днями!

— Мерлин, дай мне сил… хорошо, я принесу тебе что-нибудь почитать. Местные… и британские газеты, к примеру. Прямо сейчас и схожу… наверняка у портье найдётся подшивка за последние пару недель.

Идея оказывается так себе: газеты-то, бесспорно, находятся, и даже вполне исполняют свою функцию — Мальсиберу вовсе не скучно.

Ему просто очень плохо и страшно. И когда Снейп возвращается практически к ночи, он застаёт своего приятеля мрачным и тихим.

— Ну что там? — спрашивает он, раскладывая на столе принесённую из ресторана еду.

— Они их всех посадили. Суд был… они все в Азкабане. Навечно.

— Ну, навечно — понятие растяжимое… ты вот, помнится, тоже был там на тех же условиях.

— Это другое, — отрезает Мальсибер. — Нас вытащил Лорд. Ты полагаешь, он воскреснет ещё раз, чтобы снова это проделать?

— Не приведи Мерлин, — негромко говорит Снейп. — А кто все? Кто сел?

— Все. Все, кто выжил… кроме Малфоев, — он даже не улыбается. — Их имён я вообще не нашёл.

— Значит, вероятно, отмазались как-то… не слишком официально. И слава Мерлину.

— Эйв тоже в Азкабане.

Снейп вздыхает. Они дружили… В школе — втроём, но потом ему самому стало несколько не до дружбы, и если Мальсибер умудрился сохранить, исключительно собственными стараниями, некое её подобие в отношениях с Северусом, то с Эйвери Снейп со времени перешёл просто к отличным деловым отношениям. А вот Ойген и Маркус так и дружили — по-настоящему, и всегда, кажется, были очень близки.

— Мне жаль, — тихо говорит Снейп — и это правда. Ему действительно и горько, и очень жаль — но поделать тут ничего нельзя, и они оба прекрасно понимают это. Быть может, потом… через сколько-то лет. Маркусу ведь, по сути, и предъявить нечего, кроме метки… он ни в одной операции никогда не участвовал. Вернее, участвовал — но толку от него не было, а вреда было больше чем пользы: Долохов витиевато ругался, поминая всех его родственников, признаваясь, что даже в страшном сне не отправил бы его на боевое задание по собственной инициативе и делал это исключительно по прямому приказу Лорда, да и то всегда оставляя Эйвери на запасных ролях. Так что, может, лет через десять… хотя он вряд ли те десять лет там проживёт, при дементорах-то. Хотя вот Ойген же выжил…

— Они дементоров оттуда убрали.

— Так это отлично! — улыбается Снейп.

— Как сказать… а если они ничего не придумают там взамен?

— Да не должны, — с сомнением возражает Снейп. — Они же не Лорд. Не могут они так над людьми издеваться.

— Там нет ничего в газетах про это.

— Конечно же, нет. Ты это себе как представляешь? Научный отчёт о том, как теперь организован отбор лишней магии в Азкабане? Кстати, наверняка со временем появятся какие-нибудь научные публикации на эту тему — это же интересно! — вот и узнаем. Расскажи, что там ещё, — просит он.

— Там… Поттер-герой, МакГонагалл — новый директор, Шеклболт — новый министр, Робардс — новый Главный Аурор.

— Это неплохо, — кивает Снейп. — Шеклболт — это очень неплохо. Я боялся, будет кто-нибудь вроде Крауча-старшего.

— Ну, видишь, нет… а я его и не знаю — он какой?

— Шеклболт? Сильный… спокойный. Умный. Хорошая кандидатура для министра — даже странно. Надеюсь, его мозги не эмигрируют, как это в последнее время случалось со всеми на этой должности. И Робардс тоже неплохо… не так плохо, как могло бы быть.

— Он какой?

— Он… честный, — усмехается Снейп. — И порядочный — насколько может быть порядочным аурор. И даже, пожалуй, умный — по-своему.

— По-аврорски? — улыбается Мальсибер.

— Пожалуй, — кивает Снейп. — Тебе не интересно, что я делал, пока ты тут всё это читал?

— Интересно, — кивает Ойген. — Ты принёс еду?

— Принёс. Вставай и садись к столу.

— Я не могу! — немедленно протестует он. — Я болен!

— Не можешь — останешься без ужина.

— Северус!

— Ты вполне способен подняться и сделать два шага. Вставай.

— Давай завтра, — просит жалобно Мальсибер. — Северус, ну пожалуйста!

— Я не хочу больше слышать от тебя эти два слова, — Снейп оборачивается и смотрит на него пристально и поясняет: — «Северус, пожалуйста». Никогда.

— Ладно, — удивлённо соглашается Ойген. — А как мне тогда просить тебя вежливо?

— Никак. Меня вообще не надо просить. И вставай.

— Ладно, — повторяет он мирно. И даже встаёт… его тут же ведёт, и он падает Снейпу на руки. Тот вздыхает, очень тяжело, и укладывает его обратно.

— Ещё раз так сделаешь — вообще один останешься, — предупреждает Снейп, но ужин приносит. Мальсибер сидит очень довольный, и только кивает, обещая:

— Я завтра встану! Просто сегодня ещё рано. Я два дня как очнулся!

— Ты ни разу не терял сознания, — возражает Снейп.

— Не важно. Я по-другому очнулся… и что ты, всё-таки, целый день делал? Ты раздобыл денег?

— Раздобыл, — усмехается тот — и достаёт из сумки внушительную пачку купюр.

— Ого! Ты… ты выиграл, — смеётся Мальсибер. — Куда мне до тебя… сколько здесь?

— Много, — улыбается Снейп. — Нам хватит, — он убирает деньги обратно. — Мне нравится твой план. Завтра я съезжу в аэропорт и посмотрю, как там это всё происходит. А послезавтра, я надеюсь, мы уже сможем улететь — если ты уже будешь в силах, конечно.

— Я буду!

— Не уверен, — говорит он задумчиво. — Ты же никогда не летал на самолёте…

— Я летал на метле! Я не думаю, что самолётом управлять сложнее.

Снейп глядит на него как на внезапно заговорившую тумбочку, потом, сдерживая смех, говорит очень мягко:

— Самолётом управляет пилот. Мы будем просто пассажирами.

— Да откуда мне знать? — смеётся Мальсибер. — Тогда вообще в чём проблема? Или тут требуется какое-то особенное мастерство?

— В высоте.

— Что «в высоте»?

— В высоте тут проблема. И в перепаде давления, соответственно. Тебе может стать плохо… но, с другой стороны, оборотное зелье и тут может быть выходом: тело-то у тебя будет другое.

— Ну вот видишь? Значит, летим послезавтра?

— Надеюсь, что завтра я успею со всем разобраться.