Второй шанс для Лили Эванс (гет)

Следующие недели, проносившиеся для Северуса с ужасающей скоростью, были наполнены столькими событиями, что для учебы времени попросту не оставалось. Теперь он в полной мере выполнял прошлогодний завет Элеоноры, поскольку по количеству баллов, снятых с него за отвратительно сделанные домашние задания, давно перещеголял Джеймса и Сириуса. Он считал ужасающим расточительством тратить силы и время на подробное изложение давно известного ему материала, поэтому его работы были недопустимо краткими. Единственным предметом, по которому Северус стойко держался на уровне «Выше ожидаемого», оставалось Зельеварение. Снейп рассудил, что, если в будущем он собирается строить карьеру именно в этой области, ему нужна высокая отметка на СОВ и особенно на ЖАБА. Без этой формальности получить Мастера по зельям было бы просто нереально. Собственно, к снятию баллов он относился достаточно равнодушно, однако выволочка от МакГонагалл, которой надоело выслушивать жалобы преподавателей, доставила ему немало неприятных минут.

— Вы же толковый молодой человек! — распекала она нерадивого студента, в очередной раз «отличившегося» на Трансфигурации. — Профессор Слагхорн утверждает, что если бы вы не отвлекались на мисс Эванс, то без усилий могли бы получать на его уроках «Превосходно». Профессор Флитвик и профессор Спраут отзываются о вас как об очень способном ученике во всем, что касается применения знаний на практике. Однако к домашним заданиям вы относитесь вопиюще безалаберно. Возьмите пример с мисс Эванс или ваших друзей Поттера, Блэка и Люпина — они почти всегда в срок сдают эссе по всем предметам. Даже мистер Петтигрю, в отличие от вас не обладающий сильным магическим потенциалом, делает значительные успехи. Лишь вы один почему-то считаете, что домашние задания задаются не для вас.

— Я так не считаю! — опустил голову Снейп, прекрасно осознавая, что его накарябанные в жуткой спешке сочинения вряд ли дотягивали до того, чтобы называться эссе. Сам бы он в бытность преподавателем за подобные писульки не поставил бы даже «Отвратительно», но сердобольные Филиус и Помона награждали его абсолютно незаслуженным «Слабо».

— Вы не стараетесь, Северус! — сурово подвела неутешительные итоги МакГонагалл. — Подумайте о вашем будущем! В конце концов, ровно через год вам предстоит сдавать сложнейший экзамен СОВ. В общем, я назначаю вам отработку в надежде, что вы все же возьмете себя в руки. Кроме этого, отныне я запрещаю вам сидеть за одной партой с мисс Эванс. Она явно действует на вас расхолаживающе.

«Только не говори, что посадишь ее с Джеймсом!» — в ужасе воззрился на декана Северус, однако не решился применить к МакГонагалл даже поверхностную легилименцию. Сверхчувствительная Минерва, вне всякого сомнения, заметила бы подобное вмешательство в собственное сознание.

— Если ваше отношение к учебе улучшится, я отменю свое решение, — смягчилась МакГонагалл, вероятно, впечатлившись тем, какое воздействие возымели ее слова на Снейпа.

В тот день Северус вернулся в Гриффиндорскую башню в крайне мрачном расположении духа. Разумеется, с тех пор, как на горизонте появилась поклонница Джеймса — Мэгги Уайт — у Снейпа стало чуть меньше поводов для беспокойства. Хорошенькая Мэгги в последнее время добилась явного расположения Поттера. А уж после того, как ее взяли охотником в команду по квиддичу, между ней и Джеймсом завязалась крепкая дружба, в будущем способная перерасти в нечто большее. Тем не менее Снейп, прекрасно помнивший, что именно на четвертом курсе Поттер стал все чаще заглядываться на его Лили, не собирался молча смотреть, как история повторяется вновь, и пускать дело на самотек. Едва переступив порог гостиной, он отыскал глазами Люпина.

— МакГонагалл в качестве отработки задала мне написать целый фут о межвидовых превращениях, — негромко сказал Снейп, — я собираюсь до отбоя поработать в библиотеке. Не составишь мне компанию?

Люпин, которому как раз требовалось принять очередную порцию Волчьего противоядия, кивнул и поднялся с кресла.

— Хотите, я тоже пойду с вами? — предложил Питер.

— Не стоит, — остановил его Северус, — миссис Пинс терпеть не может, когда в библиотеке собирается много народу.

— Ну, как прошло у профессора МакГонагалл? Сильно тебя ругала? — поинтересовался Люпин, пока они поднимались по лестнице, ведущей на восьмой этаж.

— Ничего смертельного, — отозвался Северус.

— Именно поэтому ты вернулся мрачнее тучи, — заметил чуткий к эмоциям других Ремус.

— Она сказала, что рассадит нас с Лили, — наигранно спокойно произнес Снейп.

— И ты не хочешь, чтобы к ней подсел кто-то другой? — догадался Люпин. — Не вопрос. Я займу твое место, чтобы ты не переживал. А ты сядь с Питером. Он будет счастлив.

— Ремус... — Снейп остановился на верхней площадке, — ты замечательный друг!

— И это я слышу от человека, не успевшего написать мордредово эссе по Трансфигурации, потому что варил для меня Волчье противоядие, — усмехнулся Люпин. — А если честно, тебе пора отбросить гордость и начать переписывать эссе у нас. Добавишь пару десятков собственных слов, изменишь несколько фраз — и никто даже не поймет, что это не твоя работа.

— Вероятно, придется именно так и поступить! — вздохнул Снейп, прикидывая, сумеет ли вставать на час раньше, чтобы наверстать упущенное за несколько прошедших с начала семестра недель.

— Мне правда ужасно неловко, что я так нагружаю тебя со своим зельем, — сказал между тем Ремус, — у тебя жутко невыспавшийся вид.

— Я уже не раз говорил тебе, что не люблю валяться в постели, — пробурчал в ответ Северус, не имея возможности объяснить другу, что его ужасающий недосып кроется вовсе не в работе над Волчьим противоядием, а в практически еженощном бдении в библиотеке в поисках следов злодеяний Темного Лорда. И самое обидное, что, потратив на свое расследование кучу времени, он до сих пор так ничего и не нашел. Заметка за март 1943 года о том, что выпущенный студентом Гриффиндора Рубеусом Хагридом акромантул убил магглорожденную ученицу Миртл Элизабет Уоррен, была, разумеется, не в счет. Отчет о тех событиях Северус уже давно выслушал из уст его непосредственных участников, а крестраж, созданный после убийства Миртл, находился вне досягаемости Снейпа. Со временем Северус рассчитывал уговорить Малфоя отдать ему драгоценный дневник юного Тома Риддла, но пока об этом не могло быть и речи. Так что на данном этапе Северуса интересовало исключительно кольцо Певереллов с Воскрешающим камнем. А мрачная история о том, как оно попало к Риддлу, затерялась где-то на пожелтевших страницах «Ежедневного пророка».

* * *

С того момента Северусу пришлось трудиться еще упорнее, а спать еще меньше. Несмотря на его обширные знания, на домашние задания приходилось тратить не меньше часа, отрывая драгоценное время от и без того короткого ночного отдыха. Разумеется, эссе выходили порой весьма посредственными — страдающему от хронической усталости Северусу было не до витиеватых фраз и сложных предложений, однако и эти убогие, с его же собственной точки зрения, результаты получали крепкие «Удовлетворительно». Он потратил не менее часа, чтобы применить стандартное заклинание Умножения к работам друзей, зато теперь мог копировать с них целые абзацы и переносить на свой пергамент, предварительно видоизменив почерк.

В конечном итоге незадолго до пасхальных каникул суровая МакГонагалл сменила гнев на милость и вновь разрешила Северусу сидеть вместе с Лили, чему оба были несказанно рады.

* * *

Примерно месяца через полтора после первого собрания их кружка по ЗОТИ к Северусу в коридоре подошел Барти Крауч. Поскольку и он, и Регулус больше не нуждались в дополнительных занятиях по Зельям (благодаря полученным от Снейпа знаниям оба теперь выбились в лучшие ученики), их встречам в библиотеке пришел конец и поговорить с глазу на глаз стало сложнее.

— Я хочу присоединиться к вам, — сказал он без предисловия.

— А клятва? — бросил Снейп, моментально окружив их чарами Конфиденциальности.

— Я готов принести ее, — быстро выпалил Барти.

— Что-то случилось? — поинтересовался Снейп, больше не опасавшийся, что их услышат посторонние.

— Мама написала, что отец с утра до ночи пропадает на работе и что она просит меня быть осторожным во время походов в Хогсмид.

— И это все? — усмехнулся Снейп.

— Ну... — замялся Крауч, — ты ведь читаешь «Ежедневный пророк» и сам знаешь, что за последние две недели были новые нападения. И уже не только на гряз... — Барти осекся и замолчал за секунду до того, как сработали чары Табу, поставленные Северусом на обидное прозвище магглорожденных волшебников.

— Мое первое условие — еще до того, как ты произнесешь Клятву о неразглашении, — ты исключишь это слово из своего лексикона. Понятно? — в негромком голосе Снейпа зазвенел металл, и Барти покраснел как рак и опустил голову.

— Извини. Больше такого не повторится, — пролепетал он, — так я могу прийти?

— Можешь, — кивнул Снейп, в душе которого все еще клокотал гнев на сына правильного во всех отношениях мистера Крауча, так пренебрежительно относившегося к магглорожденным.

* * *

Барти оказался прилежным учеником. К концу первого занятия он не только освоил Экспеллиармус, но и научился выполнять разоружающее заклинание невербально.

— И как у тебя так ловко все получается? — с завистью посмотрел на него Питер, у которого с невербальным колдовством пока что ничего путного не выходило.

— Отлично, — похвалил всех Северус, призывая разбросанные по полу подушки Акцио и складывая их в углу комнаты. — На следующем уроке будем учиться ставить Щиты. Все свободны. Возвращайтесь к себе, а мы с Питером поработаем еще полчаса, — учительским тоном сказал он.

— Только не забудьте списать у нас с Сириусом эссе по Истории магии, профессор Снейп, — с улыбкой поддел его Поттер. — А то вас с Эванс опять рассадят.

— Ну уж нет! — стараясь свести все к шутке, произнес Снейп. — Этого я ни за что не допущу. Так что уж будьте добры, постарайтесь написать что-нибудь толковое, чтобы мне не было стыдно у вас списывать. И учтите, если за ваше эссе я получу меньше, чем «выше ожидаемого», следующее занятие будете вести сами!

* * *

Неделю пасхальных каникул Северус использовал, чтобы как следует отоспаться.

— Мерлин, ваши профессора совсем с ума посходили?! — возмущенно воскликнула Эйлин, когда на вокзале увидела его бледное лицо с тенями под глазами.

— Выглядишь как заправский вампир! — усмехнулся Реджинальд. — В наше время такой изможденный вид имели лишь студенты пяти- и семикурсники за пару недель до СОВ и ЖАБА.

— С тобой точно все в порядке? — негромко поинтересовалась заметно сдавшая Элеонора.

— Все просто замечательно! — успокоил взволнованных родственников Северус, с трудом сдерживая зевоту. — Просто нам в самом деле много задают. Приходится иногда засиживаться допоздна.

— Как ведущий целитель больницы Святого Мунго прописываю вам, молодой человек, не меньше пяти дней полноценного отдыха, включая десятичасовой ночной сон, а также усиленное питание, — торжественно произнес Реджинальд.

— Северус, — окликнула Снейпа Лили, — постарайся как следует отдохнуть!

Она помахала ему, взяла под руку Петунью и пошла вслед за родителями.

— Ну что, домой? — поинтересовался Реджинальд, направляя на полупустой сундук волшебную палочку и поднимая его в воздух, — Эйприл тебя уже заждалась. Миссис Принц, надеюсь, вы не возражаете, если первую половину каникул Северус проведет у нас?

— Да, конечно, — кивнула Элеонора.

Глядя на правнука, она чувствовала одновременно и радость от долгожданной встречи, и тревогу. Не далее как позавчера вечером ей нанес визит человек, чье общество приводило ее в ужас.

— Мне требуется еще несколько фиалов вашего превосходного снадобья, дорогая миссис Принц, — сказал он таким будничным тоном, точно Элеонора варила для него микстуру от кашля, а не смертельные яды и пыточные зелья. — Надеюсь, к концу недели вы управитесь?

— Мой Лорд, — Элеонора закусила губу и изо всех сил заперла в сознании рвущийся наружу страх перед этим монстром, — к концу недели вряд ли получится.

— Почему? — в голосе Волдеморта послышались капризные нотки, точно у избалованного ребенка, не привыкшего к отказам. — А... — он понимающе кивнул, а в его глазах загорелся недобрый огонь, — я совсем забыл, что в Хогвартсе начинаются пасхальные каникулы.

— Совершенно верно, мой Лорд, — ровным тоном ответила Элеонора. «Не смей даже произносить имя Северуса, чудовище!» — повторяла она мысленно, точно мантру.

— И вы хотите провести это время с вашим правнуком, — безжалостно подытожил Волдеморт. — Сколько ему сейчас?

— Пятнадцать, мой Лорд! — еле слышно произнесла Элеонора.

— И как его успехи в зельеварении?

— Весьма посредственны, мой Лорд, — солгала Элеонора, посмотрев страшному гостью прямо в глаза, — к сожалению, мой правнук пошел в своего деда, а тот никогда не обладал никакими талантами.

— Жаль! — холодно бросил Риддл. — К сожалению, профессор Слагхорн — довольно посредственный учитель. Впрочем, уверен, под руководством такого выдающегося зельевара, как вы, мальчик сможет быстро наверстать упущенное и стать вам достойной сменой.

Элеонору охватил такой неописуемый ужас, что пару минут она собиралась с мыслями, не зная, что ответить. Ей казалось, что она сделала все возможное, чтобы Риддл отвратил свое внимание от Северуса. Ради достижения этой цели мальчику даже пришлось изображать бездарность, спрятав подальше свои недюжинные таланты. Элеонора почти не сомневалась в успехе, ведь Риддл пару лет вообще не упоминал о Северусе, точно его и не было. И вот ее план трещал по швам прямо на глазах.

— Вы недовольны моей работой, мой Лорд? — пролепетала она.

— Отнюдь! — улыбнулся своей жутковатой, похожей скорее на оскал, улыбкой, Риддл. — Вы — настоящий мастер своего дела. Однако не стоит сбрасывать со счетов ваш почтенный возраст. И, хотя я не сомневаюсь, что впереди нас еще ждут годы плодотворного сотрудничества, стоит подстраховаться. Мало ли что может произойти. А ваш правнук, которого к тому же вы сами несколько лет назад сделали главой рода, наверняка не откажется от чести вступить в ряды моих сторонников.

— Северус еще слишком мал, чтобы выбирать сторону, мой Лорд, — твердо произнесла Элеонора.

— Согласен, — усмехнулся Волдеморт, — вот и постарайтесь повлиять на юного мистера Принца — надеюсь, он все же откажется от своей маггловской фамилии! — а заодно внушите ему, что я умею щедро вознаграждать тех, кто служит мне верой и правдой.

С этими словами он положил перед помертвевшей от его последних слов Элеонорой туго набитый мешочек.

— Бабушка, вам нехорошо? — услышала Элеонора, точно со стороны, голос Северуса.

— Нет, мой милый, — она взяла правнука под руку, попутно отметив, как он вытянулся. Мальчик постепенно взрослел, и ей следовало сделать все необходимое, чтобы до него не дотянулись загребущие руки Риддла, — я всего лишь переволновалась от встречи с тобой. Вот и все.