В погоне за желанием жить (джен)

Всегда знал, что у Снейпа на меня нюх. Вот уж точно кого я не ожидал встретить в коридоре, так этого его! Хорошо хоть, успел зелье проверить и ингредиенты добавить. Если бы он поймал меня раньше, то… было бы весьма плохо.

Я поднял голову, наткнувшись взглядом на широкую спину профессора. Удивительно, но мужчина шел достаточно медленно, и мне не приходилось за ним бежать.

«Итак, каштаны надо добавить ровно через три часа», — подумал я, снова опуская голову.

Сейчас мне было совсем не важно, что меня накажут. И даже мадам Помфри, которая точно рассердится, меня не волновала. Самое важное — Волдеморт. От него надо избавиться, пока не поздно. А еще скоро Хэллоуин и момент с троллем.

От мрачных мыслей меня отвлек Снейп, который затормозил так резко, что я чуть в него не врезался. Как оказалось, мы дошли до его комнат. Не до кабинета, в котором он отчитывал нас с Роном в начале второго курса. Это были его личные комнаты…

Сразу стало дурно. Я невольно отступил, чувствуя, как сердце начинает бешено колотиться.

«Что все это значит? Снейп бы ни за что не привел обычного ученика к себе», — я пристально посмотрел на лицо профессора, но оно, как обычно, не выражало никаких эмоций.

— Проходите, Поттер, — ровным голосом велел мне Снейп, распахнув дверь.

Выхода нет. Не съест же он меня, в самом деле!

Гостиная, в которой я очутился, была на удивление уютной. Мягкий бежевый ковер, кожаный темно-зеленый диван перед камином. По бокам от него точно такие же кресла. А еще стеклянные письменные столики между диваном и креслами. На них куча книг. Это меня совсем не удивило. У стен шкафы с книгами, справа проход в виде арки, через которую можно разглядеть небольшую кухню. Также я подметил две двери. А, нет. Три. Одна совсем неприметная. Под цвет зеленых стен между шкафами. Ведет, вероятно, в лабораторию.

— Присаживайтесь, Поттер, — голос Снейпа отвлек меня от рассматривания комнаты.

Оказалось, он уже прошел мимо меня и стоит перед камином, направляя на него палочку. Правильно, в подземельях довольно прохладно.

Я поплотнее закутался в мантию, скрывая пижамные штаны, и неуверенно подошел к ближайшему креслу. Чем быстрее мы начнем обсуждать, что стряслось, тем лучше. Мне еще надо успеть к зелью сбегать.

— У меня неприятности, сэр? — осторожно спросил я, опускаясь на самый краешек кресла и складывая ладони на коленях.

Взгляд сразу переместился на них. Смотреть на Снейпа я старался как можно меньше.

— Можно сказать и так, — по голосу я понял, что мужчина усмехается.

Через секунду он сел на диван, совсем рядом со мной. Теперь в поле зрения были его колени и ботинки.

— Поттер, вы в курсе, что Нарцисса Малфой подала документы об опекунстве?

— Да, сэр.

«И это большая головная боль».

— А вы в курсе, что директор с мистером Малфоем сегодня договорились о том, что вы проведете эти выходные у них дома?

Я резко вскинул голову, совсем забыв об осторожности, и с ужасом посмотрел на Снейпа. Он сидел, опираясь на спинку дивана и сложив ногу на ногу. Лицо не выражало никаких эмоций.

— Что? Но… — этот шепот сорвался с губ помимо моей воли, благо я успел во время себя остановить.

«Я увижу их. Всех вместе… Счастливых… Пока еще Волдеморт не вмешался в их судьбу. Пока они еще семья, — опустив голову, я сильно зажмурил глаза.

Нельзя сейчас об этом думать. Если я сделаю все правильно, Лорд никогда не убьет Драко. И Люциус никогда не сойдет с ума.

— Вижу, вам об этом еще не сообщили, — голос Снейпа доносился словно из далека.

Я сжал руки в кулаки, стараясь унять дрожь и звон в ушах. Все будет хорошо.

— Не сообщали, сэр, — выдавил я из себя фразу, чтобы заполнить молчание.

— Я заметил, что вы дружны с Драко Малфоем. Вы должно быть очень рады, что вас заберет его семья, — Снейп продолжал говорить ровным голосом.

Ни насмешек, ни сарказма. Только сейчас до меня дошло, что он вообще ничего не говорит о моем побеге из Больничного Крыла.

— Я не рад, сэр, — ответил я, бросив быстрый взгляд на профессора.

Тот продолжал смотреть на меня немигающим взглядом черных глаз. По спине пробежали мурашки.

— О… И отчего же? — впервые с начала разговора у него появились хоть какие-то эмоции.

Я отчетливо уловил интерес.

— Понимаете… Это не я дружу с Драко, а он прицепился ко мне… — голос прозвучал неуверенно и, как мне показалось, сильно дрожал.

Поверить в то, что Драко сам навязывает свое общение, очень сложно. Особенно Снейпу, который знает его с младенчества.

Но профессор отчего-то не говорил ни слова. Это заставляло нервничать еще сильнее. Я поднял взгляд на его лицо и на жалкий миг встретился с ним глазами. Вздрогнув, я резко опустил голову и сжал руки в кулаки.

— Вот значит как, — наконец-то спокойно произнес профессор, нарушая тишину. — Допустим. Я хотел кое-что вам сообщить. Дело в том, что Малфои не единственные ваши близкие родственники.

«Что?! Раньше ни один из них не изволил взять меня к себе. Они, черт их возьми, не думали обо мне, когда я гнил у Дурслей! И пока я носился по всей Англии в поисках крестражей! Никто из них обо мне и не вспомнил… Что вообще происходит? Кому я сдался?!» — я нервно прикусил губу, поднимая голову и бегая глазами по интерьеру комнаты.

— У меня есть еще родственники, сэр? — неуверенно спросил я, мысленно думая, как бы связаться с Судьбой и Случайностью, чтобы высказать им все, что о них думаю.

Вот почему раньше никто из родственников не объявлялся?! Почему я всегда был один? Всегда один…

— Да, Поттер. Это я.

Было ощущение, что меня ударили по голове чем-то тяжелым. Мой взгляд замер на книжной полке. Я плохо видел, что было написано на корешке книги. Что-то вроде: «Магия защиты». Но меня это сейчас мало волновало. Мозг просто отказывался принимать… это.

— Твой отец и я были троюродными братьями, — нарушил гнетущую тишину профессор.

— Но вы… вы же ненавидели его… — тихо произнес я, прежде чем успел себя остановить. — Вы ненавидели его… Почему же тогда… как?

— Поттер, мы не знали, что были братьями. Я сам узнал об этом совсем недавно, — профессор смотрел прямо на меня.

Кажется, он был готов силой напоить меня успокаивающим, если я сейчас устрою истерику. А мне так хотелось ее устроить.

Почему, профессор? Почему в прошлой жизни вы не попытались меня забрать у Дурслей? Я вам настолько противен? Вы ненавидите меня? А что поменялось сейчас? Вас же заставил директор, правда? Он заставил вас взять меня… Чтобы я не достался Малфоям. А на самом деле вам плевать на сына Джеймса Поттера. И то, что я ваш троюродный племянник, совсем ничего не меняет.

Глаза нещадно щипало. Я больно прикусил внутреннюю сторону щеки. На языке сразу появился вкус крови, но это помогло прийти в себя.

— По этой причине, — Снейп продолжал, как ни в чем не бывало, — через неделю все выходные вы проведете со мной.

— Мне все ясно, сэр. Можно мне вернуться в Больничное Крыло? — я резко встал с кресла, не поднимая головы.

В груди поднялась злость. Злость на себя, на глупые вопросы, на Дамблдора, на Снейпа и на Джеймса.

— Вы не хотите ничего у меня спросить?

— Нет. Просто верните меня в Больничное Крыло, — кажется, я сказал слишком грубо, но профессор это проигнорировал.

Он молча поднялся с дивана, подошел к каминной полке и протянул мне мешочек с Летучим Порохом.

Через пару секунд я оказался перед разгневанной мадам Помфри. Она что-то громко говорила, но я не слушал. Только сейчас до меня дошло, что я сказал профессору Снейпу. Я сказал ему, что он ненавидел моего отца. Но маленький Гарри Поттер, который проучился в Хогвартсе чуть меньше двух месяцев, не мог об этом знать.

* * *

Северус сидел на диване, задумчиво рассматривая вино в бокале. Гарри Поттер исчез в камине около двадцати минут назад, но Снейп до сих пор не мог забыть его потрясенного, испуганного и яростного взгляда. Эти эмоции перемешались в зеленых глазах мальчика, как только он узнал, что Снейп и Джеймс были родственниками. А потом на место этих эмоций пришла боль и горечь. Но их Северус смог разглядеть лишь на лице. Больше мальчишка в глаза профессору не смотрел.

«Почему? Он так не рад, что мы оказались в родстве? Святому Поттеру противна даже мысль об этом?» — губы Северуса изогнулись в презрительной усмешке.

Он одним махом осушил бокал с вином и уставился в камин. Языки пламени весело играли на темном фоне.

Северус понимал, что как бы сильно Поттер ни ненавидел его, ему придется взять над ним опекунство. Просто потому, что Малфоям нельзя доверять. Да, возможно, до возвращения Темного Лорда они будут о нем заботиться, но позже…

«Как же я устал», — Снейп прикрыл глаза, стараясь выкинуть все мысли из головы.

Он уже принял решение. Даже если мальчишка не захочет жить с ним, Дамблдор надавит на Отдел Опеки, чтобы те передали опекунство Северусу.

«И откуда паршивец знает о моей ненависти к его отцу?» — Северус нахмурился, не открывая глаз. — «Я старался не показывать своей ненависти мальчишке. Да и Минерва вряд ли бы рассказала об этом. Тогда как он узнал?»

Ответа на этот вопрос не было. И, кажется, не предвиделось. Если только не спросить у самого Поттера. Правда, он вряд ли что-нибудь расскажет. Мальчишка на удивление скрытен.

— Ничего. В следующие выходные я попытаюсь разузнать все, что он скрывает, — тихо произнес мужчина, вставая с дивана и направляясь в сторону лаборатории.

Сейчас нужно было придумать, как заставить мальчишку говорить.

* * *

— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросила Лайза, как только я сел рядом с ней.

Меня выписали только утром, но моя «удача» меня снова не подвела. Первым уроком была Защита.

— Нормально, — так же тихо ответил я девочке, пытаясь отдышаться.

— Повезло, что сегодня пятница и всего два урока. Не сильно устанешь, — Лайза быстро что-то чертила на пергаменте.

Я невольно скривился. Мало уроков означало, что мы с Драко рано отправимся в дом к Малфоям. Зелье, которое я варил против Лорда, готово. К счастью, вчера я успел добавить каштанов. Да и ночью просидел около него, завершая процесс варки. Сегодня осталось только один раз добавить кровь Росянки, и можно снимать с огня. Надо будет сказать Драко, чтобы он собирался как можно дольше.

От мысли, что мне придется два дня провести в дома Малфоев, живот скрутило судорогой. Было страшно. И тоскливо.

В том доме пытали Гермиону. И умер Добби. Да, домовик умер на берегу океана, но… Но, если бы тогда они не попали в плен, Добби был бы жив.

«Он жив!» — я встряхнул головой, возвращаясь в реальный мир.

Как раз вовремя.

Дверь открылась, и в нее вошел Квиррел, моя персональная головная боль. Причем в прямом смысле.

Как только профессор оказался в комнате, моя голова начала ныть. Как только он приблизился, боль усилилась.

«Неужели во всем виноват крестраж?» — я постарался сделать вид, что со мной все нормально, хотя голова болела так, словно была готова взорваться. — «Если я вернулся в прошлое со своими воспоминаниями, то и крестраж, что внутри меня, тоже… правильно? Но что это мне дает?»

Дальше мыслить я просто не смог. Прижав ладонь ко лбу, прикрыл глаза и сделал вид, что задремал, пока Лайза не пристала с вопросами. Она умная девочка, поэтому уже заметила, что на Защите мне всегда плохо.

Весь урок я просидел в одной позе, стараясь не шевелить головой. Рука и спина затекли так, что я вообще их не чувствовал. Поэтому, как только раздался звон колокола, я резко встал, бросил вещи в рюкзак и вылетел из кабинета. Стоило мне отойти от Волдеморта всего на десять метров, головная боль начала спадать.

— Поттер! Эй, Поттер! — кто-то резко схватил меня за плечо.

Я вздрогнул, скинул руку с плеча и резко обернулся. Позади меня стоял Терри. Кажется, он даже не удивился моей реакции.

— А. Привет.

— Ну, и куда ты побежал? Я же пытался привлечь твое внимание весь урок! — осуждающе произнес Бут, сверля меня карими глазами. Я пожал плечами, поправляя лямку сумки на плече.

— Не важно, — мальчик махнул рукой в сторону теплиц. Сейчас у нас была Травология. — Идем. Драко хотел тебе что-то сказать. Попросил передать, чтобы ты пришел к теплицам пораньше.

— И что ему от меня надо? — с недоумением спросил я, последовав за Терри.

— Не знаю, — пожал плечами Бут, бросив на меня взволнованный взгляд.

Я промолчал. Наверняка Драко хочет поговорить о выходных. Ох, как мне все это не нравится. Будь моя воля, я бы вообще старался не подходить ни к кому из знакомых.

Это слишком больно.

Но сейчас, благодаря дневнику, который я теперь всегда держу в рюкзаке, чтобы никто не смог его найти, я могу разделять «прошлых друзей» от «настоящих незнакомцев». По крайней мере, с Малфоем это пока работает. Я просто попытался нарисовать портрет взрослого Драко в тетради. Получилось криво и неаккуратно, но достаточно похоже на взрослого Драко. Это помогло. Потому что сейчас он всего лишь ребенок.

Стоило выйти на улицу, как холодный осенний ветер сразу забрался под мантию. Мурашки пробежали по спине. Не люблю я осень. И Хэллоуин тоже не люблю. Слава Мерлину, к теплицам мы дошли быстро. Интересно, когда нам уже скажут заниматься в замке?

— Поттер, — Малфой появился неожиданно.

Он вышел из-за угла теплицы, озабоченно оглядываясь по сторонам. За ним стояли Забини и Пакинсон. Крэбба и Гойла почему-то не было. Нотта я успел заметить издалека, когда он быстро прошмыгнул в теплицу. Замерз, наверно. Вон у слизеринцев носы покраснели.

— Что случилось? — сразу спросил я, потирая замерзшие пальцы.

Забини прижимал ладони к ушам и корчил рожи Панси. Девочка демонстративно не обращала на него никакого внимания, рассматривая трещинки на стеклянной поверхности теплицы.

— Сегодня в три часа приезжает отец, чтобы нас забрать, — Драко хотел казаться уверенным, но я видел волнение в его глазах.

Глаза бегали из стороны в сторону, не задерживаясь ни на одном предмете. Что ж… Я тоже волнуюсь, Малфой.

— Хорошо, — я кивнул, согревая пальцы дыханием.

Осень выдалась очень холодной. И почему я не помню, что так было и в прошлый раз? Отмахнувшись от глупых мыслей, я начал подсчитывать время. Уроки у нас закончатся в двенадцать. Я успею сбегать в башню, собрать минимум вещей и сходить к зелью. Ровно в два часа тридцать две минуты его надо помешать и снять с огня. Зелье будет настаиваться еще шесть часов, и потом его можно будет использовать. Думаю, за два дня оно не испортится? Взять его с собой? А смысл? Убежать из поместья в замок я все равно не смогу. Хм. Надо подумать…

Урок пролетел незаметно. Профессор Стебль, как обычно, была улыбчива и добра. Она рассказывала о Дурмане — траве, которая вызывает галлюцинации. И внезапно затронула тему про Дьявольские силки, что мне сразу напомнило Гермиону. И как я мог не услышать эту лекцию? Точнее, эти слова. Дьявольские силки проходят только на третьем курсе. А Профессор Стебль упомянула о них уже сейчас. Странно…

— Так же, как Дурман, Дьявольские силки можно курить. Правда, делать я вам этого не советую, — женщина добродушно хохотнула. — У вас будут разрывы в легких, и ни один колдомедик не сможет вам помочь. И даже способ борьбы с ними почти одинаков. Дурман можно победить огнем, потому что в нем содержится метан, из-за чего растение сгорает сразу, вместе с корнем. Дьявольские силки же боятся света. Растения, которые могут задушить, боятся обычного света! Забавно, правда?

Профессор Стебль рассказывала с воодушевлением и азартом. Сразу видно, что она любит свой предмет. Может, все это обычное совпадение?

После окончания урока я сказал Драко, что приду в холл ровно в три, и ринулся в сторону башни. Нужно быстро собрать вещи и бежать к зелью. Я не хотел, чтобы все мои труды пропали даром.

Когда я бежал по коридорам Хогвартса, я встретился с профессором Снейпом. Точнее, просто пробежал мимо, даже не поздоровавшись. Да, я знаю, что это глупая детская обида, но… Если бы он взял меня к себе сразу, все было бы по-другому. Многие бы не погибли.

«Ага. Как же. Ведь в доме Дурслей я был защищен какой-то там магией крови. Интересно, с чего директор забрал меня оттуда сейчас?» — я усмехнулся сам себе и ворвался в свою комнату. —«Не хочу об этом думать. Не хо-чу».

Майкла еще не было, что было мне на руку. Не будет задавать лишних вопросов и читать нотации.

Выложив все вещи на стол, я запихал в рюкзак пижаму, пару брюк, маггловкую одежду, мантию и две рубашки. Все. Этого достаточно. А теперь пора бежать к зелью.

На восьмом этаже мне пришлось ждать еще двадцать минут, пока все студенты не исчезнут. Это заставило меня переволноваться. Да, времени было еще много, но вдруг я сделал что-то не то и зелье взорвется? Будет неприятно.

К моему счастью, зелье приобрело красный оттенок, точно такой же, какой был у Гермионы. Это, конечно, не значит, что зелье сварено правильно, но я все же буду надеяться.

Опустившись на диван в Выручай-Комнате, я облегченно вздохнул, бросив рюкзак рядом. Хорошо… Тут мне хорошо. Безопасно. В этой комнате, пропитанной запахом пыли, полыни и каштана, я чувствовал, что мне ничего не грозит. Сам не знаю, почему. Вроде бы все мне не знакомо. Мягкий потертый диван цвета шоколада, паутина трещин на потолке, стеллажи с книгами, к которым я даже не прикасался, старый массивный стол, на котором стоит мой котел и разбросаны ингредиенты… Надо бы убрать, кстати. Но позже. Сейчас я собираю все свои моральные силы на следующие два дня. Это будет сложно.

Я посмотрел на свои руки. Они мелко дрожали. Ногти были обгрызены под корень. На большом пальце можно было увидеть небольшую ранку, которую я получил на Травологии. А еще на левой руке, пусть и не четко, можно было разглядеть рубцы: «Я не должен лгать».

Вздрогнув, я подскочил, испуганно глядя на бледнеющий шрам.

— Снова…

Стягивая с себя мантию и рубашку, я бросился к появившемуся на стене зеркалу. В нем отразились мои тощие плечи, с торчащими ключицами. Шрам от Секо был на месте. Но Помфри его не заметила? Или просто не успела проверить?

На высшие проклятия, такие, как Секо, всегда нужны особые диагностические чары. Вряд ли она бы накладывала их на меня… А переодевали меня в пижаму наверняка с помощью магии. И это вообще были домовики.

— Что же происходит? — я растерянно уставился в зеркало.

Оно мне не ответило.

* * *

Люциус Малфой начинал раздражаться. Поттер опаздывал уже на пять минут.

— Может, мне сбегать за ним, отец? — неуверенно предложил Драко, смотря на Люциуса встревоженным взглядом.

— Стой. Малфои не бегают за другими, словно домовики, — мужчина презрительно скривил губы.

В этот момент из-за угла выбежала невысокая фигурка, в которой Малфой сразу опознал Поттера. На плечах мальчика был небольшой черный портфель с небольшим белым бантиком на лямке. Кажется, в Косом Переулке он тоже ходил с этим рюкзаком.

«Ага. Значит, магически расширенное пространство. Недурно», — Люциус оценивающе оглядел Поттера с головы до ног.

Он был тощ, невысок, с лихорадочным блеском в глазах. Только щеки бледнее снега.

— Добрый день, мистер Малфой, — вежливо и как-то отстраненно поздоровался Поттер, глядя Малфою куда-то в ухо.

— Добрый день, мистер Поттер. Надеюсь, вы объясните причину своего опоздания? — вежливо улыбнулся мужчина, стараясь выглядеть как можно мягче.

— Меня задержали, сэр. Простите, — голос мальчишки не выражал абсолютно никаких эмоций.

И смотрел он по-прежнему в область левого уха. Это начинало раздражать. И интриговать одновременно.

— Что ж, мистер Поттер. Эти выходные вы проведете в поместье Малфоев. Будем рады познакомиться с вами поближе.

Люциус улыбнулся шире, из-за чего лицо Гарри Поттера стало еще бледнее.