Воровство, Разврат и Луна Лавгуд! (джен)

— А-а-а-а, кобры! — заорал Снейп. — Снимите их с меня, уберите их!

— Похоже, реакция есть… Хорошая работа, целительница Браун.

— Благодарю вас, целитель Смит, — с гордостью ответила девушка.

— И где только вы почерпнули эту идею? — поинтересовался он. — После того, как увидели неэффективность лечения осами, огненными муравьями, тараканами и пиявками?

— Я рассудила, что раз беспозвоночные не помогают, почему бы не попробовать позвоночных?

— Что ж, отличная работа, — одобрительно произнёс Смит. — Думаю, это может стать основой для вашей первой статьи в журнале «Шприц».

— Вы и вправду так думаете?

— Возможно… А что ещё вы планировали прописать?

— Планировала давать ему побольше каломели, — начала коллега. — А затем электрошок, двадцать галлонов йогурта, чередование ледяного и обжигающего душа, и в завершение — курс зелий.

— Снова планируете держать его под кайфом «по самые гланды»?

— Полагаю, чередование мощных стимулов и медикаментозного ступора может пойти ему на пользу.

— В таком случае…

— Да, целитель?

— Мы могли бы попробовать чередовать чары Контректо с камерой сенсорной депривации.

— Разве это не те чары, которые обостряют чувства?

— Именно. Его чувства будут усиливаться в стократ, а затем пропадать до полного нуля, и так по кругу. В любом случае, будет интересно сравнить это с вашими исследованиями.

* * *

— Ну вот, — выдала Луна с удовлетворённой улыбкой. — С этим покончено — все твои книги каталогизированы и расставлены по полкам.

— Да! — триумфально воскликнула Гермиона.

— М-м-мф, — Луна прикрыла глаза от удовольствия. — М-м-м-м.

Пару минут спустя Гарри крайне удивился, увидев выходящих из библиотеки изрядно смущённую Гермиону и выглядевшую мечтательней обычного Луну.

— Это просто… минутный порыв, — протестовала Гермиона. — Этого больше не повторится.

— М-м-м, ты что-то сказала?

— Опять перевозбудилась из-за каталога? — мягко поинтересовался Гарри.

— Заткнись, Гарри!

— Просто м-м-мф.

— Луна, что ты делаешь? — прорычала Гермиона.

— Просто сравниваю, — ответила Луна.

— Сравниваешь «м-м-мф»?

— Я хотела узнать, будет ли с мальчиком как-то иначе, — объяснила Луна. — Так и есть.

— Так это был твой первый поцелуй?

— Ага, — согласилась Луна. — А потом второй и третий. Сегодня прямо день «первых разов»: первый поцелуй, первый поцелуй с девочкой, первый поцелуй с мальчиком. Это так захватывающе! Интересно, какие ещё «первые разы» ждут меня дальше?

— На сегодня твои «первые разы» закончились!

— Неужели больше ни одного?

— Нет.

— Ну во-о-от.

* * *

— Я бы хотел начать эти дебаты, подчеркнув, насколько сильно уважаю своего оппонента, — начал Фред. — Мы не всегда сходимся во взглядах по ключевым вопросам, но ничто из увиденного мной не умаляет того уважения, которое я испытываю к… э-э… к нему, полагаю.

— Благодарю вас, кандидат Уизли, — начал Фадж. — Я…

— Вообще-то я говорил о Щупальцевом Монстре, — перебил его Фред.

Щям просигналил о своей признательности и протянул щупальце, чтобы пожать ру… тента… э-э… конечность.

— А к вам я не испытываю ничего, кроме презрения, — бросил Фред Фаджу. — Ничего личного, просто никогда не любил коррумпированных квислингов.

Щям выразил своё согласие, и дебаты начались всерьёз.

* * *

Тёмный волшебник Джереми и его последователи ворвались в дом через два часа после того, как там погас свет, сразу же оглушив жильцов. И это уже не первый дом, который они посетили той ночью, но явно не последний.

— Свяжите их и посадите на диван в гостиной, — приказал Рон.

— Слушаюсь, господин, — вытянулась Гретхен. А выполнив приказ, вернулась и доложила хозяину.

— Приведите их в чувство.

— Кто вы такие? — в ужасе спросил отец семейства.

— Я — Тёмный волшебник Джереми, — представился Рон.

— Нет! — в ужасе ахнул пленник.

— Вы пошли против моей воли, и за это… поплатитесь, — пообещал Рон, заставляя связанного смотреть ему прямо в глаза.

— Нет, прошу вас… Я сделаю что угодно, только не убивайте мою семью!

— О, мы не собираемся вас убивать. Мы собираемся… ТАНЦЕВАТЬ!

Комнату заполнили громкие басы, и Рон уселся на диван между съежившейся парой. Одна из девушек принялась трансфигурировать высокие латунные шесты, и в комнату, приплясывая, вошла шеренга девиц, одетых в самые разные наряды: мантии целителей, школьную форму Хогвартса и форму мракоборцев.

— Да-а-а! — подбодрил их Рон. — Потрясите их!

Ошеломлённые и сбитые с толку хозяева дома в шоке наблюдали, как одна из девушек отделилась от группы, чтобы исполнить для Тёмного волшебника персональный и крайне профессиональный лэп-дэнс.

— Я порадовала вас, господин? — спросила танцовщица, целуя его в щеку.

— Весьма, — с улыбкой ответил Рон. — А теперь — на кухонный стол!

Краем глаза супруги видели, как Темный волшебник Джереми раз за разом «освящал» их стол, плиту и столешницу. А когда одна из Тёмных кроликов уставала, тут же менялась местами с подругой, и действо продолжалось, казалось, целую вечность.

Тем временем ритм сменился, девушки выстроились в шеренгу и, проходя мимо хозяев, направились к выходу. Замыкал шествие Тёмный волшебник Джереми с тростью сутенёра и в цилиндре, размахивая руками, словно дирижируя джазовым оркестром.

Пара насладилась коротким мигом передышки, прежде чем Тёмный волшебник Джереми снова не заглянул внутрь:

— И не заставляйте нас возвращаться!

И оставил своих жертв в полнейшем замешательстве с единственной мыслью: «Что это, чёрт возьми, БЫЛО?»

— Дорогая… — начал мужчина.

— Да, милый?

— Думаю, я отзову свои возражения против участия в выборах Тёмного лорда.

— Хорошая идея… Кажется, мои убеждения начинают слабеть.

— Мои тоже.

* * *

— Доброе утро, Гермиона.

— Доброе утро, Луна, — зевнула Гермиона. — Классный прикид, — на Луне была юбка в клетку и белая блузка на пуговицах. — А когда это ты начала носить очки?

— Тебе не кажется, что я похожа на библиотекаря?

— Немного, — согласилась Гермиона. — Так что насчёт очков?

— На них пара чар, которые помогают каталогизировать книги, — объяснила Луна.

— Как думаешь, сможешь достать мне такие же?

— Конечно.

— Спасибо, — улыбнулась Гермиона.

— Можно задать тебе вопрос?

— Конечно.

— Когда ты планировала поработить меня в вашем похотливом секс-треугольнике?

Луна подползала по кровати, пока они с Гермионой не оказались нос к носу.

— Что?!

— Ну… в журнале «Юная ведьма» пишут, что ты поработила Гарри и меня для участия в извращённом секс-треугольнике. Вот мне и стало интересно, когда ты приступишь к…

— Это когда они написали такое? — потребовала Гермиона.

— В следующем номере. — Луна коснулась щеки подруги. — Пожалуйста, будь нежной — у меня это в первый раз.

— А откуда ты знаешь, что будет в следующем номере?

— А ты знаешь, как работает типография в магическом мире? — спросила Луна хриплым голосом.

— Нет.

— Для периодических изданий существуют только две типографии, — пустилась в объяснения Луна. — Одна у «Пророка», вторая у «Придиры». Папа зарабатывает в основном тем, что печатает несколько мастер-копий для остальных издателей, а те потом при помощи дублирующих чар размножают тираж для газетных киосков.

— Так что… отодвинься немного, Луна.

— О-о-о… Доброе утро, Гарри!

— Утречка, Луна, — простонал тот.

— Давно проснулся? — полюбопытствовала Гермиона.

— Довольно давно… Я буду в ванной.

— И что ты там будешь делать? — поинтересовалась Луна.

— Душ принимать, — быстро ответил Гарри.

— Как я и говорила, значит, твой отец не зарабатывает на жизнь изданием «Придиры»?

— Мало кто заинтересован в познании истины, — пояснила Луна. — На самом деле, на «Придире» папа почти ничего не зарабатывает. И говорит, что занимается журналом, по большей части, ради общественного блага.

— Ага… Так что там «Юная ведьма» написала обо мне?

— Я принесла тебе экземпляр, — Луна мечтательно улыбнулась. — Вот.

— «Грязная магглорождённая девка соблазняет Гарри Поттера и чистокровную Луну Лавгуд в извращённом треугольнике сексуального рабства»?! — прорычала Гермиона. — Когда это появится в продаже?

— Завтра, — ответила Луна. — А что?

— Потому что у меня такое чувство, будто этот номер никогда не увидит свет, — ответила Гермиона с угрожающим смешком.

— Не хочу с тобой спорить, но они просто заставят папу напечатать новую мастер-копию.

— А ты можешь уговорить отца отказаться?

— Возможно, — согласилась Луна, выглядя при этом очень неуютно.

— Что такое?

— Если папа так поступит, он потеряет заказчика, — пояснила Луна. — И есть серьёзный шанс, что потеряет и остальные заказы.

— Значит, мы ничего не можем поделать?

— Папа с удовольствием напечатает ещё несколько мастер-копий! — радостно заявила Луна. — С небольшими изменениями, разумеется.

— Разумеется.

— Тогда если бы кто-то заменил копии, которые уже лежат в офисе «Юной ведьмы»…

— Спасибо, Луна, — ухмыльнулась Гермиона. — А теперь почему бы нам не поработать над статьёй?

— И о чём будем писать?

— Как насчёт прошлого Волдеморта? — предложила Гермиона. — Его настоящее имя, происхождение, все в таком роде?

— Идёт.

* * *

А в другом месте одна из жертв события, которое позже назовут «Ночью кроличьего террора», только что получила ответ на свой рассказ о том, как с ней обошлись последователи Тёмного волшебника.

Дорогая редакция «Ежедневного пророка»,

Никогда не думал, что это случится со мной, но вчера вечером меня навестили трое последователей Тёмного Лорда Джереми…

…и они задали мне такую трёпку, которую я никогда не забуду. А потом забрали всю мою одежду и привязали меня к входной двери! Что ж, все могли отчётливо видеть моё затруднительное положение…

Искренне ваш,

Кай Кейн Чанг

Ещё раз пробежав глазами отправленное письмо, он с нетерпением принялся читать ответ.

Уважаемый мистер Чанг,

Перестаньте нам писать. Если вам так приспичило продолжать эти истории, советуем вам отправить их в журнал «Шаловливая ведьма». Нам говорили, что за подобные вещи там готовы платить.

Редакция

Отец Чжоу снова перечитал письмо.

— Но ведь каждое слово — правда, — сказал он сам себе. — С другой стороны, здесь написано, что в «Шаловливой ведьме» за такое платят…

Дорогая «Шаловливая ведьма»,

Никогда не думал, что это случится со мной…

* * *

— Ну вот, я закончила, — заявила Гермиона с довольной улыбкой. — Взгляни.

— Хм-м. — Луна покачала головой. — Мы не сможем это опубликовать.

— Почему нет? Это же чистая правда.

— Может, это и правда, но ты написала так, будто сдаёшь школьное эссе, — пояснила дочь журналиста. — Дай мне пару минут, и я всё перепишу.

— Я… ладно, спасибо.

Взяв перо, Луна потратила несколько минут, переписывая статью Гермионы.

— Вот, готово.

— Луна? А это ещё что за абзац про Плаксу Миртл и косметические чары?

— Мы должны обращаться к нашей аудитории.

— И кто же наша аудитория?

— Юные ведьмы, полные сомнений в своей внешности и в том, как их воспринимают сверстники. Поэтому косметические чары и модные советы крайне для них важны. А Миртл, бедная душа — это живое воплощение того, кем они боятся стать.

— Понимаю. Поэтому ты превратила этот абзац в небольшую заметку на побочную тему?

— Аудитория, Гермиона. Девушкам не так интересно, кого и когда он убил. Им интересно, каким красавчиком он был в школе и как тёмные ритуалы и перерождение превратили его в урода, который настолько страшен, что даже Амбридж с ним не пойдёт на свидание. И заметь: основную часть информации я сохранила — просто немного сократила.

— Но я так долго над этим работала…

— Твой текст никуда не делся, — Луна подняла свиток. — Поэтому сможешь использовать его, когда будешь писать свою книгу «Полная и настоящая история Тёмного лорда».

— Книгу? Я?!

— Да, ты.

— Ох, Луна! — радостно воскликнула Гермиона, крепко обнимая подругу.

— М-м-мф.

Гарри застал странную сцену: Гермиона только что отпустила Луну и блаженно бормотала что-то себе под нос.

— Луна?

— Да, Гарри?

— Почему Гермиона бормочет что-то про книгу?

— Так она же постоянно бормочет про ту или иную книгу.

— Но обычно не так.

— Уверена — рано или поздно она придёт в себя. А пока…

— Нет, — внезапно твёрдо заявила Гермиона. Оказывается, к великому разочарованию Луны, она не настолько ушла в себя.

— Ну во-о-от.