Воровство, Разврат и Луна Лавгуд! (джен)

— Луна, что ты делаешь?

— Несу лёд для Гарри.

— У него голова болит или жар? — обеспокоенно вскинулась Гермиона.

— Не знаю, — пожала плечами Луна. — Он просто попросил принести.

— А... ну, мой суп готов.

— Я прослежу, чтобы он съел тарелочку, — пообещала Луна.

— И смотри, чтобы не было обезвоживания, — добавила Гермиона. — Ладно... вернусь, как только смогу.

— Хорошо.

Бросив последний взгляд на Гарри через открытую дверь спальни, Гермиона вышла из квартиры.

— О... привет, Тонкс.

— Как Гарри?

— Болеет, — вздохнула Гермиона. — А ещё упрямится. Пришлось умолять его остаться в постели, а то этот балбес считает, что он в полном порядке.

— Что планируешь сделать с Шеклболтом?

— Не понимаю, о чём ты, — изобразила чопорность Гермиона.

— Нельзя спускать ему с рук такое обращение с Гарри, — пояснила Тонкс. — А Гарри слишком мягок, чтобы мстить самому.

— Что ты задумала?

— Ну...

IIIIIIIIII

— Червеуст!

— Червехвост, — пробормотал крысолицый человечек, когда бывший Тёмный Лорд вошёл в комнату.

— Когда в последний раз мы... Что ты делаешь?

— Разгадываю магическое судоку.

— И что это такое?

— Нужно расставить по одной руне в каждой строке, в каждом столбце и в каждом из этих квадратов три на три.

— А обведённые клетки?

— Если эти руны ставить вот сюда, обычно получается что-нибудь забавное.

— Прекрати тратить время! Я спрашивал, когда мы в последний раз пытались убить Тёмного Лорда Джереми.

Петтигрю закрыл газету, сделал вид, что полностью сосредоточился на своём господине, и только тогда ответил:

— Думаю, прошло уже несколько недель.

— Дай сюда! — Волдеморт выхватил газету и пробежал глазами первую полосу. — Великолепно! Отправь группу Пожирателей смерти к логову Тёмного Лорда Джереми в эту пятницу, около шести. Пусть спрячутся, дождутся возвращения Джереми и убьют его!

— Возвращения откуда?

— Круцио! Никогда не смей подвергать мои слова сомнению, Червеуст!

— Червехвост, — пробормотал Петтигрю, когда Волдеморт покинул комнату. Взглянув на газету, он в свою очередь прочёл заголовки:

«Тёмные Крольчихи проболтались о времени и месте следующей Тёмной Вечеринки». Далее в статье говорилось, что вечеринки Тёмного Лорда Джереми стали невероятно популярны среди юных ведьм и волшебников.

IIIIIIIIII

— Эй, здоровяк! — позвал Кингсли с наигранно-капризным видом. — Не хочешь повеселиться?

— Э-э... — мужчина уставился на аврора, одетого в топик на бретельках и мини-юбку, и приложил титанические усилия, чтобы его не стошнило. — Нет.

— Почему же? Разве я не милашка?

— Я... э-э... кажется, я слышу мамины шаги.

— Жаль, — бросил Шак вслед убегающему. — Я бы перевернул твой мир.

— Эм... привет, Шак.

— Аврор Роуз.

— Операция по отлову проституток?

— Просто пытаюсь подзаработать на стороне, — пояснил Кингсли. — И даже не думай — это мой угол, стерва.

— Ты меня шлюхой сейчас назвал?

— Если туфелька впору⁽¹⁾... — задрав нос, выдал Шеклболт. — Я видел ту фотосессию для «Шаловливой Ведьмы», грязная ты распутница.

— Кто-то сфотографировал меня в душе! — запротестовала Роуз.

— Неважно... шлёндра.

IIIIIIIIII

— Вот ублюдок! — прорычала целительница Браун. — Санитар!

— Да, мэм?

— Поставьте этому человеку клизму. И ещё одну. И ещё. До тех пор, пока он не разучится называть леди подобными словами.

— Сию минуту, целительница, — кивнул санитар. — Йогурт заливаем?

— Острый соус, — после недолгих раздумий решила целительница Браун. — «Безумный соус капитана Джека», если найдёте.

— Будет сделано.

IIIIIIIIII

— Хм... босс, есть минутка?

— Заходи, аврор Тонкс, — разрешила Амелия. — Моя дверь всегда открыта.

— Спасибо, босс.

— Ну?

— М-м... помните, я рассказывала вам об особенной ночи Гермионы, которую прервали?

— И что?

— Когда Гарри вернулся домой, она попробовала ещё раз. Состоялся очень романтичный ужин, потом она отвела его в спальню и попросила подождать, пока переоденется в ванной.

— Продолжай.

— Она вышла, а он уже уснул, — поморщилась Тонкс. — И теперь она ужасно расстроена.

— И винит в этом аврора Шеклболта, — констатировала Амелия. — Понимаю.

— Есть ещё кое-что, босс.

— Уверена, что хочу это знать?

— Гарри слёг с простудой. И Гермиона боится оставлять его одного — даже меня попросила позже за ним присмотреть.

— А что думает об этом сам мистер Поттер?

— Насколько мне известно, он не считает это чем-то серьёзным, и им с Луной вдвоём едва удалось уговорить его остаться в постели.

— Бедняга — у него целых две девушки, которые ухаживают за ним, не покладая рук.

— Ага, — с улыбкой согласилась Тонкс. — Но факт остаётся фактом: в этой простуде Гермиона тоже винит Шака.

IIIIIIIIII

У аврора Кингсли Шеклболта выдался неудачный день. Всё началось с того, что его разбудила струйка загадочной жидкости, упавшая ему на лоб. И он с большим неудовольствием обнаружил, что её источником являлся задравший лапу пёс, а за ним наблюдала хихикавшая лиса. После нескольких безуспешных попыток убрать парящую над ним Тёмную метку он наконец-то сдался и отправился в офис, где его встретила разгневанная Амелия Боунс.

— В мой кабинет, НЕМЕДЛЕННО!

— Да, босс, — обречённо вздохнул он.

— Садитесь, аврор Шеклболт, — устало предложила мадам Боунс. — Может быть, объясните, почему сегодня ранее вас видели в Лютном в мини-юбке и топике на бретельках?

— Нет, мадам Боунс, не могу.

— Тогда, может, просветите меня, почему несколько волшебников подали на вас жалобы за то, что вы предлагали им определённые... услуги за деньги?

— Боюсь, на это у меня тоже нет ответа.

— Хотите подскажу?

— Да, мадам Боунс.

— Вас видели за этим занятием, потому что аврор Тонкс задолжала миссис Поттер несколько услуг, — пояснила Амелия. — Не говоря уж о том, что аврор Тонкс очень привязана к мистеру Поттеру. Мне сказали, что она и её мать — его самые близкие родственники.

— Босс, я не знал, что он находился там всё время, — запротестовал Кингсли.

— Как руководитель группы, ты обязаны об этом знать, — холодно припечатала Амелия. — Чёрт возьми, Шак, он ведь ещё даже школу не закончил!

— И ребята говорят — он ни разу не пожаловался, — быстро добавил Кингсли. — Предложите ему место в академии, и он заткнёт за пояс самого Грюма.

— Как бы то ни было, всё-таки советую тебе извиниться перед мистером Поттером.

— Разумеется.

— И полагаю, в твоих же интересах убедиться, что миссис Поттер услышит и примет это извинение, иначе я могу оказаться в ситуации, когда буду вынуждена арестовать одного из моих старших авроров за проституцию... так что позаботься об этом прежде, чем журналисты начнут шутить про «мадам» в мой адрес.

— Босс, я всё улажу.

— И ещё кое-что.

— Да?

— Ты знаешь, что у тебя на лбу написано «идиот»?

— Нет.

— Будь добр — избавься от этого, а то подобное с моей точки зрения не соответствует профессиональному облику авроров.

IIIIIIIIII

Гермиона вернулась в свою квартиру со счастливой улыбкой на лице. Это научит того ублюдка не связываться с её Гарри. Открыв дверь, она замерла.

— Проклятые чары, — с отвращением выдохнула Гермиона. — Да что же... она же обещала... им лучше не... — быстро скинув с себя одежду, она бурей ворвалась в спальню.

— Гермиона, — поприветствовал её Гарри. И, потянувшись вниз, поправил пакет со льдом на своём паху.

— Гермиона, а почему ты без одежды? — полюбопытствовала Луна. — Наконец-то пришло время для груп...

— Нет! — отрезала Гермиона. — Я без одежды, потому что кое-кто забыл убрать один из защитных барьеров.

— Это ты мне не даёшь ничего сделать, — невозмутимо заметил Гарри.

— Это ты сидишь здесь с голой Луной, — парировала Гермиона.

— Это ты меня раздела и позволила ей обтирать меня губкой, пока я спал.

— Это ты... да чтоб тебя!

— Я выиграл, — самодовольно заявил Гарри.

— Так теперь мы можем устроить груп...

— Нет, Луна, — резко оборвала её Гермиона. — И надень что-нибудь.

— Ладно, — блондинка пару раз шмыгнула носом.

— Прости, что накричала, — вздохнула Гермиона.

— Можно мне обнимашек?

— Конечно, — согласилась Гермиона.

И теперь Гарри с широко раскрытыми глазами наблюдал, как две обнажённые девушки заключили друг друга в объятия.

— Гермиона?

— Да?

— Я еще хочу поцелуй, — промурлыкала Луна.

— Я... м-м-мф.

На лице Гарри расцвела дурацкая улыбка, пока лёд стремительно превращался в пар. Жизнь прекрасна и становилась всё лучше.

1) Фраза "If the shoe fits" (дословно — «Если обувь подходит») является частью английского идиоматического выражения "If the shoe fits, wear it" («Если обувь подходит, носи её»). Эта поговорка означает, что если сказанное или сделанное кем-то относится к вам и является правдой, то следует принять это, даже если это неприятно или неудобно. — Прим. пер.

Вернуться к тексту