Воровство, Разврат и Луна Лавгуд! (джен)

Подборка сцен, которые по той или иной причине не попали в историю.

Первые несколько — мои...

— Да, Гермиона, — согласилась Луна. Потом ухватила Гарри за затылок и притянула лицом к своей пышной груди. — Если он не видит, то не может колдовать.

IIIIIIIIII

— Луна, может, и двоежёнка, но...

— Но что?

— Не знаю, — призналась Гермиона. — Я потеряла ход мысли.

IIIIIIIIII

— Пойдём, Гарри! — прорычала Гермиона. — Мы уходим.

— Миссис Поттер, я...

— Не потрудились провести даже самого простого исследования, прежде чем осуждать Гарри, — отрезала Гермиона. Потом наклонилась и что-то прошептала ему на ухо. — Пожалуйста, Гарри, — добавила она.

— Похоже, мы можем опоздать на поезд, — вздохнул тот. — Но постараемся вернуться сюда вскоре после.

— Хорошо, мистер Поттер, — согласилась Минерва. — Тогда хорошо проведите время.

— И что это было? — поинтересовался Дамблдор, когда пара покинула кабинет.

— У Гермионы есть план, как предотвратить безвременную кончину мистера Поттера. И если я не ошибаюсь, Гарри только что согласился провести с ней немного времени вместо того, чтобы ехать на поезде.

Сцена от wraithsgt15...

— А-а-а, кто-нибудь, спасите меня! — закричала Девица-В-Беде № 642 (или № 647?), убегая от Пожирателей смерти. Внезапно из-за тёмного угла (погони ведь всегда происходят у тёмных переулков или углов, верно?) вылетела какая-то масса, и нечто, похожее на щупальца, схватило Пожирателей и немедленно использовало их для импровизированной игры в «четыре квадрата». Увы, Пожиратели смерти оказались не очень хорошими мячами для этой игры, хотя подпрыгивали на удивление высоко, доказывая, что при достаточной силе и твёрдой поверхности, от которой можно отскочить, подбросить можно почти всё что угодно. Когда «мячи» перестали двигаться, тёмная масса начала удаляться и остановилась лишь тогда, когда крик «Подождите!» достиг её ушей (?). «Кто вы?» — спросила теперь уже спасённая ДВБ. Царапающий звук, неотличимый от мела по классной доске, послужил ей ответом, и из тени появилась маленькая грифельная доска с искусно выведенными словами «Некоторые зовут меня Щям?», написанными слегка флуоресцентным мелом. «Спасибо, что спасли меня, Щям. Из любопытства, а что вы такое?» — спросила СДВБ (Спасённая-Девица-В-Беде). Доска исчезла обратно в тени и снова послышалось царапанье; когда звук стих, доска появилась вновь со словами: «Я... Сложный. И давай на этом остановимся».

Сцена от D.J. Thorens (да, именно отсюда я взял эту идею)...

— Динь-дон, ведьма сдохла!

— Какая ведьма? Которая старая ведьма?

— Волдиведьма!

— Гарри, что ты опять натворил? Как твоя семейная магия вообще могла в одиночку победить Волдеморта?

— Да ничего особенного — я просто поставил защитные барьеры вокруг его логова.

— Поставил барьеры... — поперхнулся Рон. — Но как...

— Мы все знали, что он прячется в том доме в Литтл-Хэнглтоне. И не могли туда войти благодаря его собственным барьерам. На самом деле, вышло довольно легко их модифицировать и поставить второй слой поверх первого. Это что-то вроде двустороннего Фиделиуса, по сути... Кстати, ты знал, что Фиделиус изначально разработали, чтобы ограбления проходили без помех? Ставишь его вокруг места, которое хочешь разграбить, и — вуаля, никаких разъярённых хозяев, которые могли бы тебе помешать.

— Нет, я не знал. Но что насчёт Вол... Сам-Знаешь-Кого?

— Ах да! Фиделиус защищает место, заставляет людей забывать о нём, если им не рассказал Хранитель Тайны, и всё такое. А теперь выверни наизнанку — и внезапно получаешь чары, которые удерживают людей внутри, пока им не сообщат, что внешний мир существует. Объедини эти два — и... ни один Пожиратель смерти не войдёт, ни один Волдеморт не выйдет. Правда, всё немного сложнее: нужно защитить от домовых эльфов, порталов и прочего. Но теперь у нас есть один упакованный Тёмный Лорд.

И не забывай: «от руки другого» вовсе не обязательно означает финальную битву. Отравление ничуть не менее эффективно и не оставляет разбрызганных мозгов и уродливых подпалин по всей округе. :)

Несколько сцен от moshehim...

Долорес Амбридж провела не лучший день. Вообще-то ночь накануне у неё выдалась удачная: она отправилась на Косую аллею нанять адвоката для Корнелиуса и прибыла как раз в тот момент, когда их обоих затянуло в одну из дьявольских развратных вечеринок, которые так любит устраивать Стрёмный Лорд Джереми. Она с тоской вспоминала те славные деньки, когда тёмные лорды были тёмными лордами: убийства, пытки, боль — это то, от чего замирает сердце. По крайней мере, она всё же поучаствовала в пытках и боли со своим другом-адвокатом и даже нашла новое применение кровавому перу.

Однако чего никак не ожидала, так это того, что её увидят — и не кто-нибудь, а репортёры светской хроники «Ежедневного пророка». И вот теперь её вызвали в кабинет министра — того самого министра, который её отодвинул на задворки, который избегал её, который когда-то ускользнул из её хватки, которого она не смогла пытать, как ей того страстно хотелось, и сбежал. Её вызвали, чтобы она объяснила своё распутное поведение, и это не сулило ничего хорошего её карьерным перспективам.

IIIIIIIIII

— Сердечные жилы дракона можно достать у перекупщиков, но это довольно дорого. Я работаю напрямую с заготовителями — теми, кто разделывает мёртвых драконов на ингредиенты, — вещал жутковатого вида старик. — Перья феникса — большая редкость. Фениксы очень редки и сами должны согласиться отдать вам перо из своего хвоста. Иначе можете дёргать сколько угодно — оно не поддастся. Так что за это можете не переживать — в том редком случае, когда феникс соизволяет подарить мне перо, я добываю его сам. А вот волос единорога — та ещё проблема. Видите ли, он продаётся дальше по улице по десять галлеонов за волос. Но поскольку я продаю палочку всего за семь галеонов, а в каждой палочке — несколько волос, то не могу позволить себе покупать их на рынке. Боюсь, мне приходится добывать их самому, и я бы хотел, чтобы вы мне в этом помогли.

«Волос единорога продаётся по десять галеонов за штуку? — удивился Драко. — Если смогу раздобыть хоть немного, и если старик покажет, где их берёт, я мог бы разбогатеть в два счёта!» — Погодите-ка! — воскликнул он, вдруг кое-что вспомнив. И, не обращая внимания на странный взгляд Олливандера — старик как раз разглагольствовал, — Драко вернулся мыслями к первому курсу, когда ходил в Запретный лес на территории Хогвартса искать единорогов. «В лесу водятся единороги!»

В своём возбуждении он пропустил мимо ушей слова Олливандера: «...и поскольку вы молоды и всё ещё девственник, вы могли бы...», а также «...только молодых — взрослые не слишком жалуют мужчин...» и даже «...подходить с огромной осторожностью...».

Однако он уловил конец наставлений старика: «...и никакой магии при сборе волос. Никаких призывающих чар, никаких режущих проклятий — всё должно делаться руками, без применения магии, иначе волос теряет свои свойства».

IIIIIIIIII

— Итак, — начал старший целитель. — Вот что вы сделаете: дадите Снейпу две фотографии. Одна — Гарри Поттера, другая — какой-нибудь женщины. Затем, всякий раз, когда он посмотрит на фотографию Поттера, вы бьёте его разрядом — в подмышку, в пах... импровизируйте, проявляйте изобретательность. А всякий раз, когда он посмотрит на фотографию женщины, используете лёгкие — возможно, с нарастающей силой и интенсивностью — чары удовольствия. Так он в конце концов перестанет фантазировать о Поттере и начнёт фантазировать о женщинах.

— А как мне применить чары удовольствия? — пожаловался один из санитаров. — Я и старую каргу-то свою удовлетворить едва могу!

— Я тебе что, по-твоему, справочное бюро?! — взревел целитель. — Просто... просто пойди и попроси у кого-нибудь из последователей Тёмного Лорда Джереми одно из их заклинаний. Почему я должен всё делать сам?

— Не волнуйтесь, Пол, — вмешалась целительница Браун. — У меня есть подруга из Хогвартса, которая работает аврором под прикрытием в организации Тёмных Кроликов. Я могу связаться с ней по каминной сети и попросить о помощи. Хорошо?

— Спасибо, мисс, — поблагодарил санитар.

— Это просто гениально, сэр. Как вы до этого додумались? — спросила Люси у целителя Джеймисона.

— Ну, вообще-то я это видел в одном маггловском фильме. Кажется, что-то про «заварной апельсин». Там был какой-то сумасшедший извращенец, и они решили вылечить его и остановить его извращения. И чтобы выбить из него всю дурь, использовали какую-то музыку. Тогда мне это не показалось особенно осмысленным, но с тех пор я читал о поведенческом обуславливании — что-то там про Павлова, собак, голубей, крыс и даже людей. Так что, если это работает у магглов, почему бы не сработало и на Сопливусе? Раньше я сторонился маггловских методов лечения и даже думал, что это навлечёт на меня гнев коллег — как на того парня в «Волшебных укусах», который пытался зашить рану какой-то министерской сотруднице... кажется, Биверли. Однако я работал с парой маггловских целителей — зубных специалистов — и оценил их знания и опыт.

— Да, — согласилась Люси, — и в нашем стремлении исцелить бедного Сопливуса мы не должны оставлять неперевёрнутым ни одного камня.

— Вот это настрой, дорогая моя, — похвалил целитель. — Вы далеко пойдёте, попомните моё слово.

Когда оба целителя вышли, они не услышали, как санитар пробормотал себе под нос. Он слишком боялся попросить инструкций — не хотел снова получать нагоняй от старины Джеймисона. "И где мне взять фотографии? Ну, с фотографией Гарри Поттера всё просто — у дочки вся стена в спальне ими обклеена. Но фотография женщины?" Если его жена узнает, что именно ему понадобилось, она ему этого до конца жизни не забудет. Нет, нужно непременно раздобыть такую фотографию, чтобы стало совершенно ясно — дело сугубо профессиональное.

IIIIIIIIII

Прошло несколько часов, и Драко начал раздражаться. Он обыскал всё вдоль и поперёк, едва не столкнулся с разъярённым кентавром, чуть не нарвался на исполинских соплохвостов и его едва не сбила с ног разумная маггловская машина. Кто бы мог представить! Он ещё поговорит об этом с отцом, прикажет расчистить это место... ах да, его отец сейчас под стражей в Министерстве. «Проклятье».

Однако проблеск серебра вывел Драко из задумчивости. Подняв голову, он увидел то, что искал всё это время — единорога. Высокий, гордый и величественный, магический зверь стоял неподалёку, жуя гриб. И заодно справляя нужду.

— Эй, привет! — окликнул его Малфой. — Какой ты хорошенький, правда? Не дашь мне несколько волос из твоего хвоста? — поинтересовался он, приближаясь к молодому жеребчику. А в глубине души насмехался над глупой тварью.

Только вот глупая тварь в глубине души тоже насмехалась над человеком. И была не слишком довольна, что её прервали, особенно посреди столь интимного занятия. Так что, когда Драко подошёл поближе, единорог поднялся на дыбы и наградил его быстрым и смачным ударом копыта. Драко едва не сломал запястье (даже Малфои иногда учатся, а стычка с разъярённым гиппогрифом — отличный стимул для учёбы. Говорят же, опыт — лучший учитель...), но всё же рухнул на землю в океане боли. А упав на спину, ещё и ударился головой о низкую, довольно острую ветку, потом отлетел в сторону, где в конце концов приземлился в кучу навоза (известного также как «лошадиное дерьмо»), которую жеребец произвёл совсем недавно.

«Пиздец», — подумал Драко, проваливаясь в темноту.

IIIIIIIIII

Пол вернулся в палату после перерыва на чай. И пожаловался на свою проблему другу — в некотором роде — санитару по имени Бак, который придумал идеальное решение. Тот протянул ему свежий выпуск «Ежедневного пророка», где увеличенная фотография некой Долорес Амбридж, что-то там совершившей, мерзко ему улыбалась. «Да, — подумал целитель, — это подойдёт идеально». Он пошёл в палату Снейпа, где обнаружил целительницу Браун и её подругу. Они представились друг другу («Чёрт побери, Люси, не называй меня Нимфадорой! А ты, Пол, даже не думай об этом — тебе не понравится результат!»), и хорошенькая девушка-аврор научила его нескольким чарам удовольствия. (Дела становились всё лучше и лучше, и его жена хоть на этот раз не будет жаловаться...) А затем он приступил к работе.

— Спасибо, Нимф... Тонкс, — поблагодарила Люси. — С меня причитается.

IIIIIIIIII

В конце концов, Драко пришёл в себя, но, упрямый как всегда, сдаваться отказался. Будучи слизеринцем, он решил применить непрямой подход и подкрасться к единорогу вместо того, чтобы действовать в лоб как гриффиндорец Гарри Поттер.

А в результате вместо волоса единорога едва не обзавёлся ядом акромантула. В принципе, не так уж и плохо — этот яд тоже стоит солидных денег, — если бы не тот факт, что гигантский паукообразный вознамерился доставить яд прямиком в кровеносную систему Драко. «Едва» здесь — ключевое слово, потому что заодно он едва избежал встречи с небольшим великаном, который пристрастился собирать акромантулов (яд и всё остальное вместе с ними) для своих кухонных котлов с тех пор, как познакомился с любимым лакомством своей подруги «Герми». (Его старший брат Рубеус Хагрид не разговаривал с ним несколько дней после того, как узнал о его привычке поедать маленьких детёнышей бедного Арагога, и взамен попытался подсадить на хорьков. Возможно, к счастью для Драко Малфоя, попытки Хагрида не увенчались особым успехом. А ещё он пока не встретил ни одного гиппогрифа).

В конце концов, Драко таки заметил жующего траву молодого единорога. Поблагодарив отца за то, что тот избавился от надоедливых чар слежения за несовершеннолетними на его палочке, он наложил заглушающие чары на свои ноги и принялся подкрадываться к Гарри Поттеру. «То есть к единорогу», — поправил он себя.

Говоря кратко: его бесшумный подход прошёл идеально — в конце концов, здесь у него и правда хватало практики. Но когда он потянулся к хвосту и выдернул несколько волосков, то столкнулся с рефлекторной реакцией волшебного скакуна. Почувствовав внезапную боль в заду, молодой единорог взбрыкнул, мощным ударом заднего копыта попал Драко в голень и здорово её рассёк, причём глубокая рана пошла вверх по ноге и остановилась в паху мальчика (всё ещё?). Рухнув на землю, Драко теперь пожалел, что не отключился. Увы, тут ему не повезло, и потому, страшно разозлённый, он выхватил палочку и просто отрубил чёртов хвост Диффиндо. И когда малыш-единорог шарахнулся в сторону, пытаясь убежать, на землю упала прядь блестящих, жемчужно-белых волос. Торжествующе (насколько мог, скрючившись от боли), Драко собрал волосы и убрал их в карман теперь сильно порванной мантии. А когда поднял голову снова, то увидел, как на него надвигается очень крупный единорог. И надвигается гораздо быстрее, чем ему хотелось, особенно с учётом того, что самой заметной деталью зверя являлся его очень длинный и острый рог. И рог этот нацеливался именно на него.

— Айяйяй! — завопил Драко, уворачиваясь от разъярённого единорога.

IIIIIIIIII

Целительница Люси Браун выглядела весьма довольной собой. Она только что провела сеанс с любимым пациентом всего отделения — Сопливусом Снейпом — и после долгих обсуждений заставила его кричать, что он ненавидит Поттеров.

«Хорошая работа», — мысленно поздравила она себя. Пациент перешёл от сексуальных фантазий о мальчике к ненависти от самой мысли о его существовании. Их методы лечения работали, несмотря на всё сопротивление этого несгибаемого человека. «Перехитрила зверёныша, — подумала она. — Целитель Джеймисон будет так гордиться!» И всё же превратить извращённую любовь в полномасштабную лютую ненависть — всего лишь первый шаг, и этого явно недостаточно. Довести пациента до противоположной крайности — только первый шаг к тому, чтобы, в конце концов, вывести его на правильный путь посередине, когда он не будет фантазировать ни о юном Поттере, ни о многодневных пытках.

Теперь им нужно научить бывшего профессора зельеварения безразличию.

«Может, магически вызванная апатия? — подумала она. — Надо не забыть спросить, есть ли какое-нибудь подходящее зелье».

IIIIIIIIII

Драко бежал. Бежал. И снова бежал. В конце концов, он заметил, что единорог больше его не преследует. «Перехитрил эту тварь! — подумал он. — Профессор Снейп будет мною гордиться».

Драко остановился и прислонился к стволу дерева, чтобы перевести дух. Отдышался он быстро, и теперь готов идти дальше. Да, слегка хромая и с несколькими порезами, которые придётся осмотреть позже, но он уже в порядке и может продолжать путь. Однако благодаря ветру со стороны шотландского нагорья воздух слишком уж прохладный для августовского полудня. И этот ветер нёс с собой не только холодный воздух, но и кое-что ещё: к примеру — запахи и ароматы. Вот почему когда Драко немного пришёл в себя, он почувствовал, как его многочисленные раны зализывают невидимые языки.

— Айяйяй! — завопил он снова.

И побежал.

IIIIIIIIII

— Мастер Шнурфелль, — начала Люси. — Я хотела посоветоваться — у меня есть очень эмоциональный пациент, у которого развилась сильная ненависть, затуманивающая его рассудок и мыслительные процессы. Вот я и боюсь, что обычных успокаивающих настоек и чар ему просто недостаточно. Может быть, вы сумеете мне помочь? Возможно, у вас есть какое-нибудь зелье апатии? Или сможете его приготовить?

— Что ж, Люси, — начал пожилой мастер зельеварения, — я знаю как раз подходящее зелье. И мог бы легко его сварить, вот только беда в том, что для него нужны волосы из хвоста единорога, измельчённые в тонкую пудру, а они слишком дороги. Боюсь, такие расходы социальная больничная страховка не покрывает.

Лицо целительницы омрачилось.

Однако больничный зельевар всё-таки попытался развеять её тревогу:

— Впрочем, можешь обратиться в отдел закупок и снабжения. Возможно, они над тобой сжалятся. Я точно знаю, что они раздобыли немного волос единорога для перевязки того министерского сотрудника, которого в прошлом году укусила змея. Как же его звали — Хорькли или кто-то в этом роде?

Люси улыбнулась:

— Спасибо, мастер Шнурфелль.

— Пожалуйста, зови меня Снуфкин.

IIIIIIIIII

Драко брёл по Лютному переулку в поисках торговца, которому можно продать волосы единорога. И увидел огромного детину, обрабатывающего то, что его отчасти намётанному глазу показалось молотым рогом двурога. Ну что ж, надо попытать счастья — вдруг заинтересуется?

— Эй, дружище, не интересуют единорожьи волосы, случаем?

— Конечно, малыш. Покажи, что у тебя там.

Но Драко не зря был слизеринцем, да и Лютный переулок — это, как-никак, Лютный переулок.

— Не так быстро, дружище. Сперва назначим цену.

— Ладно, — согласился торговец. — Как насчёт пяти сиклей за волос, малыш?

— Пять сиклей за волос?! — воскликнул Драко. — Это грабёж! В аптеке Альпакуса Апчи их продают по десять галлеонов! И не называй меня «малыш», — добавил он.

Здоровяк рассмеялся:

— А старина Альпакус покупает их по пять, так-то.

— Пять сиклей? — усмехнулся Драко. — Ты правда думаешь, что я поверю в эту чушь? Нет, на этот старый трюк я не куплюсь.

— Да нет — по пять галлеонов.

— Тогда я продам их тебе по пять галеонов, — царственно объявил Драко.

— Ого-го, — рассмеялся местный. — Продашь, значит? Да ты и Апчи не сможешь за столько продать — он-то всё делает по закону. Что-то я сомневаюсь, что у тебя есть нужные документы, лицензия, членство в гильдии, санитарный сертификат и всё прочее, что требуется. Нет? Так я и думал. Вот что я тебе скажу: поскольку ты славный малый, я согласен на пятнадцать сиклей! Это в три раза больше начальной цены. Как тебе?

— Сделай семнадцать сиклей за волос, и я согласен, — заявил Драко. — У меня ведь и выбора особого нет, верно?

— Пожалуй. По галлеону за волос? Думаю, меня устроит. Ладно, договорились. А теперь показывай товар.

— Сперва покажи деньги, — возразил Драко. С такими типами нужно быть жёстким — так всегда бывало в приключенческих книжках, которые он читал в детстве.

Здоровяк бросил Драко небольшой мешочек с монетами; тот его поймал и, вручив платок, полный волос из хвоста единорога, теперь пытался сохранить лицо. А то выяснилось, что он даже рыночных цен не знает. И надеясь, что его не надули, Драко принялся проделывать то, чем, как ему казалось (или, по крайней мере, он в это верил), занимаются в такой ситуации опытные торговцы: пересчитывал деньги, надкусывал монету (увы, та оказалась бронзовой, а не золотой, и он сломал зуб) и так далее.

Тем временем покупатель внимательно осмотрел единорожий волос, тщательно его проверил и внезапно заорал:

— Ах ты крысёныш! Дядюшку Буббу надуть вздумал, да? Волос не выдернули — его срезали! Заклинанием! Никто не смеет обманывать Дядюшку Буббу! — Тут он схватил Драко, который как раз отвлёкся, массируя больную десну, и встряхнул его. А присмотревшись, вдруг заметил, что пацан-то выглядит знакомо — как будто он давно его знает. А вглядевшись внимательней, внезапно сообразил — да ещё бы не знать! Он же вылитая копия его тюремной сучки Люци! Ну что ж, ему хорошо известно, как обращаться с этим отродьем.

IIIIIIIIII

— Драко, тебе нужно показаться целителю, — посоветовала Андромеда. — Однако я не думаю, что твоя мать захочет, чтобы люди узнали, чем ты занимаешься в свободное время. Возможно… — тут она остановилась, чтобы взять немного летучего пороха. — Нимфадора! — позвала она, когда пламя стало зелёным. — Твоя милая подруга — целительница Люси — не будет ли так добра зайти к нам? И пожалуйста, попроси её сделать это незаметно.

— Конечно, мам, — отозвалась Тонкс. — Она же у меня в долгу. И я много раз просила не называть меня так!

— Но дорогая, однажды ты выйдешь замуж и перестанешь быть Тонкс — и как тогда людям тебя называть?

— Когда дойдём до реки, тогда и будем думать, как через неё переправляться. А прямо сейчас я не могу позволить, чтобы на меня хоть кто-то не так посмотрел! — простонала Тонкс.

— Разумеется не можешь, милая. Если уж настаиваешь, чтобы тебя не называли Нимфадорой…

— Вот зараза! — бросила Тонкс и отключилась.

Короче говоря, целительница Браун пришла, осмотрела зубы Драко и заявила, что это вне её компетенции, но она может порекомендовать пару специалистов.

— Я такая неумёха как целитель! — плакалась она потом Тонкс. — За что бы ни взялась — ничего не получается! Я придумываю идеальное лекарство, а они не могут его приготовить. Выхожу на вызов к пациенту — и оказываюсь совершенно бесполезной. Выходит, с этим справилась бы рядовая колдоведьма, а я — дипломированная целительница, пробившая стену «мужчины-целители», — не могу.

— И не говори, — согласилась Тонкс. — Я пробилась в авроры, заставила всех забыть, что я девушка, а на первом же деле натыкаюсь на вора, полностью всё проваливаю, и в итоге мой напарник теряет конечность, пытаясь вытащить меня из-под удара. Повезло ещё, что этим ограничилось, — в прошлый раз, когда я сплоховала, мой кузен попытался меня защитить и погиб. — Она шмыгнула носом. Но пытаясь взбодриться, всё-таки продолжила: — А что это за идеальное лекарство ты упомянула? Выходит, ты что-то придумала? Расскажи мне о нём.

— Ну, — начала Люси, — я подобрала для пациента зелье, а в отделе зельеварения заявили, что его слишком дорого варить, а отдел закупок отказывается выделять средства. Как там они сказали? "Благодаря внезапной тяге к молочному среди пациентов и персонала продовольствие съедает весь больничный бюджет". И волос единорога! Десять галлеонов за волос, а мне нужно полторы ложки мелко измельчённого волоса! Это же около двухсот галлеонов! Я бы сама заплатила за лечение, чтобы помочь бедняге, но у меня нет таких денег. Могла бы попросить родителей, но у них сейчас туговато с деньгами — они недавно потратили кучу средств, превращая в красотку мою младшую сестру. Она должна стать красивой и желанной, чтобы заполучить кого-нибудь из своих однокурсников-гриффиндорцев в мужья. К тому же я для них некоторое разочарование: незамужняя, непристроенная, с профессией. Не говоря уже о… ну, в общем, они меня не очень любят. — Не желая раздражать подругу, Люси поспешно вернулась к теме единорожьего волоса: — В конце концов, закупки сдались и согласились выделить одиннадцать галеонов и шесть сиклей на покупку, но это всё равно оставляет меня примерно на сто девяносто в минусе!

Драко не мог не услышать этот громкий разговор. «Одиннадцать галлеонов! — подумал он. — По моим старым меркам не так уж и много, но всё же на одиннадцать галлеонов больше, чем у меня сейчас».

— Мне как раз нужно куда-то пристроить немного единорожьего волоса, — заметил он, стараясь говорить равнодушно. — С радостью вам его уступлю за эту цену.

— Правда?! — радостно воскликнула Люси. — Замечательно! А можете ещё и измельчить его? — с надеждой спросила она.

— Конечно! — пообещал Драко и отправился перемалывать волосы в тонкую пудру с помощью одного из заклинаний, которым профессор Снейп учил только слизеринцев, заставляя гриффиндорцев пачкать руки.

В скором времени Люси уже возвращалась в больницу — сообщить отделу закупок хорошие новости. Отправив семейству Тонкс деньги через камин, она спустилась к зельевару.

«Ох, Сопливус так обрадуется, когда наконец-то исцелится! — думала она. — Будет жаль, когда он нас покинет».

IIIIIIIIII

— Будь хорошим пациентом и давай-ка проглоти это сейчас же! — потребовал Пол.

— Я не собираюсь больше пить эти мерзкие варева Лонгботтома! — заорал Снейп. — И ты меня не заставишь!

— Лонгботтом? — переспросил Пол. — А это и не он, а Снуфкин Шнурфелль — наш штатный мастер зельеварения.

— О, — смягчился Снейп. — Тогда ладно — давай сюда. — И выпил зелье.

Ещё от moshehim

— Я вовсе не собираюсь вставать между вами, — пообещала Луна, — но я бы сказала, что глава 27 — хорошее начало. Только я знаю — ты уже пообещала Гарри это сделать, как он только пожелает. Так что… взяла на себя смелость и раздобыла для тебя новую книгу. Думаю, тебе понравится.

Глаза Гермионы засияли — нет, от новых книг она не откажется никогда! А потому спросила:

— Что за… ох… — выдохнула она, прочитав название на обложке: «Как ублажать двух женщин одновременно».

— А когда закончишь эту, — продолжила Луна, — у меня есть для тебя продолжение. — И вручила Гермионе вторую книгу, на обложке которой значилось: «Как ублажать ТРЁХ женщин одновременно!»

Гарри взял первую книгу, прочёл название, и на его лице появилось нечто среднее между гримасой и усмешкой. Он просто не знал, хмуриться ему или ухмыляться, так что остановился на обеих эмоциях разом.

— Луна, где ты это взяла? — поинтересовался он.

— Ну, — начала та, — когда Щям уехал, все его прежние подружки очень расстроились, вот они и попросили Тёмного Лорда Джереми написать для них эту книгу, чтобы натренировать — в некотором роде — подходящую замену. У меня же среди Тёмных Кроликов есть кузина, и ты с ней даже знаком. Помнишь Гретхен?

Гарри кивнул.

— Это она дала мне эти книги. И сказала, что её господин работает над новой книгой — для четырёх девушек одновременно. И даже пообещала достать мне один из первых экземпляров, да ещё и с автографом! — восторженно воскликнула Луна.

— Тогда поблагодари её от меня, хорошо?

Луна кивнула.

А лицо Гарри наконец-то определилось — ухмылка всё-таки победила.

Одна сцена от khadon99...

Помня о пытках Снейпа в этой главе, пришла в голову ещё одна идея для возможной сцены. Не зная, что Снейп не был до конца лоялен, кое-кто из оставшихся Пожирателей Смерти отправляется вызволить его из больницы. Прибыв на место и увидев, что с ним творят, они разражаются хохотом. Ведь многие из них принадлежат младшему поколению — то есть, он у них преподавал. И между ними происходит примерно такой диалог:

Пожиратель А: «Знаешь, а ведь и правда похоже, что ему здесь нравится. Может, просто оставим его наслаждаться?»

Пожиратель Б: «Вообще-то, похоже, что он пытается кричать от боли. А его глаза напоминают мне все те снимки магглов после пыток — ну, знаешь, те, которые нам показывают, чтобы завести перед рейдом. Он словно умоляет о спасении».

Пожиратель А: «Не, тебе просто кажется».

Оба Пожирателя разворачиваются и начинают уходить.

Пожиратель А: «К тому же он всегда был тем ещё засранцем, пока нас учил».

Пожиратель Б: «А ты разве не со Слизерина?»

Пожиратель А: «Ну да... но он всё равно засранец».

-

Несколько сцен от neil reynolds...

Не знаю, как это выстроить, но Алая Ведьма и Драко Малфой могли бы отлично сработаться. Оба до крайности эгоистичны и равнодушны к своим знакомым, оба хитры и временами довольно изобретательны, и оба могли увидеть выгоду в сотрудничестве.

В общем, я представила их напарниками — возможно, Драко даже не осознаёт, кто она такая, поскольку его мысленный образ Джинни совершенно непохож на настоящую Алую Ведьму. И ещё я представила, как они упрекают друг друга в неудавшихся попытках предать один другого.

— А вот не надо было швырять в меня то взрывное зелье!

— Ну, если бы ты не отравил дверную ручку, на которую мне следовало нажать, мне бы не понадобилось освобождать руки, верно?

— Могла бы, по крайней мере, бросить снизу.

— Ты же поймал, разве нет?

— Да, но мне пришлось выронить аспида, которого я собирался подарить тебе в качестве сюрприза.

— Хватит ныть — не у тебя одного проблемы. Твой аспид заставил сработать огненную ловушку, которую я берегла, чтобы подарить тебе по особому случаю!

-

IIIIIIIIII

— Гарри Поттер, вы будете доставлены отсюда к месту казни и там повешены... что? А, понятно. Как выяснилось, вас застали бегущим по Косой аллее без клочка одежды, а преследовали вас все три ваши жены. Суд признаёт вас виновным и налагает штраф в размере пяти галлеонов, подлежащих уплате секретарю суда; и да смилостивится Господь над вашей бессмертной душой!

-

IIIIIIIIII

Тонкс решительным шагом подошла к Гарри и Гермионе.

— Вы хоть представляете, сколько месяцев мне потребовалось, чтобы выследить Лису и Гончую? Представляете?! Я хочу знать только одно: знали ли вы до нашей свадьбы, что в своде законов до сих пор есть нормы, запрещающие принуждать жену давать показания против своего мужа?

Примечание автора: Такой закон существовал в Англии, по крайней мере, в конце девятнадцатого века. Точно не помню, но он играл важную роль в сюжете одной книги, считающейся классической литературой, — кажется, Томаса Харди.

-

IIIIIIIIII

Дети Гермионы продолжают семейную линию Поттеров, а дети Луны — линию Блэков. Духи усопших между тем обеспокоены надвигающейся катастрофой.

Сириус Блэк и его мать единогласно одобряли нового члена рода.

— Она радикалка! Она пойдёт на всё что угодно. Она разыгрывает целый мир!

— Чепуха! Она внучка главного силовика Гриндевальда! Она знает все старые обычаи и следует им, насколько может.

— Она выкручивает старые обычаи до неузнаваемости!

— Мы всегда принимали чудачества в старых семьях. Признаю — её чудачества, похоже, возникли не от кровосмешения, но сам принцип остаётся тем же!

-

Письмо от Дэвида Брауна — не могу отделаться от мысли, что это могло стать отличным дополнением к другой истории...

Дорогая миссис Малфой,

Я представляю сына Мобуту Понзи, нигерийского министра магии, которого недавно несправедливо заключили в тюрьму за отважные усилия по истреблению грязнокрового отребья в нашей стране. И смиренно прошу вашей помощи в переводе 5,8 миллионов галлеонов из Нигерии в безопасное место. Семья министра нуждается в вашей помощи. При вашей поддержке семья сможет нанять боевых магов, чтобы вызволить министра и вернуть его к власти. Жена министра с удовольствием выплатит вам комиссионные в размере десяти процентов. Кроме того, она меня заверила, что благодарная Нигерия с гордостью окажет существенную поддержку усилиям вашего Тёмного Лорда по очищению Британии от скверны. Пожалуйста, свяжитесь со мной немедленно. Время играет решающую роль, ибо если грязнокровые узурпаторы обнаружат спрятанные средства министра прежде, чем их вывезут из Нигерии, всё будет потеряно.

Искренне ваш,

Дэвид Браун, эсквайр

* * *

Steve2

— Господин?

— Да, Гретхен?

— Я была непослушной.

— Ага. И что же ты натворила?

— Ну… — замялась девушка.

— Чем дольше будешь тянуть, тем дольше будешь ждать наказания, — пояснил Рон.

— Я вписала ваше имя в заявку игрового шоу, господин.

— Зачем?

— Мой двоюродный дедушка работает на съёмках «Магического радио», и им нужна громкая знаменитость, чтобы поднять рейтинги. Он попросил меня о помощи, и я сразу подумала, что вы справитесь. Никакой более громкой знаменитости просто не существует!

— А под «громкой» ты имеешь в виду… — начал второй голос.

— Элизабет!.. Так вот, Гретхен: я, конечно, ценю твою веру в меня, но вообще-то я вернулся в школу. Как мне отсюда попасть на это шоу?

— О, оно состоится в ближайший хогсмидский уик-энд, господин. Мы устроим так, чтобы в вашу отработку входило посещение студии.

— Ну, думаю, хуже не будет. Что может пойти не так? Но ты вела себя плохо. Значит, тебя нужно наказать.

— Ура!

— Господин, а как насчёт меня? Я тоже вела себя плохо — даже не собиралась останавливать Гретхен.

— Ладно, Элизабет, тебе тоже достанется наказание.

— Ура! — хором воскликнули обе.

-

— Дин, вот ты где. Всё в порядке? — спросил Симус.

— Боже, нет! Я читал эти малфоевские заклинания для волос, и меня теперь тошнит. «Предотвращение вихрастости и сотни его вариантов применения». Можно подумать, им больше нечем заняться, кроме как постоянно переживать за свои причёски!

— А как прошёл твой разговор с МакГонагалл?

— Ужасно. Мне нужно переосмыслить свой план насчёт карьеры жиголо.

— Тогда у меня есть как раз то, что тебе нужно, приятель. Я тут недавно прочитал одну статью и знаю, как ты сможешь познакомиться с подходящими цыпочками.

— А для этого придётся опять читать эти малфоевские книжонки?

— Думаю, нет.

— Тогда я в деле.

-

— Хвост! Хвост! Где этот проклятый крысёныш?! — бормотал Волдеморт себе под нос, расхаживая по дому в поисках своего прихлебателя. Эх, хороших злых приспешников так трудно найти!

А проходя мимо кухонного стола, заметил раскрытый «Пророк». И пробежался взглядом по заголовкам — не попал ли какой-нибудь из его коварных планов на главную страницу (вместо того чтобы оказаться задвинутым на последние полосы рядом с гороскопом). Не попал. Проклятье! Что же нужно сделать, чтобы снова попасть на первую полосу?!

Как раз в этот момент ему на глаза попался новый материал, и он его прочёл. По лицу немедленно расползлась зловещая ухмылка. "Вот оно — мой билет обратно в высшую лигу. Да, я сражусь с Тёмным Лордом Роном Джереми за благосклонность этой девицы. Я встречусь с этим Роном Джереми на игровом шоу (что бы это ни было) и уничтожу его репутацию, прежде чем раздавить его самого".

— Приспешники! Ко мне!

Тишина.

«Проклятье, где все мои приспешники?!

— Хвост!

Несколько дней спустя…

— Так, ребята, вы трое ждите здесь.

— Тут темно, — заметил мрачный голос.

— Эм, да. Мы пытаемся держать зрителей в напряжении относительно того, кто участвует.

— Разве меня и так не ждали? — заметил другой голос, принадлежавший Рону.

— Хм, да. Но ведь помимо вас есть ещё и остальные.

— Какая разница?

— Тут всё ещё темно.

— Да угомонись ты уже, приятель, — произнёс третий голос с первого стула. — Боже, ты ноешь как старая карга.

— Ты ещё пожалеешь, — пробормотал первый голос.

Несколько мгновений спустя вспыхнул яркий свет, и зрители увидели живую версию своего любимого игрового шоу — «Свидание вслепую»!

— Приветствую всех в нашей сегодняшней аудитории! Я Берт Сердцеед, ваш ведущий, и мы готовы сыграть ещё один фантастический раунд… „Свидания вслепую“!

По залу пробежали жидкие аплодисменты.

— Спасибо, спасибо, вы слишком добры. Сначала я хочу представить всем наших холостяков. Разумеется, наша девушка сейчас находится под антиподслушивающими чарами, так что она ничего не услышит. Холостяк номер один — расскажите нам немного о себе.

— Хм, меня зовут Дин. Я молод. Одинок. Ищу, с кем хорошо провести время. И не интересуюсь старухами.

— Достойно. Хобби есть?

— Летом немного боролся с преступностью. По крайней мере, меня заставили в это поверить.

— Превосходно! Холостяк номер два, расскажите о себе.

— Меня зовут Венди Не-Очарованный.

— Ого, вот это имя! Ни разу не слышал его ни в одном чистокровном реестре.

— А, ну да, я сам его придумал.

— А?

— Ну, то есть это фамильное имя. Ему уже много лет. Я сменил его на английский аналог, когда переехал с континента много лет назад.

— О, понятно. Многие так делают. И что у вас на повестке дня, Венди?

— Да как обычно: моя цель — захват мира.

— О-хо-хо-хо, это славная шутка! А вы остры на язык. Что ж, удачи вам. И наконец, я хочу представить последнего холостяка — Тёмного Лорда Рона Джереми. Должен сказать, это весьма интересный наряд, мистер Тёмный Лорд.

— Спасибо. Девочки постарались.

— У-ху! Господин — величайший! — донёсся крик из-за кулис.

— Спасибо, девочки! — крикнул в ответ Рон, помахав в ту сторону.

— Это шоу когда-нибудь начнётся? — раздражённо бросил Венди. — У меня есть дела, которыми я хочу заняться. И люди, которых я хочу раздавить прямо на глазах у зрителей.

— И девушка, на которую нужно произвести впечатление, да? — Берт подмигнул второму холостяку.

А в Хогвартсе Альбус Дамблдор слушал колдорадио с удвоенным вниманием. «Этот голос. Я узнаю этот голос», — пробормотал он про себя.

— Курлык!

— Да, Фоукс, это он. Этот голос я узнаю где угодно. Мы знаем, где он. Мы можем сами нанести ему удар! Скорее, в Бэтмобиль! То есть… ты не против перенести нас пламенем в студию?

— Курлык!

— А теперь наша героиня, мисс Мари Муншайн. Выходите к нам!

— Ого, тут весело, — бросила Мари ухмыляющемуся Берту.

— Воистину так, мисс Муншайн. Вот, присядьте и расскажите нам немного о себе.

— Меня зовут Мари. Это моё второе имя. Оно веселее первого. Ищу холостяка, чтобы провести с ним немного… кхм… приятного времени. И когда я услышала об этом шоу, подумала, что будет интересно попробовать. И вот я здесь.

— Отличное резюме, Мари. Давайте начнём. У вас готовы вопросы?

— Ага.

— Начинайте, как будете готовы, — проинструктировал Берт.

Сидя на табурете, Мари наклонилась вперёд, чтобы прочесть свои заметки, а затем громко произнесла: «Холостяк номер один: каково ваше представление о романтическом вечере?»

— Немного музыки, скромный ужин, а дальше наслаждаться уединением. И под уединением я подразумеваю ситуацию, когда нас не прерывают, пока мы занимаемся сексом.

— О, боже! Холостяк номер два — тот же вопрос.

— Я бы приказал своим приспешникам найти вам что-нибудь выпить и закусить, а потом отыскать кого-нибудь, кого можно проклясть.

— И это романтика?

— Хм… танцы в стиле кантри?

— Двигаемся дальше… Холостяк номер три — каково ваше представление о романтическом вечере?

— Мы бы пошли на квиддичный матч, — ответил Рон.

— И где же здесь романтика?

— Вы удивитесь, насколько я энергичен, когда моя любимая команда выигрывает.

— И как часто они выигрывают?

— О, всякий раз, когда мы с девочками играем в «Обгони квиддичную команду».

— Ага. И какая же у вас позиция? Тренер?

— Не-а. Я — квиддичная команда из одного человека. Девочкам так больше нравится.

— У-ху! Так их, господин!

— Спасибо, девочки!

Зрители смеялись и хлопали.

— Ладно, холостяк номер два. Какой из вариантов привлекательнее: стареть с кем-то, кого знаешь и любишь, или долго общаться с человеком, прежде чем пригласить его на свидание?

— Ну, поскольку первого мне никогда не перепадало, придётся выбрать второе.

— Понятно. Холостяк номер один — тот же вопрос.

— Ни то, ни другое, — ответил Дин. — Я не собираюсь ждать, пока кто-то превратится в старую каргу, чтобы пригласить её на свидание. Да и сам не планирую стареть, если смогу этого избежать.

— Погодите, — вмешался Венди. — Я хотел сказать именно это.

— Кхе-лузер! — кашлянул в кулак Дин.

— Ты что-то сказал? — Венди метнул на первого холостяка подозрительный взгляд.

— Тебе ли не знать? — вставил Рон.

— Ага. Двигаемся дальше. Холостяк номер три. Что вам желаннее — долгосрочные отношения или много случайного секса?

— И то, и другое.

— Не соблаговолите объяснить?

— Конечно. Долгосрочные отношения со всеми моими девочками с большим количеством случайного секса. Терпеть не могу официальный секс — слишком уж чопорный.

— Хм, ладно. Холостяк номер один — тот же вопрос.

— Я немного согласен с Тёмным Лордом. Я бы тоже хотел долгосрочных отношений с большим количеством случайного секса. Это не даст заскучать.

— О боже! — Мари принялась обмахиваться листками с вопросами. — Здесь становится жарко, или это только мне?

— Это свет софитов на сцене, — пояснил холостяк номер два. — Они тут всё нагревают.

— Кхе-лузер! — кашлянул в кулак Рон.

— Вам нездоровится, Тёмный Лорд? — с волной раздражения поинтересовался Венди.

— Я-то в порядке, а вот насчёт вас не уверен, — усмехнулся Рон.

— Я не понимаю, — признался Венди.

— Я и не сомневался, — согласился Дин.

— Холостяк номер два, — начала Мари, вернув самообладание. — Если два поезда отправятся со своих станций в одно и то же время и один будет ехать со скоростью 70 км/ч, а другой на 20 км/ч медленнее, в какое время они встретятся, чтобы успеть на любовное свидание?

— Чево? — пробулькал Венди.

— Псс, Венди, — прошептал Дин. — Это вопрос с подвохом. Так, к сведению.

— Это вопрос с подвохом, мисс Муншайн. Всем известно, что поезда ходят только с одной скоростью, — вперёд.

— Ага. Холостяк номер один — тот же вопрос. В какое время эти два поезда встретятся, чтобы успеть на любовное свидание?

— Ну, они встретятся посередине для какого-нибудь обалденного грува, детка. Что-то вроде: ты, я и спальня.

— О-о-о-о-о! — восхищённо протянули зрители вместе с Мари.

— Эй, я тоже хотел это сказать! — вмешался Венди. — Хватит красть мои ответы!

— Кхе-лузер!

— Кто это сказал? Признавайтесь сейчас же, или все здесь получат круциатус!

— Ну, уверен, что это был не я, — быстро открестился Берт, подавляя очередной приступ кашля. — Может, кто-то за сценой?

— Я найду тебя, кто бы ты ни был!

— Уверен, что так и будет, Венди. А теперь давайте вернёмся к игре. Остался один вопрос до большого решения. Мари — как только будете готовы.

— Хорошо. Холостяк номер два — вы ведёте себя слегка взволнованно. Возможно, это как раз подходящее расположение духа, чтобы подумать вот о чём. А вопрос таков: как долго вы можете заниматься сну-сну?

— Это что, какое-то новое проклятье, о котором я не слышал?

— Конечно. Именно так, — согласилась Мари. — Кхе-лузер. Ой, простите.

Зрители одобрительно рассмеялись.

— Холостяк номер три — тот же вопрос. Как долго вы можете заниматься сну-сну?

— Хм-м... Хороший вопрос. Знаете, я так-то не засекал, но уверен, что девочки засекали. Давайте попрошу их прислать статистику, если после шоу вам будет всё ещё интересно?

— Конечно. Я всеми руками за! Холостяк номер один — тот же вопрос: как долго вы можете заниматься сну-сну?

— Всю ночь и весь день, детка. При условии, что ты не старая карга.

— Эй, я тоже хотел это сказать! — настаивал Волде… э-э… Венди.

— Итак, Мари, у вас была возможность поговорить со всеми холостяками. Вы готовы принять решение? — Берт вовсю играл на публику.

— О, абсолютно! Но сначала хочу подарить по пылкому поцелую всем холостякам, и даже холостяку номер два, потому что его я точно не выберу. Слишком уж он стрёмный.

— Стрёмный?! — воскликнул Венди.

— Если обувь впору, — согласилась Мари. — И поскольку у холостяка номер три уже есть целая команда девушек, которые о нём заботятся, я выбираю лучшего доступного холостяка, и это — холостяк номер один!

Дин нерешительно слез со своего табурета и вышел из-за перегородки, чтобы увидеть героиню.

— Вау! — вскричал он. — Мне досталась настоящая красотка! Молодая красотка! Съели, лузеры?

Публика, аплодировавшая и смеявшаяся над его репликой, вдруг затихла, когда Тёмный Лорд Рон Джереми встал, подошёл к победителю и, возвышаясь над ним, похлопал по спине.

— Молодец, Дин. Ты заслужил.

— Знаешь, голос звучит знакомо. Я тебя знаю?

— Хм… нет, — ответил "коллега" чуть более низким тоном.

— Поздравляю вас обоих! — заявил Берт, кладя руки на плечи Мари и Дину. — Боб, поскольку других героинь для проигравших у нас, очевидно, нет…

— Говори за себя, — усмехнулся Рон.

— Хм, да. Боб, что получат проигравшие?

Магически усиленный голос гремел над сценой, пока Боб описывал, что достанется проигравшим вместо свидания с красоткой:

— Берт, двое проигравших получат подарочную корзину, наполненную такими вкусностями, как Рис-А-Рони — это угощение из Сан-Франциско! — и попкорн. По крайней мере, так мне сказали магглы, когда я это покупал.

— Сойдёт. А теперь, Мари и Дин, вот что вы выиграли сегодня. На все выходные в вашем распоряжении роскошный номер в маггловском мотеле в Париже, Франция! Да-да, именно так. Вы двое отправитесь порт-ключом в Париж, где поселитесь в колоритном и отчасти современном мотеле, отремонтированном лишь в прошлом веке, на окраине прославленного мегаполиса. В номере всего одна кровать, так что пользуйтесь ею. Уверен, такие прожжённые коты, как вы двое, так и поступите.

— А что такое «прожжённый кот»? — поинтересовался Дин.

— Хм, ну… — замялся Берт, но всё-таки продолжил: — Кроме того, у нас есть ещё один приз для вас от самого Тёмного Лорда Рона Джереми. Мистер Тёмный Лорд?

— Спасибо, Берт. Дин, Мари — я хочу, чтобы вы знали: я применил особую магию, чтобы создать вот это — первое в мире устройство в помощь вашим романтическим выходным. Оно называется Оргазмитрон и…

— Ха-ха-ха-ха-ха-ха! Вы все будете преклоняться перед истинным Тёмным Лордом — Волдемортом!

— А разве он теперь не Стрёмный Лорд? — заметил Дин.

Зрители рассмеялись.

— Заткнитесь! Все! Вы мне не нужны! Мне никто не нужен, чтобы снова стать настоящим Тёмным Лордом! Я Тёмный Лорд, говорю вам! Тёмный Лорд!

— Я почти уверен, что выиграл выборы Тёмного Лорда, — Рон тянул время, пока не подоспеют авроры, чтобы арестовать этого безумца. — Волдеморт выиграл выборы Стрёмного Лорда. Я видел результаты в газете.

— Знаете, это довольно стрёмно — не знать, что ты Стрёмный Лорд, — добавила Мари.

Зрители рассмеялись.

— Я больше этого не вынесу! Отдайте мне этот приз! Он вам не нужен! Я заберу его, и с моими глубокими познаниями в тёмной магии использую, чтобы выведать всё, что только можно, об этой… оригами-штуковине…

— Оргазмитрон, ну и стрём, — заметил Берт.

Зрители снова рассмеялись.

— Заткнитесь! Все вы! Я забираю всё! Гоните призы! Вот, теперь они у меня, а моё сокрушительное возмездие подождёт, пока я не разгадаю заклинание на этой штуке! Прощайте, болваны! — И с этими словами Стрёмный Лорд Волдеморт аппарировал обратно в своё логово.

Берт повернулся к официальному Тёмному Лорду и спросил:

— Мистер Тёмный Лорд, я понятия не имел, что он здесь. Вас не беспокоит, что он сможет разгадать какие-либо ваши чары на этом Оргазмитроне?

— Не-а, не особо. Это заклинание одноразового действия и активируется при прикосновении. А он ведь был без перчаток, когда схватил его…

Полчаса спустя в убежище Волдеморта расслабленный Стрёмный Лорд поднялся с дивана. «Блин, вот это было круто. Хм-м, теперь я проголодался. Интересно, что в подарочной корзине? А что — выглядит аппетитно…»

СЛЕДУЮЩАЯ СЦЕНА ПРОИСХОДИТ НЕПОСРЕДСТВЕННО ПЕРЕД ЭПИЛОГОМ ИЛИ КАК ЕГО ЧАСТЬ:

Позже тем же утром, в Париже:

— Доброе утро, милая, — ухмыльнулся Дин, обращаясь к красотке, с которой лежал в постели.

Мари открыла глаза и поприветствовала его:

— Здорово, сынок.

— Что?

— Прости. Это просто словечко, которое я слышала пару раз. Слушай, тебе бы, кажется, не помешало принять душ.

Дин осторожно принюхался к себе.

— Фу-ух, пожалуй, и правда не помешало бы. Я сейчас вернусь, и продолжим с того, на чём остановились.

— Давай, — согласилась Мари, откидываясь назад и провожая Дина взглядом.

Спустя несколько мгновений после того, как включилась вода и она услышала, что он залез в душ, Мари вскочила и направилась к камину, чтобы сделать вызов.

— Бланш, подъём!

Спустя мгновение в пламени показалось заспанное лицо восьмидесятилетней женщины.

— Августа-Мари, что случилось? Ты с Дином?

— Да. План сработал. Собирай остальных девочек. И не забудь проследить, чтобы они наложили гламурные чары. Не хочу, чтобы он опять сбежал, как в прошлый раз.

Бланш оскалилась в диковатой ухмылке.

— Не хотелось бы этого допустить. Ты уверена, что он согласится?

Августа-Мари Лонгботтом, в девичестве Муншайн, пожала плечами.

— Да ну. Он же молодой парень — только о сексе и думает. Мы просто даём ему то, чего он хочет. По большей части. К тому же, чего он не знает, то ему и не повредит.

— Поняла. Что-нибудь ещё?

Августа на мгновение задумалась.

— Да, и это важно: проследи, чтобы никто не называл его «сынок».

Дополнение от moshehim

— Слушай, Невилл, — начал Рон. — Мне немного жаль Дина: Волдеморт удрал с тем Оргазмитроном, так что я сделал ему другой. В общем, я бы заскочил и вручил его сам, но это будет неловко: я, занявший второе место, прерываю победителя посреди получения приза. К тому же мне нужно наказать девочек за то, что они не прикрыли меня там, на шоу, так что в ближайшие часы буду изрядно занят. Не окажешь мне услугу — не передашь ему это?

— Конечно, мой Лорд, — пообещал Невилл и уже вскоре направлялся в Париж.

В Париже:

— Эй, Дин, я от Тёмного Лорда, он просил меня передать… Ах ты, ублюдок — снова трахаешь мою бабушку!

ХЛОП!

Сцены других авторов. Потерял имена — они указаны в благодарностях к главам, но я не могу их найти.

Что такое семейные заклинания Слизерина? Долгая жизнь/Бессмертие? Что-то ещё?

Возможно, Лиса и Гончая украли заклинания Слизерина, а Лили модифицировала некоторые из них — вот почему Гарри выжил после Авады.

Представим, что Гарри и Гермиона нашли записи Лили.

— Значит, этим заклинанием можно отразить смертельное проклятье?

— Да, но для этого нужна жертва. Твоя мать пожертвовала собой...

Гарри погрустнел, но сделал над собой усилие, чтобы мыслить рационально:

— А обязательно, чтобы в жертву приносил себя сам заклинатель? Можно пожертвовать кем-то другим?

— Гарри! Ты не можешь...

— Даже если это будет Волдеморт?

— О... Ну, для этого понадобится портативный мгновенно раскладывающийся алтарь...

— Когда говоришь «портативный» или «мгновенно раскладывающийся», нужно обратиться к Фреду и Джорджу.

— Уверен? После того, как они сотворили то портативное болото, всё «портативное» из их рук либо пахнет болотом, либо местами покрыто мхом.

— Хм-м? Откуда ты знаешь? Я думал, ты не так уж сильно интересуешься их изобретениями.

—От Анджелины. После той экспериментальной портативной кровати она не может смотреть на лягушек без содрогания. И даже не думай, что я не интересуюсь подобными изобретениями.

— Да, дорогая. Если захочешь портативную кровать с лягушками...

— Тебе лучше заткнуться, или я закажу специально для тебя портативный диван.