Темные времена (джен)

— Рован, Эрвин, имперский специалист по допросам, майор, 1-1-1-9-6-3-8-дельта-2, — монотонно проговорил Рован, но глаза его при этом хитровато поблескивали. Он улыбнулся сидящему напротив Риекану: — Вот какую личину я ношу в Империи. Также я известен как… — он выдержал паузу для эффектности, — Дейд из сопротивления Эскааля. Перед этим — как Даав, сопротивление Касреана, а еще раньше — Дервен, сопротивление Хастааля. Но вам все это уже известно, генерал. Так почему бы нам не перейти к делу? Вы хотите узнать, что случилось со Скайуокером.

— Мы еще доберемся до этого, майор, — непоколебимо предупредил Риекан. — Но перед тем, как вести разговор о Люке, необходимо обсудить еще пару вещей.

— Выходит, мне стоит устраиваться поудобней, — объявил Рован, продолжая улыбаться.

— Трудно поверить, что человек с такой репутацией и таким положением в Империи, как у вас, может быть столь сильно вовлечен в активное противоборство режиму. Возможно, вы сумеете объяснить нам это? — взгляды мужчин встретились, Риекан не сводил с Рована глаз, пока тот не рассмеялся и не сдался первым.

— Ладно, Карлист, похоже, это вам стоит устраиваться поудобнее, мы здесь надолго…

* * *

— Что произошло, когда я приказал прыгать? — поинтересовался Нарра.

Люк закрыл глаза, вспоминая, перед мысленным взором промелькнули картины пережитых недель.

— Меня атаковали сзади, и я потерял крыло.

— Почему вы не катапультировались?

Люк открыл глаза и грустно улыбнулся:

— Подумал, что на поверхности планеты у меня будет больше шансов, — он пожал плечами и поморщился. — Я ошибся.

— Расскажите мне обо всем по порядку, Люк.

* * *

Взволнованный и усталый, Рован вздохнул, встал со стула и прошелся туда-сюда по комнате.

— Эйрн подбирался все ближе. Он — яркий представитель худшего сорта граждан Империи, всего, что не так с этим режимом.

— И что вы делали?

— Тянул время, пытался выиграть его для Тална, но Эйрн был упрям, а я не смог придумать убедительной отговорки, чтобы не допустить его к допросу доктора.

— Что произошло?

— Док сдал их укрытие.

* * *

Люк судорожно вздохнул и еще раз отпил воды, которую предложил Нарра. Теперь удалось не расплескать ее и не подавиться. Руки будто онемели, пальцы двигались очень неуклюже, а забинтованные запястья пульсировали. В голове появилась какая-то пустота, в глазах чуть плыло. Хотелось, чтобы все это прекратилось, окончилось.

— Люк? — позвал Нарра. — Готов продолжить?

— Да, — солгал он; ему просто хотелось, чтобы все это закончилось, хотелось свернуться на своей койке, натянуть на голову простыню и представить, что мир вокруг испарился.

— Это тогда вы встретились с майором Эрвином Рованом?

«Эрвин, — подумал Люк и не сдержал улыбки. — Имечко как у деда». Он задавил приступ истеричного смеха. Не так уж это было и смешно, только вот Дейд совсем не походил на человека по имени Эрвин.

— Люк? — нахмурившись, переспросил Нарра, он не понимал, что могло вызвать у Скайуокера улыбку. — Вы тогда встретились с Рованом?

— Да. Они… привели меня в эту комнату, со стулом… и на нем сидел он, — юноша уставился в потолок, стараясь не думать об этом.

— Люк, я знаю, что это тяжело, но все равно должен спросить. Что произошло дальше?

* * *

— Я приказал спустить Люка, позволить ему передохнуть. И вот тогда вошел Вейдер, — Рован вместе со стулом отклонился назад, скрестил на столе ноги и балансировал на двух ножках.

Риекан поборол возникшее желание толкнуть его и нарушить равновесие.

— Продолжайте.

— В этот момент все стало гораздо интереснее, — с напряженной улыбкой ответил Рован, припоминая детали.

— В каком смысле? — спросил генерал. В его животе все поджалось от встревоженности, может, даже не за себя и не за Альянс, а за молодого человека, успевшего завоевать его доверие, восхищение и уважение. Ему бы очень не хотелось, чтобы весь этот опыт дурно повлиял на Скайуокера и бросил на него тень. — О чем Вейдер говорил с Люком?

— Дело-то вот в чем, — нахмурился Рован. — Больше интересен не сам разговор, а…

Дверь в допросную вдруг открылась, и внутрь зашли трое мужчин. Все они были одеты так же, как и остальные сотрудники Альянса, но нашивки на униформе выдавали их принадлежность к разведке.

— Что такое? — требовательно спросил Риекан, поднимаясь из-за стола и обращаясь к их старшему офицеру, полковнику.

— Простите, генерал Риекан, — ответил мужчина. — Я полковник Спарр из разведслужбы Альянса, и эта беседа окончена. Все записи и сделанные заметки изымаются, а вам, генерал, в соответствии с указаниями сверху, запрещено разглашать и обсуждать то, что здесь происходило. Кроме того…

— Что-что? — возмутился Риекан. — Кто это приказал?

Полковник протянул ему листок флимси.

— Пожалуйста, уничтожьте после того, как прочтете, сэр, — сказал он и продолжил с того места, где Риекан прервал его: — Кроме того, майор Рован с данной минуты переходит в наше распоряжение, вплоть до его освобождения и перераспределения в Альянс.

Риекан прочел приказ, посмотрел на подпись и пораженно перевел взгляд на Рована. Тот встал со стула, улыбнулся и пожал плечами.

— Прости, Карлист, а я так ждал нашего разговора.

* * *

— И вы выдали им имя Веджа? — Нарра постарался удержать тон нейтральным, скрыть свое разочарование и беспокойство из-за того, что Люк раскрыл врагам имя его друга.

— Я… я… кажется… назвал его имя. Сказал: «Ведж», — и больше ничего, — торопливо закончил Скайуокер, ощущая смесь пробирающего страха и жгучего стыда от того, что вынужден вслух признать свою слабость. — Вейдер стоял… страшно близко… — Сердце тяжело колотилось, кривые на мониторах заскакали быстрее, вырисовывая резкие провалы и пики. — Он… сказал что-то про моего отца. Я… вроде я плюнул в него, и он… он ударил меня, — Люк невесомо прикоснулся пальцами к щеке, к тому месту, куда угодил кулак Вейдера. — Это тяжело… — он судорожно вздохнул, борясь с подступающими слезами и ужасаясь оттого, что проявляет такую слабость. — Это…

— Спокойно, Люк. Все хорошо, тут тебя никто не тронет, — Нарра знал, что обещать подобного не стоило, ведь это решал вовсе не он. Определять, что и с кем будет происходить — прерогатива командования.

— Я был под действием препаратов, — стал объяснять Люк. — Вейдер… он…

Воспоминания были размыты, затуманены ухудшившимся зрением заплывшего глаза и болью. Вот Вейдер заходит ему за спину, зажигает световой меч, вот обрубает держащий его кабель и приказывает доставить Люка на свой корабль, где…

Люк?

Он вздрогнул, испуганно осмотрелся, уверенный, что слышал голос ситха. Казалось, воздух вокруг него потемнел, по краям поля зрения зашевелились тени, он услышал визг сервомоторов дроида, почувствовал смыкающиеся на запястьях тугие оковы. И Вейдер… Прямо рядом с собой он почувствовал Вейдера…

— Люк? — Нарра странно смотрел на него. — Ты в порядке?

В порядке ли? Сгустившаяся вокруг тьма никуда не делась, близость Вейдера душила, и он почти что слышал размеренное механическое дыхание темного лорда. Тот был близко, так близко.

— Нужно убираться отсюда… — прошептал он.

— О чем ты, Люк?

И о чем он? Что же сейчас случилось? Темнота рассеивалась, и теперь перед ним был один лишь передвижной медицинский пункт Альянса. Однако же он пропустил через себя то ощущение, то мощное предчувствие, что что-то произойдет, и в этот раз знал, что за этим стоит Вейдер.

Люк отбросил в сторону простыню, спустил ноги с кровати. Коммандер встал и подошел к нему. Колени подогнулись, и Нарра быстро подхватил его, помог подняться и стал звать врача.

Люк поймал коммандера за руку, но после пыток его хватка ослабла.

— Нет, сэр! Надо немедленно эвакуироваться!

* * *

Макрен переступил с ноги на ногу, заложил руки за спину и помассировал поясницу в ожидании, пока Вейдер сделает какой-то жест или заговорит. Темный лорд настолько долго стоял без движения и…

— Раймар, — триумфально объявил Вейдер. — Доставьте мне личный шаттл и скажите Оззелю подготовить мой корабль и установить курс на систему Раймара.

Макрен склонился в поклоне и улыбнулся с облегчением, которое принесла новость о том, что ситх вскоре покинет Эскааль.

— Как пожелаете, милорд.