Темные времена (джен)

Люк неотрывно смотрел на рифленый потолок госпиталя; скользя взглядом вдоль бороздок, он обнаружил в старом дюрастиле, который Восстание пустило на крышу, тонкую трещину. Отсутствие дождя радовало: он не думал, что смог бы сейчас, с разболевшейся головой, выдержать стук капель по металлу. Люк с досадой вздохнул и закрыл глаза. Ему предлагали седативное, предлагали провести еще пару часов в резервуаре с бактой, но он от всего отказался в попытке заставить их к нему прислушаться. Ему не нужен был сон, не нужно было плавание без сознания в бакте — ему нужно было убраться отсюда, убедить командование, что Раймар в опасности.

Он пытался объяснить это Нарре и женщине-медику, просил их поверить ему, в то, насколько сильно предчувствие опасности, в то, что он знал: Вейдер прибудет — и скоро. Но коммандер и врач всего лишь помогли ему подняться с пола и снова уложили на койку. Они попытались утихомирить и успокоить его, рассеять панику. Только не поверили ему, списали такое поведение на посттравматический стресс, и когда медик тонко пригрозила, что может ввести седативное и без его согласия, Люк сразу притих.

А вот его чувство опасности не утихало, и уже через какую-то пару часов после возникновения оно разрослось и обострилось.

Вейдер приближался…

Ощущение было сильнее, чем то, которое возникло на Эскаале перед тем, как имперцы ворвались в их убежище. В тот раз из-за него появилось смутное напряжение где-то в животе, да и волосы на затылке встали дыбом. А нынешнее чувство было сильнее: внутренности крутило от тошноты, напряжение сгустилось так, что можно резать ножом, кровь леденела от страха.

Он не мог просто валяться здесь и дожидаться его прибытия, не мог валяться и позволить базе встретить свой конец. Не мог бездействовать и допустить, чтобы его снова взяли в плен.

«Мы с тобой еще успеем наговориться, юноша».

Люк не желал ничего обсуждать с ситхом. Он отбросил тонкую простыню, которой его укрыли, сел, сморщившись от боли и скованности в спине, и потянулся к больничной сорочке, лежавшей рядом с кроватью. Он коснулся стопами холодного пола, проверил, сможет ли удержать равновесие и хватит ли ему сил стоять. Уверившись, что не рухнет на колени, Люк осторожно стал надевать сорочку.

— Лейтенант-коммандер Скайуокер, — мягким голосом прервал его 2-1b, — этого делать не рекомендуется. Ваши травмы еще недостаточно зажили, чтобы…

— Я в порядке, — солгал он, пытаясь убедить дроида, выдернул из руки иглу капельницы и зашипел от боли.

— Вам это не рекомендуется, сэр, — снова укорил его дроид. — Мне придется оповестить…

Люк аккуратно натянул балахон и завязал пояс.

— Делай что должен, 1b, я поступлю так же.

Отвернувшись от дроида, он осторожно сделал пару нетвердых шагов. Ноги ослабли и казались какими-то деревянными, но, по крайней мере, выдержали его вес и не подломились. Держась за спину, он прохромал до двери.

— Сэр, — опять попытался воззвать к нему 1b, когда открылся проход.

— Я вернусь, — заверил его Люк, не оборачиваясь; движение причинило бы чересчур много боли. — Мне нужно это сделать.

Дверь за ним закрылась, и Скайуокер остановился и прислонился к ней, чтобы отдышаться. Его неприятно поразило, сколько энергии пришлось потратить на то, чтобы всего лишь пройтись от кровати до коридора, и он задумался, где же возьмет силы на поход до кубрика Красной эскадрильи — причем такой, чтобы еще не проехаться носом по земле.

Внимание привлекло удивленное чириканье дроида, он опустил взгляд и просиял:

— R2!

Издав свист-вопрос, дроид покатил к нему. Люк положил ладонь на купол своего астромеха.

— Я в порядке, R2, правда, — сказал он, теряясь в догадках, как же маленький дроид вернулся на базу. Он вспомнил, как после катапультирования над Эскаалем модуль с дроидом из его крестокрыла отнесло на несколько километров в сторону, смутно припомнил, что видел ноги какого-то робота, когда Дейд — или Рован, или как он там сейчас звался — вытащил его из здания тюрьмы. Это был R2? Да и так ли это важно? Его друг был тут, в полном порядке и вел себя как обычно: беспокоился за хозяина.

— Дружок, твоя помощь очень пригодилась бы, — сказал ему Люк, чуть сильнее облокачиваясь на прохладный корпус дроида. — Мне нужно добраться до жилого блока, подсобишь?

Маленький дроид согласно прогудел, и вместе они медленно начали пересекать территорию базы, устремляясь к месту размещения Красной эскадрильи.

* * *

Дарт Вейдер спустился по рампе шаттла и, проигнорировав штурмовиков, наспех собранных для его приветствия на борту «Экзекутора», направился прямо к Оззелю.

— Милорд, — Оззель коротко склонил голову в знак уважения, а затем быстро развернулся вокруг своей оси, так как Вейдер, ни на секунду не притормозив, прошагал мимо. — Все посты сообщили о готовности, ждем ваших приказов, — доложил он, перенимая темп Вейдера.

Вейдер кивнул, принимая отчет мужчины. Скоро. Скоро сын будет у него руках, и на этот раз его хватка не ослабнет, он не позволит мальчишке сбежать. Внутри прокатилась дрожь предвкушения; он не жаждал так увидеться с кем-то с тех самых пор, как…

«Эни, случилось нечто чудесное…»

Он чуть потряс головой, выкинул из нее воспоминания другой жизни и сфокусировался на настоящем. Он собрал Силу, направил внутрь ее темные щупальца и насладился обосновавшейся в сердце прохладой. Скоро…

— Милорд? — осторожно позвал Оззель.

— Установите курс на Раймар, — ответил ему Вейдер. — По выходу на орбиту сразу начинайте бомбардировку, цели — только корабли и ангары, здания оставить нетронутыми. Штурмовики должны быть готовы к высадке и проведению наземной атаки. Мне нужны пленные, — он обернулся и посмотрел на Оззеля. — Ознакомьте всех солдат с описанием внешности Люка Скайуокера. Он, вероятно, будет находиться в госпитале повстанцев и должен быть захвачен живым, — Вейдер особо подчеркнул это желание и убедился, что невысказанная угроза понята.

— Будет сделано, милорд, — с новым поклоном заверил его Оззель.

* * *

Перед входом в жилой блок кто-то бросил контейнер, и Люк осторожно присел на него, чтобы немного передохнуть и выждать, когда боль подутихнет и станет более выносимой.

Когда он приложил ладонь к пояснице и поморщился, R2 щебетом озвучил свое беспокойство.

— Все в порядке, R2, — шумновато дыша, соврал Люк. По телу пробегали волны покалывания, ноги подрагивали, спина горела, и тем не менее чувство срочности давило, заставляя его толкать тело за пределы нынешних возможностей, вызывая всплески адреналина и накаты тошноты на пустой желудок; и тут Люк слегка задумался, а когда же он в последний раз ел нормальную твердую пищу. Вроде, это было в тоннелях: он умял что-то из сухпайка, пока ждал возвращения Тална, еще до поимки.

«Сними рубашку».

Люк побледнел от внезапно всплывшего воспоминания о том, как он, промокший и дрожащий, стоит перед Дейдом, и быстро выкинул из головы этот образ. Ему не хотелось думать об этом, не хотелось пока с этим разбираться и уж точно не хотелось проходить через это снова. Он поднялся на ноги; сюда летел Вейдер, и Люк не желал, чтобы на базе хоть кто-то остался, когда прибудут имперцы. Он надавил ладонью на дверь в жилой блок эскадрильи и заглянул во мрак. Он различил глубокое дыхание спящих, редкое бормотание и легкое похрапывание — товарищи отдыхали.

— Ведж! — громко зашипел он куда-то в сторону койки Антиллеса. — Ведж!

Люк нажал на выключатель, и над головой ярко вспыхнули флуоресцентные лампы, вызывая громкие проклятия и протестные стоны у разбуженных товарищей.

— Что за х…

— Мы спим вообще-то!

— Не верю, что уже утро!

Пилоты в едином порыве натягивали на головы одеяла и закрывались подушками.

— Выруби чертов свет!

Люк их всех проигнорировал.

— Ведж!

— Скайуокер?

— Эй, смотрите, кто явился!

— Люк? — из кома простыней показалась голова с копной темных взъерошенных волос, и на Люка сонно уставился Ведж Антиллес. — Эх, Скайуокер, дерьмово выглядишь. И какого черта ты не в больнице?

В любое другое время Люк бы по-быстрому отметил свое возвращение, но сейчас было не до того.

— Надо собираться, Ведж. И валить.

От этих слов Ведж тут же проснулся и скатился с койки, как и остальные.

— Проблемы? — спросил он, натягивая штаны.

— Нарра мне не поверил, списал все на травму, — отозвался Люк, прохромав к своей койке и шкафчику; даже будучи лейтенантом-коммандером, он делил жилье с остальными, из них только Нарра располагал роскошью в виде личной комнаты.

— И насколько это срочно? — уточнил Ведж, теперь бросаясь на помощь Люку, у которого возникли сложности с переодеванием.

— Не уверен… — Люк умолк, пытаясь понять, что же хотела сказать ему Сила, и уже не в первый раз пожалел, что Бен не научил его большему. — Срочно. Надо заставить командование прислушаться и эвакуироваться, — страшно морщась, Скайуокер влез в запасной летный комбинезон — прошлый так и остался на Эскаале — и взял свой второй шлем. Именно в нем он подорвал «Звезду смерти» и, даже получив обновку, от старого не избавился. Люк надеялся, что сейчас тот снова принесет удачу.

Ведж посмотрел на гримасу друга, услышал, как он тихо зашипел от боли при застегивании ремня.

— Ты в норме? — спросил он, хотя уже знал правду и знал, что Люк солжет.

— В норме, — заверил Люк. Он повернулся к R2 и на время передал дроиду шлем. — Ты иди с ребятами, посмотри, не найдется ли крестокрыл для меня. Встретимся в ангаре.

Он сделал шаг в сторону, и тут колени подогнулись. Ведж подхватил его, помог встать ровно и дал на себя опереться.

— В норме, да? — улыбнулся Антиллес.

— Просто доведи меня до командования, — глухо ответил Люк, от боли и перенапряжения на лбу у него выступил пот. — Времени почти нет.

Ведж проигнорировал нетерпеливость в голосе Люка, понимая, что сейчас за него в основном говорили боль и дискомфорт.

— Как скажешь, босс.

Ведж ухватил собственный шлем, бросил напарнику, а затем перехватил Люка под руку, частично приняв на себя его вес, и в то время, как их эскадрилья вместе с R2 потянулась к ангарам, отправился к командному центру.

* * *

Лея Органа очнулась от дремы и со стоном села. Перед этим она заседала за игровой голо-доской в пассажирском отсеке «Сокола», проверяла последние данные по ресурсам Альянса и, несмотря на беспокойство из-за недостатка поставок и серьезных потерь, которые понесло Восстание, похоже, отключилась на диванчике. Ее чуть позабавило, что за время сна ей на плечи накинули одеяло, и даже стало интересно, кто проявил такую внимательность: капитан Соло или Чубакка.

Она отложила одеяло в сторону, встала и стала расправлять блузку и брюки в безуспешной попытке избавиться от помятостей. Вздохнув и заправив за уши пару выбившихся прядей, она зашагала в рубку «Сокола». Соло с Чубаккой обнаружились сидящими на привычных местах.

— Утро! — улыбнулся Хан, когда она зашла и села позади них, и Лея поняла, что укрыл ее кореллианец. Принцессу немного напрягло, что он застал ее в момент наибольшей уязвимости, но вместе с тем она была тронута его заботой.

— Долго еще? — спросила она, смотря наружу, на изгибающиеся световые линии гиперпространства.

Хан бросил на нее взгляд через плечо.

— Да около часа, — ответил он. Органа выглядела усталой, измотанной, и когда он чуть ранее увидел ее спящей, это затронуло что-то в его душе. То, что он беспокоился о ней, было очевидно, если не для других, то, по крайней мере, для него, однако сблизиться с ней было практически невозможно. Казалось, одному Люку удалось пробить ее закаменевшую броню, и внезапно Хан позавидовал этой способности Скайуокера и его званию приближенного и друга принцессы Органы.

Тут Соло одернул себя, понимая нелепость таких мыслей и, учитывая все, что наверняка произошло с Люком в последние недели, испытывая некоторую вину. Парню нужны были друзья, а не соревнования за сердце принцессы.

— Ваше высоколепие как раз успеет принарядиться перед встречей с верными подданными, — он не знал, почему выдал это; может, для того, чтобы создать между ними дистанцию, чтобы побороть растущие чувства к Органе, только тон оказался жестче, чем хотелось.

Лея знала, ее не должен был удивлять сарказм Хана, но все же она была поражена. Поражена, немного озадачена и задета. Сначала он проявляет заботу, укрывая ее, а затем опять грубо тыкает носом в ее положение. Соло правда сбивал ее с толку и раздражал. Лея проглотила свою злость, не желая на этот раз препираться с ним, но ответ ее, тем не менее, был скуп:

— Возможно, я так и сделаю, капитан. Спасибо, — она поднялась и покинула рубку.

В кабине на минуту повисла тишина, нарушенная потом негромким ворчанием Чубакки.

Хан метнул на друга раздраженный взгляд.

— Я извиняться не буду, так что прекращай, Чуи, — и он отвернулся и уставился в хаос гиперпространства, игнорируя неразбериху в собственных чувствах.

* * *

В командном центре было тихо, персонал ночной смены следил за показаниями сенсоров вокруг базы и отрядом крестокрылов, который в данный момент патрулировал систему. Перешептывание работников смешивалось с негромким гудением электроники. Ведж с Люком остановились у дверей и осмотрелись, выискивая офицера, назначенного в этот вечер ответственным. Ведж беспокоился за друга, он видел, как по его телу пробегает дрожь усталости, слышал натужное дыхание, хотя Люк изо всех сил старался сделать его тише. Но также пилот знал, что никак не сможет убедить Люка не перенапрягаться и что Скайуокер исполнит задуманное — с ним или без него.

— Вот дерьмо, — прошептал Люк, в животе все сжалось от вернувшейся нервозности, когда он заметил дежурного в этот вечер. Офицер склонился над станцией связи, следя за работой оператора. — Это Редр.

Ведж застонал. Полковник Редр был любителем протокола и четкого следования инструкциям и прославился тем, что чуть ли не живьем съедал тех, чья работа не удовлетворяла его жестким стандартам. Однако они должны были попытаться. Ведж подтянул Люка чуть повыше и поддержал, когда они приблизились к офицеру.

— Полковник! — позвал Люк, вкладывая в голос столько силы, сколько мог. Он переживал агонию: травмированная спина отзывалась болью при каждом движении, и он чувствовал, как с каждым шагом ноги слабеют. Обезболивающее, которое ему дали в госпитале, теряло эффект, в голове запульсировало сильнее. Однако ощущение опасности с каждой минутой все росло, и Люк понимал, что время уходит. — Можно с вами поговорить?

Полковник оглянулся на зов, при виде Люка нахмурился, распрямился и подошел к ним.

— Лейтенант-коммандер Скайуокер. Разве вы не должны находиться в больнице? — его тон не допускал споров.

— Сэр… — начал Люк. И, сомневаясь, заколебался; он понятия не имел, как, черт возьми, убедить полковника объявить общую тревогу и эвакуировать базу без единого доказательства грозящей опасности. А после он просто брякнул: — Сэр, базу нужно эвакуировать.

В ту же секунду все будто замерло, взгляды всех находившихся в командном центре обратились к ним. На и так суровом лице полковника постепенно проявилось сильное раздражение, и Люк почувствовал себя как вомп-крыса под прицелом пушки, но не потерял решимости стоять на своем.

— И чем же, — напряженно прошелестел Редр, — вы можете обосновать столь радикальные и затратные меры, лейтенант-коммандер?

Тут на помощь Люку пришел Ведж.

— Предчувствием, сэр. Люк просто знает, когда что-то не так. Он спасал наши задницы тысячу раз, — только сказав это вслух, Антиллес понял, настолько неубедительно это на самом деле звучало. Он почувствовал, как рядом сгорбился Люк.

— Ага… — полковник пронзил взглядом Люка, — и это все якобы из-за вашей джедайской наследственности?

При слове «якобы» Люк вскинулся, ему пришлось задавить уже собственное возмущение. Если он сейчас выйдет из себя, ни к чему хорошему это не приведет.

— Из-за Силы, сэр, — заявил он так уверенно, как смог. — Я знаю, что мы в опасности. Пожалуйста, оповестите генерала Риекана.

— Ничего подобного я делать не буду!

— Сэр, пожалуйста… Вы должны…

Полковник повернулся к офицеру-связисту и резко сказал, заглушая протесты Люка:

— Запросите эскорт для лейтенанта-коммандера, пусть его проводят в медцентр, где он останется до тех пор, пока его не признают готовым к службе.

— …послушать меня! База в опасности и…

Лицо Редра уже заметно покраснело от бешенства.

— Мне нужно не одно ваше «предчувствие», Скайуокер! А серьезные причины для того, чтобы разбудить генерала с таким абсурдным заявлением.

Ведж ощутил свою беспомощность, ощутил, как мало может сделать — разве что стоять рядом и смотреть, как этот мужчина принижает друга. Эта мысль зажгла внутри гнев.

— Сэр, послужной список Люка сам по себе — доказательство! В таких вещах он всегда оказывался прав. Если вы просто разбудите генерала, мы бы могли…

Полковник метнул на него разъяренный взгляд, но не удостоил ответом. Все его внимание было сконцентрировано на Люке, пока дверь командного центра не открылась, пропуская внутрь двух вооруженных солдат: рослого грубого мужчину и невысокую стройную женщину.

— Ах, сержант… — обратился Редр к женщине. — Пожалуйста, сопроводите коммандера Скайуокера и члена его… — он замолчал, посмотрев на Веджа, — моральной поддержки туда, откуда они пришли.

— Конечно, сэр, — ответила сержант и повернулась к Люку с Веджем. — Господа, вы не согласитесь пройти со мной? — ее тон не оставлял места спорам.

В голове Люка зазвенело, нервозность превратилась в чистую панику. Он слышал шум крови в ушах и непрестанный стук пульса. На лбу выступил холодный пот, капля поползла по виску. Тяжело было размышлять, когда Сила кричала о срочности действий, а тело — о своей боли. Должно же быть что-то, что он может сказать, что-то еще, что убедит полковника, что его предчувствие истинно и они правда в опасности. Что Империя идет за ними и что люди умрут. Люк закрыл глаза, чтобы его не отвлекал ни вид командного центра, ни его работники, и стал искать варианты. Нужно что-то, что убедило бы всех, что их дом здесь…

Дом…

Ты рассказал нам, Люк.

Ты рассказал нам о доме.

Дейд или Рован, кем бы он ни был, пытался обмануть его. Пытался заставить поверить, что он сдал базу во время допроса, что в процессе пытки каким-то образом раскрыл информацию, не осознавая этого. Он ощутил, как Ведж, поддерживающий его за талию, начинает разворачиваться — пилот сдался, посчитав провальной их попытку спасти базу; Люк открыл глаза и увидел, как приближаются солдаты, чтобы взять их под свой надзор, как Редр начинает отходить, собираясь вернуться к работе. И понял, что должен сделать, невзирая на последствия.

— Я сказал, — тихо произнес он.

Он почувствовал, как застыл рядом Ведж, когда Редр остановился и сощурив глаза повернулся к нему.

— Что?

Люк сглотнул, внутри бился водоворот чувств, сердце колотилось, когда он выдавил:

— Я сказал… рассказал им, откуда мы вылетели.

Комнату будто сковал мороз. Солдаты подались назад, а Редр шагнул ближе, нависая над ним, даже поддержка Веджа чуть ослабла. И стоя в центре комнаты, полной людей, Люк внезапно почувствовал себя совершенно одиноким.

— Немедленно объяснитесь, лейтенант-коммандер! — рявкнул Редр.

Люк повесил голову, в желудке прокатилась волна тошноты, и он поборол ее.

— Когда они… Когда я… — он не мог произнести это, не мог объяснить, не мог парой фраз выразить то, что происходило в плену. Чтобы спасти их всех, он мог лишь солгать: — Я… я сдал им наши координаты. Они… Империя… знает, где мы.