Кастелян (джен)

— Нет в Хогвартсе никаких потайных ходов, профессор.

Снейп появился у входа ровно в семь. Хоть бы выбирал некруглое время, а то и ежу понятно: пришёл на встречу. Несносный Поттер, разумеется, под дверьми не ждал. Пришлось шкрябнуть лапой, чтобы он обратил внимание на сову, копошащуюся в перьях на слабо освещённом карнизе под потолком.

— Холодно здесь у вас, — поёжился я, осматривая гостиную. Изящная старинная мебель тёмного дерева. Кожаные диваны, монументальные письменные столы с дорогими приборами. Много старых книг в кожаных переплётах. Основные цвета — тёмно-зелёный, тёмное дерево и серебро.

— Потолок по углам отсырел, — констатировал я. Попробовал решётку. — Радиаторы совсем холодные.

— Ученики отапливают личные покои собственной магией, — ответил Снейп.

— Но на полноценный обогрев её не напасёшься, — понимающе кивнул я. — Думаю, это здесь.

Стену над камином украшал большой барельеф, искусно вырезанный из малахита с серебром: странная помесь кобры с анакондой свернулась тугими кольцами, «приветственно» распахнув пасть с четвёркой ядовитых зубов-гвоздей. Второе зрение показывало много дремлющей магии.

Я приложил руку к одной из серебряных чешуек и приглашающе посмотрел на Снейпа. Змея под ладонью была тёплой.

— Запрашиваю одноразовый доступ в тоннели приватной части. Разрешение верну по окончании работ, максимальный срок — ближайший восход.

— Разрешаю, — ответил Снейп.

Послышался натужный скрежет давно не открывавшихся массивных заслонок. На противоположных стенах гостиной в отодвинувшихся панелях открылись два скрытых входа.

— С какой половины начнём? — спросил я, посылая Хогвартсу просьбу заблокировать вход на факультет.

— В женских покоях холоднее всего, — принял решение декан.

В тоннеле было морозно и сыро. Изо рта вырывался пар. Холод объясним, тоннели не отапливаются; а вот сырость — это плохо. Тоннели должны быть сухими, никакой воды здесь быть не должно.

— Вот это хоромы! — несмотря на некомфортные условия, восхитился я. Здесь, наверное, могла бы проехать телега, не задев прижавшихся к стенам пешеходов. — Салазар определённо не страдал от недостатка места.

— На других факультетах не так? — Снейп, как всегда, был дежурно-любопытен.

— Видели бы вы те лазы в учебной части, — вздохнул я. Конечно, тоннель в подземелье — это не тоннель между стенами аудиторий. — Так, нам понадобится ещё один сопровождающий. Господин барон, мы были бы признательны увидеть вас на вашем факультете, если вы не очень заняты.

— Разумеется, ми…стер Поттер, — Кровавый Барон появился из стены так быстро, будто ожидал в соседнем помещении. — Приветствую, господин декан. Рад, что нашу заявку наконец-то приняли к исполнению.

— Постараемся сделать как можно быстрее, барон, — улыбнулся я, рассылая вдоль тоннеля протяжённый «Люмос Эклипсис». — Фиби!

Загрузив домовичку обычной работой по картографированию ситуации с имеющимися трубками, я направился к началу тоннеля.

— Профессор, прежде всего нам нужно заменить короткий участок тепловода, соединяющий изолированные тоннели Слизерина с остальной сетью Хогвартса, — объяснял я по пути. — Для кратковременного открытия шлюза нужны и вы, и господин барон. Далее я выясню текущее состояние инфраструктуры, а Барон проследит, чтобы я не оставил на стенах каких-нибудь лишних чар.

Кровавый Барон жизнерадостно хохотнул.

— Почему эту работу не поручают домовикам? — спросил Снейп.

— Они не на всё обращают внимание, профессор, — вспомнил я свой предыдущий опыт сотрудничества с Фиби. — Кроме того, это не их работа. В общине Хогвартса состоят порядка сотни этих трудяг, и ни один из них не сидит без дела.

Мы подошли к… у маглов бы это называлось взрывозащищённым гермозатвором. Массивная круглая воротина наглухо перекрывала тоннель. В центре плиты, посреди барельефа из переплетённых змей, был вправлен зелёный драгоценный камень, который я мог бы назвать изумрудом, если бы он не был размером с мою голову.

Мы повторили запрос на открытие в варианте на троих. Металлические змеи пришли в сложное движение, анимируя выдвигание ригелей. Воздух огласила какая-то шипяще-свистящая фраза. Плита медленно отвернула в сторону, открыв с обратной стороны такую же, и точно так же сейчас отворачивающую в противоположную сторону.

— Парселтанг, — удивился Снейп. — Барон, вы не знаете, что означают только что прозвучавшие слова?

— Увы, господин декан, Салазар покинул Хогвартс до того, как я стал привидением, — развёл руками Кровавый Барон. — По слухам, Основатель владел змеиным наречием как вторым родным языком.

— Надеюсь, тоннели строили не рептилоиды, — буркнул я, проверяя проходящие через шлюз коммуникации. Доступ сюда довольно хлопотен, лучше сделать сейчас сразу всё.

— Зачем вообще нужен настолько капитальный затвор? — задал зельевар резонный вопрос.

— Самому интересно, — ответил я после того, как стало понятно, что барон отвечать не собирается. — Простое ограничение доступа не требует такой защиты. Шлюз на случай затопления тоннелей… возможно, но что он защищает?

— А что будет, если тоннель затопит? — обеспокоился декан.

— Вентиляционные отдушины в комнатах запечатаются массивными заслонками. Видели, насколько толстые плиты перекрывали вход в тоннель из гостиной? Полностью откроются дренажные решётки, сбрасывая часть воды в проходящую глубоко внизу подземную реку. Если прорыв случится в жилой части — тоннель, наоборот, откроется, чтобы вода уходила в него. Ученикам в любом случае хватит времени, чтобы эвакуироваться наверх. Но всё равно, прочность шлюза многократно избыточна. Я не знаю, профессор.

— А что находится за шлюзом?

— Метров двадцать горизонтального хода — и тупик с узкой шахтой наверх, — я послал вперёд светляка, чтобы проиллюстрировать сказанное.

— А из факультетской части подземелий куда можно попасть?

— Никуда. Полностью замкнутая область. Есть дренажные каналы в ливневую канализацию и далее в русло подземной реки, но они перекрыты вмурованными в скалу решётками. Есть аварийные выходы на поверхность в виде колодцев, но они открываются только в случае чрезвычайной ситуации.

— Странно. То есть легендарная система потайных ходов расположена где-то ещё? Не в этих тоннелях?

Я вздохнул, вынимая одну за другой изношенные трубки. Вот вроде бы умный слизеринец — а туда же.

— Нет в Хогвартсе никаких потайных ходов, профессор, — ответил я. — По крайней мере, таких, о которых говорите вы: через весь замок по всем помещениям. Максимум — короткие переходы в соседнюю комнату, обычно — скрытую подсобку, комнату отдыха или что-то подобное. Разумеется, спецхран и ключевые центры вроде Рунного зала идут отдельной статьёй, там вообще никто никогда не шляется без крайней нужды.

— Вы уверены? Вам-то откуда такое знать?

— Мне… доступны некоторые секции библиотеки, профессор.

— Опять ваше неумелое враньё, Поттер, — вздохнул Снейп. — Хотя признаю, в закрытой секции вас давно и безуспешно ожидают увидеть.

Мало ли где меня ожидают увидеть, и даже с ещё большим нетерпением, чем в библиотеке. Что-то мне подсказывает, что я смогу побывать в запретной секции, если мне это действительно понадобится. Я начал вывинчивать из стен медные держатели трубок. Если уж менять, то всё полностью.

— Давайте подумаем вместе, — рассудил я. — Вы — Основатель, строите школу для юных магов. Зачем вам потайные ходы? Это полностью ваш замок, вам не нужно таиться. Это школа, а не Версаль — вам не нужно посещать спальни любовниц втайне от супруги. Вы маг, вам нет нужды прижимать стакан к стене, чтобы подслушивать детские секреты. Для экстренного перемещения есть домовики. Я живо представляю эту сцену: Салазар, величайший маг, собирая пыль и шипя ругательства на парселтанге, пролезает через узкий лаз, чтобы посмотреть на обжимающихся по углам пятикурсников. Тьфу ты!

Кровавый Барон оглушительно заржал и захлопал в ладоши.

— Браво, мистер Поттер. К некоторым вашим выводам я пришёл, лишь перестав быть живым. Не желаете перейти к нам на Слизерин?

Снейпа перекосило.

— Нет уж, пусть остаётся подальше от Слизерина. Мне казалось, Поттер, вы в курсе, кто, а главное, как поставляет спиртную контрабанду на ваш факультет. Как по мне, пусть хоть до делирия допьются, лишь бы их… маркшейдерские изыскания вместо хогсмидских пивных не привели сюда, на изнанку моего факультета. Барон, почему вы улыбаетесь?

— Я предоставлю мистеру Поттеру раскрыть эту интереснейшую интригу, декан, — ответил барон, церемонно поклонившись мне.

— Да, в общем, это не интрига, профессор, — ответил я, доставая из сумки новые трубки. — Уизли вообще не в курсе о существовании технических тоннелей. Хогвартс показывает им… обманку. Диснейленд.

— Что?

Я вздохнул, примериваясь к установке трубок. Размер немного не подходит, но лишнее я обрежу со стороны факультета.

— Тоннели, в которых сейчас мы находимся, по-настоящему опасны, профессор. Детям здесь не место. Вот там — мощные энерговоды, которые иногда работают на весь свой пропускной резерв. Помните созидательную магию в главном холле? Сеть цепной телепортации тоже срабатывает без предупреждения. Замок уничтожает приблудных грызунов и насекомых. Имеется защита и от непрошеных двуногих гостей. Я привёл лишь несколько примеров. Сейчас тоннель на штатном обслуживании, всё отключено, но сами понимаете: в рабочем режиме тут опасно находиться даже взрослому. А главное — не нужно. Твою тупую тушку, может быть, и сожжёт, но всё крыло останется без света и чар жизнеобеспечения.

— Интересные у вас приоритеты, Поттер.

— Вы ещё не слышали Грэйнджер. «Нас могли убить, покалечить или, хуже того, исключить из школы», — вспомнил я её выволочку Рону после памятной дуэли. — Ну так вот. Обычно дети слушают взрослых, ибо такова природа выживания. Но всегда есть небольшой процент одарённых шилом в заднице, для которых любые запреты — как назойливый невыключаемый шум за стенкой. И вот для того, чтобы они не горели на высокогейстовых линиях, улучшая остающийся национальный генофонд, Хогвартс выстроил детскую обманку. Вам известно, что такое Диснейленд?

— Приходилось слышать.

— Безопасная система потешных подземелий. Старинные своды, ненужные в подземельях барельефы, редкие «вечные» факелы, чтобы дети не сломали ногу в темноте. Искусные имитации скелетов за решётками, ржавые цепи и крюки на потолках. Таинственные ниши и альковы, в которых иногда можно найти рассохшийся сундук с несколькими старинными, позеленевшими монетками… Хотя эти жлобы перестали поставлять медь на склады, так что с монетками в последнее время напряжёнка.

При помощи специального заклинания я точно отрезал лишние участки трубок.

— Входы в систему — «особо замаскированные» двери, поддающиеся любому желающему, стоит лишь нажать, потереть или произнести правильное слово в правильном месте, — я приладил последние трубки на свои места. — Ну и главный приз для особо настойчивых. Дополнительно замаскированные — барабанная дробь! — прямые тоннели наружу, в особо вкусные места в Хогсмиде.

Я посмотрел на Снейпа.

— Вы же не будете утверждать, что уважаемому Салазару нужно было регулярно, тайно и именно пешком посещать то Сладкое королевство, то Кабанью голову… или где там в деревне наливают слабый алкоголь круглосуточно.

— Пусть лучше сидят в кабаке с поставленным в известность хозяином, чем в таких местах, как это, — понимающе покивал барон.

— Верно. Детская гиперактивность канализируется в безопасное русло, — я внимательно осматривал шлюз, проверяя, не забыл ли ещё что-нибудь. — Скажу больше. Где-то по Хогвартсу должна ходить «карта сокровищ». Или даже несколько.

— Есть такие, причём все разные! — подтвердил барон. — Говорят, самую первую рисовала Хельга, а зачаровывала леди Ровена. «Полная» карта Хогвартса с «абсолютно всеми скрытыми подземельями и ходами» — нарисована примерно половина «потешного лабиринта», вторую часть дети должны были отыскивать сами.

Я печально улыбнулся. Вряд ли в десятом веке у руководства было много времени на организацию настоящей сказки для воспитанников, но вот поди ж ты!

— Были и другие, — продолжал барон. — Например, «Карта мародёров» для большой школьной игры, проходившей четыреста лет назад. Мы с Ником отыгрывали тогда главных злодеев. По сюжету, ушедшая на покой банда мародёров времён Столетней войны спрятала награбленные сокровища в пещере. А мы, оставшись призрачными стражами при них, …

— Я сталкивался с этой картой, когда учился, — внезапно отозвался Снейп. — Была в моё время группа… инициативных гриффиндорцев, как раз именуемая «Мародёрами». Кстати, Поттер, ваш отец был одним из четырёх её членов.

— Понятно, — я вздохнул. — Судя по тому, что мне нарассказывали другие, ничем, кроме шалостей, этот инициативный коллектив не прославился?

— Если бы… Впрочем, тут смотря что считать шалостями.

— Плохое название для коллектива, — неодобрительно пробурчал барон. — Может, они нашли волшебную «Мародёрскую карту» и решили именно так и назваться, не понимая значения этого слова? Ну, вроде как иногда, читая сказки про пиратов, дети хотят поиграть в пиратов, не совсем верно представляя, кто они такие?

— Возможно, — не стал спорить Снейп. — Так или иначе, эта карта наделала много неприятностей. На ней в любой момент было видно, где находятся все ученики и преподаватели. Так что Мародёры легко уходили от патрулей и засад, а вот от них самих спрятаться в Хогвартсе было невозможно.

Мы с бароном переглянулись.

— Декан, вы уверены? — уточнил Кровавый Барон. — «Карта Мародёров» действительно показывает положение отдельных, помеченных учеников, это было необходимо в рамках игрового сюжета. Но чтобы всё население, включая преподавателей, да ещё и не во время игры?

— Меня несколько раз предупреждала… предупреждал человек, которому я мог доверять.

Мне очень хотелось спросить, не входила ли в мутную четвёрку и моя мама, но делать этого не стоило. Какая, собственно, с моей точки зрения может быть связь между нею и зельеваром, если только я не видел одну примечательную колдографию кое у кого на столе? Спрятав задумчивость под ещё одним переглядыванием с бароном, я буркнул:

— Плохо. Кто-то с полномочиями подключил карту к системе наблюдения. Полноценно, без ограничений.

— Этот артефакт нужно изъять, — решительно заявил барон.

— А толку? Нарисуют и выдадут новый. Разве только если сегодня карта не гуляет непонятно где, потому что у условного директора нет поручений для новой «инициативной группы»…

Я замер, внезапно осознав возможную причину безнаказанности рыжих близнецов.

— А… этих «мародёров» толком и не наказывали, да, профессор?

Снейп смотрел на меня странно. Потом ответил:

— Лишний вопрос, Поттер.

— Вы поэтому меня не любите, — отведя взгляд, вполголоса пробормотал я.

Четверо безнаказанных дураков, от которых невозможно скрыться. И Снейп, которого несколько раз приходилось о чём-то предупреждать. Понятно, что причина не только в этом, но именно к такому выводу должен был прийти неглупый, но неосведомлённый пацан.

— Мы уже двадцать минут стоим у этого шлюза, — холодно переменил тему зельевар.

— Здесь у меня всё, — вздохнул я. — Барон?

— Всё нормально, лишнего нет, — крякнув, согласился куратор.

— Запечатать шлюз, восстановить прежний доступ.

Плиты медленно вернулись на место. Опять злобно прошипела какая-то фраза.

— Давайте согласуем дальнейшие планы, — предложил я. — Тепловую сеть на каждой половине нужно менять сразу всю, единовременно. Пока идут работы, отопление, пусть даже такое слабое, не работает совсем, а это плохо, поэтому, если уж начал, прерываться не рекомендуется.

— Ваши предложения?

— Сегодня я провожу ревизию и восстанавливаю чары, не связанные с отоплением. В два последующих дня мы с бароном меняем отопление на обеих половинах. Если хотите, присоединяйтесь, но присутствие всех троих было обязательным только сейчас, при открытии шлюза. Ну и, после окончания работ на факультете, понадобятся ваши пожелания о климате в зельеварнях.

— Хотелось бы присутствовать, но пока не могу сказать точно, что будет с моим графиком в ближайшие два дня. Я могу опоздать, так что начинайте работать, не дожидаясь меня. Пароль на вход в гостиную — «Чистая кровь». Если он вам вообще нужен.

— Незачем вламываться, если можно вежливо постучаться.

Мы направились назад, к тоннелям, примыкающим к спальням. Я перешёл на второе зрение и достал палочку, собираясь имитировать её движениями восстановление чар.

— Кстати, могу я посмотреть, что за трубки вы меняете?

Я передал ему две трубки: вышедшую из строя старую и свою, новую.

— Их нужно менять раз в несколько столетий.

— Они не выглядят идентичными.

— Верно. Старую систему делал таинственный «Подгорный народ» — потому-то они до сего дня и дохромали, отмучив трёхкратный срок. Я так не умею, тем более при работающих печах.

— Что же вы берётесь, если не умеете?

Снейп не может и часа прожить, чтобы не спровоцировать. Задавив инфантильное «сами отчего не сделали до сих пор?», я спокойно ответил:

— Этого решения с лихвой хватит на текущую зиму. Если вылезут проблемы, летом переделаю.

— А материалы? Где вы их берёте?

— Из запасов, — ответил я туманно.

— Поттер, вопрос серьёзный. Любой ремонт — это финансирование. У меня имеется… выход на Попечительский совет.

— Будет интересно, по какой статье вы это проведёте.

— Это уже не ваша забота. И кстати да, что это такое? — Снейп внимательно рассматривал новую трубку.

— Идеальный проводник тепла при наличии магии. Тепловодная трубка. Вы вроде бы говорили, что в курсе, как устроены богатые мэноры?

— Никогда не интересовался этим вопросом. Могу я забрать образец?

— Конечно, только помните, что и кому рассказывать.

— Уж мож… Мерлин!

Снейп поражённо уставился на трудящуюся домовичку. И было от чего. Большой красный карандаш за ухом, пергамент в одной руке и штангенциркуль в другой. Домовичка сноровисто и быстро обмеряла тепловую линию, нанося на карту параметры сегментов.

Меня же привлёк другой, не такой приятный момент.

— Фиби, почему ты мокрая?

— Фиби случайно попала в ручей, — с наивной простотой подтвердила помощница мои опасения. — Фиби вычистит одежду позже.

— Отведи меня к тому ручью.

— Проблемы? — спросил Снейп, широким шагом следуя за домовичкой.

— Тот самый момент, почему эту работу не делают домовики, — ответил я. — Здесь не должно быть никакой воды. А мы, между прочим, находимся под озером.

— Фиби попала в ручей здесь.

Не жалея рабочей одежды, я залез в узкий боковой лаз. Как она только нашла этот отнорок в королевских тоннелях? Оценив обстановку, облегчённо выдохнул.

— Всего лишь прохудившаяся водопроводная труба, — сказал я, вылезая. — А ручей — только по меркам домовички. Ручеёк.

— Хлещущий водопровод — это «всего лишь»?

— Было бы куда хуже, если бы тут хлестало из карстового свища. А трубу Хогвартс теперь починит сам. Мне наконец-то удалось найти металл, нужно только доставить его сюда.

— Что значит?.. Поттер, вы что, снабжаете Хогвартс из своего кармана? Не смейте дербанить родительский сейф, он оставлен вам не для этого!

— Да не трогаю я этот мутный сейф. Тут проблема в другом: куда идти с деньгами, буде они у вас появятся? Грузовики с ломом в Хогвартс не пошлёшь.

— Именно для этого существует Попечительский совет.

— К кому бы я там пошёл? И с чем? Профессор, вы в курсе, что заявка на металл безуспешно подаётся замком уже больше тридцати лет? Откуда мне знать, что ваш Совет не участвует в этом саботаже? Откуда *вам* это знать?

— Я… — начавший резкую отповедь Снейп внезапно осёкся и ненадолго замолчал. Всё верно. Даже если с Малфоем-старшим у вас доверительные отношения, в Совете заседает не один Малфой. — Это не единственный вариант. Вы сами-то откуда взяли ваш металл?

Любопытство у него в рефлексах, что ли?

— Крэбб и Гойл подарили на Рождество.

— Так это вам они таскали ту ржавую гору? Поттер, и это вы называете осторожностью?

— Да они вообще не в курсе, зачем мне сталь. Я случайно ляпнул, им понравилась хохма про тяжёлое и железное, они решили развить прикол и поржать над моей физиономией, когда приедут с каникул. Наивные албанцы. Я попрошу у них добавки.

— Не вздумайте! Вы и так…

— Двадцать тонн — мало. Хватит только на самое неотложное.

Снейп вздохнул.

— Можете принести список того, что нужно? Я посмотрю, что можно сделать.

— Конечно, профессор, — я достал палочку. — Господин барон, я намерен восстановить эти сдохшие чары обнаружения протечек.

— Разумеется, мистер Поттер.

Мы прошлись вдоль всего тоннеля. Я осматривался, проверяя целостность плетений, состояние кладки и исправность инфраструктуры. Основную сложность представлял идущий рядом Снейп, перед которым не следовало светить своим вторым зрением.

— Барон, мне кажется, кое-где нарушены звукоизолирующие чары. Вы не могли бы пройтись по ученическим покоям и, э-э… пошуметь?

— С удовольствием.

Призрак прошёл сквозь стену. Сначала было тихо, потом напротив одной из решёток послышался аристократический баритон, декламирующий в лицах «Сон в летнюю ночь» на старом английском. Ситуация повторилась напротив ещё двух ученических покоев. Я взялся за восстановление.

— Беспокоитесь, что ученики услышат водную капель из тоннеля?

— Беспокоюсь, что ученики услышат друг друга из прохудившихся комнат, — вздохнул я. — И да, не стоит намекать внимательным змейкам, что за стенами их покоев есть ещё масса любопытного. Они не грифы, но от этого некоторые, по-моему, ещё более настойчивые.

Занимаясь восстановлением, я заслушался барона.

— Удивительно. Я уж было решил, что маги совсем не интересуются художественной литературой. Нас ведь даже грамотному письму здесь не учат.

— В моё время ситуация была лучше, — вздохнул зельевар. — Кроме того, Слизерин — это элита, здесь не довольствуются общеобразовательным минимумом. Барон при жизни был далеко не простым рубакой, недаром он назначен куратором аристократического факультета. Вам здесь ещё долго?

— Здесь — практически закончил. Проверим ещё мужскую половину, и на сегодня всё. Если торопитесь, мы с бароном сумеем завершить без вас.

— У меня есть время, его нет у вас. Скоро комендантский час.

— Сейчас каникулы. Да и мы не в коридорах находимся, а — сюрприз — на факультете! Попрошу Фиби перенести меня в гриффиндорскую гостиную. Или могу заночевать на Слизерине. Незанятая комната наверняка найдётся.

— Пусти козла в огород… Обойдётесь.

Никаких новых неожиданностей слизеринские подземелья сегодня не принесли. Обычная разруха средней степени запущенности, требующая хозяйской руки.