Поиск

вчера в 19:52

Хальве!

У нас снова культурная программа. мы изучаем фик.
Фик Не недооценивайте магглов, профессор II. прекрасен тем, что прежде чем кт-то из нас всерьез возьмется за четвертого Хавока, мы обновляем в себе творческие паттерны ГХА

Глава 24 интересна тем, что на ауте, откуда я её уволок, она 26 (потому что две главы пришлось вырезать, цензура), и там тоже в скобочках написано "цензура", видимо из этой главы чтоо-то вырезано, по соображениям дозволенности.

Когда всё изменилось? Пожалуй, летом. Лето после пятого курса сломало его пополам, стоило только переступить порог собственного дома, чтобы оказаться в плену. Так бывает, когда твоим квартирантом становится Тёмный Лорд. Так бывает, когда твои родители ставят долг превыше семьи. Так бывает, когда нет выбора. Драко скривил губы, безучастно наблюдая за тем, как мимо проносятся заснеженные пейзажи.

Пытки. Он помнил боль, но больше не фокусировался на деталях. То и дело всплывали запахи, тошнотворный вкус крови во рту и холодный, высокий смех, отражающийся от высоких потолков. Следом каждую клетку его разума заполнило шипение, тень огромной змеи, что медленно разворачивала свои кольца.

Врождённая гордость не позволила ему сдаться, взмолившись о пощаде и смерти. Смех Тёмного Лорда становился громче каждый раз, когда он поднимался на дрожащих ногах. Честно говоря, могло быть хуже. В любой момент, на самом деле. Получить «задание» по починке артефакта после всего произошедшего было почти облегчением.

«Повезло. Он мог, например, потребовать убить Дамблдора.»

Язвительная мысль мелькнула и исчезла, мимо него пронеслась обладательница знакомых, непослушных каштановых волос, прижимая книгу к груди. Короткий вдох принёс запах цитруса, мяты и пергамента. Грейнджер. Ещё одно изменение в его жизни.

Чистокровное воспитание накладывает целый ворох разнообразных обязательств. Правил, требований, которым ты должен соответствовать. И не то чтобы при таком раскладе становится легко заводить друзей. До этого года Драко в общем-то думал, что ему не очень-то нужны друзья.

Но Гермиона Грейнджер не собиралась спрашивать его разрешения. Конечно, она ворвалась со своими мотивами и идеалами. Но шестой год в Хогвартсе оказался таким остро одиноким, что сопротивляться её напору быстро стало невозможно. Удивительно приятно было участвовать в разговоре где он, Драко, был важен независимо от фамилии. Поддержка, тепло, доверие…

При всей своей внутренней силе он не смог отказаться от этого. С другой стороны, ситуация складывалась обоюдоострая. Независимо от того, как часто поднимется и уляжется волна школьных слухов, никто не должен знать об их настоящей связи. Малфои не допускают, чтобы тем, кто важен, причиняли вред. И Драко не собирался нарушать эту традицию.
Перво-наперво нужно вернуться домой. Найти возможность поговорить с матерью, убедить её связаться с Сириусом Блэком. На отца у Драко больше не было надежды ещё с лета. Нерушимый образ гордого, свирепого и властного аристократа рассыпался на осколки, когда отец поблагодарил Тёмного Лорда за вклад в дисциплинарное воспитание сына. Пожалуй, эта боль была гораздо острее Круциатуса. Тогда внутри что-то безвозвратно оборвалось.

Даже если лорд Люциус Малфой сделал это для выживания, Драко больше не мог прощать его. Не осталось никаких душевных сил. Мать же, с другой стороны… Мать его послушает. Она всегда была на его стороне, даже если отец слишком труслив, чтобы идти наперекор Тёмному Лорду.

Мимо со счастливыми воплями пронеслась стайка первокурсников, заставляя его вынырнуть из безрадостных мыслей. Драко наконец отделился от стены и направился в купе старост.

«Всё получится. Главное сделать всё правильно.»

В ушах всё ещё звучал детский смех, Хогвартс-Экспресс неумолимо уносил его прочь, навстречу грядущему будущему.

Это была попытка ообрисовать внутренний мир Драко Малфоя из этого фика. Что он неканоонный совсем, я уже привык, а вот противоречие из канона никуда не делось. Любители Малфоев любят козырять, что делать мерзости и гадости было необходимо потому, что иначе убьют родных и близких - но простите, Снейп вот взял,и к Дамблдору побежал, чего же Малфои нет?
А потому нет, что Малфои всякой злобной идейной гадсти сами полны, и их беспокоить начинает, когда возникает перспектива получить ответку. на свободе Люциус после первой войны оказался потому что взятки давал, и не потому что он хотел дело Волдеморта продолжать, а потому что хотел остаться на свободе. Жопу свою берег.

В каноне Драко согласен Волдеморту служить, искренне. Нарцисса тоже согласна чтоб сдохли все кроме её семьи, поэтому бежит к Снейпу. Цельные образы, одбряю. А тут значит не такие, они хорошие, но хорошие делают канонное злое дело, и поэтому все так же ужасны выходят.

Перескок к Гермионе:

— Гермиона, ужин готов!

— Сейчас! — откликнулась Гермиона и снова перевела взгляд на ворох упаковочной бумаги, лент и многочисленные коробки на кровати. Большую часть пола сейчас занимал наполовину разобранный чемодан. В воздухе витал запах имбирного печенья, цитрусов и хвои.
....
Двойственные чувства вызывала и собственная спальня. Книги на полках, плакаты и фотографии на стене из совместных путешествий с родителями. Всё это казалось удивительно чужим. У ног раздалось скрипучее мурлыканье, Гермиона улыбнулась.

— Эй. Привет, большой парень. — проворковала она, прижимая кота к груди и зарываясь носом в его шерсть. Мурлыканье теперь было почти оглушающим, Гермиона не могла перестать улыбаться. — Я ужасно соскучилась. Этот год такой странный, Глотик. Представляешь, я подружилась с Малфоем! Ты ведь помнишь его?

— Мяу! — неопределённо ответил Живоглот и сощурился на неё.

— Это странно, знаю. — согласилась Гермиона. — Но я связала ему свитер. Хочу упаковать и завтра отправить в Косом переулке. Думаю, ему понравится. А ещё я думаю, что когда закончится весь этот бардак, мы больше не будем расставаться.
— Мрр. — одобрительно откликнулся Живоглот.

Гермиона с улыбкой поставила кота обратно, нашла аккуратно свернутый свитер. Крупной вязки, глубокого, тёмно-зелёного цвета с серебряной молнией на горле. Тёплый и мягкий. Работа заняла пару месяцев, но Гермиона была уверена, что не ошиблась с размером. Как и с тем, что ему понравится. В конце концов, в поместье нередко бывает холодно. Прислушавшись к музыке внизу, она с улыбкой взяла перо и пергамент. Ничего примечательного. Закон ведь не запрещает дарить друг другу подарки?

Гермиона и Драко живут в разных временах, он едет в хог, а она еще дома...шучу *)
Но занятно, что якобы прошлый учебный год для неё был насыщенным - а мне как читателю ничего не запомнилось. И неудивительно, ведь там не было ничего интересного, глазу зацепиться было не за что.

Эти каникулы не начались для него с подвала. Только поместье как будто стало темнее. Словно бы солнечный свет проникал в окна особенно неохотно и совсем не приносило тепла. По коридорам то и дело гулял ветер. Рождественские огни и ёлка в гостиной в этой атмосфере ощущались самой настоящей насмешкой.

Тем не менее, Драко не позволял ни единой эмоции отразиться на лице. Тёмный Лорд сидел во главе стола за ужином, столовая полнилась негромким гомоном разговоров. Мать сидела прямо напротив, рядом со своей сестрой Беллатрисой, то и дело вздрагивая от безумного хихиканья, которое раздавалось на каждую реплику Тёмного лорда. Драко молчал.

Покинуть стол после десерта было самым настоящим облегчением. За дверью собственной спальни, он глубоко вздохнул и впервые позволил себе болезненно помассировать виски.

— Ты просто отвратительно выглядишь.

— Благодарю, дедушка.

Портрет издал фыркающий, возмущённый звук и крепко перехватил трость. Драко не довелось знать Абракаса Малфоя при жизни, но это не помешало оценить его величие. Понятно, почему отец им так восхищался.

— Тебе есть, что рассказать мне. — дед не спрашивал, утверждал. Что нисколько не удивительно, за годы, что он висел здесь, нетрудно выучиться читать манеру поведения.

— У меня появился кое-кто важный. — признался Драко и нервно сглотнул усаживаясь на стул. — Только… Это сделало всё вокруг ещё сложнее.

— Разумеется. — кивнул Абракас. — Итак, расскажи мне. Даст Мерлин, смогу тебе посоветовать.

Остаток вечера Драко изливал душу портрету за надёжно запертой дверью, а после полуночи забрался в постель, тут же провалившись в пустой, тяжелый сон. Проснуться без будильника было непривычно, равно как и не увидеть над собой привычный балдахин кровати. Драко пару раз моргнул, после чего медленно спустил босые ноги на пол. И взгляд упал на гору разноцветных коробок.
Пришлось побороть вспыхнувшее было любопытство и первым делом отправиться в ванную. Уже после, с мокрыми волосами и мягким халатом на плечах, уселся на ковёр и протянул руку к первому свертку. По виду в этом году их было больше, чем в предыдущем.

Первыми оказались те, что от родителей. Хрустальные флаконы для зелий от матери, трость — от отца. Драко покрутил её в руках, прежде чем отложить в сторону. Сладости и поздравления от факультета, коробки с пирожными от Крэбба и Гойла наполовину съедены. Типично.

Следующий квадратный свёрток в синей упаковочной бумаге с белой лентой оказался более любопытным. Драко полистал книгу с рецептами… Взрывчатки? Некоторые заклятья и зелья выглядели действительно ошеломляюще масштабными. Уложив книгу на колено, Драко порылся в коробке и вытащил тонко скатанный свёрток с печатью Министерства магии. Нахмурился. Но после минутного колебания раскрыл послание. Эльфы бы не пропустили ничего опасного.

«Счастливого Рождества!

Знаю, ты этого не ждал, но Гермиона сказала, что твоя жизнь сейчас стала более опасной. И я подумал, что тебе не помешает иметь что-то кроме палочки. Используй это правильно.

P.S. Я убью тебя, если обидишь её. Гарри Джеймс Поттер.»

Драко не успел ничего сделать, прежде чем компрометирующая записка вдруг вспыхнула синим пламенем и растворилась в воздухе. Остались только пустая коробка, книга и чувство полного недоумения.

— Гриффиндорцы… — проворчал себе под нос Драко, аккуратно убирая тяжелый том в сторону, прежде чем потянуться к следующему свёртку. Это оказалась ещё одна книга, на сей раз посвящённая проклятьям. Никакой записки. Только на первой же титульной странице поблескивало серебром семейное древо Блэков. Непрозрачный намёк. Драко прикусил губу, некоторое время бережно листая пожелтевшие от времени страницы. Было ещё несколько наборов сладостей, прежде чем он добрался до последней коробки.

Любопытно. Значит ГП таки знает что делается в родном краю настолько, что непонятно. пишет он или нет гермионе, зато Малфою вот пишет, и даже поваренную книгу анархиста заслал. Странно.
(На самом деле я уверен. ГХА просто забыл сам себя, и то у него Гермиона винится перед Сириусом, что Гхарри им не пишет. небось обижен до сих пор, а потом оказалось что связь какая-то есть, и понимайте как хотите.То ли автор забыл, то ли персонажи изменились и стали списываться. Я уверен что забыл, а потом написал.)

Теперь переносимся к другим персонажам:

— Я всё ещё не думаю, что это хорошая идея. — чопорным тоном проговорил Перси. Гарри только хмыкнул себе под нос, чувствуя, как новые ботинки с легкостью утаптывают тяжелый, плотный снег. Те самые, что Уизли подарили ему на день рождения. Нора уже виднелась на горизонте.

— Всего один день. Это не так уж страшно. Я уйду камином почти сразу, а вы сможете поговорить. Ты трудился две недели, чтобы добыть портключ в Англию! Было бы преступно этим не воспользоваться.

Перси встал как вкопанный. Гарри тоже остановился, когда разглядел в окне кухни суетящуюся фигуру миссис Уизли. Кажется, отсюда даже слышались голоса Фреда и Джорджа, смех Джинни.

— Я послал открытку и подарки. Почему этого не достаточно? — за вялым протестом в голосе Перси Гарри легко различил обреченную усталость. — Они не хотят меня видеть.

— Это ты решил за них? Прекрати. — Гарри протянул руку, крепко сжал запястье Перси и повёл за собой.

— Ладно-ладно! Я пойду сам, отпусти! — Перси выпрямился и одёрнул рукав своего пальто. — Только… Можем мы ненадолго остановиться в саду?

— Конечно. — моргнул Гарри, через пару секунд после вопроса вспомнив о могиле мистера Уизли. — Положим цветы вместе.
....

— Здесь определённо пахнет Рождеством! Поздравляю, миссис Уизли!

Миссис Уизли подпрыгнула и с грохотом уронила половник, щедро разбрызгав густой шоколадный соус по столешнице, стенам и плите. В следующую секунду Гарри уже оказался в крепких объятьях, глубоко вдыхая запах специй и домашней выпечки. И немного неловко обнял в ответ, смущённо обнаружив себя выше миссис Уизли на две головы. Когда, чёрт возьми, это успело произойти?

— Какой приятный сюрприз!!!

— Да… Я тоже рад вас видеть, миссис Уизли.

Миссис Уизли схватила его лицо обеими руками и отступила на пару шагов, критически рассматривая. В её глазах всё ещё блестели непролитые слёзы, нижняя губа дрожала от сдерживаемых эмоций.

— Ты повзрослел. Вытянулся. Настоящий красавец! — вынесла вердикт она, Гарри усмехнулся, расслышав наконец-то грохот шагов. Остальным Уизли стало любопытно, с кем это говорит их мать, отвешивая громкие комплименты. — Как ты добрался? Где твой багаж? Сириус знает? Следовало сказать нам! Тебя бы обязательно встретили!
— Всё в порядке! — успокаивающе поднял руки Гарри. — Я добрался хорошо. Багаж не нужен, так как это всего на один день. Портключ обратно зарегистрирован на завтра, в 7:30 до полудня, меня будут ждать.

— Гарри! — хором воскликнули близнецы и налетели на него, едва не выбив воздух из лёгких. За гомоном голосов Гарри едва мог различить, что конкретно они говорят, так что ограничился смехом и крепкими хлопками по спине обоих. — Ты! Ты теперь выше нас!

— Всего-то прибавил пару сантиметров. — усмехнулся Гарри, выразительно подняв брови.

— От пары сантиметров…

— Никто бы…

— Не отказался!

— Фред, Джордж! Честное слово! — возмутилась миссис Уизли и умудрилась дать сыновьям подзатыльники полотенцем. — Ведите себя прилично хотя бы перед своей сестрой!

— Привет, Джинни. — отсмеялся Гарри. Джинни так и стояла на пороге кухни, внимательно его рассматривая и отчаянно краснея.

— Привет. — пробормотала она.

— А где Рон? Он же не может всё ещё спать? — Гарри ещё раз оглядел тесную кухню. — Я надеялся застать его здесь.

— О, Ронни остался в Хогвартсе. — пренебрежительно махнул рукой Джордж.

— И поделом! — дополнил Фред. — Видимо, когда он стал богатым, Рождество в кругу семьи теперь ниже его уровня.

— Богатым? Он открыл магазин? — предположил Гарри.

— Ещё чего! — хором возмутились близнецы.

— Перестаньте ругать брата! — фыркнула миссис Уизли. — Я просто схожу за ним в Хогвартс, а вы постарайтесь не разнести дом. Джинни, последи за ними.

— Мы старшие! — напомнил Фред. Джордж согласно закивал головой.

— Поверьте мне, я помню. — сурово нахмурилась миссис Уизли. — И в ваших же интересах не делать ничего глупого.

Гарри издал смешок, снова обращая на себя всеобщее внимание. И вытащил из внутреннего кармана несколько подарочных свёртков, один за другим увеличивая их взмахом палочки.
— Гарри, совсем не стоило… — смутилась миссис Уизли.

— Ерунда. — пресёк любые возможные возражения Гарри. — Лучше сходите за Роном. Мне нужно всем вам кое-что сказать. И да, где я могу раздеться?

— Идём, большой брат! — важно поднял указательный палец Джордж.

— Мы о тебе позаботимся! — пообещал Фред. Гарри покорно последовал за ними, когда миссис Уизли исчезла в камине.

Прошло не слишком много времени. Гарри успел привести в порядок кухню, помешать шоколадный соус и дорезать овощи, добавив немного специй в праздничное разу. Некоторые мелочи он поручал близнецам и Джинни, попутно отбиваясь от вопросов. Когда камин снова вспыхнул зелёным, на столе уже стоял чай, чашки, кое-что из выпечки, переданной Гарсией и шоколадный рулет с голубикой от Росси, купленный в итальянской лавке.

— Привет, Рон. — улыбнулся Гарри, вешая на крючок фартук. Миссис Уизли, ведя на буксире младшего сына, выглядела слегка рассерженной. Окинув кухню взглядом, она ещё и смутилась.

— Это было совсем не обязательно, дорогой! Я бы справилась!

— Безусловно. Но мне не трудно помочь. — улыбнулся Гарри и крепко обнял пошатывающегося Рона, который кинулся к нему с невнятным воплем. В нос ударил отчётливый запах огневиски. — Ты начал праздновать без нас, приятель? Это было не по-дружески.

Рон в ответ хрюкнул. Через галдеж близнецов Гарри распорядился, чтобы все расселись и левитировал всем выпечку, миссис Уизли окинула взглядом стол.

— Почему у нас приборы на семерых, дорогой? Ты привёл девушку? — с надеждой осведомилась она. Джинни едва не выплюнула чай. Фред, Джордж и Рон дружно прищурились на него, будто бы он сейчас вытащит свою спутницу из кармана.

— Не сегодня. — слегка смущённо улыбнулся Гарри. — Но она дала мне с собой выпечку и очень хочет с вами познакомиться.

Миссис Уизли по-новому посмотрела на круассан в своей руке. Фред и Джордж дружно присвистнули, губы Рона растянула ухмылка. Джинни уставилась в свою тарелку, ещё раз отчаянно покраснев.

— Она красивая, Гарри? Как Чанг и Патил?

— Рональд! — прикрикнула на младшего сына миссис Уизли. У Рона покраснели уши. — Веди себя прилично!

— Ничего страшного. — улыбнулся Гарри. — Пенелопа… Самая красивая девушка, которую я когда-либо встречал. Она немного старше. Но очень умная, жизнерадостная, добрая и, как вы догадываетесь, шикарно умеет готовить. Я познакомлю вас позже. — миссис Уизли одобрительно сощурилась, откусив ещё немного круассан и глотнув чая. Гарри выдохнул, как перед прыжком с большой высоты. Честно говоря, в голове это всё представлялось менее неловким. — А пока приведу того, благодаря кому у меня появилась возможность увидеть всех вас и поздравить с праздниками, пусть всего на один день. Всё, о чём я вас прошу, будьте добры к нему. В конце концов, сегодня Рождество. Я подумал, когда если не сейчас, понимаете?

.....

«А если он ушёл? Что я скажу миссис Уизли и остальным?»

К счастью, опасения оказались беспочвенными. На звук вздоха облегчения Перси обернулся и поправил очки. Нервным, коротким движением.

— Я не думаю, что это хорошая идея, Гарри.

— Мы уже здесь. И они ждут. — ответил Гарри. — Всё будет хорошо, правда.

Весь вид Перси ясно демонстрировал несогласие, но он пошёл следом. Стараясь держать спину идеально прямой.

— Здравствуйте. — услышал Гарри за своей спиной. Все Уизли молчали, с разной степенью ошеломления разглядывая Перси, которому Гарри услужливо отодвинул стул. — Счастливого рождества.

За столом воцарилось густое, неловкое молчание. Гарри заметил гневную краску на лице Рона и бесцеремонно пнул его под столом. Миссис Уизли беззвучно плакала, комкая в руках салфетку. Перси сделал короткий глоток чая.

— Честное слово, это давно пора прекратить. — повысил голос Гарри, когда стало ясно, что тишину нарушать никто не собирается. — Перси хороший человек. И он ваш брат. Ваш сын.

Миссис Уизли всхлипнула, Рон вскочил, с грохотом отбросив стул и выбежал из кухни.

— Ничего. — предупредительно положил руку на плечо Гарри Перси. — Не страшно, пусть идёт. Дальше я справлюсь. Ты хотел зайти к Сириусу, помнишь?

— Ладно. — хмуро согласился Гарри и со звоном поставил чашку на блюдце. — Миссис Уизли, разрешите воспользоваться вашим камином?

Ну что же, вышло неплохо.Наконец-то без концентрации дикого уизлихейта, хтя конечно Рон и Джинни с близнецами упрощены, н я не имею права пропустить хороший момент. Обычно мы привыкли, что у ГХА Уизли это те, кто принижается, об кого можно ноги вытирать, и вообще они некузявые, не то что всякие Малфои,Нотты,Чард или вот агенты ФБР. Но здесь внезапно то, что хорошая сцена, праздник есть праздник. я этому удивлен. в хорошем смысле.

Однако есть и маленькая непонятка.Ранее п тексту глав расследований, все плавно прошло так, что 1996 гд сменился 1997, и рождественская обстановка 1996 осталась позади, и не было ни единого слова сказано, что Гхарри ездил к Уизли. Вероятно автор решил задним умом приписать, что оно на самом деле было, просто никто не вспомнил - и выходит странно. Ну или это рождество православное, 7 января 1997 года :)

Гарри звучно ругнулся, как только пространство перед глазами прекратило наконец-то вертеться. Из всех способов перемещения он, пожалуй, искренне ненавидел именно каминную сеть. Откашливаясь от сажи Гарри так и вытянулся на полу в гостиной, дожидаясь пока успокоиться желудок, и выпитая чашка чая с круассаном прекратит попытки выскочить наружу. Рядом послышалось какое-то движение, и Гарри поднял голову, почти тут же смутившись.

— Э-э, добрый день. Вы Тонкс, верно? Андромеда? — узнать её не составило никакого труда. Яркое описание Сириуса тут же возникло в голове, вспомнился и гобелен, который когда-то попался на глаза в одной из комнат. У неё было типичное лицо Блэков, совсем не похожее на Беллатрису Лейстрейндж вопреки сказанному в досье. Кожа немного смуглая, острые скулы, сжатые в тонкую линию губы и глубокие тёмные глаза, отдающие сапфировой синевой. По правому плечу спускалась объёмная коса стянутых черной лентой каштановых волос.

Андромеда, туго затянутая в корсет тёмно-синего платья с пышными юбками, критически приподняла бровь. Гарри почувствовал, что покраснел до самых ушей, прежде чем сообразил вскочить на ноги.

— Мистер Поттер, полагаю. — проговорила Андромеда и улыбнулась, тут же разрушив впечатление холодного аристократизма. Голос у неё был приятный, низкий, немного хриплый, но при этом мелодичный. — Приятно наконец-то познакомиться с вами. Видимо, проблемы с камином немного семейное. Нимфадора тоже вечно умудряется перепачкаться и запутаться в собственных конечностях во время перемещения. Впрочем, она весьма неловкая. Вы, кажется, знакомы?

— Да, мэм. — смущённо улыбнулся Гарри, пока Андромеда изящными движениями взмахивала над ним палочкой. — Только она страшно не любит, когда её называют Нимфадорой.

— Всё это глупости. — убеждённым тоном проговорила Андромеда, в последний раз взмахнув палочкой и обойдя Гарри со всех сторон. — Я выбрала прекрасное, семейное имя. В традициях Блэков. Она научиться ценить его, вероятно, когда меня уже не станет.

— Ну что вы… — начал Гарри. Андромеда безмятежно отмахнулась.
— Нет нужды, юноша, я прекрасно знаю предел упрямства своей дочери. В конце концов, она похожа на меня. — Андромеда сделала паузу, но Гарри не нашёл, что на это ответить, прежде чем она снова заговорила. — Итак, вы решили сделать сюрприз? Прекрасно. Только малыш Сири ещё спит. Поэтому, почему бы вам не отдать верхнюю одежду эльфу и не выпить со мной чаю в столовой? Кричер!

— «Малыш Сири»? — не сдержал смешка Гарри, вручая куртку появившемуся эльфу вместе с несколькими подарочными свёртками. — Это под ёлку, Кричер. Спасибо.

— Семейное прозвище. Он не рассказывал? — Андромеда направилась в столовую, жестом поманив его за собой. — Видите ли, до определённого возраста Сириус был ниже всех нас. Первой так его назвала Белла во время их привычных перепалок, а потом со временем подхватили все остальные. Он довольно долго дулся, но в итоге привык. Это ведь не выходило за пределы домашнего круга.

— Забавно — засмеялся Гарри. — Значит, у всех были прозвища? Какое было у вас?

— «Умница Меди». — неопределённо скривила губы Андромеда. — Не то чтобы я отличалась особым уровнем интеллекта в раннем возрасте, но из всех мест в доме моим любимым была библиотека. Там было даже кресло с моими инициалами, и старый Бартон регулярно приносил мне чай и конфеты с марципанами в тайне от матушки. К слову, хотите? Кричер спёк сегодня утром по моей просьбе.

Я не подготовился, и не зачитал заранее седьмую книгу канона - но там Адромеда не настолько официозная. как я помню. Тут же над её речью автор поработал в сторону красивостей, но вышло странно. Например "Нимфадора тоже вечно умудряется перепачкаться и запутаться в собственных конечностях" явно не то, как говорят люди, вы это вслух скажите. Вживую удобнее сказать "Нимфадора часто бывает неловкой", это удобнее звучит - раз!
Два- нехорошо постороннему человеку говорить, какая дочь Неуклюжая, она этого Гхарри впервые видит, где семейная гордость? Нормальные люди будут дружелюбны и корректны, н такое принижение своих, какое получилось, это нечто странное. А вот если нейтрально сказать "Дора тоже бывает неловкой", то это нейтральное сравнение, никого не обижающее.

— Только на сегодня. — подтвердил Гарри, смущённо размешивая сахар в чае. Почему-то сейчас ему показалось, что он орудует ложкой слишком уж громко. — Я заходил к миссис Уизли и за сегодня ещё хочу успеть посетить могилы родителей. Это… Будет впервые, честно говоря.

— Значит ваша родня никогда.?

— Тётя Петунья не слишком любила свою сестру. — пожал плечами Гарри и сделал глоток чая. — До одиннадцати лет я думал, что родители погибли в автокатастрофе.

— Непростительная наглость. — пробормотала в свою чашку Андромеда, тяжело нахмурившись. Впрочем,коро её лицо разгладилось, снова приняв приветливое выражение. — В таком случае, не будем о них. Как вы находите свою работу, мистер Поттер?

— Думаю, я мог бы заниматься этим всю жизнь. — тут же улыбнулся Гарри. — У меня прекрасная команда. Сейчас я уже не представляю свою жизнь без них.

— Однажды я посещала Буэ́нос-А́йрес с матерью. Полагаю, это не одно и тоже, но магическая часть города произвела на меня ошеломляющее впечатление. После поездки я довольно долго занималась испанским, и какую-то часть своей жизни была уверена, что однажды туда перееду. В приятный домик на побережье, знаете… Юношеские мечты.

— Вы всё ещё этого хотите? Я мог бы поспособствовать. — улыбнулся Гарри. Акцент ему всё ещё не нравился, но прямо сейчас ему вдруг нестерпимо захотелось похвастаться.

— Я буду иметь ввиду, спасибо за щедрое предложение. — игриво сощурилась Андромеда, безо всякого акцента, легко переключившись на другой язык. Гарри обреченно застонал.

— Я безнадёжен. Совершенно!

— Что вы! У вас прекрасный испанский для англичанина.

— Пощады!

Андромеда засмеялась, одним движением отбросила косу назад и съела очередную конфету. Щёки Гарри снова горели. На этот раз от стыда.

— Полно, мистер Поттер. — мягко похлопала его по ладони Андромеда, доверительно наклонившись вперёд. — Должна сказать, что не все молодые люди вашего возраста в принципе способны сносно говорить на каком-либо языке кроме английского. Так что вы молодец.

— Я могу стараться лучше. — буркнул Гарри в свою чашку и всё-таки взял конфету под одобрительным взглядом Андромеды.

— Похвально. Какие у вас отношения с моей дочерью?

Диалог огненный, с переходом на испанский, с тем что Андромеда уже знает где ГП работает, и оказывается ей тоже любопытно. что это за секс-перфоманс с дочуркой был. Кстати, кто знает, может их было несколько, прсто ГХА потом порезал?
Языки в этом фике вообще такое чувство. что все знают любые. все тут полиглоты, или у них волшебные кулончики есть.

Гарри едва не подавился всем, что было во рту, выпучив глаза на собеседницу и крайне осторожно поставил чашку на блюдце, вытерев губы салфеткой.

— Что вы имеете ввиду? — хрипловато осведомился он. — Нимфадора… То есть, Тонкс вам что-то рассказывала?

— Она никогда не говорит открыто, как любая девица её возраста. — фыркнула Андромеда и взяла ещё одну конфету. — Но я далеко не дура, и видела в каком она настроении после некоторых ночей, к тому же, ваше имя неоднократно всплывало в разговорах, и я предположила…

— Нет, совсем нет! — поспешно сказал Гарри и уставился в чашку, когда Андромеда приподняла бровь. Взгляд её глаз стал каким-то слишком пристальным. — Мы… Проводили время. — воспоминания заставили щёки Гарри снова предательски покраснеть. — Но я никогда не претендовал ни на что. Мы друзья, я думаю.

— Жаль. — вздохнула Андромеда, снова вернув своё обычное, безмятежное лицо. — Вы вполне достойная партия. Умны, богаты, воспитаны. Я бы хотела видеть рядом со своей дочерью такого человека. Кого-то, с кем она будет на равных.

— Может, вы поговорите с Нимфадорой? — смущённо предложил Гарри. — Наверняка в её окружении есть кто-то подходящий.

— Сомневаюсь, что она станет меня слушать. — фыркнула себе под нос Андромеда. — Хотя, видит Мерлин, я желаю ей счастья. А она любит делать всё мне наперекор.

— Ну, вы не то чтобы должны осуждать её за это? — не удержался Гарри с хитрой улыбкой. — Кажется, ваше собственное замужество началось после побега из родного дома.

— Ваша правда. — улыбнулась в ответ Андромеда. — Расскажите мне что-нибудь забавное о Хогвартсе?

И что это было?
Андромеда знает оо потрахушках дчери. или не знает?
Знает и не хочет их продолжения?
Знает и хочет их продолжения?

Какая у тетеньки мотивация? Я вот уверился, что раз на вся такая аристо, вся пафосная и важная, ей будут важны перспективы на будущее, не для себя, так для дочки. Тут можно было бы крутую драму замутить, чт Андромеда сама ( или в союзе с Сириусом) хоочет Поттера на своей дочке женить. Женить - и получить ег капиталы и дивиденды, в общем все то, за что ругают Уизли, перенести на Андромеду, и было бы занятно. А на таком вот обеде можно убедить в чем-то ("юноша, мне бы не хотелось, чтоб мой будущий внук был рожден вне брака, когда у вас будет время в церковь зайти?"), расспросить о важном ( вызнать про Гарсию, законфундить Поттера, или слетать самой в США, и Гарсию превратить в зубную щетку), или приворожить его ("У меня лучший кофе на это дороге! *в сторону* Приворотное зелье тоже лучшее"). И вообще было бы забавно, окажись чт Сириус поддерживает потрахушки и пользование девушек, но жениться предложит на Тонкс, ведь жениться надо на равных. а не на толстых маглахю

Вижу тут много неиспользованного потенциала, а больше зряшных диалогов, они ради атмосферы поговорили, н ничего актуального не сказали. Немного пр прошлое поговорили ( совсем немного), какую-то фигню про поездку в Буэнос-Айрес, и все. Диалог вышел по-киношному пустой, пожирание хронометража

Ладно, перерыв.

#дети_кукурузы #мультифандом #длиннопост #фикопанорама

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 13 комментариев

NAD

6 июля в 20:16

#конкурсы_на_фанфиксе #Орден_Фикрайтера_2
Совсем скоро, 13 июля, стартует масштабный конкурс-марафон для любителей вселенной "Гарри Поттера". Принять участие может любой зарегистрированный пользователь. Правила конкурса можно посмотреть здесь.
С 13 по 19 июля можно будет подать заявку на участие личным сообщением мне или хочется жить в произвольной форме.

А пока давайте вспомним первый Орден Фикрайтера. Изъявили желание принять участие в конкурсе 71 фикрайтер, стартовали 55, а до финиша дошли 36.
Всего было семь заданий, семь недель для кого-то изнурительного квеста, а для кого-то увлекательного приключения.

Итак, первый этап. Задание "Первое проявление магии". Авторы выбирали персонажа(персонажей) из мира ГП и рассказывали, где, когда и при каких обстоятельствах у него(них) впервые проявились магические способности.
Волею оргского произвола на этом этапе не разрешалось писать про Тома Риддла, Гарри Поттера и Невилла Лонгботтома. Поскольку участников было много, работы рандомно распределили по трём группам.
Полный список работ, в смысле те, которые остались на данный момент, можно посмотреть на странице конкурса, а я приведу в пример несколько с собственными рекомендациями, поскольку я тогда прочитала все работы на конкурсе.
Быть Блэком, история про детские годы Регулуса и Сириуса автора ONeya.

Страх перед именем только усиливает страх перед тем, кто его носит. ©
А если это твоё собственное имя? Что нужно для того, чтобы быть Блэком?

Повесть о ветре в безветренный день, первое волшебство Арианы Дамблдор в представлении автора Wrale.

Ох уже это "завтра".
Сегодня счастье и восторг, и радость, поднимающая на крыльях ветра, а завтра...
А завтра будет беспощадный канон, и от того светлая история становится невыносимо печальной.

Браво, Автор.

Первое и последнее волшебство Аргуса Филча, пронзительная история жизнеописания Аргуса Филча мастера пера Яросса. За этот текст Яросса получила звание "Рыцарь Ордена Фикрайтера".
Рекомендация хочется жить:

Эх, что только любовь с людьми ни делает. А Филч-то наш не прост, у него душа нежная, как цветок.
История о том, как юный Аргус Филч пожертвовал магией ради любви.

Возьми мою палочку, история семейных ценностей семейства Малфой. Драко, Астории и маленького Скорпиуса авторства келли малфой.

Возьми мои:

палочку
руку
сердце
привычки
мечты
покой

только не болей, сынок...

Особенный, печальная история, приоткрывающая завесу тайны семьи Дамблдор автора Specialhero.

Быть особенным не дар, но крест. Это ответственность. То, что простительно обычным людям, не прощается особенным. С них спросят совесть, карма, и те, которые обычные...
Особенным не становятся, особенным рождаются. Главное, научиться жить с этим знанием и этой ответственностью.
Не навредить.

Огненное лето Джинни Уизли, солнечная Джинни Уизли солнечной Stasya R.

Солнечная сказка про солнечную девочку. После прочтения на руку опускаются веснушки радости и счастья.

Прекрасно. И удивительно тепло.

Кружка, и снова семейная драма, на этот раз в семье Эйлин и Тобиаса Снейп автора ilhan.

Растаяла слезинками
Снежинка с семью льдинками,
Рассыпалась осколками,
Вонзилась в сердце колкими,
Мечты срезает стружкой.

А в центре кухни Кружка...

Не задавай вопросов — не услышишь лжи, неожиданный взгляд изнутри на Питера Петтигрю автора palen.

Дружба - искреннее желание закрыть друга в смертельной опасности?
Или:
Дружба - это всего лишь выгода?

Два разных полярных учения.

У Питера Петтигрю был хороший Учитель.

Скажи мне, как вырвалась твоя магия... Чудесная Home Orchid рассказывает про первое случайное волшебство Роуз Уизли, а заодно и про первый выброс в детстве у отца Роуз Рона Уизли.

Автор играет с названием. Автор, это же тест для читателей, правда?
Вторая часть после многоточия читается отчётливо, если внимательно прочитать размышления Молли в конце. Я, как неравнодушный товарищ по отношению к Молли и Норе, умилилась.
Прекрасно. Всем любителям Уизли рекомендую.

Сказка о том, как не сжечь ведьму, драмиона под непривычным углом переводчика Пир_ПирОманка.

Все мы краем уха слышали про охоту на ведьм.
Автор предлагает нам прочувствовать ситуацию изнутри.
Средневековье, узнаваемые маги, характеры. Любовь, мечты, вера в лучшее.
Прекрасно!

Бойся своих желаний, добрая история про детей национального героя Гарри Поттера автора Крон. Профессор Снейп в наличии. Правда, на портрете.

Чудесная семейная домашняя история со смыслом. Ответ на классический вопрос детской/родительской психологии: кого из детей родители обычно любят больше?
Ну все помнят ответ про пальцы на руке, правда?

Прекрасно. И очень уютно.

История Живоглота, рассказанная перед сном его котятам, переживающим из-за неумения колдовать, милейшая история, рассказанная Живоглотом лично автору Aliny4.

Мур мур, мряу мяу мур!
Мурр мряу мур!
Мурр... муррр-р-р...
Так-то, котятки!

Директор Хогвартса, первая работа триумфальной серии автора MaggieSwon, ставшей абсолютной победительницей Ордена Фикрайтера. Серия прочно вошла в золотой фонд Фанфикшена.

Ну вот она, история, которую ждали все. Тут вам и Снейп, и Поттер, и приключения, и Хогвартс. Просто потрясающе! Хочется читать и читать.

Автор, браво! Нет, брависсимо!

Медленно, но верно, история первой магии Грегори Гойла автора Ликсис.

Два замшелых увальня, два телохранителя Драко Малфоя. Мы говорим Крэбб - подразумеваем Гойл.

Автор раскрыл индивидуальность Грегори. Раскрыл так, что герой из непонятного условно отрицательного персонажа вдруг становится близким и родным.

Потрясающая история о материнской магии. Тёплая и мурчащая.

Зануда, и ещё одна работа, давшая начало шикарной серии про Перси Уизли автора шамсена.

Как непросто быть обычным,
Не как братья хаотичным,
А занудой педантичным.
Сложно Перси быть.

Шалунов ловить с поличным,
Защищать от бед различных
И проделок их комичных.
Трудно Перси быть.

Ну и что, что нетипично
Заявил при всех о личном.
Птица реет фантастично.

Круто Перси быть!

Врачеватель душ, история маленькой Минервы Макгонагалл прекрасного автора _Nimfadora_.
Рекомендация хочется жить:

Чудо не в визуальных проявлениях магии, а в человеческом отношении к ней. Религия и волшебство всегда были в непростых отношениях. Каково это: найти в себе силы любить тех, кто совсем недавно был обречён на гонения и гибель? Причём любить искренне и от всего сердца.

Не проходите мимо! Подумайте, может, именно вашу заявку об участии ждём мы с хочется жить. Я постараюсь охватить все туры первого Ордена, а хочется жить просила передать, что она высиживает яйца для подсказок. Будет интересно!

Всем добра.

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 4 комментария

Дoлoxов

4 июля в 01:36

В блоге фандома Гарри Поттер

Сигма, сигма-бой,
Сигма-бой, сигма-бой,
Каждая девчонка
Хочет знать, что ты Малфой

cor

30 июня в 23:34

#фанфикшен

Мне стало любопытно (внезапно, и я решила спросить нейросеть про статистику фанфикшена ГП).
Если верить Дипсику, то в англоязычном сегменте фанфиков по ГП:
- самый популярный персонаж Драко Малфой и его путь исправления;
- самый популярный пейринг Драмиона, при этом Гермиона выступает моральным камертоном для Драко;
- любовь к ангсту и хёрт/комфорту.
В русскоязычном:
- бал правит Северус Снейп и его хтонь;
- самый популярный - Снейджер...
- а игру в большую политику, психологизм и глобальный фикс-ит русские предпочитают комфорту. Драко и Драмиона тоже популярны, но, в отличие от призмы англоязычных фиков, циничнее и исправляться не планирует. А ещё у нас - согласно мнению Дипсика - Пай гораздо более популярный, чем в англо-фанфикшене.
В азиатской среде творится своя вакханалия. Китайцы любят Тома Реддла и Драко, но романтизируют их до недоступных императоров (судя по их дорамам вообще не удивительно), а японцы пишут школьные ау и омегаверс. Ну, и если верить Дипсику, там сплошной нескрепный слэш. Интересное.

Если есть что интересное вкинуть, пишите.
Наверное, уже тыщу раз обсудили, но я только недавно решила тестить нейросети... сначала для вопросов технического характера, но как-то быстро скатилась во всякую фигню. ~~И на это тратится вода.~~

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 20 комментариев из 29

DistantSong

24 июня в 22:49

#обзор #далёкий_обзор #эх_сеня_сеня_2

И вновь обзор похождений Сени. Как помним, в прошлых главах коварная Уизлигадиха его одурманила приворотом, и приведёт это... ну, в общем, к той самой мякотке, наличие которой мне смутно запомнилось ещё с первого прочтения сего фикла.

Глава 107 (ну или 106, если верить фику)

От лица здешней Джинни.. Она пафосно страдает.

Первые дни каникул обернулись для меня настоящим кошмаром. Тот вихрь эмоций, охвативших Гарри, когда его обняла мама... Это невозможно было описать в словах. «Боль, ярость, обида, желание»... Все это — всего лишь слова, и они не способны передать даже малой доли того эмоционального шторма, который охватил Гарри. Мама... Что же ты наделала?! Ведь это никак не подтолкнет Гарри ко мне. Никак. Я чувствую это и знаю.

Два дня я металась по дому, я кричала по ночам и не могла заснуть. Зелье Сна-без-сновидений помогало... но его действие проходило, и все начиналось сначала. Так и хотелось спросить: «мама, за что ты так со мной?». Но даже это было недоступно, если, разумеется, я не хотела рассказать всем о своей «особенности», и присоединиться к Луне Лавгуд в списке «странных» и «не таких».

Мало того, что она подробно осведомлена о гадских планах, так ещё и ведёт себя совершенно не как 11-летняя девочка. Впрочем, последняя проблема свойственна едва ли не всем персонажам.

Потом к Уизлигадам заявляется Дамбигад:

И злость, разливаемая его всепрощающим и всепонимающим добрым взглядом — пригнула меня к земле.

Опять возникает смутное чувство, что кто-то судит персонажа по себе.

Джинни с близнецами подслушивают разговор:

— Молли! Ты что творишь! — В таком знакомом голосе часто гостившего у нас директора слышны совершенно незнакомые нотки злости и даже ярости. — Для того ли я давал тебе кровь Гарри, чтобы ты ее так бездарно тратила?!

— Директор! — В голосе мамы слышна точно такая же злость. — Я не собираюсь стоять и смотреть, как эта грязнокровка уводит у моей дочери Мальчика-который-Выжил! Обретенная должна достаться Рону, а не мешать моим детям!

Так грязнокровка или "обретённая"? Раньше текст через Сеню утверждал, что это не одно и то же.

Мы с близнецами ошеломленно переглянулись. Такого мы как-то даже не ожидали. Выходит, мама все распланировала за нас? Тогда... Тогда ... Люблю ли я Гарри? Или это тоже наваждение, злой морок, созданный мамой «на благо семьи»?

— Не хочешь смотреть на Обретенную с Поттером — будешь смотреть на кое-что другое. Подождала бы спокойно, дура набитая, и получила бы все на блюдечке. Грязнокровая подружка Мальчика-который-Выжил — это же живая мишень для Пожирателей. А теперь... Если ты еще не все испортила, то очень и очень затруднила. Поттер при помощи Грейнджер составил заявление и подал на тебя в суд.

— В суд? — В наушнике послышался смешок. — Ничего они не докажут! Второкурсники-то...

— Докажут. — Тяжело вздохнул Дамблдор. — Они пригласили Малфоя в качестве эксперта. А этот мелкий змей и мои привороты ухитрялся снимать с Грейнджер.

*Прыская* Ну аффтар и даёт! Он что, реально пытается лепить из двенадцатилетнего сопляка офигеть какого эксперта, которого будет слушать суд?

Я задохнулась. Значит... значит та история с зельями, о которой, по словам близнецов, в прошлом году говорил весь Хогвартс — это дело рук самого Дамблдора?

— Ну... докажут. И что? Будем выплачивать ему виру... по два кната в год. Я законы знаю!

— Знаешь. — Тяжело вздохнул Дамблдор. — Да не те. Поттер не требует виры. Он требует адорат.

Я недоуменно посмотрела на близнецов. Те пожали плечами. Похоже, они тоже не знают, что такое этот самый «адорат». Но, судя по воцарившемуся молчанию, родители это знают... и знание это их не радует.

— Адорат... — Тяжело, через силу произнесла мама. -= Не могу поверить... Чтобы моя доченька... подстилкой... этому... этому...

— Не этого ли ты хотела, составляя приворот? — Голос Дамблдора выражал безграничное участие.

А вот и начало "мякотки". Итак, Сеня, пользуясь какими-то замшелыми идиотскими законами, которые аффтар высосал из жопы, хочет Джинни в качестве чего-то вроде секс-рабыни. Если у вас осталась хоть тень сомнения, что он — ублюдочный поганый извращенец, который лишь силой всирания прислуживает Тзинчу, а не Слаанеш, думаю, этот момент окончательно её развеет.

— НЕТ! — Мы чуть не оглохли. — Он бы попускал слюни, рассорился с грязнокровкой, побегал за ней... а там действие приворота кончилось бы, и они уже строили отношения как нормальные дети! Он не успел бы...

— Теперь, похоже, успеет. — Мягко ответил директор. — «Время Главы Рода — драгоценно. Так что девушка, ради которой Главу отравили приворотным зельем — становится его адорат на срок действия приворота». Проклятые Кодексы Крови! Почему, ну почему их нельзя отменить?! Ведь совершенно очевидно, что они — устарели, и крайне несправедливы... Я надеялся, что о них хотя бы забудут... Но благодаря твоей, Молли, глупости... Хорошо еще, что они все-таки подали в суд, а не потребовали адорат «волей Силы и Магии».

А зачем их отменять, если в каноне их и не существует? И да, учитывая, как Дамбигад прежде был показан офигенно могучим, он легко мог продавить, что захотел. Да и вообще при условии дамбигадства он бы сидел в кресле министра магии, а не в Хогвартсе. Но тут аффтару потребовалось, чтобы он был в режиме жалкого дамбитупа.

— Я, конечно, давно не сражался, и успел немного подзаржаветь... — В первый раз за все время вмешался в разговор папа. — Но все-таки, с второкурсником...

— Против тебя вышел бы Снейп. Как регент рода Поттер. — Припечатал Дамблдор. — А он все еще хочет получить проклятую должность, и тренируется ежедневно.

Учитывая, что он прочно под колпаком Дамбигада, Снейпу могли просто приказать проиграть. Нет, конечно, напоказ он бы старался из всех сил, но Артур Уизли неожиданно оказался бы более грозным противником и одолел его. Но такая идея никому в голову не приходит.

Джинни же, вместо того, чтобы быть в ярости, реагирует так:

Я выдернула из уха наушник подслушей. Близнецы стояли рядом со мной в ошеломлении.

— Ну твой Поттер и... — Начал Джордж.

— Молчи. — Заткнула я брата. — Он прав. Ты просто не чувствовал, как ему было плохо, когда его накрыл приворот. Совсем не чувствовал. Хорошо, что он не сделал большего...

Тьфу, какая мерзость.

Под конец главы аффтар, видимо опомнившись, пытается чуть сгладить действия Сени:

Пока братец готовился ответить, мне буквально в руки упал филин семейства Малфой. От его лапы я отвязала записку, и филин улетел прежде, чем мы смогли ему что-либо предложить. Записка была написана удивительно знакомым почерком.

«Прости. Твоя мать сумела подсунуть мне приворот. Я не мог оставить ее действия без ответа. Я подал в суд. На суде стой твердо и говори правду. Ты — невиновна. Пусть хоть легилеменцией проверяют, хоть веритасериумом. Мы затянем разбирательство, а потом я откажусь от иска «в связи с прекращением действия приворота». Кстати, как только выпустишь записку из рук — она сгорит. Еще раз: «прости».

Но дела это не спасает. Сам факт, что для сюжета были высосаны из пальца эти кретинские "кодексы", и что Сеня совершает такой ход, оставляет неизгладимое чувство омерзения.

Глава 108

От лица Герминоги.

Каникулы промелькнули незаметно. Драко «в связи с особыми обстоятельствами» притащил нам с Мори специальные министерские разрешения на колдовство, «для проведения необходимых для нейтрализации приворота ритуалов».

Вот уж точно, Малфои промышляют подделкой документов. Иначе этот бред не объяснить.

Но все-таки возможность продемонстрировать родителям настоящую магию — не могла не радовать. Особенно интересно было посмотреть на выражение лица папы, когда он увидел Гарри висящим в воздухе посреди комнаты, когда вокруг него медленно вращались вокруг разных осей три светящиеся пентаграммы.

И, конечно. пентаграммы в совокупности с остальным не натолкнули его ни на какие подозрительные мысли...

Правда, опять-таки, самые «неоднозначные» ритуалы, включающие ритуальные поцелуи и крепкие объятия мы старались проводить тогда, когда родителей не было дома. Думаю, так всем было спокойнее. Зато когда Драко, ехидно ухмыляясь, заявил, что некоторые ритуалы снятия приворота включают в себя и ритуальный секс — Мори гонял его по всему дому подушкой, «за пристрастие к глупым и неуместным шуткам».

Какой же ты лицемер, Сеня. Дракусик, уж на что идиот, просто назвал логический исход твоего груминга.

Дальше они прутся в Косой переулок, где встречаются со Знейбом, изображающим из себя "регента", и Сеня, вылезший из-под мантии невидимки, изображает, будто только что встретил Герминогу.

— Мистер Поттер. — Раздался голос профессора зельеварения, от которого в стороны бросились даже прогуливающиеся по Косому переулку книззлы. — Понятно, что Вам трудно удержать мои слова в Ваших полутора извилинах. Но лорду и главе древнего и благородного рода подобает выражать радость встречи в более... сдержанной форме.

— Но... профессор... это же — Гермиона!!! — Детски-наивный, умоляющий взгляд доброго мальчика Гарри был достоин запечатления в диснеевском мультфильме*.

/*Прим. автора: происходи действие несколько позже, я бы помянул всуе набивший оскомину образ Кота-из-Шрека... но увы, до первого Шрека еще 9 лет*/

Очень смешно, учитывая, сколько анахронизмов и проих пододов для ТКВО текст уже дал.

— Поттер. Грейнджер. Беритесь за портал. Летус!

Рывок. Только твердая рука моего лорда удержала меня от падения. Я огляделась. Мы оказались в высоком зале. Множество людей в парадных мантиях с гербами расселись в расположенных амфитеатром ложах. Мы же оказались как будто на сцене.

Прямо перед нами находился Верховный чародей Визенгамота, Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. И как же он отличался от добродушного и «слегка не в себе» директора школы. Гордый и могущественный, буквально излучающий волны силы и уверенности... И это при том, что он отнюдь не сменил свою любимую лиловую мантию со звездами и не отказался от очков-половинок.

— Наследник Поттер. Регент. — Загрохотал в зале голос Верховного чародея. — Вы сообщили, что хотели бы выступить перед Визенгамотом перед началом слушаний по делу Уизли. Хочу предупредить, чтобы вы не пытались воздействовать на судей — это запрещено.

— Верховный чародей. Уважаемое собрание. — Уверенно поклонился Снейп. — Прежде, чем начать заседание по весьма скандальному делу, мы, говорящие от имени рода Поттер, наследник Гарольд, и я, регент рода, хотели бы представить вам девушку, принятую родом под свое Покровительство. — Дамблдор скривился. — Гермиона Грейнджер. Обретенная. Приветствуйте.

*Зевая* Сколько пустого пафоса-то, а?

Я поднялась. Зал молчал. Люди смотрели на меня, и мне стало страшно. Хотелось убежать, скрыться, чтобы только не видеть этих испытующих глаз. Но у меня за спиной поднялся Гарри.

— Ее слово — слово рода. Ее интересы — интересы рода. Ее честь — честь рода. Приветствуйте!

Весь зал как будто затянул темной дымкой. Как ни странно — стало легче. Страх пусть и не ушел полностью, но отступил. В амфитеатре поднялась пожилая женщина в шляпе с чучелом грифа.

— Я, Августа Лонгботтом, глава рода и воспитательница наследника, от имени рода Лонгботтом — приветствую!

Блин, а дело разбирать вы будете, или только пороть лютую ахинею?

Ещё немного такого, аналогичеое приветствие от Люцика, и...

— Собственно — все. — Тихо прошептал мне на ухо Гарри. Поскольку он не воспользовался Меткой, я поняла, что этот шепот был отчасти игрой на публику. — Теперь отказаться приветсвовать тебя — значит выразить неуважение Свету и Тьме... на такое могли бы пойти только полные отморозки, вроде Блэка, но они все в Азкабане.

*Со вздохом* Сеня, ты дебил. Какой свет, какая тьма? Что ты несёшь?

— Знали, что покровительствую я, мальчик Гарри. Теперь — узнают, что не только Мальчик-который-Выжил, но и род Поттер. А это уже совсем другой уровень. Если до этого «представления» кто-то особенно рыжий мог додуматься подлить кому-нибудь из глав домов приворот на тебя и потребовать тебя в качестве адорат, то теперь... Дуэль со Снейпом насмерть — это не то, к чему будет стремиться существо, обладающее хотя бы зачатками чувства самосохранения. На такое мог бы пойти Риддл, Дамблдор, возможно — двое-трое из тех, кто ныне наслаждается обществом дементоров.

Я кивнула головой и замолчала. Вовремя. Один за другим начали подниматься все новые и новые люди. Они приветствовали меня, как принятую рода Поттер. Их было много. Очень много. Почему-то мне стало трудно дышать. От обморока меня удерживали только руки Мори, лежащие на моих плечах и его ехидно-мурлыкающий шепот:

— Мы в восхищении... Королева в восхищении...

Буэээ, какая гадость. И, конечно, очередная тупая отсылочка.

Глава 109

Процедура представления Покровительства ожидаемо оказалась долгой и нудной. Ее разбавило только выступление Долорес Амбридж, от имени Министерства потребовавшей «прекратить этот фарс», и сославшейся на то, что «забирать детей из семьи запрещено решением Министерства и Визенгамота». Однако, ей в нос сунули тот «мелкий» факт, что никто мисс Гермиону Грейнджер из семьи не забирает никуда, кроме как в школу, согласно решения все того же Министерства «Об обучении магглорожденных», «в целях безопасности магического сообщества и ненарушения Статута Секретности». Дамочка в розовом пошипела, но все-таки приветствовала Миа... правда, при этом ее заметно перекосило. Я это запомнил.

Н-да. Когда Долорес Амбридж выглядит голосом разума (а происходит действительно натуральный фарс), в фике всё очень, ОЧЕНЬ плохо.

После речи Дамблдора мы сошли со сцены и двинулись к ложе, предназначенной для представителей рода Поттер. По дороге нас встретил Невилл.

— Привет, ребята! Как это получилось, что Гермиону приветствовал весь Визенгамот? Это же чудо!

Глаза дубль-Избранного горели. В целом он был совершенно не похож на того робкого, забитого мальчика, который пришел на первый курс Хогварта. Не могу не отметить, что некоторую роль в этом преображении сыграл тот факт, что палочка Френка Лонгботтома благополучно сгорела в руках Невилл на одном из осенних уроков Чар, и суровой бабке, как она не морщилась, все-таки пришлось купить внуку новую, которая подходила ему намного лучше.

— Чудеса, конечно, случаются... — Потупила глазки пай-девочка Миа. — Но для этого приходится много работать.

Да уж, работать пришлось много. Хедвиг отмотала себе все крылья, мотаясь между поместьем Лонгботтомов и Дырявым котлом, где ее встречала Асси и доставляла уже в дом Грейнджеров.

— Но как, КАК вам удалось убедить Люциуса Малфоя приветствовать гр... — Невилл резко закрыл рот, чуть не прикусив язык, опасливо посмотрел на меня и продолжил — ... Обретенную?

Я улыбнулся. На самом деле убедить Люциуса было совсем не сложно. Основное сомнение у него вызывал вопрос происхождения Гермионы: он считал, что Покровительство было создано для того, чтобы ввести в Волшебный мир бастардов и полукровок, но несколько исторических примеров, в том числе — найденных Драко в архивах дома Малфой его переубедили. И с этого момента Люциус Малфой стал одним из самых горячих сторонников возобновления древней традиции.

Как видите, аффтар всрал не только Малфоев, но и Долгопупсов. Невилл в каноне, бывало, выглядел несколько нелепым и несообразительным, но не настолько, чтобы не знать слова "маглорождённая".

Ещё куча болтовни о всяких обычаях, взглядах и тому подобном, и...

— Сегодня мы собрались, чтобы рассмотреть дело «Поттер против Уизли». Регент рода Поттер, Северус Снейп, обвиняет семейство Уизли в попытке отравления наследника рода приворотным зельем и требует, в качестве возмещения ущерба, передать наследнику рода Гарольду Поттеру Джиневру Узли в качестве адорат на весь срок действия приворота.

Те из присутствующих, кто не знали о причине собрания — вздрогнули. Кодексы крови, которые уверенно возвращала из небытия Миа — были уже давно позабыты и к ним не обращались уже больше века. Но отменить записанные в них заклятые законы не мог никто — просто не удалось бы собрать достаточно Глав древнейших и благороднейших родов, многие из которых уже ушли в небытие.

Это, блин, объяснение аффтара, почему те дебильные законы никто не отменил? Потому что законники померли, а новых выбрать не удосужились? Хениально.

Первыми перед Визенгамотом выступили свидетели обвинения: Нимфадора Тонкс и Драко Малфой. Тонкс скривилась, когда ее вызвали для дачи показаний, упомянув имя. Что ж. Привыкай. Аврору частенько приходится давать показания перед судом... а суду нет никакого дела до того, как ты относишься к своему имени.

Квалификацию Драко в качестве эксперта по приворотным зельям и заклятьям попытались оспорить третьестепенные сторонники светлой стороны, но Драко отбился. Его отец сиял так, что это было видно невооруженным глазом. Молли просто чудом избежала Силенцио, которым ей пригрозила глава Департамента магического правопорядка, Амелия Боунс.

О, опять "светлая сторона" выглядит самой нормальной. И как же, спрашивается, Дракусик "отбился"? Сказал "У меня за плечами целый первый курс Хогвартса, так что я эксперт хоть куда"?

Джинни вызывают для допроса, поят сывороткой правды, и глава кончается так:

— Джиневра Молли Уизли. — Загремел над залом голос Снейпа. — Признаете ли Вы себя виновной в отравлении Гарольда Поттера, наследника рода Поттер приворотным зельем?

Джинни с трудом сфокусировала взгляд, осознавая заданный вопрос, и твердо ответила:

— Да. Виновна.

Вот так-то. Ей оченно хочется быть "подстилкой" для Сени, похоже.

Так, хватит пока обзора. Я, знаете ли, ещё при первом прочтении сего фика был в ярости на этом моменте, и сейчас испытываю похожие чувства.

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 15 комментариев

fancic reader

21 июня в 03:33

Как показывают рассекреченные документы, правительство Великобритании использовало фиктивные организации и поддельные документы для дезорганизации своих врагов и защиты своих интересов в условиях холодной войны.

Информация содержится в серии крайне секретных файлов , которые были переданы в Национальный архив в Лондоне.

Эти документы принадлежали Департаменту информационных исследований (ДИО), подпольному антикоммунистическому пропагандистскому подразделению, действовавшему в Министерстве иностранных дел в период с 1948 по 1977 год.

Внутри IRD существовало крайне засекреченное подразделение под названием Специальное редакционное подразделение (SEU), которое специализировалось на «темных искусствах» тайной государственной политики при содействии MI6.

Это включало планирование и осуществление операций «черной» пропаганды, таких как создание фиктивных организаций и распространение поддельных документов.

Эти «секретные» операции были призваны «спровоцировать реакцию, разжечь насилие или усилить расовую напряженность», — утверждает историк Рори Кормак , чья новая книга посвящена ключевым фигурам, стоявшим за SEU (Секретным юнионистским экспедиционным корпусом).

Когда Скорпиус Малфой устроился работать в Управление безопасности Департамента магического правопорядка, он понял что под "тёмными искусствами" здесь понимают вещи, далёкие от классического определения.

Свернуть сообщение

Показать полностью

Olyapro1060

19 июня в 04:14

#самопиар #драмиона #горячо
Гермиона разбирта и сломлена. Жизнь покатилась к чертям. Она глушит стресс сигаретами, текилой и немножечко убийствами. Ровно до тех пор, пока в её квартире не появляется Драко Малфой.

Проба пера в мини формате. Pwp и никакой морали.

Показать 20 комментариев из 55

DistantSong

17 июня в 22:20

#обзор #далёкий_обзор #эх_сеня_сеня_2

Снова обзор похождений Сени. Фик вроде бы куда-то задвигался, хоть и вяло, и, если мне не изменяет память, скоро должна быть самая мякотка.

Глава 102 (или 101, если верить вновь появившейся нумерации фика)

От лица Беллатрисы. Та по-прежнему пафосно страдает в Азкабане.

Я посмотрела на руки. Они дрожали. Дрожали от желания вцепиться в глотку. Желания нереализованного, и в принципе не реализуемого. Проклятый ритуал, проклятый союз, проклятая клятва, привязавшая меня к роду Лейстрендж...

Нет! Нельзя думать об этом. Надо отвлечься. Я... сейчас я была бы рада даже приходу дементоров... Страх, ужас, отчаяние... Все, что угодно — лучше, чем затмевающая, сводящая с ума ненависть, которой никогда не суждено напиться крови врага.

И что, спрашивается, было не провести контр-ритуал, разорвать союз, нарушить клятву? Кишка тонка? А вот канонная Беллатриса таким ничтожеством не была.

— Сириус... Поговори со мной, Сириус! Пожалуйста!

Я, про которую многие говорили, что «Белла скорее отрубит себе палец, чем попросит кого-нибудь вытащить занозу», сейчас не просто просила, я умоляла...

Н-да.

Сириус милосердно соглашается поболтать и спрашивает

Расскажи мне, с чего это Лорд так на Поттеров взъелся? А то нам Дамблдор сказал только, что «ищет и хочет убить», но с чего это вдруг? Они ведь даже от дел Ордена отошли, из-за беременности Лили.

Оччень сомнительно, что он об этом не знал, ну да ладно. Хотя можно допустить, что он троллит Белку (о, пожалуй, так и буду называть здешнюю Беллатрису), желая посмотреть, какой ещё бред измыслит её больная голова.

Белка предаётся воспоминаниям.

В тот день я задержалась и опоздала на собрание. Аврор Фишер, который доставил нам много неприятностей, и с которым Лорд поручил мне разобраться, оказался силен, быстр и очень опасен. Мне пришлось долго прыгать вокруг него, в том числе и аппарируя, прежде, чем удалось подловить его невербальным Экспеллиармусом в спину. Надо сказать, что даже после этого он не сдался. Его метательный нож оставил мне хорошую память в виде серьезного шрама на ребрах, который так и не удалось полностью свести.

Я шагнула в портальный зал Базы, держа в руках этот серебряный клинок, изукрашенный в очень уж не-Светлой, нехарактерной для аврората, манере. Видимо, не в первый раз этот заклятый ножичек меняет владельца таким вот образом.

Я огляделась. В прихожей слонялся только Игорь Каркаров с книгой в руках.

— Что, мы опоздали? — Обратилась я к нему.

— Да. Собрание уже идет.

Опять высосали из пальца какого-то персонажа, который всё равно роли не играет. Ещё и типа "не-светлого".

На собрание этих двоих не пускают (ведь Волдеморту совсем не интересно, отчего они задержались, — а вдруг добывали какую-то ценную информацию?), и уже после собрания Люцик Белку просвещает.

— Люциус? — Догнала я его. — Здравствуй.

— Здравствуй. — Люциус обернулся и склонил голову.

— Что это всех так взбударажило? — Поинтересовалась я.

— Сегодня Лорд объявил, что существует Пророчество о скором появлении того, кто «сможет одолеть Темного лорда». Он как-то вычислил, что это будет еще не родившийся наследник Поттеров, и потребовал от нас найти эту семейку.

— Пророчество?.. — Протянула я, разом теряя аристократический апломб. — А ну-ка, давай точный текст!

Услышав же это Пророчество, я и вовсе разразилась матерной тирадой.

— ... драные троллями козлы, чтоб вас приподняло и шлепнуло об забор трижды, ... сзади кочергой через пьяного осьминога и сапогом утрамбовать!

— Ты это о чем? — На лице Люциуса слегка проступило удивление... и это означало, что он потрясен до глубины души.

— О чем?! Люциус! Что у тебя было по Предсказаниям? Тролль?!

— Да я вообще этот предмет как-то не брал. — Пожал плечами наследник Малфой. — А что?

— ЧТО?! Да ведь, объявив на собрании, Лорд отметил этого ... недоноска Поттера как равного себе. Ты понимаешь, что это значит?! — Люциус побледнел... впрочем на его лице это было почти не заметно.

— Это значит, что я допустил ошибку. К сожалению, в Хогвартсе меня тоже более интересовали Арифмантика и Древние руны, так что Предсказания остались за пределами моих интересов. — Раздался у меня за спиной красивый низкий баритон Лорда. — Но тогда задача «найти Поттеров» становится только более актуальной. Займись этим, Люциус.

Гр-р, как же всраты речевые характеристики... Бесит.

Под конец Сириус предлагает Белке чего-нибудь ему предсказать, и та...

Я с размаху долбанула кулаком по шершавой каменной стене и с восторгом увидела, как кровь стекает по разбитым костяшкам. Произнеся нужные слова, я, на глазах изумленного Сириуса взмахнула рукой, и опустилась на корточки, чтобы разглядеть кровавые знаки судьбы.

— Ворон... ворон расправляет крылья. Оковы и скрепы... сломлены. Скоро ты получишь известие, которое изменит твою жизнь!

Глава 103

Сестрица Сени тут же замечает неладное:

— Нас затянули в пророчество. — Ментальный голос Кай был полон необидной насмешки.

— Н-да? — Усмехнулся в ответ я. — И что полезного из этого можно получить? — В том, что что-то получить можно — я даже не сомневался, иначе Кай просто не дала бы сформировать чужому пророчеству для меня. Проверено, и не один раз.

Сеня, ты наивный дебил. Ты практически ничего не знаешь о методах прорицания в этом мире, вполне может быть, что они твою сестрицу легко в бараний рог скрутят.

Тонкс, добрая душа, беспокоится за Сеню, но её снисходительно осаживают.

— Гарри! Гарри, что с тобой?! — Я, не открывая глаза, внимательно посмотрел на девушку с ядовито-фиолетовой прической... впрочем, цвет почти тут же изменился, пробежав по половине спектра, и остановился на золотистом.

— Кузина. — Послышался голос Драко. — То, что Вы сейчас делаете — небезопасно.

— Это почему еще? — Вскинулась Тонкс.

— Когда Гарри так задумывается, он... не очень хорошо осознает окружающее. — Усмехнулся Бриллиантовый принц. — Но при этом он всегда и везде сохраняет состояние... постоянной бдительности. Так что, дергая его, когда он вот так вот задумался — можно нарваться на шальное «серо».

Это на случай, если вы забыли, какой дурнопафосностью может фонтанировать текст. А ведь дальше Сеня и ещё выпендривается!

Так что, дождавшись момента, когда Тонкс отчаялась привлечь мое внимание словами, и потянулась к моему плечу, я вскинул ладонь со слегка сжатыми пальцами, и в ней начал с легким гудением раскручиваться шарик Силы Хаоса.

— Гарри! — Миа подбивает мою руку, и свистящий луч разрушения перечеркивает пространство над головой Тонкс. Умничка, Миа! Ты отлично меня поняла.

— Что... — Тонкс дрожащей рукой ощупывает примерно дюймового диаметра дырку в застекленной двери купе. — Что это было?!

— Это и было «шальное серо». — Усмехнулся Малфой. — Интересно, как магглы будут объяснять для себя луч, возникший из ниоткуда и перепиливший старый верстовой столб?

— Спишут на НЛО. Или вовсе засекретят. — Произнес я, открывая глаза.

— Гарри! — Деланно возмутилась Гермиона. — Как ты мог? Ты же чуть не убил госпожу Тонкс! Неужели трудно было поменять свои параноидальные установки? Ну кто на тебя будет нападать в поезде?!

— Мало ли... — Я внимательно рассматриваю собственную ладонь. — Как говорят колдуны-оружейники Боевых лун*, живое подтверждение ложности общепринятого: «безопасна та территория, которую ты лично выжег».

/*Прим. автора: в «Томе крови» элита кланов Талакса носит название «шаманы-кузнецы», и есть упоминание, что их венные удавки, при помощи которых они создают одержимые демонами машины — это «не колдовство». Но, судя по упоминанию об их умении «заглядывать за пелену варпа» — они такие же «не колдуны», как и Жрецы Шторма из легиона Волков Русса. А название «колдуны-оружейники» взято из «Либерум Кхорн», точнее — «Либер Хаотика: Кхорн»*/

Опять аффтар ссылается на какую-то хренотень, которой в каноне Гарри Поттера нет и быть не может.

Дальше Сеня пафосно размышляет, что если Тонкс доложит Дамблдору, тот будет ломать голову (на кой хрен, если ты, Сеня, уже сто раз спалился?), и разговор переходит на обсуждение новых предметов, что будут на третьем курсе. Герминога, опираясь на рельсу, хочет взять все, но Сеня возражает.

— Тогда надо тщательно профильтровать список дополнительных предметов, и повыбрасывать из него те, которые гарантированно не понадобятся и те, которые мы можем изучать самостоятельно.

На словах «не понадобятся» Миа напряглась.

— Как это — «не понадобятся»? — Чуть не крикнула она. — Сам же говорил, что «лишних знаний не бывает»!

— Говорил. — Кивнул головой я. — И могу снова повторить. И именно поэтому я успел кое-что выяснить о дополнительных предметах. На некоторых из них новых знаний мы не сможем получить в принципе. Вследствие «особенно качественного преподавания», либо министерских требований к программе.

— Ну-ка, ну-ка... — Драко поближе придвинулся к столику, покрепче обняв Дафну. — Рассказывай.

— Начнем с прорицаний. Ведет профессор Сибилла Трелони. Ходят слухи о нескольких* произнесенных ей Истинных пророчествах. Но увы: пророчит она исключительно в стихийном трансе, сама своих пророчеств не помнит, и научить ничему не может. — И я продолжил, уже только для своих, — лучше Кай попросим с нами позаниматься, тем более, что тут я буду почти в одной лодке с вами — мне точно также придется изучать основы этого хитрого дела.

/*Прим. автора: в каноне достоверно упомянуты только два... но это не значит, что их не могло быть больше.*/

Если бы Сеня озаботился прочитать канон, а не хренофанфики, то мог бы отметить, что практически все предсказания Трелони сбылись (а те, что не сбылись, могли сбыться за кадром). Но нет, это для него непосильная задача.

— Необходимый минимум. От этого не отвертеться. Нужно. — Ответил я, явно порадовав этим девочку. Честно говоря, именно на эти предметы я нацеливался с самого начала. Магия символов всегда очень зависит от того, какое значение придают этим символам смертные... и не очень смертные. Так что этим предметам мне так же предстояло учиться почти наравне со своими вассалами*.

/*Прим. автора: тут Ксенос Морион слегка... лукавит даже перед самим собой. Все-таки база, в которую будут встраиваться новые значения символов, у него есть...*/

Ну и на кой ляд тут это примечание?

Дальше Сеня говорит, что Кеттлбёрн уходит, а новый учитель ухода может оказаться плохим, а Дракусик снисходительно поясняет, что преподавание магловедения в Хогвартсе так себе. Заканчивается глава так:

Я же непроизвольно начал прикидывать: под каким же соусом Миа будут подсовывать Хроноворот?

Сеня, ты дебил. Мало того, что заглавная буква тут лишняя, так ещё: с чего ты вообще взял, что его кто-то будет ей подсовывать?

Глава 104

Поезд прибывает, а Джинни неожиданно оказывается с разбитым сердцем. Она приглашает Сеню в Нору, но тот отказывается, и...

— Держи, Джинни. — Миа выскользнула у меня из-за спины, и что-то вложила в руку рыжей, сжав ее кулачок. — Это тебе. На Рождество. Прости. Так уж получилось.

— Все я понимаю... — Всхлипнула Джинни. — Будьте счастливы. Я... простите...

Джинни в слезах метнулась в одно из купе. Миа порывалась броситься за ней, но я остановил ее.

— Не надо, Герми. Сейчас ты сделаешь только хуже. А вот придет в себя — и ей будет легче.

Потом происходит встреча с гадоМолли, и... на удивление, относительно необычный способ гадства.

Молли попыталась притиснуть меня к своей дочери, но еще на выходе мы перегруппировались так, чтобы между нами оказалась Миа, так что попытка не совсем удалась. Но старалась она честно, вызвав придушенный всхлип младшей из руководимого семейства. В процессе тисканья меня провели лицом прямо по пятну на плаще. Сам плащ, конечно, знавал и существенно лучшие времена, и пятно на нем смотрелось уместно... но чем-то меня насторожило.
...
Выйдя из магической части вокзала, я, стараясь сдерживаться и не показывать нетерпения, сдал Миа с рук на руки родителям, а сам со страшной силой потащил свою охранительницу в сторону. И только скрывшись от глаз всех присутствующих, я протянул ошеломленной Тонкс руку ладонью вверх.

— Безоар. Быстро.

Глава 105

— ... и три тысячи двести шестнадцать мелких нурглитов.

Я тяжело опираюсь на ближайшую стену. Ни фига безоар не помог. Образ рыжей девчонки обжигал мою загрубевшую за века тайной войны душу. Вот ведь, гений доморощенный... сварила-таки приворот контактного действия, что вообще-то считалось невозможным.

Сеня, ты дебил. Безоар — это против ядов, а приворотное зелье — не яд.
И вот, кстати, доказательство того, что у врагов вполне могут быть методы, которые ни Сене, ни его сестрице не знакомы. Но, думаю, вы не слишком удивитесь, узнав, что это не приведёт ни к каким заметным изменениям в его картине мира.

Тонкс переживает за Сеню, но тот отмахивается и рисует план действий:

— Значит так. Сейчас мы вызываем Ночного рыцаря и едем в Литтл Уигинг. Там высаживаемся на Тисовой улице, и, когда автобус уедет — аппарируем обратно в Лондон. Тут переодеваемся в маггловские одежды, ты успокаиваешься, и перестаешь светить прической на всю улицу, и мы спокойно едем на автобусе в Кроули. Согласна?

— Наверное. — Пожала плечами Тонкс. — А ты выдержишь?

— Куда ж я денусь?! — Усмехнулся я в ответ на ее тревогу.

— Но... может — тебя нужно доставить в Мунго? — Участливо спросила девушка.

— Не нужно. — Покачал головой я. — Вот доберемся до Грейнджеров, и я обращусь к лучшему из известных мне специалистов по приворотам и противодействию им.

— Приворотам?! — Челюсть Тонкс устремилась навстречу нижним планам бытия.

— Именно.

— Вот ведь ... — Чувствуется аврорская школа. Так не всякий грузчик загнет.

Опять аффтар трусит употреблять в тексте ругательства. А может, у него просто фантазии не хватает.

Наконец Сеня добирается до дома Герминоги, и та его "лечит".

— Гарри... — Девочка требовательно заглянула в мои глаза... и я раскрылся перед ней, показывая, что именно со мной случилось. — Так. Комнату, в которой ты жил летом — никто не занимал. Раздевайся, и иди ложись на диван.

Разорвать сплетение пальцев было для меня равносильно подвигу... но я все-таки сделал это. Остаться одному — было еще сложнее. Я почти физически ощущал, как наваждение овладевает мной...

К счастью, это продолжалось недолго. Миа ворвалась в предоставленную мне комнату как небольшой ураган. Девочка села на диван и твердо сказал мне:

— Ложись.

Я лег, и моя голова опустилась на коленки Миа, а ее тонкие пальчики зарылись в мою шевелюру. Стало легче. Намного легче. И ощущения не портило даже сознание временности этого облегчения.

Буэээ, какая мерзость.

Тонкс возмущается, что Сеня вообще-то говорил о том, что знает специалиста, и вслед за этим домовуха доставляет в дом... Дракусика. Вот уж специалист так специалист!

Глава 106

В общем, в проблемах Мори мы разбирались почти всем Внутренним кругом, даже Рубинов пришлось задействовать. К сожалению, притащить еще и их с Видящей было бы слишком подозрительно: такие явления аврор никак не могла не отразить в своем отчете о выполнении задания. А кто у нас практически гарантированно имеет к этим отчетам полный доступ? Правильно — Верховный чародей Визенгамота, чтоб ему жить во времена Перемен... Так что Видящей и Рубинам пришлось участвовать в нашей медицинской конференции в удаленном режиме.

Зато комнату, выделенную для Гарри, мы превратили в настоящий ритуальный зал. И хорошо еще, что родители, доставив меня домой, отправились на работу и не видели всего этого. Ритуальные символы разбежались по всем стенам и полу, от ритуальных благовоний слезились глаза, ритуальные песнопения... лучше я о них промолчу. Но все это — во имя Гарри, так что я старательно помогала, чем только могла.

Тонкс же, глядя на все это действо медленно офигевала. Кажется, как минимум часть задействованного Дипломатом арсенала в лучшем случае относилось к «условно-разрешенным», а еще часть — возможно и к запрещенным ритуалам. По крайней мере, какой-то бумагой он перед телохранителем Мори помахал. И единственным, что я успела разглядеть — как раз была большая министерская печать. «Не вырубишь топором».

И посадят Малфоев за подделку документов, и отрубят этим топором их безмозглые бошки. Ну а что бы и нет?

— Ну, что я могу сказать... — Медленно, растягивая слова, произнес наш штатный специалист по приворотам. — У тебя проблемы.

— Я, в общем-то, догадался. — Ответил Мори, сжимая мои пальцы. Временами мне было трудновато участвовать в построении очередной ритуальной фигуры, поскольку отпускать мою руку Гарри отказывался принципиально. — Приворот качественный. Изнутри я его даже разглядеть не могу. И щиты вроде как не задеты...

— А их никто и не трогал. — Донесла я до собравшихся мнение Ученой. — Эта рыжая тебе и без того чем-то нравится... и ты считаешь, что она нам нужна. Вот приворот это желание и усилил... и чуток добавил... — Я залилась краской, не зная, как объяснить Мори то, что Ученая произнесла без малейшего смущения в сугубо биологических терминах.

— Понятно. — Мори махнул рукой, избавляя меня от необходимости воспроизводить тираду Ученой об инстинктах и их роли в жизни.

— А самое интересное здесь то, — снова заговорил Драко, — что приворот был избирательный. На крови. Ты, Гарри, никому свою кровь не одалживал?

— В СОЗНАТЕЛЬНОМ возрасте — точно никому. Разве что Обливиэйтом побаловались. — Задумался Мори. — Так что, скорее, у кого-то еще С ТЕХ времен осталось...

— С каких еще «тех» времен? — Возмутилась Тонкс. — О чем вы говорите?

— Я о тех самых временах, когда о моем шраме за три дня узнала вся Магическая Британия. — Усмехнулся Гарри. — А ведь до моего появления в школе шрам этот видели три... прошу прощения — может быть четыре человека. Причем один из видевших — сидит в Азкабане, а другой — наивный полувеликан, с которым общается не так уж много людей.

Вариант, что у него добыли кровь каким-то неизвестным и неотслеживаемым способом, Сеня не рассматривает. Как я уже говорил, он непрошибаем.

Но, естественно, Сеня с всосалами не намерены оставлять всё просто так.

— Ты... ты — смеешься? — Удивилась Тонкс.

— Конечно — смеюсь. — Твердо ответила я. — Я ведь уже говорила: если Гарри понадобится другая девочка, я лично приволоку ее к нему, не особенно заморачиваясь ее мнением по этому поводу. — Я некоторое время полюбовалась на расширенные глаза метаморфа. В аниме ее можно снимать безо всякого грима. — Кстати, Драко... Помнится, ты хвастался, что у вас в поместье есть кодексы законов волшебного мира от самого Статута Секретности?

— Есть. — Пожал плечами Драко.

— Тогда я отправлю с тобой Ильку, передашь с ней Кодекс 1602 года? Обещаю — верну, как только найду то, что мне надо. Помнится, там было что-то интересное и увлекательное о применении долгодействующих приворотов... среди тех законов, которые забыты, но не отменены.

— Знаешь, Герми... — Гарри погладил меня по плечу, успокаивая. — Может быть, пусть лучше эти законы останутся забытыми?

— А мне любопытно!

Несколько секунд мы пристально смотрели друг другу в глаза, а потом мой Темный лорд отступил.

— Как знаешь, Герми, как знаешь.

Дальше Дракусик назначает Сене зелья, которые пить от приворота, а вот Тонкс тревожится (всё ещё только тревожится, хотя должна бы уже бить в набат и созывать мракоборцев и колдомедиков, а может, даже Дамблдора с Фаджем, чтобы они полюбовались на это зрелище).

— Эй-эй! — Встревожилась Тонкс, когда Драко уже собирался уходить.

— Что такое? — Мы все удивленно посмотрели на нее.

— Это получается, мы сегодня зря полдня колесили кругами? Ведь он сейчас уйдет, и расскажет своему отцу, где он тебя видел?

— А, с этим просто. — Махнул рукой Драко. — Гарри, засвидетельствуешь? — Гарри молча кивнул, и Драко продолжил. — Я, Драко Малфой, наследник рода Малфой, приношу Непреложный обет и обещаю никому не выдавать текущее местопребывание Гарри Поттера, никому не выдавать расположение этого дома и никого не приводить сюда без разрешения мисс Гермионы Грейнджер.

Дракусик, ты дебил. Хотя... этот момент, на удивление, отчасти канонный. В шестой книге, когда Снейп говорил ему, что принёс Непреложный обет, Малфой отмахивался в духе "Значит, вам придётся его нарушить!". Что интересно, Рон понимал серьёзность этого заклинания куда лучше.

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 20 комментариев из 97

кукурузник

16 июня в 19:35

https://fanfics.me/message768110 - первая часть.

История Альбуса оказалась гораздо хуже, чем предполагал Сириус. Если такое вообще можно представить. Впрочем, мысль о том, что директор Хогвартса окажется любителем наложить руки на чужое имущество тоже звучала достаточно нелепо. И всё-таки после долгого, обстоятельного разговора, ощущения Сириуса всё ещё были двойственными.

Одна часть его разума хотела разорвать директора на части за идиотскую привычку хранить в секрете то, отчего зависят чужие жизни. Другая, преданная и гриффиндорская, рвалась помочь. Тем более, что времени оставалось мало. Альбус итак дотянул до того, что ампутация поражённой конечности уже ничем не поможет. Чёрные, тонкие нити проклятья прокладывали свой путь изнутри. И теперь ситуация требовала более радикальных мер.

«И всё-таки. Крестражи. Гарри. Крестражи. Пророчество. Этот… старик рассказал мне обо всём, только когда его самого припёрло к стенке!»

Ярость тлела в груди холодным огнём, заставляя сжимать кулаки. Выходит, в доме тоже крестраж. Медальон. Крестражем был дневник. И Гарри.

Сириус медленно, очень осторожно выдохнул носом. Мысль о том, что крестнику пришлось бы пожертвовать собой, если бы не дементор, вызывала глубокий, животный страх вперемешку с паникой, перехватывающей горло. Кажется, услышав об этом он вскочил в полном намерении задушить старика…

Но Дамблдор мог быть убедительным, когда того хотел. С его слов нападение дементора ликвидировало крестраж, и более сильная, «целая» душа Гарри смогла вернуться из-за грани. Такое случалось очень редко, но история знала такие случаи.

Воландеморт… Воскрешение было и благом, и неприятностями одновременно. С одной стороны ритуал, который использовал Хвост, не позволило Воландеморту вернуться на пике своих магических сил. Часть магии в любом случае оставалась в крестражах.

Сколько их — Дамблдор точно не знал. Он сумел уничтожить кольцо, Гарри на втором курсе справился с дневником. Медальон до сих пор лежал в сейфе. И пока все частицы не будут уничтожены, окончательно убить Воландеморта не получится.

«Не говоря уже о том, что когда он вернётся снова, мы лишимся преимущества и не будем знать, откуда ждать удара. По словам Альбуса, пока Воландеморт не догадывается об уничтожении своих драгоценных осколков. Поэтому придётся действовать тайно. И быстро. Настолько быстро, насколько мы можем себе позволить.»

Сириус раздражённо вздохнул, провёл ладонью по сухому лицу. Вторая бессонная ночь отнюдь не улучшала его аналитических способностей. И кстати об аналитике…

«Гарри. Он должен знать. Даже если со мной что-то случится. И такие сведенья не должны попасть в чужие руки.»

— Кричер. Принеси мне гримуар, перья и чернила.

Я как в детстве побывал. Страшно похоже. как на одном форуме хулили Трио. что они уничтожали крестражи Волдеморта. а значит реликвии, никакого уважения к истории у быдла. Ведь в самом деле, нет ничего правильного и хорошего в борьбе с Волдемортом. от этого реликвии портятся - это похлеще достоевского и слезинки ребенка.

Ну и забавное смещение по времени вышло, на дворе скоро рождество, а только сейчас у Альбуса травма.

Затем был диалоги Гермионы и Джинни. пустой, но я его потом приведу, если захтите.ГХА опять не удержался, чтобы не обосрать Уизли за пустое.

А что там у Гхарри?

— Записать на диктофон? — переспросил Гарри. И как-то незнакомо нахмурился. Сириус активно закивал головой, с интересом наблюдая за отражением крестника в зеркале.

Разумеется, с переездом в Америку и новой работой, Гарри переменился, повзрослел. Подмечать эти изменения походило на квест: они с Джеймсом частенько так делали, оценивая, кто из одноклассников и насколько сильно «изменился за лето.» Пусть тогда дело касалось в основном девушек и их приятных внешних признаков, но всё-таки, вспомнить былое оказалось приятно. Жаль только, обсудить не с кем.

«Может, Ремуса подключить? Он целый год преподавал у Гарри, ему будет интересно.»

— Я, конечно, могу попробовать… Но зачем? Подожди минуту, я кое-что уточню.

Гарри встал, Сириус заметил черно-белый костюм без галстука. Ни одной складки, рубашка и брюки сидят точно по фигуре. Теперь Гарри часто носил что-то подобное. Иногда он надевал водолазки или футболки, но почти всегда сверху был какой-нибудь классический пиджак или рубашка. Мельком Сириус даже видел в его гардеробе типичное английское мужское пальто длинной до колена, прямого кроя с отложным воротником, с узкими лацканами и манжетами на рукавах.

Прическа Гарри тоже изменилась, торчащие со все стороны волосы заменила классическая мужская стрижка. Виски и затылок коротко выбриты, остальная часть волос аккуратно уложена назад гребнем и, видимо, спреем, раз уж не было никакого лишнего «блеска» или «сухости», что обычно можно встретить при использовании геля для волос.

«И двигается он иначе. Более плавно, уверенно. Стал держать осанку не хуже меня.»

Гарри сильно изменился за лето.За два лета. если быть точным, сперва внутри, теперь снаружи. Я поддержу коллегу voss22 ,что это опять псевдо-нужные описания, еще и пролиз персонажу. типа он теперь на агента похож - а должен был научиться полезному. Красиво пиджак носить, этоо в жизни не главное.

Вообще ГХА очень ответственно убивает в главгерое все канонное.Причесал, очки снял, шрам убрал, в гнилого уродца превратил - причем этот уродец у него самый что ни есть типвой.Такое ощущение, что чего ГХА не напишет, все одно получается. Профайлерам небось было бы любопытн из этого сделать выводы - а мой вывод в том, что слабоват он как автор, хотя казалось бы, сколько времени пишет уже.

— Гарсия, в Квантико есть место, где можно посмотреть на змею?

— Змею? Мы можем сходить в зоопарк! Когда ты хочешь?

Сириус усмехнулся. Ещё одна маленькая деталь в новой жизни Гарри: мисс Пенелопа Гарсия. То, как он смотрел на эту девушку, живо напоминало Джеймса и Лили в самом начале их отношений. Те же ночевки друг у друга, трогательная забота, спонтанные вечерние свидания, как только оба освобождались от дел. С той только разницей, что Лили просто отвратительно умела готовить, Джеймс даже шутил, что следующим учителем для «самой умной ведьмы поколения» станет домовой эльф.

— Когда тебе нужна запись? — поинтересовался Гарри, отражение закачалось.

— Чем быстрее, тем лучше. Куда мы идём? — полюбопытствовал Сириус и не удержался. — Ты решил показать мне ваше главное любовное гнёздышко?
— Сириус! — прошипел Гарри, отчаянно покраснев. Некоторые вещи так и не изменились. — Не вздумай ничего такого ляпнуть. И я уже говорил, что мы…

— Да-да, я понял! Успокойся. — в примирительном жесте поднял ладони Сириус. — Хотя я и не понимаю, чего тянуть, если вы оба симпатичны друг другу. Учитывая, какие у вас жаркие поцелуи, я бы на твоем месте точно…

— Сириус!

— Здравствуйте, мистер Блэк! — за плечом Гарри появилась улыбающаяся Гарсия.

— Здравствуй, о прекрасная! — патетически протянул Сириус. — Моя душа мается от одиночества! Нет ли у тебя сногсшибательной сестры-близняшки?

— Увы и ах, мне нечем усладить вам душу. — переняла его тон Гарсия. — Пенелопа Гарсия — единственная и неповторимая, и уже занята. — с этими словами она поцеловала щёку покрасневшего Гарри. Сириус преувеличенно скорбно вздохнул, обиженно посмотрев на обоих. — Так вам нужна змея, я правильно поняла?

— Мне нужно, чтобы Гарри немного поболтал со змеей. — переключился Сириус. — И хорошая цифровая запись. Ты ведь сумеешь это организовать, о богиня технологий?

— В мгновение ока. — покивала Гарсия и отошла, судя по всему, к ноутбуку.

— Буду весьма благодарен. — ухмыльнулся Сириус. — Так как вы обычно проводите дни в своем жарком штате?

— Не так уж тут и жарко. — отбил выпад Гарри, усаживаясь на свободный стул и откидываясь на спинку. Зеркало теперь стояло прямо напротив.

— Я спрошу тебя ещё раз, когда ты вернёшься в Англию. — с ухмылкой пообещал Сириус. — Так что?

— Ничего особенного. Через час едем в кино. — сдался Гарри и тут же перевёл тему. — В Хогвартсе ничего нового не слышно? Я читал недавнее послание Гермионы.

— Послание?

— «Званый вечер в Клубе Слизней.» — кавычки Гарри изобразил руками. — Честно говоря, меня беспокоит, как часто она упоминает Малфоя.

— Ревнуешь? — не удержалась Гарсия. Гарри возмущённо фыркнул себе под нос.

— Ни в коем случае. Просто… Он не тот, кого стоит подпускать близко, даже для того, чтобы что-то выяснить. Я бы даже сказал, особенно для этого.

— Гермиона — большая девочка. Она справится. — заверил Сириус. — На днях зайду её проверить, только не волнуйся, папочка.
— Не смешно. — нахмурился Гарри.

— Да ладно вам! Любовь по разные стороны баррикад — это даже романтично. — Гарсия эмоционально вздохнула, удостоившись внимательного взгляда от Гарри. — Что? Я имею ввиду, если дело не заканчивается трагедией, конечно. Ничего такого!

— Не буду вам мешать. — хохотнул Сириус, потянувшись в кресле. — Напиши вечером, как только что-то получится со змеёй. Ну и просто… Пиши.

— Хорошо.

— До свидания, мистер Блэк. — Гарсия снова появилась в поле зрения с улыбкой, помахав рукой на прощание. Сириус склонил голову, прежде чем прервать связь. Итак, вполне вероятно, скоро у него на руках будет ключ от Тайной комнаты. И решение проблемы, как минимум, одного крестража. Оставалось только ждать. С другой стороны, так подохнуть со скуки недолго, да и вообще…

Путём недолгих размышлений Сириус переоделся, захватил несколько зелий и аппарировал прямо с заднего двора. В конце концов, посещение борделя всегда шло ему только на пользу. Все прочие проблемы в такой прекрасный вечер могли и подождать.

Дорогой voss22 , я опять согласен. Согласен с тем, что у автора донельзя клиширванные киношные диалоги, причем киношные в плохом смысле.
Не как Атия сынка поучает что в жизни главное.
Не как Туко глумится над Джесси а потом Уолтером.
Не как супергероии суперзлодеи из разных мультсериалов (Черный плащ,Железный Человек, Человек-Паук,Супермен) глумятся друг над другом в бою.
Не как Джон Крамер рассказывает о своей философии.

Нету тут жизненности, есть псевдокрутые подколы, хотя Сириус согласно контексту, должен был связаться с Гхарри, и поговорить с ним на серьезные темы. А не про "Гарсия клевая, прешь её?" (с)

Вместо разумного разговора, который привязан к обстоятельствам, получилась лажа, когда ощущение, что ситуация одна. разговоры персонажа про другое, шутки монтажера. Ну или Сириус вечный пубертатный идиот, у которого все на секс завязано.

Гермиона всегда считала себя умнее остальных. Да и чего скрывать? Тому были объективные причины: она превосходно запоминала информацию, владела логикой и с азартом поглощала новые знания. Сама по себе учёба не была для неё чем-то сложным, скорее, привычным, без чего невозможно было представить собственную жизнь. И всё-таки…

«Это каким уровнем интеллекта надо обладать, чтобы дружно поверить в нелепые слухи, да ещё требовать доказательств обратного?»

Гермиона тягостно вздохнула на свой обед, отложила ложку, украдкой осмотрела зал. Со всего Гриффиндора с ней разговаривала в основном Джинни. Рон дулся, остальные дружно объявили бойкот. Даже первокурсники её игнорировали из боязни получить по голове от более старших товарищей.

С не меньшим презрением к ней относились и некоторые девочки других факультетов, особенно это касалось слизеринок. Не то чтобы у неё раньше просто отлично складывались отношения с кем-то из них, но всё-таки это походило на какой-то абсурд. Она же ничего не делала! Да, Малфой сопровождал её на вечер профессора Слизнорта, ну и что такого? Они ведь ходили туда как члены клуба! Никаких свиданий и поцелуев по углам, ничего неприличного.

«Да и вообще, моя личная жизнь не должна никого волновать! Что теперь, семь лет общаться с людьми только определённого цвета галстука? Бред!»
Гермиона хмуро посмотрела на Рона. В этом году их дружбу можно назвать в лучшем случае натянутой. С той самой ночи в гостиной Рон демонстративно смотрел на Гермиону как на пустое место. Или же начинал тут же целоваться с Лавандой, если окружающая обстановка это позволяла. Да и то, что Рон с такой готовностью отвернулся от неё и поверил в распущенные его же новой «девушкой» слухи оказалось неожиданно больно.

«Похоже, Гарри был нашим связующим звеном. А Рон никогда не видел во мне друга. В лучшем случае — ходячий справочник готовых домашних заданий.»

Эта мысль оказалась настолько горькой, что Гермионе пришлось закусить губу, чтобы сдержать слёзы. Она взвалила рюкзак на плечо, торопливым шагом покинула Большой зал, бегом пересекая коридор. На самом деле, сколько у неё друзей? Выходит, что только Гарри. Ну и Джинни. Но Джинни была на год младше. Конечно, с ней было приятно иногда что-то обсудить и поделиться проблемами, но вряд ли Гермиона смогла бы раскрыть ей что-то по-настоящему личное.

Ещё есть Виктор. Но сложно близко дружить с кем-то, кто живёт в другой стране, поддерживая связь исключительно по письмам. Хотя, если сравнивать, Виктор объективно был лучшим другом, чем Рон. Потому что умел слушать, поддерживать и проявлять внимание в ответ, а не просто воспринимать её участие, как должное.

«И всё. Просто отлично, Гермиона. За шесть лет в волшебном мире завести всего двух-трёх друзей. Может, ты и впрямь такая сухая, скучная зануда, как страницы твоих обожаемых книг, вот люди и шарахаются?»

— Грейнджер, подожди!

Гермиона остановилась, торопливо стёрла злые слёзы и шмыгнула носом, постаравшись успокоиться. Этот голос она бы узнала из тысячи других.

— Что-то случилось?

Малфой выглядел уставшим, встревоженным и нервным одновременно, несмотря на все старания удержать на лице невозмутимую маску аристократа. Его выдавали глаза. И немного более зажатые движения, чем обычно.

— Нет, нисколько. Я просто хотел сказать, что уеду домой на Рождество, так что тебе лучше отдохнуть от работы над проектом. Так будет честно.

— Вот как. Хорошо. — Гермиона отвела глаза, почему-то расстроившись от этой новости. — Спасибо, что предупредил.

— Да, конечно. — слегка нахмурил светлые брови Малфой. — Послушай, не воспринимай этих болванов близко к сердцу. Они просто завидуют.

— Завидуют?
— Маглорождённая Гермиона Джин Грейнджер была на званом вечере у Горация Слизнорта. А они даже не попали в клуб. — охотно объяснил Малфой. — Пусть себе капают ядом, если охота. Даже не вздумай показывать, что тебя это задело! Не доставляй им подобного удовольствия!

— Но эти слухи… Ты ведь в курсе, верно? — переспросила Гермиона, рассматривая бесстрастное лицо Малфоя. Конечно, он должен быть в курсе.

— Эка невидаль, слухи! — иронично протянул Малфой в ответ и даже позволил себе закатить глаза. Кажется, впервые за всё время их общения. — Три раза тьфу и растереть. Ещё расстраиваться предлагаешь из-за такой ерунды? Других проблем, что ли, в недостатке?

— Я бы не хотела доставлять тебе проблемы. — осторожно сказала Гермиона.

— Не доставишь. — ухмыльнулся Малфой и повёл её за собой, приглашающе коснувшись локтя. — Относись к этому проще. Через год с небольшим закончится Хогвартс, разве стоит тратить нервные клетки на такие мелочи?

— Ладно. — согласилась Гермиона и какое-то время молчала, спускаясь следом к классу зельеварения.

— Грейнджер. Спрашивай. — в конце концов вздохнул Малфой.

— Как ты узнал?

— Легко. Когда на тебя нападает нерешительность, ты начинаешь гипнотизировать свои туфли.

Всю дорогу до этого было подобие канона, плюс мы в голове держим прошлые курсы, когда Гермиона и драко были не друзья, а враги, причем с очень серьезными расхождениями. А теперь будто этого ничего не было. Ровно как и дружба анулирована,Рон отброшен.а Джинни мол слишком молода.
Блин. ощущение будто автор канона совсем не знает, потому что такие вольности, они похожи уже не на художественные вольнсти. а на банальное незнание первоисточника, когда человек не читал, не смотрел. не играл. Ну как я не смотрел Стар Трек, и все что знаю, что там снимался Леонард Нимой, а что у него был за персонаж и чем дышал, даже-даже не скажу.

Минутка каличной игры престолов:

— Ты… Это, конечно, не моё дело, но… У тебя не будет проблем дома из-за этих слухов и вообще? Твои родители в принципе интересуются тем, что происходит в Хогвартсе?

— Обычно нет. — Малфой посерьёзнел. — Не думаю, что стоит ждать чего-то такого. Если что, я просто скажу правду: мы вместе работаем над проектом и иногда посещаем мероприятия без особых обязательств.

— Обязательств?

— Мама ищет мне невесту. И ещё в начале года настойчиво просила обойтись без спонтанных связей. Любого характера.

— И для тебя это нормально?

— Уточни.

— Твою будущую жену выбирает твоя мать. Я знаю, что в магическом мире отдают дань традициям, но ты не думаешь, что это чересчур? Разве тебе самому не хотелось бы познакомиться с кем-то и влюбиться? Сделать свой собственный выбор?

— Кто тебе сказал, что меня станут неволить? — Малфой хмыкнул и скрестил руки на груди. Гермиона остановилась неподалёку от двери в класс. — Честное слово, не рисуй в голове какую-то жуть. То, что я следую правилам, не лишает выбора как такового. А любовь… Любовь и вовсе дело времени.

— Говоришь, как старик. — не удержалась от смешка Гермиона.

— Пусть. — пренебрежительно фыркнул Малфой. — Но зато это правда. Мать с отцом не любили друг друга с самого начала. Всё построилось со временем, о помолвке они узнали ещё на старших курсах Хогвартса, так что… Всякое возможно. Да и мама в любом случае желает мне добра. А пылкую страсть и драму со страданиями можно оставить для страниц любовных романов. В жизни такие союзы всё равно редко приводят к чему-то фундаментальному.

— То есть, ты даже не рассматриваешь мысль, что можешь в кого-то влюбиться? — полюбопытствовала Гермиона.

— Влюблённость предполагает то, что для начала я должен с кем-то серьёзно сблизиться. А я не буду. — спокойно объяснил Малфой. — Эмоции и чувства можно контролировать. Это ведь и отличает людей от животных.

— Да уж. — вздохнула Гермиона, когда послышались шаги других учеников. Наверное, стоило бы отойти? Но вместо этого она вытащила гребень для волос, зеркало и резинку. Ходить с распущенными волосами во время зельеварения смерти подобно. Малфой тоже и не думал дёргаться, только в ожидании перевёл взгляд на дверь.

Гермиона не повернула головы, но всё равно почувствовала спиной кинжальные взгляды окружающих. Лицо Малфоя снова закрылось надменной маской, не пропуская ни единой эмоции. К счастью, появление профессора Слизнорта оборвало возможную потасовку. А на зельях особенно не посплетничаешь.

Ну что же, вполне достоверно в том плане, что вот типа аристократия, и детишкам мозги промывают, в духе что женитесь на ком сказано, рожайте от кого надо, а потом трахайтесь на стороне, если охота, главное чтобы никто не видел.Заодно и бордели уместны будут.
Проблема в том, что автор это изображает как единственно верное. хотя казалось бы, можно было приписать. что Гермиона вот не согласна с такой точкой зрения, у неё другая - и выбирайте читатели, какая вам ближе. А вместо этого получается снова персонаж-тупка. которому каждый может насрать в голову. Чисто как Тонкс из Чарда, ей тоже приседали на уши уродцы, и она всем верила, никакого критического мышления.

То ли из-за этих мыслей, то ли из-за усталости, Гермиона не сразу заметила, что начала падать. В один момент из-под ног выскочила та самая лестница-что-любит менять направление. Гермиона только распахнула глаза, почувствовав как за спиной захлопала мантия, неловко взмахнула руками. Кто-то закричал, но за этим криком она отчетливо услышала:

— ГЕРМИОНА!

Что-то тонкое стремительно обвилось вокруг её талии, крепко сжало, замедляя падение, прежде чем она ударилась головой о ступеньки несколькими этажами ниже и весь мир померк.

Что это было. я не знаю.

Почему-то в его жизни всегда складывалось так, что из колеи выбивала какая-то мелочь. Ударом в спину, в самый ответственный момент. Вот и сейчас Сириус был готов зарычать от бессилия, прекрасно представляя, как это всё выглядит со стороны. В нос ударил запах горелого пластика: диктофон издох после первой же попытки, а треклятая раковина даже не сдвинулась с места. Не сработало!

«Может, парселтанг не работает в записи? Нужно приходить лично? Хотя… Бред какой-то! Это же даже не заклинание! Нужно просто сказать команду!»

Раздражённый Сириус швырнул бесполезную кучу металла в переполненное сигаретными окурками мусорное ведро, снова нахмурился на умывальник и даже потыкал кончиком волшебной палочки маленькую змейку. Попробовал несколько заклинаний. Ноль реакции.

«Ладно. Успокойся, Бродяга! Соберись! Психом тут ничем не поможешь! Тебе уже не пятнадцать, чёрт побери!» — Сириус прошёлся туда-сюда, закурил, носом выпустил пару струек дыма. Эмоции понемногу улеглись. — «Хорошо. Она не открылась. Но этот туалет ведь не может быть единственным входом? Это просто дурость какая-то! Чтобы старик Слизерин спускался в свою «секретную комнату» через женскую уборную. Рассуждая логически, где должен быть вход в комнату к жуткому слизеринскому чудищу? Правильно, в подземельях!»

С этой мыслью Сириус уставился на карту, подсвечивая себе Люмосом. На пару секунд в глазах зарябило от количества имён, но потом он привык и невольно отвлёкся. Точка с именем «Драко Малфой», торопливо поднималась наверх, в конечном итоге оказавшись… в Больничном крыле?

Сириус моргнул, заметив точку «Гермиона Грейнджер» на одной из коек. От этого открытия отчётливо засосало под ложечкой. Когда она туда попала? Почему? Решение пришло сразу: через пару минут из туалета Плаксы Миртл бесшумно выскользнул тощий чёрный пёс, тревожно прижимая к голове острые уши.

***

Гермиона неожиданно проснулась. Тело ощущалось удивительно тяжелым, в горле пересохло. Стоило ей только шумно вздохнуть, как где-то слева послышалось движение. Знакомая, высокая фигура потянулась к тумбочке и наполнила кубок водой, заботливо прижав к её губам, поддерживая голову в нужном положении.

— Аккуратно, не спеши. — хриплый со сна шёпот Малфоя показался ей особенно громким, но она послушно замедлила глотки, потом улеглась обратно на подушку.

— Спасибо. — смущённо шепнула Гермиона, едва разглядев ответный кивок. — Знаешь, что случилось? Когда я упала.

— Ты не упала. — возразил Малфой, снова усаживаясь на пол у самой кровати. Всё, что теперь видела Гермиона в лунном свете из окна — платиновую, взъерошенную макушку и линию плеч. — Тебя столкнули. Чарами антигравитации.

— Существуют такие чары? — тут же отвлеклась Гермиона. Малфой только скупо кивнул. Перед её глазами смутно возникло видение пролетающих мимо картин, а ещё ощущение чего-то на талии… Опустив глаза, Гермиона провела рукой и нащупала тонкий жгут, оказавшийся галстуком. Серебристо-зелёные полосы были легко различимы даже в такой полутьме. — Ты…

— Ты ничего не должна мне. — яростным шёпотом опередил её Малфой, мотнув подбородком. — Произошедшее просто… Бесчестно и мерзко. Любой бы так поступил.

— Не любой. — возразила Гермиона. — Во всяком случае, со Слизерина. Особенно для грязнокровки.

— Ты не просто грязнокровка.

— Неужели?

— Больше нет.

На некоторое время между ними повисла тишина. Малфой опустил голову, обняв собственные колени сцепленными в замок руками. Гермиона осторожно повернулась набок, слегка приобняла его за шею и прошептала где-то в районе уха:

— Тем более спасибо. Это очень важно для меня.

Малфой вздрогнул, вздохнул и расслабился, не отстраняясь от непривычного тактильного контакта.

— Так поступают друзья. Тролля рядом не нашлось, так что пришлось импровизировать.

— Осторожнее. — захихикала Гермиона от его ироничного тона. — Ещё чуть-чуть, и я подумаю, что ты намеренно всё это подстроил.

— А как же иначе? Я ведь слизеринец! — Малфой гордым движением вскинул подбородок, повернувшись к ней вполоброта.

— Ты лучше, чем пытаешься казаться. — Гермиона различила его искреннюю улыбку и покачала головой.

Господи, то у автора неслэш, то мама и её сынок-любовник. то пылает гермидрака - да он мастер всратого пейринга, это неоспоримо. А заодно вечные лекала отношений, что один из двух, это лапчатая неумеха, оно дурное и тупое, и его надо учить всему, даже штаны в туалете снимать.

Знаете. я пытался читать гермидраки. хоть одну, но так и не нашел стоящей.Либо Гермиона должна унижаться, рабыня не смеет лишний раз взглянуть на господина - либо же Драко должен исправиться. Ноо очень часто, почти всегда, это нечто ужасное.Что зачморенная Гермиона. что не слишком-то исправленный Дракуся. Вот и здесь он внезапно с Гермионой любезен, она тоже, весь бэкграунд эпично спущен в унитаз.

Диалог Гермионы и Сириуса приводить не буду, он тупой.Ни о чем поолезном не говорили, крме тго, что запись не открывает дверь в туалете. При этом как и в Чарде. сходу вижу грех и ляп. что Сириус ничег с раковиной не стал делать, ни взрывать, ни ломать.

Глава закончена, уфф. Попытка слезть с рельсы ГП не удалась, если Гхарри насадился на рельсу сериала. то у его старых друзей проблемы в плане цельности сюжета и логичности характеров.

Все.
#дети_кукурузы #мультифандом #фикопанорама #длиннопост

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 20 комментариев из 89

кукурузник

15 июня в 19:38

Хальве!

Уже настала пора, когда у фика Не недооценивайте магглов, профессор II. пошла глава 19, а действо вернулось в Хогвартс.

Клуб Слизней в первую очередь славился своими именами. Тут можно было встретить кого угодно и остаться с полной уверенностью в том, что такое знакомство не будет бесполезным. Поэтому Гермиона отчасти чувствовала себя настоящей белой вороной. Кому от неё может быть какая-то польза? Смешно!

Тем не менее, принять приглашение и не прийти — неприлично. Поэтому она довольно долго приводила в порядок голову, выбрав в качестве наряда глубоко синего цвета платье по колено, безо всяких вырезов с небольшим черным поясом, подчеркивающим талию. Черные туфли с невысоким каблуком и маленькая сумочка, в которую с лихвой поместилось зеркальце, пачка влажных салфеток с волшебная палочка дополнили образ. Гермиона с сомнением посмотрела на косметичку, в итоге запихнула её обратно в шкаф и оценила себя в зеркале.

«Лучше, чем обычно. Даже волосы не торчат.»
— Куда это ты? — вытаращился на неё Рон, стоило только появиться в гостиной. Впрочем, не только он. Остальные гриффиндорцы тоже смотрели так, будто у неё по меньшей мере выросла вторая голова.

— Званый вечер у профессора Слизнорта. — напомнила Гермиона. — В честь Рождества, насколько я понимаю.

— До Рождества ещё уйма времени. — окинул её мрачным взглядом Рон.

Гермиона только пожала плечами и пошла на выход. Может, профессор решил всех собрать, пока не разъехались? Не все ли равно?

— С кем ты идёшь?

— Меня встретят в холле. — обтекаемо ушла от ответа Гермиона, потом прибавила шагу.

Малфой действительно её встретил в тёмно-сером костюме с белой бабочкой вместо привычного галстука. Гермиона даже остановилась от неожиданности, не дойдя пару ступенек. Нет, конечно, они договорились идти вместе, и всё-таки, то, что он её встретил было… Непривычно.

— Добрый вечер. — поздоровался Малфой, полностью игнорируя взгляды проходящих мимо учеников. Гермиона такой выдержкой похвастать не могла, ощутимо занервничав. — Тебе идёт это платье.

— Добрый. А тебе костюм. — с внезапно пересохшим горлом ответила она, преодолев оставшиеся ступеньки. Малфой развернулся, предложив ей локоть. — У тебя точно не будет проблем с факультетом?

— С чего бы? У нас в чужие дела не лезут. — подчеркнул Малфой, позволив себе ухмылку. Впрочем, на этом закончилось его привычное поведение. Дальше они шли в молчании.

«Да и неудивительно. Мы и говорили до этого только о домашнем задании. Странно, если бы сейчас что-то изменилось.»

А вот в каноне у Гермионы вполне была гордость. и то что её заметил профессор Слизнорт, охотник за талантами, не было для неё ничем удивительным. Я понимаю что автор любит писать геринь дурацкими. гипер-чувствительными или даже виктимными, но это не про гермиону грейнджер. Уж свою успешность в учебе она тлично понимала.

Далее замечу, что задание сблизится с Драко Малфоем, дабы разузнать что-то, получен от Сириуса. И даже если предположить. что Сириус в отличии от Гарри, мог убедить что Малфой вступил в смертожоры ( в каноне друзья были убеждены что у Гарри паранойя разыгралась, хотя вполне логично было бы им напомнить. что многие смертожоры из школы выпустились уже негодяями и упырями), остается проблема многолетней вражды и расистского мышления у Малфоя. Автор однажды брякнул, что не верит в дурные фики где ВДРУГ Гермиона и Драко дружат и романсы у них - а теперь смотрю он про это забыл. окей,Гермине надо сблизиться с Малфоем - а Малфою что. тоже надо с ней сблизиться?
Да и вся подводка дурацкая, в духе любовных плохих книг и фильмов, когда отличницу и хулигана объединили в пару, вместе учиться, и у них заискрило

(И ненавязчивый пролиз Слизерину, дескать у нас все индивидуалисты, никто никем не интересуется, наверное еще у каждого личная комната.)

В подземельях шаг за шагом становилось холоднее, и Гермиона вдруг пожалела, что не захватила даже простенькой мантии. Впрочем, она старалась не слишком ежиться, рассматривая украшения на стенах.

Гораций Слизнорт любил устраивать праздники со всей возможной пышностью, поэтому коридоры посветлели от гирлянд задолго до заветной двери. Пришлось опуститься ещё ниже, прежде чем в воздухе послышался запах выпечки, мандаринов и подогретого вина. Гермиона невольно выдохнула от возможности согреться.

— Ты не против согревающих чар? — не дойдя до двери, тихо уточнил Малфой. Гермиона смущённо кивнула, продолжая смотреть исключительно перед собой.

«Меня так легко прочесть?»
Полная досады мысль вскоре была отброшена в сторону, как только Гермиона почувствовала волну тепла с головы до пят.

— Спасибо.

— Пожалуйста.

А сама себя она согреть конечно не догадалась, и палочку не взяла, забыла. У ГХА какая-то любовь делать персонажей максимально лапчатыми, чтобы о них кто-то заботился. Возникает вопрос, он сам-то о ком-то заботился, кто лажает в простейших вещах, в духе "не умею открыть холодильник, достать сыр и порезать", или может предпочел бы такой амебы не касаться?

(Я прямо представил, пришла гермиона без палочки, без одежды, только в открытом купальнике, мерзнет, и говорит охреневшему от такого вида Малфою "Ты знаешь, я чего-то мерзну, и у меня странное ощущение, будто я что-то забыла.)

Дверь перед ними гостеприимно открылась, впуская звуки музыки и голосов. Малфой пропустил её вперёд, убирая палочку во внутренний карман пиджака. Гермиона заметила Ханну Аббот с Эрни Макмилланом, Сьюзан Боунс с Захарией Смитом и даже Невилла с Дафной Гринграсс. Должно быть, недоумение отразилось на её лице, потому что Малфой вдруг спросил:

— Что-то не так?

— Ничего, просто… Как думаешь, почему нас всех пригласили? По конкретным именам.

— В этом нет ничего удивительного. — Малфой левитировал ей креветку с проплывающего мимо подноса, она аккуратно поймала её пальцами и приняла протянутый кубок с подогретым вином. — Макмиллан, Аббот, Боунс имеют неплохие связи в Министерстве. Отец Смита недавно занял видную должность в отделе международных отношений, Лонгботтомы снабжают практически всех вышеназванных свежими ингредиентами с собственных теплиц, а значит, их тоже нельзя оставлять за бортом.
— А Гринграсс?

Малфой нашёл взглядом фигуру в серебряном платье, глотнул вина из кубка. К его лицу как будто вернулись краски жизни.

— У Гринграсс есть потенциал. Ходят слухи, что Астория обладает редким магическим даром. Лучший способ вызнать детали — через наследницу. То есть, Дафну. Только мне кажется, всё это не сработает.

— Почему? — Гермионе вдруг стало по-настоящему интересно. Для неё мир чистокровных был вроде романов о средневековье, захотелось сравнить, насколько эти представления схожи с реальностью.

— Помимо того, что Дафна — не дура? — Малфой хмыкнул. — Такие секреты доверяют либо достаточно близким людям, либо в ответ за очень серьёзную услугу. Впрочем, у декана Слизнорта много связей. Он точно попытается найти решение.

— Тем непонятнее, что я здесь делаю я. — усмехнулась Гермиона в кубок. — У меня ни родителей с должностями в Министерстве, ни связей.

— Не совсем. — Малфой прищурился. — У тебя в друзьях Виктор Крам. И Гарри Поттер. В первую очередь, Поттер.

— Думаешь, через меня профессор хочет подобраться к Гарри? — скептически переспросила Гермиона.
— Почему нет? — вопросом на вопрос ответил Малфой. — Все в замке знают, что вы близки. Как только Поттер снова появится, декан с чистой совестью потребует от тебя поспособствовать знакомству. Ведь тебе он с этим помог… С его собственной точки зрения, разумеется.

— Никогда не была сильна в интригах. — опустошила свой кубок Гермиона.

— Это дело привычки. Ты танцуешь?

— Да.

Ну ясно. теперь традиционная фанонная игра престолов, где интриги. тайны и теневое влияние, взгляды со значением, тройное дно в разговоорах, и даже вопрос "где тут сортир?" содержит в себе тайные послания.
В каноне, если что,Слизнорт не знался с зашкваренными террористами и негодяями, а еще ему не было нужды с аристократиками дружбу водить. у них и так все сложилось.Он открывал таланты, и сводил их с кем-то, кому таланты нужны, и через это имел выгоду, большую и малую.А здесь прям сплошные наследники владельцев заводов,газет,пароходов.

Забавно что Малфой оптимист и добряк, рассуждает что Поттер вернется.Канонный Драко, каким мы его знаем и помним, обязательно бы проехался по тому, что Поттер всех вас кинул, как лохов последних, убег куда-то, пересравшись, а вы теперь тут.

Вальс они танцевали молча. И Гермиона не могла не признать, что Малфой двигается куда непринуждённее Виктора. Помогало ещё то, что он не имел привычки сутулиться и дышать ей куда-то в затылок. Не то чтобы она сама была образцом в этом плане, но чувствовала себя вполне спокойно.

«Ещё от него пахнет мускатным орехом…» — вдруг отметила про себя она и покраснела. Благо, освещение в зале не позволяло этого разглядеть.

После нескольких танцев они снова отошли к столикам с закусками, ожидая появления профессора Слизнорта. Хозяин вечера всегда появлялся накануне ужина.

— Ты неплохо танцуешь. — снова заговорил Малфой.

— Спасибо. — хмыкнула Гермиона. — Мама в своё время водила меня на танцы, вот я и научилась. Но не стала заниматься профессионально, как она хотела.

— Почему?

— Уже не помню. — честно сказала Гермиона и взяла ещё креветку, прежде чем поднос проплыл мимо. — Мне больше нравились математика или физика, чем танцы. Мама какое-то время настаивала, но потом смирилась. Отчасти.

— Отчасти?

— Она всё равно находит повод вытащить всех на активный отдых. Лыжи, коньки, какое-нибудь восхождение в горы или наоборот, спуск на лодках по каньону… Ей всё это нравится.

— А тебе?

— Иногда. Коньки расслабляют. — признала Гермиона, Малфой взял, кажется, какую-то улитку, маленькими щипцами ловко выудив содержимое из раковины и отправив в рот. Запил солидным глотком вина. — А твои родители? Вы занимаетесь чем-то вместе? Я не знаю, как это устроено у чистокровных.

Гермиона чувствовала себя неловко, спрашивая. Но с другой стороны, это было вполне логично. Раз уж Малфой спросил о её семье, почему бы не сделать того же самого?
«Ой, прекрати, Гермиона! Признай, тебе ведь действительно интересно.»

— Не то чтобы… — наморщил лоб Малфой. — Когда я был маленьким, с отцом мы частенько летали на мётлах. И с мамой ездили на единорогах и лошадях.

— У тебя дома есть единороги? — искренне удивилась Гермиона. Она считала, что эти звери страшно редкие.

— Маленький табун. — кивнул Малфой. — Конечно, на лошадях я ездил чаще, единороги с определённого возраста не подпускают к себе мужчин.

— Да, нам говорили на Уходе. — согласилась Гермиона. — А как насчёт совместного отдыха?

— Обычно это приёмы. Как этот. — Малфой обвёл рукой зал. — С небольшим количеством гостей. Мама в свободное время выращивает розы в теплицах, это её любимое хобби. Отец предпочитает фехтовать или боксировать.

— Твой отец любит бокс?

Малфой издал смешок от её тона и согласно наклонил голову.

— Не то, чего ожидаешь от английского аристократа с французскими корнями, правда? Но да, ему это нравится. В юности он даже участвовал в нескольких… Турнирах? Кажется, так. И имел какой-то пояс. Но теперь это хобби, разумеется. Стать профессиональным спортсменом в его положении — роскошь.

Автору впору посоветовать вынуть руку из трусов, и вспомнить такие вещи, как опыт общения и взаимоотношений. Я будто читаю середину гермидраки ( а не драмионы, пишите правильно), где ОН и ОНА уже осознали свое взаимное большое и светлое чувство. и стали разговаривать - а здесь не гермидрака, и этого чувства не заявлено.более того, пять лет до этого враждовали, бонусом Малфой расист и из расистской семейки, для него Гермиона не любовный интерес, а в лучшем объект сексуальноого влечения. Дружба,приятельство,любовь и стремление семью создать - нет, не ночевали даже.

опять же, дорогие гиены, вспомните, нам он был не рад, за вопросы и критику, даже побанил - и ему бы тоже хорош вспомнить этоо.Что вот у тебя с человеком знакомство и общение на негативе, откуда потом такое доброе общение?

Ну и магловский спорт для магов, эт может и прикольно было, но в фиках оно уже поистрепалось.Плюс не верю в Малфоев-боксеров.

— А ты?

— Я?

— Ну да. Чем ты занимаешься в свободное время?

— Сложно сказать. — Малфой неопределённо повёл плечами. — Обычно у меня не то чтобы много времени, дома хватает обязанностей, но…

— М? — Гермиона пристально посмотрела на него, не скрывая интереса. Вполне искреннего.

— Палеография. — сдался, наконец, Малфой. По-своему истолковав её молчание, он пояснил: — Мне нравится изучать и восстанавливать старые рукописи. Иногда это даже карты. Но с ними сложнее, некоторые знаки с течением времени довольно трудно распознать.

— И много ты уже восстановил? — спросила Гермиона.

На самом деле, она была впечатлена. От Малфоя вполне ожидаемо было услышать о квиддиче или магических искусствах, нежели о чём-то настолько приземлённом. Не говоря уже о том, что подобное хобби требовало изрядных интеллектуальных способностей.
— Не то чтобы… Рукописей пять-шесть. — скромно улыбнулся Малфой, заметно расслабившись. — И несколько карт. В основном всё времен Вильгельма и ранней эпохи возрождения. Повезло, что большая их часть из Франции. Я переписываюсь с Николо Теучи, он один из преподавателей в Практической школе высших исследований в составе Парижского университета. За эти несколько лет он меня многому научил.

— Ты бы хотел заниматься этим профессионально? — догадалась Гермиона.

— Очень. — глаза Малфоя загорелись. — Николо обучал сам Жак-Жозеф Шампольон-Фижак*, величайший заклинатель и историк Франции. Думаю, никто в здравом уме не упустил бы такую возможность. Но сперва нужно прилично сдать экзамены в Хогвартсе.

— Не знала, что он был магом! — во второй раз за вечер удивилась Гермиона. И тут же смутилась, когда несколько человек обернулось в её сторону. Глотнула вина.

— Ты бы и не узнала, если бы не уточняла специально. — пожал плечами Малфой, сохраняя олимпийское спокойствие. Вскоре на них перестали обращать внимание. — В Хогвартсе ведь нет курса международной истории. Да и Бинс в основном рассказывает о гоблинах да великанах.

Что-то сомнительно, что мелкий школьник прямо вот сам этим хобби профессионально занимается. Скорее я бы поверил. что есть некий родич или близкий, кто таким занимается, а ему в кайф рядом быть. Мне вот было в охотку помогать дяде и двоюродному брату машину чинить, но это не значит что я в детстве-юношестве был автомехаником.
В среднем у меня ощущение, что ГХА увидал/услыхал новые термин, новое понятие, изучил что это такое, и просто приделал к Драко Малфою, якобы это делает его круче. На деле это делает его менее достоверным, еще одним взрослым ребенком или старичком под обороткой, коими фандом полнится.

Малфой недовольно скривился, но задать следующий вопрос Гермиона не успела: послышался голос Слизнорта и все потянулись за длинный стол в глубине комнаты. Малфой учтиво отодвинул ей стул и расположился напротив, раскладывая на коленях салфетку.

Впервые за долгое время Гермиона действительно наслаждалась ужином. Еда у Горация Слизнорта отличалась от той, что подавали в Большом зале. Начиная от разнообразия и более насыщенного вкуса блюд. На один из заботливых вопросов профессора Гермиона тут же похвалила ужин.

— Передам ваши комплименты Грете. — лукаво подкрутил ус Слизнорт.

— Грета? — с любопытством уточнила Гермиона.

— Да, милая девочка. Работает на меня, кажется, половину жизни, эльфы Хогвартса доставляют свежую еду прямо из её кухни. Родители многое потеряли, отказавшись от такой талантливой дочери.

— То есть как? — не поняла Гермиона. Остальные тоже прислушались к разговору.
— Ах, это довольно грустно. — Слизнорт снова обратил внимание на баранью ногу на тарелке, аккуратно вилкой и ножом отделяя кусочек мяса. — Кажется, она в ту пору была примерно вашего возраста. Грозилась стать самым молодым мастером своего поколения, пока не произошёл несчастный случай. Она наткнулась на какую-то зачарованную серебряную диадему с голубыми драгоценными камнями в комиссионке Лютного. Грета юбила украшения, так что тут же её купила. К сожалению, я не видел артефакт воочию, и не могу сказать, какого он толка, но последствия были ужасными. Конечно, как только Грета оказалась в Мунго, я тут же прибыл туда. С одним очень интересным зельем собственного производства. Надеялся, что это поможет.

— Но вы ошиблись. — проницательно заключил Малфой.

— Такое случается. — с сожалением прожевал мясо Слизнорт. — Мы бились всю ночь, но повреждения оказались необратимыми. С того самого дня бедная девочка стала сквибом. Родня подобного, конечно, не стерпела и тут же отказала ей в наследстве. Грета так плакала! Была совершенно убита горем, знаете ли.

«Ничего удивительного.» — мрачно подумала Гермиона.
— Но я ведь видел её талант, также явственно, как вижу сейчас всех вас, мои дорогие друзья… — Слизнорт обвёл стол затуманенным взглядом. У Гермионы возникло ощущение, что он видит перед собой совершенно иные лица. — Конечно, я не мог этого так оставить. И вдруг узнал, что мой почивший дядюшка оставил мне наследство. Небольшой домик где-то в закоулках Парижа и кое-какие деньги. Настоящий знак судьбы! Сами подумайте, я ведь в этом не особенно нуждаюсь, проживая круглый год в Хогвартсе! Теперь, много лет спустя, Грета полноправная хозяйка того самого домика, а мы с вами имеем честь вкушать плоды благодарности.

«И лично вы имеете в распоряжении пожизненную кухарку. Очень удобно.» — поёжилась про себя Гермиона. То, как быстро Гораций Слизнорт умел извлекать пользу из происходящего, по-настоящему пугало.

— А артефакт, сэр? Что стало с ним? — спросил, кажется, Смит.

— Ходили слухи, что он исчез. — кратко ответил Слизнорт, явно недовольный переменой темы.

— Как исчез? Может, его забрали в Отдел тайн? — подхватил Макмиллан с набитым ртом. — Такая могущественная вещь не могла просто взять и исчезнуть!

— Если хотите знать моё мнение, мой юный друг, то от тёмных артефактов следует держаться как можно дальше. — строгим голосом произнёс Слизнорт. — Цена за иное могущество может быть гораздо выше, чем вы готовы признать.

— Да, профессор. Вы правы, извините. — стушевался Макмиллан.

— Ну-с! Предлагаю оставить мрачные мысли на потом. — Слизнорт улыбнулся и взмахнул палочкой. — Как насчёт того, чтобы немного растрясти содержимое желудка танцами? А мне, с вашего позволения, нужно его опустошить иным способом…

Вот так история. История как история. обалдеть какая, надеюсь на на что-то повлияет. Потому что если это просто подводочка поод ужасные темные артефакты. то мы из канона уже знаем про такое. хотя может это штрих к моральному портрету Слизнорта?

Я вот не понял при чем тут еда. Грета стала сквибом, но освоила мастерство готовки, и стала шеф-поваром ресторана Пирелли? И теперь Слизнорту еду шлет? Но простите, колдун будет более продуктивным поваром, магия облегчает труд (ножи сами режут, поварешка сама мешает, ухват сам горшок в печь сует), непонятки.

Переносимся к Сириусу.

Сириус в очередной раз проснулся с мигренью в висках. Застонал, накрыл голову подушкой. Но скоро стало ясно, что уснуть больше не получится. Мысли слишком активно перескакивали с одного на другое, вернулось и привычное чувство напряжения. Через какое-то время он выпутался из постели и поплёлся в ванную.

С того дня, как он узнал о смерти Регулуса, дни стали жутко похожими один на другой. С перерывом на еду он ежедневно закапывался в книги и многочисленные записи брата. Иногда пересекался с остальными членами Ордена Феникса, обычно с пачкой сигарет наперевес, и отмахивался от вопросов.

В этом ему немало помогал Кричер, который теперь относился к нему гораздо теплее, называя не иначе как «хозяин Сириус» и иногда доставляя мелкие неудобства Молли. То пикси вылетят неожиданно из-за шкафа, то предметы на кухне самопроизвольно начнут двигаться, то пропадёт из поля зрения вещь, которая непременно нужна прямо сейчас…

Сириус, честно говоря, и сам посмеивался с этих пакостей. А самое главное, что Молли было категорически не до него. Серьёзного вреда Кричер причинить не мог, но вот доставить неприятности «предателям крови» — вполне.

«Вообще-то, я должен был запретить ему. Но с другой стороны, заслужил он за эти годы хоть какое-то развлечения? Подумать только, долгие годы жить один на один с сумасшедшим портретом матушки! Тут любой под нос бормотать начнёт. И в целом… Кричер не так уж и плох.»

Мысли перескочили с эльфа на его мёртвого хозяина. Сириус нахмурился на свой завтрак, чуть крепче сжимая приборы. Регулус… Не сказать, чтобы они особенно были близки. И теперь сожалеть об этом бессмысленно.

Читать аккуратные, педантичные записи о Тёмной магии было тяжело. Сириус никогда не вкладывал должных усилий в «семейное обучение», и то, что младшему брату казалось ясным как день и недостойным пояснений, его самого заставляло застрять с книгой на несколько долгих часов. Чаще всего, безрезультатно.

Артефакт тоже не давал ответа. Сириус никогда раньше не видел подобной магии, а обращаться за помощью было не к кому. Не к психованному же портрету матушки! И уж точно не к Дамблдору, от длинной бороды которого итак не было никакого продыху.

К счастью, из-за активных действий Пожирателей смерти, Дамблдору в основном было не до него. А Орден едва ли не удвоил дежурства в Министерстве магии. Покрутив эту мысль со всех сторон, Сириус покачал головой.

«Сейчас у меня есть более срочные задачи, нежели разгадывать тайны Дамблдора.»

Вообще отношение Ордена к Сириусу после «исчезновения Гарри» ощутимо охладело, несмотря на то, что вся организация по-прежнему держала здесь свою штаб-квартиру. Подростком Сириус, пожалуй, даже бы взбесился. Мало того, что скрывают важную информацию, так ещё требуют в ответ уважения и подчинения, не имея на то никаких оснований. Но годы изрядно ожесточили его характер, так что Сириус не психовал, а делал выводы. Ведь даже в такой ситуации никто не стремился с ним открыто сотрудничать! А как же все эти заверения о том, что им всем нужно держаться вместе перед грядущей угрозой?

В общем Сиря все такое же многогрешный идит, как и раньше. Уборку дома саботирует. Дамблдору ничего не говорит, тихушника видимо полагается уважать, но не получается.
Требуют уважения и подчинения - ну наверное логично, ведь на таких принципах орден и основали, что Альбус самый опытный.умный и умелый маг, собрал ополчение, чтобы бороться с Волдемортом. В любой организации неизбежно есть лидер, и те кто подчиняются, это уже не квартет дружбанов, которые вместе хулиганят, это серьезное дело. Очевидно, что генерал не докладывает лейтенанту.
И это дело не только в армии или полиции, вспомните хоть Безумного Макса, вторую часть, там Гумангус своими отморозками командует, и они слушаются, а кто не слушается, тех наказывают.

— Хозяин будет спускаться вниз ко всем остальным членам Птичьего Ордена или поест в своём кабинете? — осведомился Кричер. Несмотря на запрет к прямым и косвенным оскорблениям окружающих, он исхитрялся всё равно демонстрировать свой острый язык и отношение к этим самым «окружающим».

— Почему «птичьего»? — хмыкнул Сириус, потягиваясь. Прошло всего несколько часов, а спина уже начала ныть.

— Феникс полукровки Дамблдора — птица. — пояснил Кричер. — Кричера удивляет, как полукровка вообще сумел получить подобного фамильяра…

— Дамблдор тоже внизу?

— Кричер видел его в библиотеке благородного дома Блэк.

К большому сожалению Кричера, Сириус не позволил закрыть библиотеку совсем от остальных обитателей дома. Но зато разрешил следить за тем, чтобы книги невозможно было вынести за пределы дома, а заодно и вернуть всё что таинственным образом «пропало» с полок. Надо ли говорить, что Кричер с радостью исполнял приказ? Хотя и всё равно недоволен. Чтобы какие-то полукровки и предатели крови использовали книги благородного лорда Блэк! Неслыханно! Что бы на это сказала старая хозяйка?!

Ну вообще-то эти самые полукровки и "предатели" заняты полезным делом, ищут способы победить террориста и душегуба. дело благое и важное - и клянусь языком Джина Симмонса, кабы за чем-то в лучшие годы приперся лично Волдеморт. хозяйка их Блэкм сама бы по полу ползала на карачках. готоовая все тдать что попросят. и сама бы отдалась. Потому что Волдемоорт если попросит. это не предусматривает отказа. а Дамблдор и его люди. они не про бескомпромиссное насилие. Н обиженка Сириус о таком не думает, он я смотрю вообще немного думает.

— Что на обед? Умираю с голоду.

— Сириус! Мальчик мой! — сверкнул глазами Дамблдор. — Как хорошо, что ты к нам присоединился. Мне как раз нужно будет кое-что обсудить с тобой.

— Конечно. — согласно наклонил голову Сириус.

«Странно. Он так хорошо играет или действительно рад моему появлению?»

Но, конечно, в общем галдеже нормально поговорить было просто невозможно. Молли то и дело подрывалась из-за стола за всякими мелочами, будто вовсе не была волшебницей и без конца бросала на Сириуса недовольные взгляды.

Впрочем, Сириус сосредоточил своё внимание на картофельном супе, пироге с почками, а потом и чае с десертом. Справа без конца кашлял и чихал простудившийся Мундугус, на другом конце стола о чём-то переговаривались Кингсли с Нимфадорой. Ремус ел тихо и как-то вяло, несмотря на то, что полнолуние ещё нескоро. Дамблдор был весел, часто обращаясь ко всем сразу, и нахваливая каждое блюдо.

Как только Молли подорвалась убирать со стола, будто в доме вовсе не было эльфа, Сириус тоже встал и жестом махнул директору следовать за ним. Дверь живо отрезала звуки из столовой.

— Молли говорит, что ты в последнее время сторонишься остальных, мальчик мой… — проговорил Дамблдор за его спиной.

— А что вы предлагаете? Вязание с ней обсуждать? — выразительно хмыкнул Сириус. — Я просто занят своими делами. Всё равно приходится торчать в этом доме.

— Но ты понимаешь, что в такие времена мы должны…

— Держаться вместе. Можете не повторять, у меня всё хорошо с памятью.

Сириус раздумал подниматься в кабинет, вместо этого свернул в малую гостиную на втором этаже. Прошёл к глубокому креслу, безмятежно закинул ногу на ногу. В камине тут же весело затрещало пламя, бросив под ноги тень от решётки с родовым гербом. — Располагайтесь, профессор. Сигарету?
— Благодарю, мальчик мой. Я перестал ими увлекаться ещё в зрелости. Перешёл на лимонные дольки. — лукаво сверкнул глазами Дамблдор. — Между прочим, ты тоже мог бы попробовать.

— Лучше уж никотиновая зависимость, чем сахарный диабет. — ухмыльнулся Сириус и закурил. Дамблдор расположился на диване, действительно зашелестев бумажкой от конфеты.

Какое-то время в гостиной стояла вполне мирная тишина, Сириус лениво размышлял над поводом встречи. Его наконец решили начать посвящать в тайны Ордена? Как-то поздновато. Но с другой стороны, это полностью объясняет недовольство Молли.

— То, о чем я хочу тебе рассказать, должно остаться в пределах этой комнаты, Сириус.

«О! А вот и ещё один повод для недовольства. Молли, видимо, не очень нравится, когда от неё самой что-то скрывают.»

— Хорошо. Почему вы решили обратиться ко мне? — с любопытством уточнил Сириус.

— Я слышал, что у дома Блэков достаточно знаний в области Тёмной магии. — осторожно начал Дамблдор. Сириус невольно фыркнул.

— Это легко понять и по библиотеке, вы ведь там были перед обедом?

Мелочный укол. Но порой Сириусу нравилось напоминать, что именно он хозяин в этом доме, а не кто-либо ещё. Дамблдор наклонил голову.

— Понимаешь… Моя проблема несколько деликатного характера. Думаю, будет проще один раз показать. — Дамблдор взмахнул палочкой над собственной правой рукой. Сириус невольно застыл, рассматривая отвратительную, почерневшую кожу, где уже начали появляться первые язвенные нарывы. Тлеющая сигарета обожгла пальцы, он щелчком отправил её в каминное пламя.

Конечно, Сириус не разбирался в тёмной магии так хорошо, как хотелось бы, но это проклятье он узнал сразу. И поэтому назрел жизненно важный вопрос:

— Что вы натворили, Альбус? Учтите, вам придётся сказать правду, чтобы я действительно мог помочь.

— Мальчик мой, это довольно долгая история…

— Не волнуйтесь, профессор. По крайней мере, на это время у нас ещё есть.

И тут я делаю перерыв. Как видите,Альбус Сириуса профилактически не лупит, не порет, а тот наглеет. Видимо я как читатель должен сильно ненавидеть Дамблдора. и радоваться как с ним обращается Сириус. но как п мне. автор обгадил всех скопом. Орденцы у него несимпатичные. но и Сириус тоже гнилой обиженка и придурок получился. Ровно как и трусливый подлец Гхарри. Агенты же тупо скучные, какие были в сериале. такими и остались, разве что понторезы, и не слишком эффективные ко всему.

#дети_кукурузы #мультифандом #фикопанорама #длиннопост

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 20 комментариев из 43

SofiaAntuch

13 июня в 19:15

Всем привет 👋
Фф по Драмионе.
Пока Гермиона ведёт Драко к психологу, чтобы сохранить брак, он ищет способы снять проклятие рода.

Миссис Малфой по-маггловски

#самопиар #драмиона

ar neamhni

10 июня в 03:05

#ГП #вопрос
Кто помнит фильмы по ГП, у меня вопрос: в экранизацию попал этот эпизод из книги?

Утром в четверг у слизеринцев и гриффиндорцев было подряд два урока зельеварения. Малфой явился на второй с видом героя, раненного в жестокой битве: рука забинтована и на перевязи.

— Как рука, Драко? — нарочито заботливо спросила Пэнси Паркинсон. — Болит?

— Болит, — насупился Малфой, подмигнув за спиной Пэнси верным телохранителям Крэббу и Гойлу.

— Садитесь скорее, — бросил как бы между прочим Снегг.

Гарри и Рон хмуро переглянулись: явись они с таким опозданием, Снегг оставил бы их после уроков. А Малфою все сходит с рук, ведь Снегг декан у Слизерина и своим прощает все.

Проходили новое зелье, уменьшающее. Малфой поставил котел на огонь рядом с котлами Гарри и Рона и уселся за стол напротив них.

— Сэр, — обратился он к Снеггу, — у меня болит рука, я не могу нарезать коренья маргаритки.

— Уизли, нарежьте Малфою, — не взглянув на Рона, приказал Снегг.

Рон покраснел до ушей.

— Врешь ты все, ничего у тебя не болит! — прошипел он.

Малфой самодовольно ухмыльнулся.

— Слышал, что сказал профессор Снегг? Давай режь.

Рон схватил нож, подвинул коренья к себе и наскоро порубил на крупные неровные куски.

— Профессор, — пожаловался Малфой, — Уизли кое-как их нарезал.

Снегг подошел, свесил над ними длинный крючковатый нос и криво улыбнулся из-под черных, засаленных косм:

— Отдайте свои коренья Малфою, Уизли, а его возьмите себе.

— Но, сэр… — Рон целую четверть часа старательно трудился над своими кореньями.

— Сейчас же! — рявкнул Снегг.

Что оставалось делать? Рон подвинул к Малфою красиво нарезанные коренья, снова взял нож и принялся исправлять собственный брак.

— Сэр, мне не справиться с сушеной смоквой. — Малфой не скрывал в голосе злобной насмешки.

— Поттер, помогите Малфою почистить смокву. — Снегг ненавидяще глянул на Гарри и отошел от их парты.

Гарри молча протянул руку за смоквой, наскоро снял с нее кожицу и швырнул обратно Малфою. Тот расплылся в улыбке.

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 7 комментариев

щзхъ

9 июня в 21:53

Ваше отношение к "Рон Уизли/Люциус Малфой"?

Не, я такое писать не собираюсь)) И читать не собираюсь. Но раз оно существует, значит оно кому-то надо?.. Блин, я вот так сходу даже саммари представить не могу, и не могу понять в чём тут кинк.

Показать 10 комментариев

DistantSong

7 июня в 23:34

#обзор #далёкий_обзор #эх_сеня_сеня_2

Продолжаем обозревать похождения школодемона Сени на втором курсе.

Глава 96

Итак, в предыдущей главе текст, наплевав на то, что Дамбигада турнули с поста директора, поручил именно ему решать, как же Сене безопаснее отдохнуть на каникулах. Дамбигад приписал к нему телохранительницу в лице Тонкс... и именно от её лица написана эта глава! POVы множатся чуть ли не быстрее, чем у Мартина.

С самого начала нам показывают, что Сеня решил ещё дополнительно спалиться:

Где я? Над головой — палящее солнце. Под ногами — песок. Странно... Преодолевая резь в глазах, я вгляделась в небо. Половину неба возле слепяще-белого солнца занимала огромная красно-фиолетовая спираль. При взгляде на нее мне хотелось закопаться в этот самый серый песок, таким ужасом веяло от этого «небесного тела». Я еще никогда не видела такого. Никогда. Так... надо попробовать вспомнить: как я здесь оказалась?

Что я помню? Получила задание лично от Амелии Боунс: прибыть в Хогвартс и поступить в распоряжение Дамблдора. Вообще-то это крайне необычно: директор департамента магического правопорядка не выдает задания начинающим практикантам... Но, поскольку альтернативой было патрулирование Лютного — я согласилась с радостью. Оказалось, что моим задание будет сопровождение самого Гарри Поттера! Это такая честь!

Сеня не может просто спокойно общаться с телохранительницей, нужно, чтобы их вместе закинуло в какую-то тьмутаракань!

— Тонкс? — Раздался голос у меня за спиной.

Я резко обернулась, выхватывая палочку, и чуть не упала в перекат, пытаясь уйти от атакующего заклинания. Но за спиной у меня оказался Гарри Поттер и с ним — незнакома девочка с копной каштановых волос и карими глазами. Дети были в школьных мантиях, и имя явно было жарко в этой пустыне.

— Гарри? Ты как здесь очутился? — Мальчик молча пожал плечами. И правда: чего это я? Если уж сама не знаю, как здесь оказалась, то чего требовать от второкурсника? — Интересно, где это мы?

— Не знаю. — Ответила мне девочка, а Гарри просто молча пожал плечами. Не знаю, почему, но это показалось мне важным.

— Да, Гарри, представь меня своей спутнице.

— Ой... — Мальчик смутился и шаркнул ножкой по песку. — Простите, пожалуйста... Герми, это — аврор Тонкс. Она будет защищать меня во время поездки к твоим родителям, когда мы отсюда выберемся.

— «Когда»? — Удивилась я уверенности мальчишки.

— Разумеется. Обсуждать другие варианты и их вероятности я сейчас не вижу смысла. Мы должны отсюда выбраться — и значит, мы выберемся. Но я пока продолжу. Тонкс, это — Гермиона Грейнджер, девушка, которую я надеюсь назвать своей невестой, а потом и женой.

Бредут они по пустыне, бредут, и находят очередную отсылочку на что-то:

Напившись и отдохнув в теньке, мы двинулись дальше, в обход черной громады, возносившейся над нами на сотню ярдов*. Обогнув очередной выступ, я обратила внимание, что на серой пыли под ногами появилось влажное пятно.

/*Прим. автора: 91,44м*/

— Смотрите! — Вскрикнула за моей спиной Гермиона.

Я подняла взгляд... и обомлела. На черной стен была высечена восьмиконечная звезда. А рядом с ней, подвешенная за волосы на скальный выступ, висела человеческая голова. Легкий ветерок пошевеливал длинные седые волосы, вокруг глаз были нарисованы краской белые круги с неведомыми мне знаками, а из обрубка шеи на землю тонкой струйкой текла кровь.

Внезапно, голова пошевелилась и открыла глаза. Этого не могло быть, но это было: отрубленная, а скорее — даже оторванная голова жила. На меня и детей уставились наполненные болью и отчаянием фиолетовые глаза.

Глава 97

Всё ещё от лица Тонкс.

Сеня решает спалиться ещё сильнее (хотя, казалось бы, куда ещё-то?)

— Ее надо освободить.

— Что?! — Я в ужасе переводила взгляд с оторванной головы на Гарри и обратно.

— Ее душа прикована к этому... к этому остатку тела и страдает. Ее надо освободить! Немедленно!.

— Но... как?! — Растерялась я.

— Вот так. — Гарри коснулся вырезанного в черной скале символа и уверенным тоном произнес. — Отпускаю. Да упокоишься в мире!

Звезда вспыхнула под рукой мальчика. Фиолетовые глаза закрылись, и в руки Гарри упал пустой череп, из которого высыпалась струйка серого песка... нет — пепла! Я по-другому взглянула на местность, по которой мы шли, и в ужасе поняла, что когда-то это была зеленая равнина. Равнина, на которой не осталось ничего живого: только прах и пепел, пепел и прах.

— Кто мог сотворить такое?! — Вопрос был, в сущности, риторическим... но я тут же получила ответ.

— Осквернитель. Он все-таки добился своего. Врата — пали. — Гарри произнес это сухим и безжизненным тоном. Казалось, в его горле шелестит пепел, по которому мы шли. — Планета подвергнута экстерминатусу.

Я собиралась уточнить: что он имел в виду, когда из-за черного монолита вырвалась тварь. Под щелканье, подобное звуку кастаньет, тварь скользила по пеплу на подобии змеиного хвоста. А верхняя ее часть, поднятая вверх, подобно капюшону кобры, представляла собой гротескное искажение человеческого облика. Груди и живот твари закрывали хитиновые пластины. Вместо рук — болтались два хитиновых клинка. А над покрытыми броней плечами возвышалась голова... та самая голова, которая только что превратилась в выбеленный череп в руках Гарри.

Время застыло. Чудовищная красно-фиолетовая спираль в небесах вывернулась наизнанку. Само пространство взвыло от боли.

— Глупцы! — Голос твари напоминал хриплое карканье. — Вы освободили эту жалкую душонку, и теперь займете ее место. Вы будете страдать, пока Хаос не поглотит галактику...

— Ты не получишь ее! — Гарри шагнул между приближающейся тварью и Гермионой. — Отступи, или я подарю твою голову Повелителю Марионеток!

— Ха! — Запрокинула голову тварь. — Маленький смертный осмелился противостоять мне, Великому Сорсигренну! Я пролью твою кровь, и сделаю свирель из костей. И когда я буду играть на ней — твоя душа будет корчиться от боли!

А дальше появляется вроде как Дамбигад и опять оказывается самым разумным человеком в этом дурдоме.

Черный клинок раз за разом сталкивался с хитиновыми конечностями твари. Время от времени у Гарри даже получалось пробить защиту демона и нанести ему болезную, но, к сожалению, не опасную рану. В то же время было понятно, что первая же ошибка Гарри станет последней... для всех нас.

— Убей! — Раздался голос у меня из-за спины.

Я резко развернулась, поднимая палочку. Там... там оказался Дамблдор. Дректор Дамблдор, лидер сил Света в магическом мире Британии, Верховных чародей Визенгамота, председатель Международной конфедерации магов, победитель Темного лорда Гриндевальда, величайший волшебник нашего столетия... Вот только в каком он был виде...

Сквозь знаменитую мантию с блестками виднелась пепельная равнина. Седые волосы выглядели выцветшими и бессильно повисли. Это был в полном смысле этого слова «призрак Дамблдора».

— Убей... Поттера! — медленно и запинаясь произнес Дамблдор. — Он пал. Его душой завладел Вечный враг. Нельзя допустить, чтобы в мир живых вернулся Темный Гарри. Это будет концом для дела Света и Всеобщего блага! Убей!

— Нет! — Крикнула я. — Вы же сами говорили, что убийство — раскалывает душу, что...

— Иногда — приходится жертвовать. Одна душа — или тысячи душ. Нельзя допустить возвращения Адепта Хаоса. Нельзя. Пойми же это!

— Нет! Я должна защищать этих детей, а не убивать их.

И я повернулась к месту схватки, прикидывая: как бы всадить Редукто в эту тварь, не повредив Гарри. И в этот момент у меня за спиной прозвучало:

— Империо! Ты этого не поймешь, но Всеобщее благо — превыше частных интересов, какими бы они ни были!

И я с ужасом увидела, как мои руки поднимают палочку, а мои губы произносят:

— ФайендФайер!

Поток огня, перевитого тьмой накрыл сражавшихся. Я еле устояла на ногах, услышав крик заживо горящих в Адском огне детей. Что же я наделала? Что же сделал Дамблдор?! Как такое вообще может быть?!

— Ну вот... — Произнес такой знакомый голос у меня за спиной. — Теперь Всеобщее благо вне опасности. Жаль, что для этого пришлось пожертвовать тремя душами.

Стоп. Тремя! Видимо, заклятье Подвластия уже спало, и я смогла повернуться к этому... этому...

Но в этот момент страшная боль обрушилась на меня. С ужасом я опустила глаза вниз.... И увидела хитиновый клинок, выходящий из моего живота. Страшная боль наполнила мироздание...

В конце главы оказывается, что это был только сон, и Тонкс просыпается, но вы ж понимаете, что оно всё не просто так?

Ну и, учитывая, каков Сеня, сжечь его Адским пламенем — вполне себе неплохое решение. Хотя бы фикло это побыстрее закончилось, а оно уже того стоит.

Глава 98

Называется "Производственное совещание". Аффтар тут же любезно поясняет:

/*Прим. автора: «Производственные совещания это такие совещания на предприятиях, когда совещаются о производстве на предприятии». «Дом с привидениями» И. Хмелевская*/

В темном помещении висел светящийся шарик. Время от времени из-за границ освещенного круга раздавался тихий шелест, как будто кто-то очень большой ползал где-то там, в непроглядной тьме. Временами через тьму прокатывались незримые, но от этого только более могущественные волны варпа. А прямо под источником света четверо детей напряженно вглядывались в метрового диаметра шар. Особенно внимательно вглядывались мальчишки, поскольку в шаре отражалась спальня, в которой красивая девушка задрала и так не слишком плотную ночнушку и старательно осматривала и ощупывала себя. Как ни странно, но девочки не спешили упрекать своих парней за столь вольное поведение, потому как и сами смотрели на проснувшуюся Тонкс не менее внимательно.

Да, сон этот был не просто так, его Сеня с всосалами наслали.

— Ну Гарри!!! — Скривилась Дафна. — Я так старалась... А ты... Взял и все испортил! Нет, я понимаю, что для тебя это — раз плюнуть, но мне было довольно тяжело! И зачем было все залечивать бесследно, прежде чем позволил ей проснуться?

— Дафна... — Я одобрительно встрепал волосы своего верного вассала. — Ты — молодец и умничка. У тебя получился замечательный демон. Да и ударить по ауре так, чтобы шрам остался на физическом теле — фокус нетривиальный. Но вот тебе, как Видящей — уже пора просчитывать и политические аспекты магии.

— Политические аспекты? — Удивилась Видящая, а я кивнул дипломату команды, чтобы разъяснил.

— Хм... — На пару секунд задумался Драко, а потом до него дошло. — Если бы остался шрам — эта Тонкс кинулась бы за помощью... и рано или поздно, но эта история дошла бы до Дамблдора...

— И тот в два счета разъяснил бы девушке, что это был не сон, а злое лиходейство Врага. А так... даже если, проснувшись, она и постарается внушить себе, что «это просто сон» — осадочек все равно останется.

Зачем все эти кульбиты?

Тебе так нужен новый вассал? — Удивился Драко.

— Не особенно. Но есть мнение, что эту Тонкс теперь будут старательно придвигать к нам, раз уж с Роном этот номер не прошел. И продвигать будут активно, а если отошьем — станет совсем подозрительно. Так что ее проще распропагандировать, чем отшивать. Ну, да ладно. Пропаганда — это вообще дело небыстрое, спешки и торопливости не любит. А пока что — разбор полетов. Миа, что скажешь о своей операции по прикрытию подопечной? — Девочка ответила, не задумываясь, видно было, что много размышляла об этом, и успела сформулировать выводы.

— Слишком сложно все. Можно было обойтись и без Оборотого: просто прощупать чьи-нибудь мозги (как выяснилось — знали о ситуации с Луной почти все орлята, а кто не знал — тот догадывался), а потом — точно так же провернуть операцию с Флитвиком. Прости.

Девочка склонила голову, и в ее глазах заискрились слезы. Во имя шести кругов Дворца*! Да что же это со мной твориться?! Впрочем, следовать минутным порывам — свойственно Детям Всеизменяющего, так что я прижал Миа к себе и стал сосредоточенно гладить ее по голове.

/*Прим. автора: а вот сами догадайтесь, что имел в виду Морион. Ладимира — молчи!*/

Вассалы решили не тревожить свою Темную леди в столь важный момент, и дружно сделали вид, что их здесь нет и никогда не было... только глаза, посверкивающие от любопытства их выдавали... Ну, да любопытство — угодно Архитектору судеб.

И, конечно, чтобы завоевать расположение Тонкс, Сене нужно всё усложнить и переусложнить. Как говорилось в одном рассказе Лема: "Да ты, чтобы карандаш очинить, и то жёрнов попросишь!"

Дальше Герминога переживает, что её план с Оборотным был дурацким (ну надо же, проблеск здравомыслия), но Сеня быстро объясняет, что она, как аффтарская любимка, не может быть дурацкой.

— Чем лучше? Я чуть всех не подставила... да если бы волосок перепутали... не говоря уже о том, что и при варке ошибиться могла... — Миа снова всхлипнула.

— Так не ошиблась же. Да и Кай бы подстраховала. А теперь считаем: оборотное ты варить научилась — раз?

— Раз... — Грустно кивнула Миа.

— Запас оборотки, который потом этим шалунам из дома Рейвенкло споили, заготовили — два?

— Два. — Глазки Миа заблестели. Кажется, она потихоньку приходила в себя.

— Джинни наши отношения наглядно продемонстрировали — три?

— Три. — Все, совсем оттаяла.

— Ну вот. Видишь? Все не так плохо, как ты себе навоображала?

— Я... я думала — ты меня ругать будешь...

— За что? Если бы ты действительно серьезно ошиблась — я бы поправил. А то, что не оптимально... Опыта у тебя еще маловато. Вот и учишься, как и положено — на ошибках.

— А можно... можно как-нибудь по-другому учиться? Чтобы не на своих ошибках, а на чужих? — Несмело улыбнулась девочка.

— Вряд ли. Это как ездить на велосипеде или летать на метле. Тут нужнее не столько знания, сколько навык. И вот его-то и будем нарабатывать.

— Хорошо. — Смирилась Миа. Надо будет ей все-таки «Государь» подкинуть... и «Рассуждения о первой декаде Тита Ливия»* для разрыва шаблона. «Сколь достойны всяческих похвал основатели республики или царства, столь же учредители тирании гнусны и презренны». В устах того, кого большинство считает идеологом тоталитаризма, такое высказывание выглядит несколько... неожиданно.

/*Прим. автора: Николло Макиавелли*/

Не пытайся казаться умнее чем есть, Сеня, всё равно не выходит.

Дальше ещё немного о том, что Сеня с всосалами вроде как пытаются готовить побег Блэка, и глава кончается.

Глава 99

Опять от лица Тонкс. Она, как агент Дамбигада, демонстрирует неплохое такое здравомыслие.

Вслед за опекаемым я зашла в купе. Слизеринцы устроились на одной скамейке, а Гарри и Гермиона — на другой. При этом, чтобы освободить место для меня, Гермиона почти демонстративно устроилась на коленях Гарри. Это что? Они так и собираются ехать всю дорогу до Лондона? Ну-ну... Думаю, не позднее, чем к трети поездки нам все-таки придется потесниться иным образом: ведь покинуть «объект опеки» я просто не имею права.

— Гермиона, — несколько ехидно улыбнулась я, — а тебе не рано устраиваться таким вот образом?

Нет, воистину, если человек хотя бы вскользь замечает, как мерзки отношения Сени и Герминоги, это уже многое говорит в его пользу!

Однако Герминога умудрённая, загрумленная и просветлённая, и у неё есть контраргумент:

Девочка грустно улыбнулась мне в ответ:

— Понимаешь... когда я осознала, что до завтра могу не дожить — подобные мелочи уже перестали меня смущать.

— Не дожить до завтра? Как это?! — Не поняла я.

— Очень просто. Вот окажись тролль в прошлом году попроворнее, успей он прикрыть глаза... и все. Гарри — ослеп, я — вообще ничего не смогла бы... Или, скажем, повезло бы нам чуть меньше, а Квиреллу чуть больше в драке над телом Падме... Там ведь не Ступефаи летали. — Девочка замолчала... но когда я уже собиралась задать вопросы об упомянутых событиях (а Амелия Боунс, отправляя меня на задания «неофициально» попросила меня расспросить детей об этих чрезвычайных происшествиях), когда Гермиона продолжила. — Или, допустим, кто-то наложит на тебя Империо, и ты влепишь нам по Аваде прямо на вокзале Кингс Кросс... А потом — подвесишь в небесах Темную метку.

Я задохнулась. Конечно, Гермиона не совсем точно попала... Да и откуда бы ей знать подробности сна, от которого, не будь я метаморфом, у меня непременно прибавилось бы седых волос? Но ведь как близко!

Да уж, Герминога тоже не палится.

На некоторое время я просто перестала воспринимать окружающее. А когда снова смогла понимать, о чем говорят вокруг, то задохнулась снова — уже от возмущения.

— Итак, сегодняшнее собрание нашей команды мы посвящаем приему в наши славные ряды нового члена... — Торжественно, вплоть до полного сарказма начал Гарри, но его тут же перебил Малфой.

— Как нехороший человек, мерзкий слизеринец, сын своего отца и адвокат дьявола я не могу не спросить: нужен ли команде такой член? И нужна ли ей команда?

Я задохнулась, и не смогла ничего ответить, когда вмешался Гарри. Хотя, не могу не отметить, что официозная речь от мальчишки, на коленях которого уютно устроилась девочка, воспринималась донельзя забавно.

— На данный момент аврор... — Гарри голосом подчеркнул это слово. — Тонкс выполняет миссию по охране моей особо ценной тушки. И, не зная некоторых... особенностей нашего беспокойного бытия — вряд ли сможет выполнять ее на должном уровне. С другой же стороны, аврор Тонкс может оказаться столь необходимым для нас выходом на высокое начальство.

*Падая лбом об стол*

А вы не думаете, кретины вы эдакие, что Тонкс может каким-нибудь образом всё в режиме реального времени передавать Дамбигаду? Что тот уже крепко держит вас не только за жопу, но и за все прочие выступающие части тела?! Хотя чего это я, не думают, конечно. Они вообще не думают.

Дальше Дракусик сетует, в какие опасности они попадали, Тонкс обещает их защитить, восхищается мощью лапищ Сени, а также:

— Во-первых, ты с нами только на эти каникулы. — Заговорил, как ни странно, не Малфой, а Гарри. — Во-вторых, сможешь ли ты справиться со взрослым троллем? Или с Тем-кто-бродит-по-школе? А в-третьих... если, скажем, выясниться, что можно одолеть Темного лорда, только убив кого-нибудь из нас — какое решение ты примешь, аврор Тонкс? Ведь благо, возможно даже — Всеобщее, будет таким очевидным... А жертва — столь ничтожной... Что ты выберешь, аврор Тонкс, племянница известных Сириуса Блека и Беллатрисы Лейстрендж? Не решишь ли ты, что цель оправдывает средства? Что ты выберешь?

Я застыла. С одной стороны, обрисованная мальчиком ситуация — представлялась мне выбором из плохого и худшего... А с другой... он же не может знать тот сон? Ведь правда — не может? Дети требовательно смотрели на меня... а я — на них. Смотрела... и не знала, что ответить, как убедить их, что есть средства, которые пятнают любую цель, и которые не могут быть применены тем, кто хочет и дальше продолжать считать себя... нет, не аврором, — человеком. А потом я подняла палочку.

— Я, Нимфадора... — как ни странно, но мне удалось почти без запинки произнести ненавистное имя, — Тонкс приношу Непреложный обет в том, что не буду пытаться причинить вред присутствующим в этом купе, или же разглашать доверенные мне ими сведения третьим лицам без их на то разрешения... — я заметила презрительную усмешку, мелькнувшую на лице Малфоя... и уверенно закончила, — пока они не станут совершеннолетними, или же не нападут на меня.

Как ни странно, но при последних условиях лицо Малфоя разгладилось, и он посмотрел на меня с некоторым уважением.

— Хоть твою мать и изгнали из семьи, — медленно протянул белобрысый, — но ты — настоящая Блек! Молодец, кузина!.

Да что же это такое?! Ведь он — просто мальчишка?! Так почему я чувствую себя в точности так же, как тогда, когда сам Грюм Грозный глаз перед строем назвал меня лучшей ученицей курса?!

Буэ-э, какая мерзость.

И забавно, право же, учитывая, что Непреложный обет приносится совсем не так. То есть Сеню с всосалами нагло обманывают, но те и ухом не ведут.

Глава 100

От лица Герминоги.

Уютно устроившись на коленях у Гарри, я оставила Пай-девочку «на хозяйстве», а Воительницу попросила присмотреть за Рабыней «на всякий случай». А Авантюристка и Ученая двинулись со мной, посмотреть на то «интересное», что Ксенос Морион обещал нам показать.

Как видите, психическое расстройство прогрессирует.

Ближние пределы варпа у самой несуществующей границы реальности встретили меня успокаивающими переливами зеленого и желтого. Я очередной раз застыла в удивлении. Казалось бы, две столь отличные друг от друга вещи как имматериум и плотная реальность стабильного мира просто обязаны быть разделены прочной границей... Но чего нет — того нет, и «всплывая» в Хаос невозможно заметить тот момент, когда сознание уже отделилось от реальности.

Мори, как, впрочем и всегда, уже ждал меня там. Я улыбнулась про себя, очередной раз отметив, что облик его в Нереальности постепенно изменяется, отходя от встреченного мной в прошлом году «Мальчика который помог мне тащить чемодан», к тому гордому и могущественному князю демонов, что явился передо мной прошедшим летом.

Несколько минут я смотрела, как Мори парит в потоках Хаоса, лишь изредка шевеля крыльями. А потом он обернулся ко мне.

— Налюбовалась? — В его глазах полыхало золото, расплавленное пламенем Удуна.

— Не-а! — Я подпрыгнула, и повисла у него на шее. И не имело никакого значения, кто именно сейчас был «мной», если это все равно была именно я.

И в таком духе всю главу. Скучно.

Глава 101

Аффтар неожиданно решил вернуться к нумерации глав, и эта вроде бы сотая. Не знаю уж, он ошибся с нумерацией или я, но я продолжу придерживаться своего счёта. Если с этого момента хотите найти главу в фике, вычитайте из указанного мной номера единицу.

Сама глава написана от лица Знейба. Оставшись без учеников поблизости, он предаётся нытью и воспоминаниям.

Каникулы — ненавистное время... На каникулах в замке нет учеников, не взрываются котлы, почти не происходит нарушений дисциплины... и мне некого ненавидеть. Некого... кроме себя. Весь учебный год я прячусь за свою злость, за яркие эмоции, которые во мне вызывают люди, пришедшие учиться прекрасному и таинственному искусству зельеварения... и упрямо не желающие хотя бы попробовать понять то, что я им говорю. Да, я знаю, что я — плохой, очень плохой учитель, я никому не могу передать то наслаждение, которое дарит «красота медленно кипящего котла»...

Я с удовольствием покинул бы Хогвартс, свернулся в клубочек и, наверное — быстро умер бы. Но... Вот именно. «Но». Есть кое-что, что пугает меня больше смерти.

Азкабан. Даже два месяца заключения после смерти Лили показали мне, что там я не выдержу. Смерть была бы избавлением. Смерть. Но не безумие. Раз за разом, вновь и вновь слышать смех того, кто когда-то был кумиром, слышать слова смертельного проклятья... Пусть я и не видел, как она погибла, но представлял во всех подробностях. Я выдержал два месяца... но был уже на грани. Наверное, это была бы справедливая плата за то, что я сделал... но я слишком слаб, чтобы уплатить ее. Я дрогнул. И когда Дамблдор сказал мне, что из Хогвартса я смогу уйти только в Азкабан... Это оказалось больше, чем я смог бы выдержать.

Дальше он пьянствует, и вспоминает одну из встреч с Волдемортом. А именно ту, на которой он рассказал ему о пророчестве.

Радостный и гордый, я вхожу в зал, где расположился Темный лорд. Да, конечно, эта война, развязанная светлыми, не далась ему легко: волосы его потускнели, лицо осунулось, и временами становится какого-то нездорового цвета, а в глазах мелькают красный искры... Но он все еще великий лидер и великий вождь. Он обязательно приведет нас к победе. И тогда мы сумеем добиться отмены дурацких законов, введенных продажным Министерством в лживой и лицемерной «заботе о магглах и магглорожденных». И прежде всего отменен будет запрет Покровительства. Древние и могущественные рода смогут забирать таких детей, каким был я, из разваливающихся семей, где юных волшебников боятся и ненавидят. И тогда Волшебный мир воспрянет от той спячки, в которую его погрузил Статут Секретности. Инквизиторы знали, что делали, когда навязывали нам этот Статут... И ведь большинство волшебников считает, что Статут был установлен Визенгамотом по собственной воле. Они не помнят и не хотят помнить о проигранной войне, и те из них, кто вообще задумываются об истории Волшебного мира, считают, что никакой войны не было... либо что волшебники ее выиграли. Смешно... Конечно, в учебниках Хогвартса рассказывают про волшебников, которые по семь-восемь раз позволяли себя сжигать, про блестящие победы над отдельными инквизиторами, про... в общем — про многое. Но эти учебники совершенно упускают из виду тот факт, что отдельные блестяще выигранные стычки совершенно не повлияли на результаты войны, которая и была вдребезги проиграна. Статут секретности превратил некогда могучие магические кланы в вырождающиеся семьи, отрезанные от какого бы то ни было влияния на большой мир. Правда, нельзя не признать, что простецам это пошло на пользу. Их прогресс просто-таки рванулся вперед, лишенный сдерживающих факторов в лице долгожителей-традиционалистов. Но есть некая ирония судьбы в том, что первыми, по кому ударил этот самый прогресс — оказалась победительница в войне. Церковь.

Однако оставим магглам — магглово. А вот по волшебникам Статут ударил гораздо сильнее, чем по Церкви. Раньше маги активно искали Обретенных, забирали их в кланы и воспитывали подобающим образом. Так что дети, вступая в волшебный мир четко понимали, что этот мир может дать им, и что — они должны дать ему, обладая определенными социальными связями и однозначным статусом. Сейчас же Обретенные в одиннадцать лет влетают в совершенно незнакомый и непонятный им мир, который они стараются сделать знакомым и понятным, то есть — переделать под себя. Началось с запрета Покровительства. Ведь «ребенку гораздо лучше оставаться в семье». А то, чьл необученный и неконтролирующий свои способности ребенок-маг в семье магглов — это кошмар в первую очередь для этой самой семьи, не способной справиться с выплесками его Силы. А уж то, что нам с трудом удавалось торпедировать появление организаций типа «Союза аболиционистов», грозящих домовиками геноцидом под самыми благовидными предлогами «свободы» и «равенства» — это не иначе, как чудо самого Мерлина. Так что мне страшно даже подумать, что будет, если Вальпургиевы рыцари проиграют... Что сотворят с волшебным миром уверенные в собственном всезнании невежды, которые готовы годами без перерывов рассуждать о равенстве и братстве, но столь же готовые наложить в штаны при одной только мысли, чтобы побеседовать с оборотнем, пусть даже днем и в новолуние...

Ну и нахера тут эта простыня? Если даже аффтар хотел донести, что у Волдеморта с приспешниками были несколько другие цели, почему не подать это более аккуратно?

— Сивилла Трелони пыталась устроиться на должность преподавателя Предсказаний. Но, кажется, она и на собеседование пришла... подшофе. Иначе, с чего бы ей такую чушь нести: «Близится тот, у кого хватит сил одолеть Темного лорда...»

— Так. Стоп. — Прервал меня Волдеморт, и щелкнул пальцами. — Сейчас сюда доставят Омут памяти. Мне нужно это твое воспоминание, с момента как ты вошел в «Кабанью голову», и до момента, когда ты ее покинул.

Омут памяти действительно «доставили», и быстро. Он влетел в окно на руках парящего дементора. В комнате похолодало, и ощутил, как вновь вишу вверх ногами на глазах у Лили...

Власть Лорда над этими существами, проявившаяся уже в ходе войны, неизменно восхищала Вальпургиевых рыцарей. Но вот встречаться с ними все старались как можно меньше.

Я на мгновение встретился взглядом с серыми глазами Лорад, в которых все чаще и чаще взблескивали алые искры, а потом приставил палочку к своей голове и вытянул серебристую нить воспоминания, и погрузил ее в Ому. Знал бы я тогда, что я делаю!

Ну так ты знал, Знейб — ты делал какую-то семью мишенью для Волдеморта, обрекая их. А уж учитывая, что семья так оказалась состоящей из твоего заклятого врага и "презренной грязнокровки", ты вообще рад быть должен!

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 20 комментариев из 34

Дoлoxов

7 июня в 20:28

Из форточки послышался истошный вой его совы Булки

В детстве Снейп постоянно терпел издательства

Тут Гермиона решила сразу взять Снейпа за рога!

Гермиона назвала пароль, и он дважды её поцеловал

Снейп отправился к слизеринскому столу, где его похлопал по плечу Люциус Малфой значком старосты на груди

Гарри Поттер родился втайне от родителей

— Пароль "МЯСНЫЕ ЖЕНЩИНЫ", —прокричала Гермиона.

- Ребята! – в зал ворвался возбужденный Рон. – Снейп оказался вампиром!
- Как ты узнал? – спросил потрясенный Гарри.
- Я вбил ему осиновый кол в грудь и он умер!

- Драко, пойдем обратно, дождь пошел.
- Ничего, Панси. Мой отец узнает об этом.

Показать 4 комментария

nordwind

31 мая в 09:14

#ГП #переводческое #листая_старые_страницы #длиннопост
Просматривала старые заметки lotostata — критические соображения по поводу первых двух томов: Том первый с карандашом и Второй том с карандашом
Претензии насчет сюжетных ходов, проработки сеттинга и т. п. — с ними всё понятно, и давно постановлено, что Дж.Р. — не Дж.Р.Р.
Отдельные замечания, правда, сделаны сгоряча. Например:

А деньги! Вот почему у них деньги не целыми числами считаются? Какой в этом глубокий смысл, кроме желания отличаться от маглов и выпендриться?

Очевидно, имелись в виду круглые числа. Ну, так как денежная система магов явно сложилась до 1971 года, то чтобы в этом плане от английских магглов отличиться, действительно нужно было немного выпендриться. Хотя бы заменив некруглые составные числа на некруглые простые.
Но что интересно, так это критика по деталям: она опирается на перевод «Росмэн», на фоне прочих еще довольно точный, — к слову сказать, на Фанфиксе представлен именно он.
Я сверила замечания lotostata с оригиналом, и вот кое-что из обнаруженного в ходе проверки.

«…Мистер Дарсли не переносил людей в нелепой одежде, да взять хотя бы нынешнюю молодежь…»
Позвольте, а сам он тогда кто? Если Петунии около двадцати трех?

В переводе выглядит так, будто «нынешняя молодежь» — это мысли Вернона (тем самым он как бы записывается в старички). Но слова «нынешняя» в оригинале нет:
Mr. Dursley couldn't bear people who dressed in funny clothes — the getups you saw on young people.
Смысл скорее сводится к тому, что консервативного Вернона раздражают люди, которые одеваются экстравагантно / странно / «не по возрасту».

Хагрид: «Те, кто с ним был, — они на нашу сторону перешли. Раньше ведь они как заколдованные были, а тут проснулись!»
А-фи-геть! То есть сторонники Волдеморта на самом деле ни в чем не виноваты!

Пропущено одно-единственное, но важное слово — «некоторые»:
Some of 'em came outta kinda trances. — Некоторые из них вроде как из транса вышли.

А потом Гарри попадает в книжный магазин, где было «столько книг, сколько Гарри ни разу в жизни не видел…»
Интересно, что, Гарри ни разу не был в книжном магазине? Хотя да, вполне мог и не быть…

Еще один переводческий грош в копилку «угнетенного Гарри». На самом деле придаточное предложение выглядит так:
The shelves were stacked to the ceiling with books as large as paving stones bound in leather… — Полки до потолка были заставлены огромными томами в кожаных переплетах.

«…под ногами шмыгали разноцветные кошки».
А собственно, что с кошками? Или это обычное дело в волшебном мире — разноцветные кошки?

Да нет. Просто «cats of every color» — кошки всех мастей, ну или разномастные.

«А в центре стола стоял большой золотой стул, напоминавший трон, на котором восседал Альбус Дамблдор».
Что хотите делайте со мной, но Дамблдор всю дорогу красуется перед студентами и перед учителями.

«Трона» не было: только золотой стул / кресло с высокой спинкой (a large gold chair). Сравнение — от переводчика.

«...одним движением ладони сметая в угол пролившееся зелье».
Это как? Рукой, что ли?!

Нет, взмахом палочки: «with one wave of his wand».

Гарри «прислонился разгоряченным телом к холодной стене и вытер рукавом халата вспотевший лоб».
Чудно, только я не понимаю, почему это мальчик пошел на дуэль в халате? Или у них в Англии настолько другие нравы?

Отсебятина.
Harry panted, leaning against the cold wall and wiping his forehead. — Гарри тяжело дышал, прислонившись к холодной стене и вытирая лоб.

«…продуваемые сквозняками коридоры обледенели, а окна в промерзших аудиториях дрожали и звенели под ударами ветра, грозя вот-вот вылететь».
Это что, преподавателям-волшебникам вместе с попечительским советом слабо утеплить школу?

Переводчик решил сделать поживописнее. Хотя добиваться выразительности путем сгущения красок, по типу «адские муки» и «страстная любовь», — это совсем не айс.
На самом деле резко похолодало только в коридорах, где гулял сквозняк, а окна в классах дребезжали от жестоких порывов ветра. К самим аудиториям, Большому залу и гостиным претензий не было:
While the Gryffindor common room and the Great Hall had roaring fires, the drafty corridors had become icy and a bitter wind rattled the windows in the classrooms.

Рождественское утро. Подарки. Рон видит монету, подарок семейки Дарсли. И выражает чувства по этому поводу: «Вот ведь нелепая штуковина!… И это деньги? Такой формы?»
А что не так с формой? Квадратная? Насколько я знаю, нет, вполне себе круглая. Или мы про волшебные деньги недопоняли, и это они квадратные?

Вообще «shape» — это, конечно, «форма», но не только. В данном случае:
— Weird! — he said. — 'NMat a shape! This is money? — Ну и ну! Это деньги? Какие-то они странные с виду.

«Золотые буквы на корешках выцвели и частично облетели…»
Понимаю, понимаю, что скорее всего ляп переводчика. Но какой ляп! Буквы у него, видите ли, облетели! Волшебный мир, значит, все можно?

Ну, вот тут человек догадался. Да, речь про облезшую позолоту, конечно: «peeling, faded gold letters».

«На уроке по защите от Темных искусств, записывая различные способы исцеления от укусов волка-оборотня…»
Выписывают несуществующие способы исцеления от укусов оборотня… Хотя Люпин в третьей книге утверждал, что подобное неизлечимо вообще. А Люпину, думается, виднее! Таки автор — халтурщица!

Снова автор отдувается. «Different ways of treating werewolf bites» здесь не «исцеление», а скорее «лечение» в смысле обработки ран. Чтоб жертва хоть концы не отдала.

«Если мы не будем выигрывать в квиддич, как же нам тогда зарабатывать очки?»
То есть иначе как в квиддич гриффиндорцу баллы не заработать? Ничего себе! А Гермиона, видимо, просто гриффиндорское недоразумение.

В оригинале — не «to earn», а «to get back», т. е. не «заработать», а «вернуть». Подразумеваются 150 баллов, потерянных из-за похождения с Норбертом незадолго до конца семестра и подведения итогов. Вуд неприкрыто намекает на то, что Гарри подставил факультет, а теперь собирается умыть руки.

МакГонагалл: «Что вы, трое, делаете в замке?»
И тут зажигает Гарри: «Это секрет». Опа! Да сколько же лет этому мальчику? 5, 6? В данном случае ведет себя как недотепистый малолетка.

Он выразился все-таки повежливее:
— It's sort of secret. — Это типа секрет / У нас тут секретное дело.
В такой формулировке это скорее констатация факта, чем предложение отвалить.

«— Однако ты не должен огорчаться, Гарри, пусть ты всего лишь на какое-то время отдалил приход Волдеморта к власти».
Даже так! Не возрождение, а приход к власти!!!

Ну, «return to power» — это не только «прийти к власти», но еще и «вернуть силу».

О мантии-невидимке и Джеймсе: «Полезная вещь… Твой отец в основном использовал ее для того чтобы тайком пробираться на кухню в поисках еды».
Да ну? В Хогвартсе что, так плохо кормят? Какие, однако, подробности о папеньке.

В общем контексте явно стоило перевести «to steal food» как «полакомиться».

«— Меня всегда забавляло то, какими странными путями порой следуют человеческие мысли».
Это, конечно же, очень забавно, особенно в контексте ситуации и в роли директора. Так и сквозит такая любовь к себе, такое самолюбование…

Очередной камень в огород АПВБД — результат полисемии: слово «funny» имеет два основных значения.
Funny, the way people's minds work, isn't it? — Не правда ли, как причудливо устроен человеческий ум?

«Дадли, очевидно, еды не хватало: он был такой толстый, что бока у него свисали с краев табуретки».
Знаете, у меня хорошее воображение. Но представить себе эту картинку я так и не смогла… Это ведь уже какая-то предсмертная стадия ожирения, тут впору не смеяться, а жалеть…

Конечно, не бока, а зад — «his bottom».

«Он приехал домой на каникулы, закончив первый курс Школы чародейства и волшебства «Хогвартс», что на волшебном языке означает “вепрь”».
Оказывается, у волшебников есть свой язык. Правда больше нигде и никогда ни о каком волшебном языке никто не упоминал… Наверное, автор забыла.

Автор этого пояснения не делал — как и многих других. Просто переводчик настроился на семилеток. Что, впрочем, не оправдывает таких вольностей — хотя бы потому, что, в отличие от автора, он не знает, куда потом всё повернется. (Вот так и появляются Злодеусы.)

«Получить бы из школы хоть какую весточку, от кого угодно, даже от злейшего врага Драко Малфоя (не зря его фамилия значит «злокозненный»)…»
Я, конечно, не знаток языков, но это перевод с какого? Вопрос без иронии, действительно интересно. А вообще получается суперговорящая фамилия — практически Дураков.

То же самое. Пояснение в скобках сделано переводчиком, но получилось так, словно сам Гарри шарил в словарях, выискивая значение фамилии. (А Малфой тогда уж скорее не Дураков, а Невернов или Вероломнов.)

«Дорогой мистер Поттер! Мы получили донесение, что в месте Вашего проживания сегодня вечером в 21 час 12 минут было применено заклинание Левитации…»
Странно обращаться в официальном предупреждающем письме, да еще к провинившемуся ребенку — «дорогой». «Мы получили донесение», — а вот позвольте поинтересоваться, от кого?

Обращение «Dear Mr. Potter» стандартное, в данном случае переводится как «уважаемый»; а «We have received intelligence» — «мы получили информацию».

«Мама жалеет, что у нас нет домовика, семья большая, столько приходится гладить, а магией тут не поможешь».
Интересно, почему же это «не поможешь»? Что за ограничения такие на бытовую магию? Или именно на глажку?

«Не поможешь» — тоже вставка. Молли просто хотела спихнуть это действо на эльфов, с магией или без: «Mum’s always wishing we had a house-elf to do the ironing».

«Не дай бог, она заметит, что мы брали фордик».
При чем тут бог? Что это дети из волшебной чистокровной семьи бога поминают, а не Мерлина, например?

Еще один подарок перевода. В тексте просто «hopefully» — «надеюсь» (что не заметит).
Но вообще-то у Роулинг персонажи (как и маггловские атеисты) тоже периодически поминают бога в составе междометных выражений: во что бы они там ни верили сейчас, язык у них с магглами общий.

«Да учится он не то чтобы очень, — голос Малфоя стал ледяным, — но это отнюдь не значит, что мозгов у него нет».
Ой, какой странный диалог! Весь из себя аристократ, голубая кровь, Люциус Малфой, высокомерный и презрительно свысока глядящий на весь мир, вдруг начинает обсуждать собственного единственного сына-наследника с продавцом в магазине, да еще откровенно катить на него телегу.

— Though if his grades don’t pick up, — said Mr. Malfoy, more coldly still, — that may indeed be all he is fit for…— Хотя если его оценки не улучшатся, — еще более холодно сказал Малфой, — возможно, только на это он и способен.
Замечание по факту адресовано не Борджину, а Драко. Это видно из того, что Драко немедленно начинает оправдываться.

«Конечно, это был Хагрид, его маленькие, заросшие густой бородой глазки блестели, как два черных жука».
Да-а-а… Я так и вижу заросшие бородой глазки!

Beetle-black eyes flashing over his great bristling beard. — Его глаза блестели на заросшем густой бородой лице, как два черных жука.

«Хагрид выбил из рук ведьмы поднос…»
А вот зачем?
«…схватил Гарри за шиворот и оттащил его прочь от старой карги».

В оригинале не «knocked», а «knocking»:
Hagrid seized Harry by the scruff of the neck and pulled him away from the witch, knocking the tray right out of her hands. — Хагрид схватил Гарри за шиворот и оттащил прочь от старой карги, [при этом] выбив из рук ведьмы поднос.
Тут вопрос возник всего-то из-за того, что обстоятельственный оборот сделан частью главного предложения, и это переместило акцент: побочный результат действия превратился в действие целенаправленное.

«Лесничий двинулся в обратном направлении, возвышаясь над прохожими чуть ли не на голову».
Минуточку! Всего на голову? Там что, баскетбольная команда прогуливалась? Или Хагрид за лето усох? В прошлом томе он, помнится, был несколько выше…

«Head and shoulders taller» — букв.: «на голову и плечи». По-русски так не говорят, поэтому тогда уж «на две головы» или только «возвышаясь над прохожими».

«— Жених и невеста! Ха-ха-ха! — стал дразнить своих неприятелей Драко».
Мы так дразнились в начальной школе. В начале начальной школы… Наверное, английские дети развиваются медленнее. А дети волшебников в особенности.

Не очень удачный подбор соответствия.
— Potter, you’ve got yourself a girlfriend! — Поттер, ты, никак, подружкой обзавелся!

«— Простецы не так уж глупы, как нам представляется. Такая вместительная машина!»
Это ведь кто говорит? А добрейшая, идеал женщины и матери, Молли Уизли! То есть даже она искренне убеждена, что магглы не просто не могут колдовать, а глупы. Вот так вот. А она, стало быть, умная…

Вот так и подкидывают дровишек в костерок читательского отношения.
— Muggles do know more than we give them credit for, don’t they? — Магглы изобретательнее, чем нам представляется.

«…тяжело вздохнул Рон, заталкивая в сумку палочку, которая укоризненно прошипела: — Сам во всем виноват…»
О! Так они, оказывается, еще и разговаривают! В смысле, палочки.

Ну, раз переводчик нацелился на малышей, то его такие вещи не смущают. У Роулинг это мысли Рона, выделенные курсивом, — он представляет реакцию матери.
… said Ron, stuffing the now hissing wand into his bag. — ‘It’s your own fault your wand got snapped… ’ — …буркнул Рон, заталкивая в сумку шипящую палочку.— «Ты сам виноват, что твоя палочка сломалась…»

«— Это еще кто? — спросил Фред. — Не знаю, — соврал Гарри и резко рванул с места. До чего же ему надоела эта мелюзга!»
А разница-то, между прочим, всего в год! Мы тоже были такими высокомерными? Не помню.

Фраза про «мелюзгу» принадлежит переводчику, который решил открыть нам глаза на причины бегства Гарри. Чем и навлек на него упрек в истинно снейповском духе.

«Они с Гарри и Гермионой пробирались сквозь толпу к своей башне…»
А вот я интересуюсь — какая толпа? Откуда? В наборе на каждый факультет в потоке Гарри Поттера было не более 10 человек. 4 факультета, значит всего 40. Семь лет. Итого 280 детей. Ну, округлим до трехсот. Да-а-а… и все эта «уйма» народу толпится в огромном замке… Точно, не протолкнуться…

Преувеличение: «through the teeming corridors» — это «пробирались между заполнившими коридор учениками».

После занятия у Локхарта: «Ученики повалили в коридор»
Ага, все 10 человек! И как повалили, и как ломанули!

То же самое: «the class began to leave» — «начали выходить из класса».

«Гермиона осторожно раскрыла «Сильнодействующие зелья», и друзья склонились над заплесневелыми страницами».
Да что ж такое у них в школе с порядком и чистотой? Что мешало автору написать «над ветхими» или «над древними»?

У автора страницы «the damp-spotted pages» — в пятнах (от влаги).

«Зелье было уже наполовину готово: не хватало только рога двурога и шкурки бумсланга. Они хранились в кабинете Снейпа. А по мнению Гарри, лучше встретить лицом к лицу чудище из Тайной комнаты, чем попасться в лапы профессора зельеварения».
То есть, по мнению Гарри, Снейп хуже василиска? Ничего себе сложилось мнение у мальчика!

Сдвинут акцент: не вообще «попасть в лапы», а быть застигнутым за ограблением его кабинета: «let Snape catch him robbing his office».

«Снейп позеленел от злости…»
Правда? Таки и позеленел? Как огурец?

А это уже придирка. «Позеленел от злости» — популярная идиома. Хотя в данном случае «Snape was looking murderous» — выглядел готовым на убийство / был в ярости.

«Он растерянно взглянул на Снейпа, но, увидев в его глазах стальной блеск…»
Стальной блеск? Это в карих-то глазах?

Ну-у… Переводчик просто опустил эпитет, решив, что все уже запомнили цвет снейповских глаз. Как выяснилось, нет.
Но в любом случае «стальной блеск» чаще относят к серо-голубой гамме. У Роулинг — «сверкнул черными глазами» (black eyes glinted).

«— Я ведь спас Джастина, помешал змее проглотить его».
Опа! Змея была настолько большая?

В тексте «to attack» — «напасть».

«Фред, Джордж и Джинни тоже предпочли остаться на каникулах в школе — дома им грозило путешествие с родителями к Биллу в Египет».
Ну конечно, поездка на новый год в Египет — это верх родительского произвола и насилия! Ужас-ужас.

«Грозило» в оригинале нет — только «предпочли»:
Fred, George, and Ginny had chosen to stay at school rather than visit Bill in Egypt with Mr. and Mrs. Weasley.

«Развернув последний пакет, Гарри обнаружил новый джемпер ручной вязки и большой сладкий пирог с изюмом от миссис Уизли».
Супер! Пирог и свитер в одном пакете! Миссис Уизли просто таки виртуоз упаковки! Недаром волшебница!

Harry opened the last present. — Гарри развернул последний подарок.

«Реддлу пришлось бы возвращаться к магглам, в какой-то ужасный приют…»
Вот интересно, почему Гарри так убежден, что приют непременно ужасный? Он ведь про этот приют еще ничего не знает...

…to some Muggle orphanage — …в какой-нибудь маггловский приют.

«Но единственным предметом, к которому у Гарри лежала душа, был квиддич».
Вот так вот. А все говорят: Крэбб, Гойл… А герой волшебного мира сам вон как хорош — мальчик любит только физкультуру.

But the only thing Harry felt he was really good at was Quidditch. — Но единственным предметом, в котором Гарри чувствовал себя по-настоящему уверенно, был квиддич.
«Лежала душа» — это действительно из серии «пофиг на всё, кроме квиддича», а тут скорее трезвая самооценка: я не так хорош в остальных областях.

«Профессор МакГонагалл, не замечая его, надсаживалась <в мегафон> громовым электронным голосом…»
Это уже ляп переводчика? В смысле, электронный голос?

Да, это ляп переводчика.

«Окрестные луга не мерил больше огромными шагами лесничий Хагрид, не было и его всегдашнего спутника, волкодава Клыка».
Клык-то куда делся?

Клык «делся» благодаря тому, что его вынесли в отдельное предложение. В оригинале — «But with no Hagrid visible from the castle windows, striding the grounds with Fang at his heels» — т. е. не было видно и Хагрида с его верным Клыком (по пятам).

«Рон обхватил волкодава поперек живота и бросил назад. Пес исступленно завизжал, дверцы захлопнулись».
Ага, кто угодно бы исступленно завизжал, если бы его существо вдвое меньше себя на заднее сиденье бросило! Я так и вижу двенадцатилетнего мальчика, бросающего в машину волкодава! На минуту, собачка покрупнее осла, действительно очень высокая и крупная собака. Даже в кино, если я не ошибаюсь, взяли не ирландского волкодава, а мастифа, он все же поменьше.

Переводчику явно казалось, что великану-Хагриду подойдет только самая крупная порода. Но в итоге, по мере развития сюжета, это вылезло вот такой несообразностью.
Как ни забавно, у автора Фанг (Клык) — борзая (boarhound). Вообще-то термином «boarhound» описывается целая группа пород, включая не особо крупные. И хотя Хагрид едва ли держал при себе какую-нибудь мелочь, борзую с перепугу еще можно осилить.

Вот только часть тех нелепиц, которые бросились в глаза одному-единственному читателю, просмотревшему менее 14% текста (два первых тома — самые маленькие по объему). А ведь подавляющее большинство переводческих новаций вообще незаметны при чтении, потому что не сопровождаются очевидными логическими сбоями.
И сколько к этому можно добавить! Открываем первый том. Уже в 4-м абзаце:
«Мистер Дурсль что-то напевал себе под нос, завязывая самый отвратительный из своих галстуков».
Что это за эстетический изврат?
А это переводчик так тонко намекает, что дядя — плохой. В оригинале галстук — «скучный», офисный (out his most boring tie for work). То есть Вернон просто упертый консерватор.
Чуть дальше:
«Но он сидел к окну спиной и не видел пролетающих сов — подумать только, сов, летающих не ночью, когда им и положено, а средь бела дня! И это уже не говоря о том, что совы — лесные птицы, и в городах, тем более таких больших, как Лондон, не живут».
Оригинал: «He didn't see the owls swooping past in broad daylight». (Точка.)
Открываем второй том: героев застукали рядом с тушкой окоченевшей кошки, и Снейп допытывается, почему они ушли с вечеринки привидений. Он что, успел в мозгах у них покопаться? Нет, в оригинале — «the Halloween feast».
Открываем третий том. Фадж откровенничает насчет злодея-Блэка: «Схватить его могла бы только полиция маглов». Надо же, каким авторитетом маглы пользуются у министра магии! А у автора — «Hit Wizards from the Magical Law Enforcement Squad», «ударный отряд магического правопорядка».
И так далее, и тому подобное.

И вот еще что важно. Это отмечалось, в частности, в одном основательном разборе русских переводов ГП (авторства d88).
Переводчики серьезно сдвинули «фокал».
У Роулинг фокальный персонаж — Гарри. Мы почти всё видим его глазами. А в переводе возникает, как в скверном фанфике, куча «заместительных», которые дают точку зрения «со стороны».
Гарри не шизофреник, он не может воспринимать себя или другого знакомого человека как «мальчика», «гриффиндорца», «брюнета» или как-то еще. У Роулинг используются имена и местоимения. В переводе же то и дело — взгляд взрослого, со стороны и сверху вниз:
Оригинал: «Дамблдор устремил на Гарри проницательный взгляд…» → Перевод: «Дамблдор устремил на мальчика…»
Гарри, Рон и Гермиона… → Неразлучная троица…
Они вошли в кабинет Снейпа. → Незадачливые путешественники очутились в кабинете Северуса Снегга.
Он продолжал разглядывать их. → Директор школы продолжал взирать на жалких подсудимых.
Заинтересовавшись, Гарри… → Любознательный Гарри…
Гарри, Рон и Гермиона… → Наши друзья: Гарри, Рон и Гермиона…

Всё это всплывает постоянно — и всего этого в оригинале просто НЕТ. А смена точки зрения — очень небезобидная вещь. Между героем и нами переводчик помещает некоего авторитетного повествователя, с одинаково снисходительным отношением и к персонажам, и к читателю. Последний по умолчанию тоже предполагается ребенком, причем маленьким. И ему втолковывают, разжевывают, жирно подчеркивают…
Именно точку зрения этого посредника с его субъективным отношением, которое исподволь, но активно навязывается, текст и начинает выражать. Так возникают смысловые деформации, наподобие приведенных выше, и отсебятина на ровном месте.
Например, в оригинале — «Ron groaned». В переводе:
«Рон застонал — видимо, несмотря на все свои сомнения, он верил, что попадет туда же, где были его братья, а учиться вместе с настырной и всезнающей Гермионой ему явно не хотелось».
Ведь по контексту непонятно, чего это он застонал! Книга же для дошколят, нет?
Или вообще замечательное: «Комиссия по учету маггловских выродков». У автора никаких «выродков» НЕТ. Это всё те же «muggle-born» — магглорожденные. Но вдруг читатель не поймет, что эта комиссия — плохая!

Некоторые говорят: «Ну какая разница? Все равно это тот же «Гарри Поттер», та же история». Да, история та же. Впечатления не те.
Гарри Поттер и Русские Переводы

Есть и другие ляпы. Совы, например, живут в каком-то «домике» (снова плод фантазии). Не раз говорилось про сову, которую зовут в честь святой Хедвиги — Hedwig, а не Headwig, что вызвало ошибочную ассоциацию с париком: парик → букли.
«Swish and flick» — «Кисть вращается легко, и резко, и со свистом».
Эй, кто умеет рукой вращать, чтоб со свистом?
Люциус Малфой «звонит» (called) в Хогвартс; Локхарт тоже получает «срочный звонок» (а не «вызов»). Частая невнимательность в любительских переводах.
Флёр называет Гарри «пти гарсон», и Гарри возмущается. Он чуток знает по-французски? Нет, это тоже дар перевода. В оригинале Флёр всё говорит по-английски.
Сцена в «Норе» Уизли:
— Крути меня! Крути! — верещало что-то, слегка напоминавшее человека.
Мазохист? На самом деле:
“Gerroff me! Gerroff me!” squealed the gnome. — Отстань от меня! — верещал гном.
Волдеморт на кладбище:
— У вас не останется ни малейшего сомнения, кто из нас двоих сильнее. — Чуть-чуть сильнее, Нагайна, — шепнул он змее.
То есть сообщает своей змее, что лишь немного сильнее подростка. Тут неверно понято выражение «just a little longer». Лорд предлагает Нагини «немного подождать», пока можно будет скушать поверженного Гарри.
Еще пример: некоторые изменения, возникшие в образе Рона.
Рон сочувственно улыбнулся: — Даже жалко его <Филча>, правда.
Это Филча-то Рону жалко?! На самом деле:
Ron gave a satisfied smile. ‘He’s bitter.’ — Рон довольно улыбнулся: — Он завидует.
Рон смотрит на свою усталую сову:
— Бедняжка!
Какой сентиментальный Рон, оказывается. В оригинале:
— Pathetic! — Бедолага! / Жалкое зрелище!
И — кто бы мог подумать — его беспокоят школьные правила:
— Ты когда-нибудь еще видел план действий, в котором было бы сразу столько нарушений школьных правил?
Оригинал:
— Have you ever heard of a plan where so many things could go wrong? — Ты когда-нибудь слышал о плане, где столько всего может пойти не так (= о таком ненадежном плане)?
А вот Рон после сессии:
— До объявления результатов экзаменов у нас еще целая неделя.
На самом деле:
— We’ve got a week before we find out how badly we’ve done, there’s no need to worry yet. — У нас есть неделя, прежде чем узнаем, что всё завалили, а пока — гуляем.
Ну и куда пропала шутка, а заодно и часть харизмы?
Все искажения сами по себе незначительны. Но они накапливаются, и мало-помалу читательский взгляд на героев сдвигается, сдвигается…
А ведь это еще наиболее адекватный перевод из имеющихся…

Некоторые примеры ляпов Спивак, приведенные у d88:
Рукоятка метлы выполнена «из отборного пепла» (вместо ясеня — ash); Дамблдор носит не наушники, а пинетки; хлопушки (cracker) превратились в крекеры, секундант — во «второй номер», игрушка йо-йо — в «укокошные уй-йяшки»…
Фокал тут скачет еще сильнее, чем у «Росмэн». Гарри то и дело оказывается объектом чьего-то стороннего взгляда: то он «племянник», то «хозяин совы», то «друг Рона», то «больной», то и вовсе «маленький колдун»…
Но самое убийственное — бесконечные инфантильные хохмочки, которые придуманы под предлогом «надо объяснить читателю» и «надо читателя повеселить».
Конечно, кого-то это веселит (а кого-то — раздражает), но… Роулинг хохмочек особо не планировала — в таком количестве так уж точно. Сюжет становится все более серьезным и даже трагичным, а текст продолжает игриво приплясывать и сюсюкать. Хотя это нравится поклонникам Спивак, однако едва ли такие вольности с переводимым текстом могут порадовать какого бы то ни было автора.
Тыквеченьки, хохмазин, хахачары, совяльня, важнокадабра, ГрандУлет, колдульон, сменобраз (боггарт!), гладкокладкеровское прилизелье, «Малолетстон юнайтед»… И это всё там, где у Роулинг — обычные тыквенные пирожки, магазин приколов, веселящие чары и т. д.
А «Махаон» именно спиваковский перевод взял за основу — хотя к этому времени сага вышла уже полностью и все смысловые акценты в ней прояснились. (До этого многие переводческие ошибки можно было оправдать движением вслепую: например, перед выходом заключительного тома он анонсировался у нас как «ГП и Роковой День всех святых» — ну так кто ж знал, о чем там будет!)
«Махаон» убрал кое-что, вроде Длиннопоппа и мадам Жукпук, «буфет под лестницей» все-таки превратился в чулан, — зато еще больше добавил собственных «находок», типа Прельстины Солоуэй, Стэна Самосвальта или Ах Айдамастера. А второе имя бедняги Рона — не Билиус, а Вредни. Почему? Да так просто.
Шляпа-Распредельница, мракёр (делюминатор), шкаф-исчезант, злокозявистое заклятие (Летучемышиный сглаз), Миротварево, ряборылица, Паскуд-пламень (Адскоe пламя), шокоГадушки (бывшие спиваковские шоколадушки — вот уж поправили так поправили!)
Плюс — чего не сделаешь ради «оживления» — «Махаон» насыпал от себя кучу просторечий и жаргонизмов: глазеть, зыркать, цапнуть, шваркнуть, сверзиться, долдонить, шнырять, могёшь, сбрендивший, дeбильный, дурка, дурындас, кретин, сволочь, чокнутая бабка (это о Фигг — и добрый же мальчик Гарри!) и т. п.
Вишенка на торте: они смешаны с архаизмами. Что еще больше усиливает разрыв между речью персонажей и невесть откуда взявшегося внешнего повествователя. Впрочем, подростки в этом переводе тоже иногда употребляют словечки — словно прямиком из русской классики: батюшки, ну-с, дружок, милуешься, напраслина, превзошла самоё себя, вот те на….
А Мародеры здесь и вовсе называют себя Каверзниками! Слово, которое ощущалось как архаичное уже в XIX веке.
О вкусах не спорят — речь не о вкусах, а о правах автора. Сами по себе все эти слова вполне допустимы, но когда они появляются там, где у Роулинг — лексически нейтральная литературная норма, то искажают образы или вообще делают их неправдоподобными.
Еще один из многих примеров «усовершенствований», произведенных «Махаоном»: Люциус в магазине Борджина выражал надежду, что его сын способен на большее, чем стать вором или грабителем. А в новой версии:
— Надеюсь, мой сын станет не просто вором или грабителем.
«Не просто»?! Страшно подумать…
Причем, так как Спивак переводила с американского издания, в переводе осталась еще и отсебятина американцев. Например, у Роулинг в главе про распределение Дин Томас вообще не упоминается. Но в американской версии его туда добавили, чтоб был чернокожий персонаж:
«Томас Дин, чернокожий мальчик еще выше Рона, сел за стол Гриффиндора».
И одно из любимых слов — «злой». Злой колдун. Типичный персонаж детской сказки, прямо Карабас-Барабас. Там, где у Роулинг куда более серьезные «темные маги» и «темная магия». Слова с разных стилистических уровней.
Вот так с помощью чисто языковых средств и переводческой отсебятины довольно серьезная книга превращается… превращается… ~~в элегантные шорты~~
***
Доп.: интересные статьи:
ГП и трудности перевода
ГП: какой перевод лучше?
Как понять, о чем говорит Хагрид

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 10 комментариев

Dramiona_Malfoy_

27 мая в 12:27

Что за «восьмое чувство»? 💔
Все мы знаем про стандартные пять чувств. Шестым обычно зовут интуицию. Седьмым для магов, пожалуй, стала магия. Но что происходит на Восьмом курсе Хогвартса, когда привычный мир разрушен после войны, а Гермиона Грейнджер и Драко Малфой вынуждены делить одно пространство?
Наверное, именно тогда рождается оно — восьмое чувство. Острое, неправильное, связывающее тех, кто еще вчера был по разные стороны баррикад.
Приглашаю почитать мою новую Драмиону: «Восьмой курс, восьмое чувство». Буду рада увидеть ваши теории в комментариях, как вы думаете, в чем именно заключается это чувство? Заглядывайте на огонек! ✨
#самопиар #драмиона

Показать 9 комментариев

клизма с дымом

23 мая в 12:46

#ГП #размышлизмы #заявка #читательское #длиннопост #размышления #фанфики #писательское
Возможно, идея не нова, но мне она не дает покоя. Что если драконья оспа - это заговор молодых змей? Объясняю мысль.
Магмир - это общество стареющих элитариев. Редкие многодетные семьи вроде Уизли - своего рода «аномалия». В среднем у магов по 1-2 ребенка. Визенгамот и Министерство скорее напоминают клуб «Кому за 100»: первый возглавляет Дамб (емнип 115+ лет). Рядом с ним заседает Гризельда Марчбэнкс, которой глубоко за 130. Где молодежь в политике? Ее нет. Барти Крауч-старший, Корнелиус Фадж - это все люди глубоко пенсионного возраста. Люциус Малфой пытается влиять на политику не через пост (который ему не дают занять), а через взятки - классический путь «молодого» (ему около 40) капитала, который не пускают в кабинет министров.
Для молодого мага (которому «всего» 30-50) карьерный рост практически невозможен, потому что его начальник сидит в кресле уже 60 лет и не собирается на пенсию. Это объясняет, почему магмир так медленно меняется. Также геронтократия всегда порождает экстремизм среди молодежи - в результате появляется огромный слой озлобленной молодежи, которая десятилетиями живет на правах «стажеров». Ты почти никогда не становишься «главой рода» по-настоящему, пока тебе не исполнится лет 80. До этого времени ты - ничто, малолетка под контролем патриарха.
Если предположить, что «вторая волна» или особо агрессивный штамм драконьей оспы, выкосивший почти все старшее поколение, плюс-минус совпадает с периодом, когда Том Реддл и его первые Пожиратели входили в полную силу, многое становится на свои места. Да, я о биологическом магическом оружии, с помощью которого успешно провели бунт «внуков» против «дедушек». Обычная драконья оспа существовала веками, но она была чем-то вроде тяжелого гриппа. Что если модифицированный вирус бил по тем, кто не присягнул ВдМ? Что если Метка - это не только татуировка для связи? Например, вирус распознает специфическую частоту магии метки и не атакует клетки носителя. Это объясняет, почему Пожиратели чувствовали себя «избранными», а не меченным скотом.
Далее. Маги живут долго. 20-летний Пожиратель в 1970 году понимал, что через 50-70 лет он сам станет целью. Волдеморт продавал им своего рода «страховку на будущее»: Присягни мне сейчас, пока ты молод, и когда этот вирус придет за тобой в старости твоя Метка защитит тебя.
Конечно, это выворачивает канон наизнанку превращая «старую гвардию» Пожирателей в группу циничных отцеубийц. Однако в мирке, где происходит кризис преемственности, и старики долго не уступают дорогу молодым это кажется вполне логичным. Волдеморт мог быть своего рода «молодежным лидером», который предлагал разрушить старый порядок. К тому же, чтобы вести войну, нужны деньги и пока живы патриархи (Абраксас Малфой, родители Блэков и Поттеров), все золото лежит в сейфах под их личным контролем. Старое поколение могло помнить Тома как «бедного сиротку из приюта» и им он вряд ли смог бы диктовать условия.
Все это сделало бы образ Пожирателей Смерти гораздо сложнее: они не просто банда в масках, а поколение, которое «продало дьяволу» своих родителей за право жить здесь и сейчас, за право вкусить власть и получить наследство, и теперь вынужденное служить этому дьяволу до конца, чтобы скрыть свой позор...
~~Хочу такой фик в общем~~

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 10 комментариев

Isra

22 мая в 08:58

#Юбилей_на_фанфиксе

Сегодня исполняется десять лет с того дня, как я пришла на fanfics.me⁠� — и мне до сих пор трудно поверить, сколько всего произошло за это время. За эти годы были истории, бессонные ночи, вдохновение, поддержка читателей и люди, без которых этот путь никогда не стал бы таким важным для меня. С особой теплотой и благодарностью я вспоминаю моего дорогого соавтора Severena , светлая память о котором навсегда останется частью моего творчества, а также замечательных ныне здравствующих соавторов Рада Девил и келли малфой, с которыми мне посчастливилось создавать и делить этот волшебный мир. Спасибо всем, кто был рядом эти десять лет 💙

Показать 4 комментария

DistantSong

19 мая в 01:11

#обзор #далёкий_обзор #эх_сеня_сеня_2

В прошлой части обзора про Сеню, по крайней мере, появилась ядрёная порция чуши из уст Дамбигада. А значит, фик, при всей его унылости, всё же может ещё дать угля. Продолжаем.

Глава 86

Начинается глава весьма впечатляюще. Сеня хочет произвести некое воздействие на школу, и для этого ночью самолично окаменяет в коридоре Джастина Финч-Флетчли. Якобы за то, что он оскорбительно отзвался о Герминоге, но мы-то знаем истинную причину. На "канонная" начинается, на "рельса" кончается.

Вся школа судачит, гадский Жрон в недоумении... а дальше текст наглядно показывает, что груминг Сени сделал с и без того не самой приятной личностью Герминоги:

— Миа?

— Это ты сделал? — Тут же пришел ко мне вопрос.

— Я. Но... — Договорить мне Миа не дала.

— Он выживет?

— Да. — Честно говоря, я очень надеялся на эту отмазку, но...

— Жаль. — Заявила мне добрая девочка Миа.

— ?? — Слов для выражения охватившего меня недоумения, у меня так и не нашлось.

— Ты просто не представляешь, что он со своими дружками собирался сделать с Луной. Хорошо еще, что Дамблдор как-то узнал и запретил. А поскольку Джастин — и так прочно сидит у директора на крючке, и стучит как дятел, то и переть против однозначно выраженного запрета — ему не с руки... Хотя, вообще-то он не злой... просто тупой настолько, что не может сообразить, в какой именно момент шутка, пусть и обидная — становится подлостью. Так что кто знает, что и с кем он решит вытворить в следующий раз? Ну да ничего: поваляется, посмотрит кошмары... воспитательного характера — глядишь, поумнеет. — От Миа приходит весьма... интересного вида улыбка... так бы и любовался. Но...

— А почему не доложила? Ведь Луна — моя подопечная, так что...

— Но ведь ничего не случилось? А Джастина я собиралась подставить вместе с половиной Рейвенкло... и теперь надо что-нибудь придумать, чтобы никто не подумал, что то, что мы делаем — касается только воронят... Не знаешь, кто у нас еще особенно не любит нашу маленькую Малкавиан?

— Ну... — Усмехнулся я.

— Нет, я понимаю, что Рон... но его пока что трогать ведь нельзя?

— Увы...

— Тогда — Лаванда! — Миа аж засияла, явно что-то придумав. Ну что же. Это — ее операция, я же, как и говорил Снейпу — только на подхвате и подстраховке.

И что же гадоДжастин хотел сделать с Лунтиком? Вбить ей в сердце осиновый кол и набить рот чесноком? Может, кстати, это и не самая плохая идея, учитывая все обстоятельства.

Дальше в тексте главы из любопытного только крааайне неуклюжая попытка унизить Жрона:

Миа отрешилась от всего сущего в общении с Кай, так что до аудитории ее пришлось вести за руку. А вот Рона, тоже серьезно задумавшегося о неведомых тайнах бытия, вести было некому. Результатом стала встреча со статуей, почему-то отказавшейся уступить дорогу самому рыжему из второкурсников Хогвартса. Конец непродолжительной, но бурной дискуссии, в ходе которой Рон рассказал статуе, кто она такая и какого роду-племени, а статуя гордым молчанием выразила все, что она думает о недотепах, не умеющих даже статую обойти, положила Минерва Макгонагалл.

— Мистер Уизли! Пять баллов с Гриффиндора. Почему Вы ругаетесь матом прямо в коридоре? Стыдитесь! Настоящий джентльмен не должен употреблять таких слов... тем более — в присутствии девушек!

— Я... — Задергался Рон. — Я тут иду... А она... а я... а она... Вот.

Да уж, вот. Вот вновь замечательный пример того, как аффтар рассказывает а не показывает, потому что подспудно понимает: распиши он сцену подробно, и получится даже более лютый бред, чем обычно.

Глава 87

От лица Герминоги.

На самом деле я отнюдь не так легко приняла выходку Морниона, как постаралась показать. Все-таки — применение опасной темной магии... к ребенку... Но... я чувствую, что это — не просто злобствование без всякой цели и смысла.

Как интересно, что Герминога этими словами себя как бы из детей выписывает. Что-то мне вспоминается типичный приём всяких личностей с нехорошими замыслами по отношению к детям: "Ты такой взрослый/такая взрослая для своего возраста!" Бр-р.

Так что больше я такой ошибки не повторю. Пусть решение, принятое Мори и представляется мне... неправильным — но это его решение и я поддержу его. Хотя, конечно, потом придется поинтересоваться, чего мой сюзерен хочет достичь столь... негуманными методами. Иначе — это будет тот же шарик, только в профиль: слепое доверие...

Так Герминога вроде ж и так слепо доверяет Сене?

А Джастин... ну, он сам себе злобный буратино. К тому же... Я зло усмехнулась. Хотя планы Джастина и не были осуществлены... да и в худшем случае они не заслуживали такого жесткого наказания, но... Сегодня они решили задрать юбку девочке, выставив ее под насмешки, а чего захотят завтра? Так что месть Финч-Флетчли я планировала в любом случае.

Воистину, ТКВО беспощадна. Какой нахрен злобный Буратино?!

А Дамбигад тем временем вновь успел погадствовать; Герминога с Сеней смотрят воспоминание Сейли. Как обычно, не подвергая его сомнению.

Перед директором стоял тот самый «драконолог», что прилетал за Норбертом.

— ... Таким образом, Малфой-старший сумел убедить примерно две трети Попечительского Совета в необходимости Вашего отстранения с поста директора. Джордж Монкрифф* говорит, что может наложить вето... но ему будет тяжело — слишком многих Малфой убедил. Чем только, интересно?

/*Прим. автора: есть где-то полный список членов Попечительского совета Хогвартса? А то я помню только Малфоя... и, вроде бы Гризельда Марчбенкс, но про последнюю — не уверен).*/

— Мальчик мой... — улыбнулся в ответ Дамблдор. — Ясное дело, что Малфою до этого грязнокровки нет никакого дела. Зато связанный с этим скандал может, как он считает, ударить по мне. Вот и старается. А Попечительский Совет... они всегда изображают крысу на заборе. Сейчас, когда они считают, что кресло подо мной зашаталось — они радостно готовы поставить свою подпись под постановлением о лишении меня директорского поста... Но стоит мне показать, что я все еще в силе, и все еще сильнейший маг нашего времени — они тут же побегут назад, крича, что Малфой их шантажировал и всячески заставил.

— Хорошо... — Задумчиво произнес «драконолог». — Так я сообщаю Джорджу...

— Чтобы он сидел, не дергался, и подписал петицию вместе со всеми.

— Что?! — Собеседник Дамблдора изобразил классические «анимешные» глаза.

— Сейчас меня устраивает некоторый... успех попытки Малфоя убрать меня из школы. Мне и самому нужное покинуть Хогвартс. На время, естественно. Потом придется предпринять некоторые... усилия, чтобы вернуться обратно. Но мощь Светлого круга позволяет не сомневаться в итоге.

— Но почему... — «Драконолог» запнулся, а потом внимательно посмотрел на Дамблдора. — Хотя...

— Вот именно. Сейчас я не могу предпринять никаких мер против одержимого Темным лордом. Или, точнее — могу, но это приведет к некоторым... не самым лучшим последствиям. Пусть лучше он пока что порезвиться на свободе. Только... Сейлина, пожалуйста, присмотри, чтобы эти игры не привели к гибели учеников?

— Конечно, господин директор. — Поверженная «отлипла» от стены, и сделала два шага вперед, склоняясь перед Дамблдором.

— А еще — снова вклинился «драконолог» — наши агенты в окружении Министра сообщают, что он намерен «кровь и носу» найти крайнего. И дело идет к тому, что таким вот «крайним» будет назначен Рубеус Хагрид.

— Так... — Вскинулся Демблдор. — А вот это — плохо. Хагрида нельзя потерять. При его простодушии, он...

— Господин Дамблдор. — Вмешалась Сейлина. — Но по-моему, это решение будет даже к лучшему. — Дамблдор на секунду задумался.

— Да. Наверное. Ведь когда после ареста Рубеуса нападения продолжаться — этим можно будет воспользоваться как поводом не только для того, чтобы вернуть его из Азкабана, но это даст и возможность пересмотреть то, давнее решение, лишившее нашего лесничего волшебной палочки...

— Господин директор... — Подняла голову Сейлина. — Но неужели Вы спланировали все это?

— Спланировал? — Усмехнулся Дамблдор. — Нет, разумеется. У меня на этот год были совершенно другие планы. Но если уж так получилось, если есть возможность столкнуть лбами два Осколка — то любые другие планы должны быть отложены.

— Вы думаете... Вы думаете, что у Гарри есть шанс в этом противостоянии?

— Я сильно на него рассчитываю. — Улыбнулся добрый дедушка Дамблдор. Но даже если он не справится и погибнет — это станет началом конца темного лорда. И началом конца всего того устаревшего и отжившего, что мешает нашему обществу двинуться к сияющим вершинам Всеобщего блага.

Воистину странно. Вот вроде бы текст признаёт, что Дамбигад может корректировать свои планы, но тогда какого ж хрена продолжаются события по канонной рельсе? Отстранение директора, арест Хагрида, планируемое столкновение Сени с Реддлом...

— Осколок? — Поинтересовалась я у Мори.

Вместо ответа он просто откинул челку, демонстрируя мне знаменитый шрам. Я погладила его по лбу, стараясь вложить в это движение всю ту поддержку, которую. Я хотела бы ему оказать. В ответ меня сгребли к охапку и крепко сжали.

И что Герминога должна после такого подумать? Что Сеня на колчаковских фронтах ранен (если уж русреалить, так русреалить), и в башке у него сидит осколок снаряда? Ну... это бы объяснило некоторые моменты.

Глава 88

Сеня сидит в своём манямирке, и мы видим его сок мозга на тему того, как якобы устроена магия.

Первой идеей было противопоставить Порядку Мира — другой порядок, Порядок ритуала. Так сформировалась ритуальная магия.

В сущности, в большинстве миров, где я побывал, именно ритуальная магия так и осталась основной. Но если для того, чтобы приподнять перо — хватает вербальной формулы из двух слов и не слишком сложного движения палочки, а для убийства — не требуется даже и этого, то для по-настоящему масштабного воздействия требуются по-настоящему сложные ритуалы...

Впрочем, для магии, полагающейся на мысленный контроль — все еще хуже. Уровень контроля собственного разума для этого должен быть... Мне, например, даже для относительно простого «Серо» требуется ритуальное движение рукой. Так что, когда я впервые услышал, что существуют «матемаги», способные в своем сознании построить модель вселенной, достаточно адекватную для того, чтобы использовать ее в манипуляциях, основанных на законе подобия — я сначала не поверил. Но Некротек однозначно сообщает, что рациональное зерно в этих слухах есть. Я подбросил кристалл в воздух, а другой рукой подобрал с пола валяющийся неподалеку камешек и внимательно рассмотрел его. Попытка хотя бы в общих чертах набросать модель этого камушка, достаточно адекватную, чтобы использовать ее в качестве основы для закона подобия... или, хотя бы представить себе требования к такой модели — едва не привела падению бесценного кристалла. Сложность задачи даже для столь ограниченного воздействия представлялась мне запредельной.

Так что подавляющее большинство магов в той или иной степени использовали ритуалы. Просто чтобы немного стандартизировать собственное мышление и получить контроль над Силой. Так проще. Но и сложность ритуалов, с нарастанием сложности и масштаба воздействия — росла нелинейно. А мысль, воздействуя на предвечные волны варпа — непрерывно порождала богов, которых можно было попросить о помощи, и это часто оказывалось проще, чем проводить умопомрачающей сложности ритуалы. Так зародился жреческий подход к магии, и на какое-то время он стал повсеместным. В частности, само слово «маг» означает зороастрийского жреца. «Шаман» — это тот, кто служит «духам предков». Ну а «колдун» — жрец Владыки Зла. Недаром самое известное заклятье, о котором помнят даже магглы — «черная месса».

Честно говоря, помимо «обычных» языческих божеств, эгрегор Волшебного мира должен был сформировать и бога магии, эдакое воплощение домена Меняющего пути. Но в данной реальности волшебников всегда было... не слишком много, так что Воля магии так и остановилась на грани осознания себя, на уровне принятия и подтверждения клятв и Обетов... ну и еще — приняла на себя отслеживание Кодексов крови. Однако, даже такое ограничение, похоже, не понравилось местным магам, и, с распространением христианства — началась борьба против родовых кодексов, на которые и опирался домен Воли магии. По крайней мере, из тех обрывков информации, что мне достались, мой Внутренний круг сделал именно такие выводы. Так что имело смысл провести экспериментальную проверку данной гипотезы.

Я прикинул формулировки возникших у меня вопросов... и от идеи обратиться за знанием к Некротеку — пришлось отказаться. Меняющий пути приветствует риск и амбиции... но вот глупость им сильно не поощряется. А касаться Книги со столь... расплывчатой формулировкой... В общем тут может умереть даже бессмертный: распад сознания, не сумевшего вмесить в себя новое мироздание — это больно. Я вспомнил, как это было...

Дальше идёт очередная простыня какой-то чуши с вроде как воспоминаниями, и в конце Сеня сообщает, что сделал из выкачанной из гадоДжастина силы некий кристалл. Зачем?

И теперь у меня есть, чем оплатить услуги странных существ, обитающих на Тропах Теней.

А зачем тебе их оплачивать, Сеня? И что это вообще за существа такие?

Глава 89

Сеня с Герминогой болтают о философском камне, приходят к Хагриду, того вскоре арестовывают. Герминога возмущена и напоминает, что в то время в школе учился сам Волдеморт, и в этот раз Хагрид тоже необязательно виноват, но канонная рельса несгибаема.

Конечно, был риск, что Фадж немедленно проведет проверку своих подозрений при помощи веритасериума. И тогда все мои планы, связанные с пребыванием Хагрида в Азкабане накроются определенным местом... Но Кай молчала о такой возможности. Да и прикоснувшись к сознанию Фаджа, я убедился, что самоуверенность его, конечно, «пониже облака ходячего», но все ж таки «повыше леса стоячего». Проще говоря, Министр магии был непроходимый дурак.

Опять где аффтару удобно, так догадки Сени подтверждаются. Как же это надоело.

Глава 90

От лица Герминоги. Оборотное зелье сварено, и Сеня, Герминога и местная Джинни идут в гостиную Когтеврана. По пути мы видим очередную хениальную отсылочку:

К тому времени мы уже дошли до известной всей школе дверью с головой орла. Посмотрев на приближающихся школьников, голова раскрыла клюв и произнесла:

— В чем высший смысл радиальной симметрии вектора магистатум в пси-поле инкуб-преобразования?

Мы остановились. Я силилась понять суть вопроса... Кажется, что-то такое мне уже встречалось в прочитанном... Кажется... вот-вот... сейчас я... я обязательно соображу...

Сэнди, которая Джинни, и вовсе смотрела на проклятую голову с таким видом, как будто вот-вот расплачется. Гарри же с уверенной улыбкой положил руку на орлиную голову и сказал:

— Сорок два.

И прежде, чем я смогла сообразить, при чем тут «сорок два», голова посмотрела на Гарри с уважением, и дверь открылась, пропуская нас в гостиную Рейвенкло.

Мало того, что тупо, так ещё и всрато. Ибо это как раз такая отсылочка, которую Герминога могла бы выкурить, ведь она могла быть знакома или с радиопостановкой, или с книгами Дугласа Адамса. Но нет! Она лучше будет Некрасова цитировать.

Между тем, покуда я размышляла об особенностях факультетского шпионажа, в гостиную ввалились Голдстейн, Бут и Корнер. Они весело и громко обсуждали, как украли у Лунатички ее перья, и как теперь намерены повеселиться, глядя на то, как она будет записывать лекции.

«Стефен» подошел к веселящимся воронятам, и спросил у них:

— А вы не боитесь, что она пожалуется Поттеру? Вроде Лавгуд неплохо общается и Грейнджер и с Уизли...

— Да ладно тебе! — Махнул рукой Бут. — Она никогда не жалуется. В первый раз что ли? Тут половина факультета что-нибудь у нее да утащила. Лунатичка, что возьмешь?

На этих словах я ухватила «Стефена» за руку и буквально силой вытащила из гостиной, поскольку по ней начала разливаться отчетливая жажда крови.

Вот такие дела. Они даже ничего в гостиной не сделали, только узнали то, что и так было известно: Лунтика задирают. Зачем была эта глава?

Свернуть сообщение

Показать полностью

Показать 17 комментариев

Показать более ранние сообщения

Найдено в сообщениях