Имя:

Пароль:

 
Войти при помощи

Третий роман цикла "Вселенная нестабильна". Ещё один эксперимент СЗ, ещё один космический неудачник на странной планете среди странных существ. Причём странных существ с каждой главой становится всё больше. Мёдом им тут всем намазано, что ли?! Впрочем... почему эта планета не кажется совсем чужой?
Отключить рекламу
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Кара-Дху-2

Хишах провёл в город их всех — под невидимостью в трюме вездехода. После выгрузки оборудования и установки необходимого ментального щита, он перебрался на небольшую баржу и отправился обратно в Джеккару — встречать Карса-Рианона.

Он знал, что эта встреча будет для него последней и никакие ловушки душ не спасут. Гибель будет необратимой. Хишах сознательно жертвовал собой и всеми, кто окажется в тот момент в зале. Ему предстояло сыграть свою роль в спектакле гнева Рианона.

Для того, чтобы остальные могли выжить. Хотя бы в каком-то смысле.

Уж неизвестно, был ли он сам таким самоотверженным, или Великая Змея сумела его как-то убедить, зная психологию своих сородичей или даже используя ментальную мощь Дэйр-Ринг. Вообще-то Дхувиане — существа довольно трусоватые и эгоистичные. Героями они становятся только в самом крайнем случае — и как правило, против собственной воли. Но тут выбор был невелик. Умереть, спасая свой вид, или умереть вместе с этим видом.

Трое его помощников, посвящённых в суть дела крайне ограниченно (они знали первый слой плана — про спасение душ, но не знали второй — про уничтожение Эссенции Ореолом) помогли разместить ловушки на крышах домов и спрятать их от любопытных глаз.

Сами марсиане тщательно спрятались по углам. К счастью, город был достаточно велик и малонаселён — из трёх его частей обитаема только одна, центральная. В западном и восточном районе можно было при соблюдении минимальных мер предосторожности гулять часами, не наткнувшись ни на одного случайного свидетеля.

Ричард в основном потратил это время на исследование дхувианской техники. При помощи Великой Змеи освоение шло намного быстрее. Через два дня он разбирался в этом деле лучше, чем большинство змеелюдей. С братом же он осваивал телепатические навыки — умения Дж-Онна и Клонарии в этой сфере были просто несравнимы. Практиковать то же самое с Дэйр-Ринг, которая сейчас была по совместительству Великой Змеёй, Ричард просто боялся — а ну как заметит, что перед ней вообще не зелёный марсианин? С Дж-Онном он по крайней мере мог в любой момент прервать связь, а тот не имел достаточно опыта в электромагнитной телепатии, чтобы её восстановить.

Как ни странно, брат вполне охотно сливал ему все навыки, на освоение которых сам потратил не одно десятилетие. Создание ментальной маски, фильтрация мыслей, глубокое сканирование, слияние разумов, ментальный диалог разной глубины... Без всяких признаков подозрительности, без малейших попыток оставить в этих пакетах какие-то лазейки для себя. Как ты вообще в Преследователи попал, с таким-то добродушием, братик?!

Нет, полноценным телепатом Ричард после этого не стал. Даже несмотря на то, что у него оказался явный талант к этому делу, и все навыки схватывались, как родные. Он-то был уверен, что придётся практиковаться не одну неделю. Но и при этом он всё равно оставался слепцом с хорошим эхолокатором. Ну, или безногим с хорошими протезами, аналогии уже на выбор.

И вот на исходе четвёртого дня баржа, везущая Мэтью Карса, принцессу Иваин Сарк и короля Гораха, причалила к набережной Кара-Дху.

Все знаки на небе сошлись, пробил час очищенья!

"— Бегите! Бегите и прячьтесь, ибо, забывшись в своей великой мудрости, вы провели Рианона сквозь завесу, и смерть вошла в Кару-Дху!

И Дхувиане побежали, хватая оружие, которое не могло им пригодиться. Зеленый свет мерцал на блестящих трубках и призмах.

Но рука Карса, ведомая теперь твердым знанием Рианона, метнулась к самому большому из древних приборов — ободку колеса, большого, плоского и кристаллического. Он тронул колесо, и оно начало вращаться.

Должно быть в металлическом шаре был заключен регулятор источника силы, некий скрытый контрольный щиток, которого коснулись его пальцы. Карс так никогда и не узнал в точности, что это было. Он лишь увидел странный темный нимб, возникший в тусклом воздухе, обняв, как оболочкой его, Иваин, дрожащего Богхаза и Гораха, который встал по-собачьи на четвереньки и наблюдал за происходящим глазами, в которых не светилось и искры разума. Древнее оружие тоже оказалось в кольце темной силы, и кристаллические стержни начали испускать слабый мелодичный звук.

Темное кольцо начало расширяться, отступая наподобие волны.

Оружие Дхувиан было бессильно против него. Блики света, холодное пламя и свечение устремились к нему и вспыхнув, исчезли. Мощный электрический разрядник, кольцом окруживший Рианона, поглотил их.

А темное кольцо Рианона все ширилось и ширилось, и когда оно касалось холодного тела Дхувианина, то тело сворачивалось, сморщивалось и куском кожи падало на камни. Больше Рианон не говорил, поющее колесо вертелось все быстрее и быстрее на своем стержне, и сознание Карса отворачивалось от того, что он читал в сознании Рианона.

...

Молчаливая сила распространялась все дальше и дальше. Она проходила через металл, плоть и камень, и проходя, убивала, охотясь за каждым сыном Змеи, что прятались в коридорах Кару-Дху. Никакое оружие не противодействовало ей больше. Не было руки, способной его поднять".

Если бы марсиане были тут одни, то ментальное эхо столь массового убийства наверняка свело бы их с ума. Или хотя бы вынудило полностью отключить телепатическое восприятие, закрыться, разорвав все контакты.

Но сейчас их вела Великая Змея, и все были абсолютно спокойны и сосредоточены. Это только выглядит как смерть. Это не смерть. Ну, для большинства. Но это станет настоящей смертью для всех, если они не будут действовать быстро и чётко.

Как только Карс и Хишах скрываются в зале с оружием, откуда суждено выйти лишь одному из них, мощные телепатические щупальца Дж-Онна, усиленные Великой Змеёй и дхувианским подавителем воли, вцепляются в мозг каждого жителя города. Простейший приказ каждому — поднимись на крышу. Возражения не принимаются. Тысячи невысоких гибких созданий с тихим шелестом устремляются наверх.

Сейчас Ричард впервые получил возможность рассмотреть их во всех подробностях.

Когда он впервые услышал о генетических экспериментах Куиру, то сильно удивился. Понятно, зачем придавать людям черты птиц — освоить небо. Понятно, зачем наделять их сходством с тюленями — освоить море. Но какое эволюционное преимущество может дать разумному сходство со змеёй? Змеиная мудрость существует только в легендах, на самом деле змеи — довольно туповатые существа. То же самое и с продолжительностью жизни — настоящим змеям линька никакого омоложения не даёт, реальный мир — не легенда о Гильгамеше. Возможно, длинное и узкое тело могло бы принести разумному некоторые удобства, но как раз его у Дхувиан и не было! Они перемещались на ногах, и длина их тел соответствовала человеческой (правда, когда они сбрасывали капюшон и выпрямлялись, то могли достичь двух метров). То есть в анатомическом смысле были скорее динозаврами, чем змеями — хотя морды и шеи у них характерно змеиные — с клобуком, как у кобры.

"Руки" и "ноги" змеелюдей были с анатомической точки зрения дополнительными хвостами — имели внутри себя скелетное основание, но гибкое, из отдельных жёстких частей, соединённых хрящиками. "Пальцы" на руках аналогичным образом возникали путём разделения на дополнительные "хвосты". Такого не встретишь ни у земных позвоночных, ни у беспозвоночных, у которых щупальца вообще бескостные. Ходили Дхувиане, опираясь на "треножник" из обеих "ног" и хвоста. Шагали ими редко, чаще скользили, двигаясь при помощи извивов всех трёх нижних конечностей. Суммарная площадь опоры там была примерно втрое больше человеческих ступней, да и низкая гравитация Марса упрощала подобные трюки. На Земле такие эрзац-ходилки слишком быстро уставали бы.

Головной мозг у Дхувианина невелик, выполняет в основном сенсорные функции. Основную часть головы занимает пасть. Мыслят же они спинным мозгом, который в шейном отделе распространяется далеко за пределы позвоночного канала, занимая почти весь клобук. Ширина грудной клетки почти такая же, как и у человека — иначе невозможно обеспечить большой мозг кислородом.

Как и настоящие змеи, они не могли грызть пищу, и питались, заглатывая большие куски мяса целиком. Не такие большие, как целый олень, конечно — но объекты сантиметров до пятнадцати в их глотки и животы вполне влезали.

"Какой извращенец это вообще запроектировал?! Нет, в принципе такая конфигурация жизнеспособна, но это чесание правого уха левой пяткой! Превратить ползающее существо в прямоходящее — это значит лишить его всех мыслимых преимуществ!"

И неожиданно до него дошло.

Эволюционным преимуществом змеелюдей было бесконечное терпение. Млекопитающие и птицы не могут долго ждать — их физиология заточена под непрерывное действие. Если они не будут двигаться, чтобы добыть себе еду, то быстро умрут с голоду. Рептилии же могут обходиться без пищи довольно долго. Соответственно и анатомия их под это заточена — лежать часами, сутками, выжидая, пока в поле зрения не покажется добыча — после чего нанести удар со скоростью молнии. Разумные змеи развивают соответствующий образ мышления. Они не скучают — у них просто отсутствует такое понятие. Они не спешат, но очень внимательно изучают всё вокруг. Как снайпер в засаде — только они так всю жизнь проводят, для них это естественно. Вокруг этого формируется вся дхувианская культура. Мгновенный переход от пассивности к взрывной активности. Хладнокровие как следствие холоднокровия. Мгновенная реакция и почти машинная точность. Но так как они всё же не машины, за эту адаптацию приходится платить. Более-менее регулярная и длительная (больше часа) активная деятельность их очень быстро выматывает.

В полной мере продемонстрировала это свойство Великая Змея, которая миллиард лет готовила спасательную операцию — а теперь осуществляла её с потрясающим спокойствием и быстротой, используя всех трёх пришельцев из будущего как свои инструменты.

Как только первые Дхувиане поднялись на крышу, включились ловушки. Освобождённые от Эссенции, их тела валились замертво — а камни в ловушках сияли всё ярче, впитывая души. За ними шли следующие, ряд за рядом, с полуоткрытыми пастями и пустыми немигающими глазами. Всё в полной тишине — только шуршала сухая кожа и ткань балахонов, когда они складывались на земле.

Некоторые пытались сопротивляться, наносить ответные ментальные удары, объединяться с соплеменниками — но Змея и Дж-Онн с лёгкостью пресекали все такие попытки. Они транслировали пленникам образы близкой катастрофы и объяснение, как именно намерены их спасти — но не все верили, некоторые начинали бороться ещё активнее. Таких усыпляли и их тела тащили на крышу более покорные сородичи.

Экстракция пятидесяти тысяч душ была закончена как раз в тот момент, когда Рианон коснулся регулятора Ореола и тёмное свечение загорелось вокруг него. Теперь счёт шёл на секунды. Поначалу убийственная волна идёт медленно, но постепенно набирает скорость.

Ричард был уже готов. Он повернул рычаг в комнате управления завесой — и напротив городских ворот возник проход, соединяющий два континуума.

Все трое молниями промчались над крышами, сгребли телекинезом заряженные ловушки — и рванулись в сторону выхода. А за их спинами набухал едва видимый тёмный пузырь — ударная волна Ореола.

Сложность была не в том, как им покинуть город вовремя. И даже не в том, как вытащить с собой все ловушки. Хотя Дж-Онн был изрядно вымотан — не только потому, что должен был контролировать огромную толпу, но и потому, что ощущал отделение души каждого из горожан. За несколько минут он "умер" пятьдесят тысяч раз. Ричард и врагу бы такого не пожелал — но Преследователь принял всё безропотно, и ещё умудрялся работать после этого — не только не быть обузой для сородичей, но и помогать им. Одно слово — герой.

Главная сложность была в том, как закрыть завесу после побега из города. Управлялась она только изнутри, телекинез сквозь многомерный барьер не действовал. А оставлять проход открытым нельзя было сразу по двум причинам — во-первых, Рианон мог что-то заподозрить, а во-вторых — если радиус поражения Ореола окажется больше, чем задумано, то вырвавшись из прохода, волна может убить миллионы непричастных марсиан.

Как только двое Дхувиан, дежуривших в пультовой, вышли-выскользнули из неё, следуя по винтовому пандусу на крышу, навстречу своей судьбе, Ричард выскользнул из стены. Нужные детали были уже спрятаны в неприметном ящичке, стоявшем у стены. Два дня назад он с помощью телекинеза подменил его на другой точно такой же ящичек.

Ровно тридцать пять секунд на сборку. Телекинез тут не годился, вернее, он играл роль мальчика-подмастерья, поднося нужные детали. Собирал устройство землянин уже "вручную", многочисленными щупальцами-инструментами, повторяя многократно отрепетированную последовательность.

В некотором смысле это аналогично тому, что они использовали при взломе башни белых марсиан. Пружина, таймер, рычаг. Всё это прикрепляется к регулятору прохода.

Самым сложным было не сконструировать этот "автопереключатель", а добиться от него достаточно чёткой работы. На пять секунд раньше — и беглецы ткнутся носом в смертельную стенку. На пять секунд позже — и волна вырвется за ними.

Охотник за душами, который мог бы проверить вероятность их смерти, остался за пределами города и связи с ним не было — завеса гасила любые сигналы. Пришлось целиком положиться на свои инженерные навыки. Двадцать раз проверить устройство в пустом городе, сто раз собрать и разобрать его, как автомат на учениях в Братстве Стали. Пока не начнёт отсчитывать ровно тридцать секунд в ста случаях из ста.

Сигнал! Ореол был приведён в действие. Спокойно, волна ещё не здесь! Повернуть таймер — и прочь отсюда!

Сияющими зелёными метеорами они вырвались из прохода, таща за собой пятиметровые "авоськи" из биопластика, внутри которых пульсировали жёлто-оранжевым светом шары ловушек. Заложили крутой вираж, чтобы убраться с линии прохода — завеса отгородила их от наступающей волны смерти. И резко нырнули вниз, к водам реки и в сами эти воды — чтобы не попасться на глаза Карсу, когда тот будет выходить из уничтоженного города.

Уже погружаясь, Ричард ощутил, как умолк сигнал передатчика, установленного им в городе. Таймер сработал правильно, Кара-Дху снова стал полностью отгороженным от обычной вселенной пространством.

Ненадолго. Последний раз в своей истории.

Как только волна наткнётся на завесу и Ореол прекратит работу, Рианон сделает следующий шаг — уничтожив Дхувиан, покончит и с их городом. С разрушением генераторов пространственного кармана, эта территория снова станет частью общего континуума.

— Кстати, а как именно он это сделает? Так, что только кратер останется... у него атомная бомба есть?

— Атомное оружие — да и вообще любое оружие взрывного действия — это каменный век для Куиру, — отозвалась Дэйр-Ринг шипящим голосом Змеи, совершенно непохожим на её собственный. Особенно пугал менторский тон — так взрослая женщина объясняет первоклассникам, что дважды два — четыре. — Рианон использует Испепелитель — саморазмножающихся плазменных микророботов, ядрами которых служат планковские чёрные дыры — максимоны. Они стабильны и не испускают излучения Хокинга, но стоит им поглотить любую массу сверх этого предела, будь то встречный электрон или ядро атома, как она тут же выбрасывается в виде вспышки гамма-излучения, и дыра возвращается к стабильному состоянию. Я бы не советовала никому из вас наблюдать за процессом распада — он может запросто вызвать огненный ужас.

Разумеется, после такого предупреждения Ричард тут же высунул из воды щупальце-перископ.

— Ну а теперь, — вздохнула Змея, когда баржа с тремя выжившими скрылась за поворотом реки, — я вынуждена кое в чём вам признаться. Я вас обманула. Не солгала, но не сообщила некоторых важных деталей.

— Почему это меня ни капельки не удивляет? — пробормотал Ричард. — Знаешь, у аборигенов Ц-Еридиаллка-Андры была такая притча — я её слышал от деда. Когда-то, давным-давно, женщина пахала землю и нашла ядовитую змею, придавленную камнем. Она взяла змею домой и выходила ее. И вот однажды змея укусила ее в щеку. Умирая, женщина спросила змею: «Зачем ты это сделала?». И змея ответила: «Послушай, сука. Ты же знала, что я змея».

— В каком-то смысле да, — вздохнула Великая. — Дело в том, что я не могу вернуть вас во времени через гробницу. Меня сейчас там нет. Там Рианон. Я стану — точнее, моя предыдущая версия станет — оператором только через миллион лет. Если же вы войдёте в зону ответственности Рианона, зная, что разрушили его планы, он в лучшем случае просто закроет перед вами дверь, а в худшем — отправит в какое-нибудь время, где именно вам выжить будет абсолютно невозможно. В истории Марса таких моментов было немало...

— Есть очень простой способ вернуться, — резко прервал её Ричард. — Вы допустили ошибку, рассказав нам об этом сейчас, а не спустя пару дней. Я всё ещё могу догнать баржу с Карсом и перевернуть её. Машина сбросит эту хронолинию — и мы дома. А с душами возитесь сами как хотите.

— Да, вы можете это сделать, — спокойно ответила Змея. — И я вас останавливать не буду, хотя могла бы. И хотя это достаточно рисковано для вас самих. Замкнутость кольца может сохраниться и каким-то другим образом — например, вы погибнете от какой-нибудь случайности, не успев долететь до баржи. Но дело не в этом. Есть другой способ вернуться. И для вас он выгоднее. Даже с учётом некоторой моей нечестности. Я смогу компенсировать все ваши проблемы и риски.

— И в чём же он заключается? — подозрительно поинтересовался Ричард. — Тут где-то спрятана вторая машина времени? Или предлагается дожить до нашего времени самостоятельно? Тут, знаешь ли, не все бессмертные.

— До вашего — не обязательно. Всего лишь до времени Карса, когда Рианон будет освобождён и гробница опустеет.

— Ну прекрасно! Всего лишь миллион лет вместо миллиарда, какая мелочь! Даже Охотники за душами столько не живут.

— Обо мне не волнуйтесь, — пожал плечами трехглазый. — У меня есть генератор стазиса, я могу добраться до нужного времени своими силами.

— Мы даже могли бы сделать новые генераторы, — добавила Змея, — мои знания и ваши природные способности помогли бы пройти всю технологическую цепочку за пару десятилетий. Проблема в том, что на вас, Ма-Алек, стазис не действует, поэтому нужен другой способ.

— Мы тебя внимательно слушаем, — жёстко сказал Ричард.

— Ваши тела не стареют — только ваше сознание. При помощи машины для допросов я могу ввести ваш мозг в замкнутый цикл, который не будет приближать ваш разум к конечному психическому состоянию. Вы сможете просто проспать этот миллион лет.

— Гм. Я не буду упоминать, что для столь долгого сна понадобятся невероятно надёжные холодильники и системы искусственного питания. Но где гарантия, что мы не выйдем из такого сна абсолютно сумасшедшими? Ты уже проделывала нечто подобное? Именно с подобными нам существами? Или это чисто теоретическая концепция, для которой мы должны сыграть роль подопытных кроликов?

— Конкретно с вашим народом я не экспериментировала, — призналась Змея. — Однако я переместила в прошлое на несколько миллионов лет пару белых марсиан. Они благополучно дожили до вашего времени указанным способом.

— Нууу... хоть какая-то аргументация. Белые к нам достаточно близки, может сработать. Но остаётся вопрос — что делать с Клонарией?

— Сильно сомневаюсь, что она по-прежнему захочет отправляться с вами в "страну медуз", когда узнает, откуда вы на самом деле, что сделали и для кого.

— Это уже её дело. Захочет уйти — сколько угодно. Но на случай, если не захочет, нужно разработать способ путешествия и для неё. Мы своих не бросаем.

— Разве тут стазисная установка не сработает? — вмешался Дж-Онн. — Пловцы — вроде бы не многомерные существа, с ними проблем быть не должно...

— Тех, что с вами — не должно, — вздохнула Змея. — Но тут есть проблемы другого рода. Стазисные поля — оптические по своей природе. Проще говоря, чтобы "заморозить" объект, свет должен пройти его насквозь. Тело Охотника специально оборудовано системой имплантов, которые позволяют "просветить" каждую клетку. Вы же можете произвольно регулировать свои оптические свойства. К Клонарии ни то, ни другое не относится. Некоторые цивилизации используют специальную светопроводящую жидкость для этого, погружая в неё субъекта целиком, но мы не сможем такую изготовить — для этого нужен либо специалист из цивилизации, сильно опередившей вашу, либо биофизический гений... и оборудование такой же цивилизации. Если бы я знала, что вы собираетесь транспортировать в своё время хроноаборигенов, я бы нашла и переместила таких специалистов, но сейчас уже поздно...

— Хм... — Ричард превратил свою руку в "стекло", и по пальцам побежали отражения звёзд. — Я вообще-то сам светопроводящая жидкость...

— Интересная идея. Я об этом не подумала. Да, если использовать в качестве световода любого из вас, погрузить в стазис теплокровное кислорододышащее существо вполне возможно, — сказала Змея после некоторого размышления. — Проблема в том, что вы при этом всё будете осознавать. Если оптические свойства подобраны правильно, ваше тело "окаменеет" вместе с партнёром. Но разум будет продолжать работать!

— Погодите, — вмешался Дж-Онн. — Тут, кажется, какое-то недоразумение. Да, мы — многомерные существа. И не можем целиком перевести своё тело ни в это пространство, ни в параллельное. Но внутренние сигналы мозга, от нейрона к нейрону, могут передаваться либо через одно пространство, либо через другое. Не через оба сразу, это привело бы к очень тяжёлой травме! И если я почти целиком выведу нейроны своего мозга в местный слой, то любой фактор, который остановит их метаболизм, остановит и моё мышление, и все возможные виды восприятия.

— Да... — после некоторой паузы сказала Уроборос. — Это так было. В вашем времени. Но здесь и сейчас — это не так.

Наша Вселенная — колоссальный четырехмерный пузырь, плавающий в одиннадцатимерном пространстве изначального хаоса. Возможно, существуют и другие вселенные, столь же огромные и необозримые, но добраться до них не удавалось науке ни одной из известных цивилизаций.

Однако достоверно известно, что к нашему пузырю прилипло несколько "пузыриков" поменьше — они вращаются вокруг нашей Вселенной, как луны вокруг планеты, как Магеллановы облака вокруг Млечного пути. Возможно, они просто дрейфовали где-то сами по себе и были захвачены притяжением нашей Вселенной. Или наоборот, откололись от неё — в момент Большого Взрыва или даже позже. Есть даже исследования, которые предполагают, что эти пространства-сателлиты могли быть искусственно созданы более развитыми цивилизациями.

С уверенностью о них можно сказать следующее — они (в принципе) достижимы, они меньше известного нам космоса, и физические законы там отличаются от известных нам из-за иной четырехмерной структуры. Иногда они исчезали (или просто становились недосягаемы по каким-то причинам). Иногда, наоборот, появлялись (или становились досягаемы) новые.

В том времени, откуда явились близнецы, существовали и активно использовались три микрокосмоса-сателлита.

Зона Сохранения, где не существовало ни энергии, ни вещества в известном нам смысле.

Эмпирей, где существовали мощные потоки энергии, но материальных объектов также не существовало.

Жидкий Космос, который был почти во всём подобен нашему пространству — там была и энергия и вещество, хотя не было ни звёзд, ни планет. Более того, предметы из нашего пространства могли там существовать без специальной защиты. Механизмы работали, живые существа жили.

Зелёные и белые марсиане по своей природе были связаны с последним. Именно там частично находились их молекулы, именно оттуда они черпали энергию, именно способность управлять течениями Жидкого Космоса сделала их телепатами, телекинетиками и метаморфами.

Но это же сделало их непригодными для путешествия во времени. Миллиард лет назад двух из трёх вселенных-сателлитов ещё не существовало. Во всяком случае, в зоне досягаемости. Они столкнулись с нашим космосом или были выделены из него где-то в промежутке между соответствующими эпохами.

Существовал только Эмпирей. Самый древний спутник нашего мира из известных. Ни одна из цивилизаций, с которыми контактировала Змея, не могла вспомнить времени, когда его бы не было. Некоторые даже предполагали, что он является неотъемлемой частью нашей Вселенной, как бы уравновешивает её своим существованием.

Вывести тела Ма-Алек целиком в одно пространство — означало убить их. И Змея сделала то единственное, что могла — "подключила" их к Эмпирею. Кое-что подправила в сознании, кое-что в физиологии, немного в самой структуре многомерных полимеров — пришельцы быстро приспособились и начали качать энергию уже из нового (вернее, самого старого) пространства.

— То есть часть наших тел сейчас существует в виде энергии? — поражённо пробормотал Ричард.

— Да, но это не страшно. Вы всё равно не можете эту часть полноценно ощущать, как не могли и в родном мире, когда она была материальной. Эмпирей сейчас спокоен и вам не грозит превратиться во что-то... необычное. В эпоху штормов я бы не рискнула вас к нему подключать. А в процессе возвращения я переведу вас обратно на Жидкий Космос. Благо, ваша физиология гибкая и позволяет такие трюки без ущерба для здоровья.

— Ну спасибо. Ещё "радостные" сюрпризы будут?

— Собственно, то, с чего мы начали. Эмпирей... очень чувствителен к мыслям и эмоциям разумных существ. По существу это психическое измерение. Всякое существо, которое с ним имеет дело достаточно долго, постепенно формирует свою "тень" — многомерный энергетический сгусток, отвечающий основным чертам его личности.

— Что-то вроде естественным образом возникшей Эссенции? — спросил внимательно слушавший Охотник.

— Или наоборот — Эссенция это искусственная и очень хорошо детализованная тень в Эмпирее. Естественные тени, конечно, такой точности не имеют — они больше похожи на ваши отражения в кривом зеркале. Размытые, гротескные. Но они чувствуют. И даже в каком-то смысле думают, хотя их "мысли" вас бы сильно удивили. Поэтому к вам троим... к нам четверым, потому что я в том же положении — нельзя применить стазис. Даже после отключения мозга ваши многомерные отражения будут продолжать воспринимать реальность.

— А если по частям? — на всякий случай уточнил Ричард.

— Что по частям?

— Я делаю часть своего тела прозрачной, добиваюсь нужных оптических характеристик и окутываю ею Клонарию или другое млекопитающее. Эта часть погружается в стазис. Затем остальное моё тело, включая участок с мозгом, принимает твой гипноз и уходит в сон.

— Хммм... я бы сказала, что это верная инвалидность... для кого угодно, кроме вас. Ведь погруженная в стазис часть тела немедленно окажется "отрублена" от обмена веществ... но для вас это не проблема, вы потом сможете прирастить её обратно.

— Хорошо. Я готов рискнуть. Но с условием — ты передашь мне всю информацию об этом самом стазисе и новой многомерности, к которой ты нас привязала. Чтобы я мог ЛИЧНО всё проверить. Это моя часть оплаты.

Пока в мозг Ричарда перетекало драгоценное знание, Дж-Онн и Охотник занялись размещением заряженных ловушек. Спрятать что-то на миллионы лет — очень непростая задача, за такое время неоднократно сместятся континенты и будет перекопан едва ли не каждый уголок планеты. Конечно, Марс геологически менее активен, чем Земля — зато более активен социально. На Земле не было такого количества цивилизаций.

Вероятно, на планете были участки, которые не претерпели изменений за миллиард лет, и где ни разу не ступала нога марсианина. Находят же люди сейчас протерозойские окаменелости. Вопрос заключался в том, как эти участки найти...

— А... души в ловушках не сойдут с ума? — поинтересовался на всякий случай Дж-Онн. — Ведь если с ними можно общаться, значит это не просто записи!

— Нет конечно! — Охотника аж передёрнуло от такой мысли. — Великими преступниками были бы мы, если бы заставили сознание веками мыслить в замкнутом пространстве, не имея возможности выбраться наружу. Эссенция реагирует на внешние раздражители лишь тогда, когда мы к ней обращаемся, загружая часть личности — не всю личность! — в оперативную память кристалла. В остальное время — это долгий глубокий сон.

— Но ведь этот сон будет не вечным? Вечный сон — это то же самое, что смерть. Вы ведь собираетесь как-то вернуть собранные души к жизни?

— Мы этим не занимаемся. Наша задача — обеспечить саму возможность воскрешения. Если Великая Змея захочет вернуть свой народ в плоть, ей придётся обращаться к кому-то другому. Ловушки я ей отдам — сам заберу лишь те, что содержат Эссенцию самых выдающихся, самых одарённых личностей. Именно они будут моей оплатой по договору. Всё остальное — мусор.

— Но в принципе возможно их разбудить?

— Да, мы пару раз это делали — иногда в порядке эксперимента, иногда — когда миру был нужен живой герой. Нужна только специальная машина-проектор, которая создаётся тем же способом, что и ловушки. А также биомасса, идентичная по белковому составу телам Дхувиан, но лишённая собственной ДНК.

— Погоди, — поднял палец Дж-Онн. — Я только что сообразил — нам ведь не нужно прятать ловушки на миллиард лет. Не факт, что Змея вообще собирается отправить их в наше время, но даже если хочет именно этого — можно будет пронести через гробницу Рианона, когда она освободится. А на миллион лет подобрать укрытие намного проще. По геологическим меркам это небольшой срок.

— Точно. В таком случае лучше всего спрятать её в окрестностях Шандакора.

— Что это?

— Торговый город ещё одного народа Полукровок в северном полушарии, возле другого крупного водяного бассейна. Люди Беломорья с ним не контактируют, но машины Дхувиан и воздушные экспедиции Людей неба иногда его достигали.

Они создали два тайника — один возле Шандакора, второй возле Синхарата — небольшого человеческого островного поселения. По словам Змеи, оба этих города благополучно доживут до эпохи Карса.

Глава опубликована: 11.01.2017


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 38 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Отключить рекламу
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх