Страница фанфика
Войти
Зарегистрироваться


Страница фанфика

Планета доктора Моро (джен)


Автор:
Рейтинг:
PG-13
Жанр:
Crossover/Science Fiction
Размер:
Макси | 2127 Кб
Статус:
В процессе
Предупреждение:
Гет, Насилие
Третий роман цикла "Вселенная нестабильна". Ещё один эксперимент СЗ, ещё один космический неудачник на странной планете среди странных существ. Причём странных существ с каждой главой становится всё больше. Мёдом им тут всем намазано, что ли?! Впрочем... почему эта планета не кажется совсем чужой?
QRCode

Просмотров:6 627 +7 за сегодня
Комментариев:26
Рекомендаций:1
Читателей:35
Опубликован:11.01.2017
Изменен:18.10.2017
 
Фанфик опубликован на других сайтах:    

Вселенная нестабильна

Серия экспериментов по мотивам DC Comics в одной научно-фантастической (и очень неприятной для жизни) вселенной. Основная цель программы - объяснение сверхспособностей персонажей DC с соблюдением законов физики и логики. Побочная - спасение вселенной.

Фанфики в серии: авторские, все макси, есть не законченные Общий размер: 4083 Кб

Скачать все фанфики серии одним архивом: fb2 или html

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Морские глубины

С точки зрения человека, окружавшая его вода была ледяной — около двух градусов по Цельсию. Но рядовой малк чувствовал бы себя примерно так же, как человек, погружённый в кипящую смолу — всё, что выше температуры таяния льда, представлялось ему раскалённым и смертельно опасным. Только подредактировав своё восприятие, они могли беспрепятственно погружаться в эту страшную жидкость.

Давление соответствовало температуре. Тысячи тонн воды над головой сжимали его биопластиковую оболочку со страшной силой. Почти пять километров глубины — не верилось, что такие бездны могут существовать на Марсе. Правда, это примерно соответствовало двум километрам в океане на Земле — из-за меньшего тяготения здесь давление нарастало не так быстро. Даже сияние "белого света" здесь почти угасло — невероятно адаптивные бактерии могли выжить где угодно, но предпочитали всё же верхние слои, богатые теплом, питательными веществами и светом. А ведь до дна ещё далеко — углубление, которое в будущем назовут "равниной Эллада", лежит на девять километров ниже окружающей возвышенности и на семь — ниже среднемарсианского уровня. Не Марианская впадина на Земле, но тоже... весьма и весьма солидно. Впрочем, была на этой планете и впадина, сравнимая по глубине с Марианской — в каньоне Мелас. Но это на другой стороне планеты.

Ричард даже не подумал бы сюда соваться, если бы сразу двоим Пловцам за каким-то чёртом не вздумалось откинуться именно здесь. Вообще-то глубины больше двух километров считались у Пловцов запретными, о них ходили самые жуткие легенды. Не то, чтобы совсем беспочвенные — те, кто осмеливались заплыть слишком глубоко, и вправду не возвращались. Хотя скорее всего это объяснялось банальными ошибками при подсчёте запасов воздуха в лёгких или неадекватным поведением из-за азотного опьянения. Анатомия Пловца позволяла, при правильном расходе сил, нырнуть на два-три километра и вернуться живым. Запасая воздух в специальных дыхательных баллонах — до пяти километров. Но это было слишком дорогой формой самоубийства, потому что из тех, кто погружался глубже 3200 метров, не вернулся ни один.

Парочка, которую преследовал Ричард, уже пересекла обе указанных "точки невозврата" и продолжала стремиться глубже во тьму. Скорее всего, баллонов у них не было, и он наблюдает самое заурядное самоубийство. Вероятность их смерти уже превышала 99 процентов.

Что-то возникло на самой границе его восприятия. Крупная (почти четыре метра) тень, очертания которой расплывались во мраке. Она не производила ни шума, ни тепла, и даже мультиспектральное восприятие зелёного марсианина в пассивном режиме засекло её лишь за две сотни метров.

Приблизившись, она, похоже, использовала эхолокацию — от неё исходили звуки, похожие то на рычание тигра, то на собачий лай.

Первым побуждением было — дематериализоваться, но Ричард преодолел этот инстинкт. Если вода займёт объём его тела, он больше не сможет вернуть себе материальность — во всяком случае, вернуть её незаметно. Нужно сначала растолкать в стороны воду, переборов её чудовищное давление, а это (с учётом природы Эмпирея) будет эквивалентно взрыву глубинной бомбы.

А режим хамелеона он и так поддерживал. Так что нужно всего лишь убедиться, что его тело поглощает все звуковые колебания (сделано на автомате, естественная реакция при обнаружении направленных вибраций среды), и свести к минимуму электрическую активность мозга, а то "белый свет" так и норовит передать её кому попало. Хорошо ещё, что Ричард прошёл у Клонарии, Змеи и брата углублённый курс по такому сокрытию.

Увы, с электромагнитной телепатией дела обстояли почти так же, как и с биопластиковой — если тебя не может "зателепать" никто, то и ты никого не можешь. Так что он не мог судить, какие именно мысли передаются в окружающем пространстве. Однако, судя по тому, как щипало кожу статикой, и как засуетились бактерии "белого света" — что-то передавалось.

И Пловцы это почуяли. Или может быть, их спугнули звуки. Их движения стали более стремительными, судорожными — им явно не нравился новый сосед, они стремились уйти от него. И не скажешь, что безуспешно — их скорость под водой как минимум не уступала тени.

Ричард мог легко догнать их... но опять же, ему бы пришлось изобразить для этого кавитационную торпеду, чем выдать себя всем подводным существам на расстоянии пары километров. А в скорости БЕСШУМНОГО плавания он катастрофически уступал любому Пловцу, как и неведомому чудовищу.

Поэтому землянин просто молча следовал за ними по слабо светящемуся следу из возбуждённых бактерий. Активировав ловушку для душ, он закрыл её свечение собственным телом, спрятав в брюхе, и настроил на автоматическое поглощение всех душ в момент смерти в радиусе пяти километров.

Далеко, впрочем, они не уплыли. То ли осознав бесполезность бегства, то ли получив какое-то телепатическое сообщение от своего преследователя, Пловцы остановились и повернулись к неведомому чудовищу.

Их глаза расширились, когда монстр выплыл из темноты. Ричард, впрочем, тоже был несколько удивлён видом подводной твари, хотя и не сказать, чтобы шокирован. Он ожидал увидеть что-то типа акулы или кашалота, но существо было вполне гуманоидным. В широком смысле — две руки и две ноги, одна голова. Если Пловцы получили черты морских млекопитающих, Люди неба — птиц, а Дхувиане — змей, то здесь человека как будто скрестили с рыбой и лягушкой одновременно. Хорошо выраженные жабры и плавники сочетались с перепончатыми лапами.

Ну и рост... рост, конечно, был абсолютно невозможен для гуманоида. На суше, во всяком случае. Четыре метра, как выяснилось, были длиной только туловища с головой — самой широкой и заметной части. Вместе с длинными тощими лапами существо достигало всех шести метров.

Хотя... на Марсе такая тварь, пожалуй, могла бы даже пройтись по суше. Не очень далеко, не очень комфортно, но не сломавшись под собственным весом. В отличие от Дхувиан, у неё были настоящие руки и ноги — с длинными опорными костями. А на четырёх конечностях — могла бы ходить даже и при земном тяготении, хотя в ловкости её опередил бы даже слон.

Существо открыло пасть. Один из Пловцов покорно склонил голову. Короткое движение огромных челюстей, усаженных частоколом острых кинжаловидных зубов — и безголовое тело поплыло куда-то вверх и вправо, выпуская в кристально чистую тёмную воду облака крови и пузыри воздуха из лёгких.

Дэйр-Ринг или Дж-Онн в такой ситуации немедленно атаковали бы чудовище — и скорее всего, ему бы не поздоровилось. Возможно, они напали бы даже раньше, если бы могли предвидеть, что случится — и смогли бы спасти обоих Пловцов. Но второго бы вытащили уж точно.

Однако ни Ричард Моро, ни Ричард Грей, ни тем более Мастер — не были героями. Поэтому он спокойно продолжал наблюдать из безопасной темноты, лишь убедившись, что ловушка успешно поглотила душу. Как и следующую — девушка-Пловец вскоре последовала за своим спутником. Её смерть была столь же страшной с виду, но столь же, фактически, лёгкой и безболезненной. Затем чудовище не торопясь пожрало оба обезглавленных тела, погладило лапами своё раздувшееся белое брюхо (рассеяв тем самым все сомнения Ричарда, что он имеет дело с разумным существом, а не с интересным представителем реликтовой фауны) и сильными гребками поплыло прочь, куда-то вперёд и вниз.

И опять же — герой на его месте точно последовал бы за подводным великаном. Если не ради отмщения за невинно убитых, то хотя бы ради научного знания. Ричард же прекрасно понимал, что под водой малки слишком беспомощны, а в глубине может таиться множество ловушек. Нет, не ловушек душ — опасностей для тела. Поэтому он так же спокойно поплыл вверх, стараясь как можно меньше возмущать воду вокруг себя. Хотя его и снедало любопытство, удовлетворять его Ричард собирался позднее и с лучшей подготовкой.

Однако глубина не собиралась отпускать его так просто.

Ричард поначалу не понял, что с ним происходит. Странная вибрация накатывала волнами, всё время оставаясь на самой границе восприятия, сколько он ни перенастраивал свои слуховые центры, пытаясь выделить её. То мельчайший трепет ультразвука, то глухое уханье инфразвука, то шёпот слышимого диапазона — словно тысячи голосов говорят и поют одновременно.

Был бы он человеческим ныряльщиком — ни на миг не усомнился бы, что это просто глюки, вызванные давлением. Сам Ричард никогда не нырял в открытую воду, затопленные подземелья не в счёт. В постъядерном мире это была непозволительная роскошь. Но он читал довоенные книги, в том числе медицинские и мемуары ныряльщиков. И знал, что на такой глубине любая чушь может привидеться и послышаться.

Но малки контролируют свои тела на молекулярном уровне. Не то, чтобы у них вообще не могло быть глюков от жары, давления или отравления. Просто эти галлюцинации не могут нагрянуть внезапно, без предупреждения. Ма-Алек сначала почувствует сам факт попадания яда в тело или перегрева, и лишь потом, если он не сумеет противодействовать физиологическим эффектам — его начнёт "уносить".

И собственно... именно это сейчас с ним и происходило. Он чувствовал, что происходит в его теле на клеточном уровне.

Бактерии "белого света", всегда такие тихие и покорные, безусловно полезные для здоровья и мышления — встрепенулись от этой едва слышной песни и принялись за работу. Начали активно выстраивать новые связи, делиться, прокачивать через себя потоки энергии...

Естественно, Ричарду эти крошечные диверсанты пришлись не по нраву, и он попытался вышвырнуть их к чёртовой матери. Но симбионты, внезапно ставшие злобными паразитами, держались крепко. Они маскировались под окружающий биопластик и под клетки мозга, приклеивались к ним, переходили почти полностью в Эмпирей, парализовали биопластик вокруг себя, сбивали восприятие на микроуровне... словом, действовали не как отдельные микроскопические существа, а как грамотная, хорошо скоординированная и прекрасно вооружённая армия.

Но они не только сражались за выживание, а при этом ещё и умудрялись параллельно работать. Новые, необычные сигналы сыпались в его сенсорные центры, погружая в сложную мозаику ощущений, в калейдоскоп синестезии, которому невозможно было подобрать описания на человеческом языке.

Его судороги сопротивления становились всё слабее. А потом он понял, что не тонет, а плывёт.

Плывёт не в многоцветном сиянии звуков и электрических полей, а в темноте и холоде.

Сделай только шаг

В сторону воды,

Пусть на миг замрет душа -

Вниз уходишь ты,

В колыбели миров

Ты — пришелец и гость,

Просто гость.

Слышишь этот звук?

Он вокруг тебя,

Словно сотни цепких рук

Удержать хотят,

Ты паришь под водой,

Одержим этой странной игрой.

Бездна зовет

В вечный полет,

Бездна влечет

В вечный полет,

Всё бесполезно,

Он не исчезнет —

Ты слышишь Зов Бездны!

Бури и шторма

Где-то далеко,

Здесь покой и тишина,

Просто и легко,

Ты хотел бы как тень

Плыть, забыв о земле,

В темноте.

Всё трудней дышать,

В жилах кровь кипит,

Пусть на миг замрет душа,

Бездна пусть решит -

Отпустить ли домой

Или здесь обвенчать с глубиной.

Тело, принадлежавшее ранее зелёному марсианину Ма-Алефа-Аку, потом землянину Ричарду Моро, а теперь управляемое совсем иной, чужой и непреклонной волей, приняло кальмароподобную форму, и мощными гребками щупалец понеслось вниз. В бездну.

Он не знал, сколько времени прошло. Возможно, секунды, может быть часы или годы. У него было странное ощущение, что он прикоснулся к вечности. Если внутри гробницы Рианона времени вообще не было (в обычном смысле), то здесь, в бездне, оно было... но не имело никакого значения. Наверху могут пролететь годы, тысячелетия, миллионы лет... но холод и мрак будут всё так же ждать в спокойствии...

"Нет!"

Его воля словно взорвалась, протестуя против этого лживого ощущения.

Он — Ричард Моро. Он — Мастер. Он — путешественник во времени. Он — эксперт по многомерным пространствам. Он — тот, кто менял тела и внутренние органы, тот кто видел вещи восемью чувствами, кто расставался со своей душой и вновь обрёл её. Его так просто не обманешь.

"Нет! Эта твоя вечность — эфемерна! Твой зов — не более, чем обычная телепатическая атака, просто в красивой обёртке. Твоя глубина — всего лишь дырка от астероидного импакта, которая превратится в грязную канаву всего лишь через миллион лет. Если бы Ореол Рианона дал сбой — здесь бы всё было мертво точно так же, как и на поверхности, вода от сверхсветовой нейтринной волны не защищает, знаешь ли... Да и холодно тут лишь с точки зрения людей, а для меня — раскалённый ад! Так что это не своими глазами я вижу этот мир, не надо мне столь примитивную иллюзию навязывать как высшую истину!"

Он мысленно рванулся прочь, пытаясь сбросить смирительную рубашку чужой иллюзии. На миг темноту пронизали лучи света... и тут же погасли. Мрак навалился на него с новой силой, всеми тысячами тонн давления.

"Не получается изящно одурманить — используешь преимущество в грубой силе, да? Что ж, в эти игры тоже можно играть вдвоём..."

Дж-Онн говорил ему, что в телепатической дуэли сила не имеет никакого значения. Это поединок разумов во всех смыслах. Послав больше энергии, ты можешь сжечь мозг противника, но не подчинить его. Важна не мощность сигнала, важно только его содержание, передаваемые образы, понимание принципов чужого мышления и способность находить в нём слабые стороны. Великий Голос давил белых марсиан, как тараканов, не потому, что мог задействовать больше энергии, а потому, что слияние разумов обеспечивало более гибкое, разностороннее восприятие, многопотоковую обработку данных.

К электромагнитной телепатии то же самое относилось не меньше. Слишком мощный сигнал просто не воспринимался бактериями-симбионтами, превращался в банальную радиопомеху.

Но здесь и сейчас этот принцип был нарушен. После того, как он смог развалить иллюзию, его подавили именно грубой силой. Оппонент не был умнее его, не отличался более ярким воображением — или, возможно, не хотел демонстрировать эти качества. Он просто тупо раздавил слишком упрямого гостя с поверхности. Как давят ногой насекомое.

Это невозможно в сети биопластиковых связок. Это невозможно в паутине электромагнитных волн. Это возможно только в одном континууме. В Эмпирее.

В Жидком Космосе, используя силу мысли и уникальную структуру многомерных молекул, можно собрать энергию и перекачать её в наше пространство.

В Эмпирее сила мысли сама по себе БЫЛА энергией. Как и наоборот — энергия некоторых устройств нашего трехмерного пространства могла быть превращена там в чистую мысль. Как это возможно? Ну, дайте Ма-Алефа-Аку очень много бумаги и год работы, и он объяснит вам, что информация в физике непосредственно связана с энтропией, а энтропия — с энергией. Достаточно рассмотреть это на примере демона Максвелла. И что при иной конфигурации многомерных бран возможна иная связь между этими тремя величинами.

Нет, законы сохранения при этом не нарушаются — так же, как они не нарушались в процессе рождения Вселенной. Эмпирей сконфигурирован таким образом, что там постоянно идёт процесс инфляции, который в нашей Вселенной закончился через 10^-32 секунды после её рождения. Но идёт не экспоненциально, а линейно, причём в обе стороны, колебательно. Когда он наполняется информацией, то раздувается, как воздушный шарик, когда же информация исчезает — наоборот, сжимается. Полная же его энергия (как и любой вселенной), всегда строго равна нулю.

Но Ричарду сейчас было не до этих нюансов. Его заботили несколько более... сиюминутные вещи. Такие, как выживание, например.

Если "зов" сможет заставить его перестать мыслить — обратно в сознание он уже не придёт. В худшем случае — никогда. В лучшем — опомнится через пару десятилетий, попользованный всеми мыслимыми и немыслимыми способами, и запертый в непроницаемый контейнер — до тех пор, пока снова не понадобится.

Но пока не заставил. Да, лишил всех ощущений, лишил управления телом... но внутри своего мозга Ричард всё ещё оставался хозяином. При том, что мощь неведомого агрессора в Эмпирее превосходила его невероятно, и желание подавить мышление, погрузить в транс, там явно присутствовало.

Но что бы ни предоставило ему отсрочку, вряд ли она окажется долгой.

Думай, Дик, думай! И поживее!

У Эмпирея есть ещё одно очень интересное свойство. Поскольку он реагирует на мысли и чувства, то погружаясь в него, ты не столько обретаешь паранормальные способности, сколько развиваешь нормальные. Твои "сверхъестественные" силы, когда они наконец пробуждаются, становятся продолжением и развитием сил естественных.

Лучший левитатор получится из бывшего лётчика. Лучший пирокинетик — из пожарного или пиротехника. Лучший биомант — из врача.

Именно поэтому зелёные марсиане после "переключения" на Эмпирей почти не почувствовали разницы. Они с рождения привыкли быть телекинетиками, телепатами, метаморфами и летунами. Ничего удивительного, что здесь у них легко получалось то же самое. Механизм изменился, но психическая реальность подстраивалась под их представления о том, как это должно работать.

Возможен, правда, и обратный подход. Если ты чего-то никогда не умел, но достаточно сильно этого желал... Эмпирей полон не только твоих собственных, но и чужих мыслей. Можно собрать их, втянуть в себя, направить. Если ты достаточно сильный псайкер (так называются операторы, имеющие особое сродство с Эмпиреем) — кроме желания ничего не нужно. Стоит только захотеть, и вчерашний трус и пацифист станет великим воином, тупица — гениальным интриганом, скромник — величайшим соблазнителем, лентяй — лучшим в мире работником. Но такое изменение имеет свою цену. Чем больше ты себя изменяешь, тем больше шанс банально свихнуться. Кроме того, не имея опыта, ты не имеешь и представления об опасностях выбранной сферы знания и могущества. Ядерный физик, получивший способности к алхимической трансмутации, не будет превращать водород в железо в десяти метрах от себя. А вот двоечник, пожелавший сотворить себе железный топор...

Во времена Рианона это сделать намного сложнее, чем в эпоху Ма-Алек. За миллиард лет Эмпирей переполнился остаточной информацией, раздулся, как насосавшаяся крови пиявка. Его штормило, его рвало в трехмерность избыточной энергией. Найти в нём то, что захочешь, совсем не трудно — трудно не пустить в себя при этом что-то лишнее.

Сейчас Эмпирей ещё чист и спокоен, как воды горного озера. По большей части каждый псайкер видел в нём только собственное отражение, ничего больше. Но в принципе — возможно и сейчас, хотя ценой огромных усилий и с использованием древних забытых (и не зря) ритуалов. Последствия — за свой счёт.

Нет уж, спасибо. Мы лучше потихоньку, по старинке, на собственном опыте... зато останемся собой и живыми.

Почему Ричард сейчас вспомнил, что именно рассказывала ему Змея?

Какой "силой" он (а точнее, Алеф) владел в совершенстве ещё до попадания в прошлое?

Правильно. Он был "сейфом". Он привык быть "сейфом". Он много чего боялся, много кого ненавидел, но он всегда был абсолютно, стопроцентно уверен, что ни одна сволочь никогда не сможет влезть в его мозг.

Конечно, для существ, не использующих биопластик, эта уверенность — не более чем иллюзия. Но иллюзии в Эмпирее могут быть очень большой силой.

Вот почему ментальные щупальца неведомой твари из глубин столько времени бьются об его защиту и не могут проникнуть внутрь, в мысли. Вот почему он ещё Ричард, а не оболочка для чуждого разума.

Проблема в том, что теперь, когда он осознал иллюзорность своей защиты, она может и пошатнуться. Это ведь не его собственная вера — это одолженная вера Ма-Алефа-Ака. Сам Ричард Моро "сейфом" не был — наоборот, как Мастер он был довольно неплохим псиоником. И если старый опыт перевесит...

Не думать об этом. Не думать!

Нельзя просто держать оборону. Нужно атаковать. Конечно, его ментальные удары подводному чудовищу — что слону дробина. Но вернуть себе контроль над телом он может. Управление его биопластиковой оболочкой — тоже форма телепатии, а значит, на него не может... не будет... не должно распространяться!

Его просто одурманили, заморочили чувства. Но теперь, когда он разгадал секрет иллюзии, её не так трудно сбросить. А превосходящая психосила... лучший способ выиграть ментальный поединок — не вступать в него. Оборвать сам канал в Эмпирее, по которому течёт сила врага. Закрыться. Не думать, насколько он сильнее. Он — "сейф", и ему плевать, что там творится за стенками "сейфа". Нужно просто запереть дверцу. И забрать с собой ключ.

"Глубина-глубина, я не твой. Отпусти меня, глубина!"

Никаких спецэффектов, никаких необычных ощущений или мыслей, никаких видений. Он сам себя от них отрезал. Может быть подводная тварь там, на дне, выла от ярости, что потеряла новую игрушку — а может отнеслась к этому равнодушно-спокойно. Он не знал.

Просто к нему вдруг вернулось всё прежнее восприятие. Он осознал что управляет своим телом так же уверенно, как до этого управлял мозгом. И что пугающая гармония Зова снова распалась в бессмысленную какофонию — шумы, не имеющие над ним никакой власти.

Рядом с ним висели сразу четыре зверюги — вроде той, что откусывала головы Пловцам, только поменьше — от трёх до двух метров ростом. Двое вооружены копьями, ещё один — каким-то живым организмом, обмотанным вокруг руки, четвёртый — неизвестным, но довольно грозно выглядящим устройством.

А внизу, на холмистом дне, раскинулся город. Чёрные каменные башни без единого огня чередовались с сияющими множеством огней постройками из разноцветного коралла. Между ними сновали десятки и сотни "рыболягушек" — от маленьких, ростом с человеческих детей, до огромных неторопливых тварей с кита размером. Проплывали странные пучеглазые рыбы, непохожие на поверхностных — некоторые заплыли в город случайно, других явно конвоировали, как домашних животных. Пульсировали электричеством непонятные то ли машины, то ли организмы.

А из расщелины возле города доносилась еле слышная вибрация — тот самый зов, что теперь не имел над ним власти.

Выпуклые рыбьи глаза не имели выражения — на взгляд человека. Но марсианским зрением Ричард читал их настроения и мотивации даже без телепатии.

Они ещё не сообразили, что их подконвойный пришёл в себя — но уже что-то заподозрили, насторожились. И как только окончательно убедятся, что их хозяин, или союзник, или слуга, или кто он там — утратил контроль, немедленно атакуют. Он не мог точно сказать, почему именно его так боятся. Знают ли они о полных возможностях малков, или просто испытывают предубеждение ко всем выходцам с поверхности — так или иначе, они готовы были биться насмерть, чтобы его уничтожить.

И если копья для Ма-Алек никакой опасности не представляли, хоть истыкай, то о загадочном органическом и механическом оружии он этого сказать не мог. На самом деле зелёного марсианина можно ранить даже обычными пулями, если он будет неосторожен. Конечно, он не истечёт кровью за отсутствием таковой, но гидростатический шок может серьёзно повредить клеткам истинного тела, как и перегрев от прохождения горячей пули сквозь нервные структуры.

С другой стороны, бить первым и насмерть тоже не очень хотелось. Кто знает, насколько мстительны эти твари — ещё развяжешь случайно межвидовую войну, потом отвечай перед спутниками. Будь здесь Дж-Онн или Дэйр-Ринг, они бы легко успокоили "лягушек" телепатическим воздействием... но они бы из этой бездны уже не всплыли.

Поэтому он резко рванул телекинезом на себя обе руки, держащих оружие. Суставы хрустнули, вывихнутые конечности бессильно повисли, оба стрелка взвыли от боли, распахнув зубастые пасти — а Ричард уже сдавил отнятые артефакты водяным давлением до такой степени, что превратил один в кровавую, а второй, соответственно, в металлопластиковую кашицу. Он бы, конечно, предпочёл забрать эти штуки с собой на поверхность и там как следует изучить. Но кто знает, какими самоликвидаторами они могут быть снабжены. А оставлять плавать здесь тоже нельзя — их могут подхватить копейщики.

Прежде, чем конвоиры успели прийти в себя, Ричард уже принял торпедообразную форму, и со всей скоростью, какую мог дать ему Эмпирей, рванулся вверх — прочь из этого царства мрака. Первые метров пятьсот он ещё следил, чтобы не перейти звуковой барьер — дабы этих болванов не поубивало ударной волной. Затем перешёл в режим кавитации и помчался ещё быстрее. "Кто не спрятался — я не виноват".

На глубине двух километров он снова затормозил — на этот раз, чтобы не поубивать Пловцов, которые могут встретиться на таких глубинах. Хотя его восприятие проникало сквозь стены кавитационного пузыря, радиус такого обнаружения был недостаточен, чтобы гарантировать "безопасное вождение".

Прорвав морскую гладь, точно стартующая баллистическая ракета, он поднялся на высоту трёхсот метров, и лишь там позволил себе принять форму птицы — не столь быструю, зато не так привлекающую внимание.

"Кажется, оторвался".

Глава опубликована: 11.01.2017


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 26 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓
↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх