Овечья гора (гет)

Спасибо за продолжение ))


Ох, остается только позавидовать упорству и самодисциплине Хайнца. Я бы так точно не смогла.


И вот такой стиль преподавания точно бы не выдержала - скорее, раз за разом уверялась бы в своей непроходимой тупости и криворукости.


А ведь то, что Шульман-старший сказал: "Я думал, что я тебя спасаю" - это типичная позиция старшего, родителя или учителя. И вот так, как Шульман, очень мало кто готов признать свои ошибки, сказать об этом лично - ведь это значит утратить авторитет, моральное право указывать и советовать (что зачастую одно и то же).


А как ты хотел, Хайнц?! После всего, что вы натворили?! Тебе бы припоминали всю жизнь и образно тыкали в лоток, как глупого котенка, сделавшего свои дела мимо, если бы ты просто перепутал значки для стирки. А тут тем более - за такое не прощают и такое не забывают.
Если честно, при таком раскладе вообще удивительно, что Шульману удалось выбить для Хайнца пропуск на конкурс.


И вот в чем тогда смысл этих конкурсов? Вообще ситуация, как ее описывает Шульман-старший очень напоминает ситуацию с ЕГЭ, когда даже носитель, для которого английский язык родной, не может сдать ЕГЭ по английскому на максимум.


Угу, и Хайнц еще удивляется, почему Биргит так за девочек обидно. И, кстати, в то время музыкальные школы для девочек существовали отдельно (как были, например, мужские и женские гимназии), или их не было вовсе, а музыке в школах вот так обучали только мальчиков?

А вот сами отношения Хайнца и Биргит после прошлой главы... не знаю, как сказать точнее. Как будто воплощают худшие стереотипы о семейных и романтических в целом отношениях, что "милые бранятся - только тешатся", "любовь без криков, ссор, битья посуды - это не любовь", "если женщина говорит "нет", это значит на самом деле "да" и тому подобное. Вот как будто Биргит и Хайнц нашли дорогу друг к другу и откатились обратно: Биргит - в гормональную бурю (и на это кто-нибудь вроде Штайнбаха мог бы заметить что-нибудь в стиле: "Вот поэтому место женщины должно быть исключительно на кухне и в спальне"), а Хайнц - в пубертат. Даже на женщину рядом с Шульманом-старшим, которого во многом воспринимает как отца, он отреагировал, как эгоистичный подросток на мачеху, что сам же про отметил. Разве что не дошло до мыслей в стиле: "Это мой папа! Не отдам!"

Но как пронзительно, однако, именно для Хайнца раскрывается тот эпизод к кладбищем:


Тут наложилось и собственное желание Хайнца побыть наедине с Биргит, и возрождающаяся эмпатия, которая бьет по мозгам так сильно, что Хайнц даже не способен сразу это осмыслить и передать словами. Потому что понимал, что Лара тоже хочет побыть наедине со своим возлюбленным - пусть даже того уже давно не было на этом свете.
Я-то думала, что дело исключительно в политической подоплеке, в раздражении Хайнца на лицемерного Магнуса, который быстро понял, куда подул новый ветер, и принялся проявлять демонстративное сочувствие к жертвам нацистского режима, а кабинет украсил картинами "дегенеративного искусства".

PPh3
Здравствуйте, спасибо за отзыв) На остальные, возможно, буду отвечать вам уже позже, так как не хватает времени на долгую переписку пока.




Потому Хайнц и герой этой работы… Потому что у него есть определенные характеристики, помогающие ему пройти этот путь.




А это то, о чем я вам в сообщениях раньше писала про преподавание - в подобном контексте ученик должен отставить в сторону мысли о себе самом и уязвленном эго. На занятиях этому не место. Если человек действительно хочет играть, учиться, он будет очень благодарен, что нашелся хороший педагог, готовый с ним заниматься и передавать ценные навыки, и не будет тратить даже минуты на то, чтобы думать о своей тупости и тд - будет думать о музыке. В момент музицирования ученик это не “я-я-я”, а медиум.




Мне кажется, мало кто в принципе как-то оправдывает свои поступки. Скорее, говорит: “Не было такого”. Или даже не скрывает, что бил, потому что получал садистское удовольствие.




Так Шульман и его “пропуск” отношения к визам никакого не имеют. На конкурсах во все времена играли граждане самых разных стран вне зависимости от политики.




Много в чем! Но в данном случае в первую очередь в том, чтобы поддерживать наследие Шопена, способствовать высокой культуре его исполнения по всему миру.




И девочек обучали. Но, к примеру, хоровые интернаты - традиция чисто мужская, для девочек подобные заведения я знаю только в ГДР. К примеру, смешанный хор радиокомпании Вернигероде.


Что касается отношений главных героев - долго думала, как вам ответить. Чтобы опять не вышло: “учу читателей правильно воспринимать своих персонажей”.
Но смотрите. Оба героя - глубоко травмированные происшедшим. Хайнц в первую очередь физически, потому что его смены настроения, импульсивность - последствие чмт, а не пубертат. Хоть он так это и называет. Но мы на то и читатели, чтобы не воспринимать прямым текстом, что герои говорят ртом, а анализировать все данные. Нет там такого в тексте, что “женщина говорит нет - значит да”, весь секс у них происходит по согласию и без вывертов. То, что происходит _между_ ним - дело другое. Может, что-то и укладывается в какие-то стереотипы, но я не пишу о стереотипах или о мужчинах и женщинах в вакууме, я пишу о конкретных персонажах, и, в моем представлении, они бы себя так и вели. Я не могу себе представить этой истории для себя иначе, чем с подобным кризисом отношений, с фазой поиска новых себя вместе, потому что за словами, поступками героев - страх потери, полное разрушение стабильности (осознание, что ничто не вечно, любимого человека могут у тебя забрать в любую минуту), желание быть принятым даже в полном раздрае эмоций. Немаловажно - и злость друг на друга, вполне оправданная. Которую можно проглотить, а можно высказать, потому что надо, чтобы другой человек о ней услышал. Потому что это важно для отношений, это сближает, скрепляет. Что “мы” вместе не только, когда все хорошо и вежливо, но и любом нашем состоянии. И чувство вины - за злость, за все остальные ошибки. Потерянность, незнание, как вести себя в новых, только сложившихся жизненных условиях. И эта травма героев останется с ними на всю жизнь и на всю их жизнь и повлияет. А уж как герои это высказывают и как об этом говорят - как умеют, так и говорят. Тут тоже можно читать между строк. То, что они говорят что-то гендерно-окрашенное, не значит, что в этом и есть причина. Просто они по-другому не могут это выразить, да и сами, может, еще не понимают, в чем дело.

Анонимный автор

Мне вот про спортсменов подобное тоже рассказывали. Но, подозреваю, в моем случае меня бы подобное просто доломало. Т.е. если бы научный руководитель со мной вот так разговаривал, то я могла бы не доучиться вообще.


Угу, а еще "ты все не так понял(а)", "тебе показалось", "не было такого", "ты все это придумал(а)" и т.п.


А если главная цель - поддержать наследие Шопена или любого другого композитора, то может быть, лучше это делать не конкурсом, а чем-то еще, раз жюри по-любому предвзятое и голосует левой пяткой.


Хм... Вернигероде... знакомое название. Это не там самый маленький дом, а неподалеку еще гора, где согласно всяким байкам собирались на шабаш ведьмы?


О... это популярная тема на уроках литературы в школах: "о чем думал автор, когда писал свое произведение?"


Я вот, видимо, между строк читаю неправильно, а потому мне, как всегда, показалось... что герои злятся друг на друга, а потом не понимают, почему; злятся, не получая желаемое, и злятся, его получая. А еще, в процессе чтения вашего ответа возникла мысль, что таким образом Хайнц и Биргит будто подсознательно проверяют границы дозволенного друг для друга: насколько ты готов(а) принять мою тьму? То ли это, что:


?
Еще возникает такое впечатление, что новый Хайнц, намеренно или нет, будто ищет недостатки в Хайнце старом, в том, как тот устраивал свою жизнь и т.д. Что новой Хайнц видит свою старую жизнь с Биргит, как отлично смазанный механизм - то, что работает стабильно и предсказуемо, однако же слишком скучно и будто лишено искры.

Часть 5, глава 22:
Я писала, что предыдущая глава могла бы быть эпилогом. Могла бы, если бы автор хотел закончить историю тем самым "и жили они долго и счастливо, и умерли в один день". Но наш автор не ищет лёгких путей и показывает нам, что даже у самой любящей пары "дорога друг к другу" никогда не заканчивается. А Хайнц и Биргит ещё и совсем молодые люди, пусть и сильно повзрослевшие через страдания, и "отношенческий стаж" у них до катастрофы был небольшой. Не буду врать, не все элементы их "притирки" мне нравятся, они и не должны, но главное, что им в конце концов хватает мудрости взять ответственность за "свою половину волн" и попросить прощения. Это вообще очень важно в союзе двух людей - брать на себя ответственность и уметь просить прощения.
А в остальном соглашусь с Шульманом старшим: независимо от того, чем закончится конкурс, Хайнц уже стал победителем. Он возобладал над собственной болезнью и немощью, вернул себе полноценную жизнь в музыке. Он герой.

Isur
Здравствуйте, спасибо за отзыв!)




Мне тоже, кстати, не все! Но было ощущение, что так и должно у них быть. Да и для меня это в целом не выбивается из “жили долго и счастливо”, ведь счастливо вмещает в себя не только те эпизоды жизни, когда все ясно и легко. В целом мне вообще кажется, что притирка у них очень “лайтовая”, если учесть все происшедшее. В реальной жизни в подобной ситуации даже самые лучшие и мудрые люди (и более старшие, чем герои), скорее всего, вели бы себя намного хуже (хотя слово “хуже” тут тоже не подходит, но не знаю, как сказать иначе). Но на то это и худлит, что есть некоторые условности и все проблемы реально решаются быстро, спустя несколько разговоров ртом :D


PPh3




А мне кажется, подобное общение и не везде уместно, а скорее в тех сферах, где есть творчество в моменте, типа музыки или танца. Чтобы получились на выходе эмоции, нужно и “вкачать” в ученика определенные эмоции. Подобное, разумеется, для каких-то письменных работ и в целом сфер, которыми занимаются многие люди (на контрасте с музыкой высоких достижений, которая, все же, для единиц) не очень релевантно. А вообще, Шульман пример для меня исключительной корректности именно в музыкальном преподавании, не унижает, на личности не переходит, не орет, ну а его “покрикивает” очень контролируемое. В реальной жизни педагоги (по моему опыту) обычно ведут себя несравнимо более токсично.




Ну, слушайте, не хочется токсичить самой, но, наверное, если музыканты на протяжении десятилетий решили, что конкурс - лучший вариант, так, возможно, и есть)) Если бы он такой нежизнеспособный был, его бы, наверное, не вернули после второй мировой (когда его какое-то время не проводили). А так на нем и Шостакович играл, и другие известные очень музыканты, в разные годы. Не было бы этого и других конкурсов в последние сто лет - может, музыкальная сцена выглядела бы совсем по-другому, многих имен мы бы не знали, а может, и Шопена бы настолько хорошо не знали, потому что до войны отношение к нему было как к легковесному композитору и его принято было бренчать кое-как.




А мне кажется, вы как раз между строк правильно читаете, просто вы описываете сейчас проявление ситуации, а я - предпосылки для нее. Но одно другому не противоречит.




Так и есть. Но он не только ищет недостатки, он в целом сравнивает себя с ним, часто чувствует себя нулем по сравнению с ним. Поэтому то возвышает его, то унижает. А в какой-то момент - делает это все меньше и меньше. В тот момент он начинает принимать нового себя без сравнений.

Isur

Анонимный автор

А я вот подумала сейчас, что даже в художественной литературе подобные эпизоды семейной жизни, притирки, когда герои фактически узнают друг друга заново, зачастую или вообще остаются за кадром, или преподносятся в юморном ключе, или как пафосное превозмогание, как "мы достигли!", "мы победили!" (или даже, говоря "мы", подразумевается, "я"). А вот такие повседневные эмоции "в моменте", что бывает и в реальной жизни, как раз встретишь нечасто, потому что в реальной жизни это означает "а ты успокойся!", "а ты не злись!", "а как тебя с таким характером вообще терпят друзья / однокурсники / коллеги?" И в фильмах это превращают зачастую или в "терпеть и тянуть лямку" (если речь идет о супругах 40+), или в стереотипное выяснение отношений у молодых супругов - с бурными ссорами, искрами и последующим примирением в постели, будто так и надо.


А если таким образом вкачивается только негатив? Вспомнились почему-то всякие сомнительные способы, которыми в Невилле его родственники пытались пробудить магию. В результате в Хогвартс поступил неуверенный в себе, неуклюжий и забитый мальчик. Т.е. недостатки, которые в нем вроде как пытались искоренить, напротив, стали еще сильнее. После занятий в ОД и битвы в министерстве магии Невилл ненадолго обрел уверенность в себе, но стоило провести каникулы с любящей родней - и снова: "Бабушка хочет", а его самого будто нет.
Я могу ошибаться, конечно, но, как мне показалось, для успешного сотворения заклинаний в ГП была как раз очень важна уверенность в моменте, подходящий эмоциональный настрой. Или взять того же Снейпа - он своей манерой преподавания внушал отвращение одновременно и к своему предмету, и неуверенность ученикам в собственных способностях, и вообще, "зачем стараться, если я все равно криворукий баран, и Снейп обязательно найдет, к чему придраться, и поставит "неуд"?" И противостоять манере Снейпа могла фактически только Гермиона - как раз благодаря ее чрезмерной самоуверенности и амбициозности.


Так во время ВМВ, как я поняла, конкурс Шопена не проводили по политическим причинам. Ну, и потому что не до музыкальных конкурсов в принципе было.

А вот такой формат... не конкурса, а чего-то вроде музыкального симпозиума или показательных выступлений, где от каждой страны участницы присылали бы, например, лучшего пианиста... думаете, такой формат был бы менее эффективен? И у музыкантов было бы меньше мотивации играть лучше?


Судя по диалогам между Ференцем и Хайнцем, а также между Ференцем и Богусом, и классические произведения XVII - XVIII вв. было принято исполнять очень долгое время в романтической манере XIX в., а к аутентичному исполнению вернулись уже во второй трети, если не четверти XX в. И в целом интерес к старинной музыке и аутентичному исполнению - это сравнительно новое явление в истории музыки (это уже мой субъективный взгляд). Того же Вивальди заново открыли только в XX в., когда какие-то студенты случайно раскопали его ноты в какой-то библиотеке. Ну, а Моцарт в свое время вообще проходил по разряду своего рода "попсы".

Часть 6, глава 23:
Эта глава - ещё одна кульминация. Выигранный конкурс и будущий ребёнок как воплощение любви.
Написано удивительно, пронзительно и мудро, глубоко и достоверно. Череда проникновенных сцен, зримых, настоящих. Осознавшая свою беременность Биргит, угадавший её Хайнц, беззвучно рыдающий под концерт Шопена Шульман. А ещё атмосфера Шопеновского конкурса - плотная, реалистичная, с привкусом Холодной войны и почему-то Вавилонского столпотворения, смешение языков и образов жизни, воспоминаний и чаяний, прошлого и будущего. Это так хорошо, что даже как-то сложно слова подобрать для отзыва. Просто спасибо.

Isur
Огромное спасибо, мне ваши слова очень ценны.
Тут уже, когда остались только главы эпилога, наверное, можно сказать, что вся эта история далась мне очень нелегко, хоть и не в неприятном смысле. Но это был тяжелый труд, в том числе труд поиска информации, к примеру, для главы про конкурс… Так что, фигурально говоря, пока персонажи трудились, автор так же трудился :Ь
Ну и про все остальное - про мудрость, про глубину… До написания этой истории я точно не владела никакой мудростью, но, пока писала, как будто и правда что-то изменилось. И в целом эта работа оказала на меня огромное эмоциональное влияние, в первую очередь из-за события, которое произойдет в еще не выложенных главах. А потом уже - вообще из-за всего.

Спасибо за продолжение ))


Сгоняли беременных женщин, многих наверняка насиловали - и потому рождалось так много детей, которые никому не были нужны, кроме своих матерей, которые, однако, сами были не в состоянии защитить своих детей. Более того, женщин переживших все эти ужасы, и после не оставляли в покое и подвергали всяческим унижениям и остракизму - ведь для своих соотечественников они были предательницами, работавшими на врага.
Слышала, что в некоторых лагерях, особенно на принудительных работах находились одновременно и мужчины, и женщины, полагалось изначально беременных женщин отправлять домой, чтобы они там рожали и после возвращались обратно к работам. Но после зверское руководство решило что нет, так дело не пойдет - иначе ж кто работать будет? - и беременных женщин стали отправлять на принудительные аборты. Стали добавлять всякую гадость в и без того скудную и малосъедобную пищу, проводить облучение, чтобы рабочие-заключенные потеряли способность иметь детей, а у женщин, опять же, спровоцировать выкидыш.


У Хайнца очень сильная психосоматика, как будто паническая атака, причем оно и до травмы бывало. Но в то время подобное наверняка еще не лечили и в целом психиатрия была еще по большей части, увы, карательной...


А у Хайнца в его городской квартире в Кирхентале горячей воды нет что ли?


Вот в этом, как мне кажется, понимаю Хайнца. Когда провал недопустим, но и к победе не стремишься и где-то даже ее боишься, потому что это наверняка будет иметь последствия, с которыми может быть уже не захочется иметь дело, а придется. А хочется явить свой внутренний мир, который в случае Хайнца рождается из музыки и вместе с музыкой. Но это обнажает, делает уязвимым, и это очень рискованный момент - потому что да, могут унизить, растоптать, оплевать, сломать, кто-то и вовсе может решить, что во всем этом необходимо навести порядок.
Но вот это желание - если его испытывает Хайнц - мне кажется невыполнимым. Если говорить грубо, то все равно, что на елку попытаться залезть и задницу не ободрать.


Последняя фраза Хайнца - в точку! Для людей уровня Шульмана-старшего мир необычайно тесен в том плане, что он лично знаком со многими талантливыми именитыми музыкантами. У ученых в этом отношении похоже.

Как Хайнц-то разыгрался, что жюри попросило его сыграть на "бис"!



Да, Михе такая шутка, наверное, бы понравилась. А еще наверняка - Ференцу %)



Потому что невозможно исследовать систему, посмотреть на ситуацию со стороны, находясь внутри нее. И потому что в творчестве особенно каждый человек неизбежно вносит что-то свое, свой опыт, свои переживания, свою новую оценку прожитого.



Для Хайнца пришла выстраданная, заслуженная слава. Но не станет ли она для него началом медных труб?



Хайнц и Биргит так много и активно занимались тем-самым, что оно просто не могло остаться без последствий...



Какие мудрые мысли! Лучше и больше, чем Биргит, здесь не сказать. А уж прочувствовать... даже боязно об этом думать. Но что могу сказать... вот такое противоречие: даже когда женщине было предписано быть слабой и зависимой, она все равно была вынуждены быть сильной - потому что иначе не выжила, и после ей легко нашли бы замену. Женщина должна была заботиться, в первую очередь, о нуждах мужах, постоянно его поддерживать и вселять в него уверенность (ох уж это хрупкое мужское самолюбие!), тогда как свои собственные эмоциональные потребности приходилось постоянно задвигать, и даже просто выплакаться зачастую считалось непозволительной слабостью.
Биргит проживает то, что проживали многие женщины до нее, но немногие это осмысливали, как-то проговаривали свои чувства. Большинство же просто смирялись и молча терпели - потому что таков их крест, Божья воля, и женская доля, как известно, тяжела.

Вот это, мне кажется, тоже очень важное понимание и проживание для Биргит - осознать, что есть ее собственный мир, отдельный от мира Хайнца, и есть ее собственные чувства и переживания, которые не просто ее, но которые она имеет полное право прожить. А ведь большинство женщин именно что в муже и в детях растворяются, теряя себя, определяя себя пусть через близких, но все же посторонних людей. Сейчас Биргит проживает этот процесс сепарации с Хайнцем, который все быстрее восстанавливается и становится все более самостоятельным - вон, даже в конкурсе побеждает. А в будущем, спустя сколько-то лет ей точно так же предстоит отсепарировать от себя ребенка, что будет уже намного сложнее - ведь она этого ребенка в себе носила, рожала, кормила грудью, качала на руках.



Вот, очень ценный разговор для Биргит, хотя Шульман даже не воспринимает ее как дочь. Да, в первую очередь Шульман заботится о благополучии Хайнца, но и как будто приоткрыл этим разговором дверцу к сепарации Биргит, показал ей на первую ступеньку: не сидеть дома, не замыкаться в заботах о муже, но продолжать петь, развивать свой талант, выступать - так и у Хайнца будет стимул к развитию, а не только к подработкам и лежанию на диване между.
Читала когда-то один рассказ... не могу сказать, насколько сюжет в нем реалистичный, но был там такой эпизод, где дочь встретилась с отцом, который однажды ушел из семьи, и спросила его, почему он это сделал, ведь они с матерью всегда о нем заботились. И ответ отца показался мне очень необычным: что вначале ему очень нравилось, что он был этаким домашним царьком в семье, потом стало восприниматься обыденностью, а после он и вовсе стал чувствовать себя в семье посторонним человеком, который только приносит зарплату - и на этом все. И тогда он не знал, как это исправить, и не особенно хотел, а потому ушел. И впоследствии, когда дочь уже вышла замуж и родила своего ребенка, отец предостерег ее от повторения сценария ее матери, который она начала подсознательно воспроизводить.
И второе... когда весь быт, вся жизнь крутится исключительно вокруг потребностей конкретного человека, заботы о нем, а потом вдруг в этом отпадает необходимость, то наступает пустота. Очень тяжело переживается смерть близкого человека - тут разверзается самая настоящая пропасть. Но даже когда человек не умирает, а выздоравливает, когда перестает нуждаться в постоянной помощи и заботе близких, это одновременно и облегчение, и опустошение, что-то сродни сепарации ребенка, потому что собственные мечты были давно задвинуты куда-то в чулан и уже забыты, потеряли актуальность.

Но вот что важно еще конкретно для Биргит:



Вот вроде и Хайнц, и Шульман поддерживают Биргит, чтобы она продолжала профессионально заниматься пением. Но затем, когда она родит, позволят ли ей вернуться к певческой карьере вновь? Не Хайнц с Шульманом, а те люди, которые отбирают претендентов и утверждают роли, партии. Ведь в комментариях где-то выше отмечалось уже, что женщине с ребенком в то время было очень трудно устроиться на работу.
И, кстати, сколько лет еще Биргит остается учиться?



А вот это наблюдение уже становится тревожным... Хайнц считает, что то, что он выжил после такой тяжелой травмы и даже восстановился - это все взято взаймы, и смерть идет за ним по пятам, чтобы взыскать долг? И потому для Биргит то признание Хайнца, что он хотел бы умереть, слыша ее голос, как она поет, станет особенно значимым и ценным?



И пусть в Кирхентале журналистская буря быстро улеглась, но не аукнется ли впоследствии Хайнцу его громкая слава в Варшаве? Ему и Биргит, и их еще не рожденному пока ребенку?

Isur

Воистину, краткость - сестра таланта! Вы всего в нескольких строках передали основной посыл и впечатления от главы. Лучше и не сказать!

Анонимный автор

О, матчасть и поиск литературы! Без этого невозможно создать качественную письменную работу - если, конечно, не создавать сюжет про какой-нибудь фантастический мир. Работа большая, трудо- и времяемкая, остающаяся обычно за кадром, но именно ее результаты, органично вплетенные в повествование, превращают художественный вымысел, идею в настоящее Произведение искусства.


А вот от этого даже страшновато становится...

Анонимный автор
Ваш основательный подход к матчасти - заметен и внушает уважение.
Что ж, так бывает. Ваша душа трудилась, когда вы писали, это очевидно. Мне самой случалось чему-то учиться у своих героев, вместе с ними расти над собой.
А вот насчёт события в ещё не выложенных главах вы меня насторожили. Надеюсь, больше никакой трагедии не произойдёт. Очень не люблю "фатального исхода".
PPh3
Спасибо, засмущали вы меня)).

Isur


Нет, никакого фатального исхода! Просто все пойдет своим чередом. Я и сама не ожидала, что это меня так затронет, когда писала.


PPh3


Спасибо за отзыв!
По старому отзыву:
Да, притирка в литературе часто не показываются, а я все-таки хотела показать, потому что люблю определенную степень реализма) Без излишеств, конечно, но это мое такое авторское кредо - если я в целом начинаю высокую детализацию жизней персонажей, кажется странным вычеркнуть какую-то часть вообще. Наоборот, хочется подчеркнуть эту часть жизни персонажей - что это не только музыканты, не только во всем идеальные, продуманные люди, нет, это вчерашние подростки, столкнувшиеся с трагедией, которые и так себя в 90 процентов случаев ведут зрело, излишне зрело, и хочется позволить им быть не только такими, но и местами дурачками, лоботрясами, или, как бы сейчас сказали, кринжами))) Ну и хочется верить, что теперь, когда все, кроме глав эпилога уже выложена, вообще все их поведение имеет больше смысла, т.к. там много перекрестных ссылок между собой. К примеру - Хайнц всегда испытывал определенный страх, что его бросят (ну, неудивительно, если учесть ситуацию с родителями), отсюда - его стремление создать собственное защищенное гнездышко (“дрозды отличались агрессивным брачным поведением” :Ь). В начале он, выпив, начинает допытывать Биргит, а любит ли она его просто так или только за то, что он пианист (сцена с т.з. Биргит, где она приходит домой а он пьяный, и сцена с т.з Хайнца, которую он вспоминает после травмы, слушая с Шульманом свой “концерт”). Но в остальном он тогда держал все при себе и сам, может, не понимал о себе таких деталей - как оно обычно и бывает. А после травмы он уже не может отмахнуться от всего этого, приходится разбирать вообще все свои мысли. Потому он в какой-то момент и начинает тестировать границы исключительно кринжовыми способами, а потом такой: так, ладно, кринжом уже никого не испугаю, так что буду вести себя нормально.
И так, в целом, можно каждую реплику героев отследить.




Ой, надеюсь, это не шпилька в мою сторону :Ь




Тут индивидуально смотреть надо. Может, и правда искать другого педагога, может, действительно, и ученик должен в себе что-то поменять. Или привыкнуть. Бывает, два ученика одного педагога воспринимают его совершенно по-разному. Один вообще не может с ним заниматься и только плачет, а второму вообще все равно на какие-то комментарии и все устраивает. С магией сравнение хорошее, кстати, там тоже эмоции играют большую роль.




А вот такой формат... не конкурса, а чего-то вроде музыкального симпозиума или показательных выступлений, где от каждой страны участницы присылали бы, например, лучшего пианиста... думаете, такой формат был бы менее эффективен? И у музыкантов было бы меньше мотивации играть лучше? [/q]


Ну так я к тому, что, если бы изначально не очень формат был, то после войны подумали бы: да не больно-то нам и нравилось, давайте что-то другое выдумаем. А им, видимо, нравилось, раз восстановили старый формат.


Так то, что вы описываете, конкурс шопена и есть. Музыкальный симпозиум! К которому добавляется то, что еще и выбирают лучших и дают им деньги)) И не только. Дают возможность выступать, старт в профессиональную жизнь, возможность записываться с известными звукозаписывающими компаниями. Это как олимпиада, но в музыке, своего рода хэппенинг, когда весь город на протяжении месяца настроен только на одно мероприятие, люди приезжают в Варшаву слушать концерты, покупают билеты, мерч :ЬЬ Посещают лекции, выставки, и прочее прочее.




Вот это вы написали под моим комментарием про конкурс Шопена и я снова не очень понимаю взаимосвязь. Начнем с того, что Шопен - романтик… Хотя вы, может, и не это имели в виду. Вопросы аутентичного исполнительства к нему не имеют никакого отношения. Про “открыть композитора заново” - можно, наверное, так сказать, но это больше про композиторов эпохи барокко и т.д. - Вивальди, Бах. А Шопен, можно сказать, почти наш современник)) И вот благодаря конкурсу и удалось установить определенную традицию его исполнения, популяризировать - чтобы не просто везде только его вальсы бренчали и считали, что он подходит для кабаре, но не для филармонии.

PPh3


Ну мы все прекрасно знаем, что там происходило, и вы далеко не все еще описали. И я тоже далеко не все. Но мне тяжело об этом писать, поэтому я не углублялась. Потому, можно сказать, и Биргит в мыслях не углублялась - потому что, очевидно, вряд ли она бы могла на разные лады это обдумывать в том состоянии, в котором была)0.




Ну вообще задумано, что у него просто приступы головных болей (мигреней?) как последствие травмы.




У него бойлер! Там даже было, что он для Биргит новый бойлер купил… :ь А вообще да, в старых немецких квартирах ни горячей воды, ни отопления.




Ну вот да, обнажаться все равно придется. Принять риск.




Ну он не разыгрался, он просто по авторской задумке прекрасный пианист, ахах. Может, это не очевидно, потому что он сам о себе так не думает, но, как бы, события говорят сами за себя. Да и отношение Шульмана к нему тоже - к примеру, тот момент, где он просит Биргит зарегистрироваться у врача под другим именем. Почему? Ну…




Ференцу бы про члены, думаю, понравилось) А вот шутка про машины это что-то именно из серии шуток Михи :ь
Вот кстати!




Так они предохранялись.




Меня вообще саму немного бесило то, что Биргит постоянно вынуждена быть такой понимающее и заниматься эмоциональным обслуживанием вообще всех и вся) Но, ладно, Хайнц хотя бы заслуживает этого эмоционального обслуживания, потому что сам хороший персонаж…




Вы мудро сказали! Мне вообще интересна динамика отношений Шульмана и Биргит, потому что она не родительско-детская и не дружеская, а вообще какая-то другая. Не знаю))




Все же, не забывайте, что певица тут - особая профессия. Тут the man’s world вынужден делать исключения, потому что, если отбрасывать всех певиц с детьми, мужчинам пришлось бы самим весело и бодро исполнять женские оперные партии хд (как раньше, между прочим, в эпоху барокко и до, и было! Вот там Теодор упоминает - нимф пели сопранисты)

Анонимный автор

Вот... а в литературе, особенно классической, подобные вещи обычно остаются за кадром, потому что персонажи должны быть идеальными или стать таковыми в процессе. Ну, там всякие Татьяны Ларины, Джейн Эйр и т.д.


Я, конечно, невнимательная, но вот не помню почему-то у прежнего Хайнца таких страхов. Он воспринимался как намного более закрытый и оттого более идеальный что ли персонаж.


А вот насчет дроздов, почему-то вспоминается, что Хайнца где-то сравнивали с дроздом. Или нет?


Потому что из-за травмы какие-то нейронные связи вообще разрушились, какие-то пересобрались неправильно или, как минимум не так, как раньше? И из-за этого былой самоконтроль полетел, и наружу полезло подсознание и все прежние, вытесненные страхи? И на первом месте было размытое воспоминание о мучителе Теодоре, которое трансформировалось в злобного лесного духа из детских страшилок?


Вот, как ни странно, на эмоциональном уровне, мне кажется, я здесь Хайнца понимаю, хотя у меня таких травм не было.


Скажем, на примере детско-родительских отношений доводилось слышать и косвенно наблюдать такое, что в каких-то семьях норма, когда с детьми разговаривают всегда грубо, окриками, на повышенных тонах: "Куда пошла?!", "Дверь закрой!" и т.д. Т.е. таким детям может требоваться более сильное воздействие, чтобы достучаться до них. Другой вопрос, что не только у одного учителя могут быть совершенно разные по характеру и психике ученики, но и в одной семье могут родиться совершенно разные дети (вот так прихотливо перетасовались гены). Но и в этом случае родители всех метут под одну гребенку - вот как раз воспитание как подгонка принятые в обществе под стереотипы. Т.е. если мальчик вдруг оказался, к примеру, эмоционально восприимчивым от природы, то на него будут орать еще больше, сравнивать с "девчонкой", чтобы выбить дурь.


На олимпиадах деньги не дают (разве что талоны на бесплатное питание в столовой) - ну, или я просто до таких уровней не добиралась (но на тех уровнях бонус - это льготы при поступлении в лучшие университеты страны). А вот денежные призы, полезные знакомства и старт в профессиональную жизнь, конкурс на всякие стипендии и т.д. - это уже для студентов и аспирантов конференции и стажировки. А Хайнц как раз еще студент.


А вот такой ажиотаж мне уже намного сложнее представить как не что-то абстрактное, происходящее где-то с кем-кто. Возможно, потому, что концерты, походы в театр и т.д. для меня были всегда добровольно-принудительными мероприятиями.


Скорее, я имела в виду то, что творчество Шопена переосмыслили и стали относиться к нему более серьезно уже именно в XX в., как бы переоткрыли и начали интерпретировать иначе. Потому и сравнение с композиторами эпохи барокко, которые долгое время были вообще забытыми. Ну, или потому, что раньше я относительно часто слушала на ютубе исполнения старинной или псевдостаринной музыки, а интерес к таковой, как я поняла, возник ближе к концу XX в.

Потому что если в это углубляться, то можно или в депрессию с самобичеванием впасть, или в стратосферу улететь.


А то, что Ханца тошнило и т.п.? У него же в юности вроде был случай, когда его накрыло перед выступлением.


О_о
И горячую воду с отоплением потом не проводили отдельно? Притом, что Хайнц, как и его отец, к среднему классу вроде как принадлежал, т.е. нищим определенно не был.
И, кстати, не по этой ли причине Биргит не стирала вещи сама, а относила в прачечную?


А прекрасный пианист не может словить кураж во время исполнения?


Потому что Шульман предвидел ажиотаж вокруг Хайнца, и если бы Биргит записалась у врача под фамилией мужа, журналисты быстро бы про это пронюхали? (доводилось слышать, что с сохранением врачебной тайны тогда было так себе, и врачица-гинеколог могла, например, растрепать о какой-нибудь пациентке подруге, та - соседке, а та, по секрету - табуретке)
А от самого момента, где Хайнц вот так просто и беззастенчиво показал шрам, повеяло вайбами ГП почему-то? Хотя в каноне Гарри показывал свой шрам только Рону (со стороны которого, впрочем, тоже было сильное любопытство), тогда как Хайнц, этот новый Хайнц, как мне показалось, стал склонен к эпатажу, которого старый Хайнц никогда себе не позволял.


Так все равно какая-то очень маленькая вероятность остается - и она может выстрелить, если очень много заниматься тем-самым. Вообще этот момент напомнил недавно просмотренный ролик по "Симс 4", где супружеская пара сплавила дочь к дедушке с бабушкой, а сами активно вухукались во всех доступных до этого местах - ну, и довукухались. В общем, был "подарок" главной героине на ДР...


Хм... если бы Биргит была ученицей Шульмана, наверное, их отношениям можно было бы подобрать более точное определение?


Потому что незамужних бездетных певиц на все партии бы не хватило? А если бы Биргит занималась не классическим пением, а инструментальной музыкой - например, была бы пианисткой, как Хайнц, или скрипачкой, ее бы "попросили" на выход? Притом, что, насколько я представляю, из-за "штрафа на материнство" намного меньше женщин в принципе участвуют в конкурсах и, тем более, становятся известными исполнительницами.

И снова спасибо за продолжение!


И здесь очень радует, извиняюсь за тавталогию, что Хайнц радуется за свою жену и гордится ею, а не ревнует. Может, я ошибаюсь, но для меня ревность - это не про любовь вовсе, а про чувство собственности и неуверенность в себе.


У... Биргит - в душе кошка?


Видела ролик про эту гадость. И сколько детей угробили ради наживы!


Какой грубый доктор! И это Хайнц только по касатльной столкнулся с карательной гинекологией, с самой вершиной айсберга. С Биргит, такое впечатление, этот доктор позволял бы себе те еще скарбезности ((


Какая тесная между Хайнем и Биргит связь! Думаю, если бы Клара не тормошила Биргит, не выводила бы ее не концерты и прогулки (и ведь тогда на воды именно Клара надоумила поехать Биргит), то Биргит чахла бы точно так же. А, может быть, и нет - ведь она ждала ребенка.


Ух... а ведь в одном из снов Хайнц вроде видел себя такого - который погнался за популярностью, славой и деньгами, но в итоге отказался от музыки, от себя самого, предал себя. И теперь, не во сне, а уже в реальности он снова принял решение - не предавать себя.


А мне вспомнился на контрасте эпизод из "Войны и мира", где рожала "маленькая княгиня", первая жена Андрея Болконского (только из одного из фанфиков я узнала, что ее все-таки звали Лиза), и как там прямо говорилось о существовавшем тогда поверье, что чем меньше людей знает о страданиях родильницы, тем якобы благополучнее пройдут роды, и уж тем более в это никак не вмешивались мужчины - за исключением доктора. И вот удивляет, что Хайнц об этой стороне жизни даже по художественной литературе не знал - в том плане, что даже при домашних родах мужу оставалось только ждать снаружи - и это в лучшем случае. А можно пойти опиваться вином, в карты играть и т.п. Вообще, бытовали еще такие поверья и эпитеты, что, с одной стороны, роды - это чисто женское таинство, в котором открывается дорога в загробный мир, а с другой - что роды это битва, которую женщина вынуждена вести в одиночестве.

Какой Хайнц любящий, чуткий и вовлеченный муж и отец! Биргит невероятно повезло с таким мужем, а маленькой Мие - с отцом!
А вот Миха...


Это он в шутку или всерьез? Потому что если всерьез, то такому, как Миха, как мне кажется, лучше вообще не становится отцом.


Вот не знаю, разница менталитетов это или что, я думала об этом еще раньше. У нас бы Биргит просто давно бы уже заклевала: вначале за то, что вещи мужа не стирает сама, а таскает в прачечную, что своих стариков не навещает каждые выходные. А после того, как фрау Хольбайн почти перестала ходить, как считается, Биргит и вовсе должна была все бросить и переехать к Хольбайнам, чтобы ухаживать за приемной матерью, сколько потребуется.


У... вот да, хороший ребенок - удобный ребенок, о чем, впрочем, Хайнцу его мать намекнула в разговоре по телефону. К режиму приучать, к рукам не приучать - как же все это знакома, даже в 1980-1990х такие подходы к воспитанию были еще в порядке вещей. Причем сами же родители были уверены, что режим в первую очередь полезен для ребенка, а не создан для удобства родителей и чтобы подогнать жизнь ребенка к требованиям индустриального общества.
А еще доводилось слышать, что такой подход, который вызывал столько злости у Биргит, особо приветствовался во времена ТР. Считалось, что это способствует воспитанию идеальных солдат, лишенных какой-либо эмпатии и беспрекословно подчиняющихся приказам.


Вот-вот, ложки-то нашлись, а осадок все равно остался. Михе детей доверять категорически нельзя.


И снова не перестаю удивляться, какой же Хайнц заботливый муж и отец! И это задолго до того, как вовлеченное отцовство стало новой нормой семейной жизни! И вообще этот момент с дипломом отозвался чем-то вроде взаимозачета с курсовой ранее.
И... не знаю, может, о таком было вообще не принято даже думать раньше, но у Биргит ни разу не возникало мысли, а что, если Хайнц ее бросит? Если уйдет однажды за хлебом и не вернется. Если она останется одна с ребенком. Или если Хайнц поведет себя, как Миха в своих как бы шуточках.
Но вот что здесь царапнуло: получается, в церквях, значит, туалеты есть (в церквях! а не где-то в соседнем здании), а в доме, причем отнюдь не бедном и не в деревне, нет горячей воды и каждый день приходится растапливать печку. И это притом, что в "их захолустье", как выразился как-то Хайнц, таки продаются контрацептивы в аптеках.


Какая прозорливая Биргит! Ведь Штайнбах для Хайнца и впрямь, как призрак из прошлого. Вот только, в отличие от призрака, Штайнбах состоит из плоти и крови и вполне себе живой. Как бы устроил какую-нибудь подлянку еще. Ну, и Теодор заодно.

Хм... а у Хайнца, Михи и Ференца была отсрочка из-за учебы в университете, или в ФРГ в принципе призыв поздно идет?


Выглядит так, что "жить стало лучше, жить стало веселее" в самом прямом смысле. Тут Хайнцу и Биргит и, особенно их детям, очень повезло. А со старой квартире в Кирхентале Хайнц что сделал? Продал?
И, кстати, хотела спросить про соседку: она ведь Хайнца с Биргит недолюбливала, потому что мешали они ей своей музыкой, однако чемодан с компроматом все же спрятала от людей Штайнбаха. Как она отнеслась к возвращению нового Хайнца, что в квартире сверху снова начали заниматься музыкой, а после и вовсе появился ребенок?



Ну, Биргит - точно кошка %)



Про Фанни Мендельсон слышала, что она была сестрой знаменитого композитора, а Клара Шуман - она тоже была сестрой или все-таки женой Шумана? [/q]


И ведь Хайнц это смог! Вроде как добиться известности как профессиональный пианист, но в то же время оставаться неузнанным в толпе. И, наверное, тут закладывалась еще какая-то философия про смех. Если это как умение радоваться жизни в любых обстоятельствах, то это выше моего понимания, потому что для меня это всегда звучало как назидание.

Увы, даже самые лучшие люди не вечны. Сколько Шульману-старшему лет? Да и концлагерь 100% подорвал его здоровье, забрав сколько-то лет жизни. А еще такое впечатление, что Шульман не только воспринимает Хайнца как сына, но будто пытается за оставшееся время жизни наверстать то, что Хайнцу не додал - пока еще не поздно. Не только для самого Шульмана, но и для Хайнца.


Вот вроде Хайнц и Биргит - молодые, неопытные еще родители, но не перестаю удивляться их чуткости и вниманию к детям: как они улавливают их потребности, обсуждают свои сомнения, что, может, детям чего-то не хватает - не игрушек вовсе, а именно любви и внимания родителей - и стремятся это дать, опять же, именно тогда, когда это нужно детям. А ведь в то время зачастую считалось, что если ребенок сыт и одет, то этого более чем достаточно, на эмоциональные потребности обращать внимания было не принято, и вообще, "будь благодарен(а), что тебе дали столько любви, сколько смогли".

P.S. Помню, когда-то на этом сайте был максимальный объем комментария в 3000 знаков, и тогда длинные комментарии приходилось делить. Потом стало казаться, что объем стал значительно больше, и все, что хотелось сказать, вполне удавалось вместить в один комментарий. И вот, делая отзывы к вашей книге, я снова столкнулась с ограничениями по объему, что существовали, казалось, еще лет 15 назад. Не получается у меня, к сожалению, выражать свои мысли кратко и емко.

PPh3
Спасибо за отзывы!)) Написала вам ответные простыни.




Ну, ревность к успеху близкого человека (или это, скорее, зависть?) и ревность к другому человеку, все же, немного разные вещи. А вообще, я считаю, любые эмоции нормальны, другое дело, как человек себя ведет, как действует и обрабатывает эти эмоции. Собственно, а что плохого в неуверенности в себе? Можно подумать, мы все такие сплошь уверенные в себе)) Простите, меня снова понесло.




Или просто чувствует себя незащищенной перед лицом рока!
А мне кажется, он довольно милый) Аутист немного.


Вы слова-то Хайнца делите на два, почему вы все время всем репликам персонажей так доверяете :Ь Так-то масса исполнителей, которые и везде ездят, и много выступают, и прекрасные музыканты. Это конкретно фишка Хайнца, что он себя именно вот так в искусстве видит) Имеет право.


Про роды - ну, вы все же Россию 19-ого века и ФРГ середины двадцатого века не сравнивайте)) Мне очень сложно себе представить, чтобы традиционный немецкий бюргер в то время побежал играть в карты и напиваться (с воображаемыми гусарами :ь). Скорее, пеленки поехал бы покупать или еще что-то, что резко понадобилось бы. Или бы ждал, чтобы, если вдруг что, в больницу жену везти. Хотя раньше таким, кстати, акушерки тоже занимались - могли и жену и мужа на своей машине отвезти. Так что в этих условиях ничего удивительного, если бы муж был если не в комнате, то хотя бы под дверью комнаты. Особенно если квартира маленькая или в целом других родственников нет. Ну и помимо этого - откуда Хайнцу-то знать, где там и как роды проходили, тогда же о таком вообще не говорили, тем более в мужских кругах.




Знаете, может, где-то так и принято, как вы говорите, заклевывать, но просто я сама вне подобного дискурса существую и у меня вообще знакомых таких никогда не было и нет, которые бы себе в принципе позволяли давать какие-то личные советы. Так что я и историю писала, исходя из собственного видения мира, мне даже в голову не пришло углубляться в каких-то там мимокрокодилов, которые бы что-то главным героям предъявляли) Ну, разве что, кроме Аннетты, но там был четко задуманный литературный смысл у этой сцены. А вообще за фрау Хольбайн следит и ухаживает герр Хольбайн, который бодрый дед (с))))





Думаю, во все времена были разные люди.




Вот вы умеете удивить комментарием :D Я это прочитала прямо широко раскрыв рот и глаза хд Просто… а почему ей этого бояться? Ну вроде вы вот прочли 300 страниц истории (а в вордовском документе их, кстати, под 500))), и там подробно описан определенный психологический портрет героев и их отношения. Основываясь на всем этом, почему Биргит должна была бояться? Скорее, ей уж можно было бояться, что Хайнц будет выхватывать у нее из рук ребенка и не давать ей его купать и носить, потому что все захочет делать сам :ь А помимо этого - ну, грязь конечно в любом обществе встречается, но у меня нет ощущения от немцев-бумеров, что они в принципе таким занимались, обычно все семьи полные (если никто не умер раньше времени), а если и разведены - все равно вдвоем о детях и внуках заботятся. У немецких мужчин как-то не наблюдается повышенного желания покидать своих кровиночек. Помимо этого - в то время то, что мужчина должен содержаться семью, прописывалось в законе, если бы Хайнц свинтил, на него, конечно, можно было бы подать в суд и суд бы его принудил вернуться и за все платить. Более того, даже если мужчина просто не работал и сидел откисал дома, его тоже через инстанции можно было принудить работать на благо семьи.

PPh3


Тут вы меня тоже парой фраз мощно запутали)) Ну это же разные вещи - дома старые и коммуникации не подведены, потому и воды с отоплением нет. В церквях тоже туалеты с холодной водой, а контрацептивы продаются, потому что капитализм и их можно довезти на машине в любую точку страны, не так уж и сложно.




Да, вы правы!




Тут точно тоже не скажу, но отсрочки были и лазейки всякие. Пусть тут будут легкие авторские допущения - может, герои насобирали каких бумажек для “особого случая” в связи с профессией и им каждый год продляли отсрочку.




Не знаю :ЬЬЬ
Насчет соседки - ну, наверное окинула героев и мир вокруг взглядом здоровой ненависти (с)))




Да ладно вам, я еще могу понять ассоциации с коробкой, но тут-то что?) Потому что ей нравятся усы?...


Жена! Та самая, про которую дочь Магнуса говорила, что у нее с Шуманом чумовые мутки были :ь




Ну что мне тут сказать, герои - не вы) Думаю, они вообще счастливы, что оба живы-здоровы и вместе и готовы посмеяться как минимум по этому поводу.




На момент инфаркта ему где-то 60.


Ну они не такие уж и молодые неопытные - на момент рождения дочери им 25/26, а в момент, когда они принимают мудрые решения по обоим детям, им, получается, уже где-то 31/32. Но вообще я склонна считать, что описанные события немного замедлили их психологическое развитие и отбросили назад, так что, скажем так, может, они реально психологически немного помоложе.




Это разное! Перед выступлениями его тошнит от волнения, вот это психосоматика и есть. А во время головных болей - именно от боли. Такое случается.
Ну а как провести, трубы проводить к целым районам? Затратненько.
Тогда у большинства так было.
Я не оч понимаю, что вы имеете в виду под куражом, но, положим, может словить, более того, по идее хороший пианист и должен его ловить постоянно во время исполнения, а не только тогда, когда небеса разверзнутся) Просто речь шла о том, что это не какая-то магия была, что он внезапно сыграл хорошо, а готовился, занимался, и сыграл ровно так, как назанимался.


Вы, кстати, не первый читатель, кто мне об этом говорит, хотя я Гарри Поттера только в детстве и читала и смотрела и в целом не особый фанат. Видимо, это или неосознанно, или совпадение. Да, пожалуй, к эпатажу и импульсивности. Или просто разозлился, что все его дергают)





Чего не знаю, того не знаю. Для меня они как два родственника, которые недолюбливают друг друга, но при этом уважают.




Так а откуда ее бы попросили? Многие исполнители “фрилансеры”, и тогда вполне себе женщины гастролировали, выступали. Если оркестровый инструмент - тут, наверное, только сольно, т.к. в оркестры женщин не брали. В большие, по крайней мере. А про незамужних бездетных девиц - ну это в целом звучит немного странно, потому что а почему вообще певицы должны были бы быть незамужними и бездетными, ну если это, конечно, не совсем седая древность. Потом - некоторые партии уже поются только в 30+, многое просто нельзя петь в том возрасте, когда ты (пока) незамужний и бездетный.




Да, он был более закрыт, потому что в этом была задумка - до травмы герои более спокойные и уверенные в себе и в целом нет большого заглядывания к ним в мозг. а потом уже начинается препарирование. Вроде как чтобы форма отражала функцию. Но намеки были - в каких-то его фантазиях или воспоминаниях или снах, или в целом, когда он хуже следил за собой (например, во время усталости или в подпитии).

Анонимный автор
И вам здравствуйте ))


Я о том, что ревность очень часто выдают за пылкую, страстную любовь, хотя по факту самой любви может не быть, а, прежде всего, желание обладать в сочетании с уязвленным самолюбием и/или неуверенности в себе. Тот же Теодор, если бы женился, думаю, к каждому столбу ревновал бы жену.


Потому что не умею я, как доктор Хаус, который утверждал, что "все люди лгут" (с).


Из той же художественной литературы, например. Или в ФРГ даже в то время не было набора классических произведений, обязательно изучаемых на уроках литературы в школе?
Но я подумала еще вот о чем... все время хотела написать об этом да забывала. Хайнц по-прежнему остается несведущим в вопросах женской физиологии, хотя сам регулярно сталкивается с ее провлениями, и в то же время ему, как сейчас говорят, это норм. В то же время я слышала, что даже в более стесненных бытовых условиях женщины и сами скрывали, например, что у них месячные, и мужчины не терпели, чтобы что-либо в доме напоминало о существовании этой части бытия - из серии, чтобы даже случайно не увидеть кровь, прокладки и все такое.


Ну, вон, по поводу детей Хайнцу и, особенно, Биргит давали же кучу непрошеных советов...


Герр Хольбайн, конечно, бодрый дед, и таких часто вообще чуть ли не героями считают, когда муж не бросает больную жену, и с пониманием относятся, когда оставляет. Зато по умолчанию считается обязательным, когда за больным родственником ухаживает именно женщина - жена, дочь, невестка, сестра и т.д.


Наверное, я сужу все-таки с современной точки зрения, когда отношения успевают быстро завять, когда только после свадьбы проявляется истинное лицо партнера, когда играли свадьбу в кредит, чтобы "все, как у людей", "не хуже, чем у других", а спустя полгода или год молодые супруги разбегаются, или то самое выражение, ставшее уже нарицательным, что "муж ушел за хлебом".


Мне доводилось слышать - правда, не про XX в. - что участие мужчин в воспитании совсем маленьких детей, которых еще рано было обучать ремеслу, сводилось к тому, чтобы рассказать какую-нибудь сказку или поучительную историю. А вот всякие пеленки, горшки, укачивания и т.п. были заботой исключительно женщин. Более того, даже про XX в. слышала - правда, не касательно детей уже - что, например, рекламу туалетной бумаги печатали исключительно в женских журналах: и потому, что именно на жене-домохозяйке в то время лежала обязанность закупать для дома необходимые предметы; и потому, что подобная тема считалась слишком низкой для изысканного мужского внимания в мужском мире.


А существовали ли эти законы, например, в 1920е - или, вернее, соблюдались ли, когда в Веймарской республике была просто аховая экономическая ситуация? Потому что в фильме "Вавилон-Берлин" муж сестры главной героини именно что не работал, а изображал из себя диванного (или постельного?) царька, расхаживал по дому в труселях, делал жене одного за другим детей, а по вечерам захаживал в бар. И всем почему-то было норм, что большую и постоянно растущую семью тянула на себе одна Шарлотта.

Мне просто снова вспомнился сериал "Вавилон-Берлин" - а там еще 1920е были. И, как я поняла, хотя типаж, как у семьи Шарлотты, был распространен в то время, все же это была бедная, неблагополучная семья. Из вашей книги к данному типажу, наверное, ближе всех родительская семья Теодора. Поэтому меня и удивило, что в квартире Хайнца не было отопления и горячей воды, ведь, казалось, он намного более обеспеченный, чем Теодор был в юности, и квартира у него должна находиться хоть не в элитном, но в благополучном районе.


Я о самом факте, что в церкви имелся туалет. Для сравнения - в православных церквях туалеты обычно не делают, и даже на прихрамовой территории туалет не вдруг найдешь. Например, туалет может иметься в здании воскресной школы, но туда кто попало в течение дня не ходит.


Потому что есть такой стереотип про кошек, что якобы они блудливые. Хотя конкретно кошкам по мозгам так бьют гормоны, потому что сам процесс для них ни разу не приятный. А вот что правда - что кошки очень заботливые матери для своих котят.


Под куражом я понимаю здесь эмоциональный порыв, возникший под влиянием музыки - сродни той самой витальности и приводящий в ажитацию, чтобы быстрее и проникновеннее играть. Не знаю, насколько уместно будет сравнение, но на рок-концертах особенно можно увидеть, когда музыканты в такт музыке трясут головами под гитару или особенно усердно под инструмент nickel harp - не знаю, как это перевести (смычковый инструмент, но носится как гитара, на ремне через плечо; музыкант одной рукой держится за гриф, а другой бодро наяривает смычком по струнам). И, собственно, это часто сочетается с импровизацией, но я не берусь судить, что здесь является причиной, а что следствием.


По нынешним меркам уже не молодой, конечно, но и не прям уж старый - скорее, только приближение к старости (как раньше воспринимали 30 лет). А вот по тем временам, да, уже совсем старость, тем более что и здоровье Шульмана подорвано концлагерем.


Вот для меня такое сложно представить на практике, а вот с вариантом "любят, но не уважают", наверное, сталкивалась. И потом, мне показалось, что если бы Биргит не доверяла Шульману, чувствовала бы от него неприязнь в свой адрес, посыл, что она недостаточно хороша для Хайнца или плохо на него влияет, то не пошла бы к Шульману плакать, не просила бы отвезти ее к врачу.


Вот, в оркестры не брали. А почему не брали? Только потому, что вдруг женщина родит ребенка, уйдет в декрет, и ей срочно придется искать замену? Или по какой еще причине? Так-то мне запомнилось, что в студенческом оркестре консерватории было разделение из серии "мальчики налево, девочки направо", и что это Штайнбах считал, что женщинам в музыке не место. В оркестрах я раньше не обращала внимание на такие вещи, а вот у хора, когда смотрела в записи - да.


Да, слышала о таком, что голос устанавливается далеко не сразу и со временем имеет тенденцию к понижению. Что чтобы не сорвать голос, рекомендуют беречься - не брать слишком сложные партии, расширять диапазон и т.д., чем подчас грешили певицы на рубеже XIX - XX вв. и в результате теряли голос. У мужчин, как я слышала, с этим еще сложнее и непредсказуемее, т.к. в юности голос ломается, и мальчик, хорошо певший когда-то дискантом, не факт, что в принципе будет петь хоть каким голосом в зрелости, что рекомендуется сделать перерыв - но насколько большой? Ведь вместе с Биргит в студенческой опере наверняка мужские партии пели такие же студенты, а не приглашенные артисты на подработках. Ну, и про Робертино Лоретти вроде как заезженная история, что он сорвал себе голос, потому что импресарио его совсем не берег, а заставлял постоянно делать записи, давать концерты и т.д.


Я помню, что Хайнц был старше Биргит и даже старше большинства однокурсников, но как-то представлялось, что им меньше лет. Наверное, тут все вместе повлияло: и упоминания беременных студенток, участвовавших в протестах и залеплявших пощечину всяким нехорошим политикам, и в большей степени, наверное, рассказы-стереотипы о советском студенчестве, когда было в порядке вещей, когда к защите диплома многие студентки подходили уже глубоко беременные, а то с ребенком на руках, и первого ребенка в принципе рожали в возрасте 19-21 года, т.е. в возрасте Лили Поттер.


Ну, в подпитии в принципе мало кто следит за собой, потому что большинство тормозов и фильтров в мозгу отключается, и вообще "что в уме, то и на языке", и хорошо если только на языке, а ведь и одним только языком можно столько всего наворотить...

Еще по поводу возраста героев.
Я помню, что Биргит был 21 год, когда она вышла замуж за Хайнца - это особо отмечалось, что уже 21 год, т.е. полное совершеннолетие, а потому не нужно согласие родителей, опекунов, руководства университета и кого-то там еще.
Но, как мне показалось, события неслись так быстро, что Биргит на момент рождения Мии было 23-24 года, а Кая она родила спустя всего год или полтора после Мии. Вот вроде уже не студенты, вполне взрослые люди, а вообще нет ощущения, что уже к 30 годам подобрались.
Шульман же напротив, казался старше - почти ровесником века. И если он еще до войны столкнулся с серьезными проблемами и был объявлен "врагом народа", что был вынужден уехать из страны, то, думаю, не вчерашним студентом был и в принципе не студентом. И, допустим, понятно, что Шульмана спустя столько лет уже никто не стал бы искать и ловить, тем более, на западе. Но вот не было ли потом проблем у Татьяны? Ведь если она узнала Шульмана, то мог узнать и кто-то еще, а тогда, как я слышала, даже в страны ОВД по одному не выпускали - только вместе с группой.

P.S. И в чем был смысл появления сестры Аннеты после того, как Хайнц пропал? Почитать нотации? Позлорадствовать? Дать понять, что отныне Биргит должна сама справляться с навалившимися на нее проблемами, и на помощь церкви можно не рассчитывать? Хотя, помнится, Биргит тогда была в настолько замороженном состоянии, что существовала как-то механически. И, кто знает, если бы сестра Аннета надавила еще сильнее, то, может быть, Биргит и вовсе ушла бы в монастырь "замаливать грехи".

Спасибо за продолжение ))
В этот раз без цитат, наверное, потому что, чтобы разложить по полочкам все сказанное в этой главе, моего ума точно не хватит, а, может, и не надо раскладывать.
Ощущение от главы в целом - как своего рода катарсис. На фоне повседневных забот герои как будто впервые разговаривают друг с другом откровенно и, зная друг друга давно, однако, заново друг друга открывают, просят прощение и прощают, отпускают прошлое и просто живут настоящим.
Шульман когда-то взял на себя заботу о маленьком Михе, был терпелив с ним и именно с помощью музыки нашел к нему мостик, раскрыл его (а Миха, оказывается, с детства любил дирижировать :D), но именно Хайнц как будто по-настоящему заменил Шульману сына. У Шульмана было много учеников, но именно с Хайнцем сформировалась особая привязанность. Шульман принимает Хайнца всего, таким, какой он есть - теперь Шульман тоже этому научился - вместе с его женой и детьми, с удовольствием проводит с ними время, находит добрые слова для Биргит. Хайнц же как можно чаще навещает учителя, и у него не возникает мыслей "а вдруг я не вовремя?", "а вдруг мне не будут рады?" и т.д. - впрочем, между ними на протяжении многих лет отношения складывались, пожалуй, таким образом, что у Хайнца даже мыслей подобных возникнуть не могло.
И еще что хочу отметить, что для Хайнца это не просто долг - навестить старого больного учителя, не неприятная повинность, которую необходимо исполнить ("уважить старика надо, чтобы совесть успокоить и галочку поставить") - для него это идущая из сердца потребность. И эта сердечная привязанность к Шульману сформировалась со временем и у Биргит, и, особенно, у Мии, для которой Шульман - добрый и интересный дедушка, а что он ей не родной, она даже не задумывается. Нет напряжения, нет вот этой необходимости терпеть, "потому что так сказал муж и отец". Не знаю, как описать атмосферу в этой расширенной семье... радость в моем понимании все же слишком бодрое чувство, скорее, "радостное спокойствие", "светлое спокойствие", "Phos hilaron" (досл. "Свет радостный"), что на православной службе переводят как "Свете тихий".
Девочка Мия рассуждает по детски-наивно, но как будто ей лет 6-7 уже, и, что не менее важно, у нее уже сформирована эмпатия, чуткость - то умение чувствовать, что развивается очень медленно и не всегда даже во взрослом возрасте раскрывается.

P.S. "Все начинается с Моцарта и заканчивается Моцартом" - как будто в этой фразе скрыт особый смысл, но чтобы его понять, нужно знать культурный контекст. А у Хайнца, оказывается, баритон %)

P.P.S. У двоюродного брата дети - все мальчики - начали более-менее внятно говорить уже после 3, ближе 4 годам, так что у маленького Кая все еще впереди. И, кстати, может, он оказался таким крупным еще и потому, что родился и рос в условиях намного лучше по сравнению с теми, в которых родилась и первые годы жизни росла Мия, и, тем более, сами Хайнц с Биргит? Снова вспоминается ГП, где Гарри в 11 лет для своего возраста был низкого роста, маленьким и щуплым, но в 15 лет неожиданно вытянулся, т.к. после хорошего питания в Хогвартсе и у Уизлей гены взяли свое (а Джеймс даже подростком был высоким).