Оружейник Хаоса (гет)

Я открыл глаза. Стоп. Я. Открыл. Глаза. Да не может этого быть! Не может быть, потому что не может быть никогда. Или это — ад, в который я попал за все мои прегрешения?

— Не совсем ад, но и не сказать, чтобы ты сильно ошибся. — С некоторым трудом поворачиваю голову, и понимаю, что лежу… на чем-то. А рядом со мной стоит крылатая тень с косой в руках.

— Ты — Смерть? — в моей голове раздается тихий смех.

— Что ты! Я — не смерть, я еще только учусь. — Мир повернулся вокруг меня, и я вдруг понял, что это она — лежит, а я вишу вниз головой. Еще оборот. И теперь уже я стою, пошатываясь, и прислоняясь к стене, а она сидит у моих ног. Еще оборот. И еще… — Как видишь, я пока что даже собственный домен как следует не контролирую, где уж на что-то более серьезное замахиваться. Давай руку.

Я был настолько ошеломлен всем произошедшим, что без вопросов протянул руку и коснулся тени. «Коснулся тени»? Как-то странно это звучит… хотя, то, что я могу думать и чего-то там касаться после того, как слетел с двадцатиметровой башни и был размазан огромным булыжником, само по себе настолько странно, что по сравнению с этим все остальное — сущие мелочи.

Мир скользнул вокруг, изменяясь в своем движении. Приступ мгновенной тошноты, как при использовании порт-ключа, чуть было не заставил меня расстаться с тем, чем мы с Дамблдором поужинали, прежде чем спуститься к пещере с поддельным хоркруксом. А когда я смог взять себя в руки, то понял, что нахожусь в огромной библиотеке. Зеленые лампы уютным светом освещали письменные столы. А по сторонам и вверх уходили бесконечные шкафы с бесчисленными книгами. Гермионе бы тут понравилось.

Гермионе… Я сел и схватился за голову. Она… она погибла. Убита этой тварью… Ненавижу! Увы, в первую очередь ненавидеть я должен себя. Ведь это была моя идея — устроить дозор по школе. «Проследить за Малфоем и Снейпом». Может быть, останься она в спальне девочек — она бы выжила?

— Что с тобой? — Тень, как я и подумал, оказалась недалеко.

— Я… вспомнил о подруге. Она… она, наверное, погибла. По крайней мере Белла так сказала…

— Держись, — ответила мне Тень. — Надежда — это путеводный свет, которые дарует нам Владыка изменчивых ветров, — после этого она прошептала еще несколько слов себе под нос. Или… Нет, наверное, все же мне почудилось. Ведь не могла же она сказать «лживый дар Коварного бога»?

— Надежда? — горько усмехнулся я. — Какая может быть надежда? Белла — не тот человек, который станет хвастаться тем, чего не сделала.

— Какая надежда? — повторила мои слова Тень. — К примеру, ты — мертв. Однако задачу «встретиться и поговорить с тобой» я не назвала бы не только «невозможной», но и даже «сколько-нибудь сложной».

— Значит… значит, я смогу еще встретиться с ней? А как же другие… Рон? Невилл? Джинни?

— Все зависит от тебя. — В тени не видно лица, но я почему-то знаю, что Тень усмехнулась. — Но сначала — смотри!

Шкафы раздвинулись, и передо мной загорелся огромный экран. И на нем я увидел…

Малфой выходит из Исчезательного шкафа, стоящего в Выручай-комнате. Следом за ним выходит Белла. Потом — Антонин Долохов. Потом… Пожиратели все прибывают и прибывают.

Вот Малфой резко открывает двери Выручай-комнаты, и бросает вверх какой-то черный порошок. Чернильная тьма застилает коридор, но я почему-то продолжаю видеть происходящее. И вижу, хотя и не хочу этого, как Рон отступает за угол, и только там начинает «пытаться» развеять тьму, старательно изображая неспособность наколдовать простейший «Люмос». Вижу, как Джинни бросается в бой. Девочка вслепую рассыпает «Ступефаи», ухитряется даже задеть кого-то из Пожирателей, но лишается палочки, и ее, несмотря на визг и сопротивление, уволакивает в Исчезательный шкаф незнакомый Пожиратель. На крик Джинни вперед бросается Невилл… но падает, сраженный Авадой.

Я смотрел, и, казалось, что экран все больше и больше вбирает меня в себя, как будто я снова нырнул в Омут памяти. Я уже не совсем различал где я: в мире посмертия, вместе с крылатой Тенью, или в коридоре Хогвартса, где под прикрытием облака Тьмы ("Перуанский порошок мгновенной Тьмы" — шепчет голос в моей голове) идут Пожиратели.

Я схватился за голову. Ведь это я виноват во всем этом. Ну как я мог подумать, что те потешные салочки, которые Пожиратели устроили в Отделе Тайн — это все, на что они способны?!

Пожиратели разделяются, проходя мимо замершего Рона. Вот часть из них, выйдя из-под прикрытия мгновенной тьмы, столкнулась с бойцами Ордена Феникса, среди которых я с ужасом увидел и Гермиону. К сожалению, я вижу и то, что Пожирателей просто намного больше, и они продолжают прибывать. Бой получился яростный, но недолгий. Орден Феникса оттеснили. При этом Гермиона осталась лежать на камнях, сраженная заклятьем… кажется это был Эйвери. Ну да… Белла же не сказала, что «я убила грязнокровку», а «с ней разобрались»…

Малфой кинулся наверх, чтобы принять участие в уже известных мне событиях. Белла же, опустилась на колено рядом с Гермионой. Она подняла голову девочки за волосы, вгляделась в остекленевшие глаза… А потом уронила ее и огляделась. Возле ворот, до сих пор удерживаемых Орденом Феникса — кипела схватка. И, кажется, расклад сил там был не в пользу Пожирателей. К Ордену прибыло подкрепление, и все больше и больше фигур в черных мантиях валились на камни школьного двора.

Белла выругалась, подхватила юбку и рванулась по лестнице вслед за Малфоем… И вскоре после этого Астрономическая башня взорвалась. Крохотными точками на фоне падающего шпиля пролетели несколько тел, среди которых я заметил и свое. Летучей мышью упорхнул Снейп. Этот предатель и тут сумел выкрутиться. Даже и не знал, что он способен летать без метлы! И как только ему взрывом ничего не повредило?! Ну, хотя бы Белла своего «подвига» точно не пережила: я увидел как нас вместе накрыло обломком падающего шпиля.

После взрыва Пожиратели принялись стремительно отступать тем же путем, которым и пришли. И вскоре школа вновь оказалась под контролем Ордена Феникса… Вот только убитых уже было не вернуть.

Видения продолжались. И Орден Феникса, и Пожиратели Смерти в бою за Хогвартс понесли большие потери. Вот только Пожиратели, в отличие от Ордена, сохранили лидера и командную структуру, так что набирать пополнение им было намного легче. К тому же, с уходом Снейпа Орден потерял своего главного и единственного шпиона в стане врага, тогда как среди фениксовцев нашлось несколько предателей, включая уже знакомого мне Флетчера. Глядя, как мелкий человечишка извивается перед Люциусом Малфоем, мне хотелось вскочить в экран и пришибить его, но… к сожалению, это все уже произошло.

Министерство пало, и над страной навис режим Волдеморта. Статус крови как основная характеристика человека. Жестокие наказания, применяемые ко всем неугодным. Пытки и изнасилования. Убийства и Поцелуи дементора… За членами Ордена Феникса охотились… но почему-то не слишком старательно. Видимо, остатки организации Дамблдора посчитали не опасными, но сторонники Света продолжали борьбу, собирая вокруг себя отчаявшихся и ненавидящих. Постепенно страна раскалывалась все больше и больше. Вознесенные новой властью гонялись за «нежелательными лицами» и погибали от рук мстителей. Магглам, признаться, доставалось от обеих сторон: даже воины Света в своей праведной мести редко обращали внимание на то, сколько простых людей погибнет в их схватках с Пожирателями.

А потом была решающая битва. Пожирателей было больше. Они были сильнее. Они знали все планы противника… Но ярость людей, доведенных до отчаяния правлением Волдеморта компенсировала любые преимущества. Я увидел, как один за другим падают Пожиратели. Как Молли, мирная домохозяйка Молли, отправляет на тот свет одного за другим троих… и падает, сраженная заклятьем Джинни. Девочка идет по полю боя, рассыпая боевые проклятья, и ее пустые глаза намекают на то, что она под Империо. Вот падает Фред, так и не сумевший поднять палочку на сестру. Вот и Джордж отправляется вслед за братом. Конец неумолимому продвижению положил Рон, и Сектумсемпра прервала путь младшей из Уизли.

Яростная битва, в которой не просили и не давали пощады, кипела практически всю ночь и весь день. Драконы и кентавры, тритоны и великаны… и даже домовые эльфы Хогвартса, не говоря уже о людях, оборотнях и вампирах — все бросались друг на друга в жестокой, неутолимой ненависти. Кровь лилась рекой. И вот, когда казалось, что дела защитников Света уже совсем плохи, на поле появился Дамблдор. Как же так? Ведь я сам видел, как ему снесло голову? Но… Директор поднял палочку, и нестерпимое сияние залило весь экран. Я отвернулся, чтобы проморгаться от висящих перед глазами разноцветных пятен.

— В тот день Свет одержал решительную победу. Одним заклятьем бывший директор Хогвартса уничтожил всех, в ком было хотя бы пятно Тьмы. Во всем мире, — прозвучал в моей голове голос Тени.

— Свет победил? Так это же хорошо? — почему-то у меня получился вопрос.

— Хорошо, — согласилась Тень со странным сарказмом… и я вновь смог видеть, теперь уже не через непроглядную Тьму, а через сияющий, слепящий Свет.

Я увидел, как клинки нестерпимого сияния пробивают Люпина. Как корчится, сгорая, Тонкс, как исчезает их сын… Домовики, служившие в домах, принадлежавших Пожирателям, люди, казалось бы, вовсе не затронутые войной, в том числе — и живущие на другой стороне планеты… Череда сплошных смертей заставила меня схватиться за голову. Как же так? За что?!

— «Вот тень от моей шпаги. Но бывают тени от деревьев и от живых существ. Не хочешь ли ты ободрать весь земной шар, снеся с него прочь все деревья и все живое из-за твоей фантазии наслаждаться голым светом?» — процитировала кого-то Тень. — Но и это еще не все, — после небольшой паузы снова зазвучал ее голос.

Очищенный от всей Тьмы мир недолго купался в свете. Звезды замерцали, смещаясь со своих мест и формируя образ чудовищного Меча. Ненадолго. Очень ненадолго ужасный клинок завис над планетой, а потом рухнул вниз.

— Что это?! — в ужасе спросил я, глядя на «лакуну», участок истинного небытия в ткани пространства.

— Это — «Звездный». Меч равновесия. Он уничтожает миры, в которых равновесие потеряно, чтобы эта зараза не распространялась на другие миры.

— Ты говорила, что есть еще надежда? — удивился я. Какая «надежда» может быть после такого?

— Есть, — усмехнулась Тень. — Я могу вернуть тебя вспять по реке Времени. Ты снова окажешься собой-двенадцатилетним, но будешь смутно помнить все, что сейчас видел…

— Двенадцатилетним? То есть… — казалось, что больше удивляться уже нельзя… но именно что казалось.

— Да. Ты снова окажешься в вагоне Хогвартс-экспресса, везущего тебя на встречу с василиском.

— Но ведь, зная, что это — Джинни, я смогу отобрать у нее дневник, и никакой «встречи с василиском» не будет? — спросил я.

— Увы, — ответила Тень. — Совсем чисто перенести тебя я не смогу. Что-то да изменится. И дневник окажется в других руках. Но вот в чьих — я предсказать не могу.

— Но… что же сможет сделать двенадцатилетний мальчишка перед лицом такой катастрофы? — уныло спросил я.

— Кое-что сможешь. Я… Увы, я не могу пойти с тобой. Не могу сама убить тех, кого надо убить, чтобы предотвратить то, что ты видел. Но зато я смогу научить тебя кое-чему…

— Чему же? — я поднял голову, надеясь, что то, чему сможет меня научить Тень, будет достаточно могущественным заклятьем, чтобы повернуть ход событий.

— Прикоснись ко мне левой рукой и произнеси… — десяток слов, произнесенных тенью, впечатался в мое сознание. Повторить их было несложно, благо, на трансфигурации и не такую муть приходилось заучивать. И я повторил.

Волна странного удовольствия прокатилась по всему моему телу. Мне захотелось кричать от невозможной радости. А в левой руке, которой я только что касался Тени, оказался изящный длинный кинжал с загнутой вперед крестовиной.

— Не кинжал. Дага. — поправил меня голос в голове. — Но форма не важна. Важно то, что такое оружие очень трудно остановить. По крайней мере, в твоем мире способных на это заклятий просто нет. И повреждения, которые ты им нанесешь, ударят не столько по телу, сколько по душе.

— Я… — я на мгновение запнулся. — Ты научишь меня драться и убивать?

— Нет, — жестко ответила Тень.

— Нет? — удивился я.

— А откуда я знаю, каким оружием станет твоя Пара?

— Пара?

— Именно, — согласилась Тень, возвращаясь в свой изначальный образ. — Там, куда ты вернешься, ты должен найти девочку, которая согласится и сможет стать твоей Парой, и теми словами, которые ты, надеюсь, запомнил, ты предложишь ей Договор Оружейника. И только вдвоем вы сможете прийти ко мне, и тогда я смогу обучать вас дальше. А до тех пор неподходящие навыки работы с ненужным тебе оружием могут даже помешать.

— Пара… наверное это — Джинни! — обрадовался я.

— Может быть — да, а может и нет. Ищи. Пробуй.

— Но… как нам вернуться сюда? И… как тебя зовут? — растерянно спросил я, поняв, что за все это время я так и не удосужился поинтересоваться именем собеседницы, так и называя ее Тенью.

— На самом деле это практически один вопрос. Чтобы вернуться сюда, скажи: «Именем Черного камня Иного мира зову леди Аметист». — Тень присела в кокетливом книксене. — «Аметист», как ты, надеюсь, догадался — это я.