Оружейник Хаоса (гет)

И опять у нас не получилось. Нет, всех врагов в этих многократнопроклятых мордредовых руинах мы все-таки вынесли… Но вот полученные раны доканали меня прежде, чем девочки дотащили мою безвольную тушку до выхода. Незачет.

Я со вздохом сел на выгоревшей траве. Забеги в эти руины уже стали какой-то на редкость банальной частью моей жизни. Включая и подлые ловушки с «безоружными» и «беспомощными» детьми. Впрочем, всю подлость этой ловушки мы с девочками прочувствовали в тот момент, когда очередной встретившийся в лабиринте ребенок (по виду — ученик младшей школы), действительно оказался беспомощным и безоружным. По крайней мере, никакого оружия на теле мы так и не нашли, хотя искали очень старательно. Собственно, это и было причиной того, что ту попытку мы провалили прямо-таки феерически. А точнее — мы все втроем ударились в такую истерику, что следующей волне атакующих не составило труда перебить всех нас. А потом леди Аметист мучала меня видениями того, чем могло бы стать эта «тупая истерика», как она выразилась, для девочек, если бы Мастеру не пришло в голову выставить максимально для него возможный уровень гуманизма атакующих, выразившийся в том, что нас убивали одним ударом каждого. Не знаю, о чем леди говорила с Луной и Гермионой, но в следующий раз проверять, было или нет оружие у очередного «случайно попавшего в лабиринт» человека — я не стал. И девочкам не позволил, удержав их в руках как оружие.

— Это ведь и было главной целью этих «тренировок»? — произнес я, обращаясь к пышущим нестерпимым жаром небесам*.

/*Прим. автора: на самом деле где-то +25°С, но для британца из Британии в начале июня…*/

— Ты это о чем, Гарри? — ответила мне тень, поднимающаяся с раскаленных солнцем камней.

— Вы с Учителем стараетесь исказить меня, Гермиону и Луну так, чтобы мы и в реальном мире также убили человека, который, может быть, просто оказался в плохое время в плохом месте, и прошли мимо, не оглядываясь?

— Не «главной», — хоть леди Аметист и отрицательно покачала головой, но я обратил внимание, что отрицать наличие такого пункта в списке целей она не стала. — Главную цель Вам еще предстоит понять. И когда поймете — Вы легко выполните это задание.

Я вздохнул. Понять демонессу временами было очень трудно.

А проснулись мы в разгаре подготовки к экзаменам. Гермиона еще рассказывала мне, как удивлялись ее соседки по комнате тому, что она не вскакивает с утра пораньше, в надежде еще что-нибудь повторить, а спит почти до самого завтрака.

— Испортили мы Гермиону, — улыбнулся я Луне, высунувшейся из спальни девочек первого курса.

— Искажение — Хаоса суть! — важно ответила она, и, не выдержав «серьезного» тона, прыснула. — Игры со злыми серебряными попрыгайчиками так утомительны…

Луна не удержалась от зевка, спровоцировав заодно и Гермиону. В легких «домашних» мантиях девочки смотрелись так мило, что я с трудом удержался от порыва затискать их прямо тут, в гостиной, где уже собралось довольно много учеников. Впрочем, для Луны эта толпа была практически пустым местом, так что и сдерживать себя она не стала.

— Ты что делаешь? — возмутилась Гермиона.

— Показываю Гарри, как тебя надо тискать, — невозмутимо ответила та, даже не думая останавливаться. — А то он тоже хочет, но почему-то стесняется. Наверное, не знает, как это правильно делать… вот я ему и показываю!

Порозовевшая Гермиона выглядела так, что я действительно чуть было не присоединился к Луне. Поняв это, Гермиона вывернулась из рук подруги и что-то зашептала ей на ухо. Теперь легкая краска разлилась уже по лицу Луны. Признаться, до этого дня я в принципе не верил, что такое возможно. Меня охватили нехорошие предчувствия, но тут Гермиона успокаивающе покачала головой.

— Мы с Луной идем переодеваться к завтраку, — улыбнулась она, — Надеюсь, мистер Гарольд… — под настроение она использовала именно такую, предельно вычурную форму моего имени… а когда злилась — называла меня «Генри», — Вы не заставите двух девушек себя дожидаться?

Несколько нервно помотав головой, я кинулся переодеваться в школьную форму. Ведь экзамен начнется сразу после завтрака.

Мы, второй курс, сегодня сдавали Астрономию. Небесное движение Сатурна и его влияние на зелья, чары и трансфигурацию — попадались мне и в прошлой жизни, так что единственной проблемой для меня оказалось дождаться, пока Посвященная Гермеса (отличное имя для адепта Владыки Изменчивых ветров), расскажет о том, как перемещается по небесам Священной Терры отражение ее покровителя. А уж рассказать ей ой как было что. Аврора… то есть, профессор Синистра явно утомилась ее слушать, и с некоторым трудом, но все-таки сумела перекрыть поток знаний, объяснив, что на «Превосходно» Гермиона уже рассказала, так что больше, в общем-то, стараться незачем. Гермиона немного обиженно замолчала. В принципе, до нее уже пытались донести эту концепцию… но почему-то я сильно сомневаюсь в том, что профессор Синистра преуспела там, где уже отступились такие монстры, как профессор Макгонагалл, и даже профессор Снейп.

А вот Луне пришлось хуже. Первый курс сдавал трансфигурацию.Луна вышла от профессора Макгонагалл с каким-то совершенно для нее не характерным потерянным видом.

— Как? — встревоженно поинтересовалась Гермиона у нашей подруги.

— Удовлетворительно, — ответила Луна, не поднимая головы.

Постепенно, под градом уточняющих и наводящих вопросов, Луна рассказала нам историю, от которой я схватился за голову.

На экзамене Луне досталось одно из тех заклинаний, которые ученики обычно крайне не любят за полную их практическую бесполезность. Вот где на практике может пригодиться умение окрасить алхимически чистую воду в разные цвета, если даже следовое символическое присутствие в воде соли или же железа — делает ее недоступной к такого рода трансфигурации?

Я понял смысл подобных упражнений только тогда, когда сам стал преподавать для Армии Дамблдора. Объяснить даже пятикурсникам, не говоря уже о младших, как выполняется «Ступефай» — у меня не получалось. В отчаянии от своих попыток пробить головой эту стену непонимания, я попытался разбить объяснение на простейшие болки, которые можно было бы отрабатывать по отдельности… и с легким удивлением, плавно переходящим в тяжелый мозговой ступор, осознал, что эти блоки являются основной частью уже изученных и отработанных нами на младших курсах заклинаний. Осталось только их свести вместе в правильной последовательности. После этого дело пошло на лад. И объяснения вида «а теперь двигаешь палочкой так, как будто хочешь заставить танцевать ананас» оказались намного более понятными, чем попытки в словах описать траекторию движения руки и палочки.

Вот и заклинания перекраски воды позволяли отработать формулы окраски, присутствующие потом во многих заклинаниях трансфигурации. При этом отсутствие дополнений, направленных на преодоление сопротивления материала, делало заклинания удобнейшим дидактическим материалом, так и лишало их какой бы то ни было практической применимости.

И вот Макгонагалл, желая проверить, насколько дети внимательно ее слушали, подсунула некоторым вместо «алхимически чистой воды», воду, в которую капнула собственной крови, внося туда сразу и соль, и железо. Правильным ответом на практический вопрос в таком случае становилось «я не могу произвести требуемое преобразование, поскольку исходный материал не соответствует требованиям». Это гарантировало хорошую отметку, даже если после замены воды заклинание оказывалось произнесено с ошибками. А вот попытки окрасить такую воду, мало того, что не давали результата, так еще и гарантировали как минимум «Слабо», даже при хороших остальных ответах.

И вот Луна, получив от Макгонагалл «заряженную» воду, взмахнула палочкой. Декан Гриффиндора прикрыла глаза ладонью, обдумывая, какие дополнительные вопросы можно задать ученице своего Дома, чтобы вытащить ее хотя бы на «Удовлетворительно». Однако, убрав ладонь от глаз, она с удивлением обнаружила, что вода приобрела требуемый в условиях задания лазурный оттенок. Со вздохом, она поставила-таки то самое «Удовлетворительно», которое уже приготовилась было натягивать, и потребовала, чтобы Луна немедленно отправлялась в больничное крыло, к мадам Помфри.

— Вот зачем мне идти к мадам Помфри? — недоумевала Луна. Насколько я понял, причиной ее плохого настроения являлось именно это, а не сниженная оценка за совершение невозможного. — Я же хорошо себя чувствую!

— Вот это-то и странно, — протянул я.

В принципе, такой трюк можно было произвести… наверное. Просто тупо продавив Силой сопротивление крови. Но после такого одиннадцатилетняя девочка должна была упасть, где стояла. Луна же довольно весело прыгала, хотя и с грустным от неминуемой встречи с колдомедиком, лицом, и бледнеть, падать и терять сознание явно не собиралась.

— Как ты это сделала? — удивился я.

— Очень просто, — растеряно улыбнулась Луна, явно не понимая, как такой простой трюк никому не пришел в голову. — Там же в колбе была вода и кровь. Я изменила воду, а кровь — не затронула!

Я представил себе сложность процесса, и схватился за голову…