Оружейник Хаоса (гет)

Во сне я стоял на широкой равнине. Сабля и кистень в моих руках неторопливо покачивались, контролируя окружающее, в готовности немедленно нанести удар любой угрозе. Позади меня, насколько хватало взгляда, простиралась цветущая равнина. Весенняя степь, покрытая ковром изумрудно-зеленой травы, расцвеченным пестрыми узорами цветов. Впереди же, за текущей под обрывом медленной равнинной рекой, простиралась настоящая зона бедствия. Серый пепел простирался, насколько только хватало взгляда, и волнами пробегали непонятные искажения.

— Ведьмина плешь! — ахнула у меня за спиной Трикси.

— Ага, — согласился я.

— Но… такая огромная! Ни разу даже не слышала о таком чудовище, — я не стал оглядываться, но закинутая на плечо Луна транслировала мне картину того, как бесстрашная Трикси отступила на шаг назад.

— Карантинный феномен, — пояснил я, любуясь переливами истонченной присутствием потусторонней твари преграды, отделяющий мир живых от Эмпириев.

— Это как? — удивилась Трикси.

— В нашем мире таких не встречается, — начал я воспроизводить лекцию, услышанную от леди Аметист. — Но тут варп слишком близок к поверхности. Так что властям приходится держать на службе целые отряды черных магов — чистильщиков. А когда они не справляются, приходится принимать решение, что попытки справиться с тварью из-за Грани обойдутся слишком дорого. Тогда объявляют Карантин. Доступ к твари запрещают, чтобы не подкармливать ее. Вот это и называют Карантинный феномен.

— Ох, распронихрена ж себе, — высказалась Трикси. — И мы должны вот это — пересечь?

— Ага, — кивнул я. — Тренировка такая. Проблема тут даже не в том, чтобы пройти: даст Логрус, минуем без проблем. Главное — провести тебя. Ты все еще не хочешь превратиться в кошку? Так будет проще.

Я улыбнулся, вспоминая Изменчивый путь. Формально считается, что Огненный путь, воплощение Порядка присутствует в реальности не только в двух экземплярах, но еще и нескольких десятках отражений, так или иначе являющихся его истинными копиями. А вот воплощение Хаоса, Логрус, Изменчивый путь — единичен… На самом же Логрус присутствует в отражении глаз любого, кто проходил его. Так что, чтобы ступить на Изменчивый путь — нет необходимости совершать опасное путешествие ко Дворам Хаоса и договариваться тем или иным способом с теми, кто там обитает. Достаточно поймать взгляд одного из адептов Хаоса… и вот уже Черная дорога разворачивается под ногами как так и надо. С молниями Логруса и прочими появлениями вещей из ниоткуда и исчезновениями в никуда — пока было хуже, но мы с девочками работаем над этим.

Трикси недоверчиво и с опаской посмотрела на вырастающую у меня под ногами черную, поблескивающую металлом, траву, а стремительно темнеющие небеса, в которых появилась пока еще бледная и призрачная, но, несомненно — полная Луна, наливающаяся из бледно-белого торжествующим золотом.

Я убрал Гермиону в ножны, а Луну прикрепил к специальному креплению на поясе, и оглянулся на Трикси.

— Превратишься? Так будет легче нам всем.

— Если можно… — Трикси запнулась и задумалась. — Да. Я хотела бы попробовать пройти как человек. Если, разумеется, это не слишком помешает главе Дома.

— Не слишком, — вздохнул я. — Хотя упражнение и будет усложнено. Впрочем, думаю, леди Аметист на это и рассчитывала. Идем. Постарайся идти если не «след в след, то, хотя бы не слишком отклоняясь от моего пути.

— Хорошо, — кивнула Трикси.

И я шагнул вперед. Черная дорога вытянулась вперед, указывая мне направление, и я зашагал по ней. Дойдя до воды, я спокойно пошлепал вперед, спиной ощущая недоверчивый взгляд Трикси. Но вера нововозвращенной Блэк в главу Дома была тверда, и она последовала за мной. Мутная вода обтекала нас со всех сторон, но при этом — не мешала дышать. И мы с Трикси шагали по плотному песчаному дну так, как будто нас окружала не вода, но воздух. Черная дорога поддерживала мою жизнь, а я удерживал на Дороге Трикси. Это было нелегко. Потоки варпа, между которыми я скользил, не обрушивая на себя их мощи, пытались забрать себе жизни той, что я вел по Дороге. Темные тени плясали между восставшими из небытия железными деревьями странной для не покидавшего плотной реальности человека формой. Перспектива в поле зрения искажалась, и представлялась злой насмешкой над постулатами Эвклида. Причинность танцевала вальс со всеми законами сохранения по очереди.

Когда мы вышли из воды на другой стороне, Ведьмина плешь бросилась на нас, пытаясь впитать и поглотить огонек наших жизней, впитать его и вплести в собственное потустороннее существование. Но Черная дорога несла нас, как будто мы продолжали идти по дну реки. Текучая вода намертво отрезала нас от смертоносного порождения Того-что-За-Гранью нерушимой верой множества людей в то, что «нежити не пройти через текучую воду». Триски источала любопытство, но молчала, опасаясь нарушить мою концентрацию.

— Можешь спрашивать, — бросил я ей. — Само твое присутствие отвлекает больше, чем любой разговор.

— Где мы? — обдумав ситуацию, Трикси задала наиболее волновавший ее вопрос.

— На полигоне, — отозвался я. — А вот «где находится полигон» — я не отвечу. Просто не знаю. Наиболее вероятный ответ — «в воображении леди Аметист». Но вполне возможно, что она действительно забросила нас в иной мир. Или же создала копию какого-то участка этого мира в своем домене. Я иногда ломаю голову над этой загадкой. Интересная философская абстракция, в достаточной степени не имеющая реального применения, чтобы о ней было приятно поразмышлять на досуге.

Луна перехватила чересчур агрессивный поток варпа, позволяя Гермионе провести Трикси между тусклыми огоньками. Летучие мыши плясали между тенями деревьев, которых нет здесь, и никогда не будет… или же только «не было»? Призрачная кошка вытянулась в хищном прыжке, и полет одной из летучих мышей закончился в ее пасти. Мы шагали между призрачными ратями рогатых всадников на пегих конях, и они не видели нас, хотя и встревоженно оглядывались, когда их коней задевала Трикси. Призрачные кошки появлялись и исчезали. Они-то точно видели и меня с девочками и Трикси, но не стремились напасть. Может быть — потому, что видели Знак Внимания леди Аметист… а может — просто чувствуя некое родство с нами. В общем, все шло, как и должно было идти.

На другой стороне Ведьмина плешь упиралась в горное ущелье. На скалы потусторонний феномен не поднимался — там нечего было поглощать. Только голый камень. А вот стена, перекрывавшая ущелье… Она сдерживала Плешь… весьма и весьма условно. А точнее — пока сдерживала. Но по стене уже разбегались трещины, а значит — выдержит она очень и очень недолго.

У меня возникла идея. Лезвием Гермионы я порезал себе руку, и, напевая под нос литанию, которой нас научила леди Аметист, пошел по кругу. Конечно, полноценный Черный круг я образовать не сумею. Для этого нужна хотя бы одна жертва, а лучше — полноценное оружейное проклятье, жертв на пять-семь. Но вот на какое-то время Дорогу я тут зафиксирую. Хаос столкнется с нежитью и какое-то время оба будут эффективно нейтрализованы. Когда же круг был закончен, прилетевшее от Гермионы «эпиксеи» закрыло рану. Нежить, чуяла живую кровь и волновалась за пределами Дороги, но бросаться не торопилась. Пространство текло водой, и по-прежнему защищало нас.

Трикси смотрела на мои манипуляции с недоумением, но вопросов, несмотря на мое разрешение — не задавала. Признаться, я порадовался этому. В отличие от «простого» путешествия по Черной дороге, построение Круга, пусть даже и неполноценного, требовало концентрации, и изрядного количества силы, даже учитывая, что последней со мной делились девочки.

С Плеши мы выбрались еще часа через два, перейдя реку, хоть и меньшую, чем та, с которой начиналось наше путешествие, но все равно непреодолимую для потустороннего феномена.

Когда лагерь был установлен, Трикси улеглась и закрыла глаза. В чем-то ситуация иронично повторяла случай с Люпином. Взрослая делала вид, что спит, а мы — делали вид, что верим.

— Как вам младшая сестренка? — спросил я девочек, принявших человеческий облик еще на этапе разбития лагеря.

Гермиона дернулась, но быстро сообразила, что, говоря «младшая», я имею в виду не возраст, а иерархию Дома. Луна же, наш штатный эмпат, безмятежно улыбнулась.

— Мозгошмыги у нее — бронированы, вооружены и особо опасны, — так же тихо, но так, чтобы не остаться не услышанной «спящей» ответила мне Луна. — Такое впечатление, что окклюментные щиты она держит затем, чтобы они наружу не выбрались.

От лежащей у костра Трикси полыхнуло довольством, заметным даже мне, несмотря на то, что сенсорику я развиваю по остаточному принципу, больше надеясь в этом хитром деле на девочек. Кажется, Беллатрикс понравилась такая оценка ее мыслительной деятельности.

— Мне нравится, — решительно сделала вывод Гермиона.

Я переглянулся с девочками, и мы закрыли глаза, чтобы через некоторое время проснуться в Хогвартсе.