Оружейник Хаоса (гет)

Камин — величайшее изобретение человечества! Какое-то там «колесо» и в подметки ему не годится. По крайней мере, тогда, когда хочется уютно устроиться в тепле возле живого огня. Еще одним фактором моего хорошего настроения является то, что с двух сторон ко мне прижимаются девочки. Луна слева и Гермиона справа. Возможно, для ребенка моего возраста это и не должно быть таким уж плюсом… но я-то помню, как мучительно медленно осознавал «для чего нужны девочки», и терять это знание — не собираюсь. Пусть и отчетливо понимаю, что какие бы то ни было радости жизни сверх «посидеть, тесно прижавшись на одном диванчике у камина» будут нам доступны еще не скоро.

Несколько раздражает разве что сверлящий взгляд Джинни. Кажется, рыжик осталась очень недовольна моим сближением с Луной и Гермионой. И ее расстроенное выражение лица немного царапает меня воспоминанием о прошлых отношениях. Да и в видениях того, что, надеюсь, уже никогда не будет нашим будущим, она отчаянно пыталась сражаться… пусть у нее и не очень хорошо получилось. Но, по крайней мере, я постараюсь, чтобы жизнь Джинни оказалась лучше, чем в прошлый раз. Чтобы не было в этой жизни ни одержимости Темным лордом, ни магического истощения на грани смерти при его попытке возродиться, ни плена у Пожирателей Смерти и убийства родных и друзей под империусом… Правда, это означает, что в ее жизни не должно быть Гарри Поттера, поскольку я и есть ходячая неприятность!

— Гарри! — радостный Уизли ворвался в гостиную с улыбкой до ушей.

Кажется, Рон все-таки решил «простить» меня за отсутствие в полете на «Фордике». А то все прошедшее время он активно на меня дулся и старался не разговаривать. Ну, за исключением тех случаев, когда без этого совсем уж нельзя было обойтись. В общем — повторялась ситуация четвертого курса прошлой жизни. Возможно, всего этого и можно было избежать… но, с одной стороны, наказание, наложенное деканом, сильно осложнило общение Рона с товарищами по факультету, в чем он почему-то обвинил меня. А с другой стороны, я тоже не уверен, что так уж спешу прощать лучшего друга за потерю питомца. Да, Питер куда-то пропал в феерическом приземлении Фордика, и до сих пор не нашелся. Так что возможности вытащить крестного из Азкабана у меня пока что не было. Да и перспектива возвращения к Дурслям и новой встречи с тетушкой Мардж — стала угрожающе реальной.

— Гарри, Гермиона! — Рон подчеркнуто игнорировал Луну, чем никак не добавлял желания возобновить отношения. — Давайте сделаем эссе по зельям на послезавтра? Ну, чтобы после не заморачиваться! — Хм… а вот это что-то новое. Интересно: кто ему подсказал такой заход? Вот только боюсь…

— Рон, отстань. Не видишь — мы отдыхаем!

А вот теперь Рон чуть было не шлепнулся на задницу. Потому как сказал это отнюдь не я. От Гермионы такого как-то не ожидали. Но, тем не менее, факт был налицо. Гермиона, благодаря нашей связи, очень хорошо понимала, что я сейчас чувствую, и что сейчас делать то, что можно безболезненно отложить — будет несколько… несвоевременно. Правда, сейчас я уже несколько втянулся. А в первые дни боль изменений, охватывающая меня после ночной тренировки, была столь сильна, что приходилось обращаться к мадам Помфри за обезболивающим. Школьный колдомедик никак не могла понять причины этих болей, поэтому периодически устраивала мне обследования… с нулевым результатом. Хотя она и констатировала рост мышечной массы, а так же гибкости и подвижности суставов и эластичности связок. Но это я знал, что такое происходит из-за того, что тело подстраивается под измененную душу. Я прикрыл глаза, вспоминая первую тренировку у Мастера…

* * *

Леди Аметист с иронией смотрела на нас троих, меня и двух девочек, вернувших себе человеческое обличие. Я же и вовсе стоял оглушенный исходом ритуала.

— Луна, откуда ты вообще тут взялась?! — с некоторым трудом проворачивая скрипящие мозги, сформулировал я.

— Шла за вами, — весело улыбнулась Луна. — Когда ты призвал светогрызов, чтобы открыть себе путь из реальности, мне стало любопытно. И я пошла за тобой. К тому же я ведь тоже слышала твой Зов, помнишь? Гермиона, ты не возражаешь?

— Нет, — покачала головой Гермиона. — С тобой… как-то… правильно.

— Вот и хорошо, — улыбнулась Аметист. — Теперь, когда оружие определено, мы начнем тренировки Оружейника.

— Но, подождите, — удивилась Гермиона. — Ведь «оружейник», — это тот, кто делает оружие, а не тот, кто им пользуется?

— Правильно, — новая улыбка. — И когда Гарри как следует овладеет оружием… — подозреваю, что я покраснел. По крайней мере, щеки начало печь изнутри. Девочки, впрочем, не поняли намека… или успешно сделали вид, что не поняли. — …тогда найдем ему учителя, который покажет, как делать Оружие для его последователей. А пока что…

Аметист хлопнула в ладоши, и картина вокруг нас изменилась. Исчезли огромные башни, подпирающие неземные небеса. Теперь мы стояли на дне огромного оврага, или… даже это было больше похоже на дно пересохшей реки. Впрочем, пересохла она довольно давно. По крайней мере, люди успели построить тут… Не знаю, для чего должны были служить эти руины с круглыми окнами, но они были тут, и это явно было рукотворное сооружение.

Гермиона прислушалась.

— Мы где-то на окраине города? — спросила она. — Машины шумят…

— Мы все еще в моем домене, — улыбнулась Аметист. — Но если ты хочешь узнать, откуда я взяла декорацию… То нет, это не окраина города. Это самый его центр.

Я с некоторым недоумением осмотрел заросли камыша, и пустырь, на котором уже упомянутые руины были единственным признаком цивилизации… С центром города картина ассоциаций не вызывала.

— Мастер, — позвала Аметист. — Я выполнила Ваше условие.

— Хм…

Высокий человек возник рядом с нами. С одной стороны у него на поясе висела сабля, чем-то похожая на Гермиону в форме оружия, а с другой — кистень, правда не такой, как Луна, а более тяжелый, с деревянной рукоятью и массивным шипастым шаром. Он внимательно присмотрелся к нашей троице. Хмыкнул еще раз. Обошел вокруг.

— Парнишка слабоват… но это ничего, поправим. Да и девушек нашел замечательных. Подойдет.

— Для чего я подойду? — заинтересовался я.

— Для того, чтобы я тренировал тебя и твоих подруг, — отозвался мужчина.

— Мастер был великим воином при жизни, и согласился задержаться и не уходить на новое перерождение по моей просьбе, — объяснила Аметист. — Я пообещала ему, что найду учеников, соответствующих его требованиям.

— И они действительно подходят, — усмехнулся Мастер. — Правда, по самой нижней планке, но подходят.

Потом начался ад. Стоило нам лечь спать, как мы возникали в домене Аметист, возле все тех же руин, и Мастер брал нас в оборот. Многочасовые тренировки. Изучение базовых движений и доведение их до бессознательного использования. Девочкам пришлось ничуть не лучше. Мастер заставлял их вновь и вновь то становиться оружием, то вновь обращаться людьми. Если же мне давали уроки, не требующие присутствия Луны и Гермионы — ими занималась Аметист, но чему она их учила, девочки рассказывать наотрез отказались, объяснив, что я это узнаю, когда придет время и не раньше.

А по утрам я старался сдержать вопль боли. И я до сих пор не уверен: то, что со мной происходило… это была нормальная реакция мышц и связок на тренировки, или же все-таки мутация под действием варпа? Потом как для обычных, даже очень интенсивных тренировок, результат был получен как-то очень уж быстро. Я стал сильнее, быстрее, выносливее… но платить за это пришлось болью. К тому же я покинул сборную Гриффиндора по квиддичу. Просто несколько тренировок подряд я не смог не только поймать снитч, но и вообще показать сколько-нибудь приемлемый уровень летных навыков. Все-таки даже магическое обезболивающее имеет свои побочные действия… Ну да ладно. Это тогда, в прошлой жизни я мог позволить себе развлечение… Сейчас же я готовлюсь к войне. И квиддич в этом никак не поможет. Том Реддл вряд ли будет впечатлен тем, как мастерски я ловлю снитч. А вот если удастся поймать на клинок Гармионы Аваду — это может и произвести некоторое впечатление. Мастер говорил как-то, что такое — вполне возможно.

* * *

Мастер… Мысли снова свернули на сегодняшнюю тренировку. Мне впервые удалось нащупать некоторую слабость в доселе неуязвимой обороне учителя. Удар Луны был призван не столько выбить колено, но несколько отвлечь внимание учителя. А после удар по клинку его сабли, и вот уже лезвие Гермионы ложиться на его плечо в опасной близости от шеи.

— Хм… — сказал Мастер, аккуратно, двумя пальцами, отстраняя Гермиону. — И что это было?

— Я… я победил?! — неверяще произнес я.

— Победил? Вот как? — покачал головой Мастер. — Что ж. На сегодня — можете быть свободны. Мне надо много думать…