Оружейник Хаоса (гет)

Это был воскресный день и я не лазил по карманам… То есть, я вообще не имею такой привычки, хотя иногда, голодая по капризу левой пятки Дурслей — был в шаге от того, чтобы таковой обзавестись. К некоторому сожалению, фразу леди Аметист «если тебя незаслуженно обидели — вернись и заслужи» я услышал уже после того, как она, по крайней мере частично утратила свою актуальность в отношении Дурслей. А весь остальной Литл Уигинг, уверенный, что «Гарри Поттер — вор и хулиган, отданный в колледж святого Брутуса для трудновоспитуемых подростков» — редко занимает в моих мыслях достаточно места, чтобы всерьез обдумывать таковое триумфальное возвращение. Так, игра ума…

Да и день был, надо сказать, не совсем, чтобы «воскресный». Четверг. 23 июня. Утро. И нам предстоит экзамен по ЗоТИ.

— Итак, — Ремус люпин расхаживал перед строем третьего курса, готовящимся сдавать практическую часть экзамена по ЗоТИ.

Надо сказать, выглядел старый друг моих родителей несколько… потрепанно. Да это и не удивительно. Ведь где-то там, за горизонтом, неторопливо ползла вверх полная Луна, расшатывая грани реальности. Впрочем, другие астрономические моменты были не менее благоприятны: Звезда-Тиран поднималась в зенит над льдисто-прозрачными башнями К’Сала, грозя бесчисленными бедствиями, а ледяная Анафема, напротив, скрылась за Пылающей гробницей. Кошачья же Колыбель обрела очередное мультистабильное состояние, и готовилась обрушить на окружающие Вопящий вихрь миры очередную волну завоевателей, которые, хоть и полягут полностью в очередной раз, но и силы Империума неплохо потреплют.

— …практическая часть экзамена, — н-да, несколько отключился от реальности и прослушал часть выступления Люпина. Впрочем, девочки сигналят, что ничего интересного я на самом деле не пропустил. И Гермиона, стоящая рядом со мной, и Луна, расположившаяся среди зрителей, так и не смогли отфильтровать из потока слов чего-либо, напоминающего информацию. Сплошная пропаганда за все хорошее против всего плохого. Ну а теперь, надеюсь, начнется конструктив. — …полоса препятствий. О том, кто вас там ждет — говорить не буду. Скажу только, что всех этих существ вы уже проходили. Ваша задача — опознать угрозу и эффективно ее нейтрализовать… или же избежать. Зачет не на время, но пойдете по одному, а значит — чем дольше каждый из вас будет возиться, тем позже все мы пойдем отдыхать. Все ясно?

Строй, если, конечно, так можно назвать нашу могучую кучку, нестройно выдохнул нечто, в чем при большом желании можно было уловить согласие и выражение понимания.

— Аббот, Ханна! Вперед!

Хаффлпаффка осторожно шагнула за завесу, которая отделяла нашу компанию от полосы препятствий. Разумеется, позволять нам подсматривать и готовиться — никто не собирался. Но все равно все старательно прислушивались, надеясь по звукам составить хоть какое-то представление о том, что нас ожидает. Чуть ли не единственным исключением была Гермиона: моя девушка в минуту разобралась, что то, что мы все слышим — не более, чем иллюзия, которой оперирует Макгонагалл, которую Люпин пригласил ассистировать на экзамене. Я же… Транс легко было спутать с попыткой услышать что-то на грани слышимости. И, похоже, Ремус Люпин совершил эту ошибку.

Между тем, я, окутавшись невидимым для прочих, синим сиянием Азир, просматривал варианты будущего. И некоторые из них мне активно не нравились. Настолько, что я потихоньку стал ослаблять Завесу, что отделала мир смертных от бесконечной войны Вечных, приоткрывая слабое место в этой завесе, которым являюсь я сам. Вероятное прошлое десятками бессмысленных путей раскрылось мне, позволяя исказить то, чего еще нет. Ведь «искажение — Хаоса суть»?

Заметив мои манипуляции, стремительным домкратом примчалась Луна. С ее, мягко говоря, необычным взглядом на мир, проблемы начали поддаваться. И вот уже все пешки заняли подобающие места для начала небольшой партии…

— Грейнджер, Гермиона! — любимая нырнула за завесу.

Я напрягся, положив руку на бедро, и был готов в любой момент выдернуть девочку, если вдруг окажется, что мы с Луной где-то напахали.

Между тем дементоры медленно перемещались вокруг Хогвартса. Один из них наткнулся на акромантула, на дереве дожидающегося добычи. Вообще-то, дементорам не было дела до животных, но вот обратное было верно далеко не всегда. Акромантулы мыслили несколько не на той же волне, что и прочие разумные, так что на ментальное воздействие порождений Гниющего сада элементу роевого разума было плевать. Перед посланником Гнезда стояла четкая задача: добыть Гнезду мяса. А про такие извращения, как «страх», или там «отчаяние» восьминогий ничего не знал, и знать не желал.

Тем не менее, у дементора в этой борьбе были и свои козыри. Его мертвую плоть двигали не мумифицировавшиеся мышцы, а злое колдовство варпа, поэтому тварь была гораздо сильнее, чем выглядела. Тем не менее, в некоторых вариантах возможного настоящего, из-за неудачно попавшейся острой ветки дементор быстро погибал. Но сейчас, благодаря моему вмешательству, он уверенно держался… И, тем не менее, исход схватки был вполне предсказуем: в отличие от монадного разума дементора, рой просто не понимал такого извращения, как «поединок». Так что к месту схватки уже подтягивались сотни пауков. От мелких (где-то с ладонь Хагрида), до тварей, что были бы тому же Хагриду где-то по колено.

Пока продолжалась эта титаническая борьба, Гермиона успела практически полностью пройти полосу. Оставалось последнее препятствие. Дерево со сквозным дуплом. Гермиона шагнула туда, и… От темной плоти дерева отделилась смутная, но все более отчетливая фигура. Гермиона, по моей просьбе, позволила мне смотреть ее глазами, так что я легко опознал в формирующейся фигуре — себя. Глаза «мои» были пусты и безжизненны. В правой руке была рукоять сабли с коротким обломком клинка, а левую ладонь охватывал обрывок кожаного ремня. На секунду посмотрев вниз, формирующийся Ужас Магов* отбросил поломанное оружие и поднял руку. Шторм Силы, что зарождался в его левой руке был бы вполне настоящим.

/*Прим. автора: что такое «Ужас магов» и на что он способен — см. Макс Фрай «Темные вассалы Гленке Тавала»*/

— Ридикулюс! — к счастью, Гермиона, при моей поддержке, сумела совладать с собой, и активировала заклятье. Смех в данном случае был бы более адекватным оружием, чем ненависть.

Брошенное оружие — исчезло. Волосы слетающего с нарезки темного колдуна стремительно рыжели. И вот перед нами уже стоял Рон Уизли собственной персоной. А за его спиной возникла, сверкая совершенно неземной улыбкой беспечная Луна.

— Величайшее и тайное дзюцу…

— Чпок!

— Жаль, что пока что нельзя проделать то же самое с оригиналом, — вздохнула Луна.

Ужас магов отступил и скрылся за гранью реальности, как всегда — не признавая поражения и обещая когда-нибудь вернуться. Оставшийся же боггарт буквально взлетел в воздух, сначала на мгновение обретая материальность, а потом — рассыпаясь от нашего соединенного хохота.

От места, где за ходом экзамена пряталась МагКошка, пахнуло сперва беспокойством, а потом — недоумением. Очевидно, что летящий, держащийся за задницу и рассыпающийся на лету черным дымом Рон Уизли не остался не замечен.

Луна отпустила сформированную куклу, и сознанием скользнула обратно, в кучку зрителей. Я же ободрил Гермионую ментальным аналогом поцелуя и крепких объятий, и тоже вернулся в собственное тело, продолжая наблюдать за выбранным участком Запретного леса.

Тушку проигравшего дементора уже уволокли в сторону Гнезда. Но к месту его гибели стекались все новые и новые Стражи Азкабана. И вскоре их соединенная аура перекрыла воздействие криво или же неумело наложенного подчиняющего заклятья, и орда тварей ринулась к Хогвартсу, дабы утолить вечно терзающий их голод свежими и яркими эмоциями, а потом — и душами учеников.