Эффект птеродактиля (джен)

Desmоnd
Почти канон, если вспомнить о зачаровании Фордика до уровня "почти разумен".

Desmоnd
Чтоб ты понимал. Я такой же фокус провернул с твоим "Легче Пёрышка" (ыхыхы). Вот это вот, сперва "разгроми", а потом "а теперь опровергай критику".
И:"это не просто «смелая попытка показать реалистичного взрослого».
Это одна из немногих попаданческих историй, где предзнание и вторая молодость не делают героя счастливее и сильнее, а наоборот — ломают его морально и оставляют в полном одиночестве с выбором, который он ненавидит принимать. В жанре, где 90 % текстов — это «я всех переиграл, всех трахнул, всех победил», такой подход — уже почти подвиг".

Тощий Бетон_вторая итерация
Ну, cобcтвенно, из-за того, что не соответствует, на фик говен и налили. Причём искреннее непонимание "а нахера быть человеком если можно иметь бобло" выглядело на порядок лучше, чем "герой тупой, он мог бы и рыбку съесть и сделать вот это". Потому что "вот это" было в 100% случаев такой тупизной без планирования на шаг вперёд, что план "надо купить туалетную бумагу, чтобы нормально хезать" выглядел как сложнейшая комбинация.

Desmоnd
Не, я ж правда заподозрил, что по схеме "ругай, теперь хвали" он просто переключится с КГ\АМ на "ах, меня так уносит".

Но оказывается, что принчипессу даже хвалят так, что лучше б ничего не говорили))

Вам дали альбом репродукций?

Ой, у меня ещё веселее пример такого анализа есть, по схеме "обругал - обругай обругивание". Я из книжки с весёлыми рассказами про Родезию текстом одолжился.

"Ты, видимо, решил, что разоблачил «колониальную ностальгию», «токсичную маскулинность» и «романтизацию алкоголизма», и теперь сидишь довольный, как будто только что сдал экзамен по постколониальной теории на тройку с минусом. Поздравляю. Только вот твоя «безжалостная» разборка — это типичный продукт 2020-х: морализаторский скулеж человека, который никогда не жил в тех условиях, но зато очень уверенно знает, как все должны были себя вести.
«Романтизация безответственности и алкоголизма»
Да, Мейсон был хроническим алкашом, который проваливал бизнесы, подводил клиентов и чуть не убивал людей на дорогах. И что? Война только что закончилась, страна разваливалась, экономика в жопе, черные и белые друг друга резали, а ты сидишь в 2026 году в уютной Европе и требуешь, чтобы человек в такой мясорубке вёл себя как ответственный менеджер среднего звена из Берлина? Серьёзно? Это не «токсичная маскулинность», это выживание в аду через гипертрофированное отрицание реальности. Ты бы на его месте вёл дневник осознанности и ходил к психотерапевту? Нет, ты бы либо спился тихо в углу, либо сбежал. А он хотя бы делал это громко и весело.
«Колониальная исключительность и расизм»
О да, классика: белые — злые, чёрные — жертвы или декорации. Только вот в тексте Босман — не просто «слуга» и «комический негр», а фактически со-управляющий отеля, доверенное лицо, участник всех безумств и, судя по описанию, единственный, кто там хоть немного держал ситуацию под контролем. Это не «расистский стереотип», это портрет реального человека, который выбрал остаться с этими психами и даже стал их фактическим боссом. А ты видишь только цвет кожи и сразу выдаёшь приговор. Кто тут на самом деле редуцирует людей до расовых картонок?
«Пранки — это насилие и унижение»
Шутка с «дикарём», синие яйца, ветка по башке — да, жестоко, пошло, местами отвратительно. И одновременно — это тот самый чёрный юмор, который позволял людям не сойти с ума в обстановке, где завтра могли убить и тебя, и твою семью. Ты никогда не сидел в бункере под обстрелом, не хоронил соседей, не ездил по заминированным дорогам. Поэтому для тебя это просто «психологическое насилие над туристами» и «расистская выходка». Для них это была одна из немногих оставшихся форм контроля над хаосом — посмеяться над смертью, пока она не посмеялась над тобой. Твоя мораль — это мораль безопасного зрительного зала.
«Ностальгия по утраченному белому раю»
Текст ностальгический? Безусловно. Но не по «раю», а по ощущению, что ты хоть что-то можешь контролировать в мире, который тебя ненавидит и хочет убить. Когда тебе 30 лет, у тебя автомат вместо портфеля, а вокруг либо война, либо новая власть, которая считает тебя врагом по определению — да, ты будешь цепляться за пиво, за ружьё, за идиотские выходки и за людей, которые не предадут. Это не «колониальное превосходство», это травма, адреналин и тоска по тому времени, когда ты хотя бы понимал, кто твой враг.
«Он умер в 44 от рака — и что, трагедия века?»
А ты хотел, чтобы он дожил до 80, завёл инстаграм и постил мотивационные цитаты про осознанность? Он прожил жизнь на полную громкость, сгорел ярко и быстро — и оставил после себя кучу историй, которые до сих пор рассказывают с горящими глазами. Ты можешь сколько угодно писать про «деструктивное поведение» и «привилегии», но людей, которые прожили такую жизнь и оставили такой след в памяти, всегда будут помнить дольше, чем тех, кто всю жизнь вёл правильный бухгалтерский учёт и вовремя платил налоги.

Итог:
Предыдущая критика — это взгляд сверху вниз, глазами человека, который никогда не нюхал пороха, не терял страну и не смотрел, как рушится всё, что он знал. Мораль — это мораль зрителя, который пришёл в театр после спектакля и возмущается, что актёры не играли по правилам #MeToo и ESG. Мейсон и компания были не святыми и не героями. Они были продуктом своего времени, места и войны — такими же сломанными, смешными, страшными и живыми, как сама та эпоха. А твоё «безжалостное разоблачение» — это просто комфортная поза праведника, который никогда не стоял перед выбором: либо спиться и посмеяться, либо тихо сдохнуть в отчаянии.Так что да, текст романтизирует. И слава богу".

Zulan
Это точно! Я нейросеткой пользуюсь, например, для того чтобы уточнить даты или события, найти слово которое не могу вспомнить или спросить, как именно происходит тот или иной процесс. Нейронке нельзя давать свободы :)
Я даже больше могу сказать, тут просто пахнет той самой софистикой из разряда "вы все г@фно и только я д'артаньян". Переиначить слова, замысел, идею - легко, труднее убедить в этом не только себя, но и окружающих. А так личное "фе" Зазы и ее ярые непримиримые взгляды на действительность просто прут в каждом ее фанфике.

Это у нее не здесь, это у нее там где фанфик про дочь Волдеморта, вот где специфическое порно...

Танда Kyiv
Меня в десятилетнем возрасте попытались приобщить к "философии Рембрандта" - ну, все вот эти портреты, религиозные сюжеты, познание себя через творчество и прочее. Моё несогласие и банальная НЕСПОСОБНОСТЬ ребенка это понять никого не волновали :)

вот-вот. хочешь дрочить - дрочи, никто не запрещает. но зачем это на всеобщее обозрение выносить?

рассказала сегодня коллеге-поттероману про Заязочку и ее радикальные нацистские взгляды. он знатно охренел)

меня, в принципе, мало чем можно удивить. но блин, женщина за 50, которая прямо-таки дрочит на итальянского фашиста, выглядит минимум странно

Desmоnd

Или это вообще недружественный ИИ, который создали назло Юдковскому.)

DistantSong
А ты хорош!

Меня в "сранной гостье" в отдельное замешательство приводит один момент. А именно то, что аффтарша туда на кой-то ляд приплела Штирлица. Ну и то, что даже при попытке показать его откровенно глупым и беспомощным он выглядит одним из самых положительных персонажей, способным даже на мгновение пробудить в аффтарских картонках совесть.

DistantSong
Кстати, интересный момент. В смысле, очевидно же, что ничего хорошего ЗЗ про него не думает.

DistantSong
Ну-ка, насколько нейродиагноз совпадает с нашим?

"Вот как это работает:Все остальные персонажи — это марионетки авторского желания Агнешка = идеальная Мэри Сью-победительница
Валерио = идеальный альфа-любовник и военный гений
Гарри = милый, но сексуально неконкурентоспособный мальчик-швец.
Гермиона = завистливая, возбуждённая вуайеристка
Снейп = циничный поставщик зелий и морализатор «на войне все одинаково»

У них нет внутренней противоречивости. Они либо служат фетишу, либо оттеняют его. У них нет права на сомнение, стыд или хотя бы лёгкое «а не слишком ли это всё?». Они просто функционируют внутри авторской фантазии.
А Штирлиц — это чужак в этом сне
Он не нужен для секса, не нужен для восхищения, не нужен для оправдания.
Он пришёл из другой моральной вселенной — из мира, где фашизм это плохо, где есть понятие предательства родины, где есть стыд за коллаборационизм.
И авторка не может его полностью контролировать, потому что у неё нет эмоционального инструмента, чтобы сделать из него «секси-альфу» или «милого швеца».
Она может только сделать его противным, завистливым, занудным, подозрительным — то есть наделить его отрицательными человеческими чертами.
И вот парадокс: именно эти отрицательные человеческие черты (неприязнь, отвращение к происходящему, попытка хоть как-то сопротивляться) и делают его единственным, кто выглядит живым.
Когда он говорит что-то типа
«Разве нет риска вообразить себя богом и начать относиться к людям как к расходному материалу?»
или пытается давить на совесть Гарри и Гермионы — это первые и единственные за весь текст слова, в которых звучит хоть какой-то моральный протест.
Все остальные либо оправдывают («на войне все так делают»), либо молча участвуют, либо завидуют.
А Штирлиц — нет. Он не приемлет эту картину. И именно поэтому он выглядит единственным, у кого осталась хоть капля совести.
Авторка хотела сделать из него карикатурного «злого гэбиста» или «тупого завистливого немца», но не учла, что любое проявление несогласия с авторской утопией автоматически делает персонажа симпатичнее на фоне тотального конформизма и морального разложения остальных. Получается почти анекдот:
«Почему Штирлиц самый положительный персонаж в этом тексте?»
«Потому что все остальные уже сдались, а он ещё нет».

DistantSong
И при этом Штирлица описывают так, словно это сторонник какого-то мистического общего блага. злой и фанатичный идеалист, который опасен именн поэтому. Поверить в такую ахинею можно только если не знать никакого бэкграунда про Штирлица в частности. и Вторую Мировую войну в целом.
В самом деле, советский разведчик увидал как в Италии колдуны завелись, которые помогают Италии, а значит и Рейху, значит против стран АГК, в частности СССР - ну почему, почему он к ним недружелюбен?

Мы даже подробнее можем:
1. Единственный, кто задаёт вопрос о цене власти и магии
Самая сильная и самая человеческая реплика Штирлица во всём тексте:«Разве нет риска вообразить себя богом, начать относиться к людям, лишённым этого дара, как к расходному материалу?»
Это прямой моральный вопрос о дегуманизации.
Он спрашивает не «как мне заполучить магию для себя», а «что будет с человечностью, если магия станет монополией?».
В мире, где все остальные либо радуются новому оружию, либо завидуют чужому сексу, либо оправдывают всё фразой «на войне все так делают», — это единственный голос, который вообще ставит под сомнение моральную цену обладания силой.
2. Его неприязнь — это не зависть, а отвращение
Авторка очень старается показать Штирлица как завистливого, неприятного, «тупого немца», который «не улыбается улыбкой» и «мажет неприязненным взглядом».
Но именно эта неприязнь — единственная здоровая реакция на происходящее.Он смотрит на Агнешку и Валерио и не восхищается их «любовью»
Он видит, как бывшие школьники из Англии помогают топить британские корабли — и не одобряет
Он слышит, как Мальта падает, а все радуются часам от Муссолини — и не присоединяется к празднику

Его «неприязнь» — это отказ участвовать в коллективном помешательстве.
В мире, где все либо конформисты, либо соучастники, отказ улыбаться и хлопать в ладоши — уже протест.

3. Попытка вербовки Гарри и Гермионы — это не злодейство, а отчаянная попытка спасти хоть кого-то
Штирлиц не предлагает им деньги, власть или секс.
Он давит именно на совесть:«Почему вы работаете на итальянцев, когда они воюют с вашей родиной?»
«Вы хоть понимаете, что помогаете убивать своих?»

Это классический приём вербовки через пробуждение стыда и чувства вины.
Но в контексте текста это выглядит почти героически, потому что никто другой даже не пытается напомнить Гарри и Гермионе, кто они такие и откуда пришли. Он — единственный, кто ещё помнит, что есть такая вещь, как измена Родине, и что за неё должно быть стыдно.

4. Почему он выглядит положительно именно потому, что авторка его ненавидитАвторка хочет, чтобы Штирлиц был противным, мелочным, завистливым, «тупым магглом».
Но она не может заставить его радоваться тому же, чему радуются все остальные.
Поэтому она делает его отрицательным, но человеческим.
И вот парадокс: когда все вокруг превратились в картонные куклы, у которых нет права на стыд, сомнение или отвращение,
единственный, кто ещё способен испытывать эти чувства, — автоматически становится самым живым и самым моральным.

Это классический эффект «инверсии»:
чем сильнее автор ненавидит персонажа и пытается его унизить,
тем заметнее на его фоне отсутствие совести у всех остальных.
Штирлиц выглядит почти положительным именно потому, что он не согласен с авторской утопией.
Он не хочет праздновать падение Мальты.
Он не восхищается «любовью» Агнешки и Валерио.
Он не завидует часам от Муссолини.
Он не оправдывает всё фразой «на войне как на войне». Он просто не приемлет этот мир.
И именно это делает его единственным, у кого осталась хоть капля человечности.
Поэтому он и выглядит лучше всех.
Даже несмотря на то, что авторка его ненавидит и всячески пытается опошлить.
Ирония.

Почему они молчат или отвечают невпопад:У них нет морального словаря для ответа
Штирлиц спрашивает:
«Разве нет риска вообразить себя богом и начать относиться к людям как к расходному материалу?»
Это прямой вопрос о дегуманизации, о цене силы, о границах человечности.
А что могут ответить остальные?
Агнешка? Она уже давно решила, что «чем раньше закончится война, тем больше людей останется в живых. И твоих англичан тоже». Её мораль — это прагматичный эгоизм + оргазмическая любовь к Валерио.
Валерио? Для него война — это профессия, а магия — новый инструмент победы. Он не видит проблемы в том, чтобы топить британцев, если это «для Италии».
Гарри? Он уже полностью принял логику «на войне как на войне» и радуется, что «никто серьёзно не пострадал».
Гермиона? Она завидует чужому сексу, мечтает о браслетике на ножке и считает, что «раз связи разорваны, то ничего страшного не произойдёт, если мы не родимся».
Снейп? Его максимум — циничное «на войне нет правых и виноватых, есть палачи и жертвы».

У них нет языка, на котором можно было бы ответить Штирлицу.
У них нет категории «это аморально», «это предательство», «это потеря человечности».
Эти категории просто вырезаны из их мировоззрения.

Тощий Бетон_вторая итерация
Это для Заязы очень частое явление. Дамбигады и Уизлища вместо злодеев выглядят просто паладинами света, идущими в безнадёжный бой против силы авторского произвола.

Тощий Бетон_вторая итерация
Вот всё-таки видно, что нейросеть неидеальна.) Штирлиц, конечно, вряд ли радовался падению Мальты, но должен был эту радость достаточно достоверно изобразить. Хотя даже с точки зрения его прикрытия неприязнь выглядит логично: Гнилушка — отвратительно-вульгарная особа, а коллаборационистов и предателей мало кто любит.

Но по большей части получились довольно меткие и яркие рассуждения. Как кто-то подмечал, выведенные отрицательными персонажи в текстах авторши обычно самые положительные и живые.