Оружейник Хаоса (гет)

В Хогвартс-экспресс мы вошли втроем. Семейства Уизли, верного своей привычке собираться до самого последнего момента, на вокзале еще не было, так что встречи с ними удалось избежать, что, памятуя о завершении прошлого года, не могло не радовать. Нет, с Роном еще придется объясняться… но именно сейчас я был на редкость благодушно настроен, и любые неприятности хотелось отложить куда-нибудь на потом.

Поскольку мы прибыли достаточно рано, купе еще были практически пусты. Но я все равно шел мимо стеклянных дверей, высматривая того, кто точно должен был ехать этим поездом… если Изменчивые ветра не изменили этого.

— Гарри, вот он, — Луна несколько невежливо ткнула пальцем в «спящего» Ремуса Люпина. — Серебяные пухопрыги сообщили мне, что он тут!

Мы загрузились в купе. Все-таки в преддверии появления дементоров лучше было занять стратегическую позицию возле преподавателя, способного вызвать патронус.

Ремус старательно делал вид, что спит, пока мы с Луной и Гермионой обсуждали вопрос дополнительных предметов. Отговорить Гермиону от авантюры с записью сразу на все необязательные курсы удалось лишь с большим трудом, и, в основном, тыкая пальцем в и так повышенную нагрузку из-за занятий у Аметист. Но все это было до нашего отъезда в Хогвартс. Сейчас же мы играли на публику, пусть оная публика и притворялась спящей и вовсе не интересующейся нашими планами.

— А я думаю, что надо взять Прорицания, — уверенно заявила Гермиона, которая выбросила этот предмет из своего списка одним из первых. — Представляешь… «Рассеять туман над будущим»! Это же замечательно! Будешь точно знать, что делать или чего избегать!

— Вот еще, — ответила Луна. — Тайны Прорицаний преподаются не для того, чтобы использовать их столь вульгарным образом! Подстилать соломку, зная, где упадешь — это так… утилитарно-пошло! К тому же открытый третий глаз мешает обычному зрению… Тебя будут считать «не от мира сего»…

— …сказала Девочка-не-здесь, — перебила ее Гермиона. — А куда ты собираешься идти?

В принципе, мы уже все решили. Курс предвидения и прорицания нам и так будет вести настоящий, обученный Оракул, и эти навыки будут слишком уж отличаться от того, что преподает Трелони. Маггловедение… Гермиона уже брала его в прошлый раз, и я просто воспроизвел ей ее же мнение об этом предмете и рассказал о тех неочевидных трудностях, с которыми она встретилась. И о том, как чуть было в первый раз в своей жизни не завалила экзамен, подробно рассказав экзаменационной комиссии СОВ о преимуществах и недостатках одежды из синтетических волокон. Представления комиссии оказались совершенно иными, так что пришлось использовать призывающее заклинание, и тыкать пальцем в ношеный, но все еще вполне прилично выглядевший пуховичок. Но то пуховичок — предмет, который можно призвать и ткнуть пальцем. А ну как попадется билет с вопросами об электростанциях? Угольную ТЭЦ в Хогвартс тащить? Или плотину ГЭС? Ну а от УЗМС мы с Гермионой решили отказаться в надежде, что Малфой в мое отсутствие не сумеет подавить инстинкт самосохранения, и Клювокрыла просто не придется спасать. Так что, методом исключения, остались руны и нумерология. Я в прошлый раз их не изучал, так что «будем не знать вместе».

Придя, правда, на совершенно других, демонстрационных, основаниях к этому выводу, мы достали из чемодана Гермионы книги, и уселись читать.

Сделали мы это вовремя, так как почти сразу в купе нарисовался Рон Уизли в компании Дина Томаса. Позади них виднелась горящая восторгом физиономия Колина Криви. Кажется, Рон собирался еще раз провернуть со мной прежний трюк «Возвращение дже… то есть, Рональда». В прошлый раз, после первого испытания Турнира, это у него получилось. Но сейчас то ли я стал старше и скептичнее, то ли общение с адептами Изменяющего пути изменило меня, а, может быть, на меня давила ревность к еще не случившемуся, но вновь допускать сближение с Роном как-то не хотелось.

— И вообще, я ненавижу тыквенный пирог! — сказал Рон Дину, видимо, продолжая разговор. — И моя мама его ненавидит. А вот в Хогвартсе…

Пока мой бывший лучший друг затормозил на пороге купе, Луна, оценив мой взгляд, поднялась со своего места, и устроилась у меня на коленях. А Гермиона придвинулась поближе, и положила голову ко мне на плечо, намекая, что ее неплохо бы и обнять, что я и сделал.

Рон застыл на пороге. Кажется, он надеялся, что я сразу кинусь к нему с радостными уверениями в дружбе… Конечно, в прошлый раз он подошел сам, но сейчас ссора была гораздо менее серьезной, и, к тому же, Рон, похоже, до сих пор считал себя правой стороной.

— Колин, Рон, Дин, — кивнул я вошедшим.

— Уизли, что застыл на пороге, — за спинами гриффиндорцев возник Малфой. — Пропусти… — и после небольшой паузы добавил, — пожалуйста, — вызвав массовое падение челюстей.

— Малфой, — кивнул я пробирающемуся мимо окаменевшего в смеси ярости и удивления Рона наследнику Дома Малфой.

Следом за Малфоем просочились сестры Гринграсс и Панси Паркинсон. Так что, когда они уселись напротив нас, сидячих мест в купе больше не осталось, и мужскую часть своей свиты Драко благосклонным кивком отправил дальше по коридору.

— Вот значит как?! — возмутился Рон, обретший, наконец, дар речи. — Я значит… а ты… а он… а они… — претензии Рона как-то не спешили обретать сколько-нибудь внятную форму.

— Кто первый встал — того и тапки, — радостно улыбнулся Драко, правой рукой обнимая Асторию, а левой — Панси. До Дафны Малфой уже не дотянулся, но она не стала высказывать претензий, достав из сумочки маникюрный наборчик и демонстративно отрешившись от действительности.

Я удивленно поднял бровь. Ожидать от сына одного из богатейших людей в Магической Британии знания таких вот… босяцких поговорок было сложно.

— Он много читал этим летом, — флегматично прокомментировала происходящее Дафна Гринграсс, не отрываясь от своих замечательных ноготков.

— Я всегда много читаю, — деланно обиделся Малфой. — Просто этим летом мне в руки попалась очень уж любопытная книга. Этот Доджсон — очень… необычный волшебник. Не чистокровный и вряд ли сильный… но необычный. Очень необычный.

— Он и среди магглов известен, — Гермиона оторвалась от изучаемой книги.

— Знаю, — кивнул Драко. — Шесть арестов за нарушение Статута Секретности и распространение сведений, составляющих тайну магического сообщества среди магглов. Говорят, его русские отстояли, почему он потом и ездил к ним. А так…

— Русские вообще к Статуту относятся… наплевательски, — пожала плечами Гермиона, переворачивая страницу. — Нет, теоретически — соблюдают, но на практике…

Рон, так и не сдвинувшийся с места, переводил взгляд с Гермионы на меня, с меня — на Драко, потом — на сидевших у нас на коленях девочек. Его лицо уже было почти одного цвета с волосами…

— Кстати, Гермиона, а что это ты читаешь? — спросил я девочку, заглядывая ей через плечо.

— Окстись, еретик*! — ответила мне Гермиона, и я заработал шутливый удар тяжелым томиком.

/*Прим. автора: в английском тексте изучаемой Гермионой книги этих слов, насколько я знаю, нет. Но, надеюсь, что читатели простят автору эту небольшую вольность*/

Вообще-то главной проблемой маскировочных заклятий является то, что для создания надежной структуры требуется ее силовое наполнение. Но заклятье большой силы — заметно само по себе. А маг высокого уровня, имея доступ к заклинанию и некоторый запас времени — его взломает. О чем и свидетельствуют в массе своей пустые захоронения древнеегипетских фараонов, защищенные «надежнейшими охранными заклинаниями». Так что с некоторых пор создатели маскирующих заклинаний перешли к методу «обманки», когда ясно видимое заклинание скрывает под собой что-то… не вполне дозволенное, но и не способное навлечь серьезные неприятности. Чаще всего в такой «маскировке маскировки» прятали какой-то объект «adult only»*. А уже в фоновом свечении этого прикрывающего заклинания прячется что-то важное.

/*Прим. автора: «только для взрослых», аналог маркировки «NC-17». Так что, думаю, Гарри и Гермиона, столкнувшиеся с «Воровством, развратом и Луной Лавгуд», нашли в спальне парней Гриффиндора далеко не все, что там было спрятано*/

Так что Гермиона в настоящий момент держала в руках именно такую книгу-перевертыш. Конечно, вряд ли в ее охранных чарах был слой с книгой «Творчество душевнобольных и его влияние на развитие науки, искусства и техники», но вот конкретно сейчас она держала в руках томик «не показывать парням». По крайней мере, такой вывод я сделал из мельком замеченной картинки.

Хрясь! Каким чудом стеклянная дверь выдержала удар, с которым ее захлопнул Рон Уизли — ведают разве что те волшебники, которые заклинали Хогвартс-экспресс. Впрочем, думаю, что раз поезд до сих пор цел и не разобран на мелкие фрагменты буйным волшебным молодняком — значит, заклинали его на совесть.

Проводив взглядом удаляющихся Уизли с Томасом, Луна весело улыбнулась, посмотрела на меня и спросила:

— Эй, Гарри, а чем мы будем заниматься этим вечером, после пира?

— Тем же, чем и всегда, Луна, — ответил я, — тем же, чем и всегда…

И «спящий» преподаватель подпрыгнул на месте, услышав завершение фразы. Кажется, он воспринял это на полном серьезе, ведь до того, как эта фраза прозвучит в первый раз, остается еще чуть больше двух лет.