↓
 ↑
Имя:

Пароль:

 
Войти при помощи

Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Обретшие будущее (гет)



Автор:
Бета:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Романтика, Ангст, Мистика, Даркфик, Триллер
Размер:
Макси | 3722 Кб
Статус:
Закончен
Предупреждения:
AU
Шрам не болел уже девятнадцать лет... Все было хорошо.

И что дальше?

Что, если все было далеко не так хорошо?

Друзья и враги вновь предстают в неожиданном свете, все новые тайны выплывают из-под темного покрова прошлого. Откуда ждать помощи, если мир, с таким трудом отстроенный заново, горит в огне новой войны?
Отключить рекламу
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Глава 77. Награда

«Новые нападения!

В Лондоне продолжаются нападения. В ночь с тринадцатого на четырнадцатое февраля группа неизвестных разгромила главный сиротский приют Литтл-Уингинга. Как сообщает наш корреспондент, побывавший на месте происшествия, от здания не осталось даже фундамента, а над местом, где было совершено преступление, висела Черная Метка. Свидетелями и жертвами произошедшего становились маглы, проживающие в городе. «Мне казалось, что я попал в ад!» — поделился с нами своими воспоминаниями один из очевидцев до того, как специалисты из Отдела обеспечения магического правопорядка стерли ему память о произошедшем. По работникам сиротского приюта объявлен день траура. Корреспондент сообщает, что дети найдены не были.

Автор статьи: Рита Скитер»

— Нравится? — хмуро поинтересовался Невилл, отставляя кубок с соком в сторону.

— Мы встречались с вещами и похуже, — задумчиво проговорил Гарри и покрутил в пальцах палочку. — Главное — не вспоминать…

— Самое мерзкое даже не творящиеся ужасы, — друг брезгливо скомкал газету и бросил ее в сумку. — А то, что мы не можем ничего с этим сделать.

Гарри знал, какая муха укусила Невилла, прежде добродушного и довольно спокойно относившегося к газетным статьям. Просто вчера в «Пророке» промелькнула фотография Беллатрисы Лестрейндж, которая пытала его родителей, и с тех пор он был сам не свой. А прошлым вечером Нарцисса, обеспокоенная долгим отсутствием мужа, подумала, что будет неплохо спрятать в мэноре всех, кто что-то знал о тайне, и пригласила к себе Августу. К сожалению, даже больница Святого Мунго перестала быть безопасным местом, и Алису и Френка Лонгботтомов переместили в поместье Малфоев. Этим утром Невилл виделся с ними и теперь заново разгорелся жаждой мщения.

— Важность нашей миссии тоже нельзя недооценивать.

— Но невинные продолжают страдать!

— Что вы кричите? — к ним подсела Гермиона и предостерегающе выпучила глаза. — Ты пугаешь Руди, Гарри.

Брат склонился над столом и недоуменно смотрел на распалившегося Невилла и хмурого брата.

Невилл тяжело вздохнул и принялся ковырять ложкой кашу.

— Как твой доклад, Гермиона? Флитвик оценил?

— О, да, — девушка присоединилась к завтраку. — Он нашел его крайне интересным с научной точки зрения и предложил мне выступить с ним через год на съезде Международной конфедерации мастеров чар. С условиями доработки, естественно.

— А как наш Драко? — уже тише поинтересовался Гарри и склонился над столом.

К их разговору усиленно прислушивались Кребб и Гойл, которые даже не сделали попытки скрыть свой интерес. Это значило, что Темный Лорд собирается действовать открыто. В такие моменты Гарри радовался, что крестраж, сидевший много лет в нем, был уничтожен сильно заранее — так не хотелось снова испытывать головную боль, вызванную психическим расстройством какого-то психопата на другом конце Англии.

— Он не слишком-то подражает Драко, — тоскливо заметила Гермиона, помешивая ложкой чай. — Он мог бы постараться узнать что-нибудь о его жизни в школе или попытаться взаимодействовать с нами, но его цели мне по-прежнему не ясны.

— Держись от него подальше, — посоветовал Гарри. — И ты, Джин. Я возьму его на себя — пусть только попробует причинить кому-либо вред.

Сонная Джинни встрепенулась и кивнула, а Гермиона склонилась над столом и взволнованно зашептала.

— Но, Гарри, после всего, что с тобой происходило, он знает, какое у тебя самое слабое место. Семья, Гарри. И если твои родители ему недосягаемы, то он вполне может взяться за Руди. Среди студентов разносятся слухи, — она тихонько мотнула головой на Луизу Монтгомери, слизеринку, с которой уже год встречался Джордж. — Волан-де-Морт похищает детей. У Луизы пропал брат, а у мальчика с четвертого курса Хафлпаффа пропала маленькая сестра.

— Зачем ему дети? — спросил Невилл, крепко сжав вилку, что костяшки пальцев побелели.

— Но ведь это очевидно, — Гермиона увидела, как к их столу приближается лже-Драко, и выпрямилась, отведя глаза. — Дети — лучший рычаг давления на родителей.

— Дети волшебников, — Гарри передал ей сегодняшний номер «Пророка». — А маглы?

На этот вопрос у Гермионы не было ответа.

Новый Драко вел себя совершенно по-другому. Он отказался вести у ребят вечерние занятия, чем изрядно расстроил их, и Гарри пришлось взять всех на себя. Только избранным приближенным он смог поведать, что случилось с Драко. Джон Лонт, храбрый четверокурсник-гриффиндорец, высказал желание тут же пойти и накостылять подделке Драко по шее, но Гарри его остановил и попросил сделать так, чтобы ребята, ходившие на вечерние занятия и умевшие сражаться, постоянно были рядом. Парень чрезвычайно ответственно отнесся к своей задаче, и теперь за Малфоем следили в любой точке школы один или два студента. Они сменялись, никогда не мелькали перед его глазами и не ходили парами. Настоящие воины — они станут лучшими, какую бы профессию ни выбрали! Гарри ими гордился.

Об отношениях с Гермионой лже-Драко тоже ничего не знал, пока Пэнси прилюдно не обсмеяла Гермиону, что «наконец-то Драко образумился, поиграл и забыл». Тот стал проводить больше времени с Креббом и Гойлом, а Пэнси, не знавшая об истинном лице Пожирателя, стала его подружкой.

— Я знаю, что это не он, — однажды сказала Гермиона на вопросительный взгляд Гарри. — Конечно, это выглядит ужасно, но меня волнует только одно — когда он вернется.

От Люциуса и настоящего Драко не было вестей уже три дня.

Тем временем, отвлекшись от мрачных дум, Гарри заметил, что зал необычно декорирован, и пришел к удивительному выводу, что сегодня День Святого Валентина. Конечно, это было лучше, чем при Локонсе, но он предпочел бы уменьшить количество приторно-розовых цветов. Сегодня бал, вспомнил Гарри.

— Не могу так, — Джинни отложила ложку и опустила голову на плечо Гарри. — Пытаюсь сделать праздничное лицо, но не могу.

— А, то есть все это время мы лицезрели праздничное лицо? — иронично осведомился Гарри и чмокнул ее в рыжую копну.

— Сегодня бал, а идти на него у меня нет никакого желания.

Рядом с ними лже-Драко только что сочно чмокнул Пэнси в губы. Развлекается как может, пока Темный Лорд над душой не стоит. Несчастная Гермиона опустила взгляд в тарелку, полностью солидарная с поникшей Джинни.

— Ну, что ты, — Гарри приобнял невесту. — Ты же недавно купила красивое платье, которое я даже не видел. Я возмущен и хочу его увидеть. Не кисните, девчонки. Я составлю компанию вам обеим. Буду ждать в гостиной ровно в семь часов у камина.

— Я бы тоже составил компанию, — Невилл, извиняясь, дернул плечами. — Но я уже давно пригласил Полумну.

— А он придет? — тихо спросила Гермиона.

— Не знаю, — честно ответил Гарри и налил себе еще сока. — Но с ним все будет хорошо. Иначе я голыми руками оторву Волан-де-Морту голову.

На них покосились Пэнси и лже-Драко, и Гарри им самодовольно улыбнулся. Играть — так в открытую! Вряд ли Темный Лорд и дальше будет таиться, так что нет смысла делать это и Гарри.

— Составлю компанию Пандоре, — угрюмо заметила Джинни и указала на раскрывшиеся двери зала. — Она тоже не идет на бал.

— Вряд ли она будет одинока, — шепнула Гермиона. — С профессором Снейпом не заскучаешь…

Тот, как всегда в черной мантии и с мрачным выражением лица, появился в Большом зале одновременно с Пандорой, но из двери за столом преподавателей.

— Девушки… — усовестил их Гарри и махнул Пандоре рукой. Она радостно улыбнулась и направилась к ним. — Не будем обсуждать это за общим столом.

— Да, конечно, — Гермиона залилась краской. — Я просто заметила. Это необычно. И это неправильно — она же его ученица…

— Совершеннолетняя, — шепнула Джинни, продолжая старый спор. — Она имеет право.

— Согласно Уставу школы…

— Кхм… дамы! — кашлянул деликатно Невилл и первым поздоровался с Пандорой. Гермиона сделала лицо топором — кто-то сегодня был не в духе. — Привет, Пандора. Как дела?

— Привет, Невилл, — Пандора, виновато улыбнувшись, села рядом с Гермионой. — Простите, я потесню вас. Мне… сказали, что лучше будет быть поближе к вам какое-то время, а не в одиночестве… ну, вы понимаете.

Она в упор глянула на Гарри, и он кивнул в знак, что понял. Как с таким открытым сознанием они со Снейпом вообще умудрились исполнить свою цель?

— Как твое самочувствие? — спросил Гарри, кивнув на ее левую руку.

Пандора неожиданно бодро улыбнулась и пригладила рукав.

— Все хорошо, спасибо. Я… оказывается, я умею снимать боль еще и этого рода.

— М-да? Ну-у, это замечательно.

Интересный дар у Пандоры. Но достаточно ли он ценен, чтобы быть оцененным Смертью?

В зал влетели совы. Конечно, в основном это были школьные совы, которые сегодня же утром покинули совятню. С потолка посыпался розово-лиловый дождь валентинок, которые, приземляясь в руки учеников, начинали петь, превращались в букеты разнообразных цветов, то взрывались как хлопушки. Первокурсники оторопело смотрели на все это. Гарри успел заметить среди этого бедлама, что прямо на Руди спланировала огромная школьная сипуха и выронила ему на голову розовое сердечко, разразившееся пением. Его одноклассники залились смехом, а мальчик жутко покраснел и толкнул в плечо друга, который лежал лицом на столе, обхохатываясь. Джинни, автор своей фирменной валентинки, наконец улыбнулась и прыснула в кулак. Перед ней чинно сидели четыре совы, из которых только одна была Букля. Гарри напряженно нахмурился, уже высматривая в зале бессмертных поклонников, когда перед ним опустились около девяти сов и филинов. Теперь уже хмурилась Джинни. Впрочем, все это было в шутливой обертке.

Перед Пандорой опустилась только одна сова, но какая она была! Роскошная, с черными блестящими перьями и умным взглядом, очень порядочная в отличие от крохотных сычей, которые падали прямо в блюда с едой.

Пока остальные делились впечатлениями, Гарри удовлетворенно заметил на ее лице затаенную улыбку. Она осторожно развернула комок пергамента, который ей принесла сова. В ее ладонь упал хрустальный кулон на золотой цепочке. Насколько мог судить Гарри, он был куплен в Лондоне — даже бирка без ценника еще осталась. Но в хрустальном камешке с пустой полостью ровным светом горел крошечный огонек.

— Это дорогой подарок, — пояснил Гарри Пандоре, пока та смотрела на кулон. — Огонек будет гореть, пока жив его даритель. Тот, кто подарил его тебе, отдал в твое распоряжение свою жизнь.

На них смотрели Кребб, Гойл и лже-Драко. Им могли дать приказ разобраться с Пандорой, подумал Гарри. Но она была беспечна и, счастливо улыбнувшись, застегнула цепочку на шее. Та засветилась ярче, подтверждая догадки Гарри о ее оснащенности защитными чарами.

Студенты были очень возбуждены. Девушки собирали и тщательно пересчитывали свои поздравления, хвастаясь друг перед другом. Те, кто получил мало валентинок, демонстрировали свое презрение к празднику. Некоторым, конечно, не удалось скрыть огорчение: пара девушек за столом Равенкло плакали навзрыд. Общее веселье вызвал тот факт, что валентинки получили профессор МакГонагалл, Хагрид, который был растроган этим фактом чуть ли не до слез, и даже Трелони, спустившаяся со своей башни. Больше всех валентинок получил профессор Флитвик — целых пять открыток.

Когда из зала ушла Гермиона, Гарри не заметил. В ее тарелке лежал неосторожно и быстро порванный конверт, пепел короткой записки и шип цветка.

— Ей была прислана роза, — шепнула Джинни, сминая в пальцах валентинки от поклонников. — Черная…


* * *


— Вот что, сынок… — Люциус хрипло откашлялся, и на ладони осталась кровь. — Ты видишь, к чему все идет.

Многочисленные пытки Темного Лорда, которым он ради удовольствия подверг своего слугу, не прошли для него даром. Впрочем, он сделал вид, что ничего не было, хотя Драко все видел.

Они остались одни в выделенной им комнате — коморке! — и сын встревоженно подвел отца к кровати, чтобы тот сел.

— Боюсь, после уничтожения тайного предприятия Темного Лорда все изменится слишком сильно и быстро. Этого мистер Поттер не рассчитал, не сумел предвидеть. А он обещал мне защитить тебя.

— Я сам смогу защитить себя, отец, — глухо сказал Драко. Ему было горько видеть отца в таком виде. Как они снова докатились до такого унижения?!

— Кребб-старший погиб и часть новобранцев тоже. Я узнал, что вернуться удалось Яксли, Долохову и Треверсу. Яксли отправлен в Хогвартс под твоей личиной. А наша судьба, думаю, уже предрешена.

Да, Драко это знал, но молчал, потому что не хотел даже думать об этом. Жизнь только успела наладиться. Отсюда не было выхода, потому что после побега Поттера поместье охраняли день и ночь. Малфои в поместье были кем-то вроде ценных пленников: их кормили, поили, с ними общались — пока речь не заходила о выходе за ворота.

— Что ты предлагаешь? — сразу спросил Драко и сел рядом с ним на кровать.

Люциус пытливо посмотрел на сына.

— Темный Лорд выпытал у меня сведения о мисс Грейнджер и тебе. Он отправил ей послание.

— Какое?!

— Сказал, что отпустит тебя, если она придет сюда за тобой.

— Это ложь… — в том, что Гермиона придет, Драко не сомневался. Он подскочил с кровати и начал нервно нарезать круги по комнате. — Ловушка…

— Разумеется. Поэтому ты должен явиться раньше и сделать так, чтобы она не успела совершить глупость.

Драко не стал разубеждать отца в том, что Гермиона способна совершить глупость. Она ведь истинная гриффиндорка, залезет в самое пекло без страха.

— Отсюда не выйти.

— Есть выход, — Люциус устало сжал трость. — Домового эльфа мы вызвать не можем, как это сделал мистер Поттер. Темный Лорд предпринял меры и несколько раз продемонстрировал мне на моих домовиках, как действуют его чары… — он закрыл глаза, пытаясь прогнать страшную картину. — А значит, ты сбежишь через сад.

— Особняк окружен мощными чарами, — возразил Драко. Он уже не раз продумывал пути отхода за эти несколько дней, но лазейки не нашел.

— Да, но… — Люциус прихромал к нему и крепко сжал плечо. — У конюшен Креббов этот щит слабоват, потому что лошади очень чувствительны к магии. Я видел, как их перегоняют в поле днем, и они проходят сквозь щиты. Если ты, Драко, пройдешь там, у тебя будет шанс добраться до мисс Грейнджер вовремя. Во двор нас пускают, и в саду ты должен спрятаться, уйти. Я создам твой фантом, который продолжит меня сопровождать. А ты уйдешь.

— А ты, отец? — Драко понял, что задумал отец, но в горле встал ком.

Люциус коротко усмехнулся.

— Я последую за тобой, не сомневайся. Мне нужно кое-что сделать напоследок, но ты должен уйти раньше. Помни, чья жизнь зависит от тебя.

— Я готов, — Драко крепко сжал палочку. — А если ты не придешь домой, я вернусь за тобой, я обещаю, отец!


* * *


Сжав в одной руке записку, в другой — колючий стебель, Гермиона сидела на кровати Драко в комнате мальчиков и украдкой утирала слезы. С ладони капала кровь, но боли она не чувствовала.

Ее трясло изнутри от страха, от осознания страшного намека, который сделал ей Темный Лорд.

«Сегодня в полночь в поместье семьи Кребб состоится бал в честь праздника Всех Влюбленных для семейных пар, для помолвленных молодых людей и для детей. Любовь, которую питает к вам юный мистер Малфой, не оставила равнодушным хозяина бала. Ваше место — рядом с женихом на этом балу. В случае вашего отказа хозяин бала будет разочарован, и возможно, ему придется принять крайне неприятные для вас меры.

Приколите эту розу к груди, и в полночь она перенесет вас на бал.

Вас будут ждать.

P.S. Приглашение действительно только для вас!»

На завтраке Гарри дал ей газету, в которой говорилось о нападении на сиротский приют. Если это те дети, которые не были найдены после пожара, то сейчас они находятся в плену, в Кребб-мэноре, в ожидании бала, который обратится в кровавую пирушку для Темного Лорда и рьяных его последователей. И судя по письму, они с Драко на этой пирушке будут почетными гостями.

Этой ночью Гермиона видела сон. В белом бальном платье с черными кружевами, которое ее уговорила купить Джинни, она стояла в центре красивого сада у фонтана. Такие красивые блики испускали капельки, опадающие в бассейн. Ночь была лунная, еще зимняя, но Гермионе не было холодно. Единственное желание обуревало ее — заглянуть в фонтан.

Но когда она наклонилась и окунула в прозрачную, кристально чистую воду руки, они оказались в крови. Кроваво-красным было ее платье, все в багряно-черных разводах, оборванное и подпаленное. Из воды фонтана на поверхность всплыл мертвенно-белый Драко, и к груди его была приколота черная роза.


* * *


— Он придет, — успокаивала ее Джинни, выводя красиво наряженную, но совершенно бледную подругу в гостиную, где их уже ждал Гарри. — Видишь, он и розу красивую прислал. Черную… Редкая очень.

— Не тревожься, — Гарри улыбнулся и положил свои пальцы на ее руку в знак понимания, когда они к нему подошли. — С ним все будет хорошо.

— Он же у Темного Лорда, Гарри, — сглотнула тугой ком в горле Гермиона. Глаза ее были подозрительно красными. — Пока он там, с ним ничего не будет хорошо.

В гостиной многие провожали ее взглядами, когда Гермиона, не дождавшись Гарри, Джинни и Невилла, отправилась в бальном платье без партнера в коридор. Здесь почти никто не знал, что Драко подменили, поэтому их новое отношение друг к другу все приняли за разрыв, что несколько обнадежило пару поклонников Гермионы.

— Она беспокоится о нем, — на его локоть легла теплая ладошка Джинни, и девушка приподнялась на носочках, чтобы поцеловать его в щеку. — И ей одиноко.

— Драко действительно задерживается, — обеспокоенно шепнул Гарри, осторожно увлекая ее в сторону танцующих. — Я тоже тревожусь.

Порядок выхода из гостиной нарушен не был, и разговор они смогли продолжить только в первом пробном танце в Большом зале. С ними танцевали еще несколько пар, но они были рассеяны по залу, и Гарри с Джинни оказались совсем одни.

— Кому легко привыкнуть к тому, что твой любимый человек — двойной агент? — они мягко вальсировали. — Или большая фигура в этой войне… Он прислал ей розу, и она будет ждать его до ночи. Я попросила Невилла составить ей компанию, но он же пригласил Полумну и не может постоянно отвлекаться.

— Ее нельзя оставлять одну рядом с этим уродом, — прошипел Гарри, глядя поверх тиары Джинни на подставного Драко. — Убил бы, но Снейп предостерег от этого. Какого черта он тут? Он даже не делает попыток что-то у меня выведать!

— Не горячись.

— На сознании щит — я не могу пробить его незаметно.

— Успокойся, Гарри, — Джинни мягко повернула его лицо за подбородок к себе.

— А если.? — в голову пришла морозящая страхом мысль. — А если он пришел, чтобы навредить тебе или Руди? Или Гермионе?

Или Он пытается взломать сейчас щиты сознания Драко, чтобы выведать все планы и оставшиеся тайны? Нет, понял Гарри, не будет ему покоя, как и Гермионе, пока друг не вернется, и он лично не убедится, что все хорошо. Они вальсировали медленно, и белобрысая голова недруга постоянно попадалась ему на глаза.

Начались танцы, но Гермиона предпочла отойти к столам с легкими закусками и наблюдать за балом со стороны. Не было ни настроения, ни желания идти к вальсирующим парам, хотя несколько молодых людей уже подходили с приглашениями. Все было не то. Маленькие мальчики, неразумные юнцы; одинаковые слова, расплывшиеся улыбки под масками, страх в глазах перед ее отказом… Куда им до взрослого душой и умом Драко, с горечью думала Гермиона? Изредка она поглядывала на подставного Драко, который стоял в стороне и изредка косился на часы. Он не обращал на нее внимания, значит, не он должен ее сопровождать в Кребб-мэнор. Гермиона точно решила, что пойдет. А еще она сразу поняла намек в постскриптуме: она должна быть одна.

Тоскливо. Одиноко. Выть в голос хочется.

Великолепные декорации больше не вызывали ощущение праздника, и Гермиона медленно, вдоль столов отправилась к дверям Большого зала. Последние часы в Хогвартсе она хотела провести в тишине и одиночестве где-нибудь у озера. Платье, купленное специально для этого бала, шуршало с каждым шагом; мельком девушка заметила Невилла — он приостановился в танце с Полумной и виновато на нее поглядел, но Гермиона слабо улыбнулась и покачала головой. Не нужно ее провожать. Она и сама не была уверена, что идет в гостиную Слизерина. Может, побродить по замку, подумать в одиночестве…

Музыка затихла, танцующие пары приостановились, и Гермиона начала пробираться к выходу быстрее, пока ее не хватились друзья и не закончилась полуминутная пауза между танцами. Но следующая зазвучавшая музыка заставила ее приостановиться и замереть. Это была та песня, под которую они с Драко учились танцевать.

— Леди окажет мне честь, подарив этот танец? — раздался мягкий, бархатный голос за спиной, от которого по телу поползли мурашки.


* * *


Элегантный фрак, зачесанные волосы, черная маска — Драко довольно оглядел себя в зеркало. Оставался последний штрих…

Он прибыл в Хогвартс через камин кабинета Снейпа, не предупреждая, не спрашивая. Комнаты, как он и ожидал, были заперты, но для Драко, когда-то выучившего дюжину заклинаний отпирания дверей, это не составило сложности. Пара студентов в нишах коридоров его не смутили, как и они его не узнали — заклинание Неузнавания работало великолепно.

Она была неотразима… Белое платье с черной расшивкой подчеркивало тоненькую, стройную фигуру девушки; каштановые волосы венчало украшение из каких-то стекляшек, и Драко с досадой пообещал себе, что когда-нибудь подарит ей такое же из бриллиантов, которое сверкало бы в несколько раз сильнее. К ней подходили, ее приглашали, но она не отвечала взаимностью, предпочтя сидеть в одиночестве у столов с закусками, чем танцевать с незнакомыми людьми. В глазах застыла печаль. Гермиона то и дело поглядывала на подставного Драко, но не подходила — видать, знала.

Драко презрительно скривился, увидев, в чем вывел на бал его официальное тело Яксли. Малиновый пиджак, черные брюки, синяя рубашка, белый галстук — он явно не задавался целью выглядеть хотя бы правильно, надел первое, что попалось в руки в шкафу. А вот и Поттер, кружит с Джин по залу, любуется на неправильного него. Невилл увлечен своей Полумной. И до Гермионы дела нет никому.

Вальс утих, и девушка поднялась с места, направившись к выходу. Не медля больше, Драко послал какого-то расторопного первокурсника запросить нужную песню и пошел за ней. При звуках музыки девушка остановилась.

— Леди окажет мне честь, подарив этот танец? — Драко подошел на близкое расстояние и чуть склонился в ожидании, когда она повернется.

Гермиона удивленно обернулась, но, как и требовалось, не узнала его. Отказа Драко получить не боялся — знал, что его не будет. По сияющим глазам видел.

— Д-да, — дрогнув, молвила девушка и положила пальчики на его поданную руку. — Конечно. — она словно бы пребывала в забвении.

В центре зала он осторожно положил ладонь ей на талию и развернул к себе. Вокруг уже кружили пары, свет факелов притих, погрузив зал в интимный, таинственный полумрак. Пару мгновений они стояли, глядя друг другу в глаза, затем задвигались в такт музыке: он завел руку за спину, другой держал ее за талию; Гермиона чуть выгнулась назад, как будто они снова и снова повторяли их танец. И Драко понял, что выдаст себя. Пусть на нем маска, пусть поверх нее — заклинание Неузнавания! Гермиона знала его движения.

Они резко выделились из группы однообразно танцующих пар, когда Гермиона подала руку и чуть отвела шею назад, поддаваясь чувству вальса. Они кружили не так, как другие; центр сразу стал принадлежать им, а остальные расступались, замедляли свой вальс или и вовсе останавливались в стороне, глядя на них. Глаза Гермионы блестели и в то же время были затуманены: она как будто не видела его. Ее черты в полумраке зала стали глубже, чувственнее, манили его… Он поднял ее с легкостью — она была такой легкой, что ее белое платье казалось облаком, облекающим ее созревшее тело. Нарастающая мелодия вновь сменилась тихой, проникновенной песней, и Драко вновь повел, не отрывая от нее взгляда.

Тendrás a tu hombre piel morena

desde el cielo habló la luna llena

pero a cambio quiero

el hijo primero

que le engendres a él

que quien su hijo inmola

para no estar sola

poco le iba a quere…

Черные в полумраке глаза сверкали доселе неведомым огнем. Гермиона очнулась от своего забытья к середине любимой ими песни и попыталась высвободиться из его рук, но этого Драко позволить не мог. Лишний поворот — и он преградил ей путь. Девушка удивилась, но вырываться и уходить не стала, а продолжила танцевать с тем же темпом и грацией, теперь внимательно вглядываясь в его лицо. Драко улыбнулся ей. Музыка после всплеска вновь утихла, и они оторвались друг от друга. Платье Гермионы пышно обернулось вокруг нее и пружинисто совершило разворот в обратную сторону, а они уже приблизились и соединили ладони, оставив между ними тонкую воздушную подушку с дюйм.

Омуты… Недосягаемые и влекущие.

Они завершили полуоборот и вновь сошлись в вальсе.

Y en las noches que haya luna llena

será porque el niño esté de buenas

y si el niño llora

menguará la luna

para hacerle una cuna

y si el niño llora

menguará la luna

para hacerle una cuna

Песня заканчивалась, и Драко даже порадовался этому, потому что не мог без веской причины оторваться от нее.

Гермиона выдохнула, когда он ее закружил, держа за руку, и она оказалась прижатой к нему. Вокруг послышались аплодисменты, даже преподаватели встали из-за столов, чтобы приветствовать их, а девушка все еще пыталась разглядеть странно знакомые черты под черной маской. В последний миг танца они соединили руки, и в ее ладони вдруг что-то появилось. А затем он совершил полный изящества и благодарности поклон, приложив руку к груди, и его заслонили танцующие пары.

Гермиона смогла только склонить голову, затем посмотрела в свою руку. В ней осталась миниатюрная серебристая лилия.

— Драко? — даже она не услышала свой собственный шепот.

Но он уже исчез в толпе.


* * *


Кажется, все в зале заметили приход нового человека, который сумел разогнать тоску Гермионы Грейнджер. Гарри, догнавший его в коридоре, ухмылялся. Заклинание Неузнавания нисколько не помогло ему отвлечь от себя внимание.

— Скорпиус, — произнес он кодовое слово, положив руку на плечо Драко. — Я же не слепой, Драко.

— А я думал, не догадаешься, — усмехнулся друг, сняв черную маску с лица.

— Зачем вообще нужен был этот маскарад? — поинтересовался Гарри, и они зашли в пустую часть коридора, где их бы не подслушали.

— Заклятие Неузнавания. Я ушел из Кребб-мэнора, не мог не прийти к Гермионе. Отец не был против, — Драко хмуро приподнял палочкой завесу заклятия, и вместо странного незнакомого лица, расплывшегося перед глазами, Гарри увидел знакомый облик друга. — Но он велел не возвращаться, потому что ему кажется, Темный Лорд держит нас при себе как пленников. Я должен вернуться.

— От Аластора утром пришла весточка, — тихо сказал Гарри и скрестил на груди руки. — Министерство было атаковано днем — так, парочка несерьезных попыток, разведка. Сейчас оно в осадном положении, никто не может покинуть его. Там Майкл, Миранда, мистер Уизли, и Кингсли, и Тонкс…

— Погоди, — нахмурился Драко. — Я знаю, куда ты клонишь, но прежде всего нужно позаботиться о Хогвартсе. Я взял из нашей комнаты Карту Мародеров — хорошо, что я знаю пароль от твоего кусачего сейфа, да? Вот, смотри, — он извлек из внутреннего кармана парадной мантии аккуратно сложенный пергамент.

Гарри взял Карту и развернул на третьем этаже, и на глаза тут же попалась точка с именем «Розье».

— Он не один здесь, — Драко осторожно кивнул за поворот коридора. — Долохов, Рудольфус, Макнейр и еще некоторые, кто хорошо знает Хогвартс, стоят по периметру. — Гарри тут же смог убедиться, что это правда. По коже поползли неприятные мурашки. Двое патрулировали холл, откуда легко можно было добежать до ворот и открыть их, нарушив цельную защиту замка. — Я видел их — Оборотное зелье. Ими подменили некоторых солидарных Темному Лорду слизеринцев, которые в данный момент в резиденции. Как меня.

Гарри покрутил в пальцах палочку, напряженно раздумывая. Пока все студенты заняты балом и собраны в одном месте, отличить Пожирателей от учеников будет просто. Но вскоре дети разбредутся по всему замку, и вряд ли в такой праздник все сразу захотят пойти спать.

— Нужно действовать быстро, — решительно сказал он. — Поохотимся?


* * *


Гермиону и Джинни он нашел неподалеку от дверей зала. В интимном полумраке многие парочки танцевали медленный вальс, музыка, которую издавали сами собой инструменты, была просто великолепна. На Гарри многие зашикали, когда он приоткрыл дверь зала, и внутрь попала полоса света. Гермиона, увидев его, подбежала, подобрав юбки.

— Это был Драко? — взволнованно спросила она.

— Драко, — подтвердил Гарри, оглядываясь в поисках Яксли. — Они планируют вторжение в Хогвартс. Нам нужно время. Заприте с Джинни Большой зал изнутри и никого не выпускайте.

Гермиона от волнения побелела, но удержала его за руку.

— Если это Драко, то… — она сорвала с груди приколотую к ней черную розу. — Темный Лорд прислал мне ее. Она — портал, который меня перенесет в Кребб-мэнор в полночь. Гарри, прошу тебя, скажи правду, это точно был Драко? — взмолилась она.

— Выброси это! — прошипел ей Гарри и ударил ее по руке. Роза упала на пол, он махнул на нее рукой, и она полыхнула синим пламенем, исчезая. — Это был Драко, и сейчас мы с ним идем охотиться, и нам нужна ваша с Джин помощь! Заприте Большой зал и как можно дольше удерживайте здесь людей. Понятно?

Дождавшись кивка, Гарри нашел взглядом подставного Драко и махнул ему рукой, подзывая. Вместе они и вышли из Большого зала в залитый ярким светом коридор. Тот сощурился, прикрыв глаза руками.

— Ты что-то хотел?..

— Да.

Зеленый луч вырвался из кончика его палочки и ударил Яксли прямо в грудь. На глазах Оборотное зелье теряло свои свойства, и Гарри понял, что не ошибся. Перед ним в нелепом наряде лежал Пожиратель Смерти.

Драко выглянул из-за угла и выскочил к нему, обратив тело в шахматного коня.

— И не жаль меня? — фыркнул он.

— Не жаль, — прохладно ответил Гарри, засовывая палочку в рукав. — Ты бери себе Карту, а я пойду так.

— Нет, — Драко сунул шахматную фигурку в карман и ткнул ему Карту в грудь. — Я знаю, кого нужно искать, а вот ты не ошибись. От Авады Кедавры нет антидота.

— Всех слизеринцев, которые находятся не на празднике в неположенное время.

— Все равно.

Они разошлись по разным коридорам. Гарри решил взять на себя верхние этажи, а Драко устремился к вестибюлю и холлу, где находилось больше всего Пожирателей. У Гарри возникла не очень хорошая и довольно странная мысль — может, когда они с Драко пересекутся, посчитать, кто больше насобирал шахматных фигурок в коридорах Хогвартса?..


* * *


Проснулся Люциус резко. Метка горела огнем, очевидно, он спал слишком крепко и не сразу почувствовал зов Лорда. Аккуратно встав с постели, он тихо собрался и направился к выходу, но уже у двери его встретила стража.

— Вот и ты, мразь, — прошипел какой-то молодой Пожиратель и изо всей силы ударил его в живот. Люциус согнулся пополам, хватая ртом воздух. — Эй, ведите его к Темному Лорду!

Фантом сына за его спиной, стоявший посреди комнаты уже несколько часов, рассеялся от одного мановения палочки слуги Темного Лорда — Люциус никогда не был мастером сотворения фантомов. Вот и смерть его пришла, подумал он обреченно. Что ж, он спас сына. Может ли быть лучшая награда для отца?

Посреди зала стояло кресло, в котором и сидел, вальяжно откинувшись на спинку, Темный Лорд. В полумраке его глаза горели угрожающе, а у его ног громоздилась куча тел. И к такому его образу Люциус давно привык. Он даже не обратил бы на них внимания, не вылови взгляд среди сваленных в кучу рук, ног и мантий, которые прикрывали тела, знакомое лицо Яксли. Люциус невольно запнулся, и его швырнули прямо к этой куче, чтобы он упал. Он не понимал, как мог Темный Лорд казнить своего верного соратника.

— А вот и ты, Люциус, — прошипел Темный Лорд, нагнувшись к нему. — Пришел посмотреть, что твой сын, спевшийся с Поттером, сделал с моими людьми в Хогвартсе?

Сердце стучало высоко в горле, когда Люциус решил окончательно — чему быть, того не миновать.

— Я помог сбежать Драко. Он мой сын, и я знал, какая участь нам уготована вами.

— Предатель крови… — прорычала Беллатриса из дальнего угла. — Твой отец породил на свет чудовище, которое уничтожило благородное семейство Малфоев…

— Ты можешь ступать, Беллатриса, — нетерпящим возражения тоном произнес Темный Лорд, и она покорно склонилась. — Наши друзья как раз захватывают Министерство Магии, и им просто необходима твоя помощь.

Беллатриса с торжественным видом прошла мимо, но не забыла плюнуть Люциусу в лицо. Он утер ее плевок вместе с потом, выступившим на лбу. У двери она, однако, остановилась — он услышал, как затихли ее шаги.

— Твой сын Драко меня расстроил, Люциус, — сказал Волан-де-Морт вкрадчиво, с отрешенным интересом разглядывая свою палочку. — Казалось бы, древний род, чтущий традиции чистокровности… И так меня разочаровал.

— Милорд, — Люциус весь покрылся дрожью, но поднял голову. Он знал, что выглядит жалко, стоя на коленях перед Темным Лордом. Он был сам себе противен. Но единственным, что Люциус чтил превыше любой чести и достоинства, была жизнь его сына. — Я знаю, что разгневал вас. Но мой сын… Он ни в чем не виноват. Это все Поттер…

— Хватит лжи, Люциус, — лениво протянул Темный Лорд, глядя на него сверху вниз с презрением. — Я все знаю, ты забыл?

— Я вовсе не оправдываю его, мой Лорд. Я прошу вас подарить ему жизнь, шанс. И за этот дар забрать мою.

— Твою жизнь, Люциус? Но она и так в моих руках.

— Вам нужно кого-то наказать, я знаю, — Люциус хрипло откашлялся кровью. — Самым большим желанием для меня всегда было… освободиться. И самым большим наказанием будет для меня навек стать вашим рабом.

— Как ты смеешь так говорить с Темным Лордом, презренный? — прошипела Беллатриса из темного угла, но Волан-де-Морт вдруг зловеще улыбнулся и остановил поток ругательств.

— Ты хочешь, чтобы я оставил Драко в покое, а ты остался здесь в качестве моего раба?

— Все верно, мой лорд, — Люциус опустил голову, готовый понести суровую кару.

— Интересная вещь — любовь… Дамблдор не зря ее столько боготворил, и знаешь, Люциус, с годами я стал задумываться, почему же… Теперь я понимаю, — Темный Лорд ужасно расхохотался, придя к какой-то страшной мысли. — Жертвенность. Она открывает все карты для меня, все самое дорогое, что человек прячет в сердце. Да, Люциус, даже такой, как ты, гнилой человек. И, размышляя над этим в эти долгие тринадцать лет, я тоже по-своему начал боготворить любовь. И отныне мне известно, чем я могу отблагодарить тебя за годы верной мне службы, Люциус… Макнейр, — окликнул Темный Лорд негромко, и в зал вошел Уолден. — Кажется, ты любил вершить правосудие, работая в Отделе контроля за магическими популяциями?

Люциус, не понимая, что происходит, устало глянул на него. У Макнейра на лице расцветала кровожадная улыбка.

— Что ж, мне думается, пора наградить моего верного слугу. Освободи его!

В руках у Макнейра появился серебряный топор, а перед Люциусом плаха. И, не успев ничего предпринять, Люциус оказался прикован за левую руку к ней.

— Я принял решение вознаградить тебя, — с удовольствием пояснил Темный Лорд. — Ты мне больше не пригодишься. Ты вернешься к дружкам Поттера и будешь дальше нести верную службу моим врагам, а твой сын Драко разделит участь Гарри Поттера… В награду за то, что ты подрывал мою власть. А Метка… Благодаря Макнейру она тебя больше не побеспокоит.

Сверкнул серебряный топор, и брызги крови полетели во все стороны, окропив лицо его палача. Сквозь шум в ушах Люциус слышал собственный вопль, но боли уже не почувствовал. Разум его канул в спасительное забытье, а очнулся он уже на пороге собственного дома.


* * *


Камин, которым они воспользовались для перелета в Министерство, трясся и шумел, и Гарри похолодел, вспомнив самый страшный и уже несуществующий день в жизни Министерства. Зеленое пламя окружало его, пока он летел, а зола промежуточных каминов пыхала ему в лицо.

В Хогвартс проникли восемь Пожирателей Смерти, приняв обличия учеников Слизерина. Это был не самый мудрый шаг Темного Лорда, ибо теперь Гарри знал, кто в школе представляет его шпионов и доносит информацию. Нескольких он убил сразу, с четвертым завязалась короткая дуэль — но он мало что мог ему противопоставить. Передвигаясь по замку, Гарри следил и за точкой с именем «Драко Малфой». Друг со сноровкой избавлялся от других точек с именами Пожирателей, и судя по тому, что они исчезали с карты, Гарри сделал вывод, что он особо не церемонится и не страдает человеколюбием в этот вечер.

Пожирателей Смерти, обращенных в шахматные фигурки, они отослали Темному Лорду со школьной совой, а сами отправились через камин Снейпа в Министерство. Зельевар был очень недоволен нарушением покоя и пытался их отговорить. Не получилось. Гарри постоянно поглядывал на время — они жутко запаздывали, и он все гадал, что ждет его по другую сторону каминной сети.

Оглушительный шум ударил по слуху, а камин разнесся в щепки, едва только он вылетел из него. Гарри рухнул на какие-то каменные обломки и обнаружил, что лежит на разбитой статуе кентавра из фонтана. На него тут же нашелся соперник — молодой, неопытный, подставивший горло под Режущие чары так глупо, будто специально искал смерти. Подскочив на ноги, Гарри первым делом огляделся и пришел на помощь женщине, которую атаковали сразу трое.

Этот день очень хорошо запечатлелся в его памяти, и страх, что ужасы войны в его мире повторятся, преследовал его всю жизнь. Повсюду лежали груды тел — Пожирателей и авроров, которых ранили и убивали из практически настоящих пистолетов, но с магическими пулями. Такая, если попадет даже в руку, не оставит шанса на выживание.

— Черная Роса… — прохрипел старый аврор, которому Гарри принялся помогать. — Роса…

— Эй! — Драко отбил три луча, летевших в его сторону и встал стеной, защищая друга. — Нужно найти Аластора, мистера Уизли и прочих!..

Но его голос потонул в оглушительных раскатах другого, многократно усиленного заклинанием. Казалось, стены задрожали, и все на миг остановились, прислушиваясь, к какой стороне он взывает.

— Отступаем! — рокотал голос Грозного Глаза под сводами атриума.

Пожиратели Смерти издали торжествующий клич, и сразу стало видно, как их здесь много. Среди работников Министерства началась паника: людей запирали в кабинетах с распалившимися оборотнями, несколько коридоров оказались блокированы наступавшей армией инферналов. Те, кто думал, что знал, где спасаться, бежали, спотыкаясь о тела и каменное крошево, в которое превращали фонтан несколько волшебников. Авроры пытались хоть как-то прикрыть отступление к уцелевшим каминам в дальней части атриума, но там уже притаилась другая угроза — дементоры, появление которых было предсказуемо. Всего авроров оставалось не более трех сотен в атриуме, и Мордред знает, сколько их было заперто в кабинетах, разбросано по отделам Министерства — их давили числом.

— Поттер! — Драко, подбежавший к остолбенело стоящему Гарри, рванул его за локоть за собой. — Нужно найти Аластора!

— Проиграли…

— Поттер, хватит спать! Эй! — перекрыл он голосом грохот разбивающихся каминов. — Уходим, уходим!

К ним присоединились несколько волшебников и волшебниц, которых вела за собой Тонкс. Ее голова была окровавлена, из глубокой раны на груди хлестала кровь. Опомнившийся Гарри вырвал свой локоть из цепких пальцев друга и бросился к ней.

— Там их слишком много, — хрипло проговорила она, отплевываясь от крови. — Они совсем рядом, Гарри…

— В приемное помещение Аврората, скорее, — скомандовал людям Гарри и перехватил Тонкс, чтобы помочь ей доковылять до него. Драко развернулся к ним и стал прикрывать отход.

— Вы так поздно пришли… Хотя это ничего бы не изменило.

— В Хогвартсе тоже были его люди. Мы нашли их и убили, отправили Темному Лорду.

— Зря ты его злишь Гарри… — проговорила Тонкс. — Зря…

Они вбежали в приемную Аврората, и Драко встал у двери, уничтожая тех, кто хотел туда прорваться.

— В камин все! — приказал Гарри и отправил туда Тонкс. — В Малфой-мэнор иди, там тебе помогут!

Грюм выскочил из своего кабинета с безумно вращавшимся в глазнице глазом и наставил на них палочку.

— Какого дьявола вы тут делаете?! — прорычал он.

— Пришли помочь!

— Зачем вы объявили эвакуацию? — крикнул в пылу сражения Драко.

— Парень, ты слепой?

Дверь отчаянно скрипела, и едва последние волшебники исчезли в камине, покрылась трещинами. Сколько было хвастовства, рассказов про количество авроров, которые будут защищать Министерство — но где же они?

— Нас перехитрили, — поведал им устало Аластор, отбиваясь от троих подряд. — Это все сообщение, что его люди собираются напасть на Абердин. Большой город… Ты понимаешь, Поттер!

Поттер понимал. Аврорат не мог игнорировать такое сообщение, и на защиту Абердина пришлось выслать огромное количество людей.

— Там мистер Уизли! — проорал им Драко и указал на рыжую макушку, которую теснили к фонтану.

Гарри похолодел и бросился к отцу Джинни, не услышав даже оклика Грюма. Артур был тяжело ранен и очень устал, и со спины к нему подкрадывался обнаживший клыки оборотень.

— Артур! Сзади!

Но Гарри успел понять три вещи:

Во-первых, оборотень успеет напасть на Артура, чем бы он его ни атаковал сейчас.

Во-вторых, при всем желании Артур не успеет увернуться и от лучей заклятий, и от оборотня, даже если услышал его предупреждение.

И в третьих, среди красных и синих лучей, летевших ему в грудь, затесался один зеленый.

— Не-ет!

Он увидел, как зеленый луч вместе с прочими ударяет Артура в грудь, а через миг его сметает с ног оборотень. Но мистер Уизли уже был мертв.

Гарри рванулся к ним, но из груди вырвался щит, уберегший его от двух смертельных лучей.

— Нет! — его нагнал Драко и развернул в обратную сторону. — Это конец, нужно уходить.

Грозному Глазу, который берег приемное отделение Аврората, отшибло Режущими чарами его ногу, и он повалился на пол.

— Аластор! — завопил Гарри, завидев зеленый луч, летевший прямо в него.

В последний момент тому удалось увернуться. Они с Драко подскочили к нему и затащили в приемное отделение. Погоня тут же настигла порога, и дверь жалобно заскрипела.

— Нужно уходить, — Драко забаррикадировал заклятием дверь, за которой слышались грубая ругань, крики и взрывы. — Через камин, немедленно!

— Вы уходите! — велел Грюм, тяжело волоча раненную ногу к столу. — За собой закрывайте камины в Хогвартсе.

— Нет, Аластор, — Гарри перехватил его за локоть, но Грозный Глаз с силой его оттолкнул.

— Поборемся еще, — пообещал он хрипло. — Ступай, Поттер. Хогвартс защищай.

В дверь что-то крепко ударилось, и она задрожала как осиновый лист. Драко сгреб с каминной полки горшок с Летучим порохом и швырнул первую горсть.

— Аластор, идем с нами! — взмолился Гарри.

Грюм проволок его по кабинету и снова толкнул в камин.

— Защитник нашелся — мне твоя защита ни к чему! — прорычал он, пока его волшебный глаз волчком крутился в глазнице, высматривая врагов. Дверь снова содрогнулась, с потолка посыпалась штукатурка. — Хогвартс защити, каменный круг и магию! Хогвартс, — рыкнул он напоследок. — Кабинет директора!

Зеленое пламя завертело его и выбросило прямо на красный ковер перед столом МакГонагалл. Та вздрогнула и вскочила с места, а портреты зашептались меж собой. И все же эта тишина давила на уши после страшного грохота в Министерстве.

— Поттер… — она поспешила к нему и помогла отряхнуться. — Что происходит? Откуда вы в таком виде?

Он поднялся и стряхнул с себя золу и белую пыль, но ответить не успел. В камине снова полыхнуло зеленым пламенем, и к ним вышел Драко, такой же грязный, в саже и пепле.

— Аластор, — скорбно, еще не до конца осознавая ужас их положения, произнес он. — Мертв…

Глава опубликована: 28.11.2018


Показать комментарии (будут показаны последние 10 из 111 комментариев)
Добавить комментарий
Чтобы добавлять комментарии, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь
Предыдущая главаСледующая глава
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑

Отключить рекламу
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх