Выжившие (джен)

Хронология

2 мая 1998 — Битва за Хогвартс

1 сентября 1998 — 30 июня 1999 — Гарри учится на седьмом курсе

6 сентября 1999 — Гарри становится стажером в Аврорате

2 мая 2000 — День рождения Виктуар

31 декабря 2000 — свадьба Рона и Гермионы

Действия в главе разворачиваются: с 5 по 10 ноября 2001

В течение получаса авроры тщетно пытались пробиться сквозь двери Отдела тайн. Сначала их едва не сбил с ног оглушающий красный луч, затем из ниоткуда возникло неопознанное существо и изрядно их покусало. Следом невидимая волна с такой силой швырнула их назад, что они едва не вросли в стену, а под занавес их чуть не придушил ядовитый газ. Только тогда они признали: попасть внутрь будет не так-то просто. Они взяли паузу, чтобы посовещаться, когда одна из дверей внезапно распахнулась и на пороге показался мужчина. Увидев посторонних, он едва не подпрыгнул от неожиданности.

Не сговариваясь, Гарри и Причард рванулись к нему, надеясь воспользоваться моментом. Однако они тут же налетели на невидимую преграду и снова были отброшены в центр круглого зала, а дверь, словно издеваясь, захлопнулась прямо перед их носом.

— Только мистер Кроакер может впустить вас, — пояснил ученый, приходя в себя. — Вы… Гарри Поттер, верно?

— А вы кто?

— Меня зовут Джио Матеус. Чем могу помочь? Как вы вообще здесь оказались? Мистер Кроакер не…

— Мы просто хотим поговорить с вами, — перебил его Гарри. — Мы можем пройти в ваш кабинет?

Вместо ответа Матеус коснулся палочкой одной из дверей. Спустя мгновение глава Отдела соизволил ответить на вызов. Кроакер не проронил ни слова, он лишь самодовольно улыбнулся и прикоснулся палочкой к другой створке. Гарри показалось, что именно через неё только что вышел Матеус, но уверенности не было. Кивком разрешив им войти, Кроакер сухо бросил:

— Десять минут.

— И что потом? — осведомился Причард. — Как нам вести расследование без полного доступа к помещениям?

— Я сам вас найду, — Кроакер безразлично пожал плечами. — В конце концов, вы ведь именно сюда так стремились попасть?

Бросив эту туманную фразу, он скрылся. Оказавшись среди сотен тикающих механизмов, Гарри мгновенно узнал это место. Гермиона называла его Залом времени. Застекленный шкаф на стене, доверху набитый часами самых причудливых форм, выглядел как новенький, хотя Гарри помнил, как пять лет назад тот падал и разбивался бесконечное число раз. Он перевел взгляд на противоположную дверь, за которой скрывались пророчества, и тряхнул головой, отгоняя непрошеные тени прошлого. Он здесь не для этого.

Матеус провел их в один из десятка тесных кабинетов, опоясывающих зал. Гарри невольно подумал, что, возможно, именно здесь он когда-то сражался с Антонином Долоховым. Обстановка была скудной: лишь рабочий стол, заваленный ворохом пергаментов, да одинокий стул.

Допрос не принес ощутимых результатов. Да, пропажу обнаружил именно он. Нет, перед уходом в пятницу он не заметил ничего подозрительного. Нет, сам он над этим злополучным эликсиром не работал. Да, у него был доступ в ту часть отдела, поскольку там трудилась его коллега, но у него нет привычки совать нос в чужие дела. Нет, он не может раскрыть суть собственных изысканий — профессиональная тайна, господа авроры, вы же понимаете. Да, он сообщил шефу о краже сразу же, как обнаружил пустой ящик и провел беглый осмотр. С того момента он ни к чему не прикасался и не покидал здание.

Переминаясь с ноги на ногу, ученый не сводил с Гарри настойчивого взгляда, словно само присутствие национального героя должно было магическим образом разрешить эту загадку. Повисло неловкое молчание, которое стало почти осязаемым, когда Матеус, явно завороженный близостью легендарного Поттера, неловко оступился и смахнул со стола гору бумаг.

Положение спас вернувшийся Кроакер. На обратном пути Причард не упустил случая продолжить расспросы:

— Известен ли вашим сотрудникам полный перечень защитных заклинаний?

— Разумеется, нет.

— И всё же у вас работают выдающиеся маги. Могли ли они, изучив теорию, самостоятельно снять защиту?

— Теоретически это возможно, но я в любом случае узнал бы о вмешательстве.

— Как в таком случае они попадают на свои рабочие места?

— По магическому отпечатку ауры. Система распознает их и позволяет перемещаться строго в те зоны, куда им открыт доступ.

— А если кто-то попытается пройти вместе с ними?

— Двери не пропустят чужака. Вы только что имели удовольствие убедиться в этом лично.

— Но с ваших же слов выходит, — спокойно парировал Причард, — что вы прекрасно осведомлены о том, что происходит в вестибюле.

— Я знаю, кто проходит через эти двери и в какое время.

— И все, кто переступал этот порог за последние несколько дней, отмечены в списке, который вы нам передали, — с легким сарказмом подытожил Причард.

— Совершенно верно. Поймите, я больше всех заинтересован в том, чтобы вы нашли виновного и вернули пропажу.

— Что ж, вернемся к исчезнувшему эликсиру. Как вы можете быть уверены, что ваши сотрудники не разглашают результаты своих исследований?

— Они давали магическую клятву, как и большинство чиновников Министерства. Полагаю, у вас, авроров, заведены те же порядки.

— Они давали Нерушимый обет или нечто подобное? — переспросил Гарри, удивившись, что столь зыбкое доверие к людям соседствует здесь с такой мощной внешней защитой.

— Конечно, нет! — воскликнул Кроакер. — Иначе достаточно было бы напоить их Сывороткой правды, чтобы убить. В любом случае, наши сотрудники — не те люди, к которым может подойти первый встречный. Чтобы использовать их в своих целях, нужно обладать незаурядным умом и редкими ингредиентами. К тому же большинство наших изысканий носит сугубо теоретический характер; требуются годы и огромные вложения, чтобы превратить теорию в прикладную магию, способную принести выгоду.

— Лечебное зелье кажется мне вполне готовым и выгодным продуктом, — заметил Гарри.

— Это исключение, спецзаказ для больницы святого Мунго. Оно сложное, но я не думаю, что умелому зельевару потребуется много времени, чтобы вывести формулу и воспроизвести состав. А затем он сможет сколотить состояние, продавая его аптекам.

— Как только товар появится на рынке, мы его выследим, — с надеждой произнес Причард.

— Не исключено, что первым клиентом станет именно Мунго, — предупредил Кроакер. — Если эликсир еще не доставлен заказчику, значит, он попросту не готов.

— Что ж, мы вернемся через неделю, — вздохнул Причард. — Можем ли мы теперь осмотреть место, где хранятся образцы?

— Прошу за мной.

Они пересекли зал и остановились перед хрустальным сосудом, внутри которого в бесконечном цикле перерождалась птица. Это зрелище проняло даже Причарда: всегда невозмутимый наставник замер как вкопанный, зачарованно глядя на игру жизни и смерти. Кроакер же, напротив, не удостоил сосуд и взглядом; он прошагал прямиком к шкафу, одна дверца которого была заметно перекошена.

— Я оставил всё в том виде, в каком обнаружил утром, — пояснил он. — Охранные чары здесь были простейшими, шкаф открывался паролем. У того, кто это сделал, кода явно не было. Именно поэтому я бы сразу исключил из списка подозреваемых тех, кто работает в этой лаборатории.

Гарри и Причард обменялись красноречивыми взглядами. Это вполне могло быть ложным следом, а значит, никого не следовало вычеркивать из списка на основании столь зыбкой улики. Они применили несколько диагностических заклинаний, но те не дали результатов. Складывалось впечатление, что шкаф вскрыли грубой физической силой, вообще не прибегая к магии.

— Кто разработал этот эликсир? — спросил Причард, закончив осмотр.

— Сегодня я отправил её работать в другой сектор. Она слишком потрясена случившимся, чтобы находиться здесь. Я позову мисс Кристал.

Гарри, видевший это имя в списке сотрудников, и бровью не повел. Пусть они и учились в Хогвартсе в одни годы, им никогда не доводилось общаться. Причард воспользовался отсутствием хозяина, чтобы еще раз осмотреться, но ни отпечатков, ни каких-либо иных следов взлома не обнаружил.

— Не так-то просто ориентироваться здесь в полной темноте, — заметил он, возвращаясь к Гарри. — Не зная расположения предметов и полагаясь лишь на тусклый свет палочки, легко во что-нибудь врезаться или что-то уронить.

Вспомнив, какой беспорядок они сами устроили в соседнем зале пять лет назад, Гарри согласно кивнул. Виновность самой ученой или её пособничество преступникам по-прежнему оставались рабочими версиями. Теперь всё решат допросы. Он огляделся и заметил, что Причард стоит возле витрины с маховиками времени.

— Заманчиво? — негромко спросил Гарри.

— Знаешь, что это? — удивился наставник. — Было бы весьма практично в нашей работе.

— Чем длиннее день, тем сильнее усталость, — отозвался Гарри, вспомнив изможденную Гермиону на третьем курсе. — К тому же нужно быть чертовски осторожным, чтобы не столкнуться с самим собой.

Под вопросительным взглядом Причарда Гарри поспешно добавил: «Ну, мне так кажется», чем только укрепил подозрения наставника. К счастью, в этот момент вернулся Кроакер в сопровождении Пенелопы. Он предоставил им один из кабинетов и оставил троицу наедине. Девушка выглядела настолько потрясенной, что ей сразу предложили присесть.

Прежде чем начать, Причард наложил на комнату чары конфиденциальности и взглянул на Гарри; тот лишь пожал плечами. Оба понимали: если хочешь стопроцентной уверенности, что тебя не подслушивают стены Отдела тайн, допрос лучше проводить в штаб-квартире аврората.

Пенелопа Кристал пребывала в полном смятении и не представляла, как такое могло произойти. Нет, никто из посторонних не мог проникнуть в отдел. Её собственный доступ был строго ограничен разрешенным радиусом. Нет, она не могла провести никого с собой. По сути, кража не перечеркнула её труд — она вела подробные записи на протяжении всего исследования, но саму мысль о том, где окажется флакон, Пенелопа переносила с трудом. Эликсир всё еще был нестабильным, и побочные эффекты могли быть непредсказуемыми. А попытка его воспроизвести и вовсе грозила катастрофой. Кроме того, она всерьез опасалась за свою карьеру: теперь ей вряд ли доверят серьезный проект, а то и вовсе укажут на дверь.

— Расскажите подробнее о самом эликсире, — попросил Причард.

— Подробнее?

— Да. Цвет, консистенция, запах, состав. Мы должны знать его «в лицо», если наткнемся в ходе поисков.

— Сильно сомневаюсь, что кому-то удастся воспроизвести его, просто проанализировав образец, — Пенелопа покачала головой. — Методика производства в корне отличается от того, как готовят обычные составы.

— И всё же перечислите основные ингредиенты, — терпеливо настоял Причард.

— Я не имею права разглашать эту информацию!

— Как вы думаете, зачем ваш шеф разрешил нам этот разговор? Чтобы выяснить, что вы ели на завтрак?

Она заколебалась, но наконец сдалась:

— Помимо прочего, в состав входят экстракт бадьяна, аконит и цветокрылка — именно она дает характерный аромат при варке. Также нужны слизь головастика и зерна порхотуньи, но их сейчас почти невозможно достать. В оригинале эликсир имеет сиреневый цвет. Если же ингредиенты заменят аналогами, состав получится желтым.

Когда стало очевидно, что ничего нового Пенелопа не сообщит, её отпустили. Остаток дня прошел в рутине: авроры допрашивали оставшихся сотрудников Отдела и рассылали повестки трем посетителям, заходившим в департамент в последние недели. Следующие несколько дней были посвящены сбору досье на четверку главных подозреваемых: Пенелопу Кристал, Джио Матеуса, Криса Бехера и Оливию Бунзен. Последние двое также имели допуск в Зал времени.

Пришлось досконально изучить их личную жизнь. Гарри, к своему удивлению, узнал, что у Пенелопы есть жених, служащий в Департаменте магического правопорядка. Параллельно авроры пытались отследить денежные потоки подозреваемых.

Добиться внятной информации от гоблинов оказалось невозможным. С неизменной хитрой ухмылкой они раз за разом отвечали отказом, ссылаясь на банковскую тайну. Что же касается волшебников, работающих в «Гринготтсе», то они крайне редко соглашались рисковать местом, а то и чем похуже, ради торжества справедливости. Данное дело не казалось настолько критическим, чтобы требовать от них подобных жертв. В итоге пришлось ограничиться проверкой через собственные каналы, выясняя, не совершал ли кто-то из подозреваемых крупных покупок в последнее время.

Дни сменяли друг друга, а расследование, казалось, буксовало. В пятницу после полудня Причард решил провести повторный допрос тех, кто находился в Зале времени за два дня до кражи. Начали снова с Кроакера, но тот лишь уточнил пару незначительных деталей. Следом вызвали Пенелопу. Она вернула себе былое хладнокровие и, похоже, только теперь в полной мере осознала, что каждое её слово может быть использовано против неё. Девушка взвешивала каждую фразу, так что авроры вновь остались ни с чем.

Когда в кабинет вошел Джио Матеус, Гарри с досадой понял, что по-прежнему является объектом его болезненного внимания. На протяжении всего разговора ученый не сводил с Поттера глаз, превращая допрос в череду неловких пауз. Едва переступив порог, Матеус умудрился болезненно удариться о дверную ручку и чуть не сел мимо стула. Его рассказ в точности повторял показания первого дня. Получив разрешение идти, он с видимым трудом заставил себя отвести взгляд от Гарри, после чего так резко вскочил, что опрокинул стул на пол.

Вернув мебель на место и бросив извиняющийся взгляд на напарника, Гарри с легкой ностальгией вспомнил Тонкс и ее вечную неуклюжесть. Затем мысли почему-то перескочили на Грозного Глаза Грюма — того, ненастоящего, каким он впервые увидел его на уроке защиты от Темных искусств. В памяти всплыло занятие с Непростительными заклятиями, когда он, подчиняясь воле замаскированного Пожирателя смерти, из последних сил боролся с приказом внутри собственной головы. Сопротивляясь Империусу, он тогда так же больно ударился коленом о стол…

— Ступефай! — выкрикнул Гарри, молниеносно выхватив палочку.

Заклятие настигло Матеуса у самой двери, сбив его с ног. Причард тут же достал свою палочку и, убедившись, что ученый просто оглушен, вопросительно посмотрел на Гарри.

— Я думаю… мне кажется… не под Империусом ли он? — пробормотал тот, чувствуя, как минутная уверенность начинает стремительно испаряться.

— Хорошо, — невозмутимо отозвался Причард. — Я принесу всё необходимое. Если очнется до моего возвращения, вырубай снова. Не давай ему ни говорить, ни двигаться, ясно?

— Понял, — кивнул Гарри, радуясь, что наставник не стал требовать немедленных объяснений.

Пока шефа не было, Гарри левитировал Матеуса на стол и замер в напряжении, готовый действовать при малейшем движении подозреваемого. Причард вернулся через несколько минут в сопровождении Фосетта, который держал в руке крошечный флакон. Гарри узнал Веритасерум. Помимо того что сыворотка лишала человека воли к сопротивлению, она обладала свойством подавлять эффект Империуса, и её часто использовали именно для этих целей. Но, учитывая строгий учет состава, принести его мог только лично глава Аврората.

Убедившись, что Гарри держит подозреваемого на прицеле, Фосетт подошел к бессознательному мужчине и капнул ему в рот три капли зелья. Ждать пришлось недолго: Матеус тихо застонал, но попыток подняться не предпринял.

Причард тем временем водрузил лист пергамента на невесть откуда взявшийся аналой и приготовил зачарованное перо. Фосетт кивнул Гарри, разрешая начинать. Не зная точно, сколько продлится действие сыворотки, тот решил не терять ни секунды.

— Ваше имя?

— Элджернон Матеус, — бесцветным голосом отозвался подозреваемый.

— Ваша профессия?

— Сотрудник Отдела тайн.

— Это вы украли флакон с эликсиром молодости?

— Да, я.

Гарри облегченно выдохнул. По крайней мере, он не оглушил невиновного.

— Как вы это сделали?

— Я подслушал пароль от шкафа мисс Кристал и забрал флакон в пятницу вечером. Кроакер ничего не заметил во время беглой проверки перед уходом. В понедельник утром я пришел в отдел первым и взломал ящик. После чего сразу отправился к шефу и заявил, что только что обнаружил пропажу. Он допросил меня, но я не оставил следов.

— Что вы сделали с эликсиром?

— Я его отдал.

— Кому?

— Не знаю.

Гарри зашел с другой стороны:

— Вы были под Империусом?

— Да.

— Кто вас заколдовал?

— Я не знаю. Кажется, это была женщина.

— Расскажите, как всё произошло.

— Две недели назад я возвращался домой. Когда я открывал дверь, услышал женский голос, а потом… сложно описать то, что я испытал. Я знал только одно: я должен выполнять все приказы.

— И каков был приказ?

— Принести с работы зелье, которое можно было бы легко воспроизвести и продать аптекам.

— Хотите сказать, что сами предложили этот эликсир? — вмешался Причард.

— Да, он подходил под описание того, что ей требовалось. К тому же он не причинило бы такого ущерба, как другие вещи, которые я мог вынести. Да и Кристал я недолюбливаю.

Последняя фраза, произнесенная всё тем же монотонным голосом, вызвала невольные улыбки на лицах авроров.

— Что именно вы сделали с флаконом? — продолжил Гарри.

— В назначенное время я оставил его на коврике у своей двери и пошел спать. Так мне велели. На следующее утро флакона уже не было.

Матеус жил один, и удивляться его странным поступкам было попросту некому. Тот, кто выбрал его для своих целей, мастерски разыграл партию.

— В какое время вы его оставили?

— Ровно в пол-одиннадцатого вечера. В этот час на лестнице никого не бывает.

Гарри взглянул на начальство, безмолвно спрашивая, будут ли еще вопросы.

— Вам приказывали украсть что-нибудь еще? — спросил Фосетт.

— Нет. Но я полагаю, что ко мне могут обратиться снова.

— Вы что-нибудь похищали из Отдела тайн до этого случая? — на всякий случай уточнил Причард.

— Нет. Это было впервые.

Матеус часто заморгал, и Гарри понял, что действие Веритасерума заканчивается. Спустя пару минут ученый окончательно пришел в себя. Только что он пустым взглядом сверлил потолок, а теперь медленно повернул голову и посмотрел на Гарри. В его глазах читались не только восторг, но и колоссальное облегчение.

— Добро пожаловать в реальный мир, — негромко произнес Гарри.

— Спасибо. Огромное вам спасибо.

— Не за что, — Гарри стало немного стыдно, что ему потребовалось столько времени, чтобы разгадать эту загадку. — Вы и так причинили себе немало боли, пытаясь передать мне послание своей неуклюжестью.

— Я знал, что могу на вас рассчитывать.

Матеус осторожно сел на столе, окинул взглядом трех авроров и робко спросил:

— Меня отправят в Азкабан?

— Мы не можем отпустить вас, пока судья не вынесет решение, — пояснил Фосетт. — Сомневаюсь, что Визенгамот соберется сегодня вечером, так что придется подождать до понедельника. Пока вы останетесь в одной из камер Министерства.

— Вы хотите известить кого-нибудь о своем отсутствии? — спросил Причард.

— Нет, не стоит. Не хочу волновать мать. Но если меня всё же посадят, я смогу ей написать?

— Разумеется, мы передадим ваше письмо. Но у вас есть все шансы выйти на свободу.

* * *

Как только стражи правопорядка увели Матеуса, Фосетт провел короткое совещание прямо на ходу.

— Я подготовлю бумаги для Департамента правопорядка и введу Кроакера в курс дела, — распорядился он. — Вы двое займитесь поисками этого кукловода и проверьте возможные точки сбыта. Надеюсь, на выходные у вас не было грандиозных планов.

— Можно выпустить в прессе заявление о побочных эффектах эликсира… — предложил Гарри.

Авроры на несколько секунд задумались, но Фосетт в итоге качнул головой.

— Пару лет назад Скримджер дал серию интервью, призывая людей не покупать сомнительные защитные артефакты, но это лишь помогло перекупщикам набить карманы. Лучше оставаться в тени. Отправляйтесь в Лютный переулок и задействуйте все свои связи.

Предупредив семьи о том, что могут задержаться надолго, Гарри и Причард спустились в Атриум и через каминную сеть переместились в «Дырявый котел». Пройдя сквозь стену, они зачаровали мантии, сделав их неприметными, и слегка подправили черты лиц. Став совершенно неузнаваемыми, напарники вышли в узкий переулок, змеившийся между подозрительными, дурно пахнущими домами. Заняв укромную нишу, они принялись ждать тех, кто мог бы поделиться сведениями.

Прошло два часа. Мимо по булыжной мостовой проплывали волшебники и другие магические создания: гарпии, эльфы и даже несколько гоблинов. Кто-то спешил по делам, кто-то торговался с проституткой чуть дальше по улице, а кто-то обменивал сомнительный товар на контрабанду или звонкие галлеоны. Причард отправил Гарри на поиски хоть какой-нибудь еды. Начинал накрапывать мелкий дождь. Они уже почти отчаялись встретить кого-то стоящего, когда Гарри внезапно толкнул напарника в бок.

— Тот, внизу. Я его знаю.

— Который?

— С зеленой сумкой, разговаривает с высоким блондином.

— Думаешь, он нам подойдет?

— Он трус, но не предатель, — заверил Гарри.

— Этого уже достаточно. Значит, берем его.

Гарри дождался, когда жертва закончит дела, и двинулся следом. Ускорив шаг, он протянул руку, чтобы перехватить мужчину за локоть. Тот резко вильнул в сторону, пытаясь ускользнуть, но Гарри успел вцепиться в мантию и дернуть на себя.

— Я просто хочу поговорить, — начал он.

— Оставьте меня в покое!

— Я — Гарри Поттер.

Мужчина уставился на него с нескрываемым подозрением. Чтобы окончательно развеять сомнения, Гарри вполголоса добавил:

— Площадь Гриммо, двенадцать. Медальон. Кричер.

Мундугус Флетчер вздрогнул. Пользуясь его замешательством, Гарри потащил мошенника в тень, где их поджидал Причард. Оказавшись подальше от любопытных глаз, Гарри снял чары маскировки.

— Я думал, мы квиты, — проворчал Флетчер, оправляя одежду.

— Так и есть. Но сейчас мне нужна твоя помощь.

— Не мои проблемы.

— Тогда считай, что ты просто оказался не в то время и не в том месте! — огрызнулся Гарри. Увиливание воришки начинало его утомлять.

— Десять галлеонов, — вмешался Причард, решив сменить тактику.

— Ах, вам для этого? Могу посоветовать отличный бордель неподалеку, — с издевкой отозвался Флетчер. — Представьте себе, я подобным не занимаюсь.

Гарри окинул коротышку пристальным взглядом. Как, во имя всех святых, Дамблдору удалось привлечь этого типа к работе в Ордене Феникса? Уж точно не ради денег и тем более не из любви к Избранному. Гарри попытался в точности восстановить их давний разговор в коридорах Министерства. Флетчер тогда с уверенностью твердил, что директор знал о его лояльности делу. О чем еще они говорили? Прокрутив диалог в голове, Гарри внезапно зацепился за его тогдашнее заявление о невиновности: «Темная магия? Никогда». Только сейчас до него дошло, что мошенник не просто бросил красивую фразу — за ней крылось нечто большее.

— Мы ищем того, кто без колебаний пускает в ход Империус, — произнес Гарри. — Этот человек наверняка обратится к перекупщикам, чтобы сбыть товар. Хотите разбираться с ним в одиночку?

Мундугус мгновенно осекся. На долю секунды в его глазах промелькнул неподдельный страх. Он повернулся к Причарду и деловито потребовал:

— Сотня галлеонов. Половину сразу, как только появятся первые зацепки.

— Тридцать. Половину получишь, как только передашь нам действительно важные сведения.

— Восемьдесят. Половину вперед. А насколько информация важна — это уже не мои заботы.

— Сорок. Половину вперед.

— Шестьдесят. Пятьдесят сразу, и это мое последнее слово.

— Сорок пять. Двадцать пять авансом. Больше не дам.

— По рукам.

Они обменялись рукопожатиями, закрепляя сделку. Причард кивнул Гарри, предлагая ввести информатора в курс дела.

— Украдено экспериментальное лечебное зелье. Нам нужно вернуть его как можно скорее: состав нестабилен, и последствия его применения могут быть плачевными.

Флетчер лишь пожал плечами с видом человека, которого чужие беды совершенно не трогают.

— Вор действовал под Империусом, — продолжил Гарри. — По его словам, проклятие наложила женщина. Именно она — наша цель. Рано или поздно она появится здесь или в Хогсмиде, чтобы сбыть украденное.

— Она может прислать посредника, — резонно заметил Флетчер.

— Даже посредник станет для нас ниточкой.

— А что будет с перекупщиками? — забеспокоился Мундугус. — Желательно, чтобы они остались в живых.

— На их счет распоряжений не было, — вмешался Причард. — Если будут сотрудничать, пусть живут. У нас нет времени гоняться за каждой мелкой сошкой.

Флетчер на мгновение задумался.

— Ладно, я поспрашиваю, не ищет ли кто сбыт для чудо-зелья, — наконец произнес он. — Но не ждите, что я полезу в самое пекло.

— Даже в мыслях не было, — с кислой миной отозвался Гарри.

Контрабандист хотя бы ради приличия изобразил на лице некое подобие стыда.

— Завтра на этом же месте? — уточнил Причард.

— Нет, только не здесь. В Хогсмиде, в «Саду Филлис», в это же время.

Не дожидаясь ответа, Флетчер растворился в темноте переулка.

— Идем по домам, — распорядился Причард. — Завтра в семь утра жду тебя в штаб-квартире.

— Хорошо. Доброй ночи, сколько бы её ни осталось.

* * *

На следующее утро, сжимая в руке чашку крепкого кофе, Причард делился с Гарри планами на день.

— Сегодня будем прощупывать почву. Я уже изъял из хранилища конфискованные на той неделе крылья фей и листья жгучей антенницы — попробуем пустить их в оборот. Заодно наведаемся в аптеки и составим список нечистых на руку фармацевтов.

— Мы не собираемся искать сам эликсир? — удивился Гарри.

— Подождем до завтра. Хочу быть уверенным, что оно поступит в продажу прежде, чем мы начнем настойчиво интересоваться столь редким товаром.

Причард изменил свою внешность и принялся за Гарри. Взглянув в зеркало, тот ошарашенно уставился на незнакомого молодого человека с азиатскими чертами лица. Лишь мгновение спустя он заметил еще одну поразительную деталь:

— Шрам! Он исчез! Как тебе это удалось?

— Без особых усилий, — пожал плечами Причард, искренне не понимая причин такого восторга.

— Мне никогда не удавалось скрыть его полностью.

Наставник на секунду задумался, а затем предположил:

— Скорее всего, за эти годы он стал неотъемлемой частью твоего образа, и тебе самому трудно представить себя без него. По этой же причине, кстати, немногим магам дается превращение в противоположный пол — внутреннее восприятие мешает внешней форме.

Гарри задумчиво провел пальцем по гладкому лбу. Он вспомнил, как в детстве шрам казался ему единственной осязаемой ниточкой к прошлому — к родителям, которых он не помнил. Стоило этой мысли промелькнуть, как отметина вновь проступила на коже.

— Хватит любоваться, — призвал к порядку Причард и повторным заклинанием стер шрам. — Нас ждет работа.

Весь день они провели в изматывающих рейдах по Лютному переулку и закоулкам Хогсмида. Маскировка позволяла им легко сбывать контрабанду и скупать сомнительные артефакты. Ближе к вечеру они зашли перекусить в «Кабанью голову». Гарри украдкой наблюдал, как Аберфорт Дамблдор обслуживает посетителей. Старик ничуть не изменился: всё то же угрюмое выражение лица, за которым, как знал Гарри, скрывался человек кипучей энергии. Аберфорт не узнал его под чужой личиной, но, видимо, чувствовал неладное, а потому не сводил с подозрительных гостей настороженного взгляда.

Ближе к полуночи авроры отправились на встречу с Мундугусом Флетчером.

— Этот дом за оградой неплохо сохранился, — заметил Причард. — Твой приятель явно выбрал место поприличнее. Бывают притоны, где в преступников упираешься сразу на пороге. Объясняй потом такое своей девушке!

Гарри мысленно отмахнулся от уколов совести, решив, что о подобных нюансах службы Джинни знать совершенно ни к чему.

Они вошли внутрь и оказались в обстановке вполне обычного, даже уютного дома. Элегантная дама лет сорока встретила их приветливой улыбкой и предложила снять мантии.

— Мы лишь ждем здесь друга, — сухо бросил Причард.

— В таком случае, пройдите в библиотеку, — уже более прохладным тоном указала она на дверь справа.

Чтобы не портить отношения с хозяйкой, Причард вручил ей несколько галлеонов из сегодняшней выручки. У Гарри язык не повернулся бы назвать это помещение библиотекой: на полках сиротливо теснилась едва ли дюжина книг, причем скорее эротического, нежели обучающего содержания. Впрочем, полистав пару журналов, Гарри философски рассудил, что одно другому не мешает. Флетчер соизволил явиться лишь четверть часа спустя.

— Деньги принесли? — с порога осведомился он.

Причард швырнул ему увесистый кошель. Мундугус взвесил его на ладони и довольно осклабился.

— Есть несколько зацепок. В нашем тесном мирке за последние дни объявилось по меньшей мере пятеро новичков. Но для начала я заприметил сегодня в Лютном двух дилетантов, которые пытались сбыть крылья фей и листья жгучей антенницы.

— Очень смешно, — поморщился Гарри.

— Еще трое мне не знакомы, — продолжил Флетчер, не обратив на него внимания. — Первый — здоровяк, но, сдается мне, он промышляет крадеными палочками.

Авроры понимающе переглянулись. Старый Олливандер больше не мастерил новые палочки, распродавая лишь складские запасы. Появившийся на рынке конкурент качеством не блистал, а потому старые добрые палочки превратились в объект воровства и нелегального сбыта, что доставляло немало хлопот магической полиции.

— Двое других явились сегодня как раз с тем, что вы ищете. Один почти сразу сбыл товар с рук. За десять галлеонов я скажу вам, что именно он продал.

— Три галлеона.

Мундугус согласился так быстро, что Гарри сразу понял: эта информация не стоит и ломаного кната. Он не питал иллюзий насчет честности Флетчера.

— Ладно, что с последним? — спросил Причард.

— Не знаю, что за товар у него был. Он заглянул всего в пару лавок, а я не хотел светиться и идти следом.

— В какие лавки? — терпеливо уточнил наставник.

Флетчер перечислил названия. Все они были прекрасно знакомы аврорам благодаря своей сомнительной репутации.

— На этом всё! — заключил мошенник. — Дальше ваша работа. Лишние проблемы мне не нужны, так что больше я об этом и слышать не желаю. Сделаю исключение только для окончательного расчета.

Он поднял воротник пальто и, не прощаясь, скрылся за дверью.