Выжившие (джен)

Хронология

2 мая 1998 — Битва за Хогвартс

1 сентября 1998: Гарри переходит на седьмой курс

Действия в главе разворачиваются: 25 июля — 11 августа 1999

Накануне отъезда Джинни в «Норе» воцарилась гнетущая атмосфера. Гарри из последних сил держал лицо, стараясь не показывать, что затея новоиспеченной охотницы «Гарпий» вызывает у него глухое неприятие. Джинни пообещала вырваться к нему через две субботы, благо у команды намечалось окно в графике, но это ничуть не унимало тоску. За последний год он настолько сросся с её присутствием, что сама мысль о разлуке казалась противоестественной.

Вечером заглянули Билл и Флёр, чтобы напутствовать сестру. Весь ужин Гарри чувствовал себя не в своей тарелке и, едва дождавшись десерта, поспешно ретировался в спальню. Ему было невыносимо видеть Джинни такой искрящейся и счастливой, понимая, что не может искренне разделить с ней этот триумф.

Больше часа он ворочался в постели, тщетно пытаясь провалиться в сон. Внезапно дверь едва слышно скрипнула, и в комнату проскользнула тонкая девичья фигура.

— Не спится, — пожаловалась Джинни.

— Слишком взбудоражена переменами? — буркнул в ответ Гарри.

Она на цыпочках подошла к кровати и, бесцеремонно потеснив его, нырнула под одеяло.

— Нет, мне просто... страшно, — наконец призналась она.

— Значит, я должен хоть немного поднять тебе настроение, — слова давались с трудом; он произносил их скорее из чувства долга, чем от чистого сердца.

— Не надо. Просто обними меня.

— Мы будем писать друг другу, — пообещал он, притягивая её к себе.

— Это совсем не то.

— Знаю. Мне будет очень тебя не хватать.

— Но ты ведь всё равно пойдешь своим путем? Станешь аврором? Сделаешь это ради нас?

— Послушай, Джинни, — Гарри вздохнул. — Если ты хочешь убедить меня в своей правоте, можешь не стараться. Я уже сказал, что не против. Я тебя поддержал. Я две недели доказывал твоей матери, что ни капли не расстроен твоим отъездом. Давай обойдемся без лекций, пожалуйста.

Джинни на мгновение притихла, а затем тихо произнесла:

— Я ценю твою поддержку. Знаю, что прошу о многом, но...

— Всё нормально. Просто... я не хочу, чтобы завтра наступало.

— Я уверена, что сделала правильный выбор, но мне тоже тошно от мысли, что мы долго не увидимся, — согласилась она. — Давай просто дорожить каждой минутой, пока мы рядом, ладно?

Проснувшись на следующее утро, Гарри обнаружил, что постель рядом уже пуста. Мистер Уизли вместе с дочерью отправился в тренировочный лагерь «Гарпий» — отцу не терпелось лично оценить условия проживания и познакомиться с руководством.

Артур вернулся через несколько часов в самом благостном расположении духа. Ему пришлась по душе директор клуба, а оснащенность тренировочных площадок по последнему слову магии и вовсе привела в восторг. Больничное крыло тоже внушало доверие, а соседки Джинни по комнате показались ему вполне приятными девушками.

Гарри тем временем метался по дому, не зная, куда деть себя от тягостных мыслей. Так и не найдя покоя в четырех стенах, он решил оседлать мотоцикл и на полной скорости проветрить голову в окрестностях «Норы».

* * *

Получив результаты школьных экзаменов, Гарри, не откладывая дело в долгий ящик, отправил заявку в Академию авроров. Всего через несколько дней после отъезда Джинни его вызвали на собеседование в Министерство. Туда он прибыл через каминную сеть и, спустившись на второй этаж, быстро отыскал нужный кабинет.

За широким столом напротив двери сидели двое мужчин и женщина. Их лица показались Гарри знакомыми: они наверняка встречались на одной из многочисленных церемоний в память о павших, а несколько месяцев назад он, кажется, даже вручал им медали.

«Все должно пройти хорошо», — подбодрил он себя.

— Прошу вас, мистер Поттер, присаживайтесь, — предложил председатель жюри, седовласый волшебник, указывая на одинокий стул перед небольшим столиком.

Гарри попытался спрятать нервозность за вежливой улыбкой.

— Как вы, должно быть, понимаете, мы собрались здесь, чтобы решить, соответствует ли ваш профиль работе в Аврорате, — заговорил Седовласый всё тем же серьезным тоном. — Видите ли, у вас за плечами весьма внушительное преступное прошлое.

— Простите? — Гарри растерялся. Он был искренне уверен, что все его былые разногласия с законом остались в эпохе правления Фаджа и Скримджера.

— В четырнадцать лет вас вызывали на дисциплинарное слушание за использование магии в присутствии магглов. Впрочем, тогда вас признали невиновным, — начал перечислять Седовласый. — Всего несколько месяцев спустя возникли подозрения, что вы организовали в Хогвартсе незаконную группировку в обход Декрета об образовании номер двадцать пять. Тогда профессор Дамблдор взял вину на себя, избавив вас от обвинений. В семнадцать лет вас и вовсе объявили врагом общественности номер один. Кроме того, вы подозреваетесь в незаконном проникновении в Министерство магии под оборотным зельем и совершении там актов вандализма. Но самое свежее: свидетели утверждают, что именно вы ответственны за ограбление банка «Гринготтс» несколько месяцев назад. Что вы можете сказать в свое оправдание?

К щекам Гарри прилила краска — смесь смущения и глухого раздражения.

— Надеюсь, что... эм... в будущем у меня больше не возникнет проблем с законом, — ответил он, решив, что оправдываться сейчас бессмысленно.

По непроницаемым лицам членов комиссии невозможно было понять, зачел ли жюри такой ответ.

— Что вы предпримете, если полученный приказ вступит в прямое противоречие с вашими личными убеждениями? — задал вопрос другой волшебник, с темными вьющимися волосами.

— Думаю, я сразу дам об этом знать, — медленно проговорил Гарри.

— И всё же, вы выполните приказ? — настаивал тот.

Гарри на мгновение задумался.

— Зависит от последствий, — честно признался он. — Если выполнение приказа может нанести вред невинным людям, не думаю, что стану его исполнять.

— Вы ведь понимаете, что аврор обязан подчиняться четкой иерархии? — не унимался Темноволосый. — Не может быть и речи о том, чтобы действовать в одиночку, как вы привыкли.

— Но я просил помощи! — возмущенно воскликнул Гарри. — Я никогда не пытался делать всё сам.

— И тем не менее, вы часто берете инициативу в свои руки, работая в отрыве от группы.

— Потому что иногда у меня просто не было выбора, — устало выдохнул Гарри, чувствуя, что запас его терпения на исходе.

— Мистер Поттер, — вмешалась волшебница с зеленой повязкой на правом глазу, — создается впечатление, что вы слишком привыкли командовать.

— Я? — удивился он. — Вовсе нет.

Собеседники с явным сомнением покачали головами.

— Разве не вы создали и возглавили такую известную структуру, как Армия Дамблдора? — спросила женщина. — Разве не вы подняли в прошлом году бунт в Хогвартсе?

— Вообще-то, идею с восстанием подал Невилл Лонгботтом, а преподаватели помогли всё организовать, — возразил Гарри. — А на занятиях АД я всего лишь давал дополнительные уроки по Защите. Я никем не командовал.

— И тем не менее, все эти молодые люди готовы были идти за вами до конца.

— М-м?

— Полагаю, вы знаете, что некоторых из них мы уже завербовали, — добавил Темноволосый.

— Эм, да, но я здесь ни при чем.

Волшебники переглянулись, словно этот диалог их забавлял.

— Вам известно, почему за последние годы в штаб-квартире авроров было так мало новобранцев? — спросил Седовласый.

— Нет.

— Потому что уровень преподавания Защиты от темных искусств в школе катастрофически упал. Нам попросту некого было брать.

Вспомнив чехарду профессоров за годы своей учебы, Гарри вынужден был признать, что это звучит логично.

— В прошлом году, — продолжал Седовласый, — мы столкнулись с острой нехваткой кадров, поэтому решили принять на работу тех, кто участвовал в Битве за Хогвартс. Мы засчитали само сражение как вступительный экзамен. И должен признать, у них великолепные дуэльные навыки. Сами они утверждают, что обязаны этим именно вам.

Гарри потребовалось несколько секунд, чтобы переварить эту новость.

— Вы взяли на работу всех членов АД, участвовавших в битве? — уточнил он.

— За исключением тех, кто решил вернуться в школу и закончить седьмой курс.

— Вы делали такое же предложение и Рону Уизли? — настойчиво спросил Гарри.

Экзаменаторы переглянулись, и Седовласый ответил за всех:

— Да, делали. Но он отказался.

Гарри опустил взгляд в пол, стараясь скрыть нахлынувшие чувства. «Рон, — пронеслось в голове, — почему ты вспоминаешь о скромности именно тогда, когда стоит гордиться своим героизмом?»

— Из него бы вышел отличный аврор, — наконец глухо произнес он.

— Хорошими аврорами становятся те, кто искренне этого хочет, — возразила Зеленая повязка.

«Но он хотел!» — Гарри едва удержался, чтобы не выкрикнуть это вслух. Он отчетливо помнил их собеседование по профориентации на пятом курсе: Рон грезил этой службой.

— А вы, мистер Поттер? Вы желаете стать аврором?

— Да, мэм.

— Полагаете, вы обладаете необходимыми для этого качествами?

— Надеюсь на это, — твердо ответил он.

— И какие же качества, по-вашему, мы ценим в кандидатах больше всего? — продолжала допрос Зеленая повязка.

— Глубокие познания в защитной магии, о чем вы уже упоминали, — начал перечислять Гарри. — Непоколебимое желание бороться с темными искусствами. Умение вести расследование...

Он замолчал, подбирая слова.

— Чувство солидарности, дисциплина, методичность, способность анализировать ситуацию и планировать, — подсказал Седовласый. — Как вы считаете, наделены ли вы этими чертами?

«Солидарность? Пожалуй, да. Дисциплина? Этому можно научиться. Методичность? Хм. Анализ? Иногда случается. Планирование? Что ж, мне всегда неплохо удавалось следовать планам Гермионы. В общих чертах».

— Думаю, да, — кивнул Гарри, стараясь придать голосу уверенности.

— Вы когда-нибудь применяли Непростительные заклятия? — внезапно сменил тему Седовласый.

Гарри густо покраснел. Первым порывом было солгать, но, встретившись взглядом с комиссией, он понял: они и так всё знают.

— Случалось.

— Какие именно?

— Империус и Круциатус, — признался он, холодея от мысли, что только что перечеркнул свое будущее.

— Но не Аваду? — уточнил Седовласый.

— Конечно, нет! — возмутился Гарри.

— Даже против Сами-Знаете-Кого?

— Я уже не раз говорил: Волдеморт погиб от собственного проклятия!

Он намеренно произнес имя Темного лорда, но реакция жюри его разочаровала — никто даже бровью не повел.

— И всё же, почему Круциатус? — допытывался Седовласый.

— Потому что Кэрроу — законченная сволочь, он сам постоянно его применял, — выпалил Гарри, решив, что терять ему больше нечего.

— Волдеморт часто использовал Аваду, — спокойно парировал Седовласый. — Он применил её к вам и к вашим родителям.

— Я никогда не хотел становиться убийцей, даже ради мести, — раздраженно отрезал Гарри. — Это он жаждал моей смерти. Я мог остановить его иначе, и я это сделал.

— Поэтому вы предложили ему сдаться?

— Да. Я обязан был это сделать, хотя и понимал, что он не примет предложение.

— Но Круциатус и Империус... были ли они так уж необходимы? — спросила Зеленая повязка.

— Я не знаю, как бы мы победили без Империуса. В той ситуации это было необходимо, и я не собирался причинять вред кому-то еще, — начал оправдываться Гарри.

— А Круциатус? — её взгляд оставался непроницаемым.

Гарри заколебался, вновь переживая ту сцену. Отводя глаза, он тихо признался:

— Я мог бы просто оглушить его. Но в тот миг я был в ярости. Я только что узнал, что он пытал моих друзей и собирался ударить человека, которого я глубоко уважаю.

— И это, по-вашему, служит оправданием? — ровным тоном уточнил Седовласый.

— Нет. Я знаю, что не должен был так поступать.

— Сделали бы вы это снова в похожих обстоятельствах?

— Надеюсь, я больше никогда в них не окажусь. А если... не знаю.

— Благодарю. У нас больше нет вопросов, — подытожил Седовласый.

Несколько секунд Гарри сидел неподвижно, не сразу осознав, что всё кончено. Не проронив ни слова, он поднялся и вышел. Давно он не чувствовал себя таким раздавленным. Казалось, каждое его достижение обесценили, а все ошибки выставили на всеобщее обозрение, ткнув в них носом. В глубине души он почти не сомневался: шансов стать аврором у него больше нет.

* * *

По дороге в «Нору» Гарри прокручивал в голове варианты объяснений своего провала. К счастью, Уизли не стали донимать его расспросами — они были свято уверены, что зачисление героя в штат было лишь пустой формальностью. Когда Гарри уже собрался ложиться спать, в комнату тенью проскользнул Рон.

— Всё настолько паршиво? — спросил он.

— Настоящая катастрофа, — выдохнул Гарри, радуясь возможности выговориться. — Они вывалили на стол целое досье, и мой Круциатус их, мягко говоря, не впечатлил.

— Какой еще Круциатус?

Гарри осознал, что так и не рассказал друзьям о том эпизоде в башне, и решил восполнить пробел.

— Ты всё правильно сделал! — вскинулся Рон, едва Гарри закончил рассказ. — Этот мерзавец заслужил каждую секунду боли!

— Может и так, но Непростительное остается Непростительным.

— Слушай, не всё потеряно, — попытался приободрить его Рон. — Если у них такой кадровый голод, они не станут разбрасываться Мальчиком-Который-Выжил только из-за того, что ты в сердцах приложил Пожирателя смерти.

Гарри почувствовал, как тяжесть немного отступает: в конце концов, он ведь не стал пользоваться этим заклятием направо и налево.

— Уверен, они тебя возьмут, — продолжал Рон. — Весь магический мир хочет видеть тебя аврором.

— Возможно. Но если из меня выйдет посредственный законник, лучше мне сразу заняться чем-нибудь другим.

— Что за чушь? Кто справится лучше тебя? Ты сражаешься с темными магами чуть ли не с пеленок!

— Ты же знаешь, что в первый раз это была мама...

— Ну и что? Для человека, который, по твоим словам, «ничего не умеет», ты уже неплохо продвинулся, не находишь?

Гарри невольно улыбнулся. Что бы он делал без поддержки Рона? Внезапно он вспомнил утренние новости:

— Рон... Слушай, а ты не жалеешь, что отказался от их предложения?

Друг мгновенно залился краской и смущенно пробормотал:

— Откуда ты прознал?

— Они сами сказали на собеседовании.

— Могли бы и промолчать, — недовольно буркнул Рон. Он помолчал, раздумывая, и пожал плечами: — Нет, не жалею. Мне действительно нравится то, чем я сейчас занимаюсь.

— Тебе правда по душе торговля или ты тянешь лямку только ради Джорджа?

— И то, и другое. Мне нравится продавать всякие безумные штуки и придумывать новинки. К тому же... мне кажется, Фред был бы рад, узнай он, что я не оставил Джорджа одного.

Гарри посмотрел на друга, вновь ощутив привычный укол беспомощности.

— Только не начинай вот этого своего лица, — горько усмехнулся Рон. — Всё нормально. У меня всё путем: ты станешь аврором, и заживем мы долго и счастливо.

Но Гарри его уверенности не разделял.

— Я тут кое-что решил, — вдруг добавил Рон. — Хочу съехать из дома. Думаю присмотреть что-нибудь в Косом переулке.

— Для этого есть какая-то особая причина? — осторожно зашел издалека Гарри, не решаясь в лоб спросить о Гермионе.

— Да, пожалуй, пора показать всем, что я способен сам за себя отвечать, — глухо ответил Рон. Видимо, недавние упреки сестры всё еще саднили.

— А давай жить вместе? — внезапно предложил Гарри. — Я как раз планировал обосноваться на площади Гриммо.

— О, отличная идея! — воодушевился Рон. — И когда планируешь переезд?

— В следующем месяце. Нужно время, чтобы привести это место в мало-мальски жилой вид. Но... — Гарри замялся, вспомнив важную деталь. — Ты ведь не против, если Джинни будет иногда у нас оставаться?

— Только если ты не против частых визитов Гермионы, — с хитрой ухмылкой парировал Рон.

— И как твои успехи на поприще уборки? — Гарри попытался стереть с лица ответную улыбку и добавить голосу строгости.

— Ну... кое-что я умею, — жалостливо протянул Рон. — Спасибо маме, она спуску не давала. Что? — недоуменно спросил он, глядя, как Гарри заходится от смеха.

— Ты и вправду решил, что я планирую обходиться без Кричера? — отсмеявшись, выдал Гарри.

— Знаешь, мне всегда нравился этот домовик, — невозмутимо заверил его Рон, не слишком заботясь об исторической достоверности.

* * *

Узнав о планах Гарри и Рона, Молли первым делом попыталась уговорить их остаться в «Норе». Впрочем, быстро поняв, что решение окончательное, и встретив неожиданную поддержку мальчиков со стороны Артура, она сменила тактику. Миссис Уизли твердо вознамерилась лично проверить, в каких условиях будут обитать ее сын и его подопечный.

— Завтра же составлю список дел, которые нужно закончить до вашего переезда, — решительно объявила она.

— Кричер во всем разберется, — попытался умерить ее пыл Гарри.

— Мы все прекрасно знаем, в каком запущенном состоянии находится этот дом, — ледяным тоном парировала Молли.

Мальчишки тревожно переглянулись. Обоих посетила одна и та же пугающая мысль: неужели она собирается наведываться к ним с регулярными инспекциями, проверяя каждый угол на наличие пыли?

— Теперь я понимаю, почему Билл и Чарли предпочли убраться так далеко, — прошептал Рон, когда они наконец остались одни, чтобы обсудить масштаб бедствия.

— Она часто навещала Джорджа? — поинтересовался Гарри.

— Поначалу да, когда они с Фредом только съехали. Но они быстро понатыкали везде ловушек, и она как-то резко передумала. Близнецы божились, что просто тестируют новинки, но, по-моему, это было чистой воды «противоматеринское оружие».

— Нам бы тоже не помешало что-нибудь эдакое, — вздохнул Гарри. Мысль о том, что придется объясняться с миссис Уизли по поводу частых визитов Джинни, его совсем не прельщала.

— Для начала надо бы снести антиснейповскую защиту и наконец заткнуть портрет миссис Блэк, — рассудил Рон. — А то не хватало еще выслушивать проклятия каждый раз, когда возвращаюсь к себе... то есть к тебе.

— К нам, — с улыбкой поправил его Гарри. — Что скажешь, как всегда, попросим помощи у Гермионы?

* * *

На следующий день праздновали день рождения Гарри. Джинни не смогла вырваться, но прислала теплое письмо и подарок. Вдоволь наевшись праздничными сладостями, Гарри и Рон наконец изложили свою проблему Гермионе.

— Теоретически ни одно известное заклинание не позволяет аннулировать чары вечного приклеивания, — с ученым видом произнесла она и не без ехидства добавила: — Собственно, именно поэтому оно так и называется.

Гарри лишь досадно стиснул зубы.

— Ты уверена? — с надеждой уточнил Рон.

— Если уж самому профессору Дамблдору не удалось снять этот портрет, а Блэки так и не смогли изменить интерьер в комнате Сириуса, вряд ли я справлюсь лучше.

— Начинаю думать, что проще будет купить другой дом, — тоскливо протянул Гарри.

— Это еще почему?

— Потому что я не горю желанием делить жилплощадь с мамашей Сириуса.

— Но я ведь не говорила, что выхода нет вовсе!

— Сказала! — в один голос воскликнули друзья.

— Я сказала, что это невозможно сделать при помощи магии, — уточнила Гермиона. — Но есть и другой путь. Просто возведите стену прямо перед картиной. В полной темноте и без внешних раздражителей магия портрета «уснет» и со временем ослабнет. А с комнатой Сириуса всё еще проще: заштукатурить и нанести поверх слой густой краски.

Гарри, честно говоря, не имел ничего против плакатов с полуобнаженными красотками, но перспектива навсегда избавиться от воплей миссис Блэк так его обрадовала, что спорить он не стал.

— А как быть с чарами Грюма?

— Думаю, это как раз по силам будущему аврору, — подмигнула она. — Кажется, я видела нужную формулу в одной из своих книг. Захвачу её в следующий раз.

Гарри невольно поморщился: ожидание результатов собеседования в Аврорат всё еще давило на него тяжким грузом. К счастью, Гермиона сама сменила тему:

— Ты получил весточку от Джинни? Как у неё дела?

— Всё отлично, — с энтузиазмом отозвался Гарри. — Обещала приехать через неделю.

— «Гарпии» просто обязаны выйти в финал, — со знанием дела вставил Рон. — На прошлом отборочном туре они показали себя блестяще.

* * *

В пятницу вечером Гарри напрочь забыл обо всех своих профессиональных неудачах — приехала Джинни. Ее первый опыт в квиддичной команде столь высокого уровня оказался более чем обнадеживающим. Весь чемпионат она провела «за кулисами», помогая игрокам на тренировках, и уже вовсю осваивала индивидуальную программу по улучшению физической формы.

— У нас чудесная атмосфера, — уверяла она. — Чем-то напоминает девичью спальню в Хогвартсе, только всё гораздо веселее.

Рон и Гарри обменялись озадаченными взглядами.

— В смысле девичья спальня? Это как у мальчиков, только вместо грязных носков повсюду разбросаны лифчики?

— Вроде того. Ну и вместо девчонок мы обсуждаем парней, — невозмутимо кивнула Джинни.

— Рон! Джинни! — прервал их возмущенный возглас миссис Уизли.

Гарри невольно улыбнулся, хотя от мысли, что Джинни может обсуждать его с подругами по команде, ему стало слегка не по себе.

* * *

Обычно Гарри твердо придерживался принципа: никогда не ночевать в одной постели с Джинни, пока ее родители или кто-то из родственников дома. Нарушил он его лишь однажды — накануне ее отъезда. Когда Джинни проскользнула к нему в комнату, он быстро убедил себя, что даже Избранным иногда полезно отступать от правил.

— В следующий раз, когда ты приедешь, я уже буду жить на площади Гриммо, — лениво протянул Гарри спустя несколько часов.

— Кстати, раз уж напомнил: до сих пор не могу поверить, что ты всерьез предложил Рону переехать к тебе.

— А что в этом такого? Ты против?

— Ну еще бы! Я надеялась, что мы сможем спокойно видеться, а тут выясняется, что мой собственный брат будет стоять у нас над душой.

— Не будет он стоять! — фыркнул Гарри. — По крайней мере, это не в его интересах, если он сам хочет видеться с Гермионой.

— При чем тут это, Гарри? Мы говорим о моем брате. Он никогда не одобрял моих свиданий, с кем бы я ни встречалась.

— Хочется верить, он хоть немного изменился. Он ведь встал на твою сторону, когда ты рассказала семье о контракте с «Гарпиями».

— Да, но... Ты правда думаешь, что он не станет болтать о нас всякие глупости?

— Обещаю. Не волнуйся.

— Эх, посмотрим, — вздохнула Джинни. — Слушай, ты так ничего и не рассказал о своем собеседовании. Когда пришел ответ?

Гарри сконфуженно промолчал, не зная, с чего начать.

— Что? Гарри, что ты там натворил?

Пришлось выложить краткий пересказ беседы с экзаменаторами, включая историю с Амикусом Кэрроу.

— И зачем ты им всё выложил? — не поняла Джинни.

— Ну как... они же спросили.

— Но ты не обязан был отвечать на такое!

— А ты бы на моем месте соврала?

— Если бы понимала, что на кону карьера в Аврорате — да, безусловно.

Гарри ошеломленно замер. Но ее следующая реплика добила его окончательно:

— Да не переживай ты так. Уверена, они всё равно тебя примут. Если только не сочтут слишком наивным для такой работы. Так, ну-ка подвинься, — пробурчала она, зевая. — Занял всё место.

— И не забудь заказать на Гриммо кровать пошире, — закончила Джинни уже на сонной, но веселой ноте.

* * *

В воскресенье после завтрака Гермиона задержалась в «Норе» на чашку кофе и заодно решила разузнать о дальнейших планах Гарри и Рона.

— Думаю, уже через две недели сможем переехать, — радостно объявил Гарри.

— Сомневаюсь, — возразила Молли. — Там еще столько работы, а Кричер, увы, уже не в той форме.

— А почему бы вам не привлечь свободных домовиков? — предложила Гермиона.

— А они еще остались? — удивился Гарри.

— Всегда найдется парочка, — пожала плечами Гермиона. — Случается, что волшебники в порыве гнева дают эльфам свободу. Выбор у них невелик: либо доживать век в отчаянии, либо идти в Хогвартс. Мое бюро по трудоустройству как раз пытается убедить их, что свободная жизнь не так уж страшна.

— И много сейчас таких бесхозных эльфов? — с интересом вмешалась Джинни.

— Немного, но в этом году семьи Пожирателей лишили права владеть домовиками. У нас их сейчас около пятидесяти. Заходи завтра ко мне в офис, Гарри, подберем тебе работников. И кстати, пора бы уже сменить название Г.А.В.Н.Э. Понятия не имею, как мне такое пришло в голову — в школе я совершенно не умела общаться.

— Надеюсь, ты оценишь, что нам с Роном тогда удалось не рассмеяться. Это и есть настоящая дружба, — улыбнулся Гарри.

— И ваша дружба распространяется на поиск нового, более удачного названия?

— Конечно! — с энтузиазмом подхватил Рон. — Борьба за Лояльность и Единство Существ Королевства. Б.Л.Е.С.К. — гордо выпалил он.

— Рон!

— Кухонные Лупоглазики, Асы Стирки. К.Л.А.С.С., правда? — влез Джордж.

— Джордж!

— Союз Объединенных Лупоглазиков. Звучит сурово, и С.О.Л.ь в названии есть, — насмешливо добавил Билл.

— Билл! — простонала от отчаяния Гермиона.

— Чудесная Уборка Малышей? — снова предложил Рон.

— Нет уж, я ни за что не променяю Г.А.В.Н.Э. на Ч.У.М.А., — отсмеявшись, отрезала Гермиона.

— Незаменимые И Красивые Отзывчивые Героические Домовики-Артисты, — внесла свой вклад Джинни.

— Н.И.К.О.Г.Д.А. не говори «никогда», — лукаво парировал Артур.

— Митинг Угнетенных Рабством. М.У.Р., — подал голос Чарли.

— Ненавижу вас всех, — пробормотала Гермиона, но удержаться от смеха всё равно не смогла.

— Даешь Освобождение Милым Отзывчивым Вислоухим Коротышкам, — подытожил Артур. — Просто Д.О.М.О.В.И.К.!

— А что, неплохо...

— Армия Добби, — твердо произнес Гарри, и шутники тут же притихли.

— Точно, сокращенно А.Д., — согласилась Джинни. — Нам это название принесло удачу.

Гермиона посмотрела на Гарри и кивнула:

— Прекрасно! Ты первым выступишь с речью. Расскажешь, как свободный эльф спас тебе жизнь и помог победить Волдеморта. Хочу, чтобы все знали: Добби спас магический мир.

— Эм... Ну, если ты настаиваешь, — не посмел отказать Гарри, мысленно вопрошая небо, почему все важные миссии всегда достаются именно ему.

* * *

Гермиона подошла к делу со всей ответственностью — на каждого свободного эльфа у неё было заведено отдельное досье. Гарри заглянул к ней утром, и вместе они отобрали тех, кто лучше всего подходил для работы на площади Гриммо. Новые помощники прибыли уже после полудня, и Гарри, не долго думая, со спокойной совестью перепоручил их Кричеру.

Старый эльф мгновенно построил новичков и принялся раздавать указания. Уже через полчаса Гарри начал сомневаться, что поступил правильно: Кричер вел себя вызывающе высокомерно, постоянно морщился и осыпал подопечных не самыми лестной замечаниями. Гарри попытался было его утихомирить, но тщетно.

— Все свободные эльфы ленивы и никчемны, — отрезал Кричер. — Они не знают, что такое преданность хозяину, и годятся лишь для самой черной работы.

Гарри с сочувствием подумал, что миссия Гермионы по их социализации только начинается.

— Это не их вина, что они стали свободными, — попытался заступиться он. — Если им не понравится, они просто не придут завтра. Постарайся быть помягче, пожалуйста.

— Хозяин Гарри велел сделать дом достойным, и я заставлю этих бездельников работать.

Почувствовав, что проигрывает в этом споре, Гарри оставил эльфов их печальной участи. Впрочем, результат не заставил себя ждать: вскоре комнаты засияли чистотой, стены освежили краской, а перед портретом миссис Блэк возвели глухую стену. Из-за неё всё еще доносились грозные завывания, но теперь они звучали совсем глухо. Домовики работали на диво шустро, и, чтобы не мешать процессу, Гарри решил отправиться по магазинам.

Опасные артефакты вывезли из особняка еще три года назад, так что теперь оставалось лишь избавиться от уродливого старья и обновить мебель. Кричер навел идеальный порядок на своей кухне, но от предложения переехать в нормальную комнату наотрез отказался. Зато он был на седьмом небе от счастья, когда Гарри разрешил ему забрать комод Регулуса.

Сам Гарри решил занять хозяйскую спальню. Рон выбрал комнату Сириуса — поначалу он хотел оставить на стенах все плакаты, но быстро признал, что Гермиона такой дизайн не оценит. Комнату Регулуса отвели под гостевую, на всякий случай поставив там детскую кроватку для Тедди. Гостиную переоборудовали в светлое и уютное помещение, которое своим красно-золотым декором теперь неуловимо напоминало гриффиндорскую башню.

Молли тем временем взялась за перепланировку кухни, и здесь её отношения с Кричером неожиданно пошли на лад. Отведав приготовленный им ужин, она признала в нем настоящего мастера и даже выведала пару рецептов. Их бесконечные кулинарные дискуссии привели к забавному открытию: оба питали страсть к еженедельнику «Ведьмополитен». Общая тема для разговоров стала первым шагом к установлению по-настоящему теплых отношений.