Тайны Тёмного Лорда (гет)

Уже на следующую ночь Том решил отправиться в библиотеку и попробовать пробраться в запретную секцию. Бесшумно встав с постели, он взял волшебную палочку и стал тихо шептать заклинания.

— Акцио, мантия! — И одеяния тут же оказалось в руках у мальчика, и ему не пришлось искать ее в темноте. Манящими чарами, которые студенты изучают только на четвертом курсе, Том уже вполне овладел.

— Люмос! — На кончике волшебной палочки вспыхнул огонек, интенсивность которого можно было регулировать. При его свете Реддл натянул мантию прямо поверх пижамы.

Эти и еще другие заклинания тщеславный и своенравный Реддл самостоятельно освоил несколько дней назад по учебникам для более старших курсов, которыми вполне можно было воспользоваться в той же библиотеке. Иногда учеба казалась студентам скучным занятием, но только не Реддлу. Для него это все было как игра: увлекательная и невероятно азартная, в которой овладеть какой-либо новой волшебной премудростью — все равно, что взять препятствие и в очередной раз получить подтверждение своим выдающимся способностям.

Одевшись, Том направился к двери, но тут услышал обращенный к нему шепот соседа по спальне.

— Куда это ты собрался, Том?

Реддл недовольно вздохнул, но все же решил ответить, зная, что Лестрейнж не выдаст его.

— В запретную секцию!

— Ты с ума сошел! Если Филч тебя поймает, то за такое серьезно накажут! — Повысил голос Родольфус.

— Силентио! — Прошипел Реддл, и губы его собеседника мгновенно оказались под воздействием заклятия немоты, хотя и продолжали беззвучно шевелиться.

— Филч никому ничего не скажет, даже если я в его комнату заявлюсь и погром там устрою. А вот тебе лучше самому замолчать, или заклятием заставлю. Понял?

Дольф только кивнул.

— Вот, и отлично!- Ухмыльнулся Реддл, снимая заклинание.

— Том, я с тобой пойду! — Тихо прошептал Родольфус.

— Спятил?

— Нет-нет! Я не пойду в саму секцию, но могу у дверей покараулить и предупредить в случае чего.

— А сам не боишься наказания? — Медленно проговорил Реддл, глядя Дольфу в лицо.

— Я не хочу, чтобы ты попался! — Искренно и не задумываясь, отвечал Лестрейнж.

— Хорошо! — Сказал Том после секундного раздумья. — Пойдем вместе.

Оба вышли в темный пустой коридор, дошли до лестницы, поднялись по ней и оказались в Большом зале. Реддл поманил Родольфуса на другую лестницу, которая вела на второй этаж, где и располагалась библиотека. И тут оба сначала увидели огонек под ними, а потом слух уловил звук шагов. Огонек медленно пересек Большой зал и скрылся в направлении подземелий и помещений Слизерина.

— Дамблдор! — Неприязненно произнес Том. — Сегодня его очередь патрулировать коридоры. Сейчас он спустится в подземелья и пробудет там довольно долго. Ну, а мы пока проникнем в библиотеку.

— Слизеринцев пошел караулить! — Фыркнул Родольфус. — Лучше бы своих гриффиндорцев так пас. Вот уж кто любители ночных вылазок!

Говоря так, мальчишки уже подходили к двери библиотеки, как вдруг неожиданно перед ними возник завхоз.

— Мистер Филч, это я, Реддл! — Поспешил подать голос Том.

— Вижу, мистер Реддл. Но вы не сказали мне, что с вами будет кто-то еще. О нем я вынужден сообщить преподавателю, который сейчас дежурит.

— Не надо, прошу вас! — Взмолился Родольфус. — Я его друг.

— Это правда? — Строго спросил блюститель школьных правил у Тома.

— Да, это мой друг! — Ответил Том после короткой заминки. Произнося эти слова, Реддл лукавил. Хотя за первый семестр учебы у Тома сложились довольно ровные и спокойные отношения не только с однокурсниками и преподавателями, но и даже со студентами других факультетов, однако настоящей дружбы и доверия у Реддла не было ни с кем, а он к этому и не стремился. Никому не доверял, ни с кем не откровенничал и вообще предпочитал, как и в приюте держаться немного особняком. Для себя Реддл раз и навсегда решил, что после Мэри друзей он себе не заведет, потому что даже лучшие из них могут оставить. Однако, в отличие от приюта, в Хогвартсе у Тома были приятели: Родольфус Лестрейнж, Абраксас Малфой, Друэлла Розье, а кроме того, ученики с других курсов Слизерина. Даже староста Грегори Нотт выделял его среди первокурсников за то, что приносимые им баллы во многом способствовали выходу Слизерина в лидеры по борьбе за первенство факультета в этом году. Но Родольфуса Том все же несколько выделял для себя среди остальных за искреннюю привязанность к нему Лестрейнжа, а ему этого было достаточно. Однако и Том извлекал для себя пользу от общения с однокурсником. Дольф был из благородной семьи чистокровных магов и воспитание получал соответствующее. Реддл уже умел располагать к себе людей, когда хотел, а от Родольфуса перенимал светскую учтивость и изящные манеры, которых ему не доставало. Кроме того, чистокровный однокурсник был просто кладезем ценной информации о волшебном мире, которую нельзя было почерпнуть из книг. Ею Лестрейнж охотно делился и при том никогда не высмеивал за могущие показаться нелепыми вопросы.

Филч тем временем придирчиво осмотрел Дольфа, потом бросил взгляд на Реддла и, наконец, ответил.

-Хорошо, Том. Пусть идет с тобой, но, чтобы больше никого.

— Как скажете! — Спокойно отвечал Реддл, по тону которого сейчас совсем невозможно было понять ни его истинного отношения к собеседнику, ни даже вообще предположить, какие мысли копошатся у него в голове. Приятели отправились дальше по коридору и вскоре оказались у дверей школьной библиотеки, которые были закрыты.

Родольфус уже открыл было рот, чтобы сказать, что, попасть внутрь у них, скорее всего, не получится, как Том приложил палец к губам, жестом призывая молчать.

— Алохомора! — Четко выговорил Реддл, и дверь открылась.

— Здорово! — В очередной раз восхитился Лестрейнж, и мальчики вошли внутрь. Они быстро миновали знакомый зал со множеством стеллажей и шкафов, оказавшись перед еще одной дверью, тоже закрытой. Однако и она распахнулась, стоило только произнести заклинание. Том и Родольфус вошли внутрь комнаты. Реддл зажег свет на кончике волшебной палочки и осмотрелся. Помещение, в котором они оказались, было намного меньше зала основной библиотеки, но все же Реддл был сильно удивлен, что по темным искусствам написано не так уж и мало книг, стоящих на полках стеллажей. Взгляд Тома быстро и привычно пробегал по их корешкам:

“Развитие и упадок темных искусств”

“Темные артефакты и их воздействие на жертву”

“Реестр запрещенных волшебных зелий и их рецептура”

“Темные заклинания”

“Способы противостоять мракоборцам. Издание 13-е”

Реддл был явно в восторге, но тут Родольфус указал ему на какой-то странный отблеск в глубине комнаты. Мальчишки подошли к нему поближе и увидели, что это зеркало в серебристой раме, которое отражает собой свет от волшебной палочки Тома. На большой раме была странная надпись: еиналеж.

— Что это? — Опасливо поинтересовался Родольфус.

— Не знаю! — Холодно отвечал Реддл, пристально всматриваясь в гладкую прозрачную поверхность, не в силах оторвать от нее глаз. Перед глазами Тома был красивый юноша, похожий на него. Нет, не похожий, а он сам, только старше, и на груди у него был значок старосты Слизерина, а потом и всего Хогвартса, в руках же — Кубок школы, означающий звание лучшего ученика. Потом поверхность зеркала замутилась на короткое время, но уже через несколько минут снова появилось четкое изображение: большой длинный стол, за которым сидят волшебники, чистокровные волшебники из самых древних влиятельных родов — Лестрейнж, Малфой, Нотт и, конечно же, Блэк. Все они почтительно склоняют головы перед тем, кто сидит во главе стола, называя своим повелителем. И повелитель этот — не кто иной как он — Том Марволо Реддл, к тому же обнаруживший, что у него в роду есть великие предки. Потом картина снова сменилась, и вот прямо перед Реддлом стоит страшная сгорбленная старуха в длинном плаще и с лицом-черепом. В руках она крепко держит острую косу и с силой замахивается на него. Однако каждый раз попытки ее сразить Тома терпели крах, и она, наконец, сказала.

— Прощай, я так и не одолела тебя.

Но тут снова заговорил Лестрейнж.

— Том, что это за зеркало такое? Я вижу себя капитаном факультетской команды, а затем и председателем Национального клуба по квиддичу.

Реддл тем временем внимательно осматривал серебряную раму и читал странную надпись, но не с начала, а с конца, словно бы она была зеркальным отражением оригинальной фразы: я показываю не отражение, а самую затаенную надежду.

— Это зеркало “желание”. — Отвечал Том, перечитывая странное доселе слово “еиналеж” наоборот.

— В которое вам двоим вовсе не стоит смотреть, если не хотите сойти с ума, что уже не раз случалось с теми, кто не в меру увлекся созерцанием того, что оно показывает.

Том и Родольфус вздрогнули и обернулись: перед студентами-первогодками стоял не кто иной, как заместитель директора и декан Гриффиндова Альбус Дамблдор. Лицо его было непривычно строго, а голубые глаза в очках-половинках горели гневом.

— Сэр! — Невозмутимо отозвался Том. — Мы вас не видели.

— Разумеется! — Слегка улыбнулся профессор. — Я могу становится невидимым. Дезиллюминационное заклинание — хоть и не простая, но весьма полезная штука, когда нужно поймать на месте преступления таких вот нарушителей школьных правил. Итак, что вам нужно было в запретной секции? — Дамблдор пристально смотрел на учеников. — Говорите правду, если не хотите сегодня же быть исключенными из Хогвартса. Того, что вы сделали, вполне достаточно для этого.

— Сэр, — глядя на учителя прямым взглядом и вспоминая урок защиты от темных искусств, отвечал Том. — Я не хотел сделать ничего дурного, просто полагал, что эти сведения будут полезны мне на занятиях у профессора Вилкост.

— Да, Галатея рассказывала мне о ваших необычайных талантах, расхваливая вас выше всякой меры. Признаюсь, не без оснований. Даже профессор Стрикт весьма высокого мнения о вас. Тяга к знаниям и упорство, конечно, похвальны, но вот неуместное в данном случае любопытство до добра не доведет. На первый раз я сниму с вас и мистера Лестрейнжа по двадцать пять баллов, но в дальнейшем так легко вам не отделаться.

При этих словах Реддла взяла досада. “Своих бы гриффиндорцев так строили и прессовали! Вот уж кто любители нарушать правила, всюду шляться и балагурить!”- Подумал он. За несколько месяцев учебы Том не раз был свидетелем, как гриффиндорцев лишали баллов за нарушение школьного распорядка.

— Это не ваше дело! — Вдруг сказал Дамблдор. — Со студентами Гриффиндора я как-нибудь сам разберусь, а наказание за проступки им определяет преподаватель, уличивший их, но уж никак не вы — ученик-первокурсник.

Тут Том слегка запаниковал, хотя и сумел не выдать этого.

— А теперь немедленно возвращайтесь в свои спальни, мистер Реддл и мистер Лестрейнж! — Строго велел профессор Дамблдор, и ученики понуро поплелись в подземелья.

Когда Том и Родольфус оказались в своей гостиной, то, наконец-то, вздохнули с облегчением.

— С Дамблдором нужно быть особенно осторожным! — Задумчиво проговорил Том.

— Да уж, если он может невидимкой расхаживать по коридорам. — Понимающе кивнул Дольф.

— Он еще может читать мысли! — Добавил Реддл.

— Не может быть1 — Немного даже испугался Лестрейнж.

— Может! — Уверенно констатировал Реддл. — Может и читает.