Школьный демон. Пятый курс (гет)

На берегу реки прекрасной сидели мы

И, вспоминая Авалон, заплакали…

Пришли мне в голову строки известного во многих мирах поэта. Правда, сидели мы с Миа на берегу не реки, но озера, да и поводов плакать как-то не намечалось: башни Хогвартса высились, как ни в чем не бывало, да и «утопание в крови» все еще лишь одно из отражений среди бесчисленных вариантов возможного будущего.

С помощью Анны Гриффиндор нам удалось-таки разобраться в следящих чарах, и слегка в них вмешаться. Так что теперь любой, кто захочет поинтересоваться общением двух подростков на берегу Черного озера — получит на уши тонну сахаринового сиропа… Не то, чтобы его не было на самом деле: все-таки, общение с красивой (Так считаю я, а все кто не согласен — могут двигаться ровными шеренгами в глубины варпа. Там Темный принц разъяснит им всю глубину их заблуждений) девочкой подразумевает некоторый уровень романтики. Но, увы, ни красоты теплых сентябрьских деньков на севере Шотландии, ни единение душ, ни теплые объятья не могут полностью отвлечь нас от дел низменных, хотя и по-своему увлекательных.

— Ну вот, теперь мне все ясно, — улыбнулась Миа, щелчком пальцев испепеляя полученную записку.

— Ты все-таки выяснила, чем занимается Отдела Тайн? — поинтересовался я.

Именно эта проблема интересовала нас в первые месяцы обучения на пятом курсе. Остальные центры сил в волшебном сообществе Британии уже были более-менее определены, как и их интересы, сложные, запутанные и противоречивые. Но вот отдел Тайн оставался, прошу прощения за тавтологию, тайной. И вступать в серьезную игру с такими пробелами в картине мира было бы… опрометчиво. К тому же, амбиции и любопытство, подобающие адептам Владыки Изменчивых ветров, требовали раскрытия секрета, особенно — такого, которого так тщательно прячут.

И вот, кажется, у Миа получилось… или, по крайней мере, начало получаться.

Нет, разумеется, девочка не проникала тайком в засекреченный отдел министерства магии, не кралась по его темным коридорам ночью и с ножом в одной руке и потаенным фонарем в другой, не похищала работников отдела с целью их зверского допроса… Такие методы подобают разве что адептам низкого уровня посвящения… ну, или тем, у кого совсем нет времени на действительно тонкую и аккуратную игру, или же не хватает вкуса, чтобы наслаждаться красотой игры.

Нет, Миа с поистине детской наивностью и любознательностью задавала вопросы сама, а также ставила задачи для адептов Рассвета, как явного, так и скрытого, лояльного и мятежного, с тем, чтобы озадаченные доносили ее интерес до своих родителей, знакомых, знакомых родителей и родителей знакомых. А еще Миа попросила меня научить ее охотиться на мелких хищников варпа, так что теперь я не был полноценным монополистом в поставках Свартальвхейму истинного серебра. Разумеется, увеличение предложения — снизило цену металла. Зато темные альвы, уверенные, что играют на противоречиях между олигархами с целью получить выгоду, выдавали иногда весьма и весьма интересную информацию, которую в ином случае, вполне возможно, предпочли бы скрыть. Нет, разумеется, не было даже и речи о том, чтобы хитрые и ушлые карлики поделились знаниями, которые они сами по разным причинам считали секретными… Но настоящий аналитик и из отчета ДСП* вполне может извлечь секреты, хранить которые следует исключительно под грифом ДПС*. А Миа постепенно становилась настоящим аналитиком.

/*Прим. автора: ДСП — Для Служебного Пользования*/

/*Прим. автора: ДПС — До Прочтения Сжечь!*/

— Выяснила, — кивнула Миа. — Все очень просто. Налогами они занимаются. Налогами.

— А почему тогда «отдел тайн»? — заинтересовался я.

— Потому что совершеннейшая тайна, как они узнают о доходах, с которых налоги получаются. Вот, скажем, привез Люциус Малфой контрабанды на десяток тысяч галеонов, продал, а налоги — заплатить придется. Хотя… Даже не так. В нужный момент необходимая сумма сама собой исчезнет у Малфоев и окажется в хранилище отдела Тайн. И все равно, хранил ли Люциус эти деньги в сейфе Гринготтса, дома в подвале, или же у родственников или подставных лиц. Или, к примеру, продает духовных наследник Наземникуса Флетчера ворованный котел за горсть кнатов… налог и тут его не минует. А вот как отдел Тайн это делает…

— Тайна, — усмехнулся я, обнимая девочку.

— Вот именно, — кивнула Миа. — Но еще большая тайна — куда отдел эти деньги потом девает.

— Разве не в бюджет? — притворно удивился я.

— Нет, бюджету, конечно, тоже кое-что достается, — покачала головой Миа. — Но именно что «кое-что». А вот все остальное… По косвенным данным получается, что и Вальпургиевы рыцари, и Орден Феникса получали финансирование именно из отдела Тайн. Более того, воскреснув, мистер Риддл связался с невыразимцами, заявил о возобновлении деятельности Вальпургиевых рыцарей как политической организации…

— Дай угадаю, — перебил я аналитика Рассвета. — «… и немедленно получил финансирование»?

— Именно, — кивнула Миа. — Также и Дамблдор этим летом объявил о собрании Ордена Феникса… который, разумеется, немедленно был профинансирован.

— Мне кажется, — улыбнулся я, — или ты намекаешь, что и нам не помешал бы небольшой ручеек из «неучтенных средств на представительские расходы»?

— Тебе кажется, — покачала головой Миа. — Потому как я не «намекаю», а говорю со всей возможной прямотой: Рассвет должен получить финансирование от Отдела Тайн, и я прошу у моего учителя разрешения на эту операцию.

Естественно, разрешение это немедленно было получено, и в ближайшее время один из выпустившихся участников Рассвета отправится в министерство, чтобы зарегистрировать наше тайное общество в Отделе Тайн. В конце концов, деньги — эта такая субстанция, которой может быть «мало» или «слишком мало». «Много» — не бывает.

— Кстати, — заинтересовалась потихоньку подобравшаяся Луна. — А как же пророчества? Их записи хранятся именно в Отделе Тайн. А говорят, там есть еще и Арка Смерти, и хроновороты, и многое другое…

— Все очень просто, — Миа дернула Луну за белобрысую прядку. — Отдел Тайн рассчитывает налоги по формулам, которые, естественно…

— Тайна? — вклинилась Луна.

— Именно, — кивнула Миа. — Но кое-что о них все-таки известно. И это «кое-что» состоит в том, что тот, кто предоставляет Отделу какие-либо интересные артефакты, или же любопытную информацию — могут рассчитывать на налоговый вычет, зависящий от того, насколько интересна переданная информация, или редок и ценен артефакт.

— А давайте тогда Кай что-нибудь напророчит, а мы от имени Гарри передадим запись в Отдел? — предложила Луна, откидываясь на спину. Черная железная трава там, куда она падала — разбежалась в разные стороны, обеспечивая девочке удобное ложе на мягкой травке.

— Идея интересная, — неслышно для прочих вмешалась в разговор Кай, впрочем, посторонние тут и не присутствуют. — Но для записи пророчество кто-то должен произнести. Кто-то, про существование кого министерство знает.

— Она, — мы с Миа дружно ткнули пальцами в белобрысую Малкавиан. Я, конечно, могу озвучить пророчество: ничего в этом трудного нет. Но зачем? А вот Луне слава пророчицы никак не повредит.

— Ну и ладно, — демонстративно, как мышь на крупу, надулась Луна. Вид у нее при этом получился ну просто уморительный. — Ну и произнесу… Когда Роковая звезда встанет в зените, а ветра, покорные воле их Владыки, примчатся с севера, поднимется над землей Древо, изменяя мир и изменяясь в мире. И увидим мы новое небо и новую землю, ибо прежних не будет более… Ну как, у меня получилось? — не меняя тона поинтересовалась начинающая пророчица.

— Получилось, — кивнула Миа, убирая в сумку стеклянный шарик. — Пошли в совятню — отправим в Отдел Тайн.