Тайны Тёмного Лорда (гет)

— Куда деваются исчезнувшие предметы? — Спросила горгулья, охраняющая вход в гостиную факультета Когтевран у стоящего рядом с дверью и желающего войти Реддла.

— В никуда или во все! — Отозвался слизеринец.

— Проходи! — ответила сторожиха и отодвинулась, освободив дверь.

Том сделал шаг вперед и оказался в просторной комнате с большими стрельчатыми окнами. В гостиной Когтеврана было очень светло даже сейчас, когда солнце уже село, и на замок опустились сумерки. Но Реддл не стал подробно рассматривать помещение, а поспешно пошел в другую дверь напротив, провожаемый недоуменными взглядами немногих когтевранцев, еще не ушедших из общей комнаты. Том оказался в коридоре, в разных концах которого были, по-видимому, спальни для мальчиков и девочек, а в середине он увидел лестницу, которая вела вниз, и понял, что идет прямо туда, куда ему и нужно было. Мальчик быстро спустился вниз и попал в довольно просторное подземное помещение с непропорционально низким для его площади потолком и без окон. Оно тускло освещалось несколькими факелами и свечами. Вдоль стен стояли ряды открытых стеллажей, и на первый взгляд комнату можно было принять за библиотеку. Однако на полках были вовсе не книги, а свернутые трубочками пергаменты, и слой пыли на них, а также полная тишина, говорившая об отсутствии посетителей, явно свидетельствовали, что это старый архив. Держа в руке свечу, Том медленно шел между стеллажей и читал надписи на полках.

— Слизеринец? — Послышался прохладный и слегка удивленный женский голос. — Вот уж кого не ожидала здесь увидеть, когда даже студенты с родного факультета тут нечастые гости, разве что те одиночные старшекурсники, кто избрал историю магии в качестве специализации. Но учитывая манеру преподавания профессора Бинса, таковых почти не находится.

— Здравствуйте, Елена! — Сказал Том, внимательно разглядывая свою собеседницу. Это оказалось привидение молодой женщины с длинными волосами.

— О, вы знаете, как меня на самом деле зовут? — На прозрачных губах мелькнула приветливая улыбка. — Обычно меня зовут Серой Дамой, хотя это прозвище мне не по душе и я не отзываюсь на него. Гораздо приятнее, когда тебя называют по имени.

— В “Волшебной исторической энциклопедии” подробно и в очень доступной форме рассказано обо всех призраках, издревле населяющих школу. Вы Елена Когтевран, дочь одной из основательниц Хогвартса. Весьма польщен, рад знакомству!

— Что же, похвально, что вы в столь юном возрасте уже не только изучили, но и запомнили эти полезные сведения, мистер…

— Реддл. Том Марволо Реддл. — Без особого энтузиазма представился студент.

— А вам, похоже, не очень нравится свое имя. — Констатировала Елена. — Могу лишь посоветовать придумать себе прозвище. Только придумай его сам, или это могут сделать другие.

— Пожалуй, я когда-нибудь обязательно воспользуюсь вашим советом.

— А что вас привело сюда, мистер Реддл?

— Мне нужно приготовить доклад по древним рунам.

— Но ведь их изучают на третьем или даже четвертом курсе! — Воскликнула Елена.

— Я на втором, но профессор Слизнорт посчитал, что я вполне могу их изучать.

— Тогда почему ты не в Когтевране, с твоими мозгами? — Елена даже не заметила, как перешла с официального обращения на более дружеское.

— Такого было решения Распределяющей шляпы. — Уклончиво ответил Реддл, уткнувшись в свитки пергамента.

— Что же конкретно ты ищешь? — Поинтересовалось привидение.

— Что-нибудь об Основателях.

— Разве в школьной библиотеке о них мало книг? — В голосе собеседницы Том уловил легкую иронию.

— Ну разумеется! — Самодовольно кивнул он. — И любой сможет их прочесть. Но я не желаю, чтобы моя работа походила на другие, ей полагается быть лучшей. Особенной! Поэтому я и хочу прочитать первоисточники и летописи.

— Мне нравится твоя жажда глубоких познаний и желание быть впереди всех. Видишь ли, я когда-то тоже мечтала превзойти в волшебной силе и в уме свою мать и даже отважилась на очень, мягко говоря, неприглядный поступок. — Елена, казалось, говорила уже не с собеседником, а как будто сама с собой, погрузившись в свои воспоминания. — Ну да ладно! — Спохватилась она. — Вот, Том, посмотри здесь. — Привидение легко пролетело прямо через два стоящих стеллажа и указало полупрозрачной рукой на полки третьего. — Уверена, тут ты найдешь нужные тебе сведения. Удачи!

— Благодарю! — Отвечал Реддл.

— До встречи! — Попрощалась Елена и полетела сквозь стену, а Том остался один среди старинных рукописей, написанных древними рунами.

Изучение этих манускриптов само по себе было для Реддла очень увлекательным занятием, ведь благодаря запыленным свиткам можно было погрузиться в древность, во времена и события даже тысячелетней давности, и стать тем самым их свидетелем. Но читая внимательно старинные летописи, Том еще не знал, какое откровение обрушится на него в этот вечер.

Один лишь небольшой отрывок об основателе змеиного факультета в Хогвартсе стал для Реддла невероятным сногсшибательным открытием. К тому же особая ценность этих сведений заключалась в том, что летописец, похоже, был знаком с Основателями вообще и с Салазаром Слизерином в частности.

“А и был он, Слизерин, прозванный Салазаром, ростом высок и худ зело. Окромя сего, кожу маг имеша белую, точно снег, а тело хладное аки у тех гадов ползучих, с коими чародей сей завсегда свободно глаголаша. Ладони его узки бысть с перстами долгими, ни к какой работе не годныя, но палочку волшебную вертеша с умением и искусством изрядным. Когда же змееуст Слизерин с благородным Годриком Гриффиндором, разумной Кандидой Когтевран и смиренномудрой Пенелопой Пуффендуй ссору затеявши о том, каких учеников в Хогвартс принимать надлежит, то по уходе своем сказавши со злобой: “Оставил я в школе комнату тайную, тайную и страшную. А и заключено в ней чудовище лютое, безобразное и смерть несущее. Годов пройдет десять по сто, и явится во время урочное Наследник мой, чертами и силою моими обладающий, и откроет он комнату тайную, заповедную, и выпустит оттуда чудовище лютое. А и изгонит чудище сие из школы волшебной всех недостойных, а тех, кто сами в страхе не побегут, истребит смертью безвременной неминучей.”

От прочитанного у Тома даже слегка закружилась голова, руки и ноги задрожали, а бледные щеки и шея залились румянцем. В голове был целый вихрь мыслей. Вот, значит, и разгадка всех его странностей и небывалого волшебного мастерства! Вот почему и с маглами у него с самого начала была стойкая и взаимная неприязнь. Реддл не сомневался, что именно ему выпала небывалая честь стать наследником самого Салазара Слизерина. Все ведь сходится! Прошла как раз тысяча лет с момента основания Хогвартса. Мраксы — последние потомки Основателя. А дар говорить со змеями, высокий рост и худоба, холодная кожа и неприспособленные к физической работе руки с длинными пальцами?! Интересно, что это за чудовище, способное жить столько веков? И почему в “Истории Хогвартса”, составленной как раз на основе древних летописей, нет ни слова о Тайной комнате? Надо будет непременно потолковать с профессором Бинсом на этот счет! И Том начал снова читать.

“И удалился Слизерин, прозванный Салазаром в родные места его, что среди болот и топей лесных, коих чародей завсегда был безраздельным хозяином, в вотчину и в замок родовой неприступный, лишь ему, грядущему Наследнику, да тем, кто на змеином языке глаголет открывающийся.”

Том не помнил точно, как вернулся в свою спальню, а улегшись в постель, еще долго ворочался, не в состоянии уснуть от охватившей его нервной дрожи. Сейчас юный слизеринец торжествовал и ликовал, узнав о том, кто он есть на самом деле — тот самый Наследник величайшего из основателей Хогвартса. Подумать только! А вырос среди маглов и до одиннадцати лет даже не знал ни о существовании Хогвартса, ни о своем даре. “Хотя, может, так и должно было произойти? Кто знает?”- Думал Том. — “Ведь родись я и вырасти среди волшебников, разве появилась бы в моем сердце ненависть к этим ничтожествам, а не просто презрение, которое испытывают к ним чистокровные маги. Но видит Мерлин, одного презрения недостаточно для того, чтобы отыскивать тайную комнату и уж, тем более, выпускать на волю заключенное в ней чудовище.” Сейчас Реддл еще не знал, хватит ли у него смелости на такой поступок, и потому решил пока не думать об этом, а просто плыть по течению. “Отыщу сначала эту комнату, разузнаю, что там за чудовище, и тогда видно будет, как поступить…”

На другой день Том задержался после урока по истории магии, дабы иметь возможность поговорить с профессором Бинсом с глазу на глаз. Привычно пробурчав нудную для большинства студентов лекцию и отпустив их, привидение полетело из кабинета, но голос Тома остановил его.

— Подождите, профессор, прошу вас!

— Мистер Реддл?

— Сэр, если позволите, я бы хотел задать вам один вопрос касательно истории магии.

— Мне очень приятно, Том, что вы проявляете столь живой интерес к моему предмету. Прямо бальзам на душу. Жаль, что такие ученики попадаются мне очень и очень редко. Слушаю вас, мой юный друг.

— Профессор, я недавно работал с летописями, написанными на древних рунах. Насколько я понимаю, авторы “Истории Хогвартса” обращались именно к ним как к первоисточникам.

— Совершенно верно! — Похвалил профессор Бинс Реддла. — Знаете, Том, я не удивлюсь, если, окончив Хогвартс, вы станете весьма видным историком наряду с Батильдой Бэгшот.

— Возможно, сэр! — Последовал неопределенный ответ. — Но сейчас меня интересует совсем другое. Скажите, почему в “Истории Хогвартса” нет ни слова о Тайной комнате, которую, если верить словам Салазара Слизерина, он оставил в школе перед своим уходом, и которую спустя века должен открыть его наследник?

— Дорогой Том, авторы исторических трудов и учебников, как правило, опираются на точные факты, подтвержденные самыми неопровержимыми доказательствами, на надежные источники. А существование Тайной комнаты — это всего лишь легенда. И у нас нет никаких оснований полагать, что она правдива. Кроме слов Салазара Слизерина нет ничего, что говорило бы о ее существовании. Замок неоднократно осматривали самые сильные волшебники и опытные мракоборцы, но никакой комнаты не обнаружили.

— Но разве Салазар Слизерин мог лгать? — Засомневался Том.

— Давайте рассуждать здраво, мистер Реддл. Когда Салазар Слизерин в очередной раз рассорился с Годриком Гриффиндором и не нашел при этом поддержки ни у Кандиды Когтевран, ни, тем более, у Пенелопы Пуффендуй, как известно, готовой всех принять под свое крыло, то, оставшись таким образом в одиночестве, гордый змеееуст решил покинуть школу. Вообразите себе, в каком он пребывал раздражении, и насколько сильна была его обида! Вполне возможно, что слова эти он мог сказать просто в сердцах, чтобы хоть как-то омрачить радость оставшихся в Хогвартсе Основателей.

— Значит, вы полагаете, что он просто солгал?

— Том, не только я, но и все Сообщество колдоисториков Британии придерживается такого мнения.

— А как же его слова о грядущем Наследнике?

— Ну, вот вам еще одно доказательство, что слова эти не соответствуют истине. Раз уж вы заинтересовались этой темой, то, полагаю, читали в справочнике о двадцати восьми чистокровных родах, что последние потомки Салазара Слизерина — это Мраксы. Но их род, уже считай, угас. Старый Марволо скончался больше десяти лет назад, его дочь Меропа бесследно исчезла, и о судьбе ее ничего неизвестно. Что до Морфина, последнего прямого живого потомка Салазара Слизерина, то, уверяю вас, это последний человек, который мог бы претендовать на роль этого самого пресловутого наследника. Он и в молодости был не в себе и нападал на маглов при молчаливом согласии и попустительстве отца, а после возвращения из Азкабана совсем помешался. Сейчас Морфин просто доживает свои дни, прозябая в полуразвалившейся лачуге в Литтл Хэлтоне, и вероятность, что он создаст семью и произведет на свет хоть сколько-нибудь достойных волшебников, весьма ничтожна. Он погряз в лености и пьянстве, и ни одной волшебнице, тем более чистокровной, такой муж даром не нужен. Так что рассчитывать, что среди потомков Слизерина появится некто, обладающий силой и могуществом своего великого предка, не приходится. Советую вам, мистер Реддл, не забивать себе голову всем этим и не трудиться понапрасну над разрешением этой загадки. Все это просто тупиковый путь, путь в никуда. Вы лишь напрасно потратите свое время. А сейчас, позвольте мне удалиться, да и вам пора уже на следующий урок. Поторопитесь, иначе опоздаете, и со Слизерина снимут баллы.

— Благодарю вас, сэр! До встречи1 — И Том, в свою очередь, вышел из кабинета.

Его, конечно же, не убедили слова профессора Бинса о том, что Тайной комнаты не существует. Напротив, после этого разговора Реддл убедился в обратном. Когда он услышал рассуждения привидения о невозможности появления на свет наследника Салазара Слизерина, то губы его изогнулись в презрительной усмешке, которую Реддл не смог сдержать. В самом деле, было забавно слушать, как тебя старательно пытаются убедить, что тебя нет. Впрочем, это вполне объяснимо, ведь никто не знает, что стало с Меропой Мракс, а доискиваться до сути, как это сделал он год назад, никому не интересно. Когда Марволо и Морфина посадили в Азкабан, никому не было дела до оставшейся в одиночестве нищей девушки, куда она ушла и с кем. Может быть, маглы и посудачили о ней какое-то время, когда она сбежала с сыном богатого плантатора, но после их отбытия в Лондон о Меропе благополучно забыли и маглы. Чародеи же вообще могли не знать об этом скандале. Однако Реддл был даже доволен этой неосведомленностью и заблуждениями волшебников. В конце концов, под покровом тайны будет легче искать пресловутую комнату, а главное, открыв ее, не навлечь на себя и тени подозрения. Рассуждая таким образом, Реддл решил исполнить то, что заповедовал его великий предок. В дверях гостиной Том неожиданно столкнулся с Сигнусом.

— О, привет, Руддл, ой, прости, Раггл или как там тебя…- Насмешливо коверкая фамилию Тома, фырчал Блэк. — По мне, так безродных шавок вроде тебя как ни назови — все едино! Стоящий рядом с ним громила Крэбб, которого Сигнус держал за телохранителя и мальчика на побегушках, угодливо хихикнул. Реддл даже не ответил на язвительные слова, а только смерил обоих злым презрительным взглядом, так что оба обидчика невольно шарахнулись при виде вспыхнувших в его глазах красных огоньков. Теперь, когда Реддл узнал о своем происхождении, то вообще посчитал ниже своего достоинства отвечать на такие вот выпады. “Знал бы ты, с кем сейчас разговариваешь, спесивая ты рожа. Ну ничего, когда-нибудь лучшие и сильнейшие представители твоей чопорной семейки будут считать за честь попасть хотя бы в число моих слуг. Это я тебе гарантирую, не будь я Наследник Слизерина!”