Выжившие (джен)

Хронология

2 мая 1998 — Битва за Хогвартс

1 сентября 1998 — 30 июня 1999 — Гарри учится на седьмом курсе

6 сентября 1999 — Гарри становится стажером в Аврорате

2 мая 2000 — день рождения Виктуар

31 декабря 2001 — свадьба Рона и Гермионы

Действия в главе разворачиваются: 26 августа — 22 сентября 2002

Спустя неделю после триумфа в Кубке Лиги Джинни получила официальное подтверждение: её имя внесли в расширенный список национальной сборной Англии. Вместе с ней в реестр попали ещё тринадцать игроков — по два претендента на каждую позицию. Гвеног Джонс тоже оказалась в числе избранных, правда, в составе сборной Уэльса. Впрочем, эти списки были лишь предварительными: окончательный вердикт тренеры должны были вынести всего за две недели до начала Чемпионата мира. В последующие четырнадцать дней Гарри не видел Джинни ни разу — она с головой ушла в изматывающие тренировки, обязательные мероприятия и бесконечные интервью.

По иронии судьбы, Гарри теперь узнавал новости о жизни любимой девушки из газет и журналов. Утром его прошила внезапная и пугающая мысль: так может продолжаться ещё очень долго. За последние месяцы Джинни превратилась в одну из самых популярных персон Британии, и им приходилось идти на невероятные ухищрения, чтобы не попасться вездесущим папарацци. Если только не решиться на что-то большее...

В конце концов, Джинни добилась всего, к чему стремилась последние три года. Она стала звездой квиддича — именно такую «отсрочку» она просила у него когда-то. Гарри не дал себе времени на сомнения. Он тут же отправил ей сову с просьбой о встрече за ужином и весь день провёл как на иголках, на автомате выполняя рабочие поручения. Лишь к вечеру в министерскую совятню вернулась птица с короткой запиской: Джинни ждала его в семь у ворот парка, принадлежавшего клубу «Холихедские Гарпии».

Довольная улыбка тронула губы Гарри. Даже не попрощавшись с коллегами, он добежал до Атриума и нырнул в первый же свободный камин. Оказавшись на Гриммо, он подхватил заранее собранную Кричером корзинку для пикника, вернулся в Министерство — на площади по-прежнему действовал запрет на аппарацию — и переместился в сад «Норы». Не заходя в дом, он бросился к гаражу и оседлал старый мотоцикл Сириуса, подаренный ему несколько лет назад.

Наложив на себя и машину чары невидимости, Гарри завел двигатель. Он мельком увидел, как в окне кухни мелькнуло встревоженное лицо Молли, привлеченной шумом мотора, но заметить его она не смогла. Набрав высоту, Гарри взял курс на Холихед.

Он опоздал минут на десять. Перед воротами парка было пусто. На мгновение Гарри пронзил страх, что Джинни не дождалась его, но тут же одернул себя: скорее всего, она просто спряталась от лишних глаз. Дождавшись, пока последний прохожий скроется за поворотом, он с силой выжал газ. Мотор взревел, как раненый зверь. Гарри был уверен на все сто: Джинни ни с чем не спутает этот звук.

Так и вышло. Из-за ближайших деревьев выскользнула тонкая девичья фигурка и устремилась к нему. Не снимая невидимости, Гарри голосом направил её к заднему сиденью мотоцикла. Когда Джинни устроилась поудобнее, он наложил маскирующие чары и на неё, после чего они взмыли в небо. Они пролетели над густым лесом, раскинувшимся неподалеку от тренировочного стадиона, и вскоре приземлились на небольшой уединенной поляне, которую Гарри заприметил уже давно.

Слова приветствия прозвучали лишь через добрую четверть часа — настолько сильно они соскучились друг по другу за недели разлуки. Наконец Гарри вспомнил о цели их сегодняшней встречи и мягко отстранился. Программа вечера была насыщенной, и он перешел к первому пункту, достав из сумки корзинку для пикника.

Они с аппетитом принялись за угощения, заботливо приготовленные Кричером. Небо над ними тем временем густело, а медленно плывущие облака окрашивались в нежно-розовые тона. Гарри зажег на кончике палочки неяркий огонек и залюбовался профилем Джинни: она с восторгом наблюдала за закатом. Подвинувшись ближе, он накрыл её ладонь своей.

— Джинни, — тихо произнес он. — Теперь ты выйдешь за меня замуж?

Она резко обернулась. В сгустившихся сумерках Гарри всё равно отчетливо видел её растерянность — она явно не ожидала, что этот вопрос прозвучит именно сегодня. Щеки девушки залил легкий румянец, и Гарри на мгновение похолодел, испугавшись отказа. Секунды ожидания превратились в настоящую пытку, пока Джинни наконец не произнесла с нарочитой торжественностью:

— Для меня будет честью принять ваше предложение, мистер Поттер.

Гарри не успел даже удивиться столь непривычному для неё официозу — в следующее мгновение она весело рассмеялась и бросилась ему на шею, повалив в мягкую траву. Отвечая на страстный поцелуй, Гарри мельком подумал, что помолвка — самое чудесное изобретение человечества. Но вдруг Джинни резко отстранилась и выпрямилась.

— А где кольцо?

— Какое кольцо? — переспросил Гарри, поправляя съехавшие на нос очки.

— Как это какое? Обручальное! — воскликнула она так, будто это было самой очевидной вещью на свете.

— Его нет, — Гарри просто пожал плечами и снова потянулся к ней, намереваясь поцеловать в шею.

— То есть как — нет? — возмутилась Джинни, шутливо отталкивая его.

— Если бы я знал, что оно так важно, я бы, может, и предлагать ничего не стал, — притворно проворчал он.

Джинни несколько секунд изучающе смотрела на него, а затем безапелляционно объявила:

— Тем хуже для тебя. Тогда я выберу его сама! — и она снова склонилась над своим «неподготовленным» женихом.

* * *

На следующее утро, сидя за своим столом в штаб-квартире, Гарри изучал список торговцев, к услугам которых авроры обычно прибегали во время расследований. Оуэн, занятый похожими изысканиями, вдруг замер и с удивлением переспросил:

— Собираешься к ювелиру?

— Угу, — буркнул Гарри.

— Ого, неужели пахнет свадьбой? — тут же догадался тот. — Мои поздравления, старина!

— Спасибо. Оказалось, без кольца этот номер не проходит, — сокрушенно вздохнул Гарри.

— Погоди, ты хочешь сказать, что сделал предложение, не купив кольца?

— Только ты не начинай…

— И она что, согласилась?

— Само собой, — не без гордости подтвердил Гарри.

— Ума не приложу, как тебе это удалось, — Оуэн состроил предельно озадаченную мину.

— Очень смешно. Ладно, в списке их шестеро. Ты к кому планируешь зайти?

Оуэн пробежал глазами по строчкам и ткнул в третью сверху:

— Сюда. Но тебе я этот адрес не советую.

— Это еще почему?

— Потому что к этому ювелиру пойдет рядовой чиновник в начале карьеры, но никак не наследник древнего магического рода.

— И в чем разница? — недовольно осведомился Гарри: он терпеть не мог любые проявления сословных предрассудков.

— В цене, Гарри. В цене.

Гарри пришлось признать, что меньше всего на свете он хотел бы прослыть скрягой, экономящим на обручальном кольце для будущей жены.

— И к кому же тогда ходят «наследники великих семей»? — уточнил он.

— Вот сюда, — Оуэн указал на имя и адрес, которые Гарри тут же заучил наизусть.

— Что ж, — вздохнул он. — Осталась сущая мелочь: найти время, когда мы оба окажемся свободны.

— Мне тебя уже заранее безмерно жаль!

— В смысле?

— Ты хоть раз ходил с ней за покупками? — сочувственно поинтересовался Оуэн.

— Нет, — Гарри покачал головой.

— Тогда готовься. Она будет показывать тебе десятки моделей и спрашивать, что тебе нравится больше. Или, что еще хуже — какое ей больше идет.

— Я просто скажу, что мне нравится то же, что и ей, — Гарри пожал плечами, уверенный в своей хитрости.

— О нет, приятель, этот номер не пройдет. Она будет настаивать на честном ответе. Но если твой выбор её не устроит, она заявит: «Только не это, оно меня полнит!»

— Кольцо?! — Гарри округлил глаза от изумления.

— Последний раз, когда я так влип, речь шла о шляпке, но суть та же. В любом случае она выставит всё так, будто у тебя напрочь отсутствует вкус. И это будет тянуться до тех пор, пока ты чудом не укажешь именно на ту модель, которую она присмотрела изначально.

— Какая-то пустая трата времени, — резюмировал Гарри.

— Совершенно верно, — кивнул Оуэн.

— Значит, как только она выберет понравившееся кольцо... — начал было Гарри с философским видом, но Оуэн безжалостно его перебил:

— Наивный! Ты думаешь, всё так просто? Стоит тебе указать на то самое кольцо, как она вдруг решит вернуться к первому варианту и спросит: «Ты уверен? Мы можем взять это, раз оно тебе так приглянулось!» Это может длиться часами. Теперь понимаешь, почему кольцо принято покупать заранее и в одиночку?

Только сейчас до Гарри начала доходить вся глубинная суть этого древнего ритуала.

— Лучше всего, конечно, иметь фамильную реликвию, — подытожил Оуэн. — Тогда никаких споров и разногласий. Твой пра-пра-прадедушка когда-то пожертвовал собой, чтобы уберечь потомков от этой муки. Это и есть истинная сила традиций.

Закончив на этой воодушевляющей ноте, Оуэн отправился к своему ювелиру, оставив Гарри наедине с невеселыми размышлениями.

* * *

Гарри счёл совет Оуэна дельным и немедленно отправил сову Биллу. Тот охотно согласился встретиться в конце рабочего дня прямо у себя в кабинете. Разобравшись с текущими делами, Гарри поспешил в банк, где ему в очередной раз пришлось столкнуться с ледяной враждебностью гоблинов. Лишь пройдя сквозь череду их подозрительных взглядов, он оказался в небольшой комнатушке, которую занимал старший из братьев Уизли.

— Так о чём ты хотел поговорить, Гарри? — спросил Билл после дежурных приветствий.

— Ты случайно не знаешь, делал ли кто-нибудь полную опись содержимого моего сейфа?

— Знаю. Я сам этим занимался, когда ты просил переоформить сейф Блэков на имя Тедди. Решил приобрести что-то грандиозное или вложиться в акции?

— Не совсем. Мне просто нужно знать, найдутся ли там украшения.

— Подарок?

— Возможно, — уклонился от прямого ответа Гарри.

— Я знаю эту счастливицу? — не отступал Билл.

— Нисколько. Мы только вчера познакомились.

— Тогда ты не жилец, — со знанием дела заверил его Билл. — Но, так и быть, если ты нас познакомишь, я окажу тебе услугу: убью тебя сам ещё до того, как Джинни обо всём прознает. Чтобы ты меньше мучился.

— Спасибо, Билл. Ты настоящий брат, — с самым серьёзным видом поблагодарил Гарри, после чего оба разразились хохотом.

— И когда ты собираешься сделать предложение? — спросил Билл, отсмеявшись.

— Я уже сделал. И да, я в курсе, что кольцо принято покупать заранее, — поспешно добавил Гарри, заметив, что Билл уже набрал в грудь воздуха для нравоучений. — Точнее, до сегодняшнего утра я об этом не догадывался. Но какая разница? В конце концов, это же не конец света.

— Нет. Конец света наступает обычно лет через десять после свадьбы, — милосердно предупредил его Билл и отправился за документами.

Гарри лишь гадал, откуда Билл черпает такие подробности о семейной жизни, ведь сам он был женат всего пять лет. Вскоре Билл вернулся с охапкой пергаментов, и они вдвоем принялись изучать списки имущества.

— Что такое «чара»? — спросил Гарри, споткнувшись о незнакомое слово.

— Что-то вроде старинного кубка, — отозвался Билл, не поднимая глаз от списка.

— А «менаж…» Это ещё что за бред?

— Набор столовых приборов. Судя по всему, Гарри, ты унаследовал роскошный сервиз на несколько персон.

— «Вермель», — прочитал Гарри очередную запись. — Это что?

— Позолоченное серебро. Полагаю, вся эта «ерунда» стоит целое состояние.

— Вот оно! — удовлетворенно воскликнул Гарри. — «Кольцо из белого золота с изумрудом в алмазной оправе». Как думаешь, подойдёт?

— Надо смотреть. Я никогда не разделял сомнительных вкусов твоих предков.

Было уже поздно, и Гарри не улыбалось провести остаток вечера, перерывая горы сокровищ в поисках крошечного кольца.

— Можно я вернусь сюда в субботу утром? Если Джинни вдруг освободится пораньше, скажу, что я на дежурстве. Поможешь мне? Боюсь, в одиночку я там застряну до понедельника.

— Если это сделает тебя моим должником, то я только за, — усмехнулся будущий шурин.

* * *

Дело оказалось не из простых. Помимо тысяч галлеонов, громоздившихся по углам золотыми барханами, вдоль стен тянулись бесконечные ряды сундуков и тяжелых кованых ящиков. Разглядывая старинные мечи, кинжалы и щиты, Гарри с удивлением осознал: прошлое рода Поттеров было куда более воинственным, чем он привык себе представлять. Им с Биллом пришлось расчищать путь сквозь россыпи монет с помощью волшебных палочек.

В первом же сундуке обнаружился тот самый сервиз из позолоченного серебра: груды тарелок, приборы и изящные кувшины для воды. Посуда могла бы даже понравиться Гарри, если бы не её вызывающая роскошь.

— Как вообще можно пользоваться такими вещами в жизни? — недоуменно спросил он.

— Они для особых случаев, — пояснил Билл. — Например, для свадеб.

— Что ж, тогда действительно стоит о них помнить.

Гарри открыл следующий ящик, доверху набитый книгами, и сразу решил, что этот клад нужно будет передать на инвентаризацию Гермионе.

— Ты должен это увидеть, Гарри, — внезапно позвал его Билл. В его голосе прозвучали странные нотки.

Заинтригованный тоном шурина, Гарри поспешил на зов. Несколько секунд он растерянно перебирал взглядом ворох бумаг и мелочей: письма, бухгалтерские книги, старые фотоальбомы. Это был семейный архив.

— Мерлин... — прошептал он, вглядываясь в колдографию, с которой ему улыбались Дорея и Карлус Поттер.

Гарри прикрыл глаза, пытаясь совладать с нахлынувшими чувствами. Его семья. Теперь это были не просто абстрактные имена — за ними стояли живые лица, их судьбы и истории. Он невольно вспомнил Мраксов, ставивших чистоту крови и величие предков превыше всего. Сам Гарри всегда был слишком погружен в настоящее и будущее, чтобы разделять их одержимость прошлым. В шестнадцать лет он даже не задумывался о таких вещах, но сейчас, стоя в тишине сейфа, он начал понимать, как важно знать свои корни.

Гарри захлопнул сундук, пообещав себе вернуться к этим сокровищам позже, в одиночестве. Билл, из деликатности отошедший в другой конец хранилища, подал голос:

— Кажется, я нашел то, что мы искали.

Судя по длинному списку Билла, Поттеры владели внушительной коллекцией драгоценностей. Все они были рассортированы по отделениям массивной шкатулки с множеством ящичков. На третьей попытке Гарри наконец наткнулся на искомое. Тонкие алмазы в оправе складывались в изящный цветок, сердцевиной которого служил чистейший изумруд.

— Очень даже неплохо, — заметил Гарри, поднимая кольцо к свету.

— Неплохо?! — воскликнул Билл, восторженно разглядывая украшение. — Да эта вещь бесценна! Джинни будет просто в восторге.

Гарри решил, что всё сложилось как нельзя лучше. К лучшему, что он не купил кольцо в день предложения. Пусть Джинни тает от восхищения при виде этой красоты, чем изводит его бесконечными марафонами по ювелирным лавкам.

* * *

Перед воскресным обедом в «Норе», на который Джинни чудом удалось ускользнуть из Холихеда, Гарри решил наконец обсудить план действий.

— Ты расскажешь или я?

— Лучше ты, — ответила Джинни, помедлив мгновение.

— Как думаешь, может, мне всё же стоило официально попросить твоей руки у отца? — внезапно занервничал Гарри.

— Глупости, сейчас так уже никто не делает, — легкомысленно отмахнулась она.

Гарри на секунду замолк, словно взвешивая её слова, а затем тихо спросил:

— А что потом?

Джинни посмотрела на него с понимающей улыбкой.

— Полагаю, нам придется вместе выйти в свет. Официально.

— Не жалеешь?

— Гарри, я прекрасно знала, что последует за моим «да». Если бы я была к этому не готова, я бы не дала тебе надежды. Это было бы просто нечестно.

В её голосе звучала такая искренность, что Гарри окончательно успокоился: ожидание того стоило. Она сделала этот выбор осознанно и была готова к последствиям. Он машинально похлопал по карману, где лежало кольцо. Он так и не вручил его невесте раньше, решив последовать стратегическому совету Билла и дождаться семейного обеда.

— Сделаешь всё при всех — и станешь самым любимым зятем моих родителей, — заверил его старший Уизли.

Гарри открыто признавал свою неопытность в делах сердечно-официальных, а потому безропотно позволил Биллу командовать парадом. Тот терпеливо объяснял, на какой именно палец надевать кольцо, и даже несколько раз исполнил роль сестры, давая Гарри возможность попрактиковаться. Сам Гарри втайне надеялся, что Билл унесет тайну этих репетиций с собой в могилу. Нелепость, конечно, не смертельна, но порой о ней приходится горько сожалеть.

В этот раз «Нора» буквально трещала по швам: семейство Уизли собралось в полном составе. Обычно из-за несовпадения графиков одного-двух братьев вечно не хватало, но сегодня явились все. Даже Чарли, нечастый гость на домашних посиделках, сидел за столом, и даже Перси прибыл вовремя, не дожидаясь финала трапезы, как обычно диктовала его министерская занятость. Гарри не без оснований подозревал, что к такой стопроцентной явке приложил руку не кто иной, как Билл.

До самого конца обеда им с Джинни так и не удалось вставить ни слова. Не было ни единой возможности начать разговор — ни в начале, когда тринадцать человек дружно накрывали на стол, ни позже, когда все шумно рассаживались, ни тем более во время самой трапезы, когда голоса Уизли то и дело перебивали друг друга. Наконец детей отправили играть в гостиную: двухлетняя Виктуар наотрез отказывалась спать, если в гости приходил Тедди, и с этим уже давно смирились. Взрослые тем временем расслабленно потягивали кофе, и Гарри понял — настал идеальный момент.

Он поднялся с места, надеясь прервать жаркий спор Чарли и Перси о важности драконьей кожи в новом министерском предписании, и громко попросил внимания:

— Прошу прощения, у нас есть новость. — Дождавшись, пока разговоры стихнут, он объявил: — Мы с Джинни решили пожениться.

— Ну наконец-то! — в сердцах воскликнула Молли, вызвав у всех дружный хохот.

Смутившись от собственной реакции, Молли извиняющимся взглядом посмотрела на дочь. Тем временем Гарри достал из кармана заветную коробочку. Билл с заговорщицкой улыбкой постучал ножом по бокалу, вновь приковывая внимание семьи к жениху. Гарри взял Джинни за левую руку и произнес:

— Это кольцо — семейная реликвия Поттеров. Теперь оно твоё, Джинни.

Он надел кольцо на безымянный палец будущей жены. Джинни буквально засветилась от счастья, но, рассмотрев подарок поближе, в изумлении распахнула глаза:

— О, Гарри, оно слишком прекрасное! Я даже боюсь его носить!

Она протянула руку к родным, словно приглашая их лично убедиться в её словах. Все тут же склонились над украшением, не скрывая восхищения. Гарри в очередной раз похвалил себя за то, что — пусть и невольно — разделил само предложение и эту красивую формальность с кольцом. Но в ту же секунду ему стало не по себе. Появилось странное чувство, будто в происходящем что-то не так. Лишь спустя несколько мгновений он понял, что именно вызвало у него эту тревогу.

Тишина. Факт сам по себе невероятный: в «Норе» воцарилось полное молчание. Для семьи Уизли это было событием исключительным. Все завороженно созерцали драгоценные камни, искрившиеся на загорелой коже Джинни. Наконец Артур, стоявший прямо перед дочерью, бережно взял её за руку, а другую протянул Гарри. Тот инстинктивно сжал ладонь будущего тестя. Оказавшись между двумя влюбленными, глава семейства широко улыбнулся и торжественно произнес:

— Буду счастлив стать первым, кто поздравит вас и пожелает долгой и светлой совместной жизни.

Слова мистера Уизли будто прорвали плотину. В последующие полчаса Гарри только и успевал принимать поздравления. Молли со слезами на глазах заключила его в крепкие материнские объятия; благоухающая изысканным парфюмом Флёр расцеловала в обе щеки; Билл, обменявшись с ним хитрым взглядом, одобряюще похлопал по плечу. Анджелина счастливо улыбалась, разделяя общую радость, а от Рона достался дружеский «медвежий» тычок в бок. Гермиона прижала его к себе по-сестрински тепло; Джордж, несмотря на привычную сдержанность, так и лучился добротой, а Чарли, закоренелый холостяк, не удержался от двусмысленных шуток. Привлеченные шумом и общим хохотом, в комнату вихрем влетели Виктуар и Тедди.

Лишь когда суматоха немного утихла, Гарри смог подойти к невесте и нежно обнять её. Джинни снова подняла руку, любуясь игрой света в гранях изумруда.

— Оно великолепно, Гарри. Я и вправду боюсь его носить.

— Его выбрал не я, — словно защищаясь, признался он, но, помедлив, добавил: — Но мне кажется, оно создано специально для тебя.

Артур откупорил бутылку коллекционной медовухи, и все дружно выпили за здоровье будущих супругов.

— И когда свадьба? — поинтересовался Рон.

— Может, для начала стоит объявить о помолвке? — заметила Молли.

— Помолвки нужны, чтобы семьи могли познакомиться поближе, — пожал плечами Гарри. — Но моя семья и так вся здесь.

На миг в голове промелькнул образ Дадли, но, несмотря на потепление в их отношениях, Гарри решил, что кузену в этом кругу будет не по себе.

— А как вы планируете объявить об этом публично? — спросила Гермиона.

— Мы просто прогуляемся где-нибудь под ручку, на виду у всех. Думаю, этого будет достаточно, — ответила Джинни. — А уж с этим, — она выразительно взмахнула рукой, — ни у кого не останется сомнений в серьезности наших намерений. Знаешь что, Гарри? Давай сделаем это прямо сейчас!

— Что, вот прямо сию секунду?

— Да. Я не знаю, когда нам еще удастся выкроить целый свободный день.

— Ах да, — кивнул Гарри. В эйфории от семейного торжества он совсем позабыл о плотном графике Джинни.

— Хогсмид подойдет идеально, — предложила она. — В воскресенье после обеда там всегда полно народу.

— Мы можем составить вам компанию? — с надеждой спросил Джордж.

— Нет, нам лучше быть только вдвоем, — отрезала Джинни и, недовольно поморщившись, добавила: — Краткий пересказ событий найдете завтра на первой полосе «Пророка».

Она решительно шагнула к камину, бросила щепотку пороха и исчезла в зеленом пламени. Однако стоило им выйти из камина в почтовом отделении Хогсмида, как вся её напускная уверенность мгновенно испарилась. Джинни побледнела и буквально вцепилась в руку Гарри.

— Трусишь? — шепотом спросил он.

— Я в порядке! — отмахнулась она, но тут же призналась: — Нет, не в порядке. Мне дико страшно.

— Всё хорошо, — Гарри успокаивающе сжал её ладонь. — Рано или поздно все к этому привыкнут. И мы в том числе.

Джинни недоверчиво скривилась, но сделала глубокий вдох, собираясь с духом.

— Ладно, — сказал Гарри. — Идем в «Три метлы»?

— В «Чайный пакетик» Паддифут. Для такой ситуации — самое то.

Они вышли на центральную Верхнюю улицу, и эффект был поистине ошеломляющим. Их лица были настолько примелькались каждому волшебнику, что уже спустя пару секунд прохожие замирали, оборачивались и принимались шушукаться — кто-то едва слышно, а кто-то, ничуть не стесняясь, во весь голос. Стараясь сохранять невозмутимый вид, они медленно двинулись сквозь толпу.

— Знаешь, однажды, когда на меня вот так же пялились, я поскользнулся на какой-то ерунде и растянулся прямо посреди дороги, — негромко признался Гарри, пытаясь разрядить обстановку.

— Правда? — удивилась Джинни.

— Да. Даже не буду говорить, сколько работы я тогда подкинул Стирателям памяти.

Джинни весело рассмеялась.

— Ты пытаешься меня отвлечь, верно?

— Но тебе ведь стало лучше? — улыбнулся Гарри.

— Да, спасибо, милый, — её глаза снова засияли.

В одном из прохожих они узнали Ли Джордана. Тот тоже заметил их, но не решился подойти первым. Гарри махнул ему рукой, приглашая поболтать, и кивнул, подзывая ближе.

— Привет, Ли! Как успехи?

— Всё идет как по маслу, а у вас? — Ли явно старался не пялиться на их переплетенные пальцы.

— Тоже всё отлично.

— Так это... — Ли замялся, но любопытство взяло верх. — Значит, вы теперь вместе? Официально?

— Да, с этого момента. Если хочешь, можешь упомянуть об этом в своей передаче.

— Я вообще-то не планировал сегодня выходить в эфир.

— Честно говоря, я бы предпочел, чтобы об этой сенсации люди узнали от тебя, а не от какой-нибудь Скитер, — признался Гарри.

— Ах, вот оно что! Я бы с радостью утёр ей нос, — оживился Ли. — Ты, кстати, в курсе, что в каждой своей колонке она поливает меня грязью? Видимо, до сих пор не может забыть то интервью, которое ты дал мне четыре года назад.

— Сожалею, что так вышло.

— А я — нет, — заверил его Ли. — Это пошло моей карьере только на пользу. Надеюсь, и ты тогда получил то, что хотел.

Главной цели — обелить имя Снейпа, который так и остался для многих забытым или сомнительным героем войны, — Гарри тогда достичь не удалось, но определенную выгоду он всё же извлек. То давнее интервью избавило его от бесконечных расспросов: при любой попытке журналистов вытянуть из него подробности Гарри просто отвечал, что ему больше нечего добавить к сказанному в эфире у Ли Джордана.

— Как поживает твоя новая утренняя программа? Успешна? — поинтересовался Гарри, вспомнив, как пару недель назад Джордж вскользь упоминал об этом проекте.

— Неужели ты её слушаешь? — Ли выглядел весьма льстиво польщенным интересом со стороны национального героя.

— Нет, для меня она выходит слишком рано, — извиняющимся тоном признался Гарри. — Зато Молли от неё в восторге.

— Тем лучше. Учитывая, что она знает едва ли не полмира, сарафанное радио сработает не хуже любого эфира.

— А у тебя уже готов отличный сюжет для завтрашнего выпуска, — заметила Джинни, чуть приподнимая руку. Ладонь Гарри, не выпускавшая её пальцев, взлетела следом, выставляя кольцо на свет.

— Могу я задать вам пару вопросов прямо сейчас? — Ли решил ковать железо, пока горячо.

— Валяй, — улыбнулся Гарри.

— Как вы познакомились?

— Тебе какую версию: официальную или правдоподобную? — подмигнул он.

— Ту, что заставит аудиторию прильнуть к радиоприемникам.

— Скажи, что я фанат «Гарпий».

— Тебя и впрямь видели на каждой игре, — подтвердил Ли. — Так что же тебя пленило больше: любовь к спорту или к знаменитой охотнице?

— И то, и другое. Идеальное сочетание, не так ли?

— Не хотел бы портить момент, — Ли немного посерьезнел, — но злые языки мигом припомнят вашу хогвартскую идиллию.

— Ты про тот случай, когда он набросился на меня в гостиной после победы в Кубке? — уточнила Джинни.

— Что? Вообще-то это ты бросилась ко мне, — возразил Гарри.

— Вовсе нет! Ты буквально налетел на меня и поцеловал у всех на глазах.

— Моя память хранит совершенно иную картину!

— Значит, тебе пора провериться у колдомедиков!

Они одновременно повернулись к Ли, ожидая, что тот их рассудит, но тот лишь от души хохотал, наблюдая за этой перепалкой.

— Не думаю, что порядок действий тогда имел такое уж большое значение, — смущенно пробормотал Гарри.

— Важно лишь то, что мы не ошиблись друг в друге, — добавила Джинни.

— Что ж, подведу итог, — резюмировал Ли. — Всё началось с триумфа в школьном Кубке, и именно страсть к квиддичу стала той силой, что объединила и продолжает объединять ваши сердца.

— Джинни тоже была в Хогвартсе, — серьезно напомнил Гарри, и в воздухе сразу повисло невысказанное понимание того, о каких именно днях идет речь.

— Я обязательно упомяну об этом, — заверил его Ли. — И последний вопрос: Джинни, планируешь ли ты продолжать карьеру в «Гарпиях» и готовишься ли к Чемпионату мира?

— Разумеется! — в один голос ответили влюбленные.

— Не смею вас больше задерживать. Еще раз поздравляю и желаю удачи.

— Спасибо, Ли!

Распрощавшись с приятелем, они продолжили прогулку и вскоре достигли порога чайного салона мадам Паддифут. Стоило им войти, как в зале мгновенно воцарилось то самое специфическое внимание, которое всегда сопровождало их появление.

— А здесь мило, правда? — заметила Джинни, когда они сделали заказ.

— Наверное. Я не самый большой знаток заведений для влюбленных.

Вокруг них сидели парочки, которые то и дело принимались шушукаться, бросая в их сторону любопытные взгляды.

— Когда я оказался здесь впервые, — припомнил Гарри, — мне было жутко неловко смотреть на всех этих людей, которые целуются у всех на виду.

— Гарри, ты опасно близок к тому, чтобы начать рассказывать мне о своих бывших, — с притворным предостережением заметила Джинни.

— Я лишь хотел сказать, что с тех пор изрядно изменился. Видишь ли, сейчас мне и самому безумно хочется тебя поцеловать.

— Неужели осмелишься? — с вызовом и любопытством спросила она.

— Будь это наше первое свидание — однозначно нет, — признался он. — Какое счастье, что оно далеко не первое.

Гарри потянулся через столик, накрыл ладонь Джинни своей и нежно коснулся губами кончиков её пальцев. В памяти невольно всплыл тот сумбурный день на пятом курсе, когда он сидел на этом же месте с Чжоу, и Гарри подумал: быть влюбленным в двадцать два года куда приятнее и проще, чем в пятнадцать.

Заказ принесла лично мадам Паддифут. Она рассыпалась в поздравлениях, не удержавшись от искушения рассмотреть кольцо Джинни, чьи грани ослепительно сверкали в лучах солнца, заливавшего кафе сквозь широкие окна. Когда же Гарри потянулся за кошельком, хозяйка категорически отказалась брать плату.

— Для меня огромная честь принимать в своем заведении Мальчика-Который-Выжил, — торжественно заверила она.

Гарри не стал спорить и лишь вежливо поблагодарил. Подобные ситуации уже давно набили оскомину, и опыт подсказывал: проще принять подарок, чем обидеть человека отказом. Именно поэтому, чтобы не злоупотреблять своим положением, он оформлял все заказы по почте на имя Рона, а в магазины наведывался только под чарами смены внешности.

— Обрадуй меня, — прошептала Джинни, когда хозяйка отошла к другим столикам. — Ты ведь не покупал это кольцо у ювелира, верно?

— Я же говорил, что нашел его в сейфе! — с легкой обидой отозвался Гарри.

Джинни озорно подмигнула ему, давая понять, что просто дразнит, а затем мечтательно добавила:

— Как думаешь, его носила твоя мама?

— Не знаю. Но, представляешь, я обнаружил там целый семейный архив. Возможно, ответ кроется именно в тех бумагах.

Джинни посмотрела на него с нежностью и легким сожалением — ей не хотелось, чтобы в такой момент Гарри погружался в грустные думы о прошлом.

— Знаешь что, Гарри? Забудь сейчас обо всём и просто поцелуй меня, — попросила она.

Гарри с готовностью наклонился к ней, с удовольствием исполняя эту более чем соблазнительную просьбу.

Конец первой части