Тайны Тёмного Лорда (гет)

Пока в комнате раздавались тихие шипящие звуки, Беллатриса просто молчала. Она не понимала змеиного языка, но ей было сейчас достаточно и того, что Волдеморт рядом и при этом крепко обнимает ее. Потом на какое-то время повисла тишина, и волшебница первой нарушила ее.

— Что же дальше? — тихо спросила она.

Темный лорд погладил ее по волосам, взял чародейку за руку и поднес ее ладонь к своей холодной щеке.

— Теперь ты будешь принадлежать только мне! — твердым, не терпящим возражения голосом отвечал темный маг. — И только посмей отказаться, тогда я удержу тебя силой. Заколдую, заворожу, Мерлином клянусь! Теперь никто другой тебе даже в лицо посмотреть не посмеет!

Белла недоуменно взглянула на свое обручальное кольцо, и Волдеморт это заметил.

— Плевать я хотел на твое замужество! Это не имеет значения и не должно нам мешать! — прошипел он.

— Значит, вы хотите, чтобы Родольфус и я развелись? — недоумевала волшебница.

— Конечно, хочу. В свое время! — немного помолчав, ответил он.

— Но как же… — начала было чародейка, но Темный лорд не дал ей договорить, закрыв рот поцелуем, а после обратился к ней непривычно мягким голосом.

— Наше противостояние с Министерством и этой изрядно пощипанной курицей, Орденом Феникса, сейчас в самом разгаре. Любая волшебница, которую я бы вздумал объявить своей законной супругой, привлекла бы к себе слишком много внимания. Но уведи я чужую жену, и тогда весь Орден будет думать, что дело не только в твоей чистой крови. Тебя посчитают моей ахиллесовой пятой и поэтому будут охотиться не меньше, чем за мной, полагая, что так можно воздействовать на меня. Мы не можем так рисковать. — Волшебник крепче прижал Беллатрису к себе. — Я не хочу снова терять тебя, едва обретя. Ты одна из лучших моих пожирателей. Но как только мы одержим победу, как только вся волшебная Британия склонится передо мной, тогда я прикажу Родольфусу развестись с тобой и сам назову тебя женой.

Тут Волдеморт снова задумался, а потом встал, взмахнул волшебной палочкой, и в комнату влетела маленькая золотая чаша, уже знакомая Беллатрисе.

— Кубок Пенелопы Пуффендуй!

— Теперь это не просто кубок, а один из залогов моей неуязвимости. У меня будет к тебе просьба, Белла!

— Милорд, только скажите, и ради вас я хоть сейчас готова идти в бой с грязнокровками. — Глаза у ведьмы блеснули фанатичным и недобрым огнем, который многих устрашил бы, но Волдеморт, напротив, усмотрел в этом особый шарм. — Я уже совсем здорова, мой повелитель!

— Нет, поручение это совсем другое, гораздо более важное. Я хочу, чтобы ты поместила чашу в своем хранилище в Гринготтсе и при этом молчала бы о ней, Белла. Я, конечно, мог бы держать ее и в своей ячейке, но раз уж о нашей связи никто не подозревает, то у тебя она будет скрыта также надежно, как и у меня.

— Я почту за честь, милорд!

— И еще, Белла. Среди оборотней, этих новых союзников, есть шпион.

— Не может быть! — воскликнула ведьма.

— Может! — категорично заявил чародей, и волшебница замолчала. — Итак, — продолжил маг. — На совместной с оборотнями псиной охоте внезапно появляются мракоборцы, не взирая на все мои скрывающие проявление заклинаний чары, безотказный эффект которых тебе тоже известен на личном опыте. Это первое. Авроры вообще появились в тот момент, когда оборотни бросились к деревушке, а никто из пожирателей еще даже ни разу не взмахнул волшебной палочкой. Это второе. Третье. Я тут даже подозревал в предательстве Родольфуса… — Беллатриса от страха вздрогнула, но Волдеморт успокаивающе погладил ее по спине. — … но как показала примененная к нему тайно легилименция, твой муж чист передо мной, иначе его бы уже не было в живых. Мракоборцы прибыли на место вовсе не из Министерства, и Дольф совершенно ничего не знал, ведь Орден Феникса, как тебе известно, действует самостоятельно. Его члены не доверяют министерским сотрудникам, опасаясь нарваться на завербованного нами агента.

— Но Родольфус заместитель Отдела магического правопорядка. Почему Грюм ничего не сказал ему, своему заместителю? Неужели его в чем-то подозревают? — испуганно спросила ведьма.

— Может быть, но Дольф, надо отдать ему должное, очень осторожен и себя вряд ли выдаст. Свою черную метку он тщательно скрывает заклинаниями. Обвинить его в чем-то конкретном никто не может. Ну, а в Орден Феникса не пригласили потому, что любой чистокровный и знатный чародей за редкими исключениями по умолчанию вызывает у них опасения. Итак, твоему мужу тоже было неизвестно об их планах испортить нам всю охоту. И каков вывод, Белла?

— Авроры заранее знали о предстоящей псиной охоте! Кто-то им все сообщил.

— Вот именно! Нужно выяснить, и как можно скорее, кто к этому причастен. Я обучил тебя основам легилименции, тебе одной из немногих известны имена всех моих сторонников, включая оборотней. Сможешь тайно проверить каждого из них? И оборотней в том числе? Мерлин мой, я лично не могу посвящать этому столько времени!

Колдунья задумалась, а потом, ехидно улыбнувшись, ответила.

— Когда я узнаю имя этого шпиона, я убью его, и, если понадобиться, того, кто мне скажет о нем!

— Больше никаких колебаний и сомнений? — с улыбкой спросил он.

— Никаких, милорд! — твердо отвечала ведьма.

Волдеморт взял левую руку колдуньи и посмотрел на черную метку.

— Однажды пожиратель — на всю жизнь пожиратель! — страстно прошипел он, снова приникая к губам, нетерпеливо скользя руками по обнаженному телу Беллы и опрокидывая ее на постель.

* * *

В просторной и светлой гостиной Лестрейндж-меннора на столе догорали свечи. В широкие окна проникали отблески занимающейся зари, которых, однако, совсем не замечал сидящий в кресле хозяин дома. Вид у него был крайне удрученный и усталый, каштановая шевелюра всклокочена, а глаза смотрели вперед ничего не видящим взглядом, и по тому, как они покраснели и опухли, было совершенно очевидно, что Родольфус за всю ночь так и не сомкнул очей. Более того, он то и дело вставал, садился и снова вставал, бесцельно мечась по комнате и не находя себе места от волнения и страха. Этим вечером Волдеморт отправил Беллатрису с заданием в дом Элфиаса Дожа, и по всем подсчетам жена давно должна была вернуться, но она почему-то не возвращалась. Конечно же, Лестрейндж уже наведался к Дожу, где его глазам предстали следы очередного столкновения с мракоборцами: опрокинутая мебель, беспорядок и даже следы крови на полу. Но в Министерство не доставили ни одного арестованного. Однако если Беллатрисе удалось уйти от авроров, то где же она, в таком случае? Убита или ранена? Или ее все же схватили? Ответов у него не было.

Внезапно волшебник ощутил колыхание воздуха, который, все сгущаясь, образовал столб дымы, а из него появился Волдеморт.

— Повелитель! — воскликнул Лестрейндж. — Чем обязан? Ах, милорд! Белла до сих пор с задания не вернулась. Вам, должно быть, известно, что с ней произошло? — взволнованно спросил он.

— Разумеется! Именно о Беллатрисе и о том, что с ней произошло, я и намеревался с тобой поговорить. — усмехнулся Темный лорд. — Эту ночь Белла провела со мной.

— Что? — упавшим голосом спросил Родольфус. — Вы приказали ей составить отчет о выполненном задании? — цепляясь за последнюю надежду, как утопающий за соломинку, проговорил он.

— Лестрейндж, не стоит спрашивать глупости, в которые ты и сам не веришь, как бы ни хотелось. Белла провела ночь в моей постели, о чем ты абсолютно верно догадался. Впрочем, если не веришь словам, с удовольствием поделюсь воспоминаниями. Прожить все заново я бы не отказался. Это моя женщина, ясно?

— Нет, не ясно! — закричал Лестрейндж, словно ужаленный. Теперь перед Волдемортом стоял не покорный слуга, не преданный последователь, а оскорбленный и уязвленный до глубины души муж, который ни в какую не хотел отказываться от дорогого человека, а кроме того, серьезно опасался за его судьбу.

— Белла была вашей, но вы лишь использовали ее, чтобы отомстить своему давнему недругу, и тем самым лишились всех прав на нее. Теперь Белла — мадам Лестрейндж, моя законная супруга. И она останется со мной, Том! — Родольфус был просто вне себя.

— Круцио! — прошипел Волдеморт. — Больше тебе с ней не быть! — нагнувшись к пожирателю, сказал Темный лорд. — Такие как Беллатриса — это не про твою честь! Весь твой удел — дамочки из Лютного переулка.

— Нет! — кричал Родольфус, превозмогая адскую боль. — Я расскажу Беллатрисе, что ты полукровка, Том Реддл! Расскажу ради ее же блага. Для нее будет лучше, если станет держаться от тебя подальше. Она все узнает, и в этом случае благоговения перед вами у нее поубавится!

— Да неужели? — издевательским шелковым голосом спросил черный маг. — Как узнает, так и забудет. В легилименции и в мастерстве работы с человеческой памятью мне равных практически нет. Или ты думаешь, что наш дорогой Дамблдор не желал бы того же: рассказать всему чистокровному сообществу, кого они на самом деле признали своим предводителем. Однако он, похоже, поумнее тебя, и потому даже не затевает столь безнадежного дела. А если ты окажешься настолько глуп, что решишь все же трепать языком, то, Мерлином клянусь, тебе же будет хуже! Я превращу твою жизнь в ад, например, внушу Беллатрисе, что не было никакого деликатного обращения и терпения с твоей стороны. Твоя жена все это забудет, зато будет уверена, что ты брал ее силой! Тогда она не только уйдет ко мне, но и возненавидит тебя. Ты проиграл, Дольф! — Волдеморт снял проклятие. — Но зачем же нам прибегать к таким крайностям? — елейно заговорил он. — Я лично заинтересован в том, чтобы Белла относилась к тебе с симпатией и благосклонностью, как подобает благонравной чистокровной супруге.

— Я не понимаю… — растерялся Лестрейндж. — Вы не намерены заставлять меня дать Белле развод?

— Ну почему же? По моему приказу ты с ней разведешься. Но не сейчас… А пока что для всех будешь играть роль ее супруга.

— Зачем же?

— Ты совсем идиот или прикидываешься? Ну да ладно, для тугодумов готов доходчиво объяснить, ведь это в моих же интересах. Вы с Беллатрисой — не какие-нибудь грязнокровные плебеи, каких у нас развелось последнее время просто немеряно, а представители двух древних родов, и развод ваш не останется без внимания других чистокровных магов и писак из «Ежедневного пророка» или еще откуда-нибудь. Вот возьми хотя бы эту новоявленную пигалицу, мисс прытко пишущее перо Риту Скитер, которой до всего есть дело, и она везде готова сунуть свой нос… Так что весьма вероятно, кто-то догадается об истинной причине вашего разрыва. И тогда каждый встречный-поперечный, от благородных магов до распоследних шелудивых грязнокровок будут знать, что Беллатриса — пожирательница смерти. И костюм с маской, которые так предусмотрительно надевают мои сторонники, отправляясь на расправу с грязнокровками, будет бесполезен!

— Этого нельзя допустить! — воскликнул Родольфус.

— Замечательно, что до тебя это дошло1 — удовлетворенно кивнул Волдеморт. — Теперь, надеюсь, ты не станешь возражать, чтобы играть роль ее мужа?

— Не буду! — обреченно вздохнул Лестрейндж, понимая, что выбора ему уже не оставили. — Я выполню то, что вы мне велите, милорд, но только ради Беллы.

— Ну, конечно! Я другого и не ожидал. И сейчас отправляюсь к Сириусу Блэку, дабы подчистить его память, пока он не рассказал всем мракоборцам, кого они чуть не зацапалили!

— Вы не убьете его? — удивился Родольфус.

— Это я всегда успею сделать, но без крайней необходимости не собираюсь проливать драгоценную чистую кровь. Это вообще прискорбно, что кузен Беллатрисы в Ордене Феникса. Но когда я сокрушу это дементорово сопротивление, то основательно возьмусь за этого мальчишку, которому еще только шестнадцать, и, возможно, мне удастся заставить его сменить убеждения. Может быть, посидев в Азкабане, он поумнеет.

— В Азкабане?

— Ну да! Там, знаешь ли, можно воспитывать заблудших. Разумеется, те, кто не заблуждаются, а являются врагами, те подлежат уничтожению.

Тут Родольфус вдруг язвительно и без малейшего страха сказал.

— А я-то все голову ломал, что же это вы, милорд, до сих в меня Аваду не запустили, а ограничились лишь Круциатусом!

— Естественно, что не по доброте душевной! — ухмыльнулся Волдеморт. — Я и в самом деле строю на тебя расчет, хотя, признаюсь, едва сдерживаюсь, чтобы не убить! Но ты мне еще пригодишься в Министерстве, а главное, если тебя не станет, то мне некому будет поручить такое задание — хранить тайну о моих отношениях с Беллатрисой. Да-да, считай это моим заданием. — Колдун особливо выделил это слово. — Очень-очень важным и ответственным заданием. И упаси тебя Мерлин где-нибудь оступиться… Только сделай попытку прикоснуться к ней, пожалеешь, что на свет родился!

Родольфус в отчаянии взялся руками за голову.

— Впрочем, издевательски добавил Волдеморт. — На людях тебе вполне можно и даже нужно вести себя как добропорядочный супруг и, соответственно, оказывать жене положенные знаки внимания. Тебе все ясно?

— Вполне! — тихо отвечал Лестрейндж.

— Вот и отлично! — переходя на свой обычный холодный тон, отвечал Темный лорд и стал растворяться в воздухе.