Ничего на свете лучше нету, чем явиться в среду с того свету (джен)

Вечер Драко Малфой и Блейз Забини проводили в теплой компании друг друга, бильярдного стола и бутылки огневиски. Настроение выпить, появившееся у Драко еще днем, как и внутренний раздрай, никуда не делись, и он решил устроить небольшие посиделки.

Вот чем Блейз нравился Драко, так это готовностью в любой момент сорваться в очередное приключение или просто составить компанию, если хотелось покутить или выпить. Так повелось еще со школы. Устроить магическую дуэль? Всегда пожалуйста. Тайком пронести в спальню огневиски? Запросто. Обсудить девчонок? Всегда готов. А то и вместе пофлиртовать с юными леди-однокурсницами. "Беззаботное, счастливое время, пока не объявился Лорд со своей Меткой", — поморщился Драко, вспомнив этот переломный момент.

Посмотрев на накрытый эльфом столик, он улыбнулся — огневиски, фрукты и крошечные канапе, которые друг обожал с незапамятных времен. Драко усмехнулся, вспоминая, как Забини пару часов назад ответил на его вызов по камину — завернутый в полотенце, только из душа… С готовностью отозвался на приглашение, сообщив лишь, что ему надо кое-что доделать. Малфой сделал вид, что не обратил внимания на разбросанные по гостиной женское платье, туфли и белье, причем явно снятые по пути в спальню. Что ж, когда Блейз закончит со своей пассией, тогда и придет, у самого Драко тоже найдется пара дел. Если бы было что серьезное, приятель просто закрыл бы камин.

И вот, спустя пару часов катания шаров и реплик ни о чем и обо всем, Драко ощутил желание поговорить, а Забини — наконец узнать, отчего его приятель в раздрае. Блейз вообще обладал врожденной способностью чувствовать людей, интуитивно знал, когда говорить, а когда молчать, как и когда задать вопрос, чтобы собеседник сам с удовольствием "открыл душу или что там вместо нее", а когда лучше спокойно понаблюдать, как пляшет огонь в камине… Как всегда, Блейз угадал момент безошибочно — просто отставил в сторону свой бокал, посмотрел Малфою в глаза и спокойно спросил:

— Что случилось, Драко?

— Ничего, — тот пожал плечами, сам не понимая, отчего это он сегодня вообще завелся.

— Хорошо. И как зовут твою "ничего"?

— С чего ты взял?

— Так, поди, не первый день знакомы, — Блейз ухмыльнулся. — Если ты вдруг приглашаешь меня выпить, без привязки к какому-нибудь событию, значит, что-то произошло именно с тобой. Так что случилось?

— Все нормально, — буркнул Драко. — Вроде.

— Я так верю тебе, Малфой. Просто изо всех сил, — в последней фразе интонация Блейза была неприкрыто издевательской.

Он приподнял левую бровь и с вызовом посмотрел на Малфоя.

Драко и сам не ожидал, что вот так поведется. Сначала он просто вздохнул: "Кажется, Корнер меня бесит", а после пары уточняющих вопросов разом, торопясь и прыгая с факта на факт вне хронологии событий, вывалил все… Правда, имя Корнера фигурировало в его рассказе чрезвычайно редко — в отличие от Лавгуд, про которую он рассказал все: и про редкий талант аппарирования, который вызвал в нем восхищение и даже легкую зависть, и про ее невыполненное обещание прийти в лабораторию, и даже про то, как они Снейпа пытались спасти от авроров. Ну и про ее свидание с Корнером, будь он неладен…

— Ты уверен, что это было свидание?

— А что это еще могло быть?

— Он ее обнимал?

— Нет, он пакет держал.

— Ее или свой?

— Да Мордред его знает...

— А она его?

— Что она?

— Обнимала?

— Еще чего!

Блейз пытал друга со все возрастающим интересом, а потом, когда Драко выдохся, подвел итог:

— Похоже, дружище, ты влюбился…

— Кто, я? — тут же взвился Драко. — В Лавгуд? Ты бредишь!

— Пф. Видел бы ты, как у тебя глаза горели, когда ты про нее рассказывал. Понимаю, у тебя это впервые. Так что поверь уж моему богатому опыту. Опять же — такое хорошо видно со стороны, — отсалютовал Блейз бокалом.

— Ну… Она меня впечатлила, конечно. Такая... — Драко покрутил рукой, не находя слов.

— Во-от. А теперь подробнее: какая? — Блейз расплылся в хищной улыбке.

— Да я вообще не думаю о ней, как о девушке. Чушь какая-то, — возмутился Драко.

— Только вот эта "чушь" ранила сегодня твое сердце настолько, что ты тут же сбежал заливать горе алкоголем и вызвал меня. Делай выводы сам, Драко, но не пытайся меня убедить, что это ничего не значит.

Драко поболтал остаток темно-янтарной жидкости и опустил бокал на стол.

— Знаешь, сам от себя такой реакции не ожидал, — признал он правоту друга. — Когда она мне в Министерстве давала рассматривать доску, мне показалось, что она меня понимает. Не боится и не ненавидит, хотя уж она-то имела полное право, ну, ты понимаешь... после наших-то подземелий. Это было так приятно и так удивительно, что... Я не мог на нее насмотреться. Но ни о чем таком я и не думал. Это же Лавгуд! Вспомни, какой она была в школе — просто блаженная.

— И что? Это не мешает ей работать невыразимцем, притом, по твоим же словам, не самым последним из них. Дурой она никогда не была, она ж все-таки рейвенкловка — максимум с придурью слегка… А кто без таковой-то? Мы, что ли, с тобой? У всех свои пикси в наличии. И ничего же? Вон, хотя бы Браун вспомни с Гриффиндора — она была, подумать только, влюблена в Уизела! Но это же не мешало ей во всем остальном быть вполне адекватным человеком.

— Сивый ей помешал, — буркнул Драко. Он долгие годы старался выкинуть из головы воспоминания о Последней битве, но в памяти тут же всплывала оскаленная морда оборотня. Эпизоды битвы вообще долго преследовали его в кошмарах. — Ты, кстати, слышал о ней потом что-нибудь?

— Вроде говорили, ее в Мунго лечили. Не знаю, насколько успешно. Ты от темы-то не уходи, Малфой. Что, в конце концов, такого страшного в том, что ты влюбился?

— Да не влюбился я, — продолжал отпираться Драко.

— Ладно, не влюбился, — с готовностью согласился Блейз, — но Лавгуд тебя зацепила. Корнер — точно ее парень? Могла она встретиться с ним случайно?

Драко пожал плечами.

— Они вели себя как пара?

— Это же работа, а… — Драко посмотрел на выразительное лицо друга и вздохнул еще раз. — Ну, вроде нет.

— Даже если бы и был, не вижу в этом особой сложности. Ты круче.

Драко бросил на Блейза недоумевающий взгляд.

— Ты что, думаешь, что у нас с ней может что-то получиться? Пойми ты, не рассматриваю я ее как девушку, мне сейчас вообще не до этого.

— Ну-ну, — ухмыльнулся Блейз. — Страус, конечно, тоже птица, но не думал, что ты возьмешь его как образец… Я тебя как-то больше с павлином ассоциировал.

— Это ты о чем?

— Прятать голову в песок, говорят, страусы любят. Я сказал, ты услышал. Будешь дальше упорствовать? Твое дело. А мне пора, знаешь ли.

— Давай по последней, — ухмыльнулся Малфой, разливая огневиски. О том, что будет завтра, они не беспокоились, антипохмельное Малфой уже очень давно варил исключительно на "Превосходно".

* * *

Северус Снейп сидел на качелях и пытался раскачиваться, но частое махание ногами в белых гольфиках с помпончиками и туфельках цвета слоновой кости ничего не давало. Ноги, даром, что девчачьи и детские, опять распознавались как свои, но задумываться над этим не хотелось. Хотелось капризничать, но рядом никого не было, сколько он ни оглядывался. Залитый солнцем сад, ажурная ограда, брошенная возле качелей кукла…

"Я же Алиса, — подсказывала память. — Скоро мама придет. Или няня. Она меня покачает!"

Палец на правой руке сильно и болезненно сдавило. Еще раз. И еще. Все больней и больней, да что же это!

Она ведь уже выросла… Она была когда-то взрослой и умела качаться сама!

Туман, заглушающий все звуки, холод, одиночество… Эй! Кто-нибудь! Найдите меня, пожалуйста...

Девочка на качелях всхлипнула и засунула пальчик в рот. Вздохнула и заставила себя сжать зубки.

А потом мир рухнул.

* * *

— Уберите эту дрянь, — отмахнулся Северус от вонючей гадости, которую сознание с небольшим трудом идентифицировало как нюхательную соль, и открыл глаза. Обеспокоенные лица Гиппократа Сметвика и Януса Тики быстро привели его в форму.

Он привстал, засунул руку в карман, достал груду фантиков от конфет, смял и выбросил в мусорную корзину.

— Как хочешь, Северус, но больше никакой легилименции на Лонгботтомах. Я совершенно не горю желанием лечить еще и тебя.

— Что с Алисой?

— Покапризничала и спит.

— Подробности, пожалуйста. Она просила, чтобы ее покачали?

— Да. Раскачать качельку и дать ей вырасти.

— Вырасти? Уже неплохо.

— Снейп, что ты с ней делал?

— Был ей. Пытался связать ее со взрослой личностью.

— Получилось?

Он пожал плечами. Сколько чужих воспоминаний он ни пересматривал, образ Алисы Лонгботтом складывался, по его мнению, неполным.

— Чего ты вообще добиваешься?

— Хочу попробовать, чтобы Алиса позвала себя сама. Сегодня удалось напомнить ей, что она была взрослой, правда, я сам не понял, насколько взрослой… И переметнуться туда, где находится ее взрослое сознание. Наши предположения, кажется, подтверждаются. Она там, в тумане.

— Тебе удалось туда пройти? Потрясающе! Ты снова взаимодействовал с девочкой?

— Скорее, я становлюсь ее частью. Благодарю за подстраховку, Янус, очень, — Снейп особо подчеркнул последнее слово, — помогает. Без тебя я бы не решился: остаться там, внутри нее, меня совершенно не прельщает.

— Отчаянный ты, Снейп. Аж завидно. Может, и мне попробовать?

— Так стало интересно? — скривился он. — Лучше не завидуй.

— Я тоже хочу их вернуть.

— Тогда попробуй с Фрэнком. Не думаю, что имеет смысл менять источник влияния. А вот обоих я точно не потяну. Но учти, при стандартной технике вместо связи получается только провалиться в… то, что осталось от личности.

— Не все же тебе рисковать, надо и поделиться, — наставительно и чуть шутливо поднял указательный палец Тики. — Подстрахуешь?

— Конечно.

— Ну что, собираем всех? — спросил Сметвик. — Импортный специалист ждет не дождется.

* * *

Консилиум по поводу четы Лонгботтомов был недолгим. Северус Снейп, принятый внештатным консультантом отделения Проклятий больницы Святого Мунго, доложил о результате, не давая никому слова вставить — он торопился. Но все же из-за присутствия постороннего еще раз поделился своим опытом "блуждания в тумане", после чего дальнейшее лечение с попыткой призыва "второй половины Алисы" было одобрено. Сложность была в том, чтобы "девочку", то есть пациентку, желательно было привести в состояние максимально возможного для нее просветления и удерживать в нем как можно дольше. В идеале — постоянно.

Вот во этому поводу споры и разгорелись.

— Возьмите кого-нибудь на роль няни, — посоветовал Снейп, вызывая Темпус. — А я пошел зелья готовить. Для ремиссии девочки в том числе.

— Если придумаем что-то достойное, обязательно поделимся, — кивнул целитель Тики.

— Не сомневаюсь, — Снейп развернулся и вылетел прочь, аппарируя едва ли не на ходу.

— Кто это такой, и что он вообще себе позволяет? — возмутилось приглашенное европейское светило — Беноццо Медичи — наконец-то обретшее дар речи.

— Это Северус Снейп.

— Ваш знаменитый мастер-зельевар? Помнится, вы угробили свою знаменитость...

— А, вы наслышаны. Как видите, нет. Кстати, как менталист Снейп ничуть не хуже зельевара. Сегодня он провел пятый сеанс легилименции с пациенткой.

— Вы с ума сошли?! Легилименция сумасшедшим не показана ни в коем случае!

— Алиса Лонгботтом не сумасшедшая. Хотите посмотреть воспоминания о сеансах?

— Безусловно… Это… Это просто сказки какие-то! — Медичи нахмурился и почесал щетинистый подбородок. — Опасные сказки, господа.

— Мы вдвоем постоянно его страхуем.

— Покажете, как?

— При условии, что вы не будете обнародовать наш метод, — почему бы и нет.

— Хорошо, добавьте это в контракт, я подпишу. Кто все это придумал? Ваш мрачный гений? Придется пообщаться с ним поплотнее.

— Ему сейчас непросто, — вкрадчиво заметил целитель Сметвик. — Он еще не до конца восстановился, было бы нежелательно…

— Ладно, я понял. Тогда и консультант вам не нужен. Счет пришлет мой поверенный.

— Ну, если вам совсем не интересно, — пожал плечами Сметвик.

— Да что вы о себе думаете, мальчишка! — Медичи едва не схватил своего оппонента за грудки. — Это уникальнейший и редчайший эксперимент, но что бы сделали вы вне доступа к важнейшей информации?!

— Это воспоминания о каждом сеансе-то — не важная информация? — целитель Тики тоже завелся.

— Логическая цепочка, приведшая к самой идее, вот что важнее всего! — отрезал Медичи. — Только тогда будет понятно, можно ли использовать ее в практике или это лишь единичный случай.

"Мда. Светилом он, видимо, не зря считается. Зрит в корень, — подумал Сметвик. — Вот только никто из нас на это главное права не имеет. Кроме Снейпа, конечно, но черта с два я его кому-то выдам".

— Это не наша тайна, уважаемый грандмастер. Простите.

— Ладно, где тут у вас думосбор?

* * *

Снейп постепенно начинал привыкать, что лаборатория в Малфой-мэноре — практически его собственность, неосознанно распространяя это не только на оборудование, но и на работающих там магов. Он никогда еще не чувствовал себя настолько богатым.

Последний рецепт для Лонгботтомов Снейпа все еще не удовлетворял, так что он на сей раз стоял не возле котлов, а чинно сидел за своим столом за расчетами, изредка поднимая взгляд на тех, кто трудился, так сказать, непосредственно на производстве.

Смотреть было чертовски приятно. Четкие движения рук, от профессионально выверенных помешиваний в исполнении изящных девичьих кистей мисс Фарли, скрытых тончайшими перчатками из кожи дракона, до грубых дланей мистера Джонса, мнущих дремоносные бобы, и коротких, но ловких пальчиков его супруги, шинкующей по всем правилам траву моли, умиротворяли своей методичностью.

Драко и мистер Голдштейн занимались тестированием очередной партии кроветворного, аккуратно титруя отобранные случайным образом порции зелья. Судя по мимике, результат обоим нравился.

Северус удовлетворенно вздохнул и сосредоточился на последней строчке. Что-то с этим златоцветником было не так. Не хватало основного действующего вещества, но если добавлять количеством, то придется нейтрализовывать балластные, а это меняло всю формулу, а главное, значительно ухудшало свойства. И подходящей по свойствам замены не было, хоть ты тресни.

Снейп сложил пальцы домиком и оперся на них подбородком, хмуро глядя на свои записи. В голове была масса идей, но ни одна из них не выдерживала его же собственной критики, так что через некоторое время, отметя практически все, он начал прислушиваться к разговорам.

Мисс Фарли и мистер Голдштейн обсуждали какую-то статью, и слух Снейпа зацепился за слова Джеммы о способе повышения количества действующего вещества при надрезании листьев за несколько часов до их сбора.

— Мисс Фарли, где вы видели эту статью?

— В последнем "Вестнике зельевара", сэр. Он на моем столе.

— Позволите? — Снейп уже стоял возле ее стола — журнал лежал на самом краю.

— Конечно, — улыбнулась Джемма. — Какая-то идея?

— Будьте добры пока заниматься своим делом, мисс. Когда и если что-то получится, вы узнаете одной из первых.

Джемма нахмурилась. Ей не особо нравился такой подход. Хотелось участвовать в разработке новейших рецептов, сложных зелий, а ее, похоже, усадили на поток. Зелья — не самые простые, но стандартные — ее слабо вдохновляли.

Снейп же, больше не обращая внимания ни на кого, углубился в чтение, а потом начал что-то быстро писать, перечеркивать, начинать снова. Вот он смял пару листков и испепелил их прямо над корзиной с мусором.

"Мда. Настроение у него не очень, видимо, что-то не сходится. Лучше не лезть, — мудро решила Джемма. — А так хочется узнать, о чем он сейчас думает. Сложно ему хотя бы намекнуть, что ли?"

— Мистер Малфой, вы скоро закончите? — Снейп снова проигнорировал недовольный взгляд мисс Фарли.

— Последняя проба, сэр, — Драко в лаборатории свято соблюдал субординацию, как и при посторонних. Все же они еще не так много работали в таком составе.

— Подойдите ко мне, когда закончите. У меня будет для вас поручение.

Драко подмигнул Джемме, и она улыбнулась краешком губ. С Малфоем-младшим оказалось довольно интересно общаться на рабочие темы, несмотря на то, что опыта у него было не так уж и много. Значит, он ей расскажет. Отлично.

* * *

Лишь аппарировав в Хогсмид, Драко внезапно осознал, что не был здесь с момента окончания школы — не доводилось, не находилось повода. Неожиданно в другом свете перед ним предстали знакомые кафе и магазинчики, даже словно что-то защемило в груди.

"Прекрати! — одернул его внутренний голос, так похожий на отцовский. — Что будет, когда в школу попадешь — ударишься в ностальгические сопли?"

Поправив строгую мантию, Драко вздохнул — хотелось посидеть за столиком с чашечкой кофе, но следовало торопиться. Может быть, получится на обратном пути, если останется время.

Дорога до школы заняла около получаса, несмотря на быстрый шаг, и Драко успел многое передумать.

Да, в последнее время он был почти постоянно чем-то занят. Но ему нравилась такая жизнь и нравилось чувствовать себя на своем месте. А что касается остальных… Блейз, надо отдать ему должное, с открытием магазина справлялся даже лучше, чем предполагалось изначально: всерьез увлекся, видно было, что эта работа интересна ему не меньше, чем самому Драко — варка зелий.

Драко вспомнил, как недавно наконец добрался до будущего магазина — впервые с того дня, как привел туда Забини — вошел и не узнал то большое, мрачное и захламленное пространство. Светлое, просторное помещение с новыми деревянными полами, широкими окнами в той части, где будут расположены стеллажи для покупателей и представлены образцы зелий. Блейз с воодушевлением показывал ему эскизы, что, как и где будет расположено. Он не забыл и про дополнительные комнаты для хранения зелий, для персонала, для работы с заказами. Показывая комнату, выбранную для своего кабинета, Забини с некоторым апломбом заявил: "А я что, на полу сидеть должен, и поставщиков и заказчиков в центре торгового зала принимать?" Возразить было нечего, тем более, что смету он на данном этапе работы не превысил ни на кнат, даже сэкономил кое-что. А после, когда привезут заказанную мебель, он обещал представить предварительные расчеты финального этапа — на шторы, картины и прочие элементы украшения будущего магазина. На прошлой неделе Драко приглашал Блейза на ужин в мэнор, чтобы отец сам мог задать вопросы о том, как идут дела с магазином, и видел, что тот впечатлен работой Забини. После того, как друг откланялся, Малфой-старший усмехнулся:

— А ему точно эта книжная лавка нужна? Может, Обливиэйт? Чтобы не сбежал от нас никуда…

Этой неожиданно грубоватой для него шуткой отец признал талант Забини и нежелание терять такого замечательного управляющего. Так что в графе "делегирование полномочий" Драко мог поставить заслуженную галочку, а заодно и прикинуть, когда снова навестить Блейза в магазине или дома.

А пока ему просто нравилось идти по дороге к школе — вот уже виднелась хижина Хагрида. Драко вздрогнул, вспомнив смех Беллы в тот момент, когда она подпалила скромное обиталище лесничего. Этот сумасшедший хохот… Его отзвуки в стенах Малфой-мэнора часто не давали ему спать по ночам, и тогда он сам себя уговаривал, что ни капельки не боится…

Нет, лучше не думать об этом, а просто посмотреть по сторонам. Вон у того дерева он узнал, что у вроде бы хрупкой Грейнджер тот еще удар... Драко усмехнулся. Вот как интересно сложилась жизнь: Грейнджер вроде оставила свои бредовые идеи и мечты о карьере в Министерстве и стала "просто женой", чем, кажется, была вполне довольна. Поттер оказался не таким уж и задавакой, каким выставлял себя в школе, да еще — подумать только — вернул Снейпа.

Взгляд упал на Астрономическую башню, которую с этой части дороги было хорошо видно — еще один кошмарный момент его жизни. И профессор Снейп, который не дал ему тогда совершить роковой шаг, взяв тяжелую обязанность на себя, снова его спас…

Да и сам Драко с тех пор повзрослел и на многое смотрел теперь по-другому. Хотел быть не просто еще одним наследником Малфоев, бездельником с перспективой в будущем пополнить собой когорту портретов в семейной галерее, а мужчиной, который на что-то способен, чего-то добился. Причем своим силами, способностями, упорством, желанием. Он давно не помнил такого подъема, энтузиазма, яркого, неприкрытого интереса к тому, что будет завтра, что еще он сделает, узнает… Кажется, он начинал узнавать, кто такой Драко Люциус Малфой, пытавшийся оставить прошлое там, где ему и надлежит быть…

Задумавшись над той самой статьей о новом способе сбора растительного сырья, а, главное, о том, почему он подходит не для всех растений, Драко почти не заметил, как почти уперся в главные школьные ворота, и только потом перевел дух — все-таки шел он очень быстро — еще одна привычка, появившаяся в последнее время.

Минуя красивую кованую створку, как всегда, стоявшую открытой, он снова ощутил странное волнение — все-таки здесь прошли семь лет его жизни. Неужели с тех пор куда-то подевались еще пять? Ладно, некогда сентиментальничать, надо побыстрее найти Лонгботтома. Наверное, лучше было бы сразу свернуть к теплицам, но он об этом почему-то не подумал.

Судя по времени, уроки уже должны были закончиться, однако вряд ли Лонгботтом поторопится сразу же уйти от своих любимых грядок. Хотя, конечно, он и в своем кабинете может быть... Вряд ли внутри школы произошли кардинальные перемены, так что кабинет и личные апартаменты герболога наверняка находились на прежнем месте.

Все действительно было таким же — словно и не было этих лет. Повеяло чем-то родным, близким, своим… Вот скамейка на виду у всей школы, куда его вечно пыталась затащить Паркинсон, чтобы показать, что они пара… А вон на том дереве было так удобно сидеть… Все тот же школьный двор… А что, если свернуть немного и воспользоваться коридором, проходящим через подземелья? Снова почувствовать мрачную атмосферу серебристо-зеленого факультета, а заодно и ощутить себя юным, беспечным Драко Малфоем тех лет, когда у него не было проблем важнее выбора прически или рубашки под школьную мантию.

"И Поттера", — напомнил ему внутренний голос, и Драко улыбнулся. Детство… А ноги уже сами несли его по привычному маршруту.

Он был готов к степенному спокойствию и сдержанности, всегда царившим в подземелье Слизерина. А вот что его, даже не заметив, едва не снесла орущая и визжащая толпа подростков, неслабо удивило. Куда они мчатся, как стая испуганных пикси?

А вот и ответ — за поворотом в коридоре клубилась самая настоящая потасовка — двое парней колотили друг друга с такой злостью, что, казалось, просто мечтали убить друг друга. Причем ни о каких волшебных палочках и заклинаниях речь не шла, били они друг друга по-маггловски — тупо, кулаками. Двое ребят чуть постарше попытались было их растащить, но им помешали; те, обернувшись, едва ли не синхронно вдарили кулаками в лица своим "помехам", и одна потасовка тут же превратилась в три. Девчонки завизжали еще громче… И это Слизерин?! Ну уж нет, терпеть подобное на своем родном факультете? А где вообще декан?! Что, личные апартаменты такового перенесли на опушку Запретного леса, если он умудрялся ничего не слышать и не вмешиваться?! Не для того Драко Малфой решил проведать родные пенаты, чтобы наблюдать таковое их падение!

— Ступефай! — вдарил Драко по всей площади, и когда все замерли, в лучших традициях собственного крестного прошипел: — Маггловская драка на Слизерине, какое убожество...

И даже Сонорус не понадобился; оказывается, голосом он владел по-прежнему хорошо, не забыл уроки пения и ораторского искусства. Хотя умения орать ни то, ни другое не предусматривало.

Драко смутно узнавал разношерстную компанию: когда он выпускался, нынешние семикурсники учились на втором и наверняка прекрасно помнили, кто такой Драко Малфой. Так что же помешает им узнать его сейчас? И действительно, где-то сзади он услышал свое имя, произносимое шепотом, но сдержал довольную усмешку.

— Я действительно попал на Слизерин, а не в башню алознаменных гриффиндурков? — голос Драко звучал тихо и проникновенно, почти ласково. И лишь он знал, что на самом деле это определялось как "усыпляющая бдительность" хитрость.

— Вы кого-то ищете, сэр? — один из участников "побочной" драки соизволил ответить, причем довольно бойко и смело, пытаясь отпихнуть своего соперника в сторону.

— Хотите попытаться убедить меня в том, что это факультет Слизерин? Это?! — Драко сделал шаг в сторону, вытащил в центр пару драчунов и продолжил: — Ни один уважающий себя и собственный факультет слизеринец не соизволит оказаться в таком виде не только в обществе, но и наедине с собой! Слизеринцы решают свои проблемы один на один, пользуясь при этом мозгами и волшебными палочками, а не кулаками! Студенты Слизерина ходят по коридорам с достоинством, а не несутся стадом ополоумевших кентавров! Что заставило благородных хладнокровных змей унизиться до подобного плебейского поведения?

В толпе раздались смешки и фырканья, что переключило внимание Драко на стайку девчонок-старшекурсниц:

— А девушки этого факультета ведут себя как леди, а не рыночные торговки, наблюдающие за кулачными боями в базарный день! Глубоко соболезную, что некому, судя по всему, вам об этом напомнить. Где ваш декан? И, надеюсь, практика назначения старост факультетов себя еще не совсем изжила? Кто здесь староста?

— Наш декан — профессор Слагхорн, сэр! — раздалось откуда-то из притихшей толпы. — А старосты — Мариса Блетчли и Джейсон Флинт. Мариса второй день в Больничном крыле, а Джейсон в совятню ушел.

"Младший брат Маркуса Флинта — староста? Мир сошел с ума", — Драко едва удержал лицо.

— Как вижу, мистер... Флинт со своими обязанностями не справляется, — декана он решил не трогать, так как считал, что критиковать профессора перед учениками — дурной тон. Не упомянул и девушку-старосту — зная мадам Помфри, можно было понять, что мисс Блетчли у нее по уважительной причине, тем более второй день. — Итак, в чем причина свары? — Драко обратился к участнику главной потасовки, выдернув его из толпы.

— Он увел мою девушку! — запальчиво выкрикнул русоволосый парень, вполне привлекательный даже в разодранной мантии и с кровавыми разводами на лице. Драко он был смутно знаком.

— Ваше имя?

— Стефан, сэр. Наследник рода Брэнстоун. Как истинный слизеринец, я...

Драко не дал ему договорить, перебив:

— Как звали вашего прадеда по матери?

Брэнстоун промолчал, опустив голову, что дало Драко возможность торжествующе обвести взглядом всю толпу и вернуться к стоящему перед ним одному из виновников инцидента:

— Принятый в род "дикий овес", я полагаю. За отсутствием чистокровной альтернативы?

— Сэр, вы оскорбляете меня! — рука парня потянулась к поясу, но безвольно повисла на полпути.

— Про палочку вспомнили? — участливо спросил Драко. — Не там ли она валяется? — он кивнул в сторону вещей, разбросанных неподалеку. — Наследник с подобными манерами, это же чудо природы какое-то! На котором она отдохнула.

Услышав новые смешки, Драко поднял голову и обвел школяров тяжелым взглядом. О, Снейп недаром был его крестным!

— И кому из, — сарказм в его голосе просто захлестывал, — достойных наследников стало так весело? Или девушки на Слизерине нынче — кобылы, чтобы их можно было этак по-цыгански увести?

В стайке девочек кто-то едва сдержал гневное восклицание.

— Какое унижение, — кивнул им Драко, а потом повернулся к парням. — От вас обоих, кстати.

— А сейчас, леди и джентльмены, рекомендую разойтись по своим комнатам и остыть, а заодно обдумать то, что я довел до вашего сведения. А я решу, как обратить внимание Попечительского совета школы на вопиющие недостатки в вашем воспитании. Кто-нибудь вразумительно подскажет мне, где сейчас может быть профессор Лонгботтом?

— В это время он обычно проверяет работы в кабинете гербологии на третьем этаже, сэр. Вас проводить?

— Благодарю, я справлюсь.

Драко резко развернулся и зашагал по коридору, решив больше не удостаивать подростков ни единым словом. И почему-то мелькнула мысль про Выручай-комнату — интересно, она сейчас открывается? После Адского пламени?

Никто их участников этого эпизода не видел выражения лица Минервы МакГонагалл, которая, никем не замеченная, наблюдала всю сцену от первой до последней минуты. Она и подумать не могла, что Драко Малфой сможет быть настолько… правильным и строгим. Что найдет нужные слова, чтобы успокоить распоясавшихся слизеринцев, надавит на нужные точки и призовет к порядку, не повышая голоса, не угрожая расправой и не пользуясь недостойными методами, коими не гнушался в прошлом. А еще он очень живо напомнил ей Северуса Снейпа.

"Наверное, такой декан и нужен этому факультету, — вздохнув, подумала Минерва. — Интересно, что ему опять понадобилось от Невилла? Не нравится мне это, но… что я могу сделать?" — мысленно пожала плечами директор, тихо удаляясь в сторону своих комнат.

* * *

Невилл Лонгботтом был весьма удивлен, увидев на пороге своего кабинета Драко Малфоя — со времени его визита в Малфой-мэнор они не виделись, правда, Драко пару раз писал, как продвигаются дела у них в лаборатории. Но о своем намерении появиться в Хогвартсе не извещал. А тут сам пришел, хотя и в дурном настроении — как выяснилось, из-за слизеринцев. Они обсудили еще пару "подвигов" серебряно-зеленых, от которых Малфой кривился похуже, чем от лимона, а Невилл посетовал, что Слагхорн и дисциплина в принципе мало совместимы.

От кофе Драко не отказался, сообщив, что ему очень захотелось посидеть в кафе в Хогсмиде, и наверное, он еще успеет.

— Ностальгия одолела? — улыбнулся Невилл, протягивая гостю чашку. — Ты же вроде после выпуска и не был здесь ни разу?

— Отрицать не буду. Столько воспоминаний сразу… Большей частью все-таки хороших, — торопливо уточнил Драко, чтобы разговор вдруг не вырулил куда-то не туда, тем более, не решив сперва все важные вопросы.

— Понимаю тебя. Думаю, если бы я был на твоем месте, почувствовал бы то же самое. Но у меня как-то о настоящем больше думается, а не о прошлом.

— А о будущем? — Драко полез в карман и увеличил заклинанием пергаментный свиток, который и протянул Невиллу. — Здесь твое разрешение на проведение экспериментального лечения твоих родителей. Ты, как официальный опекун, должен подписать, чтобы все было официально — сам понимаешь, бюрократия. Ты же с ней не хуже меня знаком.

— Да, это точно. Как думаешь, получится?

— Не знаю, но надеяться же никто не мешает. Ах, да, вот еще, — Драко увеличил второй свиток. — Это Снейп просил тебе передать, здесь список ингредиентов, которые ему понадобятся примерно через месяц. А тут, — он достал пакет, — некоторые семена. Только тс-с-с, сам понимаешь, не все разрешено нашими властями. Ты как раз успеешь вырастить — никто лучше тебя этого не сделает. А я потом приду и все заберу. Есть вероятность, что рецептура зелья будет меняться еще не раз. Если еще что понадобится, я дам тебе знать совой или снова приду.

Невилл внимательно прочел свиток, не некоторых строчках глаза его немного расширились, но он молча кивнул Драко. А потом оба замолчали — говорить вроде было не о чем, да и кофе допили. Драко хотел было уже встать и вежливо откланяться, как вдруг, сам не зная, почему, поймал сосредоточенный взгляд Невилла и спросил:

— Тяжело это? Когда они всегда... вот так?

— Я привык, — скупо ответил Невилл, и Драко быстро переменил тему, начав рассказывать о новой технологии сбора сырья и увеличения в нем концентрации действующих веществ.

— Интересная тема. А можно мне тоже это ваше титри… титровальное оборудование? Как, кстати, правильно-то?

— А и так, и так, — улыбнулся Драко. — Магглы сами не решили.

— Зато изобрели. Удобно же!

— За это им спасибо, — снизошел Драко.

Невилл улыбнулся:

— Вот уж не ожидал от тебя признания их заслуг. И, кстати, давай я с тобой до Хогсмида пройдусь, мне надо кое-что купить. А ты мне расскажешь поподробней про ваши новые технологии. И про эту... Джемму Фарли, да?

— Ты начал интересоваться незамужними девушками? Она нас на шесть лет старше.

— Давай сначала о работе. Если я буду хорошо представлять, как вы используете сырье, возможно, смогу и кое-что улучшить. Ты иди, я только возьму мантию и догоню.