Рокировка по длинному пути (джен)

Письмо мне пришло в конце апреля, но за покупками мы пошли позже, когда братья вернулись из Хогвартса и Молли сделала ревизию имеющегося, чтобы знать, что докупить. Я чуть зубы не скрошил от раздражения — сколько времени на отработку заклинаний потеряно. Но отцу выдавали жалование только в конце месяца, а деньги он уже потратил на Билла, так что…

Перси в следующем году сделают старостой. Даже непонятно, кто радовался и гордился больше — сам Перси или мама тому, что у нее выросли такие одаренные дети. Билл был префектом школы, Чарли — капитаном команды, а тут и Перси их догнал.

Близнецы, конечно, его доставали, но я порадовался за брата — он заслужил эту должность. Как и сову, которую ему подарил Артур в честь такого случая. Десять золотых за серый комок перьев — куда катится мир! Перси назвал новое приобретение Гермесом.

Мне же ожидаемо досталась его старая крыса.

Когда я сюда только попал, мне было не до книжных историй. Я думал только о том, как прижиться и не сойти с ума. А потом, когда привык, конечно, размышлял обо всем, но никак не мог решиться на что-то и просто пустил все на самотек.

Я, конечно, мог убить крысу сразу, хоть это и не в моем стиле — тупо грохнуть человека, который лично мне ничего не сделал. Но на ней многое завязано. Оборвав эту нить, я изменю историю с непредсказуемым результатом. Одно цепляет другое, другое — третье.

Сириус не увидит крысу в газетной заметке и не сбежит из Азкабана. Хвост не даст слабину из-за чувства вины, и Поттер не сбежит из плена. Я только маленький ничтожный винтик и даже пока не занимаю никакого места в истории, чтобы вносить в нее свои коррективы. Короче, решил дождаться, когда Сириус сбежит, а потом и с крысой решить. Может, посоветоваться с кем. И вот теперь этот мерзкий грызун едет со мной в Хогвартс.

На Косую аллею попали камином через бар Тома. Сопровождал меня Артур, остальные остались дома, чему я был несказанно рад.

Сама улочка выглядела довольно убого, словно отсталая деревенька в глухом средневековье, но все компенсировала магия. Тут ее было в избытке, в каждой вещице и даже словно в самом воздухе и камнях мостовой. Я еще не раз поминал Мэтта добрым словом за те книжки, что научили меня ее чувствовать. Иначе для меня это была бы просто улочка в стародавнем стиле с обилием магических поделок. Предвосхищаю ощущения от магии Хогвартса.

Гоблинов видел только мельком. Вернее, только одного, того, что стоял на страже у дверей Гринготтса. Натуральный злобный пришелец, только бластера или излучателя не хватает. Это не люди и даже не человекообразные, а реально какая-то иная форма жизни. Даже порадовался, что нам в банк соваться не нужно.

В принципе, к школе мне все по минимуму купили. Вот где пожалеешь, что денег в семье мало. Перья-пергаменты, ингредиенты для зелий, палочку, мантии и так, по мелочам. Радует, что свои девять галлеонов я сохранить смог. Правда, на три я купил набор для рун, пока отец не видел. Но шесть осталось — на всякий случай. Хотя очень хотелось потратить их на перо за пять с половиной золотых, что само пишет эссе, когда ему диктуешь. Я эту писанину никогда особо не любил.

Учебники не покупали вовсе — все досталось от близнецов, как и рулон магического скотча, которым я потом с неделю заклеивал книги, доводя их до приемлемого вида.

Телескоп у нас семейный, на всех один. Котел, школьная сумка и весы достались мне от Чарли — он в этом году закончил школу.

Нам с Перси перешла вся одежда Билла, правда, мать ее немного подогнала по длине. Его стажировка у гоблинов закончилась, и в конце июля брат уехал в Африку в филиал банка, пока на два года. Родители по такому случаю обновили ему весь гардероб, вплоть до сундука — типа, новое место, новые люди и все такое…

Так что купили мне недостающие шмотки и обувь в маленьком магазинчике, где продавали вещи по приемлемым ценам. А у мадам Малкин приобрели только комплект мантий.

Палочка меня выбрала из ивы с волосом единорога. Очень потрясные ощущения, когда впервые сомкнул ладонь на рукоятке. Твоя сила и сила ее магической составляющей соединяются и сливаются, становясь частью тебя самого. Чтобы ты мог диктовать в мир свою волю и желания. Охренеть, чувствуешь себя всемогущим богом в первый момент.

Сам я потом пробежался по маггловским магазинам и отоварился мелочевкой типа трусов, носков, футболок, джемперов и нормальных рубашек без рюшей и запонок. Брал с запасом, чтобы выбросить было не жалко. Мать посмотрела с неодобрением и легкой обидой, но промолчала. Она в принципе не признавала ничего маггловского.

Еще прикупил конфет и разных сникерсов в дорогу, обычный будильник и двухлитровый термос. У магов тоже был подобный, но четыре галлеона пожалел.

Я часто покупал домой конфеты. Сказал, что мне приятно тратить заработанное — куда-то же нужно девать маггловские деньги, которых у меня нехило скопилось за это время.

Хоть отец и разглядывал с любопытством «фантики», и даже начал их собирать, но конфету только один раз попробовал. Лакомились ими только сестра да я, и то после грандиозного скандала с матерью.

Молли считала, что неразумно есть непонятно что, мало ли, чего эти магглы туда намешали и как это повлияет на волшебника? Артуру тогда знатно досталось за то, что заразил ребенка своим сомнительным маггловским увлечением. Но, в конце концов, и она успокоилась. Правда, ненадолго.

Когда я пришел как-то с работы с короткой стрижкой, мать тоже возмущалась долго. И унялась только потому, что через неделю мне уже нужно было уезжать в Хогвартс.

Все братья в нашей семье носили волосы до плеч и на пробор — видимо, в магическом мире это считалось стандартом. Но меня эти рыжие патлы давно раздражали, да и стильный полубокс, как по мне, шел гораздо больше. Так что ей пришлось смириться. А после она и Перси почти так же подстригла — он ее уговорил.

Перед Хогвартсом успел отработать те заклинания, что уже выучил. Ощущения феерические. Раз попробовав, хочется магичить снова и снова. Даже простой Люмос. Наверное, у наркомана такая же зависимость от наркотиков, или я еще не наигрался пока и не привык. Правда, отец быстро свернул мою активность — забрал палочку и выдал только в день отъезда.

Думаю, я понял, почему все маги немного неадекватные. Когда видишь, как что-то на твоих глазах и по твоему желанию превращается совсем в другое, как спичка в иголку, то трудно воспринять это с привычным рационализмом. Когда по комнате бегает собака, живая и настоящая, которая секунду назад была старым столом… Короче, это рушит все законы природы и логики. Как тут сохранить голову, когда привычных ориентиров, за которые можно зацепиться, нет. Реально, так сознание расширяет, словно возможно все.

Вчера Чарли уехал в Румынский заповедник. Его пригласили на должность драконоведа. Молли проплакала целый день. Сначала один сын, теперь второй покинули родное гнездо.

Я поинтересовался, почему он не захотел стать профессиональным игроком в квиддич? В Хогвартс сам главный тренер из Сборной Англии к нему приезжал, уговаривать в команду вступить. Восемьсот-тысяча золотых оклад, крутая метла и страну не нужно покидать.

— Это все несерьезно, Рон, — спокойно ответил он, задумчиво потирая переносицу. — Я люблю летать, но это не профессия. Карьера ловца максимум до тридцати, если травму не словишь. Постоянные разъезды, пресса, поклонницы, сплетни. Одна ложь и показуха. Да и родителям репортеры житья не дадут. Мне этого не нужно, как и славы.

— А драконоведы чем вообще занимаются? — спросил, удивляясь его продуманности.

— Моя специальность будет — укротитель драконов, Рон, — улыбнулся он. — Буду в команде магов зачаровывать места обитания драконов — там же заповедник, они живут свободно. Перевозить, отлавливать, следить, чтобы не болели, регулировать популяцию. Даже охотиться. И летать мне много придется, потому и метлу с собой забираю. Да и природу, как и работать на свежем воздухе, я люблю. А спорт… спорт так, баловство на поразвлечься. В этой профессии я смогу проявить все свои сильные стороны, а не только талант к полетам.

На следующий день он уже уехал. А я поразился, какие они с Биллом разные. Один в поисках красивой жизни подальше свалил, чтобы родители-неформалы его не позорили. А второй о предках подумал, чтобы репортеры подробности про семью не откопали, на всеобщее обозрение не выставили и жизнь родным не испортили.

Вчера познакомился с Дамблдором. Ну как познакомился — поздоровался, когда мимо гостиной проходил, а мать меня ему представила — мол, младшенький мой, Ронни, тоже в этом году в школу поступает.

Что сказать… Магия у деда сильная и ровная, видимо, он пипец какой уверенный в себе. Взгляд проницательный, словно он до самых кишок, как рентген, тебя видит. Но мужик не агрессивный, хотя лучше его не злить — раздавит как муху любого. Так что пока у него благожелательная улыбка на лице — все нормально. Реально большой силы волшебник. И родители его безмерно уважают.

Смотрелся старик, конечно, в нашей «Норе» более чем странно. Как Моисеев в лучшем концертном костюме Киркорова на сельской дискотеке. Он мне Сталина напомнил, с его добродушным прищуром и цепким взглядом. Политик и диктатор он и есть. Держись от него, Рон, подальше, короче.

За разоблачение не переживал. Я уже не тот маггл, что был, а самый настоящий волшебник, так что вел себя спокойно и уверенно — мне бояться нечего. Да и он плевать на меня хотел, честно сказать, так, беглый взгляд бросил.

Оказалось, Хагрид забыл сказать Поттеру, как на платформу попасть, а посылать к нему волшебника по новой Дамблдор не хотел. Там лесник такого наворотил, что родственники Поттера не переживут, если в ближайшее время к ним еще кто из магов заявится. А мальчонке еще на следующий год к ним возвращаться предстоит.

И совой раздражать их тоже не стоило — кто знает, как они теперь к волшебным птицам относятся? Там инцидент случился. Поттер письмо получил, но не открыл, вот ему новых и наприсылали.

Мать, конечно, сразу прониклась к проблеме сиротки и согласилась. Караулить его было не нужно. Просто прийти за пятнадцать минут до отхода поезда и убедиться, что перед колонной с маггловской стороны пацана нет — может, он сам сообразит, как пройти. Вот и все.

Вчера простился с Мэттом и Гиллом. Расставаться с работой и мужиками было откровенно жаль, но меня ждал Хогвартс, а последнее время я спал и видел, чтобы скорее туда попасть. Если дом Луны такой волшебный, то школа магии, наверное, вообще что-то невообразимое.

Простился с Луной. Прощание вышло долгим и грустным.

Она мягко улыбалась и мечтательно повторяла, что с ней все будет хорошо, и мне не стоит за нее переживать и волноваться. То ли меня хотела убедить, то ли себя. Договорились писать каждый день, а я пообещал приезжать на каникулы. Это прежнему Рону в «Нору» не хотелось, а мне есть к кому возвращаться.

Накануне, зная, что Молли привычно устроит вселенскую суету, настрогал себе пакет бутербродов. А утром, пока она готовила завтрак, налил в термос сладкого чая, чтобы мать не отвлекать.

После завтрака помог родителям советом — в какие модели трансфигурировать мантии, чтобы не отличаться от магглов. Больше всех радовался отец.

Близнецов и Перси отправили камином вместе с багажом прямо на платформу, а мы четверо доехали до вокзала на такси.

Лично я думаю, что это бред. Было бы быстрее и разумнее всем вместе прибыть на платформу камином, а потом просто выйти Молли на ту сторону. Но Артур, в предвкушении от приключения, меня и слушать не стал. А я и не настаивал особо — пусть мужик порадуется, лишь бы на поезд не опоздать.

Молли была напряжена и заметно нервничала — вся эта затея с поездкой ей совершенно не нравилась. В маггловском мире она чувствовала себя незащищенной. Да еще этот странный и пугающий автомобиль…

А Артур был доволен, словно ребенок. Сразу, как приехали, пока я расплачивался мятыми фунтами, что он мне всучил, сам прошел проститься с сыновьями — спешил на работу и аппарировал прямо с платформы, не дожидаясь нас.

— Этих магглов с каждым годом все больше, по-моему, — с раздражением констатировала Молли, продираясь сквозь людской поток, — подумать только, целая толпа. И куда только все спешат спозаранку? Как теперь искать бедного мальчика в такой толчее?

Я, тем временем, увидел близнецов, что показались на платформе, а потом и Перси появился следом. И решил не толпиться со всеми, а пойти поискать вагон, куда близнецы должны были загрузить мои вещи. Они не особо церемонились и могли опрокинуть термос. Да и найдут поди одного пацана и без меня.

Так что отпросился и, с некоторым сомнением закрыв глаза, шагнул навстречу кирпичной кладке.

Ощущения были странные, но привычные. Словно проходишь через воздушный теплый барьер в супермаркете. А на той стороне стоял самый настоящий красный паровоз.

Отец говорил, что маги за всю историю позаимствовали у магглов только паровоз и автобус «Ночной рыцарь». Маггловское железо не портится от магии, как и другие сплавы. Но все остальные детали сняли и заменили на магические аналоги. Теперь оба транспортных средства ездят на магии и зачарованы по самое не могу. Чтобы никто не покалечился и не выпал во время пути. Да и продавщица сладостей появляется и исчезает прямо по ходу поезда в специальном портале в начале состава.

Обнаружил свой сундук в предпоследнем вагоне. Проверил термос и вернулся к родне. Они уже стояли с этой стороны платформы. Подошел и терпеливо выслушал материнские наставления. Краем глаза заметил, что близнецы помогли какому-то пацану затащить сундук в вагон — он все время срывался и колотил беднягу по ногам. Судя по полярной сове, этот мелкий пацан и есть Поттер.

Пока мать ворковала над другими братьями, а те, в свою очередь, подтрунивали над Перси и утешали Джинни, я, не таясь, разглядывал остальных провожающих. Маги реально чудики, если судить по одежде. Словно их откопали прямиком из века девятнадцатого. Сюртуки, платья в пол, шляпки и котелки. В принципе, ничего себе, но чувствуешь себя как в костюмированной постановке.

Наконец поезд дал второй гудок, и я, чмокнув Джинни в щечку и приобняв мать, пошел в свое купе. Где неожиданно обнаружил Поттера. Вот спасибо вам, братцы-кролики.

— Прости, это мои вещи, — сказал я, показав на сундук и присаживаясь напротив.

— Я не против, — робко прошелестел пацан. — Вдвоем веселее.

Не успел ответить на это сомнительное заявление, как в дверь протиснулись близнецы.

— Рон, мы в соседнем вагоне, — отчитался один из них, — Ли везет гигантского паука, мы хотим глянуть. Хочешь с нами? Гарри, а ты?

Мы, не сговариваясь, синхронно помотали головами.

— Не, сами идите, — за обоих ответил я, — ну его нафиг, чего там смотреть.

— Ну и ладно, — не расстроился другой, видимо, ожидая такой ответ, — тогда пока. Встретимся в Хоге за праздничным столом.

— Это мои братья, — сказал я, когда дверь за ними закрылась.

— Они помогли мне с чемоданом, хорошие ребята, — улыбнулся Поттер. — Наверное, здорово, когда у тебя два старших брата.

— У меня их пятеро, — ухмыльнулся я. — Двое уже закончили Хогвартс. Один работает на гоблинов разрушителем проклятий, а второй — укротитель драконов. Круто, правда?

— Точно, — кивнул пацан. — Меня Гарри Поттер зовут, а тебя?

— Рон Уизли, — представился я. — Ты будь с близнецами поосторожнее и старайся ничего у них не брать. Они шутники и балагуры. Могут подсунуть леденец, и обрастешь перьями или будешь говорить тонким звонким голоском, как девчонка.

— Навсегда? — изумился Гарри и поежился. — И маги все это могут?

— Нет, конечно, минут на десять, максимум полчаса. Волшебники еще и не то могут, Гарри, только и держи ухо востро, — ответил я.

Потом мы перекусили, я угостил его бутербродами и компотом, что положила мне мать. Дурсли дали пацану на завтрак только два тоста с джемом, и то мальчишка от волнения не смог их съесть. Да и не ужинал накануне. И с собой ничего не положили.

Гарри рассказал о своих родственниках, я о своей семье. Сказал, что наша семья дружная, но, как и все многодетные, небогатая. Мне скрывать нечего. Поговорили о квиддиче, обсудили факультеты. Он, походу, «Историю магии» только глянул, но не читал. Открыли учебник, потренировались на стакане, и он себе очки починил. Такой счастливый был — глазищи так и горели восторгом, как у кошки.

В принципе, с ним было интересно и забавно. Он мне напомнил меня самого несколько лет назад. Когда верилось и не верилось, магия влекла и пугала, а от незнания мучился сомнениями. Короче, часа через три мы уже вполне подружились.

Когда Поттер успокоился и перестал нервничать, от него потянулся ко мне такой фон доверия и приязни, прямо как от Луны. Не знаю, как такой открытый и не озлобленный пацан смог вырасти в чулане под лестницей? Я изначально не планировал с ним дружить, но почему бы не пообщаться, от меня не убудет.

Около часу дня нас побеспокоила продавщица сладостей. Гарри накупил кучу волшебных конфет и усиленно предлагал их мне — так ему хотелось поделиться. Даже сник, когда я отказался, прямо заявив, что не любитель волшебных сладостей. В ответ выложил на стол свои сникерсы и угостился только тыквенным печеньем и сдобными котелками, чтобы его не обижать. Горячий чай пришелся весьма кстати. Но прямо посреди разговора в дверь постучали.