Рокировка по длинному пути (джен)

О, я же еще не рассказал, как с Хагридом подружился.

Наше знакомство случилось в конце первой учебной недели, вечером, после ужина. Тем же утром за завтраком налетели совы, и айда сбрасывать хозяевам письма, газеты и посылки.

Ненавижу этот момент. Не все ловкостью ловца обладают, и часто подарочки мимо падают, прямо в тарелки, кубки и на головы рядом сидящих, окатывая все вокруг брызгами и крошками. Иногда и сами адресаты в азарте поймать письмо так руками машут, что могут нечаянно соседу и локтем в бок заехать или с лавки свалить.

Потом пернатые, сделав пару кругов почета и резко спикировав вниз, с тарелок бекон грязными когтями хватают или в кувшин немытым клювом залезут. Везде перья сыплются… Короче, мрак.

Мы потому с ребятами стали на завтрак раньше приходить, чтобы хоть поесть нормально, без совиного помета и перьев в тарелке. Подождем почту — и на выход, а если совы и окатят тыквенным соком, так чары есть — все не дерьмо за ними есть.

В общем, Хагрид прислал письмо Поттеру — приглашал вечерком в гости на чашку чая. Заинтересовались все, даже Невилл — круто ведь познакомиться с настоящим великаном и в его доме побывать. Так и пошли впятером. Гарри, правда, не ожидал, что все попрутся, и выглядел несколько растерянно — видимо, предвосхищал реакцию лесника на такую толпу. Но после приснопамятного урока зелий кроме как о несправедливости и ненависти к нему Снейпа и думать ни о чем не мог.

Хагрид при виде такой оравы гостей несколько растерялся. Но и стулья нашел, и щербатых кружек всем хватило.

Чай оказался очень вкусным — отдавал лесными травами, летними ягодами и солнцем. Кексы, правда, есть было невозможно, так что все отговорились, что уже поели на ужине, и наворачивали душистый мед из большой деревянной плошки и моченые яблоки.

Клыка хозяину пришлось привязать за домом. Когда гостеприимная псина увидела такую толпу, то, повизгивая и подвывая от избытка чувств, чуть не разнесла хибару и даже разбила пару кружек.

Общаться с Хагридом оказалось неожиданно интересно. Он развлек нас беседой о разной живности из Запретного леса, прошелся по Филчу и его кошке, вспоминал проделки близнецов. О Чарли сказал, что даже завидует ему, ну, что его в заповедник работать пригласили. А я прочитал ему письмо от брата — оно как раз утром пришло.

Чарли писал мне каждую неделю с тех пор как уехал. Ничего особенного — небольшие зарисовки из жизни заповедника. В основном, чем их команде приходится заниматься.

В сегодняшнем письме, например, было о том, что браконьеры убили пару драконов. У драконов все тело — ценный ресурс. Но браконьеры берут только сердце, печень, рога, железы и сухожилия задних лап. А яйца и детеныши особенно ценятся. Остальное незамеченным не вывезти да и стоит дешевле.

Хагрид так искренне возмущался, а я подумал: «Вот бы его тоже в заповедник на работу взяли. Он бы тех гадов голыми руками на лоскуты порвал». Но без образования туда не берут. С драконами сила не поможет — только магия, да не одного, а целой группы. Так что осталось Хагриду только тяжко вздыхать и пытаться свою экспериментальную гадость разводить. А мне пришло в голову, что, может, Хагрид и не особо горит желанием лесником работать — просто деваться ему некуда?

Те браконьеры, кстати, смогли ускользнуть, зато удалось отбить и спасти одного детеныша и два яйца.

Заметку об ограблении банка парни все же увидели, когда лесник нам чай подливал — она вместо подставки на столе лежала, чтобы и так не особо чистый стол еще больше сажей не пачкать.

Симус получал «Пророк», как и Невилл. Они эту тему про ограбление и подняли, а Гарри с радостью подхватил. Хагрид, правда, сразу свернул разговор и, одарив нас каменными кексами, выпроводил вон. В тот день о Фламеле мы так и не услышали.

Зато услышали позже — когда Гарри уже ловцом взяли. Симус и Дин тогда в свой клуб «Плюй-камни» ушли, а Невилла только вечером из Больничного крыла выпустили — он на лестнице навернуться успел и ногу сломал. Вот мы и пошли к леснику — Поттера распирало, так похвастаться захотелось.

Заметка та под чайником так и лежала. Вот тогда Гарри мужика и дожал, и лесник про Фламеля трепанул. Но особо мы на эту тему не говорили, так, поудивлялись и все.

* * *

В конце первой недели нашего пребывания в Хоге на доске объявлений появилось сообщение о предстоящих в ближайший вторник уроках полетов. Да еще и со слизеринцами. За неделю у нас с ними не было совместных занятий, и вот теперь…

Предстоящее событие наши восприняли слишком нервно, кроме нас с Симусом — мы уже неплохо летали. Лаванда и Фэй, видимо, тоже дома пробовали, а вот Парвати, Келла и Гермиона заметно волновались. А Гарри и вовсе весь изнервничался, как и Невилл, боявшийся высоты. Да и, честно сказать, при его неуклюжести он и на земле проблемы находил, что уж за небо говорить. Короче, никто ни о чем другом, кроме как о полетах, и думать не мог.

Во вторник день выдался солнечным и ясным, что несколько улучшило всем настроение. Но все равно все разговоры крутились вокруг одного.

Гермиона за выходные прочитала все книги по этой теме и за завтраком утомляла окружающих цитатами из интервью игроков сборной и выдержками из книг. Это еще больше всех нервировало.

Малфой за слизеринским столом тоже от нее не отставал — громогласно втирая доверчивым слушателям байки, как он лихо удирал от маггловских вертолетов. Лично меня удивило, откуда он вообще знает о маггловской технике, когда даже мой отец-магглолюбец, только недавно узнал слово автомобиль? Не иначе как Люциус сумел обмануть гоблинов и ведет бизнес с магглами. И я дал себе слово выяснить этот вопрос.

«Напоминалка» Невилла и его пояснения Гермионе немного всех отвлекли и снизили градус напряжения. Но ненадолго. Подошел Малфой и попытался выхватить шарик из руки владельца.

Наша компашка, конечно, вскочила полным составом, даже Гермиона привстала и, видимо, собиралась разразиться очередной тирадой, но подошедшая Макгонагалл всех разогнала. А я посоветовал Невиллу отдать «напоминалку» Перси, чтобы не потерять, сумок ведь при нас не было. Еще не хватало повторить книжные разборки.

Метлы выглядели ужасно. У нас в «Норе» «Комета» лет на двадцать старше. На ней, похоже, еще отец летал, когда в Хоге учился, и то метла в нормальном состоянии. А здесь «Чистометы», но напрочь убитые. Не иначе — списали с какой-нибудь базы при команде по квиддичу и милостиво отдали в школу.

Хуч — наш тренер, оказалась женщиной резкой и манерой обучения чем-то напомнила Снейпа, только без язвительного сарказма. Наверняка бывшая спортсменка и тоже не особо довольна, что вынуждена учить детишек, а не тренировать команду профессионалов. По-хорошему, половине профессоров нужно давно указать на дверь.

Невилл все же сорвался метров с десяти и плашмя упал на лужайку. Девчонки в ужасе завизжали, пацаны пораженно замерли, и только тренер вела себя так, словно ничего не произошло. Склонилась, ощупала парня на предмет повреждений:

— Вставай, мальчик, — поторопила она, дергая стонущего Невилла на себя, пытаясь поднять, — с тобой все в порядке. Только запястье сломано. Поднимайся, я отведу тебя в Больничное крыло. Поторапливайся, у меня еще урок.

Пацан не без труда выпрямился, и с помощью Хуч, прихрамывая и морщась от боли, потопал в сторону замка.

— А вы все положите метлы, — обернулась она, — или живо вылетите из школы.

Я смотрел на этот беспредел и вспоминал слова отца. Как он был прав…

В магическом мире все иначе. Никто не будет тебе сочувствовать и беспокоиться. Спасение и безопасность магов — даже детей — это их личное дело.

В любой маггловской школе такую, с позволения сказать, училку, выперли бы после такого с «волчьим билетом», а то и вовсе — привет тюрьма. А тут Невилл вроде как сам виноват, что с метлой не справился. Похоже, тут не только средневековые атрибуты, но и мышление. Когда большинство детей умирало в младенчестве, и никто не печалился особо — Бог прибрал, а выживали сильнейшие.

Маги, походу, тоже думают, что магия от всего бережет, а кто выбыл — значит, судьба такая.

Пацан упал с высоты трехэтажного дома, а учитель даже не кинула никаких чар, просто ощупала руки-ноги. А ведь он наверняка зашиб внутренние органы, и сотрясение тоже нельзя исключить, и трещины в костях, и ушиб ребер, что тоже очень болезненно.

Ей вообще не стоило его трогать, а вызвать медичку. Да что там, она даже не попыталась остановить метлу, догнать, замедлить падение. Только тупо орала с земли: «Куда ты, мальчик?.. Вернись…»

Да и сейчас оставила почти двадцать человек одних, да еще с враждующих факультетов. И неприятности не замедлили случиться.

По возвращении ее ждали последствия побоища. Думал, без «напоминалки» разборки нас минуют, но нет. Малфой, в стремлении выпендриться, видимо, по малолетству не понимал, какую лавину сдвинул своим трепливым языком.

Сначала прошелся по неуклюжести Невилла, опустил магглорожденных, попутно высказался, что на Гриффиндор принимают всякий отстой — тупиц и отбросы.

Может, так совпало, и Малфой ничего такого в виду не имел, но при последних словах он презрительно глянул на Дина и Келлу.

Дин углядел в этом расовый аспект и бросился на Малфоя первым. Симус, как его ближайший друг, поспешил следом. А за ними и все остальные неожиданно ринулись друг на друга.

Келла оказалась не робкого десятка и на равных дралась с Гойлом, я взял на себя Нотта. Дин непостижимым образом перешел на Крэбба, который, видимо, его оттеснил от босса, и теперь с Драко дрался Гарри. А Лаванда и Парвати на пару валяли Булстроуд.

Только Гермиона растерянно бегала вокруг с ошарашенным взглядом и пыталась воззвать к нашему здравому смыслу, который давно потерялся в этой свалке. А когда я справился со своим противником и огляделся, то заметил, что две слизеринки сидят в сторонке на большом валуне и невозмутимо поглядывают на побоище. Блондинка с красивыми синими глазами была очень мила, но выглядела несколько отстраненной, а вот ее темноволосая подруга, с короткой стрижкой и азартом в карих глазах, казалась весьма бойкой особой. Странно, что она не поучаствовала в драке.

Урок был сорван, и о полетах больше и речи не шло. Взбешенная Хуч сняла с обоих факультетов по пятьдесят баллов и отвела всех в Больничное крыло, где сдала на руки опешившей медичке. Наверное, мадам Помфри никогда не принимала столько пострадавших разом в своей вотчине, да еще после обычного урока.

К счастью, большинство отделались только синяками, царапинами и ссадинами, которые быстро залечили. К Невиллу присоединились только Келла и Дин — их задержали на пару часов. А от слизеринцев Крэбб и Булстроуд присоединились к Забини, который лежал в больничном блоке со вчерашнего вечера.

По дороге к замку нас перехватила декан — и живые позавидовали мертвым. Она облила нас яростью и презрением, фыркала, как самая настоящая взбешенная кошка, а под конец сняла с факультета еще пятьдесят баллов — практически все, что было накоплено за первую неделю. А потом нам еще от старших прилетело — думал, побьют, но когда узнали, с кем и за что мы сцепились, то поржали, завуалированно одобрили, и все закончилось миром.

А через неделю Гарри показал класс на уроке полетов, и Маккошка определила его в команду.

Невилл с той поры ходил за нами хвостом. Дин, похоже, рассказал ему о драке, и тот решил, что мы ее затеяли из-за него. Правда, недели за две до Хэллоуина он от нас незаметно отпочковался. Сразу после того, как мы увидели тролля.

Мы часто с парнями играли в «путь», и куда он нас только не заводил. За полтора месяца мы ползамка облазили. И вот однажды он привел нас в подземелья и вывел прямо к Зверинцу.

Конечно, находить заброшенные кабинеты и алхимические лаборатории было гораздо веселее и совсем не страшно. А вот когда каменная стена отошла, и показался темный проход, я струхнул. И никогда бы один или только с Гарри туда не полез. Но нас было пятеро, и мы бесстрашно шагнули в неизвестность.

Как только проход за нами закрылся, на стенах вспыхнули факелы, и мы увидели каменную лестницу, уходящую вниз, которая вывела нас к решетке.

Под ее натужный скрип мы прошли внутрь очень широкого коридора с маленькими оконцами под высоким потолком и онемели от увиденного.

По бокам коридора располагались камеры как для заключенных — забранные решетками. Я так себе Азкабан представлял.

Большинство были пусты, но в некоторых находились странные животные, явно магического происхождения. Рядом было что-то наподобие лаборатории для варки зелий.

Мне пришло в голову, что мы попали в место, где Хагрид выводит своих мутантов. А может, тут держат в живом виде ингредиенты для зелий, — я обнаружил два аквариума со змеями и жабами и еще один с крысами.

Короче, ощущение жутковатое — захотелось свалить отсюда побыстрее. А Невилл и вовсе был в предобморочном состоянии. Все пятился назад, потом наткнулся на пустой бак, отскочил к простенку и заорал как резаный. Мы оглянулись и увидели его. Нет — ЕГО!

Похожая на человека туша четырех метров ростом в набедренной повязке, прикованная цепью к стене. От него несло землей и лесом, как от животного, но явной вони не было — видимо, чары на камере.

Великан пошевелился, выпрямился во весь рост, издал мощный зловонный рык и сделал бросок на решетку.

Конечно, цепью его откинуло обратно, но мы этого уже не видели, потому что истошно орали и бежали толпой вперед трусóв в образовавшуюся в стене дверь. И нам было пофиг, даже если мы сейчас выскочим в ванной комнате Снейпа, где он принимает душ.

Но мы выскочили десять минут спустя в начале коридора в нашу башню, что удивительно — ведь мне казалось, что все время бежали по прямой.

На самом деле, как я прочел потом в старой газете конца восемнадцатого века, это действительно был настоящий зверинец, где раньше держали образцы волшебных тварей для уроков ЗоТИ и ухода за магическими существами.

Сбор коллекции спонсировался Попечительским советом — они отправляли на летних каникулах учителя по уходу и лучших учеников по этому предмету в экспедиции по миру. И на то время коллекция была самой полной и включала даже редких зверюг, а также оборотней, кентавров, русалок и вампиров. О ней даже писали хвалебные отзывы в международной прессе.

Именно оттуда, скорее всего, потом выпустили единорогов в Запретный лес, а раньше школа их разводила на продажу, как и другую магическую живность и существ.

Потом власть сменила курс, дабы быть поближе к цивилизованному обществу, и зверинец посчитали негуманным, да и в правительственной верхушке произошли волнения, и Попечители постепенно отказались тратить деньги на школу, включая зверинец. Животин, похоже, выпустили — кого в озеро, кого в Запретный лес, а кого и под нож пустили.

От сельского хозяйства остались только несколько теплиц и огород лесника, а стада живности, с которых и собирался хогвартский стол, тоже сошли на нет. Потому и метлы у нас в таком состоянии, да и сам замок давно в ремонте нуждается — раньше замок на самообеспечении жил, да еще с продаж хватало и книги в библиотеку покупать, и пособия в кабинеты. Развалили все, короче, к чертям…

Мы с парнями, когда отдышались, долго эту тему обсуждали, а потом так вышло, что все незаметно отдалились. Сначала Невилл стал отнекиваться делами, когда мы уходили приключения искать, а потом и Дин с Симусом прямо сказали, что жить охота, и тоже не стали с нами по замку лазить. Хоть я им и говорил, что нас в таких случаях магия страхует. Но они ее не чувствовали, потому и не доверяли. Путем, конечно, пользовались, но только чтобы до кабинета быстрее дойти — Путь, он никого не принуждает, если идти не хочешь. Надо только представить, куда тебе нужно, и довериться магии замка.

Короче, остались мы с Гарри вдвоем — пара авантюристов. И хоть с парнями и дальше хорошо общались, но такой сплоченности уже не было. У всех со временем свои интересы нашлись. Хотя чему удивляться — и в обычной школе тоже все группами кучкуются. А после Хэллоуина к нам Грейнджер примкнула, хотя я думал, что в этой реальности ее Невилл заменит. Но нет, тот слишком робким оказался и домашним.

На Хэллоуин я за девчонкой присматривал, так, на всякий случай.

Урок чар обычно прошел, потом еще пара уроков истории магии и тоже все в порядке. Последними уроками зелья стояли, и тоже все в обычном режиме прошло. Я уж было успокоился и выбросил Грейнджер и тролля из головы.

Мы с Гарри дописали домашку по истории, посидели в гостиной, сыграли в шахматы — Симус одолжил Гарри свой набор. А потом со всеми пошли на ужин.

Я уже почти доел свою порцию, когда услышал разговор Лаванды и Парвати о Гермионе и, с тревогой оглядев стол, заметил, что девчонки нет.

Даже не успел подумать, как поступить. Идти к учителям сейчас смысла нет — еще неизвестно, а будет ли тролль. А тянуть тоже страшно — вдруг не успеют и не спасут? Сам я в любом случае идти не собирался, мне прошлой встречи хватило.

Как только в Большой зал ворвался взмыленный Квиррелл, вопя о тролле, после чего грохнулся в обморок, я вскочил с места.

Началась паника, все орали, девчонки визжали, и ученики ринулись к выходу. Вот тогда Дамблдор показал одно из своих настоящих лиц. От него повеяло такой силой, что все замерли как вкопанные. После чего он сбавил напор и передал власть в руки старост.

— Куда ты, Рон? Гарри, стой! — кричал мне вдогонку Перси, пока я сквозь толпу пробирался до учительского стола, в надежде перехватить Макгонагалл.

Мне удалось перехватить ее у самой двери. Спешно рассказать, где девочка, и что она не знает о тролле.

И что вы думаете? Она просто резко послала меня лесом и отругала за нарушение правил школьной эвакуации. Сказала, что разберется, и что это не моя забота — спасать однокурсников. После чего нас с Гарри отправили в башню со всеми — типа не мешайте взрослым дяденькам и тетенькам делать их работу.

Но я упрямо стоял на своем, игнорируя снятые вот уже двадцать баллов. И ей пришлось уступить. Тем более что туалет, где пряталась Гермиона, был почти рядом — мы дошли до него меньше, чем за пять минут.

Когда мы только подходили, из него как раз выходила зареванная девчонка, а удивленная деканша уже готовилась высказаться, когда мы увидели вдали здоровущую тень.

Макгонагалл, надо сказать, действовала быстро. Наколдовала Патронус и отправила его за подмогой, после чего живо закинула нас троих в туалет и захлопнула за нами дверь.

По двери прошла голубоватая волна запирающих, а может, и отвлекающих чар, и все стихло.

Гермиона поначалу пыталась вытрясти из нас ответы. Гарри, по-моему, даже начал ей что-то рассказывать, когда о дверь с той стороны что-то оглушительно грохнуло пару раз. Деревяшка завибрировала, но устояла.

Через пятнадцать минут, как показал Темпус, нас высвободили и отправили в башню. Спасение Гермионы стоило Гриффиндору баллов, которые вернули, а мне лично — благодарность за храбрость от Дамблдора и неделя отработок с Филчем от декана. Мне отработки эти так и не аннулировали — за грубость преподавателю и недостойный ученика напор. А я сделал выводы — что все учителя в Хогвартсе упертые и равнодушные взрослые, с непомерным самомнением и верой в собственную непогрешимость.

От тролля, когда мы выходили, осталась только небольшая лужа непонятной слизи, вонючая тряпка и дубина с нас размером, так что его самого мы не видели.

Сначала Гермиона была зла на нас — мы рассказали учителю, что она пряталась в туалете, да еще и пришли за ней туда. Но когда через два дня она узнала всю ситуацию, да еще прошерстила библиотеку и прочитала все о троллях, то незаметно примкнула к нам. И с той поры везде с нами ходила, даже в ущерб часам сидения в библиотеке. И, смущаясь, поблагодарила, что мы о ней не забыли. Наверное, подумала, что раз нам не все равно, значит, она нам нравится, и мы считали ее нашим другом. А мы молча приняли ее дружбу — ну не гнать же ее в самом деле.

История с ее слезами оказалась настолько банальной, что я бы и не предположил подобное. Она всех учителей оценками доставала — ей было важно, почему и где она ошиблась, и все ей навстречу шли.

Только со Снейпом у нее не прокатило. Вот она и пошла выяснять, почему ее зелье на «У», а не на «П», как она рассчитывала. А он просто высказался в своей манере о недоучках и выскочках, которым больше всех надо, и выпроводил ее вон. Вот и вся история. А я понял, что как ни страхуйся, все равно вляпаешься, если суждено.