↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Пакт (джен)



Переводчики:
Оригинал:
Показать / Show link to original work
Бета:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Мистика, Экшен
Размер:
Макси | 2189 Кб
Статус:
В процессе
События:
Предупреждения:
Смерть персонажа, Насилие, Нецензурная лексика
 
Проверено на грамотность
Блэйк Торбёрн, который был вынужден бросить дом и семью, чтобы избежать свирепой драки за наследство, возвращается к постели умирающей бабушки, которая сама и спровоцировала грызню среди родственников. Блэйк обнаруживает себя в очереди за наследством, включающим в себя имение, уникальную коллекцию литературы о сверхъестественном, а так же множество врагов бабушки, которые она оставила в небольшом городке Якобс-Бэлл.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Залог 4.05

— Короля? — переспросил Поз.

Птицы приземлились и устроились на гребнях окружающих нас сугробов. Собаки сели на землю.

Чёрт. Я вовсе не хотел, чтобы он начинал с нами диалог.

— Несе насадосо имсиетьсе деселаса с десемосонасамиси, — пробормотал я.

— Тридцать человеческих языков, — сказал Поз слишком низким для своего размера голосом. Когда он стоял прямо, то опирался на когти рук. Когда двигался, то этими когтями поддерживал равновесие — при такой-то тяжёлой башке и сутулой спине без этого было не обойтись. Его слепые глаза были почти закрыты набухшими веками. Он уставился на меня: — Я выучил язык каждого из носителей, в которых вселялся. Но этот язык мне незнаком.

— Что, реально? — удивился я.

— Да, реально, — ответил Поз смертельно серьёзным тоном.

— Мой компаньон не хочет, чтобы мы имели с тобой дело, Поз, — сказала Роуз. — Он считает, что это опасно.

— Тогда он прав, — сказал Поз. — Я представляю для вас опасность.

Услышав это заявление, я с трудом удержался от смеха. И что со мной не так? Умом-то я понимал, что его никак нельзя было назвать безвредным, но... его размер...

— Верно, — сказала Роуз. — И ты сейчас ясно дал это понять. Но у тебя же есть цель, так? Действующие приказы? Я ведь не слишком ошиблась, когда сказала, что ты действуешь наперекор естественным законам природы?

— Ага, — вальяжно согласился он.

— Беспорядок, хаос, семена раздора. Нанести ущерб, который никогда не будет исцелён. Ведь эти животные никогда больше не смогут вести себя нормально, так?

— Да, — ответил Поз. — Они мои, так же как и люди. Я уже вонзил в них свои когти, я раздираю этих людей, отрываю части, изменяю их.

— Строишь основание, — продолжила Роуз. — Чтобы взобраться по лестнице, достигнуть большего могущества, добраться до людей поважнее. Чтобы извратить их, как этих животных.

Как это будет выглядеть? Политик или директор корпорации превратится в безумца? В дикаря? Потеряет всё, чего достиг, успев при падении нанести как можно больше вреда?

Поз повернул голову. С дальнего конца улицы к нам приближалась машина. Все животные в ту же секунду пришли в движение — вороны частью разлетелись, частью, наоборот, сбились в более плотную стаю, собаки шмыгнули по теням и закуткам между машинами и сугробами. Птицы слетелись к останкам распотрошённого кролика, которые я тогда отбросил в сторону, затем взлетели группой, вцепившись в тушку лапами, свирепо разрывая её, раздирая на куски.

Увидев плотную стаю над дорогой, водитель замедлил ход, что только облегчило их задачу — они бросили мёртвого кролика на ветровое стекло, которое треснуло, но не разбилось.

Машина резко затормозила. Несколько долгих секунд водитель и пассажир смотрели на меня — в темноте я видел только белки их глаз. Затем машина снова медленно двинулась вперёд и свернула на подъездную дорожку у соседнего дома.

Вмешаются ли они? Поинтересуются ли, почему я стою у дома их соседа? Заставят меня уйти, покинуть безопасность моего импровизированного круга?

Машина немного отъехала, затем водитель поддал газу и сразу же резко затормозил. Изувеченный труп кролика скользнул по капоту и свалился на дорожку прямо перед гаражными воротами.

Они вышли из машины, бросив на меня несколько косых взглядов, и поспешно зашли в дом, не делая попыток разобраться с тушкой. Замки машины щёлкнули лишь после того, как захлопнулась входная дверь.

Поз вскарабкался сбоку на капот. Удар когтистой лапы — и посреди ветрового стекла, уже покрытого сеткой трещин, появилась дыра, в которую, пожалуй, пролезла бы моя голова.

Бес запрыгнул на крышу, а тощая костлявая собака забралась на капот и протиснулась через дыру внутрь. Осколки порезали её бока с торчащими рёбрами.

Через окно я увидел, как она пробралась между передними сиденьями в заднюю часть машины. Не для того, чтобы лечь на заднее сидение, а чтобы спрятаться на полу.

Похоже, она начнёт действовать лишь тогда, когда машина наберёт приличную скорость.

Нет. Мне нужно беспокоиться о птицах и собаках. Их поведение изменилось, и это представляло собой основную проблему. Они работали сообща, действовали синхронно и подчинялись Позу в его злобных замыслах по разрушению привычного порядка вещей.

Если под влияние Поза попадёт какой-нибудь политик, то он, вероятно, в точности как эти животные, начнёт делать то, чего хочет Поз, начнёт действовать против общества и цивилизации.

Мне не хотелось даже и думать, сколько вреда сможет нанести человек, лишённый совести, но обладающий властью и ведомый бесом за плечом.

И тем более не хотелось думать о том, что в тех же условиях станет делать Завоеватель.

Блядь.

— Это сработает не так, как ты хочешь, Роуз, — пробормотал я под нос.

— Не такой уж большой у нас выбор, — ответила она. — И он хотя бы нас слушает.

— Помнишь аналогию с ядерным оружием? Он — эквивалент радиоактивного заражения, радиации, загрязнения, назови как хочешь. Будь чертовски осторожна, Роуз!

— Да знаю я. Поддержишь меня? Доверишься?

Я задумался на секунду.

— Блэйк!

— Ладно, — согласился я. Мне слишком много раз доводилось просить её о том же, чтобы поступить иначе. — Я тебя послушаю.

— Поз! — окликнула Роуз.

— А? — отозвался Поз, наблюдавший, как птицы раздирают кролика.

— Ты ведь не особо продвинулся в своих в своих замыслах, верно? Тут и там ты сеешь раздор, но что-то идёт не так. Ты постоянно меняешь носителей, и всё равно никак не можешь развернуться. Я предлагаю тебе короткий путь.

— Ты предлагаешь мне короля.

— Да. Кого-то, у кого есть власть, влияние.

— Кого именно?

— Лорда Торонто. Воплощение Завоевания. Он считает, что может тебя использовать.

— Что, правда? — спросил Поз.

— Мы можем свести тебя с ним, и это лучший вариант из всех, что когда-либо тебе выпадали.

— Как? И почему?

— Почему — простой вопрос. Мы не в самых лучших отношениях с местным Лордом. Что же касается того, как... Нужно будет, чтобы ты мне подыграл. Мы свяжем тебя.

— Надувательство! — заявил Поз. Он пересёк крышу машины, царапая и прокалывая металл когтями, что сопровождалось звуками, похожими на скрежет гвоздя по стеклу. — Уловки, обман!

— Всё куда тоньше, Поз. Мне кажется... Если мы просто свяжем тебя и потом отпустим, то это будет слишком очевидно. Он тогда свяжет тебя сам, независимо от твоего согласия. Но что если мы ограничим контракт по времени действия?

— Чего?

— Ага, — сказал я. — Тут я с бесом согласен. Чего?

— Если мы проведём ритуал связывания, — пояснила Роуз, — хоть я и не утверждаю, что нам стоит это делать — то ограничим время его действия шестьюдесятью часами, а значит по их истечении ты будешь свободен. Без фанфар, без лишнего шума, без видимых изменений. Мы даже могли бы соорудить какую-нибудь фальшивую связь или контракт, чтобы скрыть это, если он решит проверить... но я не думаю, что Завоеватель разбирается во всех тонкостях демонических дел. В противном случае он не стал бы прибегать к нашим услугам, не стал бы нам доверять подобный вопрос. Ты служишь нам и подчиняешься нашей власти, а в тот момент, когда мы представим тебя Завоевателю, время контракта истечёт. Это станет твоим вознаграждением — ты будешь волен делать всё, что сочтёшь нужным, а он окажется прямо перед тобой на блюдечке.

— И он будет стоять передо мной и слушать? — сказал Поз. — Податливый материал?

— Если у нас всё получится, то мы обеспечим отвлекающий манёвр, — добавила Роуз.

— Ты хочешь использовать остальные две угрозы, — понял я.

Вот чёрт! Это даже не игра с огнём, это игра с большой красной кнопкой.

Я чуть не начал возражать вслух, но она просила мне подыграть ей. Я не раз и не два просил её о том же самом... видимо, по этой части мы и в самом деле были одним и тем же человеком. Ну или братом и сестрой. Вполне естественно, что когда мы поменялись ролями, она стала проявлять мои черты характера.

— Да, я думаю об оставшихся двоих, — сказала Роуз. — Нам так или иначе придётся иметь с ними дело, так почему бы их не использовать?

— Мне нужно время подумать, — сказал Поз.

Как и мне.

— Это можно, — сказала Роуз.

— Можете возвращаться завтра, — сказал Поз. — Дом Доута. Моё царство.

— Нет, — отрезала Роуз. — Сегодня вечером, не завтра. У нас жёсткие сроки.

— Вечером, — согласился Поз.

— На нейтральной территории, — добавил я.

— В моём царстве, — сузил глаза Поз. — У вас же «жёсткие сроки». Там меня и найдёте, дьяволисты.

— А ещё нам нужно обещание, что когда мой компаньон покинет круг, он будет в безопасности, — сказала Роуз.

Поз ничего не ответил.

— Если ты отказываешься, сделка не состоится, — сказала Роуз.

— Если я откажусь, — сказал Поз, — то ты умрёшь. Или ты замёрзнешь, или другие попросят тебя уйти. Что-нибудь да вынудит тебя покинуть эту хлипкую защиту. И тогда вороны выклюют твои глаза, а собаки сожрут мягкие части.

— Вот только не мои, — произнесла Роуз. — Моего компаньона? Однозначно. Но ты сможешь добраться лишь до одного из нас.

— Эй! — воскликнул я.

— И мне кажется, что решать тебе, бес пятого хора, — продолжила Роуз. — Ещё одна смерть от твоих рук... или возможность управлять самим Завоевателем, а через него, быть может, и всем городом.

— Или, — сказал он, — я спрошу, что вы готовы мне отдать.

— Ты пытаешься ставить мне условия? — спросила Роуз.

Поз не стал отвечать. Вопрос повис в воздухе.

— Моё имя Роуз Торбёрн, — сказала Роуз. — Подобные тебе знают о нашей линии. Демоны куда сильнее тебя обращались с нами честно, насколько это вообще возможно с демонами. Что они подумают, если какой-то мелкий бес нарушит эти установления?

— Зависит от того, у кого спросить, — глухо прорычал Поз, напряжённо и настороженно.

— Я спрошу у самых старших, — сказала Роуз. — Мне назвать их? Произнести имена высших членов пятого хора? Чтобы привлечь их внимание, мне достаточно произнести имя только один раз. Пять раз — и я смогла бы побеседовать с одной из тех сущностей, перед которыми ты отвечаешь.

Поз напрягся.

— Ты для них даже не пешка, Поз, — сказала Роуз. — Ты даже не пешка на досках их пешек. О тебе по существу забыли, и мне кажется, что ты и не хотел бы, чтобы о тебе вспоминали. Особенно в тот момент, когда ты собираешься нарушить древнее рабочее соглашение. Если я попрошу их в качестве одного из пунктов договора стереть тебя с общей картины, они и сомневаться не станут.

— Храбрые слова для женщины в зеркале внутри хлипкого круга, — произнёс Поз.

У меня была лишь доля секунды на раздумья. Я шагнул за пределы круга из кроличьих внутренностей и, переступив черту, направился к Позу.

Радиостатика. За пределами круга я сразу ощутил его присутствие. Как будто белый шум внутри головы. Неприятные на слух радиопомехи, жужжание на грани слышимости. Покалывание кожи, делающее меня раздражительным, сверхчувствительным к воздействиям, на которые я раньше и внимания не обратил бы. Пощипывание холода, дискомфорт в том месте, где ремешок топорика сдвинул мне трусы рядом с мошонкой, и ощущение пропитанной потом одежды, давящей на плечи и спину.

Повышенная чувствительность, отвлекающий белый шум.

Теперь я почуял и его запах. Испражнения, прелый мусор и кровь. Всё то же самое — физическое воплощение той сущности, что проявлялась и распространялась вокруг.

Интересно, как бы всё сложилось, если бы у нас не было круга? Разговор начался бы с удара помех и вони, которые забили бы мои чувства и не дали бы мне их восстановить?

Несмотря на отвлекающие ощущения, я продолжал шагать, выпрямив плечи и задрав подбородок. Я смотрел, не отрываясь, прямо ему в глаза. Я не позволял себе отвлекаться — не был уверен, что смогу потом собраться и воспротивиться его воздействию.

Мне пришлось обогнуть сугроб, который разделял подъездные дорожки. По мере нарастания белого шума кулаки непроизвольно сжались. Звук становился громче, растворяя даже процесс мышления. У меня больше не было одной конкретной мысли, лишь какие-то обрывки на границах сознания, сравнивающие, перепроверяющие, разыскивающие способ расширить и углубить основную мысль.

Всего одна-единственная идея удержалась в мозгу, и всё, кроме неё, было шумом и хаосом, которые работали против меня, а не в мою пользу.

Я смутно осознавал, насколько глупо шагать прямиком к источнику радиации. Я услышал поблизости хлопанье крыльев — вороны подлетали ближе.

Идея вылилась в единое действие, в импульс.

Роуз говорила, но я не был способен разобрать её слова. Хлопанье крыльев продолжалось, но теперь они держали дистанцию.

Каким-то образом я преодолел ещё три метра и достиг машины, стоящей у края подъездной дорожки. В руке у меня появился топорик, и я посмотрел на Поза.

Я нанёс удар, и он пришёлся в боковое окно машины. Лезвие топорика пробило стекло, во все стороны от пробоины пополз холод.

Поз отступил на полшага в сторону от морозных узоров, захватывающих поверхность металла.

Я так и остался стоять с вытянутой рукой, топорик торчал из разбитого стекла.

Я не был способен делать что-то ещё, кроме как сопротивляться давлению.

— ...мне назвать имя? — продолжала говорить Роуз, — Баф...

— Не надо, — перебил Поз. — Нет нужды. Ступай, дьяволист.

Слова было достаточно. Оно воспринималось почти как приказ. Я повернулся уходить, не расслабляя спины и не опуская голову. Когда я увидел собравшихся вокруг и выжидающих животных, мне пришлось подавлять желание остановиться. Болезненного вида собаки, вороны, кошки и кролики — они сгрудились в сугробах, по обочинам дорожек, притаились в тенях под машинами и укромных углах.

— Блэйк, — позвала Роуз, когда бес остался позади.

— Нет, — сказал я.

— Нет?

Я всё ещё чувствовал эффект близкого присутствия беса. Трудно было сложить два и два, не то что составить слова в предложение.

— Нет... Не сейчас.

Не тогда, когда вокруг нас все эти твари, не когда они наблюдают.

Мы дошли почти до метро, когда я наконец почувствовал, что меня отпускает.

Я осознал, что сердце бешено колотится, во рту пересохло, а руки дрожат от адреналина. Я ощущал себя взбудораженным, и не в хорошем смысле.

То самое возбуждение, которое охватывает тело после реакции бей-или-беги. Я слишком часто его испытывал. Если бы за всю свою оставшуюся жизнь я ни разу больше такого не пережил, то умер бы счастливым. Но, похоже, не судьба.

Хотя возможно и нет, решил я, поразмыслив. Судя по тому, как развиваются события, по оценке моей предполагаемой продолжительности жизни практически всеми людьми вокруг, пожалуй, стоит учесть вероятность скорой смерти.

— Ну ладно, — сказал я и глубоко вдохнул, как будто это могло помочь справиться с неясным болезненным чувством и ускоренным сердцебиением, не вяжущимся с тем, что делали тело, разум и чувства.

— Ладно? — переспросила Роуз.

— Я... я готов говорить, и не думаю, что у него остались поблизости какие-нибудь животные.

— Хорошо, — сказала она. — Что думаешь?

— Всё ещё отхожу, — признал я. — Эта последняя часть далась трудновато.

— Думаю, что ни Поз, ни я этого не ожидали. Зачем ты это сделал?

— Ну... потому что у меня мозги отключились, и потому что... не знаю. Я хотел показать, что с нами шутки плохи, и ещё хотел разбить стекло машины.

— Это зачем?

— Когда они увидят, что стекло разбито, то заглянут внутрь, — сказал я. — Это всё, что я смог придумать, чтобы заставить их обнаружить собаку внутри. Может они, конечно, и обосрутся, когда собака начнёт лаять и кусаться, но по крайней мере это не произойдёт посреди оживлённой автострады, когда она вцепится в горло или прокусит водителю локоть.

— И ты успел обо всём этом подумать?

— Я доверился чутью, — ответил я. — И, видимо, это всё, на что стоит рассчитывать, когда встречаешься лицом к лицу с бесом.

— Это только пока он не начнёт извращать твоё чутьё.

— Но, реально, какого чёрта? — воскликнул я.

— Ты о чём?

— О нём! Я вообще такого не ожидал.

— А чего ты ожидал?

— Чего-то более дикого. Кого-то вроде Брадобрея. А этот паскудник больше походил на какого-нибудь гоблина, и он... он не был безмозглым. Временами он просто до жути напоминал человека.

— Книги предупреждали нас не лепить ярлыки, не пытаться отнести конкретное существо к обособленной категории гоблинов, демонов или куда там ещё. Может быть, Поз ближе к гоблинской части спектра.

— Может быть, — согласился я. — Только гоблины, насколько я знаю, не испускают метафорическую радиацию, о которой мы говорили.

— А ещё он паразит. Помнишь, что он сказал насчёт языков?

— Что он знает тридцать языков, но каким-то образом пропустил поросячью латынь.

— Он меняет носителей. И у каждого что-то забирает. Кусочки личности, частицы знаний. Сводит всё это вместе. С каждым из них он растёт, я уверена. Вспомни, это искра. Она пытается стать огнём. Поглощая, пожирая, вырастая до того уровня, чтобы вырываться из-под контроля.

— Поэтому он останавливается и начинает всё сначала?

— Нет. Я думаю, не поэтому, — сказала Роуз. — Точно мы не узнаем, пока не встретим этого Доута, которого он заразил, но мне кажется, что он избавляется от своих носителей при помощи несчастных случаев. Подумай о том, что описывали те женщины. Доут подкармливал диких животных, заманивал их в этот район и бросал, голодных и уязвимых к влиянию Поза. Живёт в грязи, собирает мусор...

— Возможно, он голодает, чтобы прокормить животных? — сказал я. — Или его постоянно кусают, царапают или заражают... так что в скором времени он умрёт от инфекции, которую даже и не лечит, поскольку им управляет Поз. А как только Доут погибнет, бес сразу же найдёт себе следующего носителя и начнёт цикл заново, с каждым разом становясь всё сильнее, всё человечнее, забирая себе частицы личности носителей. Раздувает пламя, пока наконец не начнётся настоящий пожар.

— Согласна. Примерно об этом я и думала, когда пыталась представить общую ситуацию и взаимоотношения беса и его текущего носителя. Судя по всему, этой твари нет дела до благополучия тех, кого он использует, раз и о животных он не заботится. Если же экстраполировать... Мне кажется, что его вообще не беспокоят события за пределами текущего момента.

— Потому ты и предложила такую сделку?

— Отчасти поэтому. Возможно, нам будет проще справиться с ними обоими сразу, чем с Завоевателем и Позом по отдельности.

— Если только они не поладят.

— Давай надеяться, что этого не произойдёт, — сказала Роуз. — Поскольку это наиболее близкое подобие плана Б, что мне удалось придумать.

— После организации мятежа? — спросил я.

— После организации мятежа, — согласилась Роуз.

Я молча плёлся вперёд, борясь с жаждой действия и желанием сжечь оставшийся адреналин. Стянул перчатки и размял руки, похрустел костяшками.

— Внимание. Через несколько секунд я не смогу отвечать, — предупредил я. — Дошёл до станции, не хочу, чтобы люди видели, как я говорю сам с собой.

— Если бы у нас был мобильник, ты мог бы поднять его к уху, — предложила Роуз.

— Парень в метро тебя видел, — сказал я. — Не уверен, может быть, люди способны тебя услышать.

— Кстати, хотела с тобой кое-что прояснить, — сказала Роуз.

— Мм? — промычал я.

Мы прошли в неприятной близости от мужика, который стоял и курил прямо во входном вестибюле метро. Что, вообще говоря, было незаконно.

— Ты просишь меня довериться тебе? Ладно, я каждый раз подыгрываю тебе, зная на порядок меньше, чем ты. Но стоит мне лишь раз попросить тебя довериться мне в ответ — и ты сомневаешься?

Я свернул за угол и начал спускаться по ступеням. На платформе были люди, однако достаточно далеко.

— Иметь дело с демонами — это несколько иное дело, — возразил я.

Она не стала отвечать. Вероятно, из-за того, что через зеркало увидела людей передо мной.

«Нам нужно при случае всё это перетереть», — подумалось мне.

Рычание за спиной заставило меня крутануться на месте.

Это была старушка, которая несла собачонку, одетую в куртку. Когда я встретился с собачкой взглядом, та оскалилась.

— Тихо, милый, — сказала старушка.

Шавка тявкнула и рванулась, пытаясь вырваться из рук хозяйки. Её, кажется, нисколько не беспокоило, что при этом она повесится на поводке, пристёгнутом к ошейнику.

— Мне так... — произнесла старушка, останавливаясь и стараясь удержать рвущуюся из рук собачку, — ...жаль!

Тявканье, рычание и борьба лишь усилились.

— Он раньше так не делал!

— Это... — начал было я.

Но звук моего голоса, должно быть, стал последней каплей. Пёс укусил свою владелицу, маленькие белые зубки вонзились в пальцы, на обнажённые дёсны брызнула кровь.

Мне пришлось попятиться и попросту сбежать на дальний конец платформы. Тут я ничего не мог сделать.

Только держаться подальше.

— Ты смотри, — улыбнулся парень, стоящий рядом. — Никогда не понимал этих собачниц, которые наряжают своих шавок в курточки.

Я не сумел заставить себя даже улыбнуться, не то что ответить.

Никаких сомнений. Это была та самая «радиация».

Оставалось только надеяться, что скоро она развеется.

Я сел в поезд, но направлялся я не домой, а в сторону университета.


* * *


Когда я шёл по широкой тропинке, вороны на окружающих деревьях галдели. Издевались надо мной. Возможно, даже угрожали мне.

Здания были старыми. Настолько старыми, насколько вообще могут быть старыми здания в стране, которая появилась всего пару сотен лет назад. Каменные, представительные, величавые.

Царство Сфинкса.

Ни от Фелла, ни от Лорда помощи я не получил, но мне всё равно нужно было с чего-то начинать, и кроме этого места ничего больше в голову не приходило. Проблема заключалась в том, что университет был, пожалуй, раза в два-три больше всего Якобс-Белла, особенно если считать общежития и студенческие дома.

Это была начальная точка, но для точки она была чертовски огромной.

Что ж, зачастую правильным оказывается наиболее очевидный ответ.

Я последовал за указателями «центр для посетителей» и вошёл в здание с каменным фасадом и большими белыми колоннами по обе стороны от вращающейся стеклянной двери.

Туда-сюда сновали студенты, большинство в зимней одежде. За столиком позади сидели люди из числа персонала, но перед каждым собралась очередь.

Поодаль я обнаружил стол с расписаниями занятий, по обеим сторонам которого стояли компьютеры. Похоже, на этих компьютерах были запущены программы для поиска информации по студенческим делам.

«Исадора», — набрал я наудачу.

Ничего.

Тогда я разыскал список преподавателей.

Фиксопулос, Исадора, профессор этики.

Не сделала даже попыток замаскироваться. Видимо, она не беспокоилась о том, что её могут найти другие практики.

Я вытащил из кармана листочек бумаги и записал имя, затем определил местоположение здания кафедры этики и взял карту, чтобы сориентироваться на месте.

Я вышел из центра для посетителей и, сверяясь с картой, направился на поиски. Вряд ли она была на месте, но вдруг.

Неприятности возникли еще до того, как я прошел половину пути.

Сначала один, потом... краем глаза я заметил, как человек махнул рукой другим. Целая группа парней студенческого возраста отделилась от толпы на открытой площадке рядом с университетским центром. Все пошли за мной. Они двигались по двое и по трое, но в общей сложности их было человек восемь. Судя по связям между ними и мной, их интересовал именно я.

Через несколько секунд после того, как я заметил связи, к группе направились несколько девушек. Сворачивая за угол, я сумел мельком на них взглянуть. Смотреть открыто я боялся, опасаясь их спровоцировать.

В итоге девушки не присоединились к группе. Они шагали поодаль, и каждая девушка шла сама по себе, в то время как парни держались стаей.

Люди Сфинкс?

Нет. Я не рискнул смотреть через плечо, иначе они могли бы заметить, что я за ними наблюдаю, но судя по тому, что мне удалось разглядеть, связи с университетом были слишком слабы, а связей с кафедрой этики, к которой я направлялся, у них вообще не было.

— Роуз, — пробормотал я под нос. — Меня преследуют какие-то люди.

— Что мне сделать?

— Посмотри, что это за люди. Прыгни в какое-нибудь ближайшее отражение, попробуй получше разглядеть, кто меня преследует, возвращайся и расскажи мне.

— Ладно.

Идти было ещё прилично, и они вполне могли меня нагнать. Девушки двигались быстрее. Они были более спортивны в целом, более увлечены погоней.

— Я не знаю, кто или что они такое, — доложила Роуз.

— Я тут подумал, может они просто более восприимчивы к тому эффекту, который остался на мне после разговора с Позом? Может, люди под воздействием алкоголя вообще в большей степени следуют своим низменным инстинктам?

— Не скажу точно, но непохоже на то. Не то, чтобы я могла особо полагаться на что-то кроме зрения. Я смотрю на них и вижу простых студентов, которые толкаются плечами, болтают, шутят, кладут руки на плечи друзьям. Некоторые втихаря выпивают.

— Но?

— Но... я чувствую в них какую-то энергию. Я не знаю, ощущаю ли я её напрямую, или просто вижу признаки, которых не осознаю. Но у них типа как своя аура. Они хорошо выглядят, энергичны, выделяются на фоне остальных, очаровывают окружающих своей харизмой.

— А девушки? — спросил я. Меня уже не заботило, что окружающие бросали на меня странные взгляды. Парень, беседующий сам с собой.

— Девушки?

— Ну да, Роуз, там и девушки есть.

— Щас вернусь, — произнесла Роуз, и прозвучало это так, будто сказала она это в процессе перехода.

— Ладно.

— Да, там есть девушки, — подтвердила Роуз через несколько секунд.

— Да, я знаю.

— И почему-то они выглядят более хищно. Напоминают Элли.

Наша двоюродная сестра. Роуз точно подметила. Насколько я помнил её, Элли могла играть в обаяшку, когда ей нужны были деньги или одолжения. Но девяносто процентов времени она проводила в своём обычном состоянии — зыркала на тебя так, словно она ненавидит тебя и всё вокруг, и ей не нужно было никаких причин, чтобы переключиться на ещё более угрожающее поведение, типа, «я тебя ненавижу, и если ты встанешь на моём пути, я тебя раздавлю». Никаких фильтров, никакого самоконтроля.

— Они рядом с парнями, но не с ними. Да, это о них и стоит беспокоиться. Выглядят не так безобидно, как парни.

— Парни вовсе не показались мне безобидными, — сказал я.

— Ну не знаю, это часть ауры, которая от них исходит. Типа как атмосфера что ли. Словно они из тех дружелюбных, не совсем взрослых ребят, которые тебя и пальцем не тронут.

— Да? Что-то ты, типа, слишком часто говоришь «типа». Уже дважды за последнюю минуту, если я не пропустил.

— Что, да? Точно. Вот чёрт, — сказала Роуз. — Что со мной не так?

— Попробуй сдержать свою регрессию к переходному возрасту, — сказал я. — Потому что я почти уверен, что они нас догоняют.

Может быть, стоит прямо сейчас сорваться на бег?

Способен ли я от них оторваться?

Я не знал, с чем имею дело. Милые парни с приятной аурой и более опасные девушки.

Я так и не придумал сколь-нибудь стоящего плана, когда увидел, как кто-то поднял руку и помахал мне.

О нет.

Незнакомый мне парень, грузный и с бородой, которая выделялась скорее длиной, а не стилем, и знакомая девушка. Тиффани. Последняя из подопечных Алексис, художница, создавшая картину, которую я преподнёс Завоевателю.

Она попрощалась с парнем и пошла мне наперерез.

— Привет, Блэйк! Не знала, что ты ходишь в универ, — улыбнулась она.

— Я и не хожу, — сказал я и резко остановился, даже осознавая, насколько это опасно. — Слушай, а мы можем поговорить на ходу? Точнее, на быстром ходу? Я очень тороплюсь.

— Хм, конечно, — согласилась она.

— Спасибо, — поблагодарил я.

— Встреча с кем-то? — спросила она.

— Надеюсь, что да, — сказал я, обернулся к ней и улыбнулся. Это я сделал по двум причинам: я хотел её ободрить, а заодно глянуть ещё раз на преследующую нас группу.

Они замедлились, но начали рассредотачиваться. Один из парней, идущих впереди, и двое девушек вступили в беседу, и что-то в их взглядах и в переменах связей между нами говорило о том, что они пробуют сменить подход.

Я слышал, как каркают на меня вороны, дразня и напоминая о том, что происходит.

Блядь. С этой радиацией и горами плохой кармы моей семьи я представлял собой ходячую катастрофу.

Как сказать Тиффани, чтобы она свалила отсюда подальше, и при этом не обидеть её? И ещё не обидеть Алексис и остальных моих друзей?

— Я случайно не отвлекаю тебя от важных дел? — спросил я.

Ну же, скажи «да».

— Нет. Мне... я свободна.

Вот же чёрт. Я глянул на неё и увидел, что она отводит глаза, смотрит под ноги. Не из-за того, что происходит здесь и сейчас. Она всегда такая. Никакой уверенности в себе.

— Ты ходишь сюда на занятия?

— Алексис помогла мне подать заявление на стипендию. Я понятия не имею, что буду делать в следующем году, но даже один год в университете — это больше, чем я когда-либо могла мечтать. У моей семьи не так уж много денег. Ну, то есть фактически вообще нету. И у меня трудности с обучаемостью, ну не так чтобы уж очень большие, но я постоянно откладывала визит в центр для ограниченно способных, чтобы поговорить об экзаменах и... ой, я опять начала своё нытьё, которым не должна загружать людей, которых впервые встречаю...

Я взглянул на неё и увидел в отражении в окне группу преследователей. Роуз тоже была там и выглядела настолько же обеспокоенной, как и я. То есть очень.

— Помнишь тот полезный, практичный совет, который обычно всем дают? — спросил я.

— Что? Какой?

— Лично мне никогда не удавалось ему следовать. Но ты знай, что со мной тебе не стоит об этом париться. Я-то точно собираюсь отнестись к этому спокойно, по крайней мере, постараюсь.

— Похоже на то, как тебя описала Алексис.

— Алексис клёвая, — согласился я.

Это вызвало её первую настоящую улыбку. Общая, безопасная тема.

— Она такая, — сказала она, после чего снова беспричинно смутилась. — Я иногда чувствую, ну типа, что я её подопытный кролик.

— Послушай совета от другого её подопытного кролика, — сказал я. — Не парься. Джоэл как раз сегодня мне говорил, что отношения не всегда бывают равнозначными. Принимай добро, не задавай вопросов и радуйся, если можешь чем-то расплатиться. Это отличные ребята, так что просто... наслаждайся знакомством с ними.

— Правда?

— Да, просто расслабься и прими это спокойно, — сказал я. — И кстати: картина, которую ты мне продала, возможно, спасла мне жизнь прошлой ночью. Спасибо.

— Правда? Но ты заплатил за неё слишком дорого.

— Я абсолютно уверен, что она стоит тех денег, что я заплатил. Даже, пожалуй, и дороже, — сказал я. — Мне нужен был подарок для... очень эксцентричного парня. Бутылка вина не подошла бы, а мне необходимо было оказаться на хорошем счету. Картину хорошо приняли, пожалуй, все, кто там был.

— Серьёзно?

— Серьёзно. Я ведь сказал, она просто спасла мне жизнь.

— И тому эксцентричному человеку она тоже понравилась?

— Он не мог определиться до тех пор, пока все вокруг не начали её хвалить.

— Выходит, она ему не понравилась.

Ещё один взгляд на Тиффани, более пристальный, ещё одна возможность увидеть боковым зрением, где находится та группа.

Они заходили с флангов. Две девчонки, по одной с каждой стороны. Словно львицы на охоте.

Я был к этому не готов. Не готов настолько, что забыл, что собирался сказать.

— Она ему вообще не понравилось? — спросила она, приняв моё молчание за что-то другое.

— Я говорил серьёзно, — ответил я, глядя ей прямо в глаза. — Если судить чисто по интерьеру его холла, то я бы решил, что у него нет ни чувства вкуса, ни понятия о прекрасном, ни последовательности. Он ждал, пока остальные выскажут своё мнение о картине, и только потом вынес вердикт сам. Но в итоге она сыграла свою роль, и многим понравилась. Реально. И многие из них знали, о чём говорят. Прими это как есть.

Он так и не подняла взгляда от земли, но я заметил, что выражение её лица смягчилось, напряжение исчезло. Она неосознанно поправила волосы и заправила прядь волос за ухо.

Я был так занят отслеживанием преследователей, что чуть не пропустил свою цель — здание кафедры этики по правую руку от Тиффани.

Группа, следующая за мной, вероятно, ожидала, что я продолжу путь прямо, и не успела подготовиться, чтобы меня обойти или отрезать.

— Сюда, — сказал я, ускоряя шаг. — Извини.

Тиффани, однако, замедлила шаг.

— Возможно, нам лучше увидеться с тобой как-нибудь в другой раз. Ты явно спешишь, а я не могу так быстро идти.

Но если она остановится, то её нагонят эти парни, и тогда...

Они, как я заметил, уже реагировали на изменение маршрута, осознав, что могут не успеть меня перехватить.

— Кофе! — выпалил я.

— Что?

— Это поручение я сейчас закончу, — сказал я, шагая спиной вперёд и путаясь в словах, не успевая в спешке сформулировать свою мысль, — и угощу тебя кофе, а?

Она выглядела ошарашенной. Замерла, словно олень в свете фар. На секунду мне даже показалось, что она отступит назад, прямо в группу приближающихся парней, чтобы от меня сбежать.

Но она кивнула и ускорила шаг, нагоняя меня.

Всё ещё слишком медленно.

Мы дошли до входных дверей здания. Я отступил в сторону, чтобы открыть перед ней дверь, но в дверь упёрлась чья-то рука.

Я обернулся и увидел, что группа уже собирается вокруг нас.

— Привет! — сказал один парень с каштановыми волосами, в облегающих джинсах и университетской куртке с тёмно-зелёным шарфом. Он широко улыбнулся, и улыбка выглядела искренней. — Давненько не виделись, а?

Давненько?

А, это был один из тех, что прошлой ночью были с пьяницей.

Последователи Диониса в университете?

Чёрт. Теперь картина начала проясняться. А эти хищницы по обе стороны...

Вчера вечером я успел прочесть что-то о женщинах, которые пили вино и кровь одновременно. Разрывали мужчин в клочья в жестоких пьяных оргиях.

— У меня вообще-то дела, — сказал я.

— Эй, ты чего такой бука, чувак? Давай нормально, а?

Он подошёл вплотную. Настолько, что мне стало неприятно. В ноздри ударил его запах. Травка и перегар, мужской пот, полуденное солнце и сено.

— А это подружка твоя? — спросил другой. — Дарова, мисс.

— Привет, — тихо сказала Тиффани. Похоже, на ней сказывалось как полное отсутствие уверенности в себе, так и присутствие стольких парней.

— Не хочешь к нам на вечеринку? У нас реально расслабон.

— Я только вчера была на вечеринке, — сказала она, взглянув на меня.

— Прекрасно, — сказал он без малейшей паузы. — Вечеринки каждый вечер — такой и должна быть жизнь в университете!

— Эй, чувак, — сказал тот, что передо мной. Я ощутил его дыхание на лице. — Не стоит за неё беспокоиться.

Затем добавил еле слышно:

— Беспокойся лучше за себя.

«Беспокойся за себя?»

Ну нахуй.

— Я так понимаю, у главаря вашей секты какие-то проблемы со мной? — спросил я достаточно громко, чтобы услышала Тиффани.

— Секты? — переспросила Тиффани, расширив глаза.

Парень, который разговаривал со мной, раздражённо посмотрел на меня:

— Это не совсем подходящее слово. И совершенно неуместное.

— Да? — спросил я. — А как бы ты это описал?

— Это скорее братство, — ответил он. — Только без посвящений и всякого прочего мудацкого дерьма. Полное единение.

— Единение тел? — уточнил я.

— Знаешь, — его глаза сузились, — ты начинаешь меня слегка раздражать, а меня, скажу я тебе, очень трудно вывести из себя.

— Здорово, — сказал я, стараясь, вложить в голос уверенность, которой совершенно не испытывал. — Но тут ты сам виноват — ты первый ко мне подошёл. И не даёшь мне уйти.

— А теперь ты начинаешь спорить, — сказал он и ещё раз победно улыбнулся. — Не делай этого.

— А о чём мы вообще говорим?

— Мы просто по-дружески болтаем, — сказал он.

— В чём цель? — спросил я. — Чего вы хотите?

— Ну, думаю, твоя подруга могла бы пойти с парнями, а мы с тобой могли бы отойти и пообщаться наедине с моими подругами.

С подругами. Они даже не пытались скрыть того, что любое общение наедине с ними закончится для меня увечьем или смертью.

— Не знаю, — сказала Тиффани. — Мы так мило болтали и собирались потом сходить выпить кофе.

— Для кофе с друзьями всегда можно найти время, — сказал один из парней.

— Тиффани, — сказал я. — Секта.

Это как будто немного отрезвило её.

— Повторюсь, мы скорее братство, за исключением всей той херни, из-за которой братства считают неприятными, — вклинился ещё один парень. — Вопрос в том, часто ли бывало такое, чтобы к тебе проявляли интерес сразу несколько довольно симпатичных молодых людей?

Я увидел, как Тиффани мучительно пытается подобрать ответ, как будто для неё это и правда было в первый раз.

Да пошли они нахер, дразнить её! Тиффани мне нравилась, и я не собирался спокойно смотреть как эти волки — или кто они там ещё — пытаются до неё добраться.

— Слышь, приятель, я смотрю, ты малость не догоняешь, — сказал я.

Физический контакт — это совсем не моя тема, но я потянулся, взял Тиффани за руку, подтянул к себе и положил руку ей на плечи.

Прикосновение не придало ей уверенности, она просто оцепенела.

— Мы собираемся пойти выпить кофе, потому что я думаю, что она классная, и потому что я хотел бы узнать её получше. Вы же ведёте себя именно как те самые мудаки, коими, вы, по вашему утверждению, не являетесь.

— Можно я им займусь? — произнесла одна девушка.

Парень, который выглядел как вожак, посмотрел на меня:

— Ты знаешь, кто она такая?

— По-моему, я знаю, что она такое.

Это прозвучало ужасно, если не знать контекста.

— А вот теперь я очень стараюсь придумать причину не дать ей тобой заняться, — сказал он.

Чёрт. Прямо здесь, при Тиффани? Рядом с ней я ничего не мог делать. Я…

Окно в двух метрах слева от меня внезапно разлетелось вдребезги. Потом ещё одно.

Группа отпрянула, а тот, что держал руку на двери, отпустил её.

Всё ещё полуобнимая Тиффани, я оттолкнул руку в перчатке, распахнул дверь и скользнул внутрь до того, как он сумел мне помешать.

И столкнулся нос к носу с Исадорой. В человеческом облике, но её лицо и причёску нельзя было не узнать.

— Здрасьте, — сказал я.

— Привели беду на мой порог, мистер Торбёрн? — спросила она. — И... гостью женского пола?

— Это она нарисовала то, что вы видели вчера вечером.

— Хмм. Это было неплохо, — сказала она. — Не мой стиль, но хорошо. Погодите немного.

Она обогнула меня и вышла к группе молодых людей, стоявших у порога.

Когда она перешагнула порог, те попятились. Дверь захлопнулась.

Я сумел расслышать, что она говорила:

— По какому-то упущению университет оказался достаточно любезным, чтобы позволить вам слоняться по его территории. Но если вы хотите неприятностей...

— Нет, мэм, — сказал вожак.

— Следите за своим поведением и не преступайте границы, — объявила она. — Иначе все привилегии вполне можно отозвать.

Они разошлись.

— Окно было разбито, — сказала она, открывая дверь.

— Это не мы, — сказала Тиффани. — Оно само разбилось. Я даже не видела как.

— Разумеется, — сказала Исадора. — Я знаю, что вы хотите у меня попросить, мистер Торбёрн.

— Правда?

— Вы не видите общей картины. Или просто не понимаете, что это означает, когда вы приходите на мой порог, источая запах... нечистот. Я уверена, вы знаете, о чём я говорю.

— Но от него... ничем не пахнет, — сказала Тиффани. — Не обязательно быть такой стервой.

Погодите, что? Это была совсем не та Тиффани, с которой я разговаривал всего несколько секунд назад.

— Забавно, что эти два предложения идут вместе. Так или иначе, я не стану продолжать, учитывая род деятельности, которым занимается ваша семья, так что вы можете быть свободны. Если вы что-то предпримете, я начну действовать против вас, и это как минимум.

— А вы не могли бы направить меня к каким-нибудь другим местным…

— Нет, мистер Торбёрн, и прощайте.

Сказав это, она ушла.

Всё впустую.

— О чём это она? — спросила Тиффани. — Ну и сучка.

Я вздохнул.

— Я не уверен, почему она так среагировала, — сказал я. — Неважно. Извини за это всё.

— Да ладно, нормально.

— И что я руку положил тебе на плечо, это...

— Это беспокоит меня куда меньше, чем всё остальное, я не… — сказала она, запнулась и уставилась себе под ноги. — Ну то есть... ты меня понимаешь.

— Понимаю, — сказал я. — Слушай, я обещал кофе, и, похоже, теперь я больше ничем не занят.

— Да, — ответила она и застенчиво улыбнулась, немного прищурив глаза.

Я понял, почему Алексис привязалась к ней. В чём-то мы с Тиффани были похожи, в чём-то отличались. Алексис не ошиблась, решив нас познакомить. Хотя, конечно, к тому, как она это сделала, вопросы остались. И всё же это будет не кофе «потому что я обещал» и не кофе ради спасения. Теперь я был в этом вполне уверен.

Жаль, что я не мог быть настолько же уверен насчёт радиации и того, как она будет воздействовать на Тиффани.

И ещё насчёт Роуз, которая, возможно, сильно пострадала, разбив два окна.

И насчёт крайнего срока и беса, которого нам предстояло как-то связать.

И вообще, насчёт чего бы то ни было.

Глава опубликована: 27.11.2020
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 438 (показать все)
Eterni
Есть ВоГ с прямым ответом на этот вопрос и да судят местные духи.
You'd get gainsaid. There are arbiters of this sort of thing (including ambient spirits) and they'd just take the simple route and gainsay you some.

Forswearing is for explicit oaths and promises.
Eterni
По моему Юристы это люди. Или бывшие люди которые продали свои души и задницы в служении злобным силам что бы те взяли на себя их карму и т.д и таким образом они будут служить 510 лет потому что именно столько понадобится им что бы возместить кармический долг..
Судя по всему Демоны Пакта по природе своей злые и воплощают собой Энеропию и разрушение это буквально их природа и не нехотя, не могут и не будут идти против своей природы даже если способны что то создавать то только ради того что бы увеличить энтропию всей остальной системы.
Eterni
This is referred to by some scholars as the "Listen here, you little shit" effect.
Thunder dragon
Полагаю здесь и зарыта сила кармы. Не в невезении (иначе бы Блэйк давно окочурился), а в высоким требованием платы. Те кто обладает хорошей кармой, могут и условно "врать", обходя прямую ложь. С низкой кармой даже сарказмом или предполагающее утверждение может нанести урон.
Именно поэтому косвенный обман Бехайма с таймскипом в фастфуде не расценивался как обман (он на хорошем счету), а простое фигуральное предложение Блэйка с юристам - урон по силе.

Вербовка слуг и созданию порядка для служения тоже признак конструктивности и интеллекта.

не могут и не будут идти против своей природы даже если способны что то создавать то только ради того что бы увеличить энтропию всей остальной системы.

Полагаю что как раз наоборот они периодически идут против своей природы, ради создании организации слуг. Иначе бы они были не более чем хтониками энтропии, с которыми даже разговаривать нельзя. Они были как стихийное явление.
Но если они разумны, то, ради постоянного притока энтропии, могут пойти на компромиссные решения. Это же и касается Завоевателя. Иначе непонятно почему они вообще говорить умеют и общаются с другими. Следовательно опять же непонятно зачем им вообще один и единственный армагеддон, когда выгоднее делать бесконечное множество маленьких армагедашек :)
Показать полностью
похоже на sampling bias - в мире действуют только те демоны которые достаточно разумны чтобы понимать концепт отложенной награды, все остальные просто выжрали кусок мира и были сдержаны или просто не смогли найти путь к реальности
Eterni
Я же сказал что создают что то только ради того что бы поднасрать еще больше. Как слуги Вирма в мире тьмы. Ну да они могут создавать например больше порчи там биологическое оружие и т.д.
Ну завоеватель очень стар и кто муже он людей хавает, то есть завоевывает что бы понимать все эти сложные штуки.
Thunder dragon
Ну вот, значит они разумны и способные на компромиссные решения. Следовательно непонятно зачем им вообще конец мира и почему их бояться, когда они часть мира и тоже могут пойти на сотрудничество, соблюдая некоторую норму в энтропии. От чего и от самих дьяволистов чего тогда пугаются? Полагаю что и Орниас и Цирюлник на призыв тоже ничего за просто так делать не станут.
Eterni
Ну вот, значит они разумны и способные на компромиссные решения. Следовательно непонятно зачем им вообще конец мира и почему их бояться

Если вы (ты?) настроены пообщаться серьёзно, то я с удовольствием. Вы ставите хорошие вопросы. Но тот, что относится к демонам, по-моему, из числа самых простых. Давайте попробую сформулировать, как я это вижу.

Представьте себе что-то такое, что для вас связано с силами творчества, созидания, со смыслом жизни и прочим в том же духе. Что-то, про что вам не хотелось бы, чтобы оно было уничтожено демонами. Я опишу иронически, чтобы снизить пафос, но вы внутри себя постарайтесь серьёзно. Вот, представьте, концертный зал, чёрный зеркальный пол, красные бархатные кулисы, на возвышении белый рояль и за ним (Дима Маликов -- зачёркнуто) прекрасная пианистка вдохновенно играет величественную мелодию. Не торопитесь говорить "да я вообще классику ненавижу", просто поищите в душе такое состояние, о котором вы могли бы воскликнуть "остановись, мгновенье, ты прекрасно" (помните, кто и в чьём обществе это произнёс, да?). Это пока просто наш сеттинг, мы писатель.

И теперь предположим, что мы хотим показать, как демон это уничтожает. Не клюквенно, а по серьёзному. Чтобы читателя правда проняло. Пойдём от простого к сложному. Самое простое -- это такой как бы демон-амбал. Хрясь -- занавес в лоскуты, рояль в щепки, пианистка в лужу. Ужасно (если хорошо описать), но бабушка Роуз сказала бы, что это не демон вовсе, а просто какая-то злая сущность, которую записали в демоны давным-давно, когда люди ещё хуже разбирались в классификации Иных, чем теперь. А на самом деле это, может быть, и вовсе гоблин средней руки.

Хорошо, повысим ставки. На арене Ур. Исчезает рояль, исчезает зал, исчезает пианистка. Не просто исчезают, уничтожается сама память о них, все следы существования, как будто ничего этого никогда не существовало. Не ужас, а ужас-ужас. Но всё-таки подумаем и о том, что даже в забвении как таковом человек нередко находил утешение.

А ещё страшнее можем? Пожалуй, можем. Музыка смолкает, с соседних кресел поднимаются люди (тут становится заметно, что у них нет лиц), они спокойно выходят на сцену, что-то буднично зачитывают, достают инструменты и очень деловито и буднично разбирают на детали сначала рояль, а потом пианистку. Делают они это так, что зритель (который остаётся жив) до конца своих дней при виде красного бархата (да что там, при любой мысли о музыке) будет видеть и слышать только эту сцену.

Страшно? Да. А ещё страшнее можем? Если подумать, то, пожалуй, есть куда расти. Мы описали варианты, условно говоря, с одной звёздочкой, с двумя и с тремя (с пятью, если постараться). А их может быть и двадцать, и тысяча. Нет предела совершенству. И вот ровно этим, по замыслу автора, заняты и юристы и все, кто ищет "мирного сосуществования" с демонами. Сами по себе демоны, неважно, пришли ли они из глубин пространства или времени, не очень тонко разбираются в людях и не знают, как сделать на двадцать звёздочек. И вот, получается, всякий, кто так или иначе ведёт с ними дела и тем самым позволяет им лучше узнать людей, самым этим фактом предаёт человеческий род и обрекает его на чрезвычайно изобретательные мучения.
Показать полностью
Eterni
Ну так у тебя подход к демонам слишком человеческий.
Это с инопланетянами или с роботами можно было бы так договорится. Ты ищешь рациональное зерно там где его может и не быть. Ну ты знаешь все эти Лавкрафтовские ужасы и воплощения хаоса за гранью понимания с ними такое не прокатит.
А тут у нас демоны которые активно пытаются уничтожить мир. Сама суть разрушения и уничтожения. Это тебе не ваховские демоны которые питаются человеческими эмоциями. Эти настроенные очень серьезно на уничтожении любого порядка. А ты хочешь привить им понятие баланса. Знаешь почему во вселенной там много пустоты и так мало материи? Особенно сложно организованной и живой материи? Потому что ее сожрали демоны. Типа они не хотят жить в этом мире. Они хотят его уничтожить.
kstoor
Вы описали лишь функцию. Ещё раз, почему не пошли на компромиссное решение?
И вот мой пример:
Когда кто-то лишь слегка порвал занавес.
Когда кто-то лишь убрал стол.
Когда кто-то лишь разобрал кулис.
Но мелодия продолжается, не такая прекрасная как ранее, но она ещё и есть. Уничтожать, разбирать и исчезать по прежнему есть куда. Более того, если всё починить, отремонтировать, восстановить, построить новый рояль, привести другую пианистку - демоны могут повторить хоть тысяча раз, чем один раз и полностью.

И если демоны не могут делать это на 20 звездочек, то как они сделали на меньше количество звездочек сотворение, восстановление и ремонт своих слуг? Откуда бес знает образование, язык и общение и способен найти компромиссное решение, чтобы общаться с Блэйком? Откуда Цирюльник знает правила общения языками жестов? Откуда Орниас вообще знает арифметику и знает, когда его позовут по количеству имён?
И если тот же бес знает об образовании, то почему не создать Бюро Энтропии.
Вот как было в Ночном дозоре, когда вампирам, методом жребия, давали выбирать кого можно кушать.
Почему ВСЕМ Иным и демоном такой же пакт не завести и не соблюдать режим, где бесам и демонам отведено строгая дозировка энтропии в определенном месте по выбору? Тогда каждый получит своё паек хоть тысяча раз и не будет огня и серы.

Вдобавок, почему те, кто уничтожает, стирает и разбирает пианистку, не делает этого и для самого себя? Почему Иной, вроде гоблина, не уничтожает самого себя? Может потому что даже гоблин обладает некими зачатками разума и самосохранения? Почему демон не стирает самого себя? Почему демон не разбирает самого себя, вот кстати на примере Цирюльника, он как раз себя разбирал, но и то частично. Полностью себя не расчленил.

Thunder dragon
Ну так у тебя подход к демонам слишком человеческий.
Такие аргументы относятся из категории "тебе не понять".
И нижеперечисленные аргументы как раз тоже не катят.
Это с инопланетянами или с роботами можно было бы так договорится.
С роботами не факт, они программа, у них нет разума. Вспоминаем цитату из первого Терминатора "его нельзя подкупить, он не остановиться ни перед чем, пока не убьет тебя". И замечаем что с роботом даже не договаривались. Его пытались именно убить.
Ты ищешь рациональное зерно там где его может и не быть.
Зацепился бы за слово МОЖЕТ, но один лишь бес УЖЕ показал своё рациональное зерно.
Лавкрафтовские ужасы и воплощения хаоса за гранью понимания с ними такое не прокатит.
Тоже другое. "неведомые" существа с которыми даже просто общаться повергают свидетеля в ужас по умолчанию можно отнести к хтоникам - с ними нельзя общаться и они угроза. Дьяволисты очень так с ними общаются, Блэйк с ними общается.


А тут у нас демоны которые активно пытаются уничтожить мир. Сама суть разрушения и уничтожения. Это тебе не ваховские демоны которые питаются человеческими эмоциями. Эти настроенные очень серьезно на уничтожении любого порядка.
Ещё раз. Почему тогда они вообще нанимают слуг? Почему у них есть организованность? Почему даже бес изволит общаться с человеком и искать компромиссное решение?
Они РАЗУМНЫ. И будь хоть тысяча раз воплощением разрушения, они способны ВЫБИРАТЬ, они способны идти на КОМПРОМИСС. И потому привить им ппонятие баланса является не просто элементарным, они сами УЖЕ тянутся к балансу. Они не стихия, не ураган, не хтоники.
Знаешь почему во вселенной там много пустоты и так мало материи?
А вот сейчас вас в описание лора занесло.
Типа они не хотят жить в этом мире. Они хотят его уничтожить.
*закатываю глаза* Ещё. Раз. Они. Разумны. Они общаются. Почему они общаются, почему они сотворили в себе образование и речь? Почему, раз они такие могущественные, вообще общаются со смертными и заключают пакты?
Если они воплощение разрушения - создавать им разум, создавать дьяволистов, юристов, идти на компромисс, заключать пакты, даже вот просто уметь говорить, знать арифметику - ВСЁ это идёт в разрез их функции. И вот я спрашиваю - нахрена?

Полагаю вселенную схомячили отдельно хтоники, но они хтоники, к ним отдельный вопрос, а мы говорим о целой организации.

Если они тоже хтоники и просто хотят разрушить мир - они не должны вообще контактировать.
Если они разумны и общаются со смертными, значит они с ними считаются. Так почему с ними не заключить компромисс, вместо того чтобы бояться? Почему не соблюдать меру в Энтропии, чтобы можно было уничтожать сколько угодно с минимальным препятствием со стороны других Иных?

Вы оба мне все тут говорите, как во всех шаблонных фэнтези. Тоже самое я и у Рудазова критиковал. Почему демоны, обладающие разумом, не идут на компромисс? И все-все мне поголовно говорили, размахивая руками, делая страшный голос:
"ууууу, потому что они ужасные и страшные демоны уууууу, они не хотят мира во всем мире, они хотят уничтожить его, ууууу"
"тогда почему они вообще создают свой мир, общаются со смертными, способны договариваться?" спрашивал я.
"ууууу, чтобы потом можно было уничтожить весь мир, ууууу"
"Тогда зачем они вообще договариваются, если хотят тупо уничтожить? Зачем им разум?"
"ууууу потому что они разумные, ууууу, и идут на компромисс уууу"
"но зачем идти на компромисс, если хотят уничтожить его?"
"Ууууу, потому что они страшные демоны, уууууу, они очень и очень страшные, ууууу, представь как они разбирают пианистку, уууууууууууууууу"
" -__-'''' "
Показать полностью
Eterni
Я отвечу потом подробно, но один момент хочу оговорить сразу. Чтобы договориться об общем базисе (точнее, понять, есть он или нет). Мы обсуждаем механику игрового мира или ведем разговор об использовании Вайлдбоу общекультурной парадигмы "дьяволы, их слуги и их деяния"?

Если первое, то я пас -- по той причине, что мир Пакта совершенно очевидно НЕ механистичен, и говорить о нём как о механистичном неинтересно. И вообще механистичные миры неинтересны, чего там обсуждать. Выдал бригаде программистов ТЗ, и погнали.

Если второе, то очень интересно. Но тут нужно принять стартовую позицию -- что эта парадигма сама по себе очень широкая во времени и географии, рыхлая и внутренне противоречивая. Назначать что ВБ, что читателя ответственным за её целостность и непротиворечивость -- совершенно несправедливо. На мой взгляд, имело бы смысл обсуждать вот что.

Что ВБ берёт из готовой парадигмы и что своего добавляет. На мой взгляд, здесь он совершенно в мейнстриме, за исключением буквально пары существенных моментов. Поэтому я сказал, что ответ на вопрос о демонах вижу простым.

Какие вещи остаются "за кадром", но мы можем их домыслить, чтобы убрать наиболее вопиющие внутренние нестыковки, вроде тех, о которых вы говорите. Здесь важно, чтобы домыслы были максимально простые, не влияли на замысел автора и желательно не создавали новых нестыковок. Опять же, имею простые идеи на этот счёт.

Про "уууу" и воображаемые диалоги вот этого вот не надо ) Если я что сказал, то это можно процитировать, а если нет, то нельзя. Один раз скажу вежливое слово "пожалуйста". Отвечать за вашего воображаемого собеседника охоты нет.
Показать полностью
Не знаю что мы обсуждают, куда больше мне известно, почему не любитель фэнтези из-за странных местных правил. В том числе с демоными, подобия Пакта. Они хотят уничтожить мир, но ведут бизнес.


Какие вещи остаются "за кадром", но мы можем их домыслить, чтобы убрать наиболее вопиющие внутренние нестыковки

kstoor
То есть, если просто и вкратце - "Я не знаю, и, полагаю, автор тоже не знает. Он просто скопировал часть шаблонов фэнтези с демонами и ведёт свой рассказ."
Всё.
Больше не надо. Если ВБ не отвечал на форуме, мне остается развести руками и очередной сказать почему фэнтези не нравятся и увы, Пакт тоже не безгрешен их недостатками.
Eterni
Это не из серии "тебе не понять". С тем же "Урр.." нельзя нормально договорится его цель жрать. С пактами интересная тема что демоны часто вынуждены следовать пактам как и большинство иных из за печати Соломона. Либо им это выгодно.
Демоны как и большинство духов и иных априори владеют некоторым пониманием, осведомленностью хз как это назвать. Например они могут знать все языки, или в зависимости от наблюдателя, или как то универсально понимать суть при том что они их никогда не изучали. Хотя это зависит от типа Иного. То есть то что Иной говорит это еще далеко не значит у него есть интелект и наоборот. И он мог обладать им изначально по прде своей, это люди учатся.
Откуда бес знает образование, язык и общение и способен найти компромиссное решение, чтобы общаться с Блэйком?
"Поз забирал понемногу от каждого. Эти кусочки личностей, насколько я мог судить, и составляли человеческую сторону его натуры. Он урвал себе кое-что от юристов, врачей, айтишников, бизнесменов, банкиров и многих других."
Ты пытаешь подойти к Духа с механической точки зрения. Конечно такой подходит не работает.
Объясняю еще раз они Хотят расковырять весь мир под ноль.
"— Ммм… — сказал он. — Но я всё-таки нанесу урон. Ослаблю человечество и сам мир, верно? Это всё, чего хотят мне подобные.
Всё, чего хотят ему подобные. Возможно это правда, но возможно, что это лишь общая, абстрактная цель всех «ему подобных».
От обычного демона Поз всё-таки кое-чем отличался.
Он был бесом. Паразитом, который вселялся в людей, а затем переходил к другим. Спорой. Искрой, стремящейся устроить пожар."
У них разные подходы. Тираниды тоже создают культы генокрадов но их конечная цель сожрать планету. Демоны укладывают пакты когда им это выгодно или когда вынуждены но их конечная цель уничтожить мир. Они буквально стремятся нарушить естественный порядок вещей а ты предлагаешь им взаимовыгодное существование? Да некоторые демоны подходят к этому с умом систематически, но от этого не легче.
Показать полностью
Thunder dragon
С пактами интересная тема что демоны часто вынуждены следовать пактам как и большинство иных из за печати Соломона. Либо им это выгодно.
Ну вот опять, по кругу. Теперь признаем что демоны разумны, а не ожившие хтоники, жаждущие просто разрушение мира. Что опять подводим к вопросу почему их бояться и они не сотрудничают с другими Иными в поисках компромисса.
Поз забирал понемногу от каждого. Эти кусочки личностей, насколько я мог судить, и составляли человеческую сторону его натуры. Он урвал себе кое-что от юристов, врачей, айтишников, бизнесменов, банкиров и многих других."
Я не про образованность от других людей. Что-то мне подсказывает что разум и общий язык он знал и до этого.
То есть то что Иной говорит это еще далеко не значит у него есть интелект и наоборот.
Вообще то чтобы сложить звуки в слова, а слова в предложения, а предложения в речь - как раз таки нужен интеллект. Если это конечно не какой-то попугай-демон.
Конечно такой подходит не работает.
Тогда и вся вселенная перестаёт работать. Нету обоснуя. Нету причинно-следственной связи и легко сказать "Они суть разрушения жаждущие разрушить мир... но при этом они ведут переговоры и идут на компромисс".
они Хотят расковырять весь мир под ноль.
Опять по кругу. Спрашиваю ещё раз - зачем они вообще общаются с людьми? Зачем им разум? Зачем вообще некое подобие организации делают, если они суть разрушения?
У них разные подходы.
Тогда у них, как вы описали в Вахе, должна быть междоусобица. Одни хотят просто разрушения, другие готовы на сотрудничество. И те кто за бизнес-модель, эту самую бизнес модель давно бы сделали. В Пакте есть подобное? Есть целые организации демонов, которые сотрудничают с иными на примеры отдельных участков энтропии? (как было в том же Дозоре)
Они буквально стремятся нарушить естественный порядок вещей а ты предлагаешь им взаимовыгодное существование?
По моему это не только очевидно и элементарно, но и взаимовыгодно. Потому что если вот с гоблинами, которые не шибко лучше - вот нашли. С гедонистами культов Диониса нашли. С Завоевателем нашли. Все они тоже подходят к миру деструктивно, с разностью, но так же без блага. То к сути разрушения, коли оно РАЗУМНО И МОЖЕТ НАХОДИТЬ КОМПРОМИСС, чего-то вот не находят, только сами дьяволисты находят.
Демоны укладывают пакты когда им это выгодно или когда вынуждены но их конечная цель уничтожить мир.
И опять по кругу. Что важнее для демона? Сама цель или процесс как средство питания их сути? Если цель - зачем вообще контактируют? Если процесс - зачем вообще разрушают без пактов? Почему нет организации и сотрудничества с иными и почему демонов боятся хуже огня?
Показать полностью
Они суть разрушения жаждущие разрушить мир... но при этом они ведут переговоры и идут на компромисс".

Это не компромисс "я конечно хочу хаоса но не столько!" а "я конечно хочу хаоса, но могу немного потерпеть и потом будет вдвое больше хаоса!"
Eterni
То есть, если просто и вкратце - "Я не знаю, и, полагаю, автор тоже не знает. Он просто скопировал часть шаблонов фэнтези с демонами и ведёт свой рассказ."
Всё.
Больше не надо.

Ну не надо так не надо, не сложился наш роман ))) Задумались бы хоть на минуту: человек полтора факинг года тратит по 15-20 часов в неделю на перевод этой книжки, наверняка уже много всяких мыслей по её поводу передумал. А не, неинтересно.
Rats

Это не компромисс "я конечно хочу хаоса но не столько!" а "я конечно хочу хаоса, но могу немного потерпеть и потом будет в двое больше хаоса!"
Вдвое с каких масштабов? Они вроде хотят хаоса всего. Но почему-то делают в ограниченных масштабах и даже, наоборот, ваяют иногда порядок для слуг. Юристы как пример. Не выглядят как изодранные бомжи с улицы.
kstoor
Вы же ведь не утрируете или не издеваетесь, верно? Причем здесь перевод? Про сам роман
вообще напротив. Сказал же, Пакт намного круче чем тот же рудазовский. Я просто озвучил досаду с демонами и типичными правил фэнтези. Это никак не сбавляет градус того накала, что творится с Блэйком. А то, что с ним творится - гораздо круче ангста даже у Дрездена.
Сейчас читаю, как его повязали в участок. Сколько там диалогов, экшена, напряжения и накала, что за голову хватаешься. ТАКОГО у Хомяка нет, даже в глобальных сражениях.

Да и вполне возможно, что потом обоснуй будет. Ведь перевели то едва ли треть романа, а там ещё сиквел лежит, так что...
Показать полностью
Eterni
Они используют разум что бы причинить Больше разрушения. Она укладают пакты что бы искушать людей. Они создают террористические ячейки что бы нести в тысячи раз больше разрушения.
Ты предлагаешь пытаться договорится с ребятами чье конечная цель прямо противоположна твоей.
Ты пытаешь найти баланс с существами которые пытаются найти как можно больше хаоса. Да они разумны но пока ты пытаешь с ними договорится они пытаются тебя наебать. Ты можешь договорится с гоблинами которые любят бардак и срачь или с завоеванием который само завоевание на предмет захвата того или иного. Потому что они хотят жить в Мире, по этому с ними можно жить в мире.
Демоны жить в Мире не хотят, они хотят этот Мир сожрать с концами, даже если демон знает что у нго конкретно это не выйдет он попытается максимизировать урон, даже если знают что им это не выгодно, даже подыхая он попытается поднасрать максимально.
Да в теории ты можешь с ними договорится на взаимо выгодных условиях, они тебе силу ты им разрушение. Но в конечном итого их конечная цель уничтожить все по максимуму. В отличии от демонов вахи или гоблинов которых прикалывает сам процесс, у этих Демонов есть великая цель, Великое Зло, все разьебать и по пути уменьшения энтропии или баланса они идти не захотят.
Показать полностью
Eterni
Черт да че уж там говорить что Демоны несут непоправимый урон самой Реальности мать вашу. И сама вселенная их не очень жалует. И само взаимодействие с ними несет плохую карму! И они распространяют вокруг себя порчу, как долбаную мать вашу радиацию которая заражает все и всех и вся и другие Иные это чувствуют и такие "Фи..".
Thunder dragon
Опять по кругу. Ещё. Раз. *Как сказал один человек из Один Дома 2 "Я могу продолжать вечно, детка"*.
Большие и единожды или бесконечные и чуть меньшие? Они хтоники или разумные?
Если первое, на подобие Орниаса и таки могут причинять масштабные разрушения на примере одного лишь беса, зачем им заключать Пакты?
На примере с юристами они доказали организованность и возможность создания. А раз могут создавать и делать уступки - зачем им вообще большие разрушения, когда можно растянуть процесс на бесконечно малые, если для них это как потребность к выживанию для человека? Если их цель - полный конец света, зачем люди с ними общаются? Зачем демоны с другими общаются? Если разум направлен на компромисс, почему не использовать далее?

Ты предлагаешь пытаться договорится с ребятами чье конечная цель прямо противоположна твоей.

Тоже самое, что тёмные по отношению к светлым в Дозоре. И ведь там таки договаривались.

Ты пытаешь найти баланс с существами которые пытаются найти как можно больше хаоса. Да они разумны но пока ты пытаешь с ними договорится они пытаются тебя наебать.
И по новой. Если все демоны лгут, то зачем им тогда вообще договариваться? Зачем им вообще разум? Зачем другие с ними общаются? Каким образом вообще заключают пакты? Зачем им одевать в костюмчик юристов? Собственно на примере юристов же и видим что демоны не всегда врут, а даже способны на конструктивность и сотрудничество со смертными, на примере гоблина - даже на повиновение. Для хаосита это как-то не очень деструктивно. Те же ваховские демоны не настолько были организованными, но и олицетворяли эффект созидания под стать своей стихии, от чего у них были частые междоусобицы, а войска превращались в варбанды. Здесь же видно очень много способов по договору с демонов, и далеко не от всех веет обманом. Иначе бы даже Цирюльника не заводили.

Демоны жить в Мире не хотят,
Но прикол в том что они ЖИВУТ. Они МОГУТ ЖИТЬ. Ради разрушения да, но они могут идти на компромисс. У них есть это свойство.

Да в теории ты можешь с ними договорится на взаимо выгодных условиях, они тебе силу ты им разрушение.
Так почему не создать организацию дальше? Почему другие боятся демонов, когда с ними МОЖНО договориться!? Вот вы же сами сказали же, ну. Сказать где можно разрушать, как с торговцем.

Но в конечном итого их конечная цель уничтожить все по максимуму.
Тогда зачем с ними договариваться? Зачем им разум? Зачем знания? Зачем вообще договоры, организации на примере юристов? Вы ведь понимаете, что, чтобы уничтожить мир, нужна не организация, а несколько водородных бомб или чего-то подобного? Я уже не говорю, что они, вопреки своей природе, опять же, способны и создавать. А раз так, то на воплощение и суть разрушения уже не так сильно тянут, а значит склонны выбирать, искажать и подавлять свою суть. И все эти речи "ууууу они страшные и могущественные демоны ууууу, с ними нельзя договориться, ууууууу, но да с ними можно договориться, но только ради разрушения, уууууу, при этом они хотят разрушить всё, уууууууу" просто вступают между собой в противоречие как в противоречие их действий и суть.

баланса они идти не захотят.
Но они ИДУТ. Получается что мало ли что они там хотят, не хотят. Главное они считаются с другими и чаще делают то что надо, а не то что хотят, на примере существования организации. Но так зачем им вообще к единой сути абсолютного Великого Зла "ууууууууу"?

Thunder dragon
Знаете, непонятно тогда как они вообще сформировались и имеют тело, если они на столько разрушительные, что они не только общаются с людьми, не только имеют знания, тело, но и ещё могут договариваться, подчиняться и строить пакты? У них даже собственная природа идёт в противоречие между собой. Что уже десятки раз это говорил.

Ну? Ещё по кругу?
Показать полностью
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх