↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Пакт (джен)



Переводчики:
Оригинал:
Показать / Show link to original work
Бета:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Мистика, Экшен
Размер:
Макси | 2189 Кб
Статус:
В процессе
События:
Предупреждения:
Смерть персонажа, Насилие, Нецензурная лексика
 
Проверено на грамотность
Блэйк Торбёрн, который был вынужден бросить дом и семью, чтобы избежать свирепой драки за наследство, возвращается к постели умирающей бабушки, которая сама и спровоцировала грызню среди родственников. Блэйк обнаруживает себя в очереди за наследством, включающим в себя имение, уникальную коллекцию литературы о сверхъестественном, а так же множество врагов бабушки, которые она оставила в небольшом городке Якобс-Бэлл.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Обвинение 5.02

— Снимай ботинки, — потребовал полицейский.

— Чего?

— C ботинками и ремнями нельзя.

Скорчив кислую мину, я снял ботинки. Их я получил от юристов перед возвращением в Торонто, когда потерял свои собственные. Задрав рубашку, я продемонстрировал отсутствие ремня.

Коп задвинул железную решётчатую дверь на место. Её лязганье влилось в общую какофонию разговоров, выкриков и пьяных завываний.

Меня поместили в последнюю из длинного ряда камер. Во многих ячейках по соседству находилось от трёх до пяти человек, но моя собственная и камера напротив были пусты. В конце коридора стоял одинокий стол со стулом. Полицейский поставил мои ботинки на стол, а сам расположился на стуле.

Я поглядел на Эвана, потом на полицейского.

— Никак не выбраться, — прошептал Эван, в своём режиме воспроизведения старой записи.

Шептать было не обязательно. Никто его не мог ни слышать, ни видеть.

— …Надо уходить, — сказал Эван, будто обращаясь к самому себе.

В его речи был пропуск, потому что он не мог воспользоваться частью своего сознания, связанной со словом «тебе». Он слишком долго пробыл в одиночестве. Потом он это слово использовал — возможно, получал доступ к воспоминаниям, когда оказывался ближе к собственному телу, — но в данный момент у него это не получалось.

Я не мог ему ответить, не хотел, чтобы коп подумал, что я разговариваю сам с собой.

Вместо этого я поскрёб одну из ссадин на руке, чтобы вызвать кровотечение. Потом уселся на койке, нагнулся вперёд, сделав вид, будто поправляю носок, и начертил кровью тонкую линию между собой и копом.

Связь между ним и мной была разрушена.

Но ничего не произошло. Он оставался там же, где и был, не обращая внимания на подначки и жалобы со стороны остальных сидельцев. Судя по их запаху и манерам, это были в основном алкаши, так что шума и жалоб от них было куда больше обычного.

Я ждал, пытаясь придумать, что ещё предпринять. Мне нужно было воспользоваться выпавшей возможностью перевести дух.

Полицейский отхлебнул кофе, скривился и поднялся с места со стаканом в одной руке и с моими ботинками — в другой.

Даже не взглянув в мою сторону, он направился к двери на противоположном конце коридора. Шум и гам сопровождали его до самого выхода, однако стихли, как только дверь, расположенная далеко вне поля моего зрения, захлопнулась.

У нас появилось время для разговора.

— Беда? — спросил Эван и мигнул. — …сделал что-то не так?

— И да, и нет, — пробормотал я. — Они думают, что это я тебя убил. С этим меня просто подставили. Насчёт всего остального… это в основном из-за моей семьи. У моей бабушки была дурная репутация, и я её унаследовал. Если можно так выразиться.

— Ясно.

— Тебе не обязательно здесь быть, — сказал я, едва различая собственный голос в шуме, доносившемся из других камер. — Не обязательно оставаться со мной. Ты мне и так помог с Гиеной, ну, с тем волком. А тут проблемы исключительно мои собственные.

— Тебе не нужна моя помощь?

— На самом деле нужна, — ответил я. — Только я не хочу тебя заставлять. Не хочу, чтобы ты помогал из-за того, что у тебя нет выбора, или потому что… в общем, не знаю.

— Ладно, — сказал Эван. — Я… я…

Я ждал.

Он вроде бы пришёл в себя. И негромко заговорил:

— Моё тело. Будут резать какими-то штуками, когда я умру…

— Что? — переспросил я.

— Прямо сейчас, — смена кадра. — Прямо тут.

— А, точно, — сказал я, откинувшись на койке. — Ищут улики, а потом делают вскрытие. Ты… ты слабеешь?

— Нет.

— Это хорошо, — сказал я.

— Мама и папа. Я… — перебивка, — …не хочу… — снова перебивка, — … моим маме и папе.

— Не хочешь?

— Пожалуйста. Я… помощь пришла. Спасибо.

— Ты мне и так уже помог с Гиеной. Ты ничего, абсолютно ничего мне не должен, понимаешь?

На какое-то время он замолчал. В помещении по-прежнему стоял гвалт. Один парень, следуя какому-то странному ритму, выкрикивал ругательства. Бездомный, и, видимо, не в своём уме. Натерпелся, бедолага.

Когда Эван снова заговорил, его голос звучал более сосредоточенно, более цельно, чем минутой раньше. Похоже, его силы пополнялись.

— Ты меня нашёл. Я не могу пойти домой.

— Почему нет? То есть… я понимаю, что ты не можешь идти домой в обычном смысле, но… разве ты не можешь побыть какое-то время с мамой и папой?

Вместо прямого ответа он вновь повторил фрагмент какой-то старой сцены:

— Я… это я виноват.

— Не стоит себя винить за то, что сделала Гиена.

— Я потерялся. Я что-то видел… кого-то… пошёл посмотреть, и меня запутало, — прошептал Эван.

Мне захотелось взять его за плечи и слегка встряхнуть, чтобы придать своим словам побольше убедительности.

— Ты в этом не виноват, — сказал я. — Тебе не за что себя винить, понятно?

Он замер совершенно неподвижно. Ничего похожего хотя бы на вдох.

— Когда я был помладше, — начал я, — не таким маленьким, как ты, просто помладше… я сбежал из дома. Из-за этого со мной тоже случилось много всякого плохого. И я тоже себя в этом винил.

Он всё ещё сохранял неподвижность.

— Не помню, может, я уже говорил это, но… в общем, я хочу сказать тебе две вещи, только никак не решу, с которой начать. Я в этих делах не очень силён. Хм. Короче, когда хочешь заниматься магией, ну вот как я, то есть одно правило. Никогда нельзя говорить неправду. Иначе случится что-то плохое. Понимаешь?

Эван кивнул.

— И ещё одно. Мне кажется, об этом я никогда вслух не говорил. Даже самому себе. И я на самом деле не уверен, что это вообще стоит говорить, потому что, возможно, это против правил, и произойдут плохие вещи…

— Не… не обязательно.

— Эван… никто из нас не должен чувствовать себя виноватым. Плохие вещи, которые с нами случились, произошли не по нашей вине, понимаешь? А если ты будешь говорить, что это ты виноват, то это будет одновременно означать, будто ты говоришь, что это именно я виноват в том, что случилось со мной. Потому что тебя всё-таки заманили, а я-то решил убежать сам, по собственной воле.

— Нет, — сказал Эван.

Такого ответа я не ожидал.

— Не делай так, — сказал он. — Я… слушаю… это… я очень устал.

Он слабеет? Похоже, мои увещевания отнимали у него силы.

— Эван, ты можешь двигаться дальше. Я официально заявляю: твой долг передо мной выплачен.

— Я не… не могу. Я хочу… — он осёкся.

— Эван?

Он упрямо потряс головой.

Ему некуда было пойти. Он не мог находиться рядом со своим телом, чувствовал себя слишком виноватым рядом с родителями и не хотел двигаться дальше.

— Хорошо, — сказал я. — Допустим. Не уверен, что правильно тебя понял, но…

— Я не хочу умирать, — сказал он. Отозвался эхом из прежней памяти. — Не хочу умирать вот так.

«Но ты ведь и так уже умер».

А может, уход в посмертие — это следующая ступень смерти?

Он выживал на голом упорстве. Сражался, лишь бы не умереть в одиночестве, безвестно, вдали от всех.

Было похоже, что это стремление, это упорство стали его неотъемлемой частью. И, вероятно, теперь он их применял по отношению к той великой неизвестности, что ожидала его впереди.

Ладно, довольно об этом. У меня хватало куда более насущных проблем, чтобы ломать голову над тем, как отделаться от единственного помощника, который у меня оставался.

— Хорошо, Эван, — пробормотал я. — Так ты мне поможешь?

Он кивнул.

— Спасибо. Дело вот в чём. У меня что-то вроде задания. Гиена была вторым из трёх монстров, которых мне нужно обезвредить. У меня есть время до полуночи, чтобы связать третьего и кое-куда его доставить. Мои враги об этом прознали и сделали так, чтобы меня обвинили в твоём убийстве.

Он опять кивнул.

— Я могу использовать магию. Не слишком сильную, но могу. У моих врагов магия сильнее. Они заперли меня здесь и собираются держать, пока не кончится отпущенное мне время.

— …нужно уходить, — прокомментировал Эван.

— И лучше всего так, чтобы копы от меня отстали, — добавил я. — Чтобы я мог вернуться к своим друзьям, когда закончу со всеми делами и разговорами.

— …Хочу домой, — отозвался Эван эхом из прежней памяти.

— Точно, — подтвердил я.

— …что …нельзя домой, — проговорил мальчик.

О чём он мне пытается сообщить?

Да нет же. Я просто неправильно распознал его интонацию. Он хотел задать вопрос. Что, если нельзя будет пойти домой?

— Если домой идти будет нельзя, если мосты будут сожжены и выхода не останется… думаю, я буду согласен и на то, чтобы просто убраться отсюда подальше.

Он кивнул.

— Но мне бы этого не хотелось. В смысле, жить в бегах.

— Это точно, — подтвердил Эван.

— Против моих уловок у врагов наготове фокусы посерьёзнее. Они могут управлять временем, а я, честно говоря, не особо представляю, как это работает, когда они не проводят больших ритуалов.

— Понял, — сказал Эван.

— Ты не мог бы для начала разведать местность? — попросил я. — Только не попадайся на глаза полицейскому… есть тут один такой, с чёрной шевелюрой. Тот, который надевал на меня наручники. Помнишь его?

— Ага.

— Нужно определить пути отхода, выявить места, которых следует избегать, найти, где можно спрятаться от копов, да и просто разузнать, где что находится, чтобы я смог как-то ориентироваться.

— Хорошо.

Сказав это, Эван исчез.

Мне требовалась помощь. Одного Эвана было недостаточно.

Вызвать Фелла или Завоевателя я не мог, ведь мне, скорее всего, пришлось бы за это расплачиваться.

Может, позвать Рыцарей?

Я уселся на край койки, положив руки на колени, и уставился на бетонный пол. Он был покрыт влажными разводами коричневого и ржаво-красного цвета.

Вряд ли это была вода.

— Рыцари из Подвала, — позвал я. — Рыцари… Рыцари… Рыцари…

Я намеревался попробовать остановить тварь, разрушившую их жизни. Я уже одолел одно чудовище, и они об этом знали. Они ведь потом даже подвезли меня к Эвану, чтобы я мог спросить его, не хочет ли он стать моим фамильяром.

Я с ними ни о чём не договаривался, — потому что не хотелось заранее просить об одолжениях, которые могли и не пригодиться, — но на случай, если бы дошло до ритуала фамильяра, мой план состоял в том, чтобы попросить у них книги или совет.

Я понял ещё кое-что. Прямо сейчас имело смысл воспользоваться любыми одолжениями, которые они готовы будут мне оказать.

При удачном раскладе они смогут добраться до полицейского участка, поймут, что произошло, и придумают план действий.

При менее удачном раскладе они приедут сюда, решат, что я для них не настолько важен, и отправятся назад.

— Рыцари… — продолжал бубнить я. — Рыцари из Подвала… Ник с дробовиком, сын Дробовика, Рыцари Торонто…

Я повернулся и улёгся на койку.

До чего же я был обессилен. Вымотан.

На мгновение я ощутил острый приступ тревоги. Это было похоже на чувство падения, которое иногда возникает, когда лежишь в кровати на грани сна. А что если мной манипулируют? Что если я под заклятьем?

Я проверил свои связи, но ничего подозрительного не обнаружил.

Тогда я закатал рукава и осмотрел татуировки.

Они всё ещё оставались бледными, но фон выглядел ярким. Никаких признаков, что на меня или на татуировки действует что-то подозрительное.

Я расслабился и опустил голову на чересчур тонкую подушку.

— Рыцари… — снова забормотал я. — Рыцари…

Сил на то, чтобы бодрствовать, у меня уже не оставалось. Я заплатил цену, отдал кровь, несколько часов бегал по лесу, и мои силы, даже с учётом подпитки от Роуз, иссякли. Внутренний искуситель подсказывал, что меня всё равно разбудят, как только прибудет адвокат или кто бы то ни было ещё. И раз уж я собираюсь с кем-то сражаться, нужно так или иначе восстановить силы до наступления завтрашнего дня. И если мне вообще доведётся поспать перед встречей с демоном, то почему бы не использовать имеющееся время, которое иначе пропало бы впустую?

Последняя мысль перед тем, как меня унёс сон, была о Роуз. Если уж даже мой указатель топлива на нуле, то каково приходится ей?


* * *


«Блэйк Торбёрн!»

Я резко сел, чуть не разбив лоб о верхнюю койку.

Связи.

Целый пучок, тянутся снаружи. Одна из них подходит ближе и легонько касается меня.

«Блэйк Торбёрн!»

Кто-то снаружи произносил моё имя. Связь с ним выглядела самой сильной. Я предположил, что это Ник. Тот мужик с дробовиком, предводитель Рыцарей.

— Парень с дробовиком, — позвал я. — Ник.

Я ощутил, как связь становится прочнее. Он каким-то образом отреагировал на призыв.

Определяет моё местоположение?

Я огляделся вокруг.

Эван сидел в углу.

Копа за столом не было. Противоположная камера оказалась теперь занята двумя довольно растрёпанными девицами в потёках туши на вспотевших лицах. Обе дрыхли, не обращая внимания на шум, доносившийся из других камер. Сейчас воплей оттуда было меньше, в основном разговоры. Одна из девиц громко храпела.

— Извини, Эван, — пробормотал я. — Не собирался заставлять тебя ждать…

— …устал, — ответил он после короткой заминки. — Надо поспать. Я не могу спать. Устал… мне спать не дают.

— Я что-нибудь пропустил?

Он помотал головой.

— Разорвут меня, когда я умру…

Я не сразу сообразил, что он имеет в виду. Он ведь говорил то же самое и до того, как я заснул. Судя по всему, они закончили с его вскрытием.

— Прости меня, — сказал я. — Прости, что не дождался тебя, чтобы немного отвлечь от этого…

— Разорвут меня… я устал…

— Понимаю, — ответил я. Его тело теперь было повреждено ещё сильнее, а ведь оно являлось своего рода якорем, который удерживал его здесь.

Один из Рыцарей вошёл в здание и направился к дежурному на входе.

— Эван. Может, станет лучше, если я дам тебе одно поручение?

Он кивнул.

— Там внизу есть дежурный. Один мой... хм… мой коллега сейчас к нему направляется. Сгоняй туда, посмотри и послушай, будут ли они обо мне говорить. Если сразу не найдёшь, возвращайся сюда, я попробую указать верное направление. Узнай всё, что сможешь, и сразу назад, хорошо?

Он кивнул и исчез, пройдя сквозь стену.

— Отличная работа, — сказал я ему вслед. — Спасибо.

Моё внимание к окружающей обстановке резко активизировалось. Каким-то образом я смутно ощутил, что снаружи уже светит солнце.

Я проспал весь остаток ночи. Теперь предстояло действовать в условиях цейтнота. У меня оставалось самое большее шестнадцать часов.

Шестнадцать часов. Блядь.

Предстояло решить слишком много проблем. Как защитить себя от чего-то способного пожирать саму реальность? Как связать эту тварь?

Как мне вообще отсюда выбраться?

Как помочь Роуз? Достаточно ли для этого выполнить поручения Завоевателя и вежливо его попросить?

Удастся ли вернуться к обычной жизни? Сохранить связи с Джоэлом, Алексис, Таем, Тиффани, со всеми остальными? Вернуть свой мотоцикл?

Рыцари были уже рядом. Оставалось надеяться, что они как-нибудь да помогут. Пока что я сидел здесь, запертый в клетке. И не просто запертый. Мне было отлично известно, что Дункан Бехайм оставался где-то неподалёку. Готовый строить козни и срывать мои замыслы.

Успел ли он подготовить какие-либо планы и контрмеры, пока я спал?

Чувствовал я себя отлично. Даже чересчур отлично.

Я принялся вышагивать взад-вперёд по камере, пытаясь решить хотя бы часть проблем, но их было столько, что в голове они сливались в одну сплошную неразбериху.

Изменившийся шум подсказал мне, что к нам кто-то приближается. Некоторые разговоры стихли, другие выкрики стали громче.

Это оказался Дункан.

— Доброе утро, — сказал я, напрягшись в ожидании, что он сообщит мне, что уже давно день.

— Доброе утро. Ты, выходит, ранняя пташка?

— У меня гости?

— Твой адвокат. И ещё у нас появился свидетель.

— Обалдеть, — сказал я. — Не думал, что тебе разрешено со мной беседовать.

— Судя по всему, моё начальство этот вопрос больше не беспокоит, — сказал он, слегка улыбнувшись.

— Вот как.

Секунду спустя он отпер дверь. Насторожившись, я вышел в коридор.

Почему он не выглядит встревоженным? Неужели человек внизу не из числа Рыцарей?

Мы прошли мимо ряда столов и сотрудников полиции, сидящих за офисными загородками. Мне удалось разглядеть время в углу экрана компьютера. Девять утра.

Меня отвели в комнату для допроса и усадили на то же место, что и вчера. Он запер дверь снаружи.

У меня не было способа следить за временем. Эван так и не появился, и я опасался, что он вернётся в камеру и обнаружит, что меня там нет.

Не стоило бы ему приближаться к Дункану Бехайму.

Сидеть без движения, взаперти, в ловушке было просто ужасно… это я ненавидел, пожалуй, больше всего на свете. Я ведь когда-то даже сбежал из дома в попытке спастись от давления, которое было очень похожим на то, что я испытывал сейчас.

У меня скрутило живот от одной только мысли, что меня могут отправить в тюрьму, где мне придётся каждый день чувствовать то же самое, зная, что до выхода на свободу ещё десять или пятнадцать лет.

Я осознавал, что эти мысли были результатом психологического давления, манипуляций, направленных на то, чтобы выставить меня виновным, поставить в ситуацию, где я мог бы совершить ошибку. Таких же манипуляций, как нарушение моих личных границ во время допроса в предельно маленькой комнатушке.

Всё это я отлично понимал, но отрешиться от этой ситуации всё равно было нелегко.

Ещё хуже было то, что каждая секунда, проходящая здесь, уменьшала время, доступное мне сегодня ночью, время, которое могло понадобиться на связывание абстрактной твари, малого демона.

Мне показалось, что с момента выхода из камеры до мгновения, когда дверь наконец открылась, прошло не меньше часа.

— Доброе утро, мистер Торбёрн, — поздоровалась миссис Харрис.

— Доброе утро, мэм, — ответил я. — Спасибо, что пришли.

— У меня нет особого выбора, но всё равно спасибо, — ответила она. — Надеюсь, ради твоего же блага, сегодня ты сможешь больше рассказать полиции.

— Собираюсь воспользоваться своими правами, — сказал я.

— То, что они у тебя есть, не означает, что тебе обязательно ими пользоваться, — заметила она.

Следом за ней в дверь вошли Дункан и Макс. Я заметил, что в смежную комнату, отделённую односторонним зеркалом, гуськом тянутся люди.

Я не вполне понимал, что происходит.

— Несколько вопросов, с твоего позволения, — произнёс Макс.

— Вопросов?

— Всё в порядке, — успокаивающе произнесла миссис Харрис. — Отвечай настолько полно, насколько сможешь.

— Посмотрим, — ответил я. — У меня всё ещё есть право хранить молчание?

— Раздел одиннадцать, — ответила она. — Да, у тебя по-прежнему есть все права, предусмотренные законодательством. Здесь ничего не изменилось.

Эван прямо сквозь стену вошёл в комнату и остановился возле меня.

Сейчас он выглядел более отчётливым. Возможно, мы находились ближе к его телу?

Он увидел Дункана, сидящего у дальнего края стола, и расширил глаза. Воспроизводя одну из сцен, произошедших в лесу.

— Всё в порядке, — сказал я. — Хорошо. Давайте приступим.

Я поглядел на Эвана.

— Давайте все начнём.

Он остался на месте.

Я заметил, что Дункан слегка нахмурился.

— Вчера вас попросили отправиться в лес. От кого исходила просьба?

— Женщина сказала, что ты ходил туда по просьбе её семьи, — подсказал Эван.

Постойте, что?

Она солгала?!

— Насколько я помню, я отказывался отвечать на этот вопрос? — сказал я.

Мне нужно было время для размышлений.

— Возможно, ночь в камере могла помочь тебе изменить своё мнение? — заметил Макс.

Я нарочито вздохнул.

— Семья из придорожного магазина на окраине попросила им помочь. Я вроде помню пару имён, но они вам ничего не скажут.

Дункан снова отреагировал — нахмурился ещё больше.

— А поподробнее? — спросил Макс.

— Дайте подумать… — сказал я.

— Я хотел спросить у них совета, насчёт одного дела, с которым рассчитывал справиться сегодня… и до сих пор рассчитываю, если представится такая возможность. Я… точно не знаю, что с ними произошло. Знаю, что они потеряли кого-то из близких. У сына того парня, с которым я разговаривал, вроде бы пропала подружка, так? Они не вдавались в подробности.

Сегодня моя голова соображала не в пример лучше, чем накануне вечером.

И у меня появилось преимущество, от которого Дункан, судя по его виду, был не в восторге.

Вопрос был в том, как извлечь из этого максимальную выгоду.

Все они смотрели на один и тот же лист бумаги.

— А что вообще происходит? — спросил я, пытаясь выиграть время перед следующей серией вопросов.

— Кое-кто сообщил факты, свидетельствующие о твоём алиби, — ответила миссис Харрис. — Мы должны убедиться, что все детали совпадают.

— Хорошо, — сказал я. — О чём вы хотите спросить?

На этот раз заговорил Дункан:

— Прошлым вечером ты дал нам основания думать, что видишь демонов и гоблинов…

— Я такого не говорил, — ответил я.

— Ты отвечал на все наши вопросы, но категорически отказался сотрудничать, когда речь зашла об этих вещах, — настаивал Дункан.

— Нельзя ли вернуться к теме моего алиби? — попросил я.

— Не понимаю, какой во всём этом смысл, — поддержала меня миссис Харрис.

Дункан не обратил на её слова ни малейшего внимания.

— Мистер Торбёрн. Считаете ли вы, что группа людей, с которыми вы беседовали прошлым вечером, каким-либо образом связана со сверхъестественными силами?

— А вы? — спросил я в ответ.

— Не стоит быть агрессивным, — вмешалась адвокат.

— Да или нет? — настаивал Дункан.

— Думаю, что они…

— Да или нет? — перебил он.

— И кто тут агрессивен? — риторически вопросил я.

— Вы только усложняете своё положение, — покачала головой адвокат.

«Да иди ты к чёрту!» — мысленно пожелал я. Позволить Дункану управлять ходом беседы я не мог, поэтому продолжил говорить, с трудом сдерживая эмоции:

— Эти люди говорили что-то насчёт настольных игр. Типа Подземелья и Драконы, или Жребий Шелкопряда, а может это как-то связано с доской Уиджа. Я точно не знаю. Но, наверно, да, если понимать в широком смысле. Да, если так стоит вопрос.

— У вас имеются ещё какие-либо связи со сверхъестественным, мистер Торбёрн? — снова спросил Дункан Бехайм.

— Да что за вопросы такие? — возмутился я. — Мне казалось, мы собирались обсудить моё алиби.

— Я подозреваю, что смерть юного Эвана Матье включает сверхъестественную или якобы сверхъестественную составляющую…

— А вы, значит, верите в подобную белиберду? — перебил я.

— Тихо! — довольно-таки агрессивно прикрикнул Макс.

— Я полагаю, что заблудшие подростки способны иногда увлечься подобной чепухой, и в итоге это может причинить вред ничего не подозревающим посторонним лицам, — ответил Дункан. — Мы провели обыск у вас в квартире и обнаружили ритуальные изображения на одежде и по периметру помещения.

Вот же блядь.

Однако сегодня я соображал гораздо лучше, чем прошлым вечером. До такой степени, что это вызывало беспокойство. У меня имелся всего один существенный источник силы, и ей всё это могло выйти боком.

— Большую часть того, что вы увидели на полу, сделали мои друзья-художники, а не я сам. Владелец квартиры может вас с ними связать, если потребуется.

Если Дункана это и сбило с толку, то вида он не подал.

— А что насчёт одежды?

— Мои. Друзья. Художники, — раздражённо отчеканил я. — Мы иногда валяем дурака. Ставим эксперименты. Когда я наклеил на стены осколки зеркала — никто и глазом не моргнул. Вот такой вот я. И мои друзья такие же.

— Не уверен, что они до сих пор твои друзья, — заметил Дункан. — Похоже, их по-настоящему расстроили новости о том, что ты арестован за убийство ребёнка.

Я застыл на месте.

— Предлагаю вернуться к теме алиби, — сказала адвокат, словно заметив мою реакцию и решив прийти мне на помощь. — Мы сможем перейти к этим вопросам позже. Если у него были основания находиться там, где его вчера обнаружили, то обвинение становится весьма шатким.

— Находясь в магазине, ты перекусывал, — продолжил Макс. — Чем именно?

— Сэндвичем и колой, — немного рассеянно произнёс Эван.

— Сэндвичем и колой, — ответил я.

— Владелец магазина оказал тебе помощь, — спросил Макс. — Что он тебе дал?

— Цепь, — сказал я. — И ещё подвёз пару раз, в том числе подбросил до парка, где вы меня и обнаружили.

— И советы, — подсказал Эван.

— И ещё дал мне кое-какие советы, — дополнил я.

Макс и адвокат обменялись кивками. Дункан снова нахмурился.

Он залез в карман, и я увидел, что теперь в руке у него маленький пакетик соли. Бумажный, из тех, что дают в кафе.

Я не стал дожидаться, пока он что-нибудь выкинет. Единственным Иным в комнате был Эван. Я взглянул на него и сделал жест рукой.

Он удалился сквозь стену.

— Интересно, какого рода совет они тебе дали? — полюбопытствовал Дункан.

Насчет рун? И абстрактного демона?

Сказать об этом вслух я не мог.

— Кое-что по поводу проекта, который я должен сегодня закончить, — ответил я. — Пару советов насчёт языка…

— Какого именно проекта? — спросил Дункан.

Блядь.

— Это как-то связано с алиби? — поинтересовался я.

— Возможно, — ответил Дункан.

Я бросил взгляд на адвоката, но та не спешила вмешаться.

Я бы не отказался сменить адвоката, лишь бы тот не был таким бесхребетным. Мне нужен был человек, способный меня поддержать, а не беспомощно наблюдающий за моими попыткам оправдать себя и не дать Дункану увести разговор в сторону.

— Честно говоря, — ответил я, — всё это довольно-таки сложно, и на то, чтобы всё как следует объяснить, уйдёт куча времени. Но если говорить по существу, мне кажется, что мне не следует распространяться о деталях, связанных с этим проектом, и на то есть несколько причин, например…

— Ты уходишь от вопроса, — обвинил меня Дункан.

Он сбил меня с мысли. Мне и без того было достаточно сложно подбирать слова так, чтобы избегать прямой лжи.

— Например, потому, что я выполняю поручение одной очень… эксцентричной персоны.

— Кого именно? — снова перебил меня Дункан.

— Очень влиятельной эксцентричной персоны, которая, вероятно, не будет рада вниманию, если я раскрою вам её личность.

— Почему? — продолжал давить Дункан.

Я решил, что это мой шанс, но в попытке объединить ответ на вопрос со встречной атакой несколько дал маху.

— Он тот, кто он есть, — сказал я. — Это связано с…

— «Он тот, кто он есть»? — переспросил Дункан. — Что это вообще за ответ?

— …связано с домом, — продолжал говорить, пытаясь не слушать его голос, — который я унаследовал. Тем самым домом, из-за которого ваш дядя, инспектор Бехайм, устроил мне целую кучу проблем. Лейрд Бехайм, шеф полиции в Якобс-Белл. Я полагал, вам не разрешается здесь присутствовать?

Как только я затронул эту тему, стало заметно, как окружающие связи содрогаются, дёргаются и всё же не могут сдвинуться с места. Мои связи с ним, его связи с комнатой. Они были скованы чем-то прочным, отливающим золотом. Он что-то предпринял, лишил их возможности меняться.

Никто будто и не заметил моих вопросов. Всё оказалось без толку. Я словно пытался сдвинуть с места кирпичную стену.

— Оставим это, — пренебрежительно заметил он. — Скажите, мистер Торбёрн, Эван Матье говорит с вами?

— Вы опять об этом?

— Я не получил ответа на свои вопросы, поэтому вынужден их повторить.

— Насколько я понимаю, — ответил я, — вы хотите знать, почему я оказался там, рядом с телом. Меня попросили туда отправиться. И вас попросили о том же самом. Те, кто…

Он снова перебил меня очередным вопросом:

— Верно ли, что Эван Матье разговаривает с вами? Вовлечены ли вы, мистер Торбёрн, в оккультные практики, включающие, например, беседы с умершими людьми или связывание демонов?

— Честно говоря, — спокойно ответил я, — не могу поверить, что вы всерьёз об этом спрашиваете. Вы так упёрлись во все эти сверхъестественные дела…

— То есть вы этого не отрицаете, — констатировал Дункан.

— …и при этом, — продолжал я, — вы являетесь племянником Лейрда Бехайма, а вот он как раз с чем-то подозрительным связан, а ещё он был обвинён в убийстве моей кузины, плюс…

Связи снова задрожали. Вроде бы посильнее, чем до этого.

— Но под допросом находитесь именно вы.

— Несмотря на то, что у меня есть алиби, — возразил я. — Так почему же я всё ещё здесь?

— Алиби в лучшем случае сомнительное, — сказал он. — Многое не получило объяснения, а женщина, которая пришла, чтобы свидетельствовать по вашему делу, отказывается назвать того, кто сообщил ей о происходящем.

— А вы не могли бы назвать имя человека, который вам посоветовал отправиться в то место, где вы меня нашли? — спросил я. — Я уже говорил своему адвокату, что от этого просто разит сговором…

Это была шаткая, надуманная претензия, в лучшем случае удар по касательной — но я не собирался тратить время впустую, а значит, следовало бить в его слабое место.

— …Сговором, который исходит от ведущего крайне сомнительные дела шефа полиции, который с помощью своего племянника пытается кое-кого в чём-то обвинить. Как такое вообще возможно?!

Миссис Льюис рассказывала мне о значении драматизма. Действия, сопровождающие заявление, могут оказать заметное влияние на его силу.

Поэтому на последней фразе я повысил голос и хлопнул рукой по столу.

С этим ударом оковы разлетелись вдребезги. Оковы, оплетавшие связи, тянувшиеся от меня к центру комнаты, Дункану Бехайму, моей камере…

Одна из связей вела... к нижней поверхности моего стула?

Так или иначе, третий раз решает всё.

Я увидел, как омрачилось лицо Дункана Бехайма, и в ту же секунду в одностороннее зеркало слева от меня постучали.

Дункан вышел за дверь. Мгновение спустя в комнату вошёл пожилой офицер полиции.

Они растеряны. Нужно этим воспользоваться.

— Какого хрена тут творится? — возмутился я.

— Пожалуйста, не нужно так выражаться, — сказал полицейский.

— У меня алиби, — я повернулся к адвокату. — Ведь так?

Та встрепенулась, будто очнувшись от дремоты.

— Не совсем.

— Вы по-прежнему основной подозреваемый, — добавил пожилой полицейский.

Но заговорил он не сразу, и вид при этом у него был слегка растерянный.

Возможно, это была отдача? Цена, заплаченная Дунканом Бехаймом, что-то вроде штрафа? Возможно, чувство долга побуждало полицейского оставить меня здесь, но весы, которые Дункан склонил на свою сторону, теперь качнулись обратно, помогая мне выйти на свободу.

— Нет, — ответил я, — думаю, вы хотите сказать, что я наиболее близок к статусу подозреваемого из всех, кто у вас есть. Но было ли это вообще убийством?

— Детали не разглашаются, — ответил он.

— Я всего лишь оказался в неудачном месте в неудачное время. Но у меня были причины там находиться. А вы занимаетесь здесь какими-то мутными схемами, запирая меня в одной комнате с парнем, дядя которого, как вам прекрасно известно, имеет какое-то отношение к истории с моей кузиной. Кроме того, наш разговор записывался, и, хотя мне никто об этом не говорил, я полагаю, что кто-то добрался до записи и значительная её часть пропала, не так ли?

— Довольно, — сказал пожилой полицейский, достаточно твёрдо, чтобы прервать мой монолог. — Здесь мы задаём вопросы, а не наоборот.

Я повернулся к адвокату.

— Имеют ли они право меня здесь задерживать, учитывая, насколько слабы их обвинения?

— При наличии подозрений вас имеют право задержать на срок до двадцати четырёх часов, — ответила она. — Если хотите, я могу связаться с королевским прокурором.

— Сколько времени это займёт?

— У них обычно очень плотное расписание. Полагаю, какое-то время потребуется.

Блядь.

— Сразу после обеда будет слушание о выходе под залог, — добавила адвокат. — Вы встретитесь с мировым судьёй и сможете подать прошение о выходе под залог или отказаться от него.

После обеда.

Даже если это сработает и я смогу где-то раздобыть залог, при том, что я обвинён в убийстве и меня оклеветали перед моими друзьями…

…Всё равно времени останется очень мало.

В конечном счёте всё сводилось ко времени. Мне нужно было как можно скорее выйти отсюда, и раз уж ветер попутный, стоило попробовать воспользоваться обстоятельствами.

Я нахмурился, разглядывая столешницу.

— У вас остались ещё ко мне вопросы ?

— Нет. Можете возвращаться в свою камеру.

— Но у меня же прочное алиби, не так ли? — возразил я.

— Нет, — возразил коп. — Женщина не пояснила, кто именно попросил их передать вам инструкции к действию. Я полагаю, что к исчезновению и смерти мальчика могут иметь отношение ваш сообщник или группа сообщников.

— Вы избегаете слова «убийство», — сказал я, увидев лазейку. — Так был ли он убит? Есть ли у вас какие-то улики?

— До тела добрались животные, — сказал полицейский. — Мы его осмотрели…

— Но хоть что-нибудь? Офицер Макс вроде бы…

— Инспектор Варгис, — с небольшим запозданием поправил меня Макс. Подобно всем прочим, он выглядел несколько растерянным.

— …Инспектор Варгис упоминал термин «разумные сомнения». Если во второй половине дня дело попадёт к мировому судье, поддержит ли он требование об аресте, или, увидев улики, выбросит его в мусор? Может, вы удерживаете меня назло? Потому что…

— Хватит, — прервал меня пожилой полицейский. Я оставался настороже, чтобы не упустить возможность вклиниться. — Возможно, обвинение будет снято. Однако я доверяю мнению инспектора Бехайма…

— Вы говорите о парне, который, скорее всего, действует в интересах своего дяди, — вмешался я. — И уже не первый раз.

— В данном случае… — раздражённо начал он.

— Может быть, всё-таки стоит связаться с королевским прокурором? — спросил я адвоката.

— Нет, — сказал пожилой коп, мотнув головой, словно пытаясь стряхнуть с лица паутину. — В этом нет необходимости.

— Нет необходимости? — переспросил я.

— На данный момент мы можем снять с вас все обвинения. Тем не менее вы по-прежнему нас интересуете как возможный свидетель или подозреваемый. Если появятся новые улики, вы можете быть повторно арестованы. Мы будем периодически с вами связываться.

Cердце затрепетало, но я попытался не подавать вида.

Я бросил взгляд на адвоката.

— Звучит приемлемо, — отозвалась она.

— Прекрасно. Мистер Торбёрн, примите наши извинения за это… хм… недоразумение.

— Хорошо, — сказал я, хотя и не собирался принимать никаких извинений.

Они открыли дверь комнаты для допросов и застыли на месте.

Я протиснулся мимо них к выходу.

Бехайм, опустив голову, стоял посреди коридора, его руки безвольно висели вдоль тела. Пальцы были заляпаны чёрными пятнами. Окружающие жались по углам комнаты, в ужасе уставившись на него.

Но куда больше меня обеспокоили стоявшие вокруг него духи.

Девочка, мать семейства и старуха, держащие в руках одну общую нить.

Серокожий гигант с повязкой на лице.

Жестяной человек с часовым механизмом вместо тела, голова которого вращалась, описывая полный круг, каждую секунду поворачиваясь на один и тот же угол, словно его чересчур длинный и острый нос играл роль часовой стрелки.

Старик, удивительно похожий на фамильяра Лейрда, но несколько более бледный и потрёпанный.

Дункан сжимал что-то в руке. Какой-то цилиндр.

Что это такое?

— …совершенно невменяем, сэр, — говорил кто-то в углу комнаты.

— Бехайм? — негромко, но твёрдо произнёс пожилой полицейский.

Бехайм пошевелился, и я понял, что за предмет у него в руке. Баллончик с краской.

Я увидел, что стена позади него, также как и дверь, и доска для объявлений, были покрыты чёрными линиями магической диаграммы.

— Блядь, — выдохнул я, оглядывая комнату в поисках каких-нибудь идей.

— Я не могу позволить тебе уйти, Торбёрн, — произнёс Бехайм.

Я увидел копа, держащего в руке стаканчик кофе, и кинулся к нему.

Выхватил стакан из его руки и метнул в направлении диаграммы.

Дункан Бехайм и окружающие его духи отреагировали, синхронно положив руки на элементы построения.

Он произнёс какую-то фразу на языке, который я не мог понять, а затем моё имя.

Стакан с кофе застыл в воздухе на полпути к построению.


* * *


«Блэйк Торбёрн!»

Я резко сел, чуть не разбив башку о верхнюю койку.

— Бляяяя! — протяжно заорал я в голос.

«Блэйк Торбёрн!»

Это Рыцари, там, снаружи.

А я опять в камере.

— Нет, нет, нет, — повторял я, поднимаясь. Мои возмущённые вопли сливались с криками постояльцев соседних камер. — Нет, блядь, сука, блядь, пиздец!

Все вели себя точно так же, как в первый раз, кроме одного-единственного человека.

Дункана Бехайма.

Я ощутил, как он приближается к женщине из числа Рыцарей. К женщине, которая была способна лгать. Затем они оба направились к остальным Рыцарям. Дункан завёл с ними разговор.

— Рыцари, — произнёс я. — Ник. Ник…

Связь исчезла, едва возникнув. Что-то её заблокировало.

Я не понял, был ли это сам Ник или Бехайм. Однако Рыцари направились к выходу.

Я чувствовал, как они уходят. Садятся в машину и уезжают.

Им угрожали, их отвлекли или просто отфутболили — понять было трудно.

Бехайм вернулся в здание.

Куда он направлялся?

Он остановился в одной из комнат, немного помедлил и пошёл в другом направлении.

Ярко вспыхнула связь между ним и Эваном.

Теперь он нацелился на призрака.

Я взглянул на сидящего в углу Эвана.

— Прости, что тебе пришлось ещё раз через это пройти, — сказал я. — Они… тебя вскрыли?

Выражение растерянности на его лице наглядно свидетельствовало о том, что он не помнил произошедшего за последние несколько часов. Но он всё равно ответил «да».

— Извини, — повторил я. — Получается, только я и Бехайм?

Он непонимающе уставился на меня.

— Не бери в голову, — сказал я. — Ты хотел, чтобы я дал тебе какое-нибудь поручение…

Он расценил это как вопрос и кивнул.

— Только я в некотором затруднении, — продолжил я. — Разве что… ты как, умеешь отыскивать вещи?

— Не особо.

— Ты же нашёл ограду. Наверно, и еды немного отыскал?

— Почти что ничего.

— Ладно… но у тебя по крайней мере хорошо получалось определять, где находится волк, верно?

Он кивнул.

— Я хочу, чтобы ты пошёл и поискал ещё кое-что. В этом здании могут быть духи. Не думаю, что это плохие духи. Возможно, среди них есть животные, но это будут неправильные животные в неподходящем месте. Другие духи могут быть связаны с предметами, например, с часами. Среди них есть гигант с закрытым лицом, три женщины в одинаковых платьях, держащие нить, механический человек с крутящейся головой и ветхий дед с длиннющей бородой. Понял?

Он кивнул.

— Один человек не сможет удержать их всех одновременно. Если мне удастся выйти из этой камеры и добраться до них первым… это может помочь. Обыщи здание, только держись подальше от полицейского с чёрными волосами, хорошо? Я окликну тебя по имени, если понадобишься.

Эван удалился. Дункан остановился как вкопанный, затем двинулся в ином направлении. В этот раз он избрал другую цель.

Я вышагивал взад и вперёд по камере, ощущая, как уходит время. Занять себя было нечем, оставалось лишь переживать из-за смутных догадок о том, что Дункан Бехайм, судя по всему, способен черпать силу своей семьи, своего круга.

Используя эту силу, он оказался способен вернуть меня к началу дня, отобрав шанс на победу.

— Вот же засранец, — бормотал я.

Девицы в камере напротив проснулись. Одна явно мучилась похмельем, а другая была всё ещё навеселе, хотя и продрыхла половину ночи.

Время, когда Дункан в прошлый раз явился за мной, уже миновало.

Причём давно.

Адвокат не появлялась. Её тоже как-то отвлекли.

Что-то подсказывало мне, что и к мировому судье мне попасть не светит.

Он сбил с пути всех, кто мог бы прийти мне на помощь. Если он отыщет Эвана, то и его скорее всего изгонит или отвлечёт, используя соль или другие способы связывания.

«Устроил мне ебучий день сурка, — подумал я. — Заранее расстроил все мои планы. Мудила».

Правило трёх. Он действовал по поручению Лейрда и использовал ресурсы Лейрда, чтобы превзойти меня. Сначала я оказался в полной жопе, однако затем мне удалось разрушить его несложные манипуляции со связями, троекратно испытав их на прочность.

Но эта петля времени…

Я готов был поставить коренной зуб на то, что он сохранил козырь для третьего захода. Чтобы одержать победу в третий, решающий раз, он выкатит всю имеющуюся тяжёлую артиллерию, ведь эта третья победа станет и третьей победой Лейрда и окончательно сотрёт меня из общей картины… Стратегия выглядела безупречной.

Невозможно было представить, какую форму примет его решающий ход. Возможно, он бросит на меня всех доступных духов и все резервы силы. А может, просто пристрелит.

Чёрта с два я попаду в ту же петлю ещё раз!

Первым делом нужно было вывести из игры духов. Нейтрализовать его источники силы. Над этой задачей уже работал Эван.

Второе… как ни крути, мне требовалась помощь.

Но всё на свете имеет цену. И эта помощь могла обойтись недёшево.

Я нагнулся и стал обшаривать койку. Металлическая рама, проволочная сетка под матрасом. Я пробежал по ней рукой. Пусто.

Это создавало проблему.

Ещё одна проблема заключалась в неопределённости. Я не был уверен, что получу какой-то ответ. Даже заплатив положенную цену.

Унитаз. Я ощупал его так же, как койку, проводя рукой по всем поверхностям.

Вот оно. Почти то, что нужно. У туалетного бачка имелось углубление, служащее чем-то вроде слива. В том месте, где оно соединялось с толчком, прощупывалась кромка металла. Она прилегала достаточно неплотно, чтобы можно было ощутить край.

— Прошу прощения, дамы, — сказал я, указывая рукой на толчок. — Могу ли я попросить у вас минуту для уединения?

Похмельная девица закряхтела и, натянув подушку на голову, перевернулась лицом вниз.

— Уединения, чтобы ты мог как следует помацать унитаз? — спросила та, что была навеселе. Судя по всему, она за мной наблюдала.

— Наоборот, — ответил я.

— Наоборот… — она надолго зависла, прежде чем продолжить фразу, — …наоборот не получится.

— Вот я и боюсь, что не получится, — искренне сказал я. Ведь если это не сработает…

Я действовал исключительно по наитию.

— У тебя крыша поехала, — заявила она.

— Точнее сказать, я собираюсь сделать что-то безумное, — подтвердил я, махнув рукой, чтобы она отвернулась.

— Только давай без подробностей! — воскликнула девица, усевшись спиной к двери камеры.

Я расстегнул штаны, потом насколько мог потянулся вперёд и подсунул край пуговицы под металлическую кромку, пытаясь отогнуть её ещё сильнее. Потянув назад, я начал гонять пуговицу вправо-влево, что сопровождалось характерным металлическим скрежетом.

— Да что ты там, блядь, вытворяешь? — спросила девица. Похоже, она повернулась и увидела, как я, прижавшись сбоку к толчку, виляю задом туда-сюда. — Ой, мне вообще-то похер!

Я просунул в образовавшуюся щель край джинсов, который был немного толще пуговицы, и повторил процесс. На этот раз получилось тише.

Металлическая кромка теперь на некоторое расстояние отступала от самого толчка.

Я провёл рукой по макушке, собирая выступившую там испарину.

Надеясь на то, что в ней ещё оставалась хоть капелька грёз.

На многое теперь приходилось только надеяться.

Я размазал пот по кромке металла, мысленно вообразив результат.

Кромка сделалась острой.

Я прижал к ней запястье и полоснул по тыльной стороне руки.

Это сработало.

Я повторил то же самое со второй рукой.

Хотелось зарычать, издать шум, но я не мог позволить себе привлекать лишнее внимание.

Сидя на полу со скрещенными ногами, спиной к девицам, я потянулся кончиками пальцев к каплям крови, падающим на бетонный пол. И прочертил линию. Только на этот раз в сторону от себя.

— Роуз Торбёрн, — пробормотал я, — то, чем я владею, я отдаю тебе.

Новые капли крови упали на бетон.

— Роуз Торбёрн, — повторил я, — я отдаю тебе часть себя.

Судя по всему, Поз поработал над нашей связью. В результате я забирал у отпечатка то, что должен был отдавать…

И теперь я возвращал взятое, самым примитивным из всех возможных способов.

Я наблюдал за связью, замечая, как она изменяется с каждым новым повторением.

До этого сила по ней текла в обратном, неверном направлении. Теперь эта ошибка была исправлена.

Пусть и не задаром.

Смогу ли я устранить последствия вмешательства беса, если вложу в связь равноценную по объёму силу?

Прошло несколько минут. Я продолжал напитывать связь кровью. Капли стекали по ставшим липкими пальцам. Отдавать больше было опасно.

— Роуз Торбёрн, — произнёс я.

В глазах слегка помутилось.

Роуз я не ощутил. Но на секунду почувствовал, будто куда-то немного соскользнул.

То ли это была потеря ориентации, то ли какая-то другая потеря. Разрыв связи с миром?

Я снова заговорил.

— Роуз Торбёрн, я отдаю тебе часть самого себя. Я призываю тебя явиться сюда из оков Завоевателя.

Зрение снова сбойнуло. На этот раз чуть сильнее.

В какой-то мере это происходило потому, что я своими руками разрывал связь с реальностью. Отдавал свою собственную сущность, чтобы отменить манипуляции Поза.

Связь изменила вид.

— Блэйк!

Я оказался не способен достаточно сосредоточиться, чтобы использовать Взор.

— Блэйк, — произнесла Роуз.

— Рад, что ты снова со мной, — ответил я.

— Ох… ну ни фига ж себе. Ты истекаешь кровью… в тюремной камере? Блэйк, что произошло? Неужели Сфинкс…

— Роуз, — сказал я. — Ты пропустила…

Я пошатнулся и чуть не упал. Что было странно, учитывая, что я сидел на полу со скрещенными ногами. Из такого положения вообще трудно куда-то упасть.

— Тебе нужно остановить кровотечение, — встревоженно произнесла Роуз.

— Не-а, нафиг, — ответил я. Язык заплетался как у пьяного. Да ну, не настолько много крови я потерял.

Хотя да, камера выглядела так, как будто здесь кого-то зарезали. Я улыбнулся, представив лицо Дункана, когда он увидит всё это.

— Тебе нужно остановить кровотечение, — повторила Роуз.

— Не-а, — ответил я. — Надо, чтоб уходило. Забирай всё, что сможешь.

— Блэйк?

— Если я… отрублюсь… двое связаны, остался абстрактный демон. Мальчишку зовут… зовут Эван.

— Останови кровь!!!

Крик Роуз каким-то образом привлёк постороннее внимание. А может, это было просто совпадением. Девица в соседней камере повернулась, увидела меня и завопила. Очень протяжно и громко.

— Призрака зовут Эван, — повторил я. — Хороший парень. Поможет.

— Я ничего не смогу без тебя, Блэйк!

— Тебе придётся, — пробормотал я. — Сейчас я буду ни на что не годен.

Я посмотрел вниз.

Наверно, этого достаточно.

Я пошарил вокруг, пытаясь ухватиться за матрас, попробовал встать и не смог. Со второй попытки ухитрился подняться на ноги и навалился на койку, прижав руки весом тела.

— Ему нужен Блэйк Торбёрн? Я буду отдавать часть себя до тех пор, пока от Блэйка Торбёрна почти ничего не останется, — прошептал я. — Эван. Эван Матье. Иди сюда.

Ответа не было. Связь не появилась.

— Позови его, — попросил я.

Кто-то приблизился к камере и рывком распахнул дверь. Полицейский.

— Врача!

Я потянулся пальцем ноги к луже крови на полу и прочертил ещё одну линию.

Связь распалась.

Когда я проковылял мимо него к двери, он не обратил на меня внимания.

— Блэйк…

— Позови Эвана.

— Эвана? Эван. Эв…

Призрак был уже здесь.

— Ты с ума сошёл, — произнесла Роуз.

Всё вокруг шаталось из стороны в сторону.

— Роуз, познакомься с Эваном. Эван, это Роуз.

— Привет, — поздоровался Эван. — До тебя добрались монстры?

— Я сам до себя добрался, — пробормотал я. — Покажи мне, как выйти отсюда. Только побыстрее. В таком состоянии у меня всего один шанс.

Глава опубликована: 14.04.2021
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 438 (показать все)
Thunder dragon Онлайн
Eterni
Есть ВоГ с прямым ответом на этот вопрос и да судят местные духи.
You'd get gainsaid. There are arbiters of this sort of thing (including ambient spirits) and they'd just take the simple route and gainsay you some.

Forswearing is for explicit oaths and promises.
Thunder dragon Онлайн
Eterni
По моему Юристы это люди. Или бывшие люди которые продали свои души и задницы в служении злобным силам что бы те взяли на себя их карму и т.д и таким образом они будут служить 510 лет потому что именно столько понадобится им что бы возместить кармический долг..
Судя по всему Демоны Пакта по природе своей злые и воплощают собой Энеропию и разрушение это буквально их природа и не нехотя, не могут и не будут идти против своей природы даже если способны что то создавать то только ради того что бы увеличить энтропию всей остальной системы.
Thunder dragon Онлайн
Eterni
This is referred to by some scholars as the "Listen here, you little shit" effect.
Thunder dragon
Полагаю здесь и зарыта сила кармы. Не в невезении (иначе бы Блэйк давно окочурился), а в высоким требованием платы. Те кто обладает хорошей кармой, могут и условно "врать", обходя прямую ложь. С низкой кармой даже сарказмом или предполагающее утверждение может нанести урон.
Именно поэтому косвенный обман Бехайма с таймскипом в фастфуде не расценивался как обман (он на хорошем счету), а простое фигуральное предложение Блэйка с юристам - урон по силе.

Вербовка слуг и созданию порядка для служения тоже признак конструктивности и интеллекта.

не могут и не будут идти против своей природы даже если способны что то создавать то только ради того что бы увеличить энтропию всей остальной системы.

Полагаю что как раз наоборот они периодически идут против своей природы, ради создании организации слуг. Иначе бы они были не более чем хтониками энтропии, с которыми даже разговаривать нельзя. Они были как стихийное явление.
Но если они разумны, то, ради постоянного притока энтропии, могут пойти на компромиссные решения. Это же и касается Завоевателя. Иначе непонятно почему они вообще говорить умеют и общаются с другими. Следовательно опять же непонятно зачем им вообще один и единственный армагеддон, когда выгоднее делать бесконечное множество маленьких армагедашек :)
Показать полностью
похоже на sampling bias - в мире действуют только те демоны которые достаточно разумны чтобы понимать концепт отложенной награды, все остальные просто выжрали кусок мира и были сдержаны или просто не смогли найти путь к реальности
Thunder dragon Онлайн
Eterni
Я же сказал что создают что то только ради того что бы поднасрать еще больше. Как слуги Вирма в мире тьмы. Ну да они могут создавать например больше порчи там биологическое оружие и т.д.
Ну завоеватель очень стар и кто муже он людей хавает, то есть завоевывает что бы понимать все эти сложные штуки.
Thunder dragon
Ну вот, значит они разумны и способные на компромиссные решения. Следовательно непонятно зачем им вообще конец мира и почему их бояться, когда они часть мира и тоже могут пойти на сотрудничество, соблюдая некоторую норму в энтропии. От чего и от самих дьяволистов чего тогда пугаются? Полагаю что и Орниас и Цирюлник на призыв тоже ничего за просто так делать не станут.
Eterni
Ну вот, значит они разумны и способные на компромиссные решения. Следовательно непонятно зачем им вообще конец мира и почему их бояться

Если вы (ты?) настроены пообщаться серьёзно, то я с удовольствием. Вы ставите хорошие вопросы. Но тот, что относится к демонам, по-моему, из числа самых простых. Давайте попробую сформулировать, как я это вижу.

Представьте себе что-то такое, что для вас связано с силами творчества, созидания, со смыслом жизни и прочим в том же духе. Что-то, про что вам не хотелось бы, чтобы оно было уничтожено демонами. Я опишу иронически, чтобы снизить пафос, но вы внутри себя постарайтесь серьёзно. Вот, представьте, концертный зал, чёрный зеркальный пол, красные бархатные кулисы, на возвышении белый рояль и за ним (Дима Маликов -- зачёркнуто) прекрасная пианистка вдохновенно играет величественную мелодию. Не торопитесь говорить "да я вообще классику ненавижу", просто поищите в душе такое состояние, о котором вы могли бы воскликнуть "остановись, мгновенье, ты прекрасно" (помните, кто и в чьём обществе это произнёс, да?). Это пока просто наш сеттинг, мы писатель.

И теперь предположим, что мы хотим показать, как демон это уничтожает. Не клюквенно, а по серьёзному. Чтобы читателя правда проняло. Пойдём от простого к сложному. Самое простое -- это такой как бы демон-амбал. Хрясь -- занавес в лоскуты, рояль в щепки, пианистка в лужу. Ужасно (если хорошо описать), но бабушка Роуз сказала бы, что это не демон вовсе, а просто какая-то злая сущность, которую записали в демоны давным-давно, когда люди ещё хуже разбирались в классификации Иных, чем теперь. А на самом деле это, может быть, и вовсе гоблин средней руки.

Хорошо, повысим ставки. На арене Ур. Исчезает рояль, исчезает зал, исчезает пианистка. Не просто исчезают, уничтожается сама память о них, все следы существования, как будто ничего этого никогда не существовало. Не ужас, а ужас-ужас. Но всё-таки подумаем и о том, что даже в забвении как таковом человек нередко находил утешение.

А ещё страшнее можем? Пожалуй, можем. Музыка смолкает, с соседних кресел поднимаются люди (тут становится заметно, что у них нет лиц), они спокойно выходят на сцену, что-то буднично зачитывают, достают инструменты и очень деловито и буднично разбирают на детали сначала рояль, а потом пианистку. Делают они это так, что зритель (который остаётся жив) до конца своих дней при виде красного бархата (да что там, при любой мысли о музыке) будет видеть и слышать только эту сцену.

Страшно? Да. А ещё страшнее можем? Если подумать, то, пожалуй, есть куда расти. Мы описали варианты, условно говоря, с одной звёздочкой, с двумя и с тремя (с пятью, если постараться). А их может быть и двадцать, и тысяча. Нет предела совершенству. И вот ровно этим, по замыслу автора, заняты и юристы и все, кто ищет "мирного сосуществования" с демонами. Сами по себе демоны, неважно, пришли ли они из глубин пространства или времени, не очень тонко разбираются в людях и не знают, как сделать на двадцать звёздочек. И вот, получается, всякий, кто так или иначе ведёт с ними дела и тем самым позволяет им лучше узнать людей, самым этим фактом предаёт человеческий род и обрекает его на чрезвычайно изобретательные мучения.
Показать полностью
Thunder dragon Онлайн
Eterni
Ну так у тебя подход к демонам слишком человеческий.
Это с инопланетянами или с роботами можно было бы так договорится. Ты ищешь рациональное зерно там где его может и не быть. Ну ты знаешь все эти Лавкрафтовские ужасы и воплощения хаоса за гранью понимания с ними такое не прокатит.
А тут у нас демоны которые активно пытаются уничтожить мир. Сама суть разрушения и уничтожения. Это тебе не ваховские демоны которые питаются человеческими эмоциями. Эти настроенные очень серьезно на уничтожении любого порядка. А ты хочешь привить им понятие баланса. Знаешь почему во вселенной там много пустоты и так мало материи? Особенно сложно организованной и живой материи? Потому что ее сожрали демоны. Типа они не хотят жить в этом мире. Они хотят его уничтожить.
kstoor
Вы описали лишь функцию. Ещё раз, почему не пошли на компромиссное решение?
И вот мой пример:
Когда кто-то лишь слегка порвал занавес.
Когда кто-то лишь убрал стол.
Когда кто-то лишь разобрал кулис.
Но мелодия продолжается, не такая прекрасная как ранее, но она ещё и есть. Уничтожать, разбирать и исчезать по прежнему есть куда. Более того, если всё починить, отремонтировать, восстановить, построить новый рояль, привести другую пианистку - демоны могут повторить хоть тысяча раз, чем один раз и полностью.

И если демоны не могут делать это на 20 звездочек, то как они сделали на меньше количество звездочек сотворение, восстановление и ремонт своих слуг? Откуда бес знает образование, язык и общение и способен найти компромиссное решение, чтобы общаться с Блэйком? Откуда Цирюльник знает правила общения языками жестов? Откуда Орниас вообще знает арифметику и знает, когда его позовут по количеству имён?
И если тот же бес знает об образовании, то почему не создать Бюро Энтропии.
Вот как было в Ночном дозоре, когда вампирам, методом жребия, давали выбирать кого можно кушать.
Почему ВСЕМ Иным и демоном такой же пакт не завести и не соблюдать режим, где бесам и демонам отведено строгая дозировка энтропии в определенном месте по выбору? Тогда каждый получит своё паек хоть тысяча раз и не будет огня и серы.

Вдобавок, почему те, кто уничтожает, стирает и разбирает пианистку, не делает этого и для самого себя? Почему Иной, вроде гоблина, не уничтожает самого себя? Может потому что даже гоблин обладает некими зачатками разума и самосохранения? Почему демон не стирает самого себя? Почему демон не разбирает самого себя, вот кстати на примере Цирюльника, он как раз себя разбирал, но и то частично. Полностью себя не расчленил.

Thunder dragon
Ну так у тебя подход к демонам слишком человеческий.
Такие аргументы относятся из категории "тебе не понять".
И нижеперечисленные аргументы как раз тоже не катят.
Это с инопланетянами или с роботами можно было бы так договорится.
С роботами не факт, они программа, у них нет разума. Вспоминаем цитату из первого Терминатора "его нельзя подкупить, он не остановиться ни перед чем, пока не убьет тебя". И замечаем что с роботом даже не договаривались. Его пытались именно убить.
Ты ищешь рациональное зерно там где его может и не быть.
Зацепился бы за слово МОЖЕТ, но один лишь бес УЖЕ показал своё рациональное зерно.
Лавкрафтовские ужасы и воплощения хаоса за гранью понимания с ними такое не прокатит.
Тоже другое. "неведомые" существа с которыми даже просто общаться повергают свидетеля в ужас по умолчанию можно отнести к хтоникам - с ними нельзя общаться и они угроза. Дьяволисты очень так с ними общаются, Блэйк с ними общается.


А тут у нас демоны которые активно пытаются уничтожить мир. Сама суть разрушения и уничтожения. Это тебе не ваховские демоны которые питаются человеческими эмоциями. Эти настроенные очень серьезно на уничтожении любого порядка.
Ещё раз. Почему тогда они вообще нанимают слуг? Почему у них есть организованность? Почему даже бес изволит общаться с человеком и искать компромиссное решение?
Они РАЗУМНЫ. И будь хоть тысяча раз воплощением разрушения, они способны ВЫБИРАТЬ, они способны идти на КОМПРОМИСС. И потому привить им ппонятие баланса является не просто элементарным, они сами УЖЕ тянутся к балансу. Они не стихия, не ураган, не хтоники.
Знаешь почему во вселенной там много пустоты и так мало материи?
А вот сейчас вас в описание лора занесло.
Типа они не хотят жить в этом мире. Они хотят его уничтожить.
*закатываю глаза* Ещё. Раз. Они. Разумны. Они общаются. Почему они общаются, почему они сотворили в себе образование и речь? Почему, раз они такие могущественные, вообще общаются со смертными и заключают пакты?
Если они воплощение разрушения - создавать им разум, создавать дьяволистов, юристов, идти на компромисс, заключать пакты, даже вот просто уметь говорить, знать арифметику - ВСЁ это идёт в разрез их функции. И вот я спрашиваю - нахрена?

Полагаю вселенную схомячили отдельно хтоники, но они хтоники, к ним отдельный вопрос, а мы говорим о целой организации.

Если они тоже хтоники и просто хотят разрушить мир - они не должны вообще контактировать.
Если они разумны и общаются со смертными, значит они с ними считаются. Так почему с ними не заключить компромисс, вместо того чтобы бояться? Почему не соблюдать меру в Энтропии, чтобы можно было уничтожать сколько угодно с минимальным препятствием со стороны других Иных?

Вы оба мне все тут говорите, как во всех шаблонных фэнтези. Тоже самое я и у Рудазова критиковал. Почему демоны, обладающие разумом, не идут на компромисс? И все-все мне поголовно говорили, размахивая руками, делая страшный голос:
"ууууу, потому что они ужасные и страшные демоны уууууу, они не хотят мира во всем мире, они хотят уничтожить его, ууууу"
"тогда почему они вообще создают свой мир, общаются со смертными, способны договариваться?" спрашивал я.
"ууууу, чтобы потом можно было уничтожить весь мир, ууууу"
"Тогда зачем они вообще договариваются, если хотят тупо уничтожить? Зачем им разум?"
"ууууу потому что они разумные, ууууу, и идут на компромисс уууу"
"но зачем идти на компромисс, если хотят уничтожить его?"
"Ууууу, потому что они страшные демоны, уууууу, они очень и очень страшные, ууууу, представь как они разбирают пианистку, уууууууууууууууу"
" -__-'''' "
Показать полностью
Eterni
Я отвечу потом подробно, но один момент хочу оговорить сразу. Чтобы договориться об общем базисе (точнее, понять, есть он или нет). Мы обсуждаем механику игрового мира или ведем разговор об использовании Вайлдбоу общекультурной парадигмы "дьяволы, их слуги и их деяния"?

Если первое, то я пас -- по той причине, что мир Пакта совершенно очевидно НЕ механистичен, и говорить о нём как о механистичном неинтересно. И вообще механистичные миры неинтересны, чего там обсуждать. Выдал бригаде программистов ТЗ, и погнали.

Если второе, то очень интересно. Но тут нужно принять стартовую позицию -- что эта парадигма сама по себе очень широкая во времени и географии, рыхлая и внутренне противоречивая. Назначать что ВБ, что читателя ответственным за её целостность и непротиворечивость -- совершенно несправедливо. На мой взгляд, имело бы смысл обсуждать вот что.

Что ВБ берёт из готовой парадигмы и что своего добавляет. На мой взгляд, здесь он совершенно в мейнстриме, за исключением буквально пары существенных моментов. Поэтому я сказал, что ответ на вопрос о демонах вижу простым.

Какие вещи остаются "за кадром", но мы можем их домыслить, чтобы убрать наиболее вопиющие внутренние нестыковки, вроде тех, о которых вы говорите. Здесь важно, чтобы домыслы были максимально простые, не влияли на замысел автора и желательно не создавали новых нестыковок. Опять же, имею простые идеи на этот счёт.

Про "уууу" и воображаемые диалоги вот этого вот не надо ) Если я что сказал, то это можно процитировать, а если нет, то нельзя. Один раз скажу вежливое слово "пожалуйста". Отвечать за вашего воображаемого собеседника охоты нет.
Показать полностью
Не знаю что мы обсуждают, куда больше мне известно, почему не любитель фэнтези из-за странных местных правил. В том числе с демоными, подобия Пакта. Они хотят уничтожить мир, но ведут бизнес.


Какие вещи остаются "за кадром", но мы можем их домыслить, чтобы убрать наиболее вопиющие внутренние нестыковки

kstoor
То есть, если просто и вкратце - "Я не знаю, и, полагаю, автор тоже не знает. Он просто скопировал часть шаблонов фэнтези с демонами и ведёт свой рассказ."
Всё.
Больше не надо. Если ВБ не отвечал на форуме, мне остается развести руками и очередной сказать почему фэнтези не нравятся и увы, Пакт тоже не безгрешен их недостатками.
Thunder dragon Онлайн
Eterni
Это не из серии "тебе не понять". С тем же "Урр.." нельзя нормально договорится его цель жрать. С пактами интересная тема что демоны часто вынуждены следовать пактам как и большинство иных из за печати Соломона. Либо им это выгодно.
Демоны как и большинство духов и иных априори владеют некоторым пониманием, осведомленностью хз как это назвать. Например они могут знать все языки, или в зависимости от наблюдателя, или как то универсально понимать суть при том что они их никогда не изучали. Хотя это зависит от типа Иного. То есть то что Иной говорит это еще далеко не значит у него есть интелект и наоборот. И он мог обладать им изначально по прде своей, это люди учатся.
Откуда бес знает образование, язык и общение и способен найти компромиссное решение, чтобы общаться с Блэйком?
"Поз забирал понемногу от каждого. Эти кусочки личностей, насколько я мог судить, и составляли человеческую сторону его натуры. Он урвал себе кое-что от юристов, врачей, айтишников, бизнесменов, банкиров и многих других."
Ты пытаешь подойти к Духа с механической точки зрения. Конечно такой подходит не работает.
Объясняю еще раз они Хотят расковырять весь мир под ноль.
"— Ммм… — сказал он. — Но я всё-таки нанесу урон. Ослаблю человечество и сам мир, верно? Это всё, чего хотят мне подобные.
Всё, чего хотят ему подобные. Возможно это правда, но возможно, что это лишь общая, абстрактная цель всех «ему подобных».
От обычного демона Поз всё-таки кое-чем отличался.
Он был бесом. Паразитом, который вселялся в людей, а затем переходил к другим. Спорой. Искрой, стремящейся устроить пожар."
У них разные подходы. Тираниды тоже создают культы генокрадов но их конечная цель сожрать планету. Демоны укладывают пакты когда им это выгодно или когда вынуждены но их конечная цель уничтожить мир. Они буквально стремятся нарушить естественный порядок вещей а ты предлагаешь им взаимовыгодное существование? Да некоторые демоны подходят к этому с умом систематически, но от этого не легче.
Показать полностью
Thunder dragon
С пактами интересная тема что демоны часто вынуждены следовать пактам как и большинство иных из за печати Соломона. Либо им это выгодно.
Ну вот опять, по кругу. Теперь признаем что демоны разумны, а не ожившие хтоники, жаждущие просто разрушение мира. Что опять подводим к вопросу почему их бояться и они не сотрудничают с другими Иными в поисках компромисса.
Поз забирал понемногу от каждого. Эти кусочки личностей, насколько я мог судить, и составляли человеческую сторону его натуры. Он урвал себе кое-что от юристов, врачей, айтишников, бизнесменов, банкиров и многих других."
Я не про образованность от других людей. Что-то мне подсказывает что разум и общий язык он знал и до этого.
То есть то что Иной говорит это еще далеко не значит у него есть интелект и наоборот.
Вообще то чтобы сложить звуки в слова, а слова в предложения, а предложения в речь - как раз таки нужен интеллект. Если это конечно не какой-то попугай-демон.
Конечно такой подходит не работает.
Тогда и вся вселенная перестаёт работать. Нету обоснуя. Нету причинно-следственной связи и легко сказать "Они суть разрушения жаждущие разрушить мир... но при этом они ведут переговоры и идут на компромисс".
они Хотят расковырять весь мир под ноль.
Опять по кругу. Спрашиваю ещё раз - зачем они вообще общаются с людьми? Зачем им разум? Зачем вообще некое подобие организации делают, если они суть разрушения?
У них разные подходы.
Тогда у них, как вы описали в Вахе, должна быть междоусобица. Одни хотят просто разрушения, другие готовы на сотрудничество. И те кто за бизнес-модель, эту самую бизнес модель давно бы сделали. В Пакте есть подобное? Есть целые организации демонов, которые сотрудничают с иными на примеры отдельных участков энтропии? (как было в том же Дозоре)
Они буквально стремятся нарушить естественный порядок вещей а ты предлагаешь им взаимовыгодное существование?
По моему это не только очевидно и элементарно, но и взаимовыгодно. Потому что если вот с гоблинами, которые не шибко лучше - вот нашли. С гедонистами культов Диониса нашли. С Завоевателем нашли. Все они тоже подходят к миру деструктивно, с разностью, но так же без блага. То к сути разрушения, коли оно РАЗУМНО И МОЖЕТ НАХОДИТЬ КОМПРОМИСС, чего-то вот не находят, только сами дьяволисты находят.
Демоны укладывают пакты когда им это выгодно или когда вынуждены но их конечная цель уничтожить мир.
И опять по кругу. Что важнее для демона? Сама цель или процесс как средство питания их сути? Если цель - зачем вообще контактируют? Если процесс - зачем вообще разрушают без пактов? Почему нет организации и сотрудничества с иными и почему демонов боятся хуже огня?
Показать полностью
Они суть разрушения жаждущие разрушить мир... но при этом они ведут переговоры и идут на компромисс".

Это не компромисс "я конечно хочу хаоса но не столько!" а "я конечно хочу хаоса, но могу немного потерпеть и потом будет вдвое больше хаоса!"
Eterni
То есть, если просто и вкратце - "Я не знаю, и, полагаю, автор тоже не знает. Он просто скопировал часть шаблонов фэнтези с демонами и ведёт свой рассказ."
Всё.
Больше не надо.

Ну не надо так не надо, не сложился наш роман ))) Задумались бы хоть на минуту: человек полтора факинг года тратит по 15-20 часов в неделю на перевод этой книжки, наверняка уже много всяких мыслей по её поводу передумал. А не, неинтересно.
Rats

Это не компромисс "я конечно хочу хаоса но не столько!" а "я конечно хочу хаоса, но могу немного потерпеть и потом будет в двое больше хаоса!"
Вдвое с каких масштабов? Они вроде хотят хаоса всего. Но почему-то делают в ограниченных масштабах и даже, наоборот, ваяют иногда порядок для слуг. Юристы как пример. Не выглядят как изодранные бомжи с улицы.
kstoor
Вы же ведь не утрируете или не издеваетесь, верно? Причем здесь перевод? Про сам роман
вообще напротив. Сказал же, Пакт намного круче чем тот же рудазовский. Я просто озвучил досаду с демонами и типичными правил фэнтези. Это никак не сбавляет градус того накала, что творится с Блэйком. А то, что с ним творится - гораздо круче ангста даже у Дрездена.
Сейчас читаю, как его повязали в участок. Сколько там диалогов, экшена, напряжения и накала, что за голову хватаешься. ТАКОГО у Хомяка нет, даже в глобальных сражениях.

Да и вполне возможно, что потом обоснуй будет. Ведь перевели то едва ли треть романа, а там ещё сиквел лежит, так что...
Показать полностью
Thunder dragon Онлайн
Eterni
Они используют разум что бы причинить Больше разрушения. Она укладают пакты что бы искушать людей. Они создают террористические ячейки что бы нести в тысячи раз больше разрушения.
Ты предлагаешь пытаться договорится с ребятами чье конечная цель прямо противоположна твоей.
Ты пытаешь найти баланс с существами которые пытаются найти как можно больше хаоса. Да они разумны но пока ты пытаешь с ними договорится они пытаются тебя наебать. Ты можешь договорится с гоблинами которые любят бардак и срачь или с завоеванием который само завоевание на предмет захвата того или иного. Потому что они хотят жить в Мире, по этому с ними можно жить в мире.
Демоны жить в Мире не хотят, они хотят этот Мир сожрать с концами, даже если демон знает что у нго конкретно это не выйдет он попытается максимизировать урон, даже если знают что им это не выгодно, даже подыхая он попытается поднасрать максимально.
Да в теории ты можешь с ними договорится на взаимо выгодных условиях, они тебе силу ты им разрушение. Но в конечном итого их конечная цель уничтожить все по максимуму. В отличии от демонов вахи или гоблинов которых прикалывает сам процесс, у этих Демонов есть великая цель, Великое Зло, все разьебать и по пути уменьшения энтропии или баланса они идти не захотят.
Показать полностью
Thunder dragon Онлайн
Eterni
Черт да че уж там говорить что Демоны несут непоправимый урон самой Реальности мать вашу. И сама вселенная их не очень жалует. И само взаимодействие с ними несет плохую карму! И они распространяют вокруг себя порчу, как долбаную мать вашу радиацию которая заражает все и всех и вся и другие Иные это чувствуют и такие "Фи..".
Thunder dragon
Опять по кругу. Ещё. Раз. *Как сказал один человек из Один Дома 2 "Я могу продолжать вечно, детка"*.
Большие и единожды или бесконечные и чуть меньшие? Они хтоники или разумные?
Если первое, на подобие Орниаса и таки могут причинять масштабные разрушения на примере одного лишь беса, зачем им заключать Пакты?
На примере с юристами они доказали организованность и возможность создания. А раз могут создавать и делать уступки - зачем им вообще большие разрушения, когда можно растянуть процесс на бесконечно малые, если для них это как потребность к выживанию для человека? Если их цель - полный конец света, зачем люди с ними общаются? Зачем демоны с другими общаются? Если разум направлен на компромисс, почему не использовать далее?

Ты предлагаешь пытаться договорится с ребятами чье конечная цель прямо противоположна твоей.

Тоже самое, что тёмные по отношению к светлым в Дозоре. И ведь там таки договаривались.

Ты пытаешь найти баланс с существами которые пытаются найти как можно больше хаоса. Да они разумны но пока ты пытаешь с ними договорится они пытаются тебя наебать.
И по новой. Если все демоны лгут, то зачем им тогда вообще договариваться? Зачем им вообще разум? Зачем другие с ними общаются? Каким образом вообще заключают пакты? Зачем им одевать в костюмчик юристов? Собственно на примере юристов же и видим что демоны не всегда врут, а даже способны на конструктивность и сотрудничество со смертными, на примере гоблина - даже на повиновение. Для хаосита это как-то не очень деструктивно. Те же ваховские демоны не настолько были организованными, но и олицетворяли эффект созидания под стать своей стихии, от чего у них были частые междоусобицы, а войска превращались в варбанды. Здесь же видно очень много способов по договору с демонов, и далеко не от всех веет обманом. Иначе бы даже Цирюльника не заводили.

Демоны жить в Мире не хотят,
Но прикол в том что они ЖИВУТ. Они МОГУТ ЖИТЬ. Ради разрушения да, но они могут идти на компромисс. У них есть это свойство.

Да в теории ты можешь с ними договорится на взаимо выгодных условиях, они тебе силу ты им разрушение.
Так почему не создать организацию дальше? Почему другие боятся демонов, когда с ними МОЖНО договориться!? Вот вы же сами сказали же, ну. Сказать где можно разрушать, как с торговцем.

Но в конечном итого их конечная цель уничтожить все по максимуму.
Тогда зачем с ними договариваться? Зачем им разум? Зачем знания? Зачем вообще договоры, организации на примере юристов? Вы ведь понимаете, что, чтобы уничтожить мир, нужна не организация, а несколько водородных бомб или чего-то подобного? Я уже не говорю, что они, вопреки своей природе, опять же, способны и создавать. А раз так, то на воплощение и суть разрушения уже не так сильно тянут, а значит склонны выбирать, искажать и подавлять свою суть. И все эти речи "ууууу они страшные и могущественные демоны ууууу, с ними нельзя договориться, ууууууу, но да с ними можно договориться, но только ради разрушения, уууууу, при этом они хотят разрушить всё, уууууууу" просто вступают между собой в противоречие как в противоречие их действий и суть.

баланса они идти не захотят.
Но они ИДУТ. Получается что мало ли что они там хотят, не хотят. Главное они считаются с другими и чаще делают то что надо, а не то что хотят, на примере существования организации. Но так зачем им вообще к единой сути абсолютного Великого Зла "ууууууууу"?

Thunder dragon
Знаете, непонятно тогда как они вообще сформировались и имеют тело, если они на столько разрушительные, что они не только общаются с людьми, не только имеют знания, тело, но и ещё могут договариваться, подчиняться и строить пакты? У них даже собственная природа идёт в противоречие между собой. Что уже десятки раз это говорил.

Ну? Ещё по кругу?
Показать полностью
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх