↓
 ↑
Регистрация
Имя

Пароль

 
Войти при помощи
Размер шрифта
14px
Ширина текста
100%
Выравнивание
     
Цвет текста
Цвет фона

Показывать иллюстрации
  • Большие
  • Маленькие
  • Без иллюстраций

Пакт (джен)



Переводчики:
Оригинал:
Показать / Show link to original work
Бета:
Фандом:
Рейтинг:
R
Жанр:
Мистика, Экшен
Размер:
Макси | 2189 Кб
Статус:
В процессе
События:
Предупреждения:
Смерть персонажа, Насилие, Нецензурная лексика
 
Проверено на грамотность
Блэйк Торбёрн, который был вынужден бросить дом и семью, чтобы избежать свирепой драки за наследство, возвращается к постели умирающей бабушки, которая сама и спровоцировала грызню среди родственников. Блэйк обнаруживает себя в очереди за наследством, включающим в себя имение, уникальную коллекцию литературы о сверхъестественном, а так же множество врагов бабушки, которые она оставила в небольшом городке Якобс-Бэлл.
Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава

Подчинение 6.02

Я не спеша переоделся, потом направился в ванную. На душ времени не было, но я обтёрся влажной мочалкой, слегка намочил волосы и, насколько было возможно, привёл их в порядок. Когда я вернулся, меня уже заждались. Алексис нетерпеливо ёрзала, Джоэл что-то печатал.

Я уселся на диване, вытянув руки и уперев локти в колени. Эван скакал с одного пальца на другой.

— Подобное ожидание меня убивает, — произнесла Алексис. Она опиралась на спинку кресла, в котором расположился Джоэл. С учётом её роста получалось, что она почти целиком была скрыта креслом, от груди и ниже. — Может, расскажешь нам хоть чуток, чтобы мы убедились, что ты не поехал кукухой?

— Лучше было бы дождаться остальных, — ответил я. — Как только я начну, у вас неизбежно возникнут вопросы, и будет сложно не запутаться в пояснениях. Будет проще, если я расскажу всё сразу, и тогда те, кто захочет уйти, уйдут, а остальным я смогу предоставить наглядные доказательства.

— Я знаю, что ты не убийца, Блэйк, — сказала Алексис. — Но вот это в меня как-то не лезет.

— Знаю, — согласился я. — Но если бы это было так легко, я бы уже давно всё рассказал. Неизбежны последствия.

— Хм.

Джоэл продолжал что-то печатать в своём телефоне, время от времени поглядывая то на меня, то на птичку.

— Они твои друзья? — спросил Эван.

— Точно, — подтвердил я. — Я считаю обоих своей семьёй. Джоэл — хозяин квартиры, и он один из самых славных парней, кого я знаю. А Алексис спасла мне жизнь.

— Не уверена, что мне стоит прерывать вашу беседу, если это можно так назвать, — вмешалась Алексис. — Но вообще-то я не спасала.

Она выглядела по-настоящему обеспокоенной. Из-за этого я чувствовал себя отвратительно.

— Спасла, — не согласился я. — Думаю, я бы недолго там протянул.

— Ты себя недооцениваешь. Ты крепкий.

— Она та, про кого ты говорил, когда рассказывал про татуировки?

— Верно, — ответил я. — Но давай всё-таки не будем касаться частных подробностей.

— Ты как-то непоследовательно выражаешься, — нахмурилась Алексис.

Я слегка улыбнулся.

— Извини.

В дверь постучали.

Алексис пошла открывать.

Это оказалась Тиффани.

— Что с тобой случилось? — обеспокоенно спросила она.

Интересно, насколько же плохо я выгляжу?

— Объясню, как только все будут на месте, — повторил я. Меня удивило, что её позвали, но спросить о причине этого я при ней не мог.

Подошли остальные. Гуш, Тайлер, Джозеф. Аманды не было.

До полуночи оставалось два часа.

— Ладно, — сказала Алексис. — Хватит тянуть время. Рассказывай.

— Когда моя бабушка умерла, она оставила наследницей мою двоюродную сестру Молли Уокер. Молли получила, так сказать, сокровищницу с магическими знаниями. Прочие местные подстроили её убийство, поскольку решили, что обладать этими знаниями слишком опасно.

— Магическими? — переспросил Тайлер.

— Магическими. Духи, призраки, гоблины, монстры… всё это взаправду, — подтвердил я.

— Это что, игра? Типа дополненной реальности или…

— Нет, — ответил я. — Всё это взаправду. За последние несколько дней меня едва не убили как минимум пять раз. Через два часа, плюс-минус, всё начнёт разваливаться на части. Случится катастрофа. Не знаю, что именно произойдёт, но мало нам точно не покажется.

— А что конкретно должно случиться? — спросил Джоэл.

— Чем меньше я скажу вам, тем лучше. Одна из причин того, почему об этих вещах не известно всем и каждому, заключается в том, что существует риск попасть под раздачу. Если я вам обо всём расскажу, вы станете частью всего этого, и можете оказаться в опасности просто потому, что связаны со мной. Или наоборот, если оступитесь вы, проблемы могут возникнуть у меня, поскольку я буду нести за вас ответственность.

— Как-то в это… слабо верится, — признал Тайлер.

— Знаю, — согласился я. — Но у меня осталось всего два часа на подготовку. Если я эти два часа буду уговаривать или два часа вам всё объяснять, ведя за руку, мне не хватит времени. Похоже, я собираюсь попросить вас прыгнуть вслепую. Оставить прежнюю жизнь, если будет на то ваше желание и если до этого дойдёт, и подставить мне плечо.

— Оставить прежнюю жизнь? — переспросила Алексис.

— Если дела пойдут достаточно плохо, то может оказаться так, что мне и тем, кто со мной связан, придётся покинуть Торонто. Это может быть опасно.

— Ты хоть представляешь, как это звучит со стороны? — спросил Джоэл.

— Звучит как безумие, — признал я.

— Вот-вот.

— Ну да, — сказал я. — И звучало бы ещё безумнее, если бы я рассказал всё полностью. Но я думаю, мне нужно, чтобы вы, ребята, доверились своему чутью. Решайте сами, способны ли вы мне поверить и готовы ли вы на такую жертву.

— И ты нам даже не скажешь, в чём заключается жертва?

— Вам нужно будет иметь дело с теми ужасами, о которых вы читали разве что в сказках. Такими, которые вас пугали, когда вы были малышами.

Эван кивнул. Все посмотрели на него.

— Вы будете подвергаться опасности, — добавил я. — Хотя я не собираюсь просить вас лезть в самое пекло.

— То есть поверить, что всё это взаправду, и прыгнуть наугад? — переспросила Алексис.

— Именно, — подтвердил я.

— Я постараюсь тебе помочь.

Я кивнул. От Алексис я иного и не ожидал.

— Может зайдём с другой стороны? — заговорил Джоэл. — Мог бы ты сделать нам одолжение и рассмотреть возможность, что ты, возможно, слегка не в себе? Ты сейчас не в лучшей форме… а у людей такое бывает, ну, знаешь, проблемы со щитовидкой, которые легко исправляются нужными лекарствами, лёгкие умственные расстройства, с которыми тоже можно что-то сделать.

— Я вполне мог бы оказать вам эту любезность, однако позже, и при условии, что здесь и сейчас вы попытаетесь серьёзно рассмотреть идею, что я не окончательно слетел с катушек, — ответил я. — Я готов приложить все силы к тому, чтобы признать, что я, возможно, слегка того. Но только завтра.

— Если предполагается, что придётся порвать с привычной жизнью, — сказал Джоэл, — или что со мной может что-то случиться, то я вообще не уверен, готов ли на это пойти.

Я не удивился.

— Твоя мама?

— Мама, верно. Если бы на пару лет раньше — возможно. Или через несколько лет. Она столько не протянет. Но прямо сейчас…

Я кивнул. Я понимал его и не хотел, чтобы он ради меня отказывался от больной матери. И всё равно было немного обидно, самую малость.

— Я мог бы тебе помочь другими способами, — добавил он. — Ещё разок одолжить машину, например…

Я покачал головой.

— Не надо, сейчас не горит.

— Ладно, — ответил он. — Предложение остаётся в силе.

— Спасибо, — поблагодарил я. — Не знаю, вдруг ты хочешь уйти, но…

— Ни за что, — ответил он. — Я тебя выслушаю. Никто не скажет, что я сбежал, малыш.

Я кивнул.

Остальные четверо хранили почти полное молчание. Гуш, Джозеф, Тайлер и Тиффани.

— Я думаю про Натти, — сказала Гуш и встретилась со мной взглядом.

— Знаю, — сказал я. — Джоэл тоже вспоминал о ней вскоре после того, как я вернулся в Торонто.

— Мы были подругами. Да и сейчас общаемся. Когда у неё бывали плохие времена… это было хреново. Настолько хреново, что я и передать не могу.

— То есть, если у меня голова не в порядке, ты не хочешь с этим связываться? — уточнил я.

— Этого я не говорила! — заявила она и ткнула в мою сторону пальцем. Надо сказать, в честном бою и с некоторой толикой удачи Гуш вполне могла бы мне навалять, так что жест её выглядел несколько пугающе. — Если у тебя проблемы, то ты всегда можешь ко мне обратиться, так же, как я обращалась к тебе, когда нужна была помощь с Нат.

Я кивнул.

— При всём при этом у меня нет впечатления, что с тобой происходит то же, что и с ней. Не знаю в чём тут дело, то ли её история ещё стоит у меня перед глазами, и мне кажется, что я понимаю, как оно бывает, то ли ты действительно не сумасшедший…

— …Но? — спросил я.

— Я тебя выслушаю, — сказала она и засунула руки в карманы. — Даже если ты гонишь, мне хочется узнать побольше о том, что происходит и что у тебя на уме.

Разговор продолжал возвращаться к теме моей душевной болезни. Насколько велико окажется сопротивление при попытке открыть этот мир перед непробуждёнными я не знал, и мысль, что они снова и снова будут возвращаться к одному и тому же, несколько напрягала.

В то же время их поведение определялось беспокойством о моём благополучии. Никто из них не сказал и не сделал ничего такого, что позволило бы предполагать, что если я и в самом деле потерял рассудок, то останусь без их поддержки. И это были не просто слова. Мне предлагали помощь люди, которые очень хорошо представляли, насколько паршиво иметь дело с такого рода проблемами.

Я ощутил прилив благодарности.

— Тайлер?

Тайлер, чернокожий, худощавый, с короткой стрижкой, улыбнулся во весь рот. Он был одет в давно вышедшую из моды одёжку из секонд-хенда, но подобранную с учётом стиля и цвета. Дело было не в его денежных затруднениях — он был, конечно, беден, но не до такой степени, — просто он предпочитал покупать побольше дешёвой одежды и по-разному комбинировать её, вместо того чтобы обзаводиться скудным гардеробом самого высшего качества. Этот подход мог служить метафорой самого Тая.

Тай был одним из художников, с которыми я работал — и, надо сказать, это было непросто. Ему трудно было надолго фокусироваться на чём-то одном, и в результате мне приходилось постоянно приспосабливаться к его новшествам. Проблема состояла в том, что у него была привычка постоянно хвататься за что-то совершенно новое и неизведанное, а потом забрасывать, едва оно начинало приносить какой-то доход.

Был период, когда я готов был ногу отдать в обмен на его талант в любой случайно выбранной области. Иной раз было прямо больно смотреть, как он пытается свести концы с концами. Я даже временами задавал себе вопрос, не нравится ли ему процесс освоения нового больше, чем успешное применение освоенного? А иногда мне казалось, что ему просто трудно прожить без стимуляции, которую даёт ему неопределённость. У некоторых людей беспокойство отнимало силы — но такие, как Тайлер, похоже, именно в таких условиях по-настоящему расцветали.

Та часть моей личности, что тревожилась о его пристрастии к беспокойству, задавалась вопросом, правильно ли я поступаю, обращаясь к нему за помощью.

— Я в деле, — сказал Тайлер. — Мне отчасти даже хочется, чтобы все эти монстры оказались настоящими.

С его характером по-другому быть и не могло.

— Если бы ты знал все подробности, тебе бы этого не хотелось, — сказал я.

— Хочешь пари? — предложил он.

— Только не на этот счёт, — отказался я.

— Ну, короче, я в деле. Чёрта с два я упущу случай узнать обо всём этом побольше.

— Понятно, — сказал я.

— Как ты собираешься всё это нам доказать? — спросил Джозеф.

— Ты что, веришь мне? — спросил я, с некоторым удивлением.

Из всех присутствующих Джозеф обладал самым острым критическим умом. Ему были свойственны перепады настроения от внешне безмятежной весёлости до приступов чёрной меланхолии. Иногда причиной становилась какая-нибудь ерунда, какой-нибудь отдельный сложный элемент, из-за которого он мог запросто выбросить в мусор весь проект. И хотя талантом он уступал Тайлеру и Алексис, но обладал способностью находить для своих работ удачный контекст, что делало их нестандартными и заметными — и именно благодаря этой способности он был, вероятно, наиболее успешным среди всех нас.

— Я тебе не не верю, — объявил он.

— И что это должно означать? — спросил я.

Он слегка улыбнулся и пожал плечами.

— Понимай в буквальном смысле. Как сказала Гуш, от тебя не веет чем-то неправильным. Я тебя послушаю.

Я кивнул.

— Тифф?

Лицо Тиффани выражало в основном беспокойство. Не столько по поводу меня, сколько за себя саму.

— Не знаю толком, отчего Джоэл меня позвал. Позапрошлым вечером тут были те, кто знает тебя гораздо дольше.

Да я и сам этого не очень понимал.

— Потому что я тебе доверяю, — ответила ей Алексис.

То есть следуя собственной интуиции?

— Ладно, — сказала Тифф. — Не уверена, что мне стоит тут быть, но я послушаю.

Я снова кивнул.

Этого должно хватить.

— Эван, — обратился я к своему фамильяру, — может, напишешь нам письмецо?

— Мне нужна бумага, — ответил он.

— В конце коридора, на низком книжном шкафу, — сказал я.

Он вспорхнул и улетел.

— Ты хочешь, чтобы дрессированная птица написала для нас письмо? — спросила Гуш.

— Эван — призрак того мальчика, в убийстве которого меня обвинили. Прошлой осенью его заманило в лес. Его преследовал монстр по кличке Гиена, но ему всегда удавалось ускользать. В итоге он погиб от истощения. Вчера я наткнулся на его призрака. Сегодня утром я сделал этого призрака своим фамильяром. Он сохранил рассудок и, насколько я могу судить, приобрёл небольшие дополнительные способности.

Я услышал, как что-то шмякнуло.

Мгновение спустя появился Эван, летящий у самого пола. Лист бумаги, который он тащил, едва давал ему держаться в воздухе.

Как только он оказался достаточно близко, я выхватил у него бумагу.

— Я вбухнулся в стену, — сказал он. — Запутался в бумаге.

— Было слышно. Сочувствую, — сказал я, поднимаясь с дивана. — Я потратил слишком много из личных резервов, поэтому ноги едва держат. Чтобы добиться мощного эффекта, пришлось пустить себе кровь.

— Самоповреждение? — беспокойно спросил Джоэл.

Я направился к шкафу, стоящему возле обеденного стола. На одной из полок стояли бокалы для вина. Полка под ней была забита всяким мелким барахлом, которое норовило скопиться на столе, но не имело предназначенных специально для него мест.

Я отыскал на ней пузырёк чернил для перьевых ручек.

Отвернув крышку, я поставил её перед Эваном, придерживая пальцем. На тыльной стороне крышки оставалась капля чернил.

Он подскочил поближе, сунул лапку в крышку, потом перепрыгнул на бумагу, стоя на второй лапке и мелко подрагивая крыльями, чтобы удержать равновесие.

Водя коготком, он принялся рисовать буквы.

— Да быть того не может! — сказал Тайлер, расплываясь в улыбке.

Джоэл подобного восторга не проявил. Я заметил, как он хмурится. Остальные, похоже, не понимали, как к этому отнестись. Сбитые с толку, они молча глазели на Эвана.

— Что скажете? — поинтересовался я.

— Для кого-то, у кого мозги размером с кукурузное зерно, это довольно впечатляющее достижение, — сказал Джоэл.

— Можно я его клюну? — спросил Эван, остановившись на половине слова.

— Нельзя клевать Джоэла! — осадил его я.

Дождавшись, когда он закончит, я взял в руки лист. Буквы вышли слегка корявыми и стояли не в ряд, но вообще-то он справился чертовски неплохо.

«Всё по-правде».

— Дефис лишний, — сказал Джозеф.

— Я птичка! — ответил Эван. — Я ребёнок! Я мёртвый!

— Учитывая обстоятельства, ошибка простительна, — сказал я, возвращая лист на стол.

Эван, судя по всему, всё же слегка обиделся, поэтому перебрался к крышке от чернил, обмакнул в неё коготок, потом перепорхнул обратно и притопнул лапкой, перечеркнув дефис.

— Да уж, весьма странно, — признал Джозеф.

— Это не годится в качестве доказательства? — спросил я.

— Проще было бы считать, что птица отлично выдрессирована, и тот, кто её выдрессировал, предвидел этот момент с дефисом, — ответил Джозеф.

Никто не стал ему возражать.

Блядь. Раз уж мне так трудно достучаться до спокойных, разумных людей, да ещё тех, которые мне уже доверяют, то, вероятно, сошло бы с рук даже использование магии в общественном месте.

Не то чтобы я раньше не прибегал к магии в людных местах, но, по крайней мере, старался делать это незаметно. Возможно, маскироваться вовсе и не требовалось.

Было ли это естественное сопротивление неизвестному?

И почему я сам не столкнулся с ним, когда появилась Роуз?

Я сунул руку в рукав и извлёк медальон. Мне пришлось перевернуть его и немного распутать цепочку, чтобы ослабить неудобное крепление к запястью.

Медальон был почти пуст. Волос больше не было, но тёмный налёт на внутренней поверхности ещё оставался.

Я тщательно поелозил там пальцем, затем нарисовал на поверхности кофейного столика руну.

— Тем что я сейчас сделаю, — сказал я, продолжая рисовать, — я ввожу вас в этот мир. В какой-то степени впредь ваши ошибки будут отражаться на мне. Последствия могут быть тяжёлыми, а я не в том положении, чтобы это себе позволить.

Непонятно было, насколько хорошо это сработает. Грёзы подпитываются верой, а среди присутствующих мне верили не все.

Но используя кровь, я рисковал убить себя. А как работает браслет с изображением Стоунхенджа, который Эван забрал у Дункана, у меня не было ни малейшего представления.

Я убрал руки.

Кофейный столик отъехал на полметра в сторону, и руна исчезла.

— Ты его пнул, — заявил Джозеф.

— Он не пинал, — возразила Гуш.

— Нифига, — поддержала Алексис. — Я внимательно смотрела.

— Тогда это магниты, — не сдавался Джозеф. — Или леска.

— Это имело бы смысл только если бы он вздумал убедить нас, что он и вправду с катушек съехал, — сказала Алексис. — Но не такой он человек.

— Спасибо, — поблагодарил я. Джозеф выглядел растерянным. Очевидно пытался увязать в голове противоречивые мысли.

— Так это всё взаправду, — сказал Джоэл. — Ты бы ни за что не смог всё это приготовить за то время, пока тебя не было.

— И к тому же не стал бы, — добавила Алексис.

— Ты его знаешь куда дольше, чем мы, — сказал Джозеф. — Прости, что мы малость не торопимся поверить во что-то настолько дикое.

Я кивнул. Возражение было весомое. С Алексис я столкнулся едва ли не в первый день жизни на улице, хотя как следует узнал её лишь через несколько месяцев. С остальными я был знаком год-полтора. С Тиффани — неделю.

— Я тебя за это не виню, — сказал я.

— Так что, вся эта хрень реальна? — спросила Алексис.

Я кивнул.

— И люди, которые по твоему мнению хотели тебя убить, тоже часть всего этого?

— Да, и среди них Лорд Торонто, круг практиков, управляющих временем, в том числе один коп из местного участка, а также, вероятно, группа чародеек. За последние три дня я имел дело с бесом, который вызывает бешенство у местной фауны, гоблинообразной тварью, которая сгубила Эвана, и тем самым копом. А также пытался разобраться с самым настоящим демоном, но из этого ничего не вышло. Все четверо пытались меня убить или ухитрились что-то от меня отнять.

— И что, оно так всегда и бывает? — спросила Гуш.

— Нет, — ответил я. Помедлил в нерешительности и добавил: — Это связано с тем, кем была моя бабушка.

— И кем же она была?

— Известной дьяволисткой, — ответил я. — Одной из тех, кто замешан в действительно плохих вещах.

Ответом мне были ошеломлённые взгляды.

Недостаточно ошеломлённые. Они ещё не осознавали всего. Пока не осознавали.

— Говоря коротко, — сказал я, — мои резервы на нуле. Вот поэтому мне и нужна помощь.

— И что мы вообще можем сделать? — спросил Джоэл.

— Лично ты — ничего, — ответил я. — Тебе надо ухаживать за матерью.

— То, чем ты занят, выглядит важным.

— Это и правда важно. Если Лорд Торонто получит то, чего хочет, мир станет куда менее приятным местом для жизни. И это мягко говоря. Но если ты не позаботишься о матери, Джоэл, то мир тоже станет менее приятным местом, ведь так?

— Вопрос масштаба, — ответил он.

— Я только что общался с группой людей, и среди них была одна женщина, которая так и не стала частью всего этого. Однако она нужна этой группе поскольку, когда получаешь способность и разрешение творить магию, ты больше не можешь и не должен лгать. Клятвы становятся обязывающими. Так что, когда нужно взаимодействовать с другими группами, она играет роль лжеца.

— Джоэл не сможет соврать даже под угрозой смерти, — возразила Гуш.

— Сколько сможет, столько и хорошо, — сказал я. — Ты в деле, Джоэл?

Он кивнул.

Я на секунду задумался.

— Никто из вас не сбежал отсюда вопя от ужаса, а это значит, что я скорее всего недостаточно хорошо справился с объяснением ситуации.

— Да нет, мы, конечно, слегка охренели от того, что ты нам выдал. Но мы же типа все в одной лодке, — возразила Алексис.

Все кивнули, соглашаясь. За исключением Джозефа.

Ему, похоже, оказалось куда тяжелее, чем прочим, принять подобные идеи.

— Джозеф? — спросил я.

Это как будто позволило ему определиться.

— Я, пожалуй, не стану в это лезть.

— Погоди, — сказал я.

— Я не хочу сказать, что не верю во всё это, — продолжил он. — Я просто… в общем, одно с другим здесь как-то не складывается, что ли.

— Не могу обещать, что после моих объяснений всё станет намного понятней, но само по себе оно точно не разъяснится.

— Тогда дай мне какое-то время, чтобы обо всём поразмыслить, — сказал он.

— «Какое-то время» — это примерно сколько? — спросил я. — Ближайшие два часа для нас так-то жизненно важны.

— Я не особо хорошо справляюсь с тем, чего не понимаю, — ответил он. — Буду для тебя скорее обузой, чем помощью. Спроси ещё раз через день или два.

— Сбегаешь? — спросил Тайлер.

— Нет. Я не испугался. Я просто не готов.

— Я с самого первого дня был не готов, — сказал я. — И знаю невероятно мало. И всё же мне пришлось разбираться с очень большими проблемами.

— Так то ты. Я это понимаю, я уважаю тебя и нисколько тебе не завидую. Но ты сам дал нам возможность решать, хотим ли мы в это влезать, и сейчас я пользуюсь этой возможностью.

— Ты сбегаешь, — повторил Тайлер. На сей раз утвердительно.

— Не останавливай его, — сказал я.

— Может я и сбегаю, трудно сказать, — признал Джозеф. — Но мне не хочется чтобы ты чувствовал себя так, словно я бросаю тебя в беде, Блэйк. Я могу тебе чем-нибудь помочь?

— Можешь, — сказал я. — Нужны припасы. Инструменты. Принадлежности для рисования. Что-то, что может послужить оружием.

Он повозился с ключами, отцепил один и кинул мне. Я был настолько медлительным, что не успел его поймать и подобрал уже с колен.

— Моя квартира в твоём распоряжении, — пояснил он. — Тащи оттуда всё, что нужно. Но я пока что побуду в стороне от всего этого.

— Куда ты собрался? — спросил Джоэл.

— Не знаю. Там видно будет. Вы не злитесь?

— Мне жаль, что ты уходишь, — сказал я. — Но меня радует, что ты поступаешь так, как считаешь необходимым.

— Мне тоже жаль уходить, но…

Он не договорил, как будто хотел, чтобы кто-то закончил фразу за него. Но все промолчали.

— Бери всё что нужно, — повторил он.

И вышел за дверь.

Его решение меня неприятно озадачило. Особенно в силу того, что я понимал его причину. С Джозефом я был не особенно близок, но всё же считал его более близким человеком, чем своих собственных родителей. Я работал с ним и выполнял его заказы, мы даже делились кое-какими секретами. Я его действительно уважал. И непохоже было, что на его решение как-то повлияли извне, через связи или иным образом. Насколько я мог судить, он поступил так по собственной воле.

Из всех нас Джозеф был самым успешным, в широком смысле слова. Конечно, у Алексис тоже были постоянные заказы, но Джозеф успел завоевать некоторую репутацию авангардного художника, а в этом деле преуспевают очень и очень немногие. Он добился успеха благодаря тому, что очень тонко ощущал, чего именно хочет широкая аудитория. Он держал руку на пульсе сообщества, догадывался, что должно сработать, и воплощал это в жизнь — в довольно перфекционистской манере.

Я по-настоящему хотел, чтобы среди всего этого он оказался рядом со мной. Его проницательный взгляд на ситуацию мог многое изменить. У меня было ощущение, что он способен был стать выдающимся практиком, доведись ему этим заняться.

Я поглядел на тех, кто остался.

— Я в деле, — сказал Тай.

Алексис кивнула.

Гуш медлила с ответом.

По её лицу я понял, что она в нерешительности.

— Нет? — спросил я.

— Если бы это была душевная болезнь, я бы поняла. Но ты… говоришь о чём-то, что пришлось бы держать в тайне от Аманды.

— Это так, — подтвердил я.

— Если учесть, что мы с ней недавно… получается, что продолжения и не будет, ну, то есть, это отрежет возможность развития отношений в будущем.

— Для меня, пожалуй, — сказал я, — это стало самой серьёзной проблемой. И собрал я вас здесь именно потому, что пытаюсь её решить.

Она кивнула.

— То есть, получается, ты пас? — спросил я.

— Пока что?, — предположила она.

Решающий момент наступал прямо сейчас… но проблема была в том, что вся история с Завоевателем для них пока была не более чем слова. Смысл и значение которых они не понимают и не поймут, если не увидят сами.

— Я на твоей стороне, — сказала Гуш. — Если это что-нибудь значит.

— Спасибо, — кивнул я.

Все посмотрели в сторону Тифф.

— Не думай, что ты должна говорить «да» только потому, что другие согласились, — попросил я. — На днях я тебя спрашивал, как ты справляешься со стрессом, и ты сказала, что обычно не очень.

— Не очень.

— Это нормально, если ты не захочешь.

— А во всём этом есть что-то, что не вызывает ужасного стресса? — спросила она.

— Очень немногое.

Она нахмурилась.

— Однако это важно.

Она явно пыталась уговорить себя двигаться дальше.

И зачем Алексис её позвала? Тиффани нравился я, а она нравилась мне, но я не доверял ей в той же степени, как доверял остальным.

— Это важно, — согласился я.

— Тогда я постараюсь помочь, сделаю то немногое, на что, мне кажется, я буду способна.

— Но ты уверена? — переспросил я. — Не так давно я спорил с компаньоном на эту тему, и мне кажется, что в таких делах полумерами не обойтись. Может, лучше отступить?

— Я уверена, — сказала она более твёрдо, чем раньше, не оставляя места для возражений.

Чёрт.

Ну ладно, я не собирался отказываться от любой помощи.

— Хорошо. Итого трое. Теперь нам понадобятся кое-какие вещи, — сказал я.

— Какие ещё вещи? — спросила Алексис.

— Кинжал, — стал перечислять я. — Песочные часы. Череп. Монета…


* * *


За полтора часа, прошедшие до появления Рыцарей, я успел дать оставшимся общее представление обо всём, что произошло за эти дни. Я постарался не мешаться под ногами, когда они переставляли мебель в моей гостиной, затем мы изобразили на полу несколько окружностей. На зрительную память я не жаловался, тем более в отношении вещей, которые я делал своими руками.

В нужных точках построения уже стояли чашки. Предметы для большинства из них были наготове.

Тайлер орудовал ножовкой, пытаясь отпилить кусочек от железной кочерги из квартиры Джоэла. А сам Джоэл ходил по жильцам, пытаясь раздобыть миро и старинную монету.

— Привет! — поздоровался Ник.

— Привет, — ответил Эван.

— Привет, — сказал я.

— Похоже, вы что-то затеваете, — заметил Ник.

— Да уж, — согласился я. — Ник, это Алексис, Тайлер, Тиффани и Гуш.

— Гуш?

— Точняк.

— И ты собираешься их пробудить?

— Ну да.

— А ты в курсе, что обычно на такие вещи очень важно сначала получить разрешение местного Лорда?

— Неужели?

— Если этого не сделать, можно огрести.

— Кто огребёт, я или они?

— Думаю, ты.

— Это меня устраивает, — сказал я. — Нынешней ночью он наверняка будет мной недоволен при любом развитии событий.

Ник кивнул.

— Держи, вот книги.

Я просмотрел их. «Основные принципы защиты» — скорее всего пригодится. «Природные руны» — совершенно точно пригодится. Ещё одна книжка была разорвана пополам, осталась только вторая половина, и…

«Начала».

То что надо. Конечно, у них обязан был отыскаться лишний экземпляр, если только его не сожрал бы демон. Эта книга должна быть в собрании любого практика. Своего рода «Календарь садовода». Издание было, на первый взгляд, более старым, чем то, что имелось у бабушки, корешок развалился и был подклеен прозрачным скотчем. Я потратил пару минут на то, чтобы убедиться, что построение на полу нарисовано верно.

Вернулся Джоэл. Он притащил миро и довольно покоцанную монету, что-то вроде серебряного американского доллара.

Я быстро перелистал книгу, высматривая абзац, описывающие символическое значение предметов. Наша монета не была золотой — имело ли это значение? Книга не добавила ясности.

— Мы тут… кое в чём посвоевольничали, — подумал я вслух.

— Железо — не то же самое, что руда, — добавил сын Ника.

Пока он об этом не упомянул, мне и в голову не приходило проверить. В их книге, как и в той, которую читал я, железо упоминалось в качестве обязательного компонента. В копии Роуз вместо него был остролист.

— А действительно ли важно настолько точно следовать правилам? — спросил я. — У меня сложилось мнение, что все эти магические дела — полная чушь. Символы. На самом деле духи хотят услышать правильные слова и увидеть правильные действия.

— Мы тоже не особо точно всё выполняли, — подтвердил Ник.

— Настолько же сильно отступали от правил?

— Ну, не настолько.

— Ладно, — вздохнул я и, обращаясь к своим друзьям, спросил: — Личный предмет у всех есть? Что-то имеющее для вас большое значение?

Все, кроме Джоэла, кивнули.

В руках у Алексис ничего не было. Я задумался, что же она выбрала.

— С кого начнём? — спросил я.

Вызвался Тайлер.

— Я пока что выйду, — сказала Присс. — Сохраню мой взгляд скромным и невинным.

Я поднял бровь.

— Гуш, Джоэл, ступайте вместе с ней. Она ваш образец для подражания. Спросите у неё совета, как лучше исполнять роль назначенного лжеца, что можно и что нельзя, от чего держаться подальше и когда вылезать вперёд.

— Хорошо, — согласился Джоэл.

— Я могу остаться? — спросила Гуш. — Может, мне не нужно, чтобы мой взгляд был невинным и всё такое.

Я помотал головой, но потом сказал:

— Ладно, действуй как тебе подсказывает чутьё. Лично я именно так и делаю.

Джоэл помедлил.

— А ты сам-то уверен, что делаешь правильно?

— Понятия не имею, — ответил я. — Но мне требуется помощь… и то, что вы, народ, за мной следуете, очень много для меня значит.

Он кивнул.

Я взял у Тайлера отпиленный кусочек кочерги и передал ему книгу, открытую на нужной странице.

Оставшиеся Рыцари отступили за угол, в кухню, чтобы не мешать нам с Тайлером.

Он приступил к чтению, а я взял кусок железа плоскогубцами и разогрел в пламени небольшой газовой горелки, которую держал под раковиной.

Нагретый металл бросил в чашку.

В начале ритуал Тайлера. Все остальные разошлись по углам комнаты. Я опёрся на обеденный стол, на котором всё ещё оставались продукты и лежала завёрнутая в куртку рука демона.

— Ты должен раздеться, — сказал я ему.

— Ни за что, — ответил он.

— Нужно открыть себя, придать себе уязвимость, показать, что тебе нечего скрывать.

— Серьёзно? Или ты просто собрался поглазеть на голых девчонок?

— Я ему как-то предлагала, — заметила Алексис. — Он сказал нет. Так что вряд ли сейчас дело в этом.

— Блин, — с досадой сказал Тайлер. — Чур тогда не подглядывать.

Он начал нараспев читать заклинания. Я закрыл глаза, слушая и размышляя.

— Боже, это реально взаправду, — пробормотала Тиффани.

— Тихо, — шикнул кто-то.

Она видела, как всё изменяется, как движутся чашки и линии, как меняется освещение.

Постепенно розоватый свет, проникающий сквозь мои веки, сменила темнота.

Я открыл глаза, выставив руку вперёд, чтобы частично загородить себе вид Тайлера, и увидел, что он находится посреди оазиса. Тонкие лучи света проникали сквозь балконное окно, создавая впечатление, что мы находимся в глубоком космосе. Потом этот свет померк, а Тайлера и построение стало видно лучше.

Эту часть ритуала я ему не объяснил, решив предоставить ему разбираться самостоятельно, как это когда-то делал я.

Круг сдвинулся, и перед ним появился нож. Тайлер когда-то изготовил его своими руками, увлёкшись металлообработкой. У нас этот нож исполнял роль кинжала.

— Обрезаю связи со старым Тайлером, — сказал он.

Его ответы были не такими односложными, как мои.

Песочные часы. Мы отыскали какую-то мелкую дешёвку из настольной игры. Повинуясь минутному импульсу, я добавил к ним амулет со Стоунхенджем, отобранный у Дункана.

— На ум приходят фазы луны. Мне куда больше нравится время, когда я могу шляться в одиночестве где попало, чем места, где я могу побыть один.

Он говорил что-то странное. Не занесло ли его слишком сильно?

«Ловец снов», одна из немногих вещей, которые точно соответствовали описанию в книге.

— Я не хочу работать за зарплату. Меня даже сама мысль об этом пугает. Хочу быть по другую сторону. Быть художником, волшебником, испытывать вдохновение.

Появился череп. Кошачий, выбеленный. У меня в спальне он играл роль груза для бумаг. Лежал на стопке отложенных квитанций для возврата налогов, пока полиция не раскидала всё в разные стороны. Что-то вроде шутки для самого себя — смерть и налоги.

— До самой смерти, полагаю, — сказал Тайлер.

Монета.

— Я к этому отношусь серьёзно, — сказал он. Мне показалось, что он произносил всё, что приходит на ум. — Это имеет вес. Всему есть цена.

Я кивнул. Последнюю мысль он явно ухватил из моих расплывчатых объяснений по поводу произошедшего.

Роза. Куда свежее, чем та, что была у меня и Роуз.

— Думаю, всё в мире связано? — предположил Тайлер. — Жизнь, смерть, время… ну да… Бессмысленно заявлять, что я отдам этому свою жизнь до последнего дня, если не выкладываться как следует, пока ещё жив. Так что я посвящу этому свою жизнь.

Я поморщился. У меня оставались большие сомнения насчёт его способности всецело посвятить себя чему бы то ни было. Но я позволил себе думать, что это обещание можно воспринимать иначе. Можно посвятить себя музыке, не ограничиваясь одним инструментом и стилем. Если бы Тай был музыкантом, он перепробовал бы все инструменты и познакомился бы со всеми стилями, о которых смог бы хоть что-нибудь выяснить. Это само по себе требовало самоотдачи.

Пришёл черёд личной вещи.

Это была USB-флешка.

Он, как и я когда-то, похоже почувствовал, что этот выбор следует объяснить более подробно.

— У меня есть сестра, она на двадцать лет старше. Я видел, как жизнь высасывает из неё все соки. Долги, дети, брак, из которого ушла любовь.Она всё делала как положено, а в результате получала только проблемы. На этой флешке моя история. Стихи, которые я написал, когда мне было двенадцать, фотографии работы, которую я сделал на прошлой неделе. Архив почты, и я точно знаю, что там есть мои письма сестре и её ответы. Я… я пытаюсь найти дорогу туда, где мне надлежит быть. Блэйк сделал для меня то, что было правильно, и даже если я не останусь с ним надолго, мне кажется, что сейчас я должен дать ему поддержку. И вся эта тема слишком интересна, чтобы её не исследовать. Вот такой я… и может, именно поэтому теперь-то я ни за что не облажаюсь, и не закончу, как моя сестра.

Чашка уехала в сторону, унося с собой флешку.

Оставалось только произнести строки, относящиеся к предложению пищи. Подношения различным видам Иных.

Потом настала очередь клятвы.

Тайлер выглядел счастливым.

Блин, как же мне хотелось верить, что его счастливый вид не сменится в будущем чем-то совершенно иным.

Ритуал завершился. Чашки оказались разбросанными по всей квартире.

Я кинул Таю его футболку и труселя.

— Вот же блин, — восхищённо протянул он.

— Иначе и не скажешь, — сказала Алексис.

— Нет, я хочу сказать… вау, блинский блин!

— Он Видит, — попытался объяснить я.

— Спасибо, типа, растолоковал — съехидничала Алексис.

Я рассеянно покивал головой.

— Блинский блин, — повторил Тай, глядя на Эвана сияющими, слишком сияющими глазами. Судя по всему, это был один из длительных остаточных эффектов ритуала, наподобие того, что происходило с моими татуировками.

— Привет! — сказал ему Эван.

— Обосраться и не встать! Здорово, птица!

— Я Эван!

— Эван, точно, извини!

— Ты поосторожнее, — напомнил я. — Гиперболы — зло. Ты теперь не можешь лгать. Вероятно, и от слишком экспрессивных выражений стоит воздерживаться.

Тай кивнул.

— Я ведь всё верно сделал? Там, где появлялись разные предметы?

— Я обычно отвечал односложно. Думаю, тут допускается некоторая гибкость. В этой части ты… ну, не знаю, как бы представляешься, что ли, на самом базовом уровне. Смысл более важен, чем конкретные слова. Всё сработало, так, что, вероятно, оно не было неправильно.

Он кивнул.

Я поглядел на часы. Времени оставалось немного. Я перевёл взгляд на Ника.

— Можешь забрать с собой Тая? Провести для него ликбез, или отвезти туда, где есть дух, которого он сможет связать?

— Связывать впопыхах мы вообще-то не особо умеем, — ответил Ник, — но основные руны я показать могу.

— Будь добр, — попросил я.

— Конечно.

— А мы с теми, кто остался, наведём порядок, расставим вещи по местам и займёмся следующей в очереди, — добавил я.


* * *


Я видел, как перед Алексис появился нож. Я стоял за углом кухни, опираясь спиной о стену. Ровно так, чтобы не видеть её саму, но держать в поле зрения участок пола прямо перед ней.

— Скульптура. Резьба.

Амулет со Стоунхенджем.

— Стоунхендж вроде предназначался для наблюдения за фазами луны, так? Женское начало?

Ловец снов.

— Связывание.

Кошачий череп.

— Насилие.

Потёртая монета.

— Гордость.

Роза.

— Боль.

Личный предмет.

До этого я не видел, что именно она положила в чашку. Теперь разглядел. Три коренных зуба, закреплённые на пластинке.

Зубной протез?

— Мне кажется, это важно. Если я должна дать миру сверхъестественного понять, что я собой представляю, оставить свой автограф у входной двери, то вот… это вполне подходит. У нас есть свои недостатки, я имею в виду, у людей. Мы изломаны. Мы приходим в мир почти идеальными, голыми и счастливыми, а потом жизнь выдаёт нам люлей. Даёт под зад и заставляет чувствовать себя дерьмом. Наносит неисправимый урон. Из-за невезения, из-за других людей, из-за наших собственных ошибок. Я хочу стараться ради того, что я люблю. Хочу находить хорошее, быть среди тех, кто чинит, а не ломает. Кто любит, а не ненавидит, хотя, наверно, у меня и любовь такая, перекрученная. Я хочу совершать как можно меньше ошибок… и это говорит курильщица, так что можете заодно сразу считать меня немножко лицемеркой, раз такое дело.

Чашка ускользнула из поля зрения.

— Ага, — сказала она, когда перед ней появилась следующая. — Примерно то, что надо.

Потом были слова, которыми надлежало приветствовать Иных и выразить им уважение.

После этого наступила очередь клятвы.

В комнате стало светлее.

Прошло некоторое время, прежде чем Алексис подала мне знак, что можно смотреть.

Я заглянул в комнату. Она была почти одета.

Ей пришлось потратить некоторое время, чтобы найти чашку с зубным протезом. Она подобрала его и поставила на место, широко раскрыв рот.

Её жёсткие волосы будто развевал мягкий ветер. Это смотрелось обыденно и в то же время абсолютно сверхъестественно.

— Привет, — окликнул её Эван, когда она подошла ко мне.

Она улыбнулась и махнула ему рукой, потом встала у стены рядом со мной и откинула назад голову, закрыв глаза. Пытаясь осознать произошедшее.

Я осторожно взял её руку и слегка сжал. Не открывая глаз, она улыбнулась.


* * *


Оставалась одна Тиффани. Насчёт неё я сомневался больше, чем по поводу всех прочих.

Времени в запасе было всё меньше и меньше. По мере того как она проходила все этапы, моё беспокойство росло.

Я с радостью заметил, что предметы стали появляться перед ней в должной очерёдности. Сперва нож.

— Опасен, если не обращаться с ним осторожно.

Амулет.

— Обманчиво простой, но имеет свою историю.

Ловец снов.

— Иногда, чтобы понять свои мечты или найти тех, кто тебе нужен, приходится мыслить нешаблонно.

Кошачий череп.

— Пугает, если его выставить напоказ… или завораживает? Не могу решить. И то и другое.

Роза.

— Служит символом. Красивая. Почти бесполезна.

Личная вещь.

Значок общества анонимных алкоголиков.

— Он вообще-то не мой. Но моя жизнь всегда определялась другими людьми. Я надеюсь, что сейчас тот случай, когда я смогу сама за себя решать. Что получу немного силы и не буду чувствовать себя такой бессильной, как раньше. Я хочу быть плечом к плечу с моими новыми друзьями, хочу найти в себе хоть немного смелости… Это… это память о невыполненных обещаниях. Она сделала меня такой, какая я сейчас. Поломанной и с изъянами, как сказала Алексис. Но правила помогают стать сильнее, и я, наверное, горжусь собой, за то что пообещала себе не пить, не принимать наркотики, не предавать членов семьи. Мне нравится, что сейчас я следую этим правилам. Если вы… если тот, кто слушает сейчас, слышал меня раньше, он мог заметить, что раньше я, наверно, была не так уверена. Но теперь, когда правила становятся незыблемыми, я уверена больше. Я хочу стать надёжнее, и с вашей помощью стану.

Чашка двинулась дальше.

Я глубоко вдохнул, потом выдохнул.

Она выразила уважение Иным, затем произнесла слова, скрепляющие договор.

Проявления силы были короткими, но яркими. Пока круг иссякал, мелькали вспышки света, а затем озарилась вся комната.

К тому моменту, как она оделась — это не заняло много времени — эффект пропал.

— Привет! — окликнул Эван.

— Привет, — ответила Тиффани.

Дело сделано.

Теперь у меня есть круг.

И совсем не осталось времени.

— Ребята, на обучение у нас времени не осталось, — сказал я. — Значит, придётся ограничиться мелкими, простыми задачами.

— Начинать с простых и небольших задач вроде как правильно, — согласился Тай.

Оставалось сорок пять минут. Если вычесть время поездки…

— Ник, ты хотел помочь? Моим друзьям нужен интенсивный вводный курс магии, на пятнадцать минут.

— Я не настолько сведущий.

— Я тоже, — ответил я. — Но придётся обойтись тем, что есть. Нам предстоит разобраться с Завоевателем.

Глава опубликована: 04.08.2021
Предыдущая главаСледующая глава
20 комментариев из 438 (показать все)
Eterni
Есть ВоГ с прямым ответом на этот вопрос и да судят местные духи.
You'd get gainsaid. There are arbiters of this sort of thing (including ambient spirits) and they'd just take the simple route and gainsay you some.

Forswearing is for explicit oaths and promises.
Eterni
По моему Юристы это люди. Или бывшие люди которые продали свои души и задницы в служении злобным силам что бы те взяли на себя их карму и т.д и таким образом они будут служить 510 лет потому что именно столько понадобится им что бы возместить кармический долг..
Судя по всему Демоны Пакта по природе своей злые и воплощают собой Энеропию и разрушение это буквально их природа и не нехотя, не могут и не будут идти против своей природы даже если способны что то создавать то только ради того что бы увеличить энтропию всей остальной системы.
Eterni
This is referred to by some scholars as the "Listen here, you little shit" effect.
Thunder dragon
Полагаю здесь и зарыта сила кармы. Не в невезении (иначе бы Блэйк давно окочурился), а в высоким требованием платы. Те кто обладает хорошей кармой, могут и условно "врать", обходя прямую ложь. С низкой кармой даже сарказмом или предполагающее утверждение может нанести урон.
Именно поэтому косвенный обман Бехайма с таймскипом в фастфуде не расценивался как обман (он на хорошем счету), а простое фигуральное предложение Блэйка с юристам - урон по силе.

Вербовка слуг и созданию порядка для служения тоже признак конструктивности и интеллекта.

не могут и не будут идти против своей природы даже если способны что то создавать то только ради того что бы увеличить энтропию всей остальной системы.

Полагаю что как раз наоборот они периодически идут против своей природы, ради создании организации слуг. Иначе бы они были не более чем хтониками энтропии, с которыми даже разговаривать нельзя. Они были как стихийное явление.
Но если они разумны, то, ради постоянного притока энтропии, могут пойти на компромиссные решения. Это же и касается Завоевателя. Иначе непонятно почему они вообще говорить умеют и общаются с другими. Следовательно опять же непонятно зачем им вообще один и единственный армагеддон, когда выгоднее делать бесконечное множество маленьких армагедашек :)
Показать полностью
Rats Онлайн
похоже на sampling bias - в мире действуют только те демоны которые достаточно разумны чтобы понимать концепт отложенной награды, все остальные просто выжрали кусок мира и были сдержаны или просто не смогли найти путь к реальности
Eterni
Я же сказал что создают что то только ради того что бы поднасрать еще больше. Как слуги Вирма в мире тьмы. Ну да они могут создавать например больше порчи там биологическое оружие и т.д.
Ну завоеватель очень стар и кто муже он людей хавает, то есть завоевывает что бы понимать все эти сложные штуки.
Thunder dragon
Ну вот, значит они разумны и способные на компромиссные решения. Следовательно непонятно зачем им вообще конец мира и почему их бояться, когда они часть мира и тоже могут пойти на сотрудничество, соблюдая некоторую норму в энтропии. От чего и от самих дьяволистов чего тогда пугаются? Полагаю что и Орниас и Цирюлник на призыв тоже ничего за просто так делать не станут.
Eterni
Ну вот, значит они разумны и способные на компромиссные решения. Следовательно непонятно зачем им вообще конец мира и почему их бояться

Если вы (ты?) настроены пообщаться серьёзно, то я с удовольствием. Вы ставите хорошие вопросы. Но тот, что относится к демонам, по-моему, из числа самых простых. Давайте попробую сформулировать, как я это вижу.

Представьте себе что-то такое, что для вас связано с силами творчества, созидания, со смыслом жизни и прочим в том же духе. Что-то, про что вам не хотелось бы, чтобы оно было уничтожено демонами. Я опишу иронически, чтобы снизить пафос, но вы внутри себя постарайтесь серьёзно. Вот, представьте, концертный зал, чёрный зеркальный пол, красные бархатные кулисы, на возвышении белый рояль и за ним (Дима Маликов -- зачёркнуто) прекрасная пианистка вдохновенно играет величественную мелодию. Не торопитесь говорить "да я вообще классику ненавижу", просто поищите в душе такое состояние, о котором вы могли бы воскликнуть "остановись, мгновенье, ты прекрасно" (помните, кто и в чьём обществе это произнёс, да?). Это пока просто наш сеттинг, мы писатель.

И теперь предположим, что мы хотим показать, как демон это уничтожает. Не клюквенно, а по серьёзному. Чтобы читателя правда проняло. Пойдём от простого к сложному. Самое простое -- это такой как бы демон-амбал. Хрясь -- занавес в лоскуты, рояль в щепки, пианистка в лужу. Ужасно (если хорошо описать), но бабушка Роуз сказала бы, что это не демон вовсе, а просто какая-то злая сущность, которую записали в демоны давным-давно, когда люди ещё хуже разбирались в классификации Иных, чем теперь. А на самом деле это, может быть, и вовсе гоблин средней руки.

Хорошо, повысим ставки. На арене Ур. Исчезает рояль, исчезает зал, исчезает пианистка. Не просто исчезают, уничтожается сама память о них, все следы существования, как будто ничего этого никогда не существовало. Не ужас, а ужас-ужас. Но всё-таки подумаем и о том, что даже в забвении как таковом человек нередко находил утешение.

А ещё страшнее можем? Пожалуй, можем. Музыка смолкает, с соседних кресел поднимаются люди (тут становится заметно, что у них нет лиц), они спокойно выходят на сцену, что-то буднично зачитывают, достают инструменты и очень деловито и буднично разбирают на детали сначала рояль, а потом пианистку. Делают они это так, что зритель (который остаётся жив) до конца своих дней при виде красного бархата (да что там, при любой мысли о музыке) будет видеть и слышать только эту сцену.

Страшно? Да. А ещё страшнее можем? Если подумать, то, пожалуй, есть куда расти. Мы описали варианты, условно говоря, с одной звёздочкой, с двумя и с тремя (с пятью, если постараться). А их может быть и двадцать, и тысяча. Нет предела совершенству. И вот ровно этим, по замыслу автора, заняты и юристы и все, кто ищет "мирного сосуществования" с демонами. Сами по себе демоны, неважно, пришли ли они из глубин пространства или времени, не очень тонко разбираются в людях и не знают, как сделать на двадцать звёздочек. И вот, получается, всякий, кто так или иначе ведёт с ними дела и тем самым позволяет им лучше узнать людей, самым этим фактом предаёт человеческий род и обрекает его на чрезвычайно изобретательные мучения.
Показать полностью
Eterni
Ну так у тебя подход к демонам слишком человеческий.
Это с инопланетянами или с роботами можно было бы так договорится. Ты ищешь рациональное зерно там где его может и не быть. Ну ты знаешь все эти Лавкрафтовские ужасы и воплощения хаоса за гранью понимания с ними такое не прокатит.
А тут у нас демоны которые активно пытаются уничтожить мир. Сама суть разрушения и уничтожения. Это тебе не ваховские демоны которые питаются человеческими эмоциями. Эти настроенные очень серьезно на уничтожении любого порядка. А ты хочешь привить им понятие баланса. Знаешь почему во вселенной там много пустоты и так мало материи? Особенно сложно организованной и живой материи? Потому что ее сожрали демоны. Типа они не хотят жить в этом мире. Они хотят его уничтожить.
kstoor
Вы описали лишь функцию. Ещё раз, почему не пошли на компромиссное решение?
И вот мой пример:
Когда кто-то лишь слегка порвал занавес.
Когда кто-то лишь убрал стол.
Когда кто-то лишь разобрал кулис.
Но мелодия продолжается, не такая прекрасная как ранее, но она ещё и есть. Уничтожать, разбирать и исчезать по прежнему есть куда. Более того, если всё починить, отремонтировать, восстановить, построить новый рояль, привести другую пианистку - демоны могут повторить хоть тысяча раз, чем один раз и полностью.

И если демоны не могут делать это на 20 звездочек, то как они сделали на меньше количество звездочек сотворение, восстановление и ремонт своих слуг? Откуда бес знает образование, язык и общение и способен найти компромиссное решение, чтобы общаться с Блэйком? Откуда Цирюльник знает правила общения языками жестов? Откуда Орниас вообще знает арифметику и знает, когда его позовут по количеству имён?
И если тот же бес знает об образовании, то почему не создать Бюро Энтропии.
Вот как было в Ночном дозоре, когда вампирам, методом жребия, давали выбирать кого можно кушать.
Почему ВСЕМ Иным и демоном такой же пакт не завести и не соблюдать режим, где бесам и демонам отведено строгая дозировка энтропии в определенном месте по выбору? Тогда каждый получит своё паек хоть тысяча раз и не будет огня и серы.

Вдобавок, почему те, кто уничтожает, стирает и разбирает пианистку, не делает этого и для самого себя? Почему Иной, вроде гоблина, не уничтожает самого себя? Может потому что даже гоблин обладает некими зачатками разума и самосохранения? Почему демон не стирает самого себя? Почему демон не разбирает самого себя, вот кстати на примере Цирюльника, он как раз себя разбирал, но и то частично. Полностью себя не расчленил.

Thunder dragon
Ну так у тебя подход к демонам слишком человеческий.
Такие аргументы относятся из категории "тебе не понять".
И нижеперечисленные аргументы как раз тоже не катят.
Это с инопланетянами или с роботами можно было бы так договорится.
С роботами не факт, они программа, у них нет разума. Вспоминаем цитату из первого Терминатора "его нельзя подкупить, он не остановиться ни перед чем, пока не убьет тебя". И замечаем что с роботом даже не договаривались. Его пытались именно убить.
Ты ищешь рациональное зерно там где его может и не быть.
Зацепился бы за слово МОЖЕТ, но один лишь бес УЖЕ показал своё рациональное зерно.
Лавкрафтовские ужасы и воплощения хаоса за гранью понимания с ними такое не прокатит.
Тоже другое. "неведомые" существа с которыми даже просто общаться повергают свидетеля в ужас по умолчанию можно отнести к хтоникам - с ними нельзя общаться и они угроза. Дьяволисты очень так с ними общаются, Блэйк с ними общается.


А тут у нас демоны которые активно пытаются уничтожить мир. Сама суть разрушения и уничтожения. Это тебе не ваховские демоны которые питаются человеческими эмоциями. Эти настроенные очень серьезно на уничтожении любого порядка.
Ещё раз. Почему тогда они вообще нанимают слуг? Почему у них есть организованность? Почему даже бес изволит общаться с человеком и искать компромиссное решение?
Они РАЗУМНЫ. И будь хоть тысяча раз воплощением разрушения, они способны ВЫБИРАТЬ, они способны идти на КОМПРОМИСС. И потому привить им ппонятие баланса является не просто элементарным, они сами УЖЕ тянутся к балансу. Они не стихия, не ураган, не хтоники.
Знаешь почему во вселенной там много пустоты и так мало материи?
А вот сейчас вас в описание лора занесло.
Типа они не хотят жить в этом мире. Они хотят его уничтожить.
*закатываю глаза* Ещё. Раз. Они. Разумны. Они общаются. Почему они общаются, почему они сотворили в себе образование и речь? Почему, раз они такие могущественные, вообще общаются со смертными и заключают пакты?
Если они воплощение разрушения - создавать им разум, создавать дьяволистов, юристов, идти на компромисс, заключать пакты, даже вот просто уметь говорить, знать арифметику - ВСЁ это идёт в разрез их функции. И вот я спрашиваю - нахрена?

Полагаю вселенную схомячили отдельно хтоники, но они хтоники, к ним отдельный вопрос, а мы говорим о целой организации.

Если они тоже хтоники и просто хотят разрушить мир - они не должны вообще контактировать.
Если они разумны и общаются со смертными, значит они с ними считаются. Так почему с ними не заключить компромисс, вместо того чтобы бояться? Почему не соблюдать меру в Энтропии, чтобы можно было уничтожать сколько угодно с минимальным препятствием со стороны других Иных?

Вы оба мне все тут говорите, как во всех шаблонных фэнтези. Тоже самое я и у Рудазова критиковал. Почему демоны, обладающие разумом, не идут на компромисс? И все-все мне поголовно говорили, размахивая руками, делая страшный голос:
"ууууу, потому что они ужасные и страшные демоны уууууу, они не хотят мира во всем мире, они хотят уничтожить его, ууууу"
"тогда почему они вообще создают свой мир, общаются со смертными, способны договариваться?" спрашивал я.
"ууууу, чтобы потом можно было уничтожить весь мир, ууууу"
"Тогда зачем они вообще договариваются, если хотят тупо уничтожить? Зачем им разум?"
"ууууу потому что они разумные, ууууу, и идут на компромисс уууу"
"но зачем идти на компромисс, если хотят уничтожить его?"
"Ууууу, потому что они страшные демоны, уууууу, они очень и очень страшные, ууууу, представь как они разбирают пианистку, уууууууууууууууу"
" -__-'''' "
Показать полностью
Eterni
Я отвечу потом подробно, но один момент хочу оговорить сразу. Чтобы договориться об общем базисе (точнее, понять, есть он или нет). Мы обсуждаем механику игрового мира или ведем разговор об использовании Вайлдбоу общекультурной парадигмы "дьяволы, их слуги и их деяния"?

Если первое, то я пас -- по той причине, что мир Пакта совершенно очевидно НЕ механистичен, и говорить о нём как о механистичном неинтересно. И вообще механистичные миры неинтересны, чего там обсуждать. Выдал бригаде программистов ТЗ, и погнали.

Если второе, то очень интересно. Но тут нужно принять стартовую позицию -- что эта парадигма сама по себе очень широкая во времени и географии, рыхлая и внутренне противоречивая. Назначать что ВБ, что читателя ответственным за её целостность и непротиворечивость -- совершенно несправедливо. На мой взгляд, имело бы смысл обсуждать вот что.

Что ВБ берёт из готовой парадигмы и что своего добавляет. На мой взгляд, здесь он совершенно в мейнстриме, за исключением буквально пары существенных моментов. Поэтому я сказал, что ответ на вопрос о демонах вижу простым.

Какие вещи остаются "за кадром", но мы можем их домыслить, чтобы убрать наиболее вопиющие внутренние нестыковки, вроде тех, о которых вы говорите. Здесь важно, чтобы домыслы были максимально простые, не влияли на замысел автора и желательно не создавали новых нестыковок. Опять же, имею простые идеи на этот счёт.

Про "уууу" и воображаемые диалоги вот этого вот не надо ) Если я что сказал, то это можно процитировать, а если нет, то нельзя. Один раз скажу вежливое слово "пожалуйста". Отвечать за вашего воображаемого собеседника охоты нет.
Показать полностью
Не знаю что мы обсуждают, куда больше мне известно, почему не любитель фэнтези из-за странных местных правил. В том числе с демоными, подобия Пакта. Они хотят уничтожить мир, но ведут бизнес.


Какие вещи остаются "за кадром", но мы можем их домыслить, чтобы убрать наиболее вопиющие внутренние нестыковки

kstoor
То есть, если просто и вкратце - "Я не знаю, и, полагаю, автор тоже не знает. Он просто скопировал часть шаблонов фэнтези с демонами и ведёт свой рассказ."
Всё.
Больше не надо. Если ВБ не отвечал на форуме, мне остается развести руками и очередной сказать почему фэнтези не нравятся и увы, Пакт тоже не безгрешен их недостатками.
Eterni
Это не из серии "тебе не понять". С тем же "Урр.." нельзя нормально договорится его цель жрать. С пактами интересная тема что демоны часто вынуждены следовать пактам как и большинство иных из за печати Соломона. Либо им это выгодно.
Демоны как и большинство духов и иных априори владеют некоторым пониманием, осведомленностью хз как это назвать. Например они могут знать все языки, или в зависимости от наблюдателя, или как то универсально понимать суть при том что они их никогда не изучали. Хотя это зависит от типа Иного. То есть то что Иной говорит это еще далеко не значит у него есть интелект и наоборот. И он мог обладать им изначально по прде своей, это люди учатся.
Откуда бес знает образование, язык и общение и способен найти компромиссное решение, чтобы общаться с Блэйком?
"Поз забирал понемногу от каждого. Эти кусочки личностей, насколько я мог судить, и составляли человеческую сторону его натуры. Он урвал себе кое-что от юристов, врачей, айтишников, бизнесменов, банкиров и многих других."
Ты пытаешь подойти к Духа с механической точки зрения. Конечно такой подходит не работает.
Объясняю еще раз они Хотят расковырять весь мир под ноль.
"— Ммм… — сказал он. — Но я всё-таки нанесу урон. Ослаблю человечество и сам мир, верно? Это всё, чего хотят мне подобные.
Всё, чего хотят ему подобные. Возможно это правда, но возможно, что это лишь общая, абстрактная цель всех «ему подобных».
От обычного демона Поз всё-таки кое-чем отличался.
Он был бесом. Паразитом, который вселялся в людей, а затем переходил к другим. Спорой. Искрой, стремящейся устроить пожар."
У них разные подходы. Тираниды тоже создают культы генокрадов но их конечная цель сожрать планету. Демоны укладывают пакты когда им это выгодно или когда вынуждены но их конечная цель уничтожить мир. Они буквально стремятся нарушить естественный порядок вещей а ты предлагаешь им взаимовыгодное существование? Да некоторые демоны подходят к этому с умом систематически, но от этого не легче.
Показать полностью
Thunder dragon
С пактами интересная тема что демоны часто вынуждены следовать пактам как и большинство иных из за печати Соломона. Либо им это выгодно.
Ну вот опять, по кругу. Теперь признаем что демоны разумны, а не ожившие хтоники, жаждущие просто разрушение мира. Что опять подводим к вопросу почему их бояться и они не сотрудничают с другими Иными в поисках компромисса.
Поз забирал понемногу от каждого. Эти кусочки личностей, насколько я мог судить, и составляли человеческую сторону его натуры. Он урвал себе кое-что от юристов, врачей, айтишников, бизнесменов, банкиров и многих других."
Я не про образованность от других людей. Что-то мне подсказывает что разум и общий язык он знал и до этого.
То есть то что Иной говорит это еще далеко не значит у него есть интелект и наоборот.
Вообще то чтобы сложить звуки в слова, а слова в предложения, а предложения в речь - как раз таки нужен интеллект. Если это конечно не какой-то попугай-демон.
Конечно такой подходит не работает.
Тогда и вся вселенная перестаёт работать. Нету обоснуя. Нету причинно-следственной связи и легко сказать "Они суть разрушения жаждущие разрушить мир... но при этом они ведут переговоры и идут на компромисс".
они Хотят расковырять весь мир под ноль.
Опять по кругу. Спрашиваю ещё раз - зачем они вообще общаются с людьми? Зачем им разум? Зачем вообще некое подобие организации делают, если они суть разрушения?
У них разные подходы.
Тогда у них, как вы описали в Вахе, должна быть междоусобица. Одни хотят просто разрушения, другие готовы на сотрудничество. И те кто за бизнес-модель, эту самую бизнес модель давно бы сделали. В Пакте есть подобное? Есть целые организации демонов, которые сотрудничают с иными на примеры отдельных участков энтропии? (как было в том же Дозоре)
Они буквально стремятся нарушить естественный порядок вещей а ты предлагаешь им взаимовыгодное существование?
По моему это не только очевидно и элементарно, но и взаимовыгодно. Потому что если вот с гоблинами, которые не шибко лучше - вот нашли. С гедонистами культов Диониса нашли. С Завоевателем нашли. Все они тоже подходят к миру деструктивно, с разностью, но так же без блага. То к сути разрушения, коли оно РАЗУМНО И МОЖЕТ НАХОДИТЬ КОМПРОМИСС, чего-то вот не находят, только сами дьяволисты находят.
Демоны укладывают пакты когда им это выгодно или когда вынуждены но их конечная цель уничтожить мир.
И опять по кругу. Что важнее для демона? Сама цель или процесс как средство питания их сути? Если цель - зачем вообще контактируют? Если процесс - зачем вообще разрушают без пактов? Почему нет организации и сотрудничества с иными и почему демонов боятся хуже огня?
Показать полностью
Rats Онлайн
Они суть разрушения жаждущие разрушить мир... но при этом они ведут переговоры и идут на компромисс".

Это не компромисс "я конечно хочу хаоса но не столько!" а "я конечно хочу хаоса, но могу немного потерпеть и потом будет вдвое больше хаоса!"
Eterni
То есть, если просто и вкратце - "Я не знаю, и, полагаю, автор тоже не знает. Он просто скопировал часть шаблонов фэнтези с демонами и ведёт свой рассказ."
Всё.
Больше не надо.

Ну не надо так не надо, не сложился наш роман ))) Задумались бы хоть на минуту: человек полтора факинг года тратит по 15-20 часов в неделю на перевод этой книжки, наверняка уже много всяких мыслей по её поводу передумал. А не, неинтересно.
Rats

Это не компромисс "я конечно хочу хаоса но не столько!" а "я конечно хочу хаоса, но могу немного потерпеть и потом будет в двое больше хаоса!"
Вдвое с каких масштабов? Они вроде хотят хаоса всего. Но почему-то делают в ограниченных масштабах и даже, наоборот, ваяют иногда порядок для слуг. Юристы как пример. Не выглядят как изодранные бомжи с улицы.
kstoor
Вы же ведь не утрируете или не издеваетесь, верно? Причем здесь перевод? Про сам роман
вообще напротив. Сказал же, Пакт намного круче чем тот же рудазовский. Я просто озвучил досаду с демонами и типичными правил фэнтези. Это никак не сбавляет градус того накала, что творится с Блэйком. А то, что с ним творится - гораздо круче ангста даже у Дрездена.
Сейчас читаю, как его повязали в участок. Сколько там диалогов, экшена, напряжения и накала, что за голову хватаешься. ТАКОГО у Хомяка нет, даже в глобальных сражениях.

Да и вполне возможно, что потом обоснуй будет. Ведь перевели то едва ли треть романа, а там ещё сиквел лежит, так что...
Показать полностью
Eterni
Они используют разум что бы причинить Больше разрушения. Она укладают пакты что бы искушать людей. Они создают террористические ячейки что бы нести в тысячи раз больше разрушения.
Ты предлагаешь пытаться договорится с ребятами чье конечная цель прямо противоположна твоей.
Ты пытаешь найти баланс с существами которые пытаются найти как можно больше хаоса. Да они разумны но пока ты пытаешь с ними договорится они пытаются тебя наебать. Ты можешь договорится с гоблинами которые любят бардак и срачь или с завоеванием который само завоевание на предмет захвата того или иного. Потому что они хотят жить в Мире, по этому с ними можно жить в мире.
Демоны жить в Мире не хотят, они хотят этот Мир сожрать с концами, даже если демон знает что у нго конкретно это не выйдет он попытается максимизировать урон, даже если знают что им это не выгодно, даже подыхая он попытается поднасрать максимально.
Да в теории ты можешь с ними договорится на взаимо выгодных условиях, они тебе силу ты им разрушение. Но в конечном итого их конечная цель уничтожить все по максимуму. В отличии от демонов вахи или гоблинов которых прикалывает сам процесс, у этих Демонов есть великая цель, Великое Зло, все разьебать и по пути уменьшения энтропии или баланса они идти не захотят.
Показать полностью
Eterni
Черт да че уж там говорить что Демоны несут непоправимый урон самой Реальности мать вашу. И сама вселенная их не очень жалует. И само взаимодействие с ними несет плохую карму! И они распространяют вокруг себя порчу, как долбаную мать вашу радиацию которая заражает все и всех и вся и другие Иные это чувствуют и такие "Фи..".
Thunder dragon
Опять по кругу. Ещё. Раз. *Как сказал один человек из Один Дома 2 "Я могу продолжать вечно, детка"*.
Большие и единожды или бесконечные и чуть меньшие? Они хтоники или разумные?
Если первое, на подобие Орниаса и таки могут причинять масштабные разрушения на примере одного лишь беса, зачем им заключать Пакты?
На примере с юристами они доказали организованность и возможность создания. А раз могут создавать и делать уступки - зачем им вообще большие разрушения, когда можно растянуть процесс на бесконечно малые, если для них это как потребность к выживанию для человека? Если их цель - полный конец света, зачем люди с ними общаются? Зачем демоны с другими общаются? Если разум направлен на компромисс, почему не использовать далее?

Ты предлагаешь пытаться договорится с ребятами чье конечная цель прямо противоположна твоей.

Тоже самое, что тёмные по отношению к светлым в Дозоре. И ведь там таки договаривались.

Ты пытаешь найти баланс с существами которые пытаются найти как можно больше хаоса. Да они разумны но пока ты пытаешь с ними договорится они пытаются тебя наебать.
И по новой. Если все демоны лгут, то зачем им тогда вообще договариваться? Зачем им вообще разум? Зачем другие с ними общаются? Каким образом вообще заключают пакты? Зачем им одевать в костюмчик юристов? Собственно на примере юристов же и видим что демоны не всегда врут, а даже способны на конструктивность и сотрудничество со смертными, на примере гоблина - даже на повиновение. Для хаосита это как-то не очень деструктивно. Те же ваховские демоны не настолько были организованными, но и олицетворяли эффект созидания под стать своей стихии, от чего у них были частые междоусобицы, а войска превращались в варбанды. Здесь же видно очень много способов по договору с демонов, и далеко не от всех веет обманом. Иначе бы даже Цирюльника не заводили.

Демоны жить в Мире не хотят,
Но прикол в том что они ЖИВУТ. Они МОГУТ ЖИТЬ. Ради разрушения да, но они могут идти на компромисс. У них есть это свойство.

Да в теории ты можешь с ними договорится на взаимо выгодных условиях, они тебе силу ты им разрушение.
Так почему не создать организацию дальше? Почему другие боятся демонов, когда с ними МОЖНО договориться!? Вот вы же сами сказали же, ну. Сказать где можно разрушать, как с торговцем.

Но в конечном итого их конечная цель уничтожить все по максимуму.
Тогда зачем с ними договариваться? Зачем им разум? Зачем знания? Зачем вообще договоры, организации на примере юристов? Вы ведь понимаете, что, чтобы уничтожить мир, нужна не организация, а несколько водородных бомб или чего-то подобного? Я уже не говорю, что они, вопреки своей природе, опять же, способны и создавать. А раз так, то на воплощение и суть разрушения уже не так сильно тянут, а значит склонны выбирать, искажать и подавлять свою суть. И все эти речи "ууууу они страшные и могущественные демоны ууууу, с ними нельзя договориться, ууууууу, но да с ними можно договориться, но только ради разрушения, уууууу, при этом они хотят разрушить всё, уууууууу" просто вступают между собой в противоречие как в противоречие их действий и суть.

баланса они идти не захотят.
Но они ИДУТ. Получается что мало ли что они там хотят, не хотят. Главное они считаются с другими и чаще делают то что надо, а не то что хотят, на примере существования организации. Но так зачем им вообще к единой сути абсолютного Великого Зла "ууууууууу"?

Thunder dragon
Знаете, непонятно тогда как они вообще сформировались и имеют тело, если они на столько разрушительные, что они не только общаются с людьми, не только имеют знания, тело, но и ещё могут договариваться, подчиняться и строить пакты? У них даже собственная природа идёт в противоречие между собой. Что уже десятки раз это говорил.

Ну? Ещё по кругу?
Показать полностью
Чтобы написать комментарий, войдите

Если вы не зарегистрированы, зарегистрируйтесь

Предыдущая глава  
↓ Содержание ↓

↑ Свернуть ↑
  Следующая глава
Закрыть
Закрыть
Закрыть
↑ Вверх